LINEBURG


<< Пред. стр.

страница 9
(всего 13)

ОГЛАВЛЕНИЕ

След. стр. >>

Системность
------+------¬
системные движения ?системный подход
-----+----¬
западных ?системные теории
авторов ------+----¬
системный ? системные исследования
анализ ------+----¬
искусственные ? диалектические
системы -----+----¬
просто ? кладистика
-----+-----¬
просто?на основе ТДМ
Выявление общего и различий этих видов исследований системности предполагает специальные работы. Отметим узловые моменты названных проявлений системности.
12.1. Системные движения
Положение об упорядоченности разных форм природы и о необходимости соответственного их отражения в идеях выкристаллизовывалось в течение длительной истории развития науки. "Люди тысячелетиями стихийно применяли системный подход и не занимались философским анализом понятия "система" [254.41]. "... Почти на всем протяжении развития науки системность считалась существенным признаком и одним из критериев научности знания" [196.139].
А.Н. Аверьянов отмечал факты ошибочного "преувеличения роли понятия "система" ..." [263.5]. "Как свидетельствует история науки, системность ? одна из важнейших характеристик научного знания" [191.3].
Системы древних ученых многообразны. Как бы наивно ни выглядели эти учения в современный период, они были прогрессивным фактом. Системность ? центральная тенденция всей истории развития науки. В ХIХ веке исследование системности привело к формированию ряда завершенных научных построений.
И. Кант писал: "Под системой же я разумею единство многообразных знаний, объединенных одной идеей" [122.3.606]. "Всякое учение, если оно система, т.е. некая совокупность познания, упорядоченная сообразно принципам, называется наукой" [122.6.56]. " ... Понять всю природу во всей ее бесконечности как одну единую систему" [там же, с. 206].
Наиболее развитой формой системного понимания действительности была гегелевская парадигма действительности. Гегель отмечал: "Истинной формой, в которой существует истина, может быть лишь научная система ее" [67.3]. "Знание действительно и может быть изложено только как наука или как система" [там же, с.12]. Гегель строил систему, философскую систему [181.21.276]. Современные авторы также оценивают вклад Гегеля в исследование систем. "Диалектика гегелевской идеи есть диалектика системы, ее исследования..." [263.16].
Гегелевская система наук, во многом соответствовавшая объективной действительности, содержала целый ряд внутренних противоречий, которые привели к ее последующему "снятию" пониманием системности. Преодоление ограниченности гегелевского понимания системности шло в направлении понимания принципов системного отражения действительности и привело к формированию нового подхода к системности науки.
Широкое распространение систем отмечено многими фактами ХIХ века. Даже Фауст у Гете отмечал: "Словами диспуты ведутся, из слов системы создаются" [181.19.386]. Кондильяк писал даже о системомании. Строил систему, при том естественную, и Е. Дюринг. Как писал Ф. Энгельс ""системосозидающий" г-н Дюринг не представляет единичного явления в современной немецкой действительности. С некоторых пор системы космогонии и натурфилософии вообще, системы политики, политической экономии и т.д. растут в Германии как грибы после дождя. Самый ничтожный доктор философии, даже студиоз, не возьмется за что-либо меньшее, чем созидание целой "системы" [181.20.6]
Маркс и его последователи восприняли все позитивное предшествовавших исследований системности. "Метод исследования систем, формулировка общих законов развития, определение главных категорий познания ? вот то ценное, что было взято у Гегеля и глубоко развито с материалистических позиций К. Марксом и Ф. Энгельсом" [14. 16]. В то же время, подход Маркса развился в борьбе с ненаучным пониманием системности. Он и его последователи подошли к науке, как к системе, которая строится на принципах, исключающих системность в прежнем понимании. "Систематика после Гегеля невозможна. Ясно, что мир представляет собой единую систему, т.е. связанное целое, но познание этой системы предполагает познание всей природы и истории, чего люди никогда не достигают" [181. 20.630].
Ф. Энгельс называл природу системой [см.181.20.392]. Это ошибка, так как системой следует называть только высший способ отображения природы на основе диалектической логики.
Представление науки как завершенной, объясняющей все закономерности объективной действительности, сформировавшейся, с постоянным понятийным аппаратом, полностью математически формализованной было преодолено передовыми мыслителями ХIХ века. Такой науки никогда не будет.
"Уразумение того, что вся совокупность процессов природы находится в систематической связи, побуждает науку выявлять эту связь повсюду, как в частностях, так и в целом" [181.20.35-36]. "Вся доступная нам природа образует некую систему, некую совокупную связь тел, причем мы понимаем здесь под словом тело все материальные реальности" [181.20. 392]. "...Систематическое познание всего внешнего мира может делать гигантские успехи с каждым поколением..." [181.20.24].
Не следует упускать из вида и тот факт, что наиболее развитым видом научной системы все еще остается "Капитал" К. Маркса. И.В. Блауберг, Э.Г. Юдин обоснованно отмечали, что "... "Капитал" явился первой работой, в которой была реализована новая научная методология исследования сложного объекта" [32.18]. И далее они отмечали "... Маркс дал не только первый образец успешного анализа сложной системы, но и специально для этого анализа построил логико-методологические средства". "3десь следует с особой силой подчеркнуть, что К. Маркс 6ыл первым, кто дал наиболее полное диалектико-материалистическое понимание системы, законов ее развития и принципов системного анализа. Обычно в литературе, посвященной системным исследованиям, этот факт упускается из виду, что приводит к неправомерному преувеличению роли в исследовании систем отдельных зарубежных естествоиспытателей, не имеющих твердых мировоззренческих позиций" [263.17].
Методология системного анализа сложилась на базе диалектического понимания взаимообусловленности явлений в реальном производстве. И, тем не менее, все основные работы по данному вопросу исследователей системности написаны без адекватного раскрытия метода Маркса. В лучшем случае, начиная с превознесения работ Маркса как примера исследования систем, быстро переходят к проблемам, не связанным с диалектическим мышлением. Имеются работы, в которых более содержательно трактуется наследие Маркса с этих позиций [например, 202 и 150].
Поскольку "Капитал" все еще остается единственным фактом сознательного диалектического мышления, то отсюда и вытекает оценка всех последующих системных движений, которые много говорят о системах, но не способны практически его приложить в научном отражении действительности. Конечно, следует иметь в виду, что такой способ научного отражения мира все шире пробивает дорогу и, чаще всего, там, где меньше всего пекутся собственно о системах. В частности, систематика форм жизни развивается таким образом.
Высоко развитое системное движение XIX века не было пустоцветом. Двумя главными общеизвестными ее плодами можно считать систематику жизни и химических элементов. Дарвин и Менделеев обеспечили значительный прогресс систематики в своих отраслях. Менделеев писал, что без систематики фактически нет науки. "Одно собирание фактов, даже и очень обширное, одно копление их ... не дадут еще метода обладания наукой, и они не дают еще ни ручательства за дальнейшие успехи, ни даже права на имя науки в высшем смысле этого слова. Здание науки требует не только материала, но и плана, гармонии ..." [185].
В работах ученых ХХ века соответствующие проблемы теории познания получили дальнейшее развитие, хотя в общем и не привлекли достаточно обособленного внимания в предшествующий появлению системного подхода период.
Е.П. Ситковский подметил: "... гегелевское идеалистическое понимание законченности науки в свое время, очень давно ... вызвало у нас предубеждение против всяких научных систем" [92.70]. Для последователей Маркса в период до распространения системного подхода было характерно двойственное отношение к системам - некоторое предубеждение против систем при одновременном признании единственной адекватности только системно построенного "Капитала" как научного отражения капитализма". Далее Е. Ситковский писал: "... если мы отрицаем мысль о законченности научной системы в гегелевском смысле абсолютной завершенности науки, то это вовсе не значит, что мы отрицаем относительную законченность, завершенность, закругленность науки" [90.70]. Именно такие закругленные и относительные концептуальные каркасы наук и следует строить в качестве научных систем.
Основой системного движения выступает диалектика. "Диалектика Маркса, будучи последним словом научно-эволюционного метода, запрещает именно изолированное, то есть однобокое и уродливо искаженное, рассмотрение предмета" [161.26.241].
Проблема синтеза в развитии науки [172.76] является одной из главных. Осознание этого произошло давно. "Вместе с тем, как отмечал академик А.Н. Несмеянов, "все мы, а больше всего Президиум Академии наук, чувствуем необходимость и вместе с тем совершенную недостаточность интегрирующей функции - осмысления и направление всего этого стремительного научного потока" [296.5; 172.76]. Это определяется тем, что вне системности неизбежно одностороннее рассмотрение свойств предметов. "... Потеря специалистами панорамного представления и перспективы исследования являются главной опасностью, которая подстерегает человека в современной науке" [172. 71].
Специфика системного движения ? стремление к единству понимания действительности без специального исследования средств его достижения.
12.2. Системный подход
Формирование диалектического материализма в ХIХ веке было встречено яростной критикой многих ученых. Поэтому новое понимание системности построения науки не было воспринято западными учеными и мало им известно. Нетерпимость к нему - на уровне иррационального фанатизма (О какой толерантности можно вести речь в таком случае?). В то же время, западные исследователи не могли полностью игнорировать закономерностей научного понимания действительности на определенной стадии его развития и отказаться от поиска системности науки. Все это привело к тому, что в XX веке некоторые западные ученые "открыли" заново принцип системности научного понимания действительности и развивали свой "системный подход". "...Практически не только отдельные экономические школы, но и представители различных отраслевых и функциональных разделов этой науки говорят на разных языках и пользуются разными правилами аргументации" [310.21].
Можно посочувствовать исследователям, лишенным возможности понимания диалектической общности развития действительности. В то же время, диалектика не может быть представлена недиалектично. Ее развитие позволяет усовершенствовать мышление.
Официальные идеологии все еще рассматривают системный подход основой похода против диалектики. "На Западе нередко пытаются такой подход выдать за некий универсальный принцип, новую философию, идущую на смену якобы устаревшей марксистской диалектике. Между тем системный подход является неотъемлемой гранью марксистского диалектического метода" [15.43]. "Системное движение на Западе рассматривается как универсальный ключ ко всем проблемам, как новая научная методология, призванная сменять устаревшую диалектику" [203].
Безоговорочное признание системного подхода означает поддержку антитеоретической идеологии. Ее представители искажают, замалчивают истинную историю этого аспекта науки. Тем самым они порождают ложное представление о своем вкладе в системное движение.
Нельзя безоговорочно поддерживать системный подход, также как и не обоснованно его игнорировать. Следует четко оговорить основные оценки системного подхода с тем, чтобы не поддерживать спекулятивное или неумелое его использование.
Многие исследователи придавали понятию "система" значение "поворотного пункта" в развитии современной науки. Например, В.Н. Садовский и Э.Г. Юдин представляли зарубежный системный подход как "новое направление исследовательской деятельности", как новую систему принципов научного мышления" [116.4]. Данное положение можно признать обоснованным только в том плане, что наука переживает новые моменты и разрабатывает новые принципы мышления. Что же касается диалектической науки, то все это не только не новое, но и определенное искажение ее положений. "Новое" в системном объяснении не согласуется "со старым" диалектическим мышлением. Поэтому не следует принимать "новое", ведущее к отказу от адекватного "старого". Данное "новое" в определенных смыслах хуже диалектического "старого". "Новое" в мышлении, можно считать, не включает сознательно диалектику, в том числе движение от абстрактного к конкретному, метод исторического и логического и т.п. Не следует отказываться от этих элементов "старого" стиля мышления. Поэтому из "новых" стилей мышления воспринимать следует осторожно и не все. Конечно, это не отрицает необходимости воспринимать из "нового" кое-что, но делать это надо предельно осторожно и исходя из овладения наиболее развитым стилем мышления, который возникает на основе диалектики.
В отечественной науке общепризнанным можно считать положение о том, что "... системный подход, т.е. исследование объекта познания как системы ... не только не противодействует диалектическому методу как нечто отличное от него или ему противоположное, а является одним из его требований" [189.132]. В то же время, сплошь и рядом диалектика не согласуется с системным подходом.
Системный подход как особое научное течение, развился в противоположность диалектическому познанию. Понимание этого не часто увидишь в работах, посвященных системному подходу. К системному подходу необходимо строгое отношение, так как простой пересказ взглядов его сторонников часто означает отказ от теоретичности изложения.
Следует считать заблуждением приписку системных исследований ХХ веку. Неверно изображать системный подход как открытие второй половины ХХ века. Системный подход, в том виде, как он развивается в западной литературе, представляет запоздалое эхо, выдаваемое за нечто новое не только буржуазными учеными. Так, например, И.И. Уемов писал: "Теория систем представляет собой новый подход к изучению окружающего нас мира" [281.42].
Прогрессивный шаг в развитии методологии системного подхода состоял в том, что исследователи рассматривали каждый объект как "комплекс взаимодействующих элементов". Из признания этого вытекала и необходимость определенного подхода к построению научного отражения действительности. Этот положительный шаг в развитии методологии не представлял, однако, нового явления в науке, а был просто сдвигом теории познания в сторону диалектического познания, включавшего все положительное системных исследований.
Там, где ученые XX века сделали шаг вперед в теории познания, они приблизились к диалектике. "... Необходимо при этом учесть то важное обстоятельство, что принципы системного и структурного исследования не представляют собой "нового слова" в науках, произнесенного якобы с подсказки неопозитивизма ... Принципы системного и структурного исследования были широко обоснованы всей предшествующей прогрессивной философией, опирающейся на диалектику ..." [202]. "Если говорить о развитии принципов методологии системного анализа, то "общая теория систем" Берталанфи содержит в неразвитой форме то, что четко сформулировано и подробно проанализировано классиками диалектического материализма 50-70 лет тому назад" [255.77].
Потребность в разработке "системного подхода" в исследованиях возникла, в общем, из приверженности его авторов дотеоретическому познанию действительности.
И борьба с "механическим методом анализа" действительности и тенденцией к "чрезмерной специализации в науке" ? проблема нетеоретического познания действительности. В противоположность решению этих проблем предшественниками ученые разрабатывают свои мировоззрения, которые остаются, тем не менее, антитеоретическими по своей сущности и по вытекающим из них принципов исследовательского аппарата.
Способы преодоления механического подхода к исследованию действительности, противодействия "чрезмерной" специализации науки, "однозначному" обоснованию каждого положения, "повсеместной" математизации знаний решаются многими учеными на основе недиалектической концепции построения науки. Несмотря на определенную эволюцию взглядов авторов "системного подхода", рациональные зерна в системном подходе, присоединения к нему прогрессивных ученых, этот подход в общем остается антитеоретическим направлением.
Господствующие теории систем не только не вносят ничего нового в теорию познания, но и не полностью содержат принципы понимания действительности, учет которых обязателен с позиции диалектического понимания системности мира. "При всей прогрессивности структурного определения системы необходимо отметить, что ему свойственна определенная ограниченность. Основной недостаток структурного определения системы связан с изолированным подходом к ней, а именно: система рассматривается как исключительно единичное, индивидуальное образование. Между тем диалектика учит: что все предметы и явления окружающей действительности неразрывно связаны и взаимодействуют друг с другом" [202.39].
Учения о системности не являются метанаукой и не могут преодолеть ограниченности человеческого познания действительности, на что претендуют его последователи: "... создание универсальной "метанауки" ? общей теории систем, способной в единой терминологии дать количественное описание поведения (движения и развитие) любой системы" [234.3]
В науке уже, можно считать, изжита преувеличенная оценка теории систем в качестве общего научного метода. "На заре системного движения некоторые энтузиасты горячо доказывали, что теория систем - как бы она конкретно ни называлась ? призвана заменить традиционную философию с ее неточными выводами и более чем приблизительными суждениями. Сейчас подобный радикализм встречается очень редко ..." [33].
Специалисты, занимающиеся проблемами теории систем, обычно вполне приемлемо трактуют их место в теории познания. Что же касается многих исследователей, стремящихся применять исследовательский аппарат системных исследований в практике конкретных изысканий, то обычно они его гиперболизируют по сравнению со всей теорией познания и отрывают от всего предшествующего опыта.
Преподнесение общей теории систем как метанауки, как более или менее развернутого представления о способах построения метанауки можно встретить до последнего времени. Трактовка общей теории систем как системной метатеории во многом проблематична.
В трактовке системного подхода некоторыми авторами видна необъяснимая предвзятость, восхваление и т.п. Придание большего значения этой школе можно видеть и в бесконечных ссылках на авторов теории систем, и в детальном изложении истории, и т.п. При этом начало теории систем датируют и тридцатыми годами, и даже 1967 годом, когда "вышла в свет книга Л. Берталанфи "Общая теория систем", положившая начало новому научному направлению" [226.137]. Удивительной можно считать близорукость некоторых авторов к идеологической направленности теории систем. Восторженные оценки сторонников данного подхода при одновременной невнимательности к более значительным достижениям иных ученых искажают развитие науки. Решение проблемы биологом (Берталанфи) в 30-е годы стремятся выдать за принципиально новое в науке, а более значительное достижение биолога П.К. Анохина и сейчас еще не получило достаточной философской трактовки. Одна теория системогенеза П.К. Анохина имеет большее значение, чем многие теории "отцов" теории систем, не говоря о его теории "функциональных систем".
Спецификой системного подхода можно считать специальные исследования данного аспекта мира. Что же касается "теории систем", то ее спецификой следует считать недиалектичность.
Системный подход внутренне превращается в системный метод на основе проработки способов его практического применения.
12.3. Системный метод (анализ)
В 60-70-е годы многие ученые использовали системный метод. Чаще всего его применяли в конкретно-исторических и информационно-кибернетических исследованиях. Обладая рядом позитивных моментов и дав определенные результаты, такие исследования имели и негативные моменты. В таких работах обычно не давалась четкая субординация системного подхода и теории познания. Пропагандировавшийся сторонниками системного метода исследовательский аппарат не всегда содержал адекватные принципы познания.
Ограниченность этого аспекта системных исследований, особенно с учетом практики его приложения для конкретных исследований, можно видеть из рассмотрения некоторых вытекающих из него принципов исследований. "Современная экономическая действительность настолько сложна, что метод ее изучения, основанный на анализе факторов, уже не пригоден: всегда можно найти достаточное количество фактов как подтверждающих, так и опровергающих любую выдвинутую гипотезу. Подобрав факты, в экономике легко прийти к заранее известному выводу также и потому, что они обрабатываются чисто лингвистическим способом ... Именно этим и обусловлен огромный успех лозунга о внедрении "системного подхода" в экономике" [310.20-21]
Системный метод был призван, например, дать аппарат исследований с учетом многообразия форм проявления действительности. Сложное взаимодействие составных элементов действительности, по мнению его сторонников, требует обоснования решений обобщенной оценкой всех эмпирических проявлений изучаемого объекта. В связи с этим, в качестве одного из недостатков "досистемных" методов исследования, который хотели преодолеть сторонники способа, называют обоснование положений "фактами".
В противоположность обоснованию фактами, некоторые ученые подчеркивают ряд принципов, использование которых, по их мнению, гарантирует преодоление этого способа аргументаций. Ознакомление с этими требованиями к научным исследованиям и с практикой их использования показывает, что они не обеспечивают достижения поставленных целей.
Умение доказывать фактами приобретается в результате длительного познания закономерностей исследования и, прежде всего, общих законов. Выступая против доказательства фактами, следует иметь в виду невозможность его подмены чем-либо иным и отказа от доказательства фактами.
Отрицаемый сторонниками системного метода традиционный способ доказательства фактами представляет использование диалектической логики и предполагает подход к действительности на основе науки; вычленение интересуемых явлений из всей совокупности для последующего изучения; исследование этих явлений как части целого не на основе сплошного изучения, а только на отобранной совокупности; изучение ограниченных свойств отобранных явлений. Выводы исследований, полученные на основе детального и всестороннего изучения интересующих исследователя свойств отобранных фактов, распространяются в определенной мере на всю совокупность явлений данного вида. Компетентность исследователя в теории познания, в теории выборочного обследования, в изучаемом им явлении и т.п. позволяет правильно осознать проблему, определить степень аргументированности выводов, возможности их распространения на всю совокупность явлений и тем самым преодолеть доказательство отдельными, тенденциозно или неумело отобранными фактами.
Борьба с доказательством фактами, в сущности, сводится к отрицанию выборочных, монографических и моментных способов получения данных, также как и к отрицанию значения фактов при построении теории.
Ознакомление с порядком доказательства на основе "системного метода" показывает, что его требования приводят ни к чему иному, как к подобному обоснованию положений "фактами". Никакого преодоления аргументации фактами не заложено в принципах "системного метода" и тем более не видно из известных исследований его сторонников. Отказываясь от обоснования "фактами", сторонники "системного метода" исследований приходят к нему на основе разработанной ими процедуры отбора явлений и своеобразной терминологии.
Согласно "системному методу", во-первых, вполне возможно изучать не весь объект, а только выделенные подсистемы любого порядка (системы, подсистемы, элементы, функции). Так что в соответствии с "системным методом" вполне возможно ограничить исследование теми явлениями, которые по тем или иным причинам желательны. Обоснованность отбора изучаемой "системы" зависит только от компетенции исследователя, его понимания "системы" и т.п. Следовательно, в отборе изучаемых явлений нет различий между сторонниками "системного" и традиционного методов.
Во-вторых, такое положение сложилось и с охватом единиц изучаемого явления. Из принципов системного метода и опыта его практического приложения можно видеть, что отобранные объекты изучают на основе не сплошного их исследования, а только незначительной их доли. Полученные выводы распространяют на всю совокупность систем данного порядка. Распространение знаний, полученных на основе изучения отобранной совокупности явлений, на всю их совокупность является аргументированием фактами и никак иначе этого назвать нельзя.
В-третьих, исследования отобранных фактов при системном методе не могут преодолеть также и относительности полученных знаний, т.е. неполного познания данного явления. Тем самым сохраняется определенная вероятность "ошибочности" полученных результатов. Исследование объекта дает всегда относительное отражение его свойств. Полученные данные всегда требуют осторожного с ними обращения.
Относительность знаний означает, что невозможно контролировать все воздействия на каждую систему. Принцип относительности знаний исключает вообще системный метод, поскольку последний основан на противоположном исходном принципе: "Если же допустить, что хотя бы один информационный вход или выход системы не наблюдаем или не контролируем, то исследование системы теряет всякий смысл ..." [310.22]
Сторонники "системного метода" приходят к отрицаемому ими способу исследований. Недостаток доказательства фактами не в том, что положение обосновывают фактами, а в том, что его неумело или тенденциозно ими обосновывают. Теория познания вообще включает положения, в соответствии с которыми существуют определенные классы знаний, которые не могут быть обоснованы фактами.
Указываемое обычно сторонниками системного метода положение В.И. Ленина [161.30.350-351] говорит не о том, что можно доказать чем-либо иным помимо фактов, а о том, что факты должны быть массовыми и правильно отобранными для характеристики всей совокупности явлений данного вида. Невозможность сплошного учета всех массовых явлений многократно подчеркивалась классиками науки при изучении разных сторон действительности.
Так, например, В.И. Ленин писал: "Чтобы действительно знать предмет, надо охватить, изучить все его стороны, все связи и "опосредования". Мы никогда не достигнем этого полностью, но требование всесторонности предостережет нас от ошибок и от омертвления" [161.42. 290].
Исходя из критики обоснования фактами, надо не призывать к объятию "необъятного", а изучать обоснованно всеми способами познания. Попытки "преодолеть" доказательство фактами не могут привести к успеху. Поэтому не удивительно, что исследования сторонников "системного метода" не выдерживают критики с точки зрения данного его принципа.
Каждое исследование оказывается ограниченным, частичным, неполным и с полученными результатами следует обращаться осторожно.
Исследователи обычно трактуют "системный метод" как необходимость одновременного проведения трудоемких обследований, чему обычно не соответствуют реальные возможности (ресурсы). В постановках исследований сторонников этого подхода часто имеет место момент нереальности. Одновременно сторонники "системного метода" ставят под сомнение исследования проблем на основы традиционного подхода.
До системного бума термин "комплексный" использовали в смысле "системный". И сейчас так думают некоторые [см. с. 259 идею Фомина].
Неприемлемость теории систем, непоследовательность "системного метода" не отрицают необходимости разработки проблем системных исследований, подхода и метода. Проблему системности следует разрабатывать в качестве частного принципа методологии науки, не отвергающего и не игнорирующего всего комплекса способов познания неизвестного.
Говоря о причинах широкого распространения системного метода среди исследователей, можно назвать ряд моментов.
Исследователи, например, информационных систем, призывающие к использованию системного метода, не адекватно усвоили философию. Они рассматривают философию общеобразовательной дисциплиной, не относящейся непосредственно к инструментам их исследовательской деятельности. Поэтому они недостаточно ее знают и не могут критически оценить, что является новым, а что нет в теории систем. В связи с этим некоторые исследователи приняли за новое то, что давно уже известно в науке и является одним из положений науки познания.
Причиной популярности системного метода также выступает сравнительная легкость овладения им по сравнению с овладением наукой познания. Наука требует от исследователя длительного изучения общих и частных свойств действительности и приобретения навыков использования научных положений в качестве средств исследования. Овладение этим требует не только изучения философии и других наук, но и определенной практики их применения к исследованиям действительности. Одним из принципов философии является признание незавершенности, ограниченности ее самой, необходимости постоянного ее совершенствования, а также овладения ею. На фоне таких требований философии к исследователям легкость овладения "методологией системного метода" не идет ни в какое сравнение. Сторонники системного метода называют 3-4 исходных принципа исследования, иногда больше. Познание этого метода требует ознакомления с ними или прочтения книги по этому предмету, после чего исследователь может считать себя вооруженным для познания неизвестного. Однако упрощенность овладения этим методом и быстрое познание его еще не означают превращения специалиста в исследователя.
Необходимо также иметь в виду, что обоснование исследований системным методом и другими способами довольно часто остаются у исследователей конкретных явлений словесным признанием и не проявляются никак, кроме терминологии исследования и предисловий, где оговорен способ исследования. Поэтому иногда нет различий между исследованиями, выполненными разными способами.
Спецификой системного метода можно считать гипертрофирование значения данного метода в ущерб остальным элементам теории познания, борьбу с некоторыми элементами теории познания, как с якобы устаревшими, придание обособленного значения данному методу из всех частных методов познания.
12. 4. Системные исследования
Теория познания располагает богатым арсеналом способов научного обоснования исследований, полностью включающим все то, что есть положительного в системном подходе и методе. Она включает многие другие принципы исследований, использование которых способствует решению проблем. Сторонники же "системного метода" специально подчеркивают необходимость использования только данного подхода, что приводит к забвению других способов. Распространение "системного метода" дезориентировало ученых, не освоивших диалектической логики.
Следует отказаться от "системного метода" обоснования как единственного в пользу всей науки познания, включающей все рациональное системного метода и обладающей помимо этого громадными возможностями исследования действительности.
Наука включает позитивные моменты системного метода. Она предполагает подход к действительности как к сложному единству, находящемуся в постоянной борьбе противоположностей. Все законы и категории диалектики, так или иначе,
характеризуют единство мира, его целостность, многообразные черты, которые обычно рассматривают в качестве принципов системных исследований.
Исследования необходимо обосновывать всем комплексом принципов познания, включая те, которые преподносят под видом системного подхода и метода. В исследовании необходимо определять из всех научных дисциплин тот круг знаний, который имеет отношение к конкретному исследованию и которым следует руководствоваться в работе ввиду конкретных условий.
Широкая трактовка познания, способная показаться некоторым специалистам слишком аморфной и неопределенной, объясняет, почему исследователем становится не всякий ищущий, а только тот, кто знает комплекс общих и частных знаний и научится их использовать при исследовании неизвестного, а также, почему процесс овладения исследовательскими навыками весьма длителен и предполагает большие затраты труда.
Диалектическая логика содержит необходимый набор положений о системности действительности. Это не отрицает необходимости развития представлений о системности действительности и учета данного ее свойства в исследованиях. При этом возникает целый ряд задач при преодолении разноречивости в трактовке систем.
космос, человек ? наука ? машина
4-й подход
3-й подход
2-й подход
1-й подход
Исходя из современных работ, системами можно считать различные объекты действительности: 1) материальные и идеальные объекты; 2) идеальные модели и построенные людьми на их основе конструкции; 3) идеальные модели; 4) построенные людьми материальные объекты:
Если согласиться с утверждением Аверьянова, что "системность - это атрибутивное свойство материи" [263.23], то следует исходить из первой концепции. При использовании самого широкого подхода все представляется системным. В таком случае системой будет и космос, и наука, и построенная на основе науки машина. Такой подход ведет к упрощению содержания системности и научную задачу сводит к познанию системности каждого объекта.
"Материальные системы состоят из предметов, существующих объективно, идеальные системы состоят из идеальных предметов, существующих только в сознании" [191.5]. Имеется мнение о том, что системой можно считать только объективное. "Системой является, прежде всего, не знаковая модель объекта, а сам объект, взятый в процессе развития" [321. 4].
Признание нерукотворных объектов действительности системами само по себе мало что дает. Эффект системности предполагает построение системной информационной знаковой модели данного объекта. Только после определенной субъективации объективного последнее может действительно стать "системой" и может быть использовано в практической деятельности.
"Вопрос не в том, есть ли движение, а о том, как его выразить в логике понятий" [161.29.230]. Соответственно, не признание объекта действительности системой, а то, как его системность выразить в понятиях. Системность в себе становится системностью для людей только после того, как люди овладевают способом системного воспроизведения в логике понятий системных объектов.
Существуют концепции, авторы которых признают системными только субъективные явления. "Реальный объект существует независимо от нас, объективно, а система ? это субъективное построение" [273.51]. В таком случае до появления разумных субъектов не было систем. Сами люди, как биологические существа, не системны. Системными могут быть только продукты труда людей, системность ? это стиль идеального отражения мира. При этом возможны две концепции. В одном случае признавать системным только идеальное, а в другом ? только материальное. Можно считать системой любое идеальное ? нематериализованное и материализованное.
Несколько иначе концепции о сфере системности выразим следующим образом.
Системность действительности
-----+-----¬
всей ? части
--------+------¬
объективной ?субъективной
--------+------¬
идеальной ? материальной
При выборе одного из названных подходов будут по-разному решаться многие вопросы его трактовки. В соответствии с первым все действительное может быть системой, а в соответствии со вторым подходом ? система есть определенный уровень развития идеального отражения упорядоченного и созданные на их основе материальные устройства.
Порядок объектов
--------+------¬
природных ?человекотворных
--------+------¬
идеального ? материальных
(системность) продуктов труда (системы)
Разные подходы можно считать в определенной мере обоснованными. В существующей практике детерминации терминов большего невозможно добиться. Поэтому, уходя от полемики по данному вопросу, обратим внимание, прежде всего, на соподчинение видов человекотворного системного мира.
Системность
--------+--------¬
мышления ? труда?практики
Здесь имеем дело только с проблемами системности идеального. При рассмотрении системности исходным можно считать "порядок" и "упорядоченность".
"... До конца прошлого столетия естествознание было преимущественно собирающей наукой, наукой о законченных предметах. В нашем веке оно стало в сущности упорядочивающей наукой, наукой о процессах, о происхождении и развитии этих предметов и о связи, соединяющей эти процессы природы в одно великое целое" [181.21.303]. Трудности "только тогда и начинаются, когда приступают к рассмотрению и упорядочению материала..." [181.3.26].
Рассмотрение упорядоченности материального должно базироваться на основе системного подхода к нему. В таком случае можно проследить рост упорядочения материального и его сложности при переходе к более развитым уровням материального. Упорядоченность следует рассматривать на каждом уровне материального при более конкретной субординации объектов. Здесь также можно наблюдать рост сложности, упорядочения, хотя в отдельных случаях имеют место и обратные процессы, т.е. рост энтропии на основе деструкции.
В общем, характер переходов между хаосом и порядком может быть различного вида. Научное понимание этих переходов предполагает выделение иерархической системы терминологического выражения этих переходов.
Рассматривая природу с точки зрения порядка в ней, можно выделить ряд ее видов, частей. Части природы с наименьшей упорядоченностью существуют в хаотическом состоянии, а с максимальной упорядоченностью представляют системы. Упорядоченное возникло из неупорядоченного. Хаос переходит в порядок.
Тенденцию усложнения, повышения организации системы обозначают термином негаэнтропия. Тенденция дезорганизации, упрощения системы, разрушения или смерти систем получила наименование энтропии.
О субординации элементов природы с точки зрения ее упорядоченности, высказаны неоднозначные суждения. Трудно согласиться с тем, что в природе растет энтропия, хаос. Энтропичность уменьшается, т.е. растет негаэнтропичность, упорядоченность. В нашем мире преобладают не деструктивные, а созидательные процессы. Поэтому энтропия уменьшается, а порядок растёт. В то же время, вполне можно допустить, что в природе действует не перманентная тенденция роста упорядоченности, а цикличность, когда в отдельные периоды преобладает энтропийная, в другие негаэнтропийная тенденции. Но несомненно, что для того, чтобы имели место энтропийные (т.е. деструктивные, разрушающие) процессы, надо, чтобы был создан в предшествующий период запас порядка, и степень порядка была выше. Это может быть результатом только роста порядка в предшествующий период времени, когда должен быть создан соответствующий уровень (запас) организованности.
Степень упорядоченности всего материального растет, в том числе растет на нашем уровне материального, по крайней мере, в наш исторический период и в "нашем уголке вселенной". "Общество ? высшая форма развития негаэнтропийной тенденции живой природы" [254.69].
Системное упорядочение материального может быть только результатом целесообразной деятельности. Однако, помимо такого строгого, но не полностью обоснованного подхода, можно употреблять термин система и к материальным объектам, возникшим стихийно.
Хаос переходит в порядок посредством определенного процесса, который можно расчленить на ряд состояний:
множество ? совокупность ? комплекс ? организм ? система ? кладограмма.
Множество ? такая совокупность, у которой есть общее специфическое свойство. При рассмотрении множества обращают внимание на этот общий элемент, который в какой-то мере упорядочивает данную совокупность;
Совокупность ? ряд объектов, составляющих единство. Это может быть просто механический агрегат;
Комплекс ? любая часть действительности, рассматриваемая
в качестве самостоятельного, цельного объекта;
Организм ? определенный вид совокупности и множества,
присущий живым существам и характеризую-
щийся единством, целостностью;
Система ? продукт творческой деятельности людей, не уяс- нивших в достаточной мере саму сущность системности;
Кладограмма - настоящая, прагматическая системность, лежащая в основе биологии и являющаяся универсальным методом объяснения действительности на основе диалектической логики.
Система состоит из неоднородных элементов. В системе составные части отличаются функциональными особенностями. Степень развития системности каждого объекта действительности определена числом составных элементов (чем больше их, тем развитее система), степенью их функционального различия, интеграции.
Возникновение системности приводит к росту упорядоченности и представляет качественный скачок в росте упорядоченности. Однако упорядоченность на системном уровне продолжает расти и может быть различной. При этом степень различия упорядоченности системных объектов также различна. Прогресс состоит в возникновении все более упорядоченных систем.
Идеальное упорядочивают неоднообразно. Прогресс способов упорядочения идеального характеризуется также, как и любого другого развивающего явления.
Система способов идеального упорядочения состоит из разных элементов, не одинаково развитых. Их следует рассматривать через призму самого развитого способа. Узловые пункты развития интеграционного процесса в идеальном не нашли широкого признания, поэтому их пониманию необходимо уделить особое внимание.
упорядочение?каталогизация ? группировка ? типизация ? классификация ? систематизация.
Упорядочение ? начальная интеграция идеального. В таком случае имеет место хотя бы какое-либо приведение идеального в порядок, например, упорядочение гвоздей по размеру.
Каталогизация ? более сложная система упорядочения на основе упорядочения имен объектов, например, в словаре или библиотеке.
Группировка - упорядочение объектов по определенному признаку.
Типизация может быть представлена как более развитый вид упорядочения на основе образования множества форм.
Классификация ? более развитый способ интеграции. К ней предъявляют больше требований, чем к типизации.
Систематизация есть наиболее развитый тип интеграции по сравнению с упорядочением, типизацией и классификацией. Систематика - это классификация на основе развития объекта.
В той сфере действительности, где ее элементы не поддаются упорядочению на основе универсальных принципов систематизации, следует давать иное их упорядочение, даже каталогизацию - простой перечень узловых вопросов.
Систематизация - элемент, прежде всего, научного бытия; систематизация ? это идеальный способ проявления упорядоченности материального. На этой основе возникает и наиболее развитая часть материального - системно построенная людьми действительность. Материальное первоначально упорядочивается стихийно. На определенном этапе упорядочения материального оно начинает идеально отражаться. На определенном этапе развития материального и идеального систематизация становится главным способом отражения упорядочивающегося материального и существования его определенной части.
Упорядочение не есть систематизация. Систематизация - не есть просто упорядочение, а представляет упорядочение идеального для более адекватного отражения им материального и построения материальных систем. Систематизация ? не свойство самого материального, а свойство идеального и результат человеческой деятельности. Упорядоченность материального более адекватно отражается идеальным тогда, когда последнее становится системным. Обычно люди систематизируют не материальное, а идеальное выражение материального. Филателист систематизирует марки, располагая их в определенном порядке. Это представляет систематизацию материального на основе систематизированного идеального. Обычно систематики переставляют относительно друг друга не материальные объекты, а их идеальное выражение. Образно говоря, система животных строится на бумаге, а не в виде зоопарка, где сами биовиды располагаются относительно друг друга. Систематика идеального есть исходное для сознательного упорядочения материальных объектов.
Систематизация материального есть частный случай систематизации и может быть понята в качестве вторичного по сравнению с систематизацией идеального выражения материального.
Все объекты действительности можно подразделить на несколько видов: саморазвивающиеся, самовозрастающие, самоорганизующиеся, самоуправляемые.
Степень упорядоченности растет в указанной последовательности. Первые две формы объектов, в общем, доорганические, а последующие две ? связаны с жизнью. При этом самоуправляемые объекты, по нашему мнению, связаны исключительно с надорганизменными связями высшего типа, т.е. с человеческим обществом.
Самоуправляемые объекты многообразны. Они базируются на том, что их составными элементами являются идеальные системы, отражающие действительность. Самоуправляемые объекты не могут существовать без идеальных подсистем. Переход от самоорганизующихся к самоуправляемым объектам связан с построением идеальных систем.
Систематизация есть способ построения, прежде всего, идеальных систем. Одновременно считается, что систематизация идеального выступает исходной для построения материальных системных объектов (машин, устройств и т.д.).
При рассмотрении систематизации идеального следует учитывать положение Ф. Энгельса, который отмечал, что "эмпирическое естествознание накопило такую массу положительного материала, что в каждой отдельной области исследования стала прямо-таки неустранимой необходимость упорядочить этот материал систематически и сообразно его внутренней связи" [181.20.366].
"Итак, системность как принцип познания образует только одну из граней процесса теоретического изучения действительности" [150.33].
12.5. Естественные системы
Системные построения многообразны. Основное различие систем идет по линии их упорядоченности. В литературе высказаны два мнения по поводу классификации систем на искусственные и естественные. Естественные системы рассматривают в двух смыслах: как созданные человеком копии природных систем [116.266] и как наиболее развитый вид созданных человеком систем (в отличие от менее развитых). Вероятно, шире вторая трактовка естественных систем. Последними, чаще всего, называют наиболее развитые виды продуктов идеальной деятельности.
Продукты труда людей
--------+------¬
несистемные? системные
--------+------¬
менее развитые ?более развитые
(искусственные) (естественные)
По Кондакову, не системы, а классификации (систематизации он не признает) делятся на искусственные и произвольные по лежащему в их основе признаку. В первом случае признак бывает не существенным для исследуемого явления, а во втором наоборот ? существенный для данного явления признак. [135]. Другими словами, у естественных систем признак систематизации относится к их существенным признакам, а у искусственных нет, хотя и имеет какое-либо практическое значение для исследования. "... Естественная система должна основываться на родственных связях, то есть иметь генеалогическую основу, и поэтому естественная система может быть только одна. Ч. Дарвин выразил эту идею словами: "Всякая истинная классификация есть генеалогическая" [101.1.9].
Менее развитые виды идеальных систем называют искусственными. Искусственные системы образуются на основе отдельных, чаще всего не главных, не функциональных свойств отражаемых объектов. В естественных системах целостность образуется на основе общих главных, внутренних свойств отражаемых объектов действительности.
Определяющий характер естественных систем предполагает построение именно такой системы научной картины мира, что требует специального рассмотрения сущности, строения и схематизма этого вида системности.
Действительная системность основана на принципе единства мира, а поэтому на возможности создания единой системы ее научного отражения. Важным для этого следует считать положение о том, что единая система научного понимания действительности может быть построена из изоморфных ей частных подсистем, иными словами макро- и микроразрезы научного отображения действительности могут быть изоморфными (одинаковыми по структуре).
Естественная системность научной картины мира - во многом еще будущий результат сознательной деятельности. Из нее следует исходить как из рабочей гипотезы для того, чтобы определить пути построения меганауки.
Значение систематизации идеального растет ввиду усложнения действительности. Построение систем можно считать одной из главных задач науки. Во многих науках стремятся к построению систем. Например, "в настоящее время физики заняты поисками общего принципа классификации микрочастиц для того, чтобы на его основе разработать их "периодическую систему" [100.12]. То же самое отмечается в минералогии. Существует 10000 названий минералов, из них 1700 относятся к самостоятельным минералам, остальные же либо являются названиями разностей, либо различным названием одних и тех же минералов. Список минералов ежегодно пополняется 30-40 новыми названиями. Все это порождает необходимость систематики минералов. "Существуют также генетические классификации, в которых учитываются способы образования минералов... Создание генетической классификации дело будущего, но уже сейчас можно говорить о том, что генетический принцип является фундаментом, на котором должна базироваться современная литература ..." [155.164].
В науке растет значение систематизации и во все большей мере растет значимость "естественных", генетических или диалектических систем. Названные виды систем начали строить давно. Стремятся к этому и современные ученые.
Успехи систематики довольно значительны, особенно в некоторых науках. Предложены многообразные способы систематизации, которые позволяют в определенной мере упорядочить идеальное. Система химических элементов Менделеева обеспечила значительный прогресс химии, соответственно - система форм жизни биологии.
Оценивая состояние систематизации можно отметить три главных негативных момента подобных работ. Первым недостатком можно считать то, что систематики разных отраслей науки работают обособленно и предлагаемые ими способы почти не имеют ничего общего. В общем, систематизация в разных науках идет различными путями. Вторым недостатком можно считать "недиалектичность" многих способов систематизации, то, что они явно не отражают развития действительности. Диалектика не определяет способы систематизации, оказывается ненужной для систематизации. Третьим недостатком можно также считать безрезультатный поиск возможностей схематизации (моделирования, формализации, визуализации) на основе универсальных принципов.
При поисках критериев систематизации следует учитывать степень распространения соответствующих свойств действительности. Всеобщим (универсальным) критерием может быть только теория развития (диалектика). Поэтому и следует направить основные усилия на поиск способа использования диалектики в качестве критерия систематизации и схематического отражения ее.
Выработка способов систематизации в различных науках дает различные результаты, которые надо, в свою очередь, систематизировать. Развитость способов систематизации можно отразить следующей последовательностью:
различные ? унифицированные ? универсальные.
Первые могут иметь некоторую общность, вторые ? общее, а третьи представляют всеобщие способы.
Способы
систематизации
--------+------¬
различные ?общие
--------+------¬
унифицированные?универсальные
Выработка общих, и тем более универсальных (всеобщих), способов систематизации имеет громадное значение. Успехи систематики зависят не только от прогресса в каждой данной сфере действительности, сколько от общего прогресса построения универсального способа систематизации. Основой этому может быть только диалектика.
Преодоление недостатков систематизации предполагает 1) разработку единого для всех наук универсального способа систематизации, который 2) одновременно показывал бы диалектичность всех сфер действительности.
Универсальный метод не отвергает необходимости всех остальных. Одновременно "универсальность" не может быть абсолютной и показывать все различия объектов действительности. Она позволит создать "скелет" всего идеального, который будет наполнен другими методами науки.
Построение идеальных систем для отражения развития действительности есть систематизация. Систематизация ? вид сознательной деятельности и происходит всегда на основе определенных исходных положений и в соответствии с определенными заранее установленными принципами. Адекватность принципов систематизации определяется уровнем развития научного отражения действительности и постоянно растет. Специальное рассмотрение принципов систематизации повышает эффективность данного вида сознательной деятельности.
В качестве принципов систематизации выступают, в конечном счете, все обособляемые положения науки. При этом каждый раз необходимо подчеркивать не все используемые для систематизации положения науки (что невозможно), а основные и мало учитываемые или отрицаемые кем-то положения.
Система научного отражения действительности должна строиться на основе максимума всех представлений. Практически нельзя их все обсудить, а поэтому выделяют основные принципы ? их обсуждают, формулируют, уточняют и т.д. Чаще всего, к сожалению, игнорируют фундаментальные, не всегда общие очевидные представления о действительности. Философские категории и законы обычно не используют. Все основные положения философии есть наиболее важные принципы классификации. Они также относительны и предполагают работу по их уточнению.
Помимо философских положений, выступающих в виде принципов систематизации, таковыми является и множество других, из которых здесь упомянем только ряд наиболее важных.
Идеальное постоянно возрастало, переходя на все более развитые стадии. На основе более развитых форм идеального системность отражения материального выше. Систематизация идеального приводит к его дифференциации и интеграции.
Интеграция идеального есть процесс его объединения в единую систему. На стадии превращения идеального в науку и меганауку интеграционная тенденция идеального претерпевает качественное изменение. Необходимость и историческая неизбежность интеграции вызваны целым рядом закономерностей развития действительности и ее идеального отражения.
Потребность интеграции научного отражения действительности (развитие науки, ее использование для обоснования принимаемых решений, обучение наукам) требует четкого осознания многих проблем, которые рассматривают в качестве философского понимания действительности. Одним из таких кардинальных аспектов науки следует считать изучение отражения соотнесений различных объектов действительности в меганауке.
Единство мира составляет общую основу развития монизма идеального его отражения. Единство мира порождает необходимость единства идеального его отражения. Развитие идеального ведет к повышению степени его единства ? интеграции. Большие размеры мира и его идеального отражения не позволяют его воспринять в целом вне единой системы.
Рост интеграции идеального происходит посредством его упорядочения. Разным стадиям интеграции соответствуют и свои способы упорядочения. Можно говорить и о том, что интеграция есть высшая форма упорядочения.
Интеграция может происходить только посредством дифференциации отдельных элементов научного отражения действительности.
Систематика объективной действительности отражается теорией. Построение теории означает выявление в соответствующей сфере действительности основной тенденции развития, разбиваемой на ряд стадий (обособленных этапов). В таком случае, начальным будет простейший вариант данного явления, конечным ? сложнейший. Между ними располагают промежуточные формы данного явления. Такая последовательность отображает генезис более сложных видов.
Историзм как принцип построения научного отображения и систематизации наук, в частности, является обязательным моментом. Историзм структуры научного состоит в том, что вся система наук на всех уровнях должна отражать генезис мира. Переход к более конкретному рассмотрению более узкой действительности показывает дополнительный аспект развития. На эмпирическом уровне историзм превращается в историческую последовательность, в хронологию.
При построении систем необходимо выделить круг родственных явлений и упорядочить их относительно друг друга на основе их сложности, развитости, типа генезиса.
Рассмотрение множества как системы на основе каждого признака ее элементов имеет определенное практическое и научное значение и не исключает необходимости дополнительных системопостроений этих совокупностей. Любой родовой признак по существу выступает как системообразующий фактор соответствующей совокупности явлений.
Образование двух обособленных множеств означает, что отнесенные к каждой из них объекты различаются тем свойством, на основе которых образованы множества. Если каждое из множеств само представляется большим, то в нем выделяют виды (подсистемы) на основе других дополнительных свойств.
Системное отражение основано на использовании всего положительного накопленного опыта в объяснении того, что представляют знания: родовидовые соотнесения, анализ и синтез, дедукция и индукция и т.п.
Системность отражения означает, что взаимные соотнесения между его элементами построены на основе выделения родовых и видовых свойств. Родовые ? более общие, а видовые ? более конкретные свойства. Родовые свойства имеют место уже у простых объектов и должны быть изучены при изучении простых объектов. "Род не может существовать до и вне своих видов, один вид происходит из другого вида, а не из рода" [114.334]. Род по-разному проявляется в своих видах ? проще и сложнее. Имеются, вероятно, такие простые виды, которые почти ничем не отличаются от рода.
Родовидовые свойства ? обобщенное представление специфики какой-то сферы действительности при отнесении к более общей сфере, которая выступает одновременно родовым признаком множества других конкретных явлений данной сферы. В семантике их называют гипонимией.
Системность отражения означает, что знания представляют единство синтеза и анализа. Анализ проводят под определенный синтез, а последний есть результат определенного анализа.
Систематика необходима для научного отражения развивающихся явлений. Она позволяет показать, что развитие идет от простого к сложному, что оно диалектично. Системность позволяет применить общепризнанные методы раскрытия содержания свойств явлений: от общего к частному, восхождение от абстрактного и конкретному, соответствие исторического и логического.
Строение научного отражения действительности на основе естественных систем происходит на "узловых" точках развития, т.е. непрерывный процесс следует представить дискретным. Например, существует 104 элемента и 1700 изотопов ? разновидностей атомов элементов. Изотопы показывают, что качественность элемента недискретна, что элементы ? центры определенной качественности. Каждый элемент обозначают определенным термином. Химические элементы есть, таким образом, вырванные узловые точки из всей массы изотопов.
Каждая система представляет элемент системы научных знаний. Каждая система не полностью, не завершенно отражает соответствующие аспекты действительности.
Система строится иерархично и структурно. У нее имеются более и менее абстрактные части. Если идти от одной из этих частей, то будет дедуктивное мышление, а если идти от другой, то ? индуктивное мышление. В строении системы систем и каждой системы следует выделять оба направления и использовать их одновременно.
Осознание науки на основе изучения многообразной общности всего существующего приводит к познанию ее сущности. Объекты действительности системно отражаются в зависимости от наличия у них определенных свойств. Все однородовые явления объединяют в одну совокупность, которая по отношению к другим явлениям представляет систему, обладающую некоторым единством. Одновременно по отношению к другим явлениям она представляет определенный вид, а совместно с ними образует новый более общий род.
Чем сложнее явление, тем больше у него свойств, и, следовательно, необходимо больше их родовидовых субординаций для раскрытия их всех. Поэтому в отношении более сложных явлений - длиннее "цепочка" родовидовых субординаций. Тем самым более сложные явления предполагают и более сложные гносеологические системы для их раскрытия. С развитием явлений происходит накапливание фундаментальных свойств у более развитых форм.
12.6. Кладистика
Вышеприведенное объяснение системности было разработано в 1970-е годы. В последующем уточнял отдельные его положения. Скорректирую вышеприведенные рассуждения таким образом:
* не следует делить на естественные и искусственные системы [см. в частности, 78.13]. Последние ? не системы вообще. Настоящая система "естественна" и отображает генезис, эволюцию и т.п. объекта, т.е. она разработана на основе диалектического мышления;
* системное отображение действительности ? есть теория. Конечно, можно ограничить систему только графическими и т.п. элементами, а теорию считать более широким понятием, включающим систему;
* систематика возникает на основе стихийного овладения диалектическим мышлением. Скажем, систематика химических элементов Менделеевым, форм жизни. Переход к сознательному упорядочению делает более вероятным системную трактовку объектов. Скажем, сориты Лейбница можно считать таким результатом. В наше время таким фактом следует считать кладистику. В целом, диалектическое мышление не стало нормой, что и составляет главное препятствие систематике. Поэтому и важна проблема разработки технологии диалектического мышления как средства систематики и теоретической науки. Подробнее это показано в "Самоучителе мышления".
* Кладистика (кладизм) стихийно диалектична. Ее теоретизация позволит превратить ее в универсальный инструмент всех наук. Для этого важно систематизировать все множество инструментов сознательного познания действительности. В частности, прежде всего, принципы, приемы, правила, методы, алгоритмы. Гипотеза представлена кладограммой:









Принципы
----+---¬
просто ? приемы
------+------¬
просто ? правила (осознанные)
--------+------¬
отдельные ? множество
--------+------¬
методы ? алгоритмы
--------+------¬
просто ? все (методология)
Принципы - то, что надо применять.
Приемы - апробированные принципы.
Правила - сознательно изложенные приемы.
Методы - совокупности правил.
Алгоритмы - системы методов.
Методология - вся совокупность методов и алгоритмов.
"...Метод - самая первая, основная вещь. От метода, способа действия зависит вся серьезность исследования. Все дело в хорошем методе. При хорошем методе и не очень талантливый человек может сделать много. А при плохом методе и гениальный человек будет работать впустую и не получит ценных, точных данных" [217.21].
Деятельность
---+--¬
Просто ? методология (технология)
---+--¬
Просто ? систематика (систематизация)
Содержательно представленный подход к методологической функции философии представлен в "Самоучителе мышления", который не отрицает содержания логики и диалектики при познании качества объектов.





16. ГНОСЕОЛОГИЯ

Термин "гносеология" введен в ХVII веке Т. Ридом для обозначения теории познания [см. 96]. И это его значение рационально. Почти одновременно возник и термин "методология" для этих же целей. В результате, два слова стали синонимами. И так остается по сей день. Хотя между ними проводят различия, но они неуловимы для людей со здравым рассудком. В конечном счете, сама синонимия этих слов не мешает исследователям. Что же касается потребителей науки, то это затрудняет овладение ими наукой. В то же время, возникла потребность обособить теории познания и знания. В связи с этим и следует воспользоваться данными словами для их обозначения. Для этого "разведем" их значения. Каждое из этих слов используем в строго определенном смысле. Этимология этих слов ? основание для выбора их значения. Гносеология ? дословно "теория знания", а методология ? "теория познания".
Объяснение сущности гносеологии требует адекватной методологии ее познания. До настоящего времени нет более или менее полно разработанной теории гносеологии, хотя и накопилось большое число материалов с попытками ее интеграции.
Итак, методология ? теория познания, а гносеология ? теория знаний. Последняя должна быть написана на основе первой и, соответственно, понята в меру овладения первой. Гносеология призвана показать систему теорий меганауки на основе координации и субординации всех ее элементов. Достигнув этого, гносеология расставит все науки по своим местам в системе теоретической картины мира (меганауке или мегатеории).
Методология определяет гносеологию и посредством нее онтологию объекта. Онтология ? отражение прошлого, настоящего и будущего объекта. Когда она становится теорией, то "в снятом виде" указывает на свою гносеологию и методологию.
Гегель ставил проблему изучения "царства мысли": "Царство мысли представить философски, т.е. в его собственной имманентной деятельности или, что то же, в его необходимом развитии". В данном его выражении слово "царство" использовано по аналогии с его значением при систематике животных. Аналогично имеется "царство мысли" (знания). И "царство мысли" надо специально изучать, что и должно быть содержанием гносеологии. Тем более что уже давно такие исследования идут, и их называют классификацией наук. Цель этих исследований состоит в том, чтобы определить границы конкретных наук, выявить "нишу" каждой из них.
При работе над конкретными научными дисциплинами следует знать их границы. Основанием для этого должна быть особая наука. Ранее ее называли классификацией наук. Последний классификатор, Б.М. Кедров, хорошо показал историю этого вопроса.
Зачем нужна гносеология? По мере общественного прогресса растет объем научных знаний, как и значение их для жизни общества. Произошло становление профессионализма труда. Растет сложность жизни, ее динамизм и необходимость знания все больших сфер действительности, в том числе таких, которых ранее не было.
Объем знаний давно уже превысил возможности их восприятия людьми. Было когда-то время, когда человек мог знать все накопленные знания общества, хотя бы в конкретном племени. Теперь каждый знает все меньшую долю накопленного знания. При этом растет доля тех людей, которые в юности не могут знать объект своей будущей профессиональной деятельности. Ранее сын плотника был плотником, а теперь неизвестно, кем будет. Освоенная им плотницкая наука может не пригодиться для будущей профессии. Поэтому обучать надо так, чтобы можно было быстро дополнить полученные в юности знания применительно к конкретной профессии, которая выпала человеку. В связи с этим растет потребность фундаментальных знаний действительности как основы профессиональных знаний. Растет динамизм жизни и необходимость быстро перейти от одной специальности к другой. Все это требует опережающего знания действительности в целом, т.е. научной картины мира с тем, чтобы строго установить ту ее область, которая составляет базис конкретной профессии и их различия между собой. Современная научная картина мира хаотична и не позволяет адекватно решить эту проблему. Поэтому обществу предстоит создать меганауку и даже мегатеорию, которая отразит системность всего множества научных знаний с тем, чтобы определить содержание всех профессиональных знаний и способы быстрого и легкого их усвоения теми, кто претендует на них. Одновременно меганаука должна обеспечить фундаментальную эрудицию всех людей на основе четкого объяснения ее содержания. Это возможно только с помощью меганауки.
Ранее профессии были только конкретными - наука плотника, кузнеца и т.п. Теперь же много общетеоретических знаний, являющихся профессиями. Скажем, профессионал политэкономии (общей или фундаментальной теории экономики) не знает всей экономики, как и все остальные экономисты. Как политэконом он не знает никакой конкретно-экономической профессии, скажем бухучета, планирования, статистики и т.п. И политэконому нет нужды профессионально знать их. Но он должен знать в целом всю экономику - это предмет его профессии. Сказанное относиться к представителям всех наук - химии, биологии т. п. При этом представитель каждой такой конкретной профессии должен знать не только содержание своей науки, но и непосредственно более общие фундаментальные науки.
В целом, разные потребности современной жизни требуют от всех людей общего знания всей науки, особенно меганауки с тем, чтоб эффективнее и плодотворнее овладевать своей профессией и успешно жить в современном обществе. Для создания такой их системы следует опережающе сформулировать гипотезу главных положений ее построения.



Образное название науки Бэконом [40.1.113-114] как основания жизни. Данная аналогия Бэкона не случайна. Его наглядный образ науки - пирамида или конус. И он специально объясняет основание такого образа. Пирамидальность, конусность, треугольность НКМ вытекает из характера родовидовых соотнесений понятий и аналогичного соотнесения фундаментальных и прикладных наук. В обоих случаях у рода имеется несколько проявлений в видах, у фундаментальной науки имеется несколько прикладных. Если это рисовать квадратиками, то тогда получается пирамида, а если ее идеализировать (т.е. показать главную тенденцию), то или конус или треугольник.

См. с. 18




Систему метанаучных дисциплин представим схематично небольшой сферой справа на действительности. Ей соответствует тоненький вписанный треугольник до вершины. Его следует отрезать и повернуть на 180 градусов, а затем идеализировать в нем только два элемента - методологию и гносеологию. Тогда и получиться схема композиции меганауки, представленная на странице 18.
Проблема систематики наук. Большой объем идеального и значимость его составных элементов для деятельности приводит к неограниченному перечню методов объяснения, к практической невозможности назвать и исчерпывающе изложить суть и значение всех составных элементов идеального в качестве методов объяснения.
Реализуемые в деятельности знания обычно специально не рассматривают в качестве методов. Они, как правило, не привлекают к себе внимания. Больше внимания уделяют тем из них, которые не реализованы еще в деятельности или еще не сформулированы.
Развитие науки ведет к росту числа ее элементов, воспринимаемых в качестве методов и имеющих значение для объяснения ее систематизации. Новые представления о действительности быстро или медленно осознают в качестве методов обоснования деятельности.
Наибольшие трудности состоят в формировании фундаментальных представлений о действительности, при осознании их как свойств действительности и раскрытии их значимости для деятельности, в том числе для систематизации наук. Особенно это относится к диалектическим законам, которые также отражают свойства действительности или, как иногда еще говорят, "физику" (природу) явлений. Учет отражаемых диалектикой свойств действительности в качестве принципов деятельности имеет первостепенное значение.
Превращения науки в меганауку предполагает более адекватное выяснение всеобщих (фундаментальных) свойств развития действительности.
Рассмотренные формы идеального показывают его микроструктуру. Макроструктура форм идеального имеет дело с выявлением основных разделов научного отражения, представляющих научные дисциплины. Раскрытие макроструктуры меганауки предполагает выявление характера соотнесения отдельных наук. Сложность вопросов макроструктуры идеального привела к длительной истории научных попыток классификации наук.
-- Меганаука = системность
--+- Научная картина мира = единство
--+--- Науки = целостность
Меганаука ? не конечный результат, а процесс развития идеального. Соответственно ее становление отражается и в ее структуре, в которой возрастает значение более развитых элементов: отдельных наук, их комплексов и т.д.
В изучении меганауки главной проблемой следует считать выявление способов синтеза обособленных ее разделов, в том числе разного уровня развития. Упорядочение научного отражения действительности происходит различными способами.
Ученые всегда обращали внимание на упорядочение идеального. История этих усилий равна истории науки. Известно множество попыток создать единую систему теоретического отражения действительности:
упорядочение ? классификация ? систематика наук.
"Так как существуют весьма многие и разнообразные знания, то полезно составить план такого расположения наук, чтобы они лучше всего соответствовали своим целям и содействовали их достижению. Все знания находятся в некоторой естественной связи по отношению друг к другу. Если, стремясь к расширению познаний, на эту их связь не обращают внимания, то из всего многообразия не получается ничего, кроме одной рапсодии. Если же одну главную науку превращают в цель, а все другие знания рассматриваются лишь как средство к ее достижению, то знание приобретает известный систематический характер. Но чтобы при расширении познаний дело шло по такому упорядоченному и целесообразному плану, нужно, следовательно, постараться распознать эту связь знаний друг с другом. Руководством для этого служит архитектоника наук, которая является системой согласно идеям, где науки рассматриваются со стороны их сродства и систематического соединения в одно целое знаний, интересующих человечество" [123.8.305].
Современная классификация наук является наследницей всех адекватных действительности мнений. Она чрезвычайно развита, и польза ее многообразна. Положительные свойства классификации наук не отрицают ее относительности и неполного ее соответствия нашим требованиям, поэтому история систематизации идеального не закончена. "Существующее же ныне положение свидетельствует о том, что мы недостаточно заботимся о классификации наук..." [193.46].
Каждая последующая попытка упорядочения так или иначе стоит на плечах предшественников. Безусловно, необходимо использовать весь предшествующий и положительный, и отрицательный опыт данных работ.
Неспециальное обсуждение проблем систематизации избавляет от необходимости полемики по этому вопросу и текстуального анализа других классификаций наук. Иногда полемика вообще является бесполезным делом. В то же время, длиннейшую историю попыток систематизировать науку, различные ее схемы следует рассматривать не только как кладбище заблуждений, довлеющих над обществом. Эти работы представляют положительный багаж общества, который, хотя и требует множества времени и усилий для познания, ценен и поучителен. История системности "это квинтэссенция истории человеческого мышления" [151.13].
Ограниченность личных представлений существует у каждого исследователя, а поэтому ничего нет необычного в том, что авторы высказывают обычно мнения в пределах своей компетенции и не высказывают мнений о том, что известно в общем виде. Более того, такой подход следует считать единственно справедливым решением проблемы и плохо, если его игнорируют. Донаучные и даже ненаучные формы упорядочения могут содержать намеки на рациональное, и даже рациональное.
История интеграции наук есть кладбище систем, полезное всем последующим поколениям. Она (история) содержит не только отжившие, ценные историческим значением, но и еще служащие или могущие сослужить науке принципы ее построения.
Все предшествующие системы наук не следует воспринимать как факты слабости творческой силы человечества, достойные сожаления. Почти все они ? выдающиеся ступени развития мысли, как бы с нашей точки зрения они нам не казались наивными. Конечно, не все они равноценны и полезны с точки зрения положительного опыта. Отрицательный опыт также ценен. При этом речь не идет о том, что чем ближе к нам была разработана система, тем больше в ней абсолютного.
Из систематиков науки ХХ века наиболее известен Б. Кедров, который классифицирует науки, во-первых, с точки зрения естественных объектов и, в частности, химических элементов, и, во-вторых, с точки зрения библиотечных потребностей. Естественные объекты в определенной мере проще общественных и оказываются менее адекватной базой для классификации наук. Потребности библиотечного хранения идеального не самые главные.
Упорядочение идеального должно происходить на основе координации усилий многих исследователей. И можно ставить задачу достижения этого на основе планомерных усилий ученых разных наук. Систематизация наук должна учитывать потребности не только библиотек.
Здесь рассматриваем эту проблему, во-первых, с точки зрения общественных наук. При этом многие выводы о характере соотнесения идеального сформулированы на основе соотнесения философии, социологии, общей теории экономики и конкретных экономических наук. Во-вторых, к проблеме классификации идем от закономерностей научного обоснования принимаемых решений, т.е. от самого главного, по нашему мнению, вида использования идеального.
Упорядочение идеального всегда было проблемой номер один. Повышение системности наук ? постоянная проблема ученых, и в настоящее время ? это первейшая обязанность метанауки. М.В. Баград отмечал: "Многие авторы совершенно правильно признают, что проблема классификации наук и в том числе общественных наук еще не решена и что необходимо продолжить работу над ней и в дальнейшем" [19. 7].
Гносеология требует "дробления" царства мысли на определенные фрагменты. Это важно и с педагогической точки зрения. Иными словами, надо представить царство идей в качестве сложного единства многих элементов. И главная проблема ? их упорядочить (синтезировать) так, чтобы они стали единым целым, системой или теорией в строгом смысле слова. Такой подход ? основа не только всей меганауки, но и ее фрагментов.
Общая логика построения системы научных дисциплин может быть представлена в виде следующей последовательности: номенклатура (перепись), типология, классификация, систематика.
Номенклатура (перепись по Бэкону) наук. Рассмотрение системности здесь может быть только предварительным. Ее построение зависит от возможности обозреть в виде единого целого всю совокупность научных дисциплин. Давно уже назрела необходимость разработки энциклопедического словаря научных дисциплин, в котором была бы приведена номенклатура научных дисциплин, их соотнесение, количественная оценка и т.д.
"Царство мысли" делят на различное число обособленных научных дисциплин. Одни называют 1000 наук, другие ? 3000 наук, а некоторые ? 5000 наук и т.п. Такой разнобой в определении числа наук есть результат не просчета, а неодинаковой методики счета. Это также показывает стоящие трудности определения номенклатуры наук, а тем более их субординации.
Всегда следует иметь постоянно уточняемый список всех наук, показывающий также разные названия (синонимы) одних и тех же наук в разных системах, общественно-политических формациях и т.п.; иметь списки устаревших названий наук; "не наук", выдаваемых за науки; ложных наук и т.п. Такое перечисление наук с указанием их предмета чрезвычайно важно для систематиков и вообще для всех пользующихся наукой.
Любая классификация наук, их систематика должна начинаться с переписи наук. Последний термин использовал Ф. Бэкон [40.1.146].
Сообщество ученых должно совместными усилиями не только дать номенклатуру наук, но и их систему. Не может один исследователь решить этой проблемы.
Типология наук состоит в выявлении основных ее сфер. Обычно выявляют естественные, биологические, социологические (общественные), как и основные их элементы, скажем экономические науки как элемент общественных наук.
Классификация наук предполагает первоначально составление списка (перечня, номенклатуры) всех наук. На этой основе следует создавать основные группы наук без упорядоченного соотнесения их между собой. Затем наступает собственно проблема классификации, которую проводят одновременно как в рамках отдельных их групп, так и в целом.
Систематика науки является наиболее развитой формой классификации, которая остается идеалом, а ниже приводимые идеи ? гипотеза некоторых соображений на этот счет.
Для систематизации науки важно определиться по поводу сути системы вообще. Об этом было сказано, а поэтому ограничимся здесь указанием одной лишь проблемы. Называют различные системы ? искусственные и естественные. Искусственными "системами" называют строго говоря классификации, а не системы. Естественными системами называли генетические. Полагаю, что нет такого деления систем. Система или есть или ее нет. Конечно, сами системы могут быть совершенными или нет, т.е. они относительны. Поэтому следует построить систему наук, но для этого сначала выяснить суть систематики как высшей формы упорядочения.
Принципы систематики наук. При систематике наук необходимо исходить не из современных наук, а из научного отражения действительности как единой системы, т.е. из меганауки. В таком случае, несомненно, будет выяснено, что некоторые элементы такой системы еще отсутствуют, в связи с этим следует создать еще ряд наук.
Интеграция наук не обеспечивается автоматически. Она является результатом сознательного построения. Для синтеза наук сначала следует произвести их анализ. Образно говоря, надо 1000 раз проанализировать, прежде чем станет возможным один синтез. Анализировать можно только под определенный синтез.
Построение науки как системы было характерно не только Гегелю. Ученые всегда строили "системы". Следует знать относительность таких систем, не превращая их в абсолют. Система должна иметь достаточно внутренних положений, которые обеспечат ее последующее развитие и включение всего позитивного в более развитые её состояния.
Образование идеальной системы научного типа представляет систематизацию науки. Еще Гегель отмечал, что наука может быть понята как система. Поэтому и возникает проблема анализа строения науки.
Современная классификация наук сделала философию обыкновенным предметом, не обязательным при познании каждого аспекта действительности и использовании каждого раздела науки. Внешне это проявляется в развитии позитивистского подхода среди ученых, которые начинают ставить "счет" или "факт" на первое место по сравнению с философией. Это также проявляется в слабом знании философии специалистами, имеющими ученую степень.
В свою очередь, философия не объясняет упорядочение науки в учебном плане. Тем самым философия не делает ее общим достоянием исследователей всех наук. Такое соотнесение между философией и упорядочением науки необоснованно и должно быть преодолено. Теория познания должна обязательно доводить систематику наук до сведения всех ученых. Метанаука не может обойтись без специального объяснения этой проблемы. Она должна рассмотреть всю систему науки.
Необходимость систематизации наук возникает из различных потребностей: разработки теории, хранения (библиотеки) и использования наук, изучения их и обучения им, написания энциклопедий и т.п.
Основными задачами, которые решает систематизация наук, можно считать следующие.
Во-первых, систематизация наук лежит в основе изучения и обучения им. Чем стройнее система наук, чем адекватнее она действительности, тем полнее отражает она действительность и облегчает ее познание. Соответственно, ей легче и обучать. Это особенно важно сейчас, когда объем наук вырос до громадных размеров, не позволяющих познать их каждому человеку, и когда следует поднять уровень овладения науками народом. "Известно, что знания, приобретенные вне четкой структуры, вероятнее всего будут забыты: бессвязный ряд фактов недолго удерживается в памяти" [111.19].
Во-вторых, развитие науки во многом зависит от степени ее упорядоченности. Повышение степени упорядоченности системы наук служит основанием для "достройки" представлений о мало исследованных объектах действительности (разработка науки о недостаточно исследованных объектах). Поэтому система наук должна быть основанием для выбора направлений исследований, а не только закрепление достигнутых успехов.
В-третьих, система наук должна показывать общие моменты процедуры использования ее компонентов при принятии решений. Она должна более совершенно и наглядно объяснять процедуру (алгоритм) научного обоснования действий и место каждого элемента науки в принятии решений.
В-четвертых, система наук служит основанием для определения границ каждой научной дисциплины. Сейчас каждая наука сама себя утверждает, представляет, показывает свой предмет и метод. Это необоснованно. Система наук в целом должна регламентировать субординацию наук, т.е. содержание, предмет наук, их границы и назначение.
В-пятых, система наук должна более стройно храниться посредством энциклопедического выражения научного отражения действительности. Однако до настоящего времени в энциклопедиях царит "произвол" алфавита. Это особенно видно при переводе национальной энциклопедии на другой язык по мере выхода ее томов. В таком случае нарушается единая алфавитная стройность. Это не самый удобный способ энциклопедирования наук. Этот недостаток преодолевается переходом на новый способ энциклопедирования, которым может быть только система наук.
Рассматривая классификацию наук, показывают, что к чему "примыкает" (какая наука к какой). "Примыкание" ? часто неопределенная основа взаимосоотнесения наук. Очень редко обсуждают принципы "примыкания". Прежде чем вести речь о примыканиях, надо обсудить принципы, на основе которых это происходит. Прежде чем рассматривать систему науки, следует рассмотреть принципы, на которых может быть построена система. Это и есть проблема принципов систематизации наук.
Поскольку принципы систематизации определяют характер соотнесения наук, то следует, в первую очередь, оговорить их. Задача каждого систематика наук сводится к определению принципов систематизации и проработке отдельных фрагментов системы наук. Полное претворение этих принципов в практику системы наук представляет дело "техники", тем более что ни один человек не знает всех наук в той мере, чтобы самому разработать всю систему.
В экономической литературе неоднократно предпринимались попытки построить систему экономических наук без серьезного философского обобщения, эмпирическим "примыканием". Можно подумать, что проблема решается впервые, что ее решение заключено в рамках экономических наук. Не обязательно, чтобы были ссылки не только на экономические, но и на философские работы. Не внешняя верность философии, а внутренний ход мыслей должен отражать привлечение общего при решении частного. Проблема построения системы наук может быть решена при более глубоком понимании сущностных свойств объективной и идеальной действительности и их мест в принимаемых решениях.
Имеются работы о системе экономических наук, в которых нет серьезного анализа принципов классификации наук, подчас и самого термина классификации. Тем самым рвется преемственность с философским подходом к этой проблеме. Тем самым пытаются решить проблему без привлечения всего положительного и отрицательного опыта предшественников.
Философское решение опережает решение проблем другими науками. И поэтому сдвинуть с места традиционное, в общем, понимание системы экономических наук с "примыканием" можно только философским осмыслением способа научного отражения действительности.
Можно быть неудовлетворенным подходом некоторых философов к систематизации экономических наук. Но надо понять и их трудности ввиду специализации только на философском осознании действительности. В таком случае следует вести полемику с философами о принципах систематизации, а не обособляться от них при решении этой проблемы.
Традиционным подходом философии выступает опережающее (предварительное) обсуждение принципов классификации наук. Иногда на этом и ограничивается обсуждение, т.е. формулирование принципов классификации вообще избавляет от необходимости показа соотнесения всех наук.
При систематизации наук надо использовать АКТИВНЫЙ ПОДХОД. Нельзя систематизировать современные науки без уточнения их содержания, без определенного их передела. Речь идет о систематизации не современных наук, а наук, содержание которых вытекает из определенного подхода к ним. Системы должны активно определять содержание наук. Именно они должны определять границы каждой науки: что в каждую из них входит, а что нет.
Современное "царство мысли" представляет сложный объект. Следует выделить, по крайней мере, такие его элементы: мысли ? НКМ ? меганаука ? мегатеория, или:
-- Мегатеория
--+- М е г а н а у к а
--+-- НКМ
--+---- Мысли
Исторически исходные формы идей сохраняются. Здесь будем вести речь только о составе, строении, структуре меганауки, т.е. будущей науке.
При построении единой системы научного отражения действительности следует "очистить" весь объем дисциплин от некоторых из них:
а) дисциплин, потребность в которых вытекает из дидактических соображений. Например, обществоведение (обществознание) в средней школе необходимо. Оно охватывают сразу ряд научных дисциплин, которые непосредственно систематизируют. Обществоведение не имеет "права" на самостоятельное место в системе наук. Оно охватывает целый ряд наук системы и представляет их вместе в самом общем виде.
Иного рода учебные изложения наук имеют собственное название, но не подлежат учету в качестве самостоятельных объектов классификации или включенных в рамки более общих наук. Например, ранее в школьном обучении элементарное представление о количественном подходе к действительности называлось "арифметикой", а более содержательное "математикой". Тем самым использовались различные термины для названия разных уровней овладения количественным выражением действительности. В этом был смысл, но имелись и недостатки. Речь идет не о возврате к арифметике, а об осмыслении такого различия уровней осознания одного и того же явления при классификации наук;
б) имеют место "пустоцветные" науки, которые хотели создать, но они так и не созданы, хотя их некоторые и воспринимают в качестве сформировавшихся дисциплин. Скажем, прогностика (футурология) явно приобрела место под солнцем, но в то же время, так и не имеет четкого содержания, собственного лица, более или менее однозначной трактовки. Будущее может показать, что в существующем виде это вообще "голый король". Если существует ряд определений сущности конкретной науки, то соответственно различают и ее место в системе наук. Поэтому до определенного момента науки существуют в нескольких вариантах, в потенциях и в таком случае ? их место за пределами единой системы наук. Вреда будет меньше, если какая-либо наука "поживет" за пределами системы среди спорных наук;
в) несомненно, что ряд наук был просто заблуждением. К такому комплексу наук относится, например, кибернетика;
г) необходимо принять во внимание также и то, что в разное время и в разных общественных системах одни и те же науки имеют различное название. Содержание некоторых наук изменяется вообще или различается в разных классификационных системах. Скажем, "социология" на западе означает все науки об обществе (одна наука об обществе), у нас ранее социологией считали или комплекс наук, или исследование конкретного проявления общественного развития, входящего в систему наук об обществе и поставляющего для нее эмпирические факты.
Перечисленные моменты показывают, что нельзя все науки просто вкладывать в систему. При этом неизбежны постоянные споры сторонников различных точек зрения, подверженность влиянию моды и прочих случайных причин.
В связи с этим можно воспользоваться и таким приемом. Классифицировать можно не науки, а теоретическое их содержание. В таком случае легче преодолеть и модную инерционность, и официозный мундир существующих наук, обойти этот "порог" до поры до времени. Иными словами, систематизации подлежат не официозный или общепринятый мундир науки (в котором может и не быть содержания), а определенное содержательное представление ? теория, которая выполняет определенную функцию в системе (имеет строго определенную нишу). Систематизация не наук, а их теоретического содержания, снимает вопрос признания их в качестве наук. Систематизация теорий ? основа систематизации наук.
Представители наук каждого уровня обязаны полностью учитывать достижения непосредственно более общих и непосредственно менее общих наук. При более серьезном подходе необходимо проводить логику от самой общей (субстанция) до самой конкретной трактовки предмета.
При росте объема научного отражения должен, вероятно, происходить опережающий рост объема фундаментальных наук с тем, чтобы он смог обеспечить интеграцию всей их системы.
Нужно самым решительным образом выступать за изменение устоявшегося значения современных наук. Ревизия предмета наук есть необходимое проявление развития наук. Не может быть в развивающемся мире неизменяющихся явлений. С этой точки зрения, вполне правомерны высказываемые уже давно предложения об изменении границ ряда фундаментальных наук. К сожалению, первооснову наук ? философию (с достойным сожаления образом) хотят сохранить только в современном ее виде. И, тем не менее, ей не избежать нового развития, как не может быть без развития любое явление.
Антропоцентристский принцип идеального является само собой разумеющимся ? наука есть отражение мира людьми, способными познавать, помнить и забывать. Это накладывает целый ряд ограничений на систематизацию наук. Скажем, во-первых, ни один человек не в состоянии познать всей системы наук, во-вторых, каждый начинает познание науки с нуля, в-третьих, меганауку следует делить на научные дисциплины, сделав их дискретными для более эффективного познания их и оперирования с ними.
Деятельноцентристский принцип состоит в том, что наука нужна для деятельности, для ее обоснования и, тем самым, для повышения ее эффективности. Наука не результат бесцельного умопостроения, себя самого оправдывающего. Формирование науки и ее существование ориентировано на содействие деятельности. Наука нужна для практики людей, а поэтому ее осознавать можно только через ее место в деятельности.
Функциональность системы наук состоит в том, что она может быть построена в соответствии со структурными элементами общественных отношений и, прежде всего, хозяйственной деятельности.
Политическая природа системы наук состоит в ее зависимости от общественных классов и их интересов. Несомненно, что при этом сохраняют значения условия соотношения классовости и научности.
Педагогичность науки состоит в том, что она учитывает характер обучения в тот или иной период.
Важнейшими принципами систематизации наук следует считать их координацию и субординацию. Единство научного отражения действительности проявляется во многих свойствах и, в частности, в таких соотнесениях, которые обозначают как координация и субординация. Это основные виды соотнесения различных разделов науки. Им уделено в современной науке большое внимание.
Во-первых, всегда следует иметь в виду, что, говоря о координации или субординации наук, подразумеваем, что соответствующим образом относятся свойства или объекты действительности, отражаемые науками. Сами науки и не координированы и не субординированы, а соответствующим образом соотнесены отражаемые ими свойства мира.
Во-вторых, координация и субординация наук отражает: а) соотнесение природного и общественного мира и б) одновременно относительную обособленность различных их сфер.
Принцип координации был первым способом соотнесения знаний. Координируемые знания отражают независимые друг от друга объекты, невзаимозависимые явления или свойства их. Изменение одних явлений приводит к изменению соответствующих знаний о них, и это не влияет прямо на знания о других явлениях. Независимость явлений (свойств) есть сущность координируемых знаний, которые не являются пересекающимися множествами, а расположены рядом, т.е. самодовлеющие подсистемы знаний.
Координируемость знаний часто означает ни что иное, как то, что мы еще не знаем о взаимном соотнесении соответствующих явлений действительности, а следовательно, и не знаем взаимного соотнесения рассматриваемых подсистем знаний как пересекающихся в определенной мере подмножеств знаний.
Координируемость знаний нужно рассматривать на одном и том же уровне представлений о действительности и нельзя рассматривать вне существования различных уровней знаний. По мере движения от абстрактного к конкретному координируемость знаний возрастает. Можно утверждать, что на самом общем уровне знаний о действительности вообще координируемость знаний отсутствует, там существует единая система знаний, где изменение одного предполагает изменение другого. По мере же перемещения от самого абстрактного уровня знаний к более конкретному растет степень координируемости всего объема знаний и все большие подсистемы знаний взаимосоотносят как координируемые, независимые друг от друга на каждом уровне представлений. Поэтому в каждом предмете науки имеются координируемые относительно друг друга знания, отражающие различные аспекты предмета изучения.
Существование различных сфер мира при слабой степени их взаимосвязи характерно, прежде всего, разным уровням материи. Сосуществующие части материального, взаимные связи которых слабы, отражают координируемыми науками. Степень родства сосуществующих объектов природы показывает и степень субординируемости отражающих их знаний, наук.
Координация наук состоит в том, что соответствующие аспекты действительности сосуществуют без взаимной связи друг с другом. Чем дальше друг от друга лежат уровни мира, тем больше степень координируемости отражающих их наук.
Субординация. Сложные явления характеризуются множеством свойств. Ф. Энгельс писал, что в одном стручке гороха отражено столько взаимосвязей, что их не могут выявить все ботаники мира. Свойства каждого сложного явления имеют разный порядок степени общности. Их отражают не единой наукой, а комплексом наук. В таком случае одни свойства (наиболее широко распространенные) объяснены одной наукой. Другие свойства (более специфичные и менее распространенные) объясняют другой наукой и т.д. Целый ряд наук объясняет свойства одного и того же явления. Поскольку эти свойства различаются степенью общности, то наиболее общие свойства раскрыты фундаментальными науками, а менее общие ? частными, прикладными науками. Между фундаментальными и прикладными науками устанавливают субординацию, так как соответствующим образом соотносятся свойства действительности. Субординация упорядочивает свойства явлений по их общности: более или менее общие. Более общие свойства выступают в качестве родовых и фундаментальных свойств, а менее общие ? в качестве видовых.
Для осознания данного аспекта систематизации наук следует обратить внимание на то, что выступает систематизированной единицей ? предметом наук. Данный вопрос решают по-разному. В соответствии с одним подходом объект и предмет науки представляют разные явления. "Объект познания ? явление действительности, предмет познания ? знание об этом явлении" [275.67]. "Объект науки существует в бытии, предмет науки в сознании человека" [там же, с. 68].

Идеальная модель Предмет науки Отражающая система
действительности




Действительность Объект науки Отражаемая система

В соответствии с другим подходом объектом считают явление в целом, а предметом ? тот аспект явления, который изучает данная наука. Например, Гальперин П. Я., рассматривая определение психологии, исходил из того, что "... каждый предмет имеет много разных сторон и каждая сторона составляет предмет особого изучения отдельной науки" [см.

64]. Тем самым, одним и тем же объектом действительности занимается много наук, но каждая из них по-разному его рассматривает. "Поэтому неправильно указать на какой-нибудь объект (вещь, процесс, явление) и сказать: вот предмет моего изучения. Это неправильно потому, что ничего не говорит о главном ? что же собственно в этом объекте может и должна изучать именно данная наука" [там же, с. 38].
Каждое явление можно представить как совокупность свойств разной общности. Часть его свойств имеет всеобщее значение, другие присущи меньшему множеству и т.д., вплоть до уникальных свойств каждого явления. Всеобщие свойства всех явлений изучают фундаментальные науки. Например, диалектика отражает свойства, общие всем сферам действительности. Тем самым, чтобы познать каждое явление, необходимо знать не одну науку, а все те, которые раскрывают свойства данного явления.
Возьмем обычное, широко распространенное положение о том, что политэкономия изучает материальные отношения. Возникает вопрос, одна ли она их изучает? Не раскрывает ли их содержание и социология? Уже подобная постановка вопроса показывает, что диалектика также отражает определенные отношения. Но не только социология, но и ряд конкретных экономических наук также показывают их свойства. Взаимосоотнесения этих наук, раскрывающих разные аспекты или свойства отношений, представляют их субординацию.
Когда объект изучения наук один, а предмет различен, то такие науки субординируются.
Субординироваными науками следует считать такие, которые объясняют одно и то же явление на разных уровнях его абстрактного понимания. Скажем, социология и экономические науки субординируются при объяснении одних и тех же явлений хозяйственной деятельности. В таком случае более конкретные науки дополняют более общие науки. Одни науки объясняют более общие свойства действительности, а другие менее общие свойства. Первые выступают по отношению ко вторым более фундаментальными.
Субординация наук возникает там, где науки отражают одно и то же определенное явление, но на разном уровне абстрагирования его свойств. В таком случае необходимо вести речь не о субординации существующих наук, а о том, какие науки и в каком виде должны быть сформулированы для системного отражения определенных явлений на основе системного раскрытия свойств явлений.
Субординация и координация ? сосуществующие принципы. На микроуровневом соотнесении идеального (т.е. в рамках отдельных наук) субординация и координация существуют в соотнесение родовидовых свойств явлений. Род и вид относятся по типу субординации, а виды между собой координируются.
Уяснив соотнесение между координацией и субординацией, следует понять ее неадекватность. В действительности нет только координируемых и субординируемых связей. Все материальные и идеальные объекты имеют свойство сосуществования, развиваются. Поэтому все науки субординируются по отношению к философской онтологии как отражению самого общего свойства действительности. Поэтому комплексы наук являются подсистемами единой системы наук ? меганауки, у которой общим является онтология. Схематично это можно показать следующим образом.






Единство непрерывного и дискретного порождает противоречие в характеристике системы научного отражения действительности. Свойства существуют в качестве единого непрерывного целого, а разнообразные потребности вызывают необходимость раскрытия всех их частей посредством относительно обособленных научных дисциплин на основе прерывного, дискретного принципа.
Самый конкретный уровень научной системы закрепляют собственными именами. В таком случае мы имеем дело не с вещами данного рода, а с конкретными объектами определенного вида. Естественно, что и в таком случае речь идет не полностью об однозначном явлении, а о развивающемся, которое в каждый следующий момент есть нечто отличное качественно или хотя бы количественно, а значит уже не то, которое мы имеем в виду. Естественный язык не настолько богат, чтобы отразить все различия определенными терминами, хотя и существует тенденция к этому. Но эта тенденция не может никогда полностью реализоваться. Например, говоря корова, мы просто подразумеваем определенный биовид, который развивается и на каждой из стадий развития его называют конкретными терминами. "Корова" есть общее понятие данного биовида, а не о той конкретной корове, с которой индивидуум имеет дело.

<< Пред. стр.

страница 9
(всего 13)

ОГЛАВЛЕНИЕ

След. стр. >>

Copyright © Design by: Sunlight webdesign