LINEBURG


<< Пред. стр.

страница 29
(всего 32)

ОГЛАВЛЕНИЕ

След. стр. >>

А теперь я хочу рассказать тебе о себе. Я
сам прошел путь, который указал тебе.
Как изобразить ужас, в который я
погружаюсь? Пусть усталость сама говорит во
мне. Я настолько привык к страху, мое
сердце так устало (распад так часто касался
его), что я, скорее, могу причислить себя к
мертвым.

Ежечасно, стремясь поймать неуловимое,
переходя от дебоша к дебошу... задевая
смертельную пустоту, я замкнулся в своей
тревоге. Чтобы тем лучше разрывать себя о
разрывы в телах девушек. Чем больше я
боялся, тем более глубоко постигал то, что,
собственно говоря, может постыдно сказать
мне тело проститутки.

В конце концов, зады девушек стали
являться мне в ореоле призрачного сияния; я
жил, имея это сияние перед собой.


275

Ища в щели отдаленный предел возможного,
я сознавал, что разбиваюсь и что это выше
моих сил.

Тревожность - это то же самое, что
желание. Я жил, истощая себя
многочисленными желаниями, и всю жизнь
тревожность парализовала меня. Ребенком я
ожидал, когда же раздастся стук барабана,
возвещающий конец урока, и сейчас я
продолжаю ждать объект моей тревожности изо
всех оставшихся сил. Во мне живет ужас,
который овладевает мной по любому поводу.
Теперь я люблю смерть. Мне хотелось бы
бежать, ускользнуть от настоящего, от
одиночества, от тоски замкнутой жизни.

В состоянии тревоги мне случается
признаться себе в трусости, говоря: другие
достойны еще большего сожаления, но, в от-
личие от меня, они не содрогаются, не
бьются головой о стену. Я встаю, охваченный
стыдом, и обнаруживаю в себе еще одну
(вторую) разновидность трусости. Очевидно,
надо быть трусом, чтобы впадать в состояние
тревожности от такой малости, но не менее
трусливо избегать тревоги, искать
уверенности и связанной с безразличием
твердости. На противоположном от безраз-
личия полюсе страдаешь "не из-за чего" (в
разгаре несчастья подняться и бросить вызов
ужасу).

Суровый закон, которому подчинили себя
те, кто не испытывает ностальгию по
вершинам, мягок и желанен. Но, если идти
дальше, для мягкости не остается места.


276

От ненасытного желания пустоты,
находящейся вне меня, пустоты, куда бы я
мог погрузиться, хочется срывать с девушек
платья.

IХ.

Отчаяние ребенка, ночь, могилы, дерево,
из которого собьют мой гроб, сотрясаемое
сильным ветром; палец, соскользнувший
внутрь тебя, покрасневшей, с бьющимся
сердцем; смерть надолго входит в твое
сердце...

Перейден порог, за которым тишина,
страх... твой зад в сумраке церкви - рот
бога, вызывающий у меня дьявольскую грусть.

Замолчать и медленно умирать - таково
условие бесконечного разрыва. Удовольствие
в этом молчаливом ожидании вызывает
малейшее прикосновение. Твоя душа в
непристойной радости обретет себя.
Соскальзывая в молчание и отступление без
конца, ты узнаешь, из какого запустения, из
какой смерти сделан мир. Последствия этого
отразятся на том, что скрыто у тебя под
платьем: сколько прозрачной наготы на краю
пропасти, мы, перевернутые одной радостью,
одинаково истомленные.

Ты отмечена. Не пытайся бежать. Иные
возможности - это просто приманка. Ни
угрызения совести, ни ирония не заменят
силу. Ты - сука; став твоей, эта
возможность будет тебя настигать, как бы ты
ни стремилась ее избегнуть. Не в том дело,
что ты привязана к удовольствию. Открытая,

277

счастливая, ты только и можешь, что идти
навстречу худшему. Больше ты не сумеешь
спуститься, даже если захочешь.
Не обманывайся: мораль, которую я тебе
преподаю, - самая трудная, она исключает
надежду на сон или удовлетворение.

Я хочу от тебя адской или, если тебе
больше нравится, детской чистоты: никаких
обещаний не будет дано взамен, и тебя не
связывает никакое обязательство. Ты должна
услышать исходящий от самой тебя голос: это
голос желания, а не голос желаемых существ.

По правде сказать, удовольствие не имеет
значения. Его получают в дополнение.
Удовольствие, радость, безрассудное алли-
луйя страха - знаки пространства, на
котором разоружается сердце. В этом лунном
запредельном, где все изъедено ржавчиной,
влажные розы дождя освещаются грозовой
вспышкой...
Я вновь вижу незнакомку в маске (тревога
сняла с нее платье в борделе) - незнакомку
со скрытым лицом, нагую; манто, платье,
белье разбросаны на ковре.

Мы пользуемся трамплином удовольствия для
того, чтобы добраться до области мечты.
Удовольствие, несомненно, получают при
условии разрушения прирожденных склонностей
и приведения в порядок ужасного мира. Но
взаимность здесь полная. У нас не было бы и
того освещения, при котором раскрывается
истина, если бы наши поступки не
обеспечивались удовольствием.



278

В этом мире твоим делом не является ни
обеспечить спасение жаждущей покоя души, ни
завоевать денежные преимущества для твоего
тела. Твое дело - поиск непознаваемой
судьбы. Поэтому ты должна запастись
ненавистью к грацам, которые проти-
вопоставляют свободе систему условностей.
Ты должна вооружиться тайной гордостью и
неодолимой волей. Преимущества, которые дал
тебе случай, - красота, блеск, порывистость
твоей жизни - нужны твоему отверстию,
разрыву.
Само собой разумеется, это свидетельство
не будет разглашено: свет, который исходит
от тебя, будет похож на свет луны,
освещающей дремлющую деревню. Во всяком
случае, твоей наготы и твоего тела,
возбужденного своей обнаженностью, доста-
точно для того, чтобы преодолеть
ограниченность человеческой судьбы. Как
раскат грома открывает свою истину тем, в
кого он попадает, вечная смерть, раскрывшая
себя в податливости плоти, настигает
немногих избранников. Вместе с тобой эти
избранники войдут в ночь, где теряется все
человеческое, ибо лишь беспредельность
сумерек способна скрыть столь ослепительный
свет. В аллилуйя наготы ты еще не на
вершине, где истина раскроется целиком.
Стряхнув с себя болезненную восторженность,
ты должна еще будешь рассмеяться, вступая в
смерть. В этот миг в тебе разрешатся, с
тебя спадут путы, живые существа, давящие
своей тяжестью, и я не знаю, расплачешься
ты или рассмеешься, увидев на небесах твоих
бесчисленных сестер.

Текст написан в 1946 году

279




ПРИМЕЧАНИЯ



АВРЕЛИЙ АВГУСТИН

Имя Аврелия Августина - одно из самых
значительных в западноевропейской
культурной традиции как с литературной, так
и с философско-теологической точки зрения.
Идеи этого Отца Церкви определяли развитие
западной мысли вплоть до XIII века, однако
и впоследствии, в том числе и в XX веке,
они не потеряли своего значения.
Августин родился в городе Тагасте, в
африканской провинции Нумидия, 13 ноября
354 г. н.э. Отец его, обедневший римский
патриций, был язычником; мать, Моника,
христианкой (впоследствии она была
канонизирована католической церковью).
Около 365 г. Августин отправился в город
Медавра, где получил образование в области
латинской литературы и грамматики. В
370 г., когда умер его отец, Августин начал
изучение риторики в Карфагене, крупном
торговом и административном центре того
времени.
Большое впечатление на молодого Августина
произвел трактат римского оратора и
писателя 1 в. н.э. Цицерона "Гортензий"
(ныне утраченный), побудивший его
усомниться в значимости мирских,
чувственных удовольствий и благ и об-
ратиться к занятиям философией.
Первоначально Августина не удовлетворили

280

алогичные, с его точки зрения, идеи
христианства и он обратился к манихейству.
Это религиозно-философское учение,
возникшее в III в.н.э. и получившее распро-
странение от Китая до Испании,
провозгласило существование двух мировых
первоначал: бытия и небытия, добра и зла,
света и тьмы, между которыми идет по-
стоянная борьба. Неутихающая эта борьба
происходит и в человеке, ибо душа его
причастна светлому первоначалу, а тело -
темному. Манихейское учение оказалось
привлекательным в глазах Августина, потому
что давало понятный ответ на вопрос о
происхождении зла в мире и человеке, в то
время как христианство, провозглашая
благого Бога в качестве единственного
Творца всего существующего, не могло, по
тогдашнему мнению Августина, логично
объяснить, что же является источником зла.
В 374 году Августин открыл в Карфагене
риторическую школу. В 383 г. он переезжает
в Рим, где продолжает преподавание
риторики. Постепенно происходит
разочарование в манихействе, в рамках
которого Августин не мог разрешить ряд
проблем, например, вопросы критерия
достоверности человеческого мышления,
источника непрекращающейся борьбы благого и
злого первоначал и др. Углубившись в
занятия философией, Августин примыкает к
скептицизму.
В 384 г. он переезжает в Медиолан, где
под влиянием известного христианского
епископа Амвросия Медиоланского, а также в
результате изучения неоплатонических
сочинений, изменяет свое негативное
отношение к христианству. Он начинает снова

281

читать Новый Завет, и особенно впечатляют
его послания апостола Павла. В 386 г.
Августин обращается в христианство, а в
387 г. принимает крещение. Через год он
покинул Италию, возвращается в своей родной
город Тагаст, где основал небольшую
монашескую общину. Августин занимается как
литературной, так и церковной
деятельностью, пишет сочинения против своих
прежних союзников - скептиков и манихеев. В
396 г. его избирают епископом Гиппона, и он
остается на этом посту до самой смерти в
430 г.
Последние тридцать лет своей жизни
Августин руководит борьбой против ересей
донатистов и пелагиан. Донатисты не
признавали таинства, совершаемые
священниками, изменившими христианству в
период гонений, и даже образовали свою
самостоятельную церковь. Пелагиане отрицали
передачу по наследству первородного греха,
главным для достижения спасения считали не
благодать Бога, а нравственные усилия
самого человека, его нравственный выбор.
Среди антипелагианских сочинений
Августина - и трактат "О супружестве и
похоти", написанный в 420 году. Он посвящен
вопросу о первородном грехе и таинстве
брака. Постановка и решение Августином
проблем сущности брака, условий его
подлинности, возможности расторжения,
многоженства и многомужия, соотношения
духовного и плотского в супружестве, - во
многом определили содержание представлений
о браке и сексуальных отношениях в западно-
европейской христианской культурной
традиции.


282

ШАРЛЬ ФУРЬЕ

Знаменитый французский социалист-утопист
Шарль Фурье (1772-1837) пережил буквально
второе рождение, когда в 1967 году в
издательстве "Антропос" в Париже увидел
свет седьмой том его полного собрания
сочинений. В нем, почти через полтора века
со времени написания, был опубликован
"Новый любовный мир", который Фурьеристы
держали все это время под спудом. Еще в
1950 году считалось, что рукопись погибла в
1940 году, во время пожара в библиотеке
Эколь Нормаль, куда она была передана
вместе с архивом Виктора Консидерана. Редко
книги имеют более удивительную судьбу.
Ученики и последователи Фурье сознательно
препятствовали напечатанию этой книги,
полагая, что оно может скомпрометировать
все социетарное учение; они считали новое
устройство любовного мира или
необязательным приложением или даже вовсе
враждебным основному корпусу работ фурье.
Хотя с точки зрения здравого смысла эпохи
это объяснимо, такая политика еще раз
характеризует учеников фурье как его
"антиподов" и "буржуазных доктринеров"
(Маркс и Энгельс).
Между тем для самого французского
социалиста эта теория имеет не меньшее
значение, чем "Новый промышленный и
общественный мир" и другие экономико-
социальные работы. Фурье всегда настаивал
на абсолютной оригинальности своего
подхода, именуя себя, как известно,
изобретателем. Свое рафинированное
искусство грезить он полностью реализовывал
в текстах, независимо от их социальной

283

осуществимости или утопичности: в текстах
грезы уже реализованы, хотя и одновременно
ускользают от цензуры здравого смысла,
которой их подвергали Консидеран, Мирон и
другие фурьеристы, как теоретики, так и
практики (устроители ассоциаций по методу
гармонии, как они ее понимали).
Итак, после смерти Фурье рукопись "Нового
любовного мира" была в прямом смысле на сто
тридцать лет предана "грызущей критике
мышей". Нечасто встречается текст с таким
обилием многоточий, объясняемых не цензурой
(подготовленное Симиной Дебу-Олешкевич
издание 1967 года является во многих
отношениях образцовым), а состоянием
рукописи, дошедшей до нас в испорченном
виде.
Фурье считал, что знание законов
"притяжения по страсти" даст ему, в числе
прочего, возможности впервые упорядочить
любовные отношения людей, дав полный выход
каждой страсти. Хотя страсти, по Фурье,
имеют одинаковую для всех времен и народов
природу, но от среды и воспитания, а также
от организации общества зависят формы их
проявления. Основная идея его неизменна:
цивилизация подавляет и извращает страсти
человека и только при будущем строе
гармонии они получат законченную
материальную реализацию. Для этого нужны:
ликвидация семьи как хозяйственной единицы,
свобода любви и социализация сферы
обслуживания. Это создаст условия
материальной реализации влечений, без
которых невозможна гармония любовного мира,
в особенности мира "идеалистических"
влечений, который Фурье страстно защищает


284

(тут и селадонизм, и эротика трудовых
операций, и чистая небесная любовь).
Все нельзя сводить только к социальному
содержанию текстов Фурье, к проблеме их
общественной реализуемости-нереализуемости.
Главное, что как тексты они уже реализованы

<< Пред. стр.

страница 29
(всего 32)

ОГЛАВЛЕНИЕ

След. стр. >>

Copyright © Design by: Sunlight webdesign