LINEBURG


<< Пред. стр.

страница 4
(всего 13)

ОГЛАВЛЕНИЕ

След. стр. >>

Антинаука - эзотерика, паранаука, мистика, астрология, теология, хиромантия, оккультизм, алхимия.
"...C критикой науки, развернувшейся в странах Европы и США в конце 60-х годов, где неприятие сциентизма и манипулятивной социальной технологии было направлено против науки как таковой" [А.П. Огурцов. См. 166.9].
Журнал "Компьютерра" 2001 года выбрал главной темой на год проблему науки. В журнале хорошо показана также проблема псевдонауки [см. также: Вопросы философии 2001, №6. Псевдонаучные знания в современной культуре. Материалы "Круглого стола"]. Создана комиссия РАН по борьбе с лженаукой и фальсификацией научных исследований [148].
Теоретичность наука

Антинаучность антинаука
Механизм господства обскурантизма следует специально исследовать. Отметим здесь только некоторые его аспекты:
- политики, зная о могуществе красоты, подбирают себе красивых помощников. Но с древнего Китая известно - надо боятся красивых и красиво говорящих;
- не будучи способным разбираться в науке, они вводят рецензирование, которое убивает научные инновации;
- такую же функцию имеет и редактирование;
- спецхраны для особых книг, ЛИТ, господство в СМИ некомпетентных людей;
- монополизм на истину и война с "прожектерами";
- Средства аттестации кадров и информации в стране и т.п.
С середины ХIХ века известны идеи и практика создания ассоциации исследователей как главной формы их организации в противовес академии. В.И. Вернадский пересказывал эту историю и говорил о попытках придания большего значения такой ассоциации на основе разработанного им устава и т.п. в 1902 году [45.153]. Это очень важный аспект науки в виду того, что работники академии становятся все меньшей долей исследователей. Тем не менее, они стремятся монополизировать науку и тем самым оказываются все более реакционной силой в науке. На эту тему имеется ряд специальных книг. И в развитых странах давно уже пошли по пути создания ассоциаций исследователей. Имеются такие попытки и в нашей стране по некоторым наукам. Тем не менее, пока нет адекватной практики - организации исследователей по интересам в масштабе страны.
"Несколько академиков, объединившись, могут, при желании, изгнать из науки даже гения, перекрыть дорогу в Академию явному таланту или протащить туда "своего" бездарного администратора от науки.
Большая бюрократическая прослойка в науке является полным хозяином в раздаче денег, должностей, вакансий в РАН, и это открывает ей путь по своему усмотрению делить блага, независимо от реальных заслуг" [85].
"Двери Российской Академии наук остались закрытыми для Сеченова, как закрыты они были для самых передовых русских ученых - Менделеева, Лебедева, Столетова, Мечникова, Тимирязева. Слава богу, не одни академики делали русскую науку" [325. 32].
Академик В.Н. Страхов создал общественное движение по защите науки. Он написал вариацию на тему песни "Варшавянки" песню "Страховянка", в которой показывает, что "темные силы науку гнетут", а поэтому он поднял "знамя борьбы за научное дело"...
Роль науки показана практически всеми великими ее представителями. "...Применение научных принципов было движущей силой прогресса ..." [181.1. 612].
"...Наука дает людям не только счастье, но и мастерство в любом приобретении и деле" [Платон:227.1.169].
"Теория есть высшее благо и высшее добро" [Аристотель, Метафизика, См. Гегель, 65.1.428].
"Научные силы" [181.12.3] давно уже стали главными. "...Только ясный теоретический анализ может указать правильный путь в лабиринте фактов" [181. 37. 243].
Созидание действительного богатства зависит не от количества затраченного труда, а "скорее от общего уровня науки и от прогресса техники, или от применения этой науки к производству" [181.46.2.213].
Гениальный шаг Маркса и Энгельса в истории мысли - диалектическая обработка науки [см. 161. 24. 264].
"...Науки приблизились к своему завершению, т.е. сомкнулись, с одной стороны, с философией, с другой - с производством" [181. 1. 599].
"Любите науку как жизнь". Многие исследователи указывали на то, что наука была их "главной любовью". Имеются такие положения у древних греков. В новое время, например, Бэкон отмечал свою "слишком пылкую любовь к науке" [40.1.147]. Наука была сильным и постоянным наслаждением Дж. Локка [169.1.81]. Это осознаю только сейчас, перерабатывая очередной раз первоисточники науки. В детстве этого не знал, и моя любовь к науке возникла под воздействием отца.
Предлагаемая гипотеза метанауки - результат не только моего поиска, но и отца - Георгия Кирилловича, брата Ивана Георгиевича, как и членов моей семьи - супруги Иры, детей - Сергея и Наташи. Исключая отца, мы с высшим образованием и среди нас три кандидата наук.
Отец с детства полюбил науку и, будучи шахтером, всю жизнь жил наукой. В конце жизни он так написал об этом: "Я рвался к науке в молодость свою, и меня держали клещи, то партработа, то судьба роковая. Наука - величайшее счастье жизни, а я не вкусил его. Не всякой жизни это дано. А надо бы. Пусть бы каждый человек нашей земли жил этим величайшим духом знания и познания мира".
Результаты научного поиска он резюмировал в автобиографии (см. 49) - "Тернистый путь познания" и "Дух - орудие жизни". Он закончил словами:
"В мире разум стал громаднейшим скоплением. Он также велик, его стало также много, как в Галактике звезд. И его, разум, стали валить на свалку, как в египетских городах вывозили мусор на свалку. Разум стал и силой в мире и тормозом, его продают как вещь, его творят как товар, его швыряют как нечисть, им убивают людей. Он стал добром и злом. Все это потому, что он, разум, - орудие жизни. Через разум добывают жизнь точно как за деньги.
Все, что разумно, то - необходимо.
Все, что необходимо, то - разумно.
Разум - Венец жизни,
Идея - её лучи".
Нам, своим сынам, он в детстве привил любовь к науке. Не помню его конкретных слов того периода, но могу привести его слова малолетней его внучке, написанные на подаренной им книге:
"Тане от дедушки в день посещения Ворошиловграда - Петровки. Мои мысли Вам - любите науку как жизнь. Пятница, 27-Х-1972" (выделено мной - ВАГ).

В течение всей своей жизни он поддерживал наш интерес к науке, нашу направленность на получение научных профессий, а затем и ученых степеней. Все это можно видеть в его книгах [см. 49;50;51]. В этом же ряду книги о его родине "Крутинка. ХХ век", 2-е изд., "Головка и головцы", подготовленные и изданные нами.
Он привлекал нас к своей научной работе. В начале 1950-х он разрабатывал экономические модели общественного воспроизводства. И нужно было много математических расчетов. В них участвовали и мы в меру возможности (мы тогда уже жили отдельно, так как учились в техникумах).
Отец поощрял наш самостоятельный научный поиск, поддерживал его справедливой критикой, участвовал в наших исследованиях. И сейчас хранится его критика моей кандидатской диссертации 1960-х - "Первоначальное накопление капитала". Когда я стал непосредственно работать над проблемой метанауки, то он также принял участие. Бандероль с рукописью "Метанаука" он получил 25.08.1973 года, а возвратил 19.3. 1974 г. Он читал и постепенно писал свои замечания в письмах [см. 50]. Затем он дал развернутую ее рецензию, в том числе постраничные замечания.
По отношению к науке у него был иной настрой: "Лучше писать науку, чем о том, как пишут науку. Мы критикуем того, кто пишет науку, а сами ее не пишем" [там же, с. 240-242]. "Я предпочел бы больше исследовать науку, при том одну, хотя бы маленькую, но грызть ее подобно мыши, и гляди, чего-нибудь бы, да и выгрыз. ... Да, может быть, науки стали так велики, и их стало так много, что их надо приводить в порядок. Но что же, тогда следуйте своей дорогой, и пусть люди говорят, что угодно" [там же, с. 229].
Помню многие его идеи о научном поиске: "Наука... Как ее трудно выращивать" [там же, с. 67]. "Современная наука прочна как тот двестидвадцатитонный гранит, который ставят на площади Свердлова. Но она также застывшая, как он. Она также окаменевшая как некогда этот гранит" [там же, с. 71]. "Но экономист вне философии ничто" [там же, с. 108]. "Дайте ... научно организовать жизнь" [там же, с. 115]. "Стремление к науке не определяется почестями, и если думать, что тяга к науке определяется почестями, а не желанием проникнуть в тайны мира, то это было бы пошлостью и даже шарлатанством" [49.203]. Данное его благословение движет 30 годами моей работы над метанаукой.
В начале "Метанаука" включала в себя много аспектов поиска по данному вопросу. В конце 1970-х годов вычленил из неё проблему технологии мышления. Её завершил депонированием рукописи "Диалектическое мышление" в 1990 году в ИНИОНе Академии наук, а еще через 10 лет изданием книги "Самоучитель мышления". Одновременно с этим продолжал работу и над тем, что осталось в "Метанауке". Затем вычленил из неё содержание книги "Философское основание теоретической науки" (ФОТН) и издал за свой счет ко Второму РФК 1999 года. Тогда же решил закончить "остаток метанауки" к Третьему РФК.
Названные три книги - элементы единого целого. И между ними нужно перераспределить некоторые идеи, что сейчас невозможно. Приходиться включать в "Метанауку" часть того, что должно быть содержанием ФОТН. Имеются и противоречия в трактовке некоторых идей в виду разновременности издания этих книг.
Перифраз мысли Р. Декарта [см. 87.156]:


Любознательность

ученость





5. ФИЛОСОФИЯ

Философия является основанием науки и может быть
понята только с позиции науки. В связи с этим рассмотрим сначала проблему философии, ее функцию в научном отражении мира. Затем объектами станут
философствование, становление философствования, и, наконец, проблема диалектической логики как высшей
формы философствования в ее осмыслении Лейбницем.

5.1. Философия и филодоксия

Всеобщее недовольство современной философией обосновано ее состоянием. Фактически оно проявляет критику филодоксии в виду закона:
Коммерциализация


Дефилософизация
"Утверждение о катастрофическом для философии кризисе в ХХ веке стали вполне заурядными. Нередко речь идет об отсутствии предмета философии как академической дисциплины и, следовательно, об избыточности и даже бессмысленности философии как рода человеческой деятельности" [166. 73].
Критика философии - исходный фактор адекватной постановки проблемы для восстановления функции философии в общественном развитии. "Иного не дано": если не восстановить эвристического могущества философии, то общество погибнет. Поэтому не следует жалеть усилий на это дело. Тем более все необходимое обществу уже создано великими мыслителями. Обществу надо только выявить накопленное по данному вопросу, синтезировать его и внедрить в жизнь. С этой задачей вполне по силам справиться истинным философам.

Главной причиной недостаточности науки для выполнения функции идеологии является то, что она не стала теорией. В свою очередь, причиной "научного застоя" следует считать неадекватность ее основания, прежде всего философии.

философия ? основание науки ? наука ?идеология.
Способы объяснения оснований науки многообразны:
А). Вводные темы учебных дисциплин, в которых излагают предмет и метод науки или что и как они объясняют. Иногда эти темы имеют большой объем, с помощью чего пытаются раскрыть содержание этих вопросов;
Б). Особые книги об основаниях конкретных наук, обычно это частные вопросы оснований, например, математика для экономистов, экономическая эпистемология, логика и т.п. При том естественно, что собственно математику не раскрывают в таких книгах;
В). Книги по универсальным основаниям всех наук:
* по отдельным их элементам;
* совокупности книг о разных аспектах оснований;
* система наук об универсальных основаниях всех наук. Эти науки должны быть изложены пропедевтично для разного уровня подготовки, по примеру математики. Особое значение имеет наиболее развитое их состояние, которое может мыслиться как постоянно уточняемый их идеал. К ним относятся когнитология, идеология, эпистемология, гносеология, методология, математика, логика, диалектика, науковедение, наукометрия, метанаука и т.п.
Содержание оснований науки. Прогресс науки зависит от ее оснований, главной из которых является философия. Первейшее условие представителя любой науки - усвоение оснований своей науки, в том числе и философского (смотри схему на следующей странице).
Случайные (произвольные) основания наук ? исходная их форма. О них писал Гегель [см. 65.1.101]. В таком случае некоторые исследователи основанием считают и теологические требования.
Основания наук
----+----¬
случайные ? неслучайные
----+---¬
обзоры мнений ? позитивные
---+--¬
факты ? рациональные
---+--¬
математическое ?философские
----+----¬
общие теории ? интеллектуальные
(онтология) ----+----¬
гносеология ? методология (интеллектика)
На определенном этапе мыслители осознают необходимость специального исследования оснований науки. Естественно, что начальные рассуждения по данному вопросу примитивны и требуют развития.
Обзоры мнений. Люди обычно интересуются мнениями других. Наука включает обзоры мнений и их критику при осмыслении проблемы.
Позитивные основания наук. Основанием простых действий и лежащих в их основе знаний была эмпирия:
факты ? опыт ? практика.
Эмпирия (фактология или феноменология) может стать синтетическим описанием фактов в каждой конкретной сфере жизни. Её успех зависит от развития науки вообще.
Метод "проб и ошибок" не только первый, но и самый трудный, кровопролитный. И нет возможности его преодолеть, но можно и нужно его минимизировать переходом к другим основаниям науки.
Позитивное (индуктивное) основание науки известно с древности. Великим фактом индукции можно считать систематику Аристотелем животных. И пусть последующие философы дискредитировали данный аспект аристотелевизма, тем не менее, Аристотель не игнорировал фактологического основания науки.
Во втором тысячелетия нашей эры фактам придано большее значение. Становление этого процесса хорошо показано Минто. Особое значение в этом деле Ф. Бэкона. С тех пор индукция является содержанием частных наук. Факты ? "собственное достояние" частных наук.
Фактологическое основание науки возможно и на основе здравого смысла. Гегель называл его рассудочной ступенью всеобщего развития науки [см. 65.1.58].
Эмпирики порой отрицают иные основания науки, но это пагубная крайность.
Рациональное основание известно давно. Первым его элементом является математика, ставшая фактически универсальным методологическим основанием науки.
Философское основание. "Первая философия" Аристотеля мыслилась им в качестве основания научного знания. Затем она была названа метафизикой, которая расширилась включением в нее теологии. Затем расчленили ее на логику, онтологию и теологию. В таком случае онтология становилась главным элементом метафизики. И против ее высшей формы - онтологии Вольфа была направлена идея Канта в "Критике чистого разума". Когда же некоторые кантианцы просто отбросили данную совокупность знаний, то это было движением назад. На самом же деле, Кант указывал направление вперед - разработать более содержательную науку о познании в качестве основания науки. Последователи Маркса разработали диамат как иную форму метафизики. И она была движением вперед и достаточной на своем уровне развития, но затем устарела, а поэтому, как и метафизика, потерпела поражение. В связи с этим возникла идея метанауки. Прочат на место метанауки и синергетику как универсальное основание.
философия ? "первая философия" ? метафизика ? онтология ? ?диамат ? метанаука (эпистемология).
Потребность теоретизации наук породила необходимость в философии как факторе качественного скачка науки.
Можно привести множество высказываний представителей нефилософской науки об их вере в эвристическую роль философии как фактора развития их науки. В частности, В.Ф. Гершанский в книге "Философские основания теории субатомных и субъядерных взаимодействий" пишет: "В рамках указанной проблемы решающую роль приобретает вопрос об эвристических основаниях в виде основополагающих принципов в процессе формирования данной теории" 72.3]. Одновременно он указывает позицию А. Эйнштейна по этому вопросу: "В наше время физик вынужден заниматься философскими проблемами в гораздо большей степени, чем это приходилось делать физикам предыдущих поколений. К этому физиков вынуждают трудности их собственной науки" [там же, с. 4].
Авторы большинства учебников по философии не отвергают методологической ее функции.
Сведем философское основание науки к двум элементам ? интеллектуальному и онтологическому основанию науки.
Методологическое основание науки часто сводят к онтологическому основанию - учету общих идей при рассмотрении частных проблем. Это можно считать главной парадигмой экономической науки. Надо развести эти два основания науки и не подменять их друг другом.
Онтология мыслилась общим рациональным основанием всех наук. К новому времени она устарела и была не адекватна потребностям. Поэтому правомерно ее отрицание. Необходимость же такого основания науки заставила Гегеля предпринять попытку написания энциклопедии философских наук, оцененной Энгельсом в качестве последней попытки создания натурфилософии. Гегель разрабатывал не натурфилософию, а адекватную современным потребностям систему общих наук в качестве онтологического детерминатора содержания частных наук. И в этом он был прав. Гегель не претендовал на решение проблемы, а только на ее постановку. Об этом четко сказано у него самого и его комментатора Ситковского [см. 65.1.50, где есть ссылки на параграфы 16 ("начало") и 90 ("суммарно")].
Ученые должны разработать общие науки в качестве основания для решения частных проблем своих наук. Как представителю общей теории экономики (политэкономии, фундаментальной экономики и т.п.), очевидна необходимость общей теории экономики для систематики всех экономических наук, поддержания их интегративности, плодотворности и т.п. Аналогично осознание онтологического значения общих теорий денег и техники для систематики наук о деньгах и технике.
Общие теории каждого комплекса наук должны разрабатывать не философы (как это пытался сделать Гегель), а представители этих наук.
Интеллектуальное основание науки состоит в системе гносеологии и методологии.
Гносеология (теория знания) должна давать представление о структуре всех знаний, об их делении на науки и учебные дисциплины.
Методология (теория познания) призвана обеспечить умение мыслить и тем самым упорядочивать наиболее развитым способом ? системно (теоретически) знания.
Интеллектуальное основание науки имеет определяющее для нее значение, а поэтому важно осмыслить его следующие аспекты:
А). Потребность науки в философии;
Б). Эволюцию философии и систему ее форм;
В). Прагматизм философии.
В целом, при развитии науки нужно не игнорировать философию, а осмыслить ее в качестве исторической попытки создания средства для перехода науки с уровня доктрин на уровень теорий. А поэтому необходимо дать ей оценку в целом. Следует осознать ее как эволюционную философию или универсальную эпистемологию.
"Что такое философия?" Философы обычно исследуют феномен "науки". Представители науки должны также исследовать феномен "науки". В связи с этим им следует понять сущность философии и дать анализ тенденций ее превращения в науку о науке, в теорию науки, интеллекта. Данный вопрос о философии задавали всю ее историю. В частности, Ж Руссо: "Что такое философия? Что содержит писания наиболее известных философов? Каковы уроки этих друзей мудрости? Если их послушать, разве нельзя их принять за толпу шарлатанов, что кричат каждый свое на общественной площади: идите ко мне, только я один никогда не ошибаюсь" [см. 97.17].
В.Н. Кирсанов писал о нищете философии - "много философов - мало философии" [см. 130.4]. "Никогда прежде ни одно государство не имело столько ученых и при этом так остро не испытывало дефицита философской мысли" [там же, с. 22]. Данную его идею покажем графиком:
Число философов


Значимость философии
"Вопрос "Что такое философия?" до сих пор является открытым" [296.5]. Для ответа на него следует строго различать такие понятия, как:
мудрость ? софия ? философия.
Мудрость возникает стихийно в меру накопления опыта, что происходит обычно с возрастом. Отсюда ее понимание в качестве "мудрости седеющей бороды". В частности, это имеется у Алкуина (730-804 гг.) [см. 1.1.312].
Возраст

Мудрость
"... Нам отчаянно не хватает мудрости. ... Ее так высоко ценят все великие религии. И иудеи, и христиане заявляют, что "мудрость - это величайшее благо", а Коран провозглашает: "Те, кому дана мудрость, воистину обрели изобилие благ". В Индуизме развитие мудрости - это один из основных духовных путей Йоги, тогда как в Буддизме мудрость иногда считается выдающейся духовной способностью. Что же такое мудрость и как ее воспитывать" [285.220]. "Интеллект - это способность учиться, понимать и мыслить ясно и логично". "...Мудрость происходит от применения интеллекта к пониманию главных вопросов жизни" [там же].
София - обучаемая мудрость. Ее существование в качестве софистики не было бесплодным, хотя она не достигла поставленной цели.
Философия выросла из софии в меру разработки правил мышления и т.п. И с тех пор философия господствует над исследователями, знают они это или нет, хотят этого или нет [см.: 181.20.525]. "И ... мир полон ее системами..." [169.3.588].
Приобщение к философии происходит по-разному. Можно образно выделить две формы философов ? профессионалов и любителей. Философы по образованию вынуждены ассимилировать все содержание современной философии. Это рационально для педагогов философии, но противопоказано исследователям философии. На этот счет высказано множество справедливых оценок известными людьми.
По Декарту: "... Всего меньше учившиеся тому, что до сей поры обыкновенно обозначали именем философии, наиболее способны постичь подлинную философию" [87. 306]. А. Шопенгауэр писал "Ничто не вредит философии в такой мере, как профессора философии на содержании ..." [319.6.28]. Интересно и мнение Дицгена: "Характерная особенность профессора философии в том, что он не философ, и наоборот, характерная черта философа в том, что он не профессор" [см. 161.29.378].
Философы-самоучки являются "самозванцами". Они выбирают из существующей философии только то, что им нужно. У каждого из них "свое рациональное зерно", и не всегда оно рационально. Для исследователя таковым является все то, что помогает овладеть могуществом теоретической науки. В частности, такую функцию имеет философия как метанаука.
Данная гипотеза метанауки относительна, и ее следует творчески развивать ее сторонникам. Её основанием было множество философских направлений ХХ века, в том числе акмеология, "живое мышление", экософия, дианетика. И многое из них не воспринято здесь. У оппонентов данной гипотезы имеются рациональные зерна и их очень трудно выделить. Тем не менее, это следует делать для того, чтобы осмыслить философию как важнейшее основание экономической науки. Этот вопрос затронут в ряде работ. Не повторяя их здесь и не раскрывая всей проблемы, отмечу возможности теоретизации философии.
В литературе высказаны мнения о необходимости отказа от термина "философия" ввиду его неопределенности и разноречивости. С этим можно согласиться. Термин "философия" можно и сохранить, называя им основание науки. Именно это чаще всего и называют философией. В то же время, необходимо иметь в виду, что не сам термин "философия" создает основные затруднения в философском подходе к действительности, а содержание философии.
Проблема философии. Философы прошлого были исследователями различных объектов и тем самым внесли свой вклад во многие конкретные науки. Обособление этих наук от философии предполагало уменьшение объекта философии. Ограничение объекта философии достигло предела, требующего принятия особого решения. Сохраняется ли философия сама по себе или она превращается в науку, имеющую свою нишу или объект? Сохраняющаяся в чистом виде философия оказывается филодоксией, а одновременно происходит становление научной дисциплины, имеющей строго определенное значение - метанауки (эпистемологии), как философии третьего тысячелетия.
Современная философия содержательна и рациональна. Поэтому и речи не может быть об отрицании её содержания. Необходимо далее развить философию, исходя из ее критики многими философами. Особенно остро это высказано М. Алексеевым: "... в отрицательном отношении некоторых представителей конкретных наук к философии, в неуважении их к издаваемой философской литературе большая доля вины падает все же на нас самих, на философов. Видимо, не все ладно и правильно в нашей философской литературе, раз она не всегда пользуется уважением и не вызывает должного интереса у потребителя, раз на наших ученых оказывает влияние неопозитивизм" [4.7]. "Мы, философы, нередко теряем свой "кредит'' в глазах представителей наук. Эту истину следует признать безоговорочно, сколько бы горька она для нас не была" [там же, с. 8]. "... Системность (или систематичность) наличных курсов теорий познания оставляет желать лучшего" [39.29].
"Какофоничность нашей сегодняшней философской жизни следует интерпретировать как отсутствие центра интеллектуального внимания и общего, захватывающего всех спора. Вырваться из этой ситуации можно, только обретя такой центр. Где же его искать.
Для нас - философов - таким центром может стать сама философия. ... Очевидно также, что ничего похожего на консенсус в философии не существует ..." [247]. Далее Н.С. Розов дает структуру "пестрого разнообразия философских голосов, звучащих в современной России".
"Философская мысль оказалась бессильной возместить связующее человечество духовное единство. Духовное единство религии оказалось утопией... Религиозная мысль распалась на множество течений. Бессильной оказалась и государственная мысль создать это жизненно необходимое единство человечества" (45.51). "...Эту миссию берет на себя наука" (там же).
Можно считать фактом недостаточную философскую культуру не только общества, но и философов. В их адрес можно бросить тот же упрек, который Ф. Энгельс адресовал прежним материалистам - непонимание относительности всех научных теории, незнание диалектики, преувеличение механической точки зрения.
Мир философии представлен множеством ее парадигм, концепций и т.п. Их оценка - основа для выбора наиболее развитой из них, которая только и может быть началом последующего ее прогресса.
Прогресс философии во многом связан с определением её высшей на сегодня формы и выявления того, что можно считать "высшим достижением мировой философии". Сейчас таковой называют порой современную западную философию [см. 247]. В противоположность, можно утверждать, что ею была советская философия при всех ее недостатках или ее предтеча - философия Маркса. При таком подходе к философии ее прогресс упирается в оценку философии "Капитала" Маркса. Обилие мнений о "Капитале" как высшей форме практической философии сменилось обилием альтернативных мнений. Обратим внимание на ряд аспектов философствования Маркса в "Капитале".
"Но не все в работе философов удовлетворяет советских экономистов. Они в большинстве случаев не могут оторваться от такой исходной позиции, как "Капитал" Карла Маркса. Конечно, "Капитал" является непревзойдённым образцом приложения диалектического метода к экономическому исследованию. Гораздо проще пользоваться "Капиталом", чем разбираться в сложных, а иногда еще и до конца не ясных деталях экономики. От этого выигрывает философская сторона публикуемых работ, но одновременно проигрывает возможность использования их результатов в экономических исследованиях, ведущихся на современном материале.
Очевидно, что в деле практического применения диалектической логики на помощь философии могут прийти только те, кто лучше владеет материалом современности и, в первую очередь, сами экономисты. Но для этого нужны определенные исходные знания" [225.4]. Данное положение В.А. Первушина примечательно и справедливо во многих отношениях.
"Современный ученый хотел бы от философа не просто получить совет: "Читай "Капитал" К. Маркса и там найдешь систему диалектических категорий". В дополнение к этому весьма полезному совету он хотел бы иметь систему категорий диалектического мышления в чистом, логическом, виде, причем уже такой, которая бы учитывала уровень развития современного научного знания, происшедшие в последнее время изменения в его структуре, в формах получения теоретических построений и способах доказательства. Не учитывая этих изменений в характере и устремлениях современного научно-теоретического мышления нельзя, иначе построенная система категорий, логика, не будут работать в науке, способствовать достижению новых результатов" [см. 14.113].
Философия как единственная основа работ над методой Маркса не дает той базы, которая необходима для развития диалектического метода. Более того, она приводит к определенному "вырождению" самого метода и иногда к темной гегельянщине. Уразумев многое у Гегеля и в трактовке работ классиков, авторы склонны схоластизировать и догматизировать все это. Помимо прочего, у них не оказывается ни сил, ни времени для того, чтобы столкнуться с проблемами фундаментальной трактовки современной экономики и увидеть основания наук с этой точки зрения. С другой стороны, экономисты все еще ждут от философов решения проблемы метода исследований, а не берут в качестве примера классиков, которые были и экономистами, и философами, и тем самым могли решить вставшие тогда задачи. Тем самым экономисты устраняются обычно от исследований проблем основания науки. И тем самым истиной оказывается "горькое" признание В.А. Первушина: "К сожалению, многие экономисты, даже специально занятые научно-исследовательской работой, не очень ясно представляют себе диалектическую логику" [225.5].
Оценка причины создавшейся ситуации вряд ли укажет на один какой-либо фактор в качестве главного. В определенной мере это вытекает из современной роли науки в общественном производстве и характера исследований. Понуждение обществом, с одной стороны, и желание самих исследователей воспользоваться плодами своей научной деятельности, с другой стороны, приводят к сокращению творческого периода по созданию творческих работ. Результатом оказывается недостаточное "философское" обоснование трудов и малая новизна принимаемых решений. Следует учитывать и идеологический напор и т.д. Из всех возможных факторов здесь обратим внимание на собственное состояние философии и, прежде всего, диалектики.
Э.В. Ильенков писал о необходимости создания "капитального" труда, который с полным правой будет носить одно из трех названий: "Логика", "Диалектика", "Теория познания"" [106.269]. Правомернее будет назвать такой труд метанаукой, протонаукой или еще как-то иначе.
А.М. Миносян призывал к "коренному изменению структуры диалектического материализма" [193.48]. Одновременно, он считал, что проблема еще не решена. Данную проблему решают тем, что ведут многообразные философские исследования по всем ее вопросам. Многочисленные исследования не всегда адекватны ? сначала надо показать систему наук, исходя из нее определить предмет философии, а затем только рассматривать внутреннюю структуру философии ? субординацию ее категории. Нельзя написать диалектику, не учитывая строго определенную систематику наук и место в ней диалектики.
Своей специализацией философы часто осознанно или неосознанно устраняют представителей других наук от исследования феномена "науки". Складывается ситуация, которая уже имела место в истории науки. Философия существует сама по себе, а развитие наук идет помимо философии. Эта замкнутость философии, потеря ею практической значимости отмечалась многими философами.
Основное направление развития философии совпадает с развитием всех других наук ? ростом систематизации на основе интеграции и дифференциации ее элементов. "Философствование без системы не может иметь в себе ничего научного; ... Под системой ошибочно понимают философское учение, основывающееся на ограниченном, от других принципов, на самом деле принцип истинной философии состоит именно в том, что он содержит в себе все особенные принципы" [65. I.100].
Ядро философии - диалектика. Поскольку диалектика трактуется в качестве науки, отражающей всеобщие законы развития мира, то соответственно диалектический метод также имеет всеобщее значение. Степень общности диалектического метода равна степени общности диалектики. Что же касается степени универсальности диалектики, то можно ее характеризовать двумя разными способами. Можно трактовать диалектику в качестве науки о всеобщих законах состояния, и в таком случае вполне естественным и обоснованным будет мнение тех, кто считает, что закон отрицания отрицания не является диалектическим, всеобщим. И другие диалектические законы не в полной мере можно считать тогда диалектическими. Второй вариант трактовки диалектики состоит в том, что ее рассматривают в качестве науки о развитии. Диалектика есть "учение о развитии в его наиболее полном, глубоком и свободном от односторонности виде, учение об относительности человеческого знания, дающего нам отражение вечно развивающейся материи" [161.23.43-44]. При этом нетрудно выяснить, что развитие составляет довольно маленькую часть всех видов состояний, хотя и самую развитую, сложную. Узкая трактовка диалектики имеет определенные преимущества, более понята, хотя также ставит ряд проблем.
Проблема систематизации категорий диалектики остается нерешенной. По этому вопросу написан ряд работ: "... Разработка объективных оснований систематизации категорий материалистической диалектики является важным и перспективным направлением исследования. Однако в этой области сделаны лишь первые шаги, позволяющие наметить основные направления и выделить основные проблемы" [311.113]. Систематизация категорий может быть только следствием теоретизации философии.
Теоретизация философии - частный случай теоретизации науки. Она принесет определенную пользу и должна происходить одновременно с перестройкой системы наук.
Теоретизация философии

Плодотворность обучения философии
Самое главное в том, чтобы уточнить диалектику тем или иным образом, сделать диалектику элементом, постоянно используемым в научной и повседневной жизни. Диалектика выступает чаще всего пассивным знанием, и ее приверженцы не знают, как ее использовать в практической деятельности. Возникает вопрос, возможно ли диалектику в современном ее состоянии не только довести до людей с высшим образованием, но и сделать так, чтобы они ее постоянно использовали в своей деятельности? При ответе на этот вопрос следует обратить внимание, прежде всего, на практику, которая показывает, что обучение этой науке не давало эффекта. Вероятно, для настоящего овладения диалектикой нужно ее сначала усовершенствовать. Практика показывает, что не удастся диалектику в современном ее состоянии сделать общим достоянием. Теоретизация наук, в том числе и диалектики, дает основания для превращения ее в плодотворный метод мышления.
Диалектика должна послужить методом для соответствующего диалектического преобразования основных форм идеального воспроизведения действительности. "Продолжение дела Гегеля и Маркса должно состоять в диалектической обработке истории человеческой мысли, науки и техники" [161.29.131]. Это завещание актуально и сегодня, когда налицо не только успехи в данном направлении, но и факты отказа от диалектики.
"Диалектическая обработка" идеального предполагает соответствующее распространение диалектики, осознание исследователями ее практической значимости. Недостаточность этого свидетельствует об отсутствии соответствующего представления самой диалектики, философии вообще. Именно здесь следует искать основную причину, и именно так ставили вопрос многие философы, в том числе Б. Кедров, М. Алексеев и другие.
Философия ? позитивизм ? прагматизм (утилитаризм).
Борьба философов нашей страны в ХХ веке с позитивизмом и прагматизмом ошибочна. Для представителей науки философия интересна только в меру ее позитивизма, прагматизма, утилитаризма как основания теоретического понимания мира. Конечно, необходимо иметь в виду и другую крайность ? чистых позитивистов и прагматистов, т.е. тех, кто отрицает необходимость использования накопленных философией идей о науке, интеллекте и т.п.
Плюрализм ? Монизм
Философы России ХХ века отринули позитивизм и прагматизм. На самом же деле, философия может быть только позитивной, прагматичной, популярной. И не убедительны ссылки на исследователей, за кем следовали философы. Позитивизм и прагматизм философии отрицают только филодоксы.
Должен восторжествовать девиз Х. Вольфа "Ad usum vitae". Его придерживались практически все великие философы. Например, Кант, Гегель, Энгельс были философами-позитивистами. Они выступали за теоретическую философию. Они внесли свой вклад в этот процесс, который не завершен и вообще никогда не будет завершен.
Для позитивистов характерно также и то, что они сводили философию к науке о мышлении. Такие положения имеются у многих названных и других исследователей.
О. Конт - основоположник позитивизма. Но не только Конт является автором этого подхода. Позитивизм - проявление главной тенденции развития философии с древнегреческих философов. Аналогична и прагматическая сущность философии. Ведь уже древние греки разрабатывали философию как инструмент познания. И с тех пор философия, так или иначе, трактовалась большинством ее исследователей как канон или органон и т.п.
Основные типы философии. Как и все сущее, философия развивается. Этот ее факт осознан в должной мере многими современными философами. Многие философы исходили из необходимости создания новой философии. В частности, это позиция Ф. Бэкона при разработке им "Нового органона". Писали об этом Р. Декарт, Г.В. Лейбниц. И. Кант вообще считал, что философию надо еще создать, а поэтому писал только введение в нее ? пролегомены. Многие современные философы разделяют эту идею. В частности, "Следовательно, задача создания новой формы философии, предполагающей разработку современной картины мира, новых обобщающих понятий и теорий, существенное обновление философской методологии во многом еще не решена и ждет "своего часа"" [245].
Конкретизация функций философии позволяет уточнить содержание программы по восстановлению прагматизма философии. Исходная функция философии ? совершенствовать технологию мышления и ее основание - теорию интеллекта (интеллектику). Она призвана также совершенствовать объяснение самой науки, обобщая имеющиеся в обществе идеи по данному вопросу. Философия обеспечивает также универсальную онтологию. И философия ответственна за разработку дидактики обучения философствованию, т.е. умению применять философию в качестве практического инструмента жизни. Философы должны учить философствовать представителей наук и критически оценивать достигнутый ими уровень философствования, как высшей формы исследования.
Главная историческая тенденция развития науки и философии, как и современная ее структура, и перспектива, может быть кратко показана ретроспективно [см. 47]. Исходя из замысла И. Канта, можно выделить следующие основные формы философии:
-- метанаука = будущая, теоретическая философия
--+- метафизика= "первая философия"
--+--- натурфилософия = наука
Системная трактовка форм философии учитывает историю их становления. Она предполагает упорядочение всех существующих форм философии на основе историзма. Иными словами необходимо использовать принцип единства исторического и логического. Такую возможность дает ретроспектива ? восстановление прошлого на основе настоящего. Как писал историк ХIХ века Болтин: "Современность ? музей прошлого". На основе современности можно представить прошлое, что и отличает ретроспективу от истории. История ? продукт "копания" в ее пыли, а ретроспектива ? взгляд на прошлое на основе современности.
"Философия"
---------------+----------------¬
наука ? общая наука ? основание науки
(натурфилософия) (метафизика) (метанаука)
Можно предложить две гипотезы:
Первая:
"Философия"
-----------+-------------¬
Натурфилософия ? филодоксия ?философия
-------------+---------------¬
"первая философия" ? метафизика ? метанаука
-----------+-----------¬
логика + онтология + теология
Вторая:
философия
------+-------¬
филодоксия ? натурфилософия ?наука о науке
------+---¬
просто? "первая" ? метафизика
------+---¬
просто? Вольфа ?метанаука
------+------¬
диамат? эпистемология? теоретическая
------+----¬
1 ? 2 ? 3
Филодоксия не наука. Ее можно назвать и диалектикой, как порой делал Аристотель [12.1.123]. Затем философией назвали науку, поскольку ее считали мудростью, разумом и т.п. [там же, с. 102 136 и др.]. Впоследствии философией стали называть не любую науку, а только науку об основаниях науки [там же, с. 125]. У Сократа и Платона она свелась к методологии познания - науке о мышлении, диалектическом методе. В форме "первой философии" Аристотеля она уже включала все рациональные основания науки, в том числе и математику, и логику (диалектику) и онтологию. Но все это было в единстве (синкретически). "Мудрость есть наука о началах" [там же, с. 272]. Начала математики должна исследовать первая философия [там же, с. 278]. Так как наука философа исследует сущее как таковое [там же, с. 276]. В последующем ее стали называть метафизикой в широком смысле слова и относили к ней логику, онтологию, психологию и др. Высшей формы такая метафизика достигла у Вольфа. Ее неадекватность потребностям науки привела к ее отрицанию Кантом и требованию разработки новой ее формы, которую назовем метанаукой. На этой основе возник диамат как форма метанауки, а сейчас такую функцию отчасти выполняет эпистемология (синергетика). И общепринятое мнение - нужно нечто новое, что назовем теоретической философией или метанаукой. Она также не может не быть динамичной и многообразной. Уже существуют ее гипотезы и данная работа - одна из них.
Натурфилософия фактически не была философией. Так называли науку с древних греков до ХIХ века [330.389]. Она представляла собой множество конкретных наук в форме учений. Это была совокупность частных, разнохарактерных наук [181.21.316]. Образно это можно показать так:


Эта концепция исходит из отождествления философии и науки. Науку считали философией, и философия была наукой. Затем обособилась философия как особая наука. И философия все более становилась основанием науки. И хотя этому процессу 2500 лет, но он не завершен.
Пережитки натурфилософии сохраняются по настоящее время в форме частных форм философии: философия истории, философия техники, философия хозяйства, философия экономики, философия денег и т.п. Специальные исследования философии техники, философии экономики убедили в том, что нет ничего специфичного в этих формах философии. Их рациональные зерна составляют содержание общих теорий данных объектов.
Название философией какого-либо конкретного исследования представляет собой простую подмену понятий.
Филодоксия. Данное понятие известно с древних греков. Имеются категоричные суждения по ее поводу у Канта, но современные философы не "наступают на эту свою мозоль".
Любомудрие первоначально сводилось к умению говорить, чему учила риторика. Овладев приемами красноречия, риторы (ораторы) не становились философами. Они оказывались филодоксами - любителями мнений. Филодоксия состоит в высказывании необоснованных положений, т.е. мнений. Философия - поиск путей к истине. Философия спрашивает: "Что есть истина?" [181.1.101].
И. Кант отмечал фактическое превращение философии в филодоксию [123.3.35]. "Виртуоз ума или, как его называет Сократ, - филодокс ..." [123.8.279]. Об этом пишут и современные философы: "Платон нашел и имя для любителя "Мнения": философу он противопоставляет филодокса" [305.181].
Перефразируя Канта, философы остаются "виртуозами ума" [там же, с. 298] или "болтунами" [там же, с. 292] вместо того, чтобы быть законодателями теоретической науки при познании объектов. Для этого они сами должны осмыслить "достоинство философии" или "ее абсолютную ценность" [там же, с. 291].
Филодоксы стремятся, по И. Канту, только к тому, чтобы вообще сбросить оковы науки и превратить труд в игру, достоверность - в мнение, а философию - в филодоксию [см. 123.3.35].
С древности филодоксия является спутницей философии, и в наше время она стала главным ее врагом.
философия
филодоксия

Филодоксы не способны философствовать, не читают книг философов. Они возводят в абсолют свою неспособность применять диалектику, философию вообще. Они обычно используют свои философские степени и звания для того, чтобы с их помощью обеспечить себе любую карьеру вне философии. Филодоксия мафиозна - держится на личных связях в противоположность принципу - "Платон мне друг, но истина дороже".
Голословные утверждения филодоксов убедительны только некомпетентным людям, а поэтому их труды не вызывают интереса общественности, не привлекают к себе внимания. Поскольку филодоксия рядится в одежду философии, то философия и теряет престиж.
Филодоксия отражает также тот факт, что диалектика не стала нормой мышления, средством понимания всех объектов, а также, что не решены замыслы классиков философии по этому вопросу.
Филодоксичность философии была причиной трех форм ее вырождения:
--- схоластика
--+-- эклектика
--+---- софистика
Софистика - филодоксия, ориентированная на обучение мышлению. Софисты использовали приемы риторики, а также разрабатывали и свои приемы речи. Такие приемы рассуждения называют с тех пор софизмами. В целом, софистика просуществовала около половины тысячи лет. Не следует отрицать положительного вклада софистики в философию. Тем не менее, практика подтвердила недостаточность софизмов, в результате произошло вырождение этой формы философии. С тех пор софистика - факт вырождения попытки превратить философию в средство развития ума людей, их способности говорить, мыслить и т.п. И хотя ранее ее бичевали в качестве негативного философского явления, тем не менее, полтысячи лет ее существования свидетельствуют не просто о заблуждении, а о рациональном ее зерне.
В борьбе с софистикой происходило становление настоящей философии по мере ее разработки как основания научного познания. Решающий вклад в этот процесс внес Аристотель разработкой приемов мышления как содержания философствования, и принципов научного познания. Данные его труды назвали впоследствии логикой, метафизикой. Начальное состояние логики и метафизики не могло быть монистичным. Многообразие мнений свидетельствует о недостаточности существующих подходов в метафизике. Признавая рациональное у них, следовало выявить его и свести воедино в качестве более продуктивной философии. Так возникла эклектика.
Эклектика - попытки синтеза новой формы философии объединением достоинств разных философских школ. В начале нашей эры не получилось создания новой формы философии, а поэтому слово "эклектика" приобрело негативное значение. И сейчас порой данное слово используют плодотворно и не без основания в исходном значении слова, т.е. "объединение" рациональных идей противостоящих концепций. Такой факт имеется в учебнике менеджмента США.
Метафизическая философия, несомненно, была рациональной. Особенно ее элементы - логика и диалектика, воспринимавшиеся обычно как содержание философствования. И многие мыслители отстаивали необходимость обучения людей в школах умению философствовать, т.е. применять эти науки при познании ее объектов. В результате возникла школьная практика обучения молодых людей философии, метафизике, логике, диалектике. При этом многообразны соотнесения содержания этих слов.
Схоластика - третье вырождение филодоксии. Она существовала тысячу лет с V века новой эры. Ее суть - обучение в школах философствованию, т.е. умению мыслить. Но это было всего лишь средством для теологии (смотри лекции по философии Гегеля). Главным ее содержанием считали логику или диалектику. Тогда обычно эти слова были синонимами. Дискредитация данной функции философии произошла потому, что она не стала теорией, а поэтому обучение ей было малопродуктивным процессом. В связи с этим в средние века отринули (отбросили) данную практику обучения философии. Одновременно начался поиск новой ее формы. Последнему процессу примерно полтысячи лет. Многие выдающиеся мыслители внесли свой вклад в решение этой проблемы. Тем не менее, философия не стала нормой обыденной жизни, как, скажем, произошло с математикой. И историю этого поиска рассмотрим далее. Ограниченность достигнутых результатов усиливало негативное отношение к философии и укрепляло позиции филодоксов
Ограниченность современной филодоксии. Филодоксия - предшественница философии, сосуществующая с ней всю ее историю. И сегодня она "правит бал". Видимо, к ней можно применить в полной мере выражение "философское шарлатанство" [181.3.16]. К ней можно отнести и положение ХIХ века о том, что "чистые теоретики встречаются обычно в стане реакции". А поэтому надо специально остановиться на ее специфике. Большинство современных философских идей следует считать филодоксией.
Специфика филодоксии:
* рвет преемственность с классической философией;
* не понимает служебного значения философии для науки;
* отказывается от функции быть основанием науки;
* отстаивает ненужность философии обществу;
* не считает философию наукой;
* филодоксы сами изобретают себе проблемы, а не работают над общепризнанными проблемами [перифраз, см. 204, с. 185];
* отрицает положение о том, что "философия - наука наук".
Филодоксия отрицает существующий с древности принцип "философия - наука наук". Тем не менее, в этом суть философии. Следует восстановить эту терминологию, сведя ее содержание к тому, что философия - основание науки, которое определяет науку, или меганауку. Отказ от такой оценки философии как науки наук рвет преемственность, нарушает кумулятивность, эволюционность подхода, а без них не может быть и ее истинности. Философия - наука, и ее специфика состоит в том, что она служит средством или основанием для других наук. В этом смысле она является наукой наук. Другой вопрос, что философия не стала наукой наук и тем более не стала теоретической философией. Давно популярны лозунги:
"Обойдемся без...
-------+-------¬
философии ? философов ?филодоксии"
А.И. Герцен аргументировал присказкой о роли друзей: "Генрих IV говаривал: "Лишь бы провидение меня защитило от друзей, а с врагами я сам справлюсь"..." [71.1.85]. Присказка как нельзя лучше подходит к осознанию главной болезни философии - многие ее профессионалы стали ее "друзьями", которые фактически убили ее, превратив в филодоксию. И проблема не в том, что они не могут, а в том, что они считают себя носителями истины в последней инстанции и препятствуют развитию философии. Главная болезнь некоторых профессиональных философов - полузнание, что опаснее незнания. Не понимая истинной сути философии, они не могут быть экспертами философии, на что они претендуют.
Признаком филодоксов является то, что они не читают трудов даже друг друга, не считая неизвестных им исследователей. И это свидетельствует об истинности следующей идеи Дж. Локка: "Отвергать заранее мнения других людей, не ознакомившись с ними, - это значит не доказывать темноту последних, а только самому впадать в слепоту" [169.2.207].
Филодоксия стала средством жизни полузнаек, хотя и добившихся взаимного признания. Филодоксы самодостаточны и не обременены грузом преемственности с великими людьми прошлого и наукой. Они хотят быть авторитарным лидером общества, не давая взамен ему ничего. Им не нужны правила обработки сведений, общее понимание действительности и т.п. Они считают, что они никому ничем не обязаны (а общество им обязано) и свободны в своих мнениях. Высказываемые ими мысли имеют негативное значение хотя бы тем, что отнимают время на знакомство с их идеями. И чем авторитетнее они, тем обоснованнее принцип многих ученых "Обойдемся без философии".
Если оценивать в целом современную философию страны, то главное в ней не то, что она дает, а то, чего она не дает. Многие философы рвут преемственность с собственно философией. Они присоединяются к ретроградной форме псевдофилософии - филодоксии, считая ее "высшим достижением мировой философии". И если конкретных философов это устраивает, то общество нет. В таком случае наука остается без адекватного основания, т.е. без философской методологии, гносеологии, онтологии. Вне этого не построить системы науки - меганауки и не превратить ее в идеологию.
Вероятно, следует написать системно о филодоксии. Ограничимся только приведением некоторых идей ее представителей с тем, чтобы осмыслить ее суть.
"Конечно, у каждого человека свой способ мышления". [326.6]. Если признать данное положение, то философия не нужна вообще. Аналогично и следующее положение: "... И только лишь в ХIХ веке начинают становиться все более и более популярными мнения о том, что подлинная наука и философия не имеют между собой ничего общего" [160.38].
Конкретизируем важнейшие направления филодоксии в новейшее время:
--- российская
--+-- советская
--+---- русская
--+------ западная
Западная филодоксия формируется в ХIХ веке как антипод диалектической философии. В связи с этим она вынуждена отвергать практически всю классическую философию, начиная с Аристотеля. Показательны в этом плане многие мнения признанного её представителя - Б. Рассела. Он заложил главные признаки западной философии, прежде всего идеологический нарратив, как средство монопольной претензии на истину в последней инстанции. Не являясь философом, т.е. не разрабатывая ее как систему или теорию, он раскрывает ее историю как основание претензии на абсолютную истину. Его история написана по законам "чтива" и проявляет надменность почти ко всем великим философам, которым естественно "ничто человеческое не чуждо". Акцент на черных пятнах великих философов - идеологическое средство увести от главного вклада их в интеллектуальный прогресс общества. Его не интересует эвристическое могущество философии, а она для него - средство самоутверждения. Например, он считал логику Аристотеля "тупиком в развитии логики, за которым последовало более двух тысяч лет застоя" [242.216]. Тем самым, он отбросил самое главное в философии. Или когда он не понимал сути категорий (а это норма для филодоксов) или считал ложным почти все учение Гегеля [там же, с. 667], а систему Маркса эклектикой [там же, с. 588], то все это фактически 100% филодоксии, с которой бессмысленно спорить. Филодоксы не слушают других, а "свинец разуму" по Бэкону им ни к чему.
Разработка главных проблем философствования как высшей формы исследований во всех науках, философского основания науки вообще все более отталкивала многих авторов от философии, превращая их в филодоксов. Особенно проявилась эта ее тенденция по отношению к идеям Гегеля. Шопенгауэр [319.39] полагал, что в гегелевской философии 3/4 чистейшей бессмыслицы и 1/4 нелепых выдумок. Тем самым он отбросил ее. И западная наука именно так оценивает философию Гегеля. Об этом хорошо сказано у Р. Рорти.
А.И. Герцен писал: "Философия Гегеля - алгебра революции ..." [71.2.195]. Именно этот факт стал главной причиной отрицания Западом диалектики и Гегеля вообще. И неудивительны следствия такой науки - вместо движения вперед, она топчется на месте, и стала камнем преткновения для науки всего мира.
Филодоксизация философии ускорилась после Маркса. И причиной было то, что Маркс указал на конец буржуазной науки ввиду отрицания ею диалектики: "В своем рациональном виде диалектика внушает буржуазии и ее доктринерам - идеологам лишь злобу и ужас, так как в позитивное понимание существующего она включает в то же время понимание его отрицания, его необходимой гибели ..." [181.23.22]. В результате произошла смерть буржуазной общественной науки, которая превратилась в апологетику. Апологетический характер буржуазной науки [см. 181.23.552] нагляднее всего проявляется в экономической науке. Против такой оценки выступили много именитостей, но, тем не менее, она истинна, что, в частности, проявляется в росте антинауки и т.п.
Боясь диалектики как идеологии преодоления капитализма, его апологеты развивают многообразные течения философии, которые сменяются калейдоскопично в результате взаимной борьбы. Часто они принимают благозвучные названия, содержание которых не соответствует им.
Р. Рорти - ведущий философ США ХХ века. Он раскрыл истину западной философии, дав нелицеприятную, но истинную оценку ее главного идеологического оружия - нарратива (дословно - повествование).
Среди современных философов США Р. Рорти занимает особое место. Его книга переведена на русский язык, как и ряд его статей. Институт философии РАН записал в свой отчет за 1998 год исследование философии Р. Рорти. Его позиция не выражает всего содержания философии США, а только ту ее ветвь, которая все более становится идеологией западнизма, американизма.
Мнение Р. Рорти важно как свидетельство господствующей парадигмы в философии. Используем его идеи для того, чтобы показать истинное состояние, проблемы и тенденции развития философии. Р. Рорти прав во многих оценках, прежде всего в том, что:
* Платон мечтал о совершенном знании [250.37];
* известной Рорти философии "пришел конец" [249.291];
* возможна новая форма философии, которая будет прагматичной [там же, с. 291];
* философия фактически сводится к эпистемологии - философия как эпистемология [см. там же, с.101], "эпистемология, или ее наследник, представляют собой центр философии..." [там же, с. 289], "сердцем" философии служит "теория познания"" [там же, с. 97];
* нет "философского метода" или "философской техники" [там же, с. 291];
* эпистемология как первая философия [там же, с. 98, 102, 125 и др.].
Интересен и ряд называемых им аспектов американской философии:
* ориентация философов США на "успех любой ценой";
* философия в США не пользуется признанием [там же, с.111];
* философов США не учат иностранным языкам и это залог их бесполезности [250.110];
* запрещение ("непоощрение") изучать труды Гегеля, а поэтому он остается "невидимым" в США [там же, с.112];
* изоляционизм англоязычной философии:
"... Современная англоязычная философия представляет собой самодостаточный остров, который не поддерживает связей с внешним миром, на нем обитает много умных людей, но с другими культурами он никаких отношений не поддерживает" [там же, с. 132].
Позиция Р. Рорти в последнем абзаце его книги изложена метафорически и требует "перевода" на язык здравомыслия. Ее можно представить следующим образом: "Философия нас не интересует сама по себе. Но мы понимаем, что ее нельзя игнорировать, поскольку в ней кроется то, что убьет монополию Запада на грабеж мирового сообщества. Поэтому мы и "повествуем" - пишем работы по философии с тем, чтобы обеспечить нам идеологическое господство в мире. Безразлично как называть наши разглагольствования, назовем их "повествованием" (выражение Рорти, а в философской литературе неоднократно встречал без перевода это английское слово русскими буквами - нарратив), главное, чтобы Запад имел право диктовать свои условия миру, так как он это делает сейчас".
Воспринимая философию как практическое орудие борьбы за лучшее состояние всего общества, следует ее теоретизировать. Для этого общество должно сделать философию инструментом спасения мира, а для этого освоить диалектику как "острейшее оружие и лучшее орудие труда", сделать науку объединяющей общество идеологией прогресса. Именно в этом - достоинство философии.
Интересно его положение о будущей замене эпистемологии герменевтикой.
Рорти провозглашает смерть философии ввиду того, что она, по его мнению, не состоялась. И он во многом прав в оценке современной философии. Тем не менее, он ошибается в оценке действительной философии. Философия не сводится полностью к филодоксии и плодотворна даже в таком виде.
Западный уклон по Хакену. "...Существует ярко выраженный уклон Восток - Запад в распределении научного внимания. В таких случаях, как Россия и Япония, замечаются и используются не только собственные результаты, но также и все те, которые получены западнее этих стран, т.е. в Европе и в США. В Европе воспринимаются и используются, надо сказать, к сожалению, только те результаты, которые достигнуты в США, частично также в Европе. И, наконец, ученые в США принимают во внимание только свои собственные результаты. Можно встретить и в США обвинение в адрес ученых, живущих на Западном побережье, разумеется, это делается cum grano salis, что они используют только свои результаты. Это, возможно, несколько преувеличенная картина" "... В США сложилось особая культура науки и поведения ученого, когда каждый, грубо говоря, набивает себе цену. Каждый отдельный ученый постоянно должен рекламировать свои достижения с тем, чтобы бороться за финансовую поддержку" [262.53].
Итак, "авторы Востока" читают труды авторов, расположенных западнее, а западные не читают трудов восточных по отношению к ним авторов. Поэтому "восточным авторам" не следует надеяться на признании западниками их подхода: "западники" просто не компетентны в данном вопросе по причине идеологической зашоренности, снобизма.
В целом, можно утверждать, что западные философы:
- не знают прошлых идей ввиду рыночного отказа
от преемственности;
- не читают работ других исследователей (отсутствует эрудиция);
- не овладели логикой и диалектикой из-за страха перед ними;
- подвержены мистике;
- стремятся не к истине, а к выгоде;
- не отдают всех сил исследованиям, а предпочитают
удовольствие досуга;
- не работают на пределе человеческих возможностей...
"Русская филодоксия". Все что называют "русской философией" на рубеже ХIХ и ХХ веков не было философией. В начале ХХ века А.Ф. Лосев указал на ее мистичность. Теология была довлеющим элементом русской философии. Благозвучие ее призывов было бесплодным из-за расхождения с интересами противоборствующих общественных сил. Её идеи сейчас стали аргументами самоутверждения филодоксии.
"Все ошибки революции - царство разума - и ее последователей ... в философском невежестве" [117]. Однако суть философского невежества в понимании А.А. Фета является всего лишь филодоксией, что можно проиллюстрировать следующими его мнениями. "Необходимость философии при известном развитии народной жизни. Опыт указывает, что большинство людей и целые народы и государства живут и процветают в полном неведении философской и всякой иной науки.... Итак, отсутствие философской науки в большинстве случаев совершенно безвредно. На что философия пахарю, кузнецу и вообще профессору, пока он не берется за отвлеченные выводы из изучаемых фактов" [там же].
Нужна ли философия (диалектика) на кухне? Эта и ряд аналогичных постановок проблемы является всего лишь излюбленной филодоксами попыткой эмоциональной дискредитации философии. Ранее отрицательный ответ на такой вопрос был истинным, а сейчас - ложен. И пахарю, и кузнецу и повару (см. Похлебкин) диалектика (философия) нужна как средство профессионализма в третьем тысячелетии. Но не это главное. Жизнь в третьем тысячелетии возможна только в меру использования философии как средства овладения теоретической наукой. Каждый простой человек может выжить только на основе адекватного знания рынка и жизни вообще, что невозможно без философии и, тем самым, без теоретической науки.
Советская филодоксия возникла в результате иных причин и в качестве средства "добрых намерений, мостивших дорогу в ад".
С Древнего Египта известно положение Пта Готеп - "слово - самая трудная работа". Но слова субъективны и могут быть ошибочными. И тогда они теряют свое идеологическое значение для общества. И сейчас порой пишут: "Слово имеется, надо чтобы его услышали ...". В противовес последнему мнению можно утверждать, что слово, которое не слышит народ, - абракадабра. Всему этому противостоит подход Сократа, выраженный им рефреном строки стихотворения: "Не верно было слово это ..." [227.1.151]. Его смысл такой же как и последнего наставления Сократа в "Федоне" - меньше думайте о Сократе и т.п., а стремитесь к истине. И может оказаться, что ваши слова ошибочны...
В советской философии, остающейся вершиной философской мысли, было много неверных слов. Одним из них было отношение к диалектике.
"Научное жульничество". Советская философия придерживалась ряда философских аксиом, филодоксичных по существу. Некоторые факты приведены ниже. Они были написаны тогда, когда диалектика провозглашалась ядром официальной идеологии государства.
"Разве не издевательством над диалектикой является стремление превратить ее в некую универсальную отмычку, наличие которой (в виде одного-двух общих положений) дает возможность открывать любые тайники и двери любых областей знаний.
... Одно дело - применение диалектического метода в политической экономии, другое дело - его применение в математике, физике ...
Показать беспартийным, как вести доменный процесс на основе марксизма-ленинизма или как писать картины или строить дома на основе материалистической диалектики, мы не можем. И тот, кто берется за это, тот шарлатан" [270, выделено мной - ВАГ].
"Натуралисты разочаровываются в философии и бранят ее именно потому, что рассчитывают получить от нее совсем не то, что она может дать.
В этом повинна и сама философия - больше всего гегелевская, которая провозглашала себя повелительницей других наук, а свои предписания - обязательными руководствами. Однако следовать заранее приготовленным диалектическим схемам - значит поступать догматически, а вовсе не диалектически, совершать насилие над действительностью, которое независимо от личных побуждений всегда оборачивается научным жульничеством" [58.134-135, выделено мной - ВАГ].
"Диалектика как методология не является простой системой общих формальных правил познания, применимых в неизменном виде к любой области науки" [289.26].
"Можно, по-видимому, утверждать, что развитие частных форм и приемов познавательной деятельности не подчиняется никаким общим и необходимым предписаниям и что поэтому бессмысленно говорить о законах развития одних частных форм знания в другие" [91.223].
"Диалектика (да и философия вообще) не предписывает ученому каких-либо конкретных решений" [там же, с.96].
"Однако было бы неправильно полагать, что диалектико-материалистический метод состоит из стандартных приемов, одинаково применимых к исследованию всех явлений действительности" [8.162-163]. Далее: "Однако диалектику как метод научного познания нельзя рассматривать в виде какой-то универсальной отмычки, такого ключа, с помощью которого и без особого труда, без усилий можно определить путь к любому конкретному научному открытию. Между тем в нашей философской литературе встречались попытки рассматривать диалектический материализм именно как всеобщий способ решения любого конкретного познавательного процесса".
Российская философия. Филодоксный задел советского периода расцвел пышным букетом в постсоветский период. В журнале "Вопросы философии" нет практически философии. Аналогично на РФК практически нет философии. Только несколько докладов можно считать философскими по проблематике. И все это происходит потому, что сохраняется традиция отказа от поиска истины.
Из множества некомпетентных оценок Маркса в постсоветский период приведу только одну: "Но роль Маркса в развитии политической экономии как науки, оказалась роковой. ... Его единственной целью было доказательство эксплуататорской сущности капитализма и обоснования необходимости и неизбежности замены капиталистического строя социалистическим" [35.3].
Рост антинаучности на рубеже тысячелетий. Антинаука на рубеже второго и третьего тысячелетий стала ударной силой зла. Главная причина - не сила антинауки, а слабость науки.
В конце ХХ века антинаука сводится к пережевыванию "великих успехов" всех предшествующих филодоксов. В ней нет практически ничего оригинального. И она не делится дихотомно на восток-запад или по странам. Порой, философия и филодоксия уживаются мирно в воззрениях одного и того же исследователя, чему хорошим примером может быть судьба аналитической философии.
"Аналитическая философия" приобрела авторитет. Ее историю уже писали неоднократно, но это не повышает значимости ее идей. Превосходное ее обозначение (имя) не подтверждается содержанием ее идей - "король гол". Приходит на память самооценка философских усилий Сороса - по его мнению, в его труде самое лучшее было название ("Бремя сознания"). В. В. Целищев [308.177] призывает к переводу большого числа работ данной школы для того, чтобы приобщиться к ней. В связи с этим следует иметь в виду, что на русский язык больше всего переведено трудов прошлых и современных философских школ. И не следует этим ограничиваться. Но и не нужна другая крайность - провозглашать необходимость перевода всех трудов западных философов. Оценки же этой философской школы современности Р. Рорти и особенно Патнэма более рациональны. Х. Патнэм писал: "Я вижу проблему аналитической философии в том, что она пуста" [221].
Современные философемы. Современные филодоксы пытаются присвоить себе право изрекать "истины в последней инстанции", а поэтому их идеологический монополизм опасен. Нужно выработать адекватный иммунитет против их безосновательных притязаний.
Считая себя носителями абсолютных истин, будучи некомпетентными в идеях других - не читая их из "принципиальных" соображений и т.п., они "изрекают идеи", которые не имеют никакого отношения к истине. Их, в принципе, лучше не знать. Другой вопрос, что исследователям следует знать работы всех "писателей".
Перестав стремиться к истине, западные исследователи, главным образом гуманитарии, переняли древнее теократическое отношение к идеям. Они дискредитировали предшествовавшие идеи, вне зависимости от их рациональности. "Настрой западного менталитета" хорошо показан А. А. Зиновьевым. Западные исследователи не признают научных истин, если они высказываются представителями трудящихся. Последовательные представители данной идеологии умалчивают обо всех идеях прошлого, которые ведут к научному обоснованию общественной жизни. Они препятствуют изучению философии Канта и Гегеля и т.п. Нечто аналогичное, но с иным подходом, было в советской науке, что и привело к ее гибели. Обскурантизм остается нормой, при том более жесткой. Обскуранты отказываются от любого диалога. Только интенсивное развитие науки породит опасность для них отстать, и только тогда обстоятельства вынудят их принять интеллектуальные инновации.
Истинность, теоретичность идей

Западный уклон
Закон сохранения указывает на то, что существуют все имевшие ранее формы философии. И философия нашей страны не отличается от состояния философии в других странах: безбрежный плюрализм, бесплодность, непрагматизм и т.п. В ней существуют и островки настоящей философии, и истинные высказывания у самых больших ее "друзей" и т.п. У нее имеются и достоинства, и недостатки.
Актуальные проблемы современной философии:
* синергетика;
* кладизм;
* эпистемология;
* обучения философствованию.
Философия - развивающееся явление. При этом сохраняются и исторически исходные ее формы. Общим для многих, если не для всех форм философии, считалось то, что она служит средством (каноном, органоном, инструментом и т.п.) повышения качества науки. Уяснив эту тенденцию философии, надо пойти далее и превратить ее в оружие борьбы за выживание общества.
Философия общества, философия истории, философия техники и т. п. не являются философией вообще. Нет частных форм философии, а имеется единая универсальная наука о науке как основание развития всех остальных наук.
Важен принцип исследователей всех наук - "Не ждать милостыни от философов", а решать философские проблемы своих исследований, развивать, прежде всего, свой интеллект. "Однако в настоящее время единого понимания данного термина (интеллекта - ВАГ) не существует" [238.484]. Вне философского наследия данной проблемы не решить.
Могущество или ценность истины определяются тем, что она есть кристаллизованный социально-трудовой опыт; чем большая сумма этого опыта в ней сконцентрирована и чем стройнее сведена к единству, организована, тем больше практическая сила истины [см. 34.105].
"Революция в способах мышления" [И. Кант: 123.1.15] или интеллектуальная революция только и может быть исходным общественного прогресса.
Первоочередная проблема - овладеть могуществом мышления с помощью философии. И это может быть только частичным. Вторая задача - понять науку о науке. Иначе надо понять науку как феномен общественной жизни и ее роль в качестве идеологии. Но это лишь разные аспекты метанауки как основания научного познания.
Синергетика приобрела популярность, стала модным методологическим подходом. Ее считают версией метанауки. В то же время сохраняются противоположные ее оценки. На Третьем РФК звучала такая идея: "Итак, на сегодняшний день синергетический подход - это не научный метода, а методологическая религия" [С.И. Гришунин: 335.1.113].
Пока нет общепризнанного ее содержания. Распространенные ее трактовки вряд ли станут нормой. Но имеется потребность в том, чтобы придать ей специфическое значение - найти ей ее собственную значимость и включить в меганауку.
Общая оценка синергетики предполагает альтернативный выбор - это профанация или давно ожидаемое явление? Сейчас ее часто оценивают как профанацию. Синергетику считают примером лженауки [см. 35.28].
Синергетика возникла в результате игнорирования западными философами диалектики. И феномен западного уклона по Хакену, и мысль Рорти об отказе от Гегеля, и другие свидетельствуют о том, что западные ученые некомпетентны в теории развития. Они движутся к диалектике, как теории развития. Ведь и существующая диалектика (как теория развития) недостаточна для объяснения объектов. В синергетике имеются некоторые аспекты, которые упущены в диалектике. В частности, проблема неустойчивых процессов, в которых процесс может идти и назад, вырождаться, происходит дегенерация, деградация и т.п.
Западные ученые не разделяют в целом диалектики и метафизики. Взамен они вынуждены создавать свои версии аналогичных оснований наук. На это и претендует синергетика. Во многом она сводиться к замене слов диалектики, скажем словом "бифуркация" называют скачок и т.п. Тем самым ее позитивное значение во многом состоит в том, что является диалектикой. Но рациональнее не заменять, а дополнить диалектику, осмыслив ее недостаточность.
Трактовка диалектики была всегда относительной. Таковой она была и у основоположников ее. Еще более она стала относительной у последователей. Тем не менее, в этой ее версии были положения, которые затем стали основой синергетики. Диалектика объясняет развитие, обособляя его от других форм изменений. Законы диалектики дают главные характеристики развития вообще. Сосредоточив внимание на этом аспекте развития, диалектика недостаточно акцентировала другие его аспекты.
В трудах авторов по диалектике многообразны положения, которые стали основой синергетического подхода, например, "...Представлять себе всемирную историю идущей гладко и аккуратно вперед, без гигантских иногда скачков назад, недиалектично, ненаучно, теоретически неверно" [161.30.6].
Диалектики не считали процесс общественного развития устойчивым, стабильным, стационарным, линейным и необратимым. Об этом можно судить по множеству их положений о "зигзагах истории" [181. 13. 497]. В частности, следующие: "Доделывать, переделывать, начинать с начала придется нам еще не раз" [161.44.224].
Теория революции предполагает особое значение определенных этапов развития, когда вчера было рано, а завтра будет поздно. Она предполагает не только движение вперед, но и движение назад. В связи с этим важно умение выбрать эти этапы и адекватность деятельности в них и т.п. Диалектика учитывала также и особое значение творческой деятельности людей, проявляющееся в адекватном познании обстоятельств, в значении субъективных и объективных процессов, ставших содержанием рефлексивных процессов по Соросу.
Накопленные элементы, принципы, приемы и т.п. диалектического мышления следует представить в качестве универсального метода познания всех наук.
Диалектика
Синергетика
Синергетика - акцент на роль случайности, нестабильности (нестационарности) процессов и т.п. что очень важно при анализе конкретных процессов.
"Эффект бабочки" - в условиях неустойчивого состояния объекта небольшое усилие становится началом больших процессов. В обществе это происходит в виду рефлексивности его процессов.
Попытка создания такой синергетики имеет значение, но она требует особого объяснения.
Кладизм - норма современной биологии, факт практического применения диалектики. "... Теория развития, которая в систематическом виде впервые была разработана и обоснована Дарвином" [181.20.512]. Особое значение имеет наглядный способ представления систем. С ними следует знакомиться на основе специальных работ [см.154]. Подробнее смотри далее.
Эпистемология. С ХIХ века западная идеология стремится победить своих конкурентов. Особенно это проявилось на Бостонском конгрессе философии. Монополия на истину - нонсенс, и только обскуранты на ее основе убивают иные подходы к науке и тем самым препятствуют ее прогрессу.
Западная идеология усиленно навязывает остальному миру свое мнение (идеологию) по всем вопросам. Не вовлекаясь в такой спор, осмыслим следующее. Они занялись словотворчеством, подменой слов, соответственно понятий. В противоположность названию теории познания гносеологией или методологией они назвали ее эпистемологией.
"Слухи о смерти эпистемологии" - так названа статья в словаре по эпистемологии Данси и Соса [329]. Эти слухи связывают, прежде всего, с деятельностью Рорти. Они не безосновательны. Эпистемология не прагматична. Имеется много фактов, которые аргументируют эту ее оценку. Она не учит познанию. В частности, это можно осознать с помощью статьи турецкого философа в журнале "Вопросы философии" 1999 года [113]. Об этом можно почитать и у Рорти [249].
Критика эпистемологии не отрицает ее важности. Исходя из важности системы наук о познании, не следует ее отбрасывать. Стандартная ее проблематика важна на определенной стадии овладения познанием. Ее место в системе наук о познании может быть определено как специализированное, фундаментальное объяснение некоторых вопросов для специалистов.
"Эра эпистемологически ориентированной философии" (выражение из словаря Данси и Соса) возникла вместе с философией, была главным ее содержанием в течение всей ее истории и является единственным оправданием философии вообще.
Недостатки эпистемологии:
- отрицание преемственности, некумулятивный
характер ее содержания;
- игнорирование "Востока" в соответствии с эффектом
западного уклона Хакена и т.д.
Господствующая парадигма эпистемологии России представлена работами В.С. Степина и В.А. Лекторского [160; 268], которые:
- отрицают универсальный характер
эпистемологии в пользу частных ее форм;
- объясняют ее применительно к физике.
Их парадигма не может быть предметом изучения даже аспирантами всех наук (не говоря уже о студентах). Она предполагает обширные знания науки, чего нет у аспирантов. В их трудах имеются и рациональные зерна, например следующее положение: "Проблематика знания и познания, таким образом, не только не снимается с повестки дня, но становится центральной для понимания современного общества и человека" [160.6].
Проблемы обучения философствованию. В печати высказано много идей о практике обучения философии. В частности, декан философского факультета МГУ В.В. Миронов оптимистически оценивает ее, называя такие факты, которые свидетельствуют о не достижении цели. Например, "Сами по себе эти знания не учат людей философии, а лишь тому, что понимали под философией другие люди. В результате обучения человек не научается философствовать, а лишь приобретает положительные знания о ней". При обучении философии нефилософов "нет ничего зазорного в том, что философия вообще может преподаваться как некая популярная история" [297]. Оценивая данную идею, следует иметь в виду то, что И. Кант выступил против отождествления философии и ее истории [123.4.6], аналогично Гегель писал о том, что в таком случае предмет философии "захирел и исчез" [65.1.81], а Виндельбанд считал слабостью и упадком подмену философии ее историей и т.д. [см. 47.339].
Н.Н. Пахомов и В.М. Розин дали истинный, но убийственный обзор существующей практики философского образования. Они адекватно поставили проблему:
* "... необходим переход к иной, современной, учитывающей проблемы и перспективы российского общества культуре преподавания философии.
* ... задача состоит в реинтеграции философии в интеллектуальную жизнь страны на принципиально новой основе ...
* ... как способствовать тому, чтобы студент ... учился мыслить (возможно, это главное чему должна учить философия)..." [231. 214].
Философия призвана обеспечить развитие интеллекта с детства и в течение всей жизни. Для этого надо обеспечить овладение:
- категориями на основе словаря и СУБД;
- технологией понимания качества объекта, т.е. умением строить сориты, кладограммы и т.п.;
- уверовать в могущество диалектического мышления с помощью знакомства с тем, как она работает при изучении наук;
- осмыслить теорию как высшую форму науки;
- осмыслить науку как идеологию прогресса общества.
Начальная стадия развития философии завершается в начале третьего тысячелетия. Начинается эра философии как прагматичной силы общества. На ее основе возникнет новая форма науки, которая только и станет идеологией прогресса.
"Идеология философии". Такое выражение может быть рациональным в смысле парадигмы, концепции и т.п. В конечном счете, все великие философы разрабатывали свою идеологию философии. Они внесли свой вклад в это дело. Философия становится мирской, а мир философским. Иначе, мир не выживет и, тем более, не будет его прогресса.
Философия - это не то, что пишется в современных учебниках, а все духовное наследие за всю ее историю. При оценке философии все это надо учесть для определения сущности философии, и ее места в жизни общества. Важно учесть тот факт, что многие современные философы порвали преемственность со своими предшественниками. И дело вкуса, кому верить - им или их предшественникам.
Различные лозунги о необходимости нового мышления следует понимать как свидетельства того, что общество осознает недостаточность существующей философии. Но фактически речь идет не о новом мышлении, а об овладении диалектическим мышлением. Технология диалектической логики создана великими философами, но обществом не осмыслена.
Потребности - фундаментальное свойство любой формы жизни. Они - мотив всех форм поведения людей. Они определяют и то, что называют филодоксией. Если можно без философии решать проблемы, то она не нужна для жизни. И фактически без нее обходятся многие люди сейчас. Ею занято много людей по необходимости. И только мизерная доля людей питает к ней пристрастие как к "таинственной незнакомке".
Духовное наследие великих философов - единственная надежда на выживание общества. Философия внесла существенный вклад в общественный прогресс, но главная ее миссия впереди - обеспечить выживание общества в третьем тысячелетии. Без философии Россия не выживет в качестве суверенного государства, и тогда возникнет угроза гибели всему обществу. ХХ век заложил основы для решения проблемы россиянами. Удастся ли это - другой вопрос.
Бесплодность филодоксующей философии для общества оправдывает ее игнорирование прагматиками.
Теоретичность

истинность
Господство филодоксии требует спасения философии, а поэтому необходимо использовать все ее духовное богатство. Это не по силам одиночке. Индивиды могут только указать направления решения проблемы.
Преодоление филодоксии началось одновременно с ее появлением. И здесь истинен подход А. Герцена - невозможность провести четких граней между формами объекта. Порой трудно определить к чему относится конкретное высказывание автора - к философии или к филодоксии.
Признаки философии:
* прагматизм;
* признание ее наукой;
* преемственность с ее классиками;
* динамизм, развитие, кумулятивизм;
* относительность;
* творческий характер ее представителей;

<< Пред. стр.

страница 4
(всего 13)

ОГЛАВЛЕНИЕ

След. стр. >>

Copyright © Design by: Sunlight webdesign