LINEBURG


<< Пред. стр.

страница 4
(всего 17)

ОГЛАВЛЕНИЕ

След. стр. >>

Автомеханики на станции техобслуживания Форда, например, могут по-прежнему иметь засаленные руки, но вскоре они смогут использовать компьютерную систему Hewlett-Packard с "экспертной системой" для помощи в поисках неисправностей с системой мгновенного доступа к сотне мегабайт технических схем и данных, хранимых на компакт-диске6. Система задает вопросы о состоянии ремонтируемой машины, она позволяет интуитивно просмотреть массу технических материалов, она предлагает свои выводы и служит гидом на всех этапах ремонта.
Кто они, когда общаются с экспертной системой, - "механики" или "работники умственного труда"?
Чисто физический труд находится в нижней части спектра и постепенно исчезает. С малым количеством занятых физическим трудом в экономике "пролетариат" сейчас находится в меньшинстве и больше заменяется "когнитариатом"*. По мере становления суперсимволической экономики пролетарий становится когнитаристом.
Ключевым вопросом о работе человека сейчас становится вопрос о том, какую долю занимает в этой работе обработка
* cognition (англ.) - познавательная способность, знание, познание. - Примеч. ред.
103

информации, насколько стандартна и программируема его работа, какой уровень абстракции требуется для его труда, какой доступ имеет работник к центральному банку данных и информационной системе менеджмента и насколько автономна и ответственна его работа.
Описывать все это словами "выдалбливающий" или "подбрасывающий гамбургеры" нелепо. Подобные хитрые фразы принижают ту часть экономики, которая развивается быстрее всех и в которой создается большинство новых рабочих мест. Они игнорируют решающую роль знаний в создании богатства. И они не способны отметить, что изменения в труде людей в точности соответствуют появлению суперсимволического капитала и денег, описанному в предыдущей главе. Это часть общей перестройки общества на пороге XXI века.
УЗКОЛОБЫЕ ПРОТИВ УМНИКОВ
Такие огромные изменения не могут произойти без конфликта "сильных". Чтобы определить, кто выиграет, а кто проиграет от этого, следует рассмотреть компании по подобному же спектру умственного труда.
Мы должны классифицировать компании не по тому, какими они считаются, промышленными или сферы услуг (кто это знает?), а по реальной деятельности их работников. Например, CSX - железнодорожная компания, обслуживающая восточную часть Соединенных Штатов, а также одна из крупнейших в мире компаний океанских контейнерных перевозок (CSX перевозит детали автомобилей "хонда" в США). Но сама компания считает своей областью информационный бизнес.
Алекс Мендл из CSX говорит: "Информационная компонента в нашей службе перевозок становится все больше и больше. Недостаточно просто доставлять товары. Клиенты хотят иметь информацию, где их товары будут погружены и сгружены, в какое время будет производиться каждая операция, таможенную информацию и многое, многое другое. Наш бизнес имеет информационный ук-
104

лон"7. Это значит, что доля работников среднего и высокого уровня по спектру умственного труда в компании CSX возрастает.
Предлагается грубо классифицировать компании на "умников", "средних" и "узколобых" в зависимости от того, насколько интенсивно используются в этих компаниях знания. Некоторые фирмы и отрасли промышленности должны обрабатывать больше информации, чем другие; как и индивидуальные рабочие места, их можно соотнести со спектром умственного труда.
Директор по научной работе Государственного института психиатрии Нью-Йорка психиатр Дональд Ф. Клейн идет еще на шаг дальше и настаивает, что эти различия отражают общий уровень требуемого интеллекта. "Вы действительно думаете, что средний рабочий Apple не более находчив, чем средний рабочий Макдоналдс? - спрашивает он. - Высшее руководство Макдоналдса может быть столь же ловким, как и высшее руководство Apple (хотя я сомневаюсь в этом), но доля работающих в этих компаниях, от которых требуется высокий уровень IQ (коэффициент интеллекта), и символическая профессия существенно различны"8.
Следуя этому доводу, можно дойти до вычисления среднего уровня IQ для каждой компании. Присуща ли рабочим Крайслера большая ловкость, чем рабочим Форда или Тойоты? (Не более высокий уровень образования, а именно более высокий уровень интеллекта от природы?) Как соотносятся между собой по IQ, например, Apple и Compaq, General Foods и Pillsbury? Доводя эту идею до абсурда, можно вообразить список 500 крупнейший компаний, ранжированных по коллективному IQ.
Но производят ли фирмы с высоким IQ больше богатства, чем фирмы с низким IQ? Являются ли они более прибыльными? Безусловно, другие характеристики, такие как стимулирование и энергичность или, например, компетентность, могут значить гораздо больше для успеха корпорации. И как можно измерить интеллект в каждом случае? Есть серьезные основания считать, что стандартные тесты на IQ основаны на культуре и учитывают лишь отдельные аспекты интеллекта.
Не нужно рассматривать изощренные сценарии, чтобы отметить: независимо от уровня интеллекта индивидуальных работников, фирмы умников ведут себя иначе, чем фирмы, менее зависимые от знаний.
105

В узколобых фирмах небольшое число работников умственного труда находится в руководстве фирмы, а основная часть работников занимается физическим (не требующем знаний) трудом. Они действуют в соответствии с предположением, что рабочие невежественны или их уровень знаний не влияет на продукцию.
Даже в секторе умников можно найти примеры "деквалификации" - упрощение рабочих мест, сведение работы к простейшим операциям, неусыпный контроль. Эти попытки использовать метод, изобретенный Фредериком Тейлором для фабрик начала XX в., - дань малообразованному прошлому, а не наступающему будущему умников. Каждую простую и повторяющуюся операцию, не требующую ума, станут выполнять роботы.
Напротив, по мере того как экономика движется к суперсимволическому производству, все фирмы вынуждены заново оценить роль знаний. Первыми заново оценили роль знаний и по-новому организовали работу наиболее ловкие фирмы из сектора умников. Они действуют в соответствии с предположением, что и производительность, и доходы взметнутся вверх, если работа, не требующая интеллекта, будет сведена к минимуму или будет сделан переход на высокие технологии и станет эксплуатироваться весь потенциал рабочих. Целью является высокооплачиваемая, но все меньшая и меньшая по численности рабочая сила.
Даже те операции, которые по-прежнему требуют физического труда, интеллектуализируются, поднимаясь по спектру умственного труда.
Скоро вступит в строй и даст работу 500 рабочим превосходный новый завод стоимостью 65 млн. долл. компании GenCorp Automotive в Шелбивилле, штат Индиана, для производства пластмассовых деталей корпусов автомобилей "шевроле", "понтиак" и "олдсмобил". На обучение каждого рабочего, именно рабочего, а не контролера или управляющего будет истрачено 8-10 тыс. долл. В дополнение к изучению необходимых физических задач их будут обучать решению проблем, профессиональным навыкам руководителя, они буду участвовать в ролевых играх и организационной работе. Рабочих разделят на две команды. При помощи компьютера они научатся методам статистического контроля. Каждая команда изучит решение различных задач; так будет побеждена ску-
106

ка на рабочих местах. Лидеры команд будут обучаться в течение года, включая выезды за рубеж9.
Компания GenCorp не пошла бы на такие затраты из альтруистических побуждений. Она надеется получить выгоду от быстрого пуска завода, от высокой квалификации рабочих и от менее изнурительного и более производительного их труда.
Фирмы умников не благотворительные учреждения. В этих фирмах снижается доля "узколобых" операций, рабочая обстановка становится более благоприятной, но фирмы умников требуют большего от своих работников, чем малообразованные фирмы. Фирмы умников требуют использовать в работе не только интеллект, но и эмоции, интуицию и воображение. Поэтому маркузианские критики видят в этом даже более зловещую "эксплуатацию" работников.
ИДЕОЛОГИЯ УЗКОЛОБЫХ
В узколобой промышленной экономике богатство, как правило, измеряется обладанием товарами. Производство товаров считается основным для экономики. Напротив, неизбежная символическая деятельность и услуги заклеймлены как непродуктивные. (Это делают и экономисты, применяя методику исчисления продуктивности, созданную для промышленного сектора и не применимую к услугам, которые по своей природе хуже поддаются исчислению.)
Производство товаров - автомобилей, радиоприемников, тракторов, телевизоров - рассматривалось как "мужское", или macho, с ним же ассоциировались слова типа "практичный", "реалистичный", "трезвый". Напротив, производство знаний или обмен информацией пренебрежительно считались сплошным "бумагомарательством" и рассматривались как wimpy, или мягче - женски изнеженными.
Целый поток выводов следовал из этой позиции. Например, что "производство" есть комбинация материальных ресурсов, ма-
107

шин и мышц... что основное имущество фирмы осязаемо... что национальное богатство проистекает из избытка в торговле товарами... что торговля услугами имеет значение только потому, что это помогает торговле товарами... что образование является расточительством, если оно не профессиональное... что научные исследования - это легкомысленное волшебство... и что свободные искусства не имеют никакого отношения к успеху в бизнесе, если не враждебны ему.
Вот, коротко говоря, и все содержание этих выводов.
Но распространение подобных идей не ограничивалось капиталистическими обывателями. Они имели свой аналог и в коммунистическом мире. Экономисты-марксисты испытывали большие трудности, пытаясь вписать в свою схему труд умников. "Социалистический реализм" в искусстве породил изображения счастливых рабочих с мускулатурой, как у Шварценеггера, на фоне зубчатых колес, фабричных труб, паровозов. Прославление пролетариата, теоретические утверждения, что он самый передовой, отражает принципы узколобой экономики.
Из этого складывалось нечто большее, чем сумбур из отдельных мнений, допущений, позиций. Из этого сформировалась самоподкрепляющаяся, самооправдательная идеология, основанная на одном из типов macho материализма - дерзкий, торжествующий "материализм"!
Материал-изм по своей сути является идеологией массового производства. Будучи озвучен капитанами капитализма или традиционными экономистами, он отражает, как, скривившись, прокомментировала "Файненшиал Таймс", "взгляд на примат материального продукта, принятый советскими плановиками"10. Это дубина, используемая в борьбе законных интересов экономики "фабричных труб" с интересами быстровозникающей суперсимволической экономики.
Было время, когда материал-изм мог иметь смысл. Сегодня, когда стоимость большинства продуктов определяется вложенными в них знаниями, он одновременно и реакционен, и глуп. Любая страна, которая проводит политику, основанную на материализме, обрекает себя стать Бангладеш XXI века.
108

ИДЕОЛОГИЯ УМНИКОВ
Компании, учреждения и люди, занимающие сильные позиции в суперсимволической экономике, пока еще не выработали связной концепции контррациональности. Но некоторые основополагающие идеи уже появились.
Первые отрывочные основы этой новой экономической теории промелькнули в пока непризнанных работах людей типа покойного Юджина Лебеля (Eugen Loebl), который за время 11-летнего заключения в коммунистической тюрьме в Чехословакии глубоко продумал допущения как марксистской, так и западной экономической теории, Генри К. Г. By из Гонконга, который проанализировал "невидимые размеры богатства", Орио Джиарини из Женевы, который применил идею риска и недетерминированности в своем анализе сферы услуг в будущем, и американца Вальтера Вайскопфа, писавшего о роли нестационарных условий в экономическом развитии".
Сегодня ученые задаются вопросом, как ведут себя системы при наличии турбулентности, как порядок возникает из хаоса и как развивающиеся системы перескакивают на более высокий уровень разнообразия. Такие вопросы крайне уместны для бизнеса и экономики. Книги по менеджменту говорят о "преуспевании в хаосе". Экономисты вспомнили работу Джозефа Шумпетера, который говорил о необходимом для продвижения вперед "созидательном разрушении". В буре смен руководителей, реорганизаций, лишений прав, банкротств, новых начинаний, совместных рисков и внутренних реорганизаций экономика в целом приобретает новую структуру, намного более разнообразную, быстро изменяющуюся и более сложную, чем старая экономика "фабричных труб".
Этот "прыжок" на новый уровень разнообразия, скорости и сложности требует прыжка и к более высоким, более искушенным формам интеграции. Это в свою очередь требует радикально более высокого уровня обработки знаний.
Без высокого уровня координации и требуемого для этого умственного труда не может быть создано новых ценностей, не может быть расцвета экономики. Стоимость, таким образом, зависит от чего-то большего, чем сумма земли, труда и капитала. Вся зем-
109

ля, труд и капитал во всем мире не найдут потребителя, если не смогут интегрироваться на значительно более высоком уровне, чем раньше. И это изменяет самый смысл ценности.
В недавнем докладе независимого мозгового центра "Прометей" в Париже об этом говорится: "Стоимость происходит из производства/предоставления товаров/услуг. Так называемая экономика услуг... не характеризуется тем фактом, что люди вдруг начали осуществлять жизнь через потребление неосязаемого, а в значительной степени тем, что любая деятельность, принадлежащая к экономической сфере, все более интегрируется"12.
Нарисованная в XVII в. Рене Декартом картина культуры индустриализма вознаграждала лишь тех людей, кто смог разделить проблемы на все более и более мелкие составные части. Этот дезинтеграционный или аналитический подход, будучи применен к экономике, заставлял думать о производстве как о серии не связанных между собой шагов.
Возникновение капитала, приобретение сырья, найм рабочих, развертывание технологии, реклама, продажа и распространение товаров - все это рассматривалось и как взаимосвязанные процессы, и как процессы, не зависимые друг от друга.
Выпрыгнувшая из суперсимволической экономики новая модель производства драматически отличается от этого. Основанная на системном или интеграционном подходе, она рассматривает производство как одновременное и синтезированное. Части процесса - это еще не весь процесс, они не могут быть обособлены друг от друга.
Информация, добытая продавцами и при маркетинге, передается инженерам, чьи инновации должны быть поняты финансистами, чья способность привлечь капитал зависит от того, насколько удовлетворены потребители, что, в свою очередь, зависит от того, насколько хорошо ходят по расписанию грузовики компании, что зависит от стимулирования работников компании, что зависит от оплаты их труда и от их душевного равновесия, что, в свою очередь, зависит от... и т.д.
Допущениями, лежащими в основе новой парадигмы производства, являются соединение в большей степени, чем разъединение, интеграция, а не дезинтеграция, одновременность, а не последовательность стадий.
110

Мы фактически открываем, что "производство" никогда не начинается и никогда не заканчивается на фабрике. Таким образом, последние экономические модели производства распространяют этот процесс и вперед, и назад. Вперед - к обслуживанию или "поддержке" продукта даже после его продажи (гарантийный ремонт, ожидаемая помощь со стороны розничного торговца при покупке компьютера и т.п.). В конце концов, концепция производства будет пролонгирована вплоть до экологически чистой утилизации продукта после его использования. Компании должны будут обеспечить уборку оставшихся после использования остатков их товаров. Для этого они должны будут произвести вычисления стоимости утилизации, разработать новые методы производства и многое другое. При этом появится больше услуг, связанных с производством, и они будут добавлять ценность. "Производство" будет включать в себя все эти функции.
Подобно этому, производство может быть расширено и назад, включая такие функции, как обучение персонала, предоставление дневного отдыха и другие службы. Несчастливый рабочий физического труда может быть принужден стать "продуктивным". В высокосимволической деятельности счастливые рабочие производят больше. Таким образом, производительность начинает определяться еще до прихода рабочего в контору. Раньше такое расширенное определение производства показалось бы расплывчатым и бессмысленным. А для суперсимволических лидеров нового поколения, привыкших к системному мышлению, такое определение естественно.
Вкратце, выработана новая концепция производства как гораздо более широкого процесса, чем могли вообразить экономисты и идеологи узколобой экономики. С каждым шагом вперед, начиная с сегодняшнего дня, добавленная стоимость возникает во все большей степени из знаний, а не из дешевого труда, из символов, а не из сырья.
Такое глубокое изменение концепции источника добавленной стоимости чревато последствиями. Новая концепция вдребезги разбивает допущения как марксизма, так и теории свободного рынка, равно как и материал-изма, породившего их обоих. Таким образом, и идея о том, что стоимость продукта возникает только вместе с потом рабочего, и то, что стоимость возникает благодаря
111

славному капиталисту-предпринимателю, - обе они опираются на материал-изм, обе они должны считаться ложными и неконструктивными как политически, так и экономически.
В новой экономике все создают добавочную стоимость: и получатель, и инвестор капитала, и оператор, нажимающий на кнопки, и продавец, и разработчик систем, и специалист по телекоммуникациям. И, что особенно важно, ее создает потребитель. Стоимость возникает в результате всего действия, а не отдельного шага или процесса.
Важность умственного труда будет возрастать, несмотря на многие публикации, пугающие ужасными последствиями "исчезновения" промышленной базы или высмеивающие концепцию "информационной экономики". Останется и новая концепция происхождения богатства.
Мы сейчас наблюдаем мощную конвергенцию изменений - трансформацию производства, происходящую одновременно с трансформацией капитала и денег. Все вместе они создают новую систему созидания ценностей на планете.
8. АБСОЛЮТНЫЙ ЗАМЕНИТЕЛЬ
Читатель этих страниц имеет поразительные способности, обычно называемые грамотностью. Испытываешь шок, когда вспоминаешь, что все наши предки были неграмотны. Не глупы или невежественны - все совершенно неграмотны.
Просто читать считалось фантастическим достижением в древнем мире. Святой Августин писал в V в. о своем наставнике святом Амвросии, епископе Миланском, который был столь образован, что мог читать, не шевеля губами ("про себя" - говорим мы сейчас). Благодаря этому потрясающему мастерству он считался самым умным человеком на белом свете.
Большинство наших предков не только были неграмотны, они были также и "арифметически невежественны", если обозначать
112

этими словами то, что они не знали простейших арифметических действий. Те же немногие, кто знал и умел ими пользоваться, считались явно опасными людьми. Знаменательное предупреждение, приписываемое св. Августину: христиане должны держаться в стороне от людей, которые умеют складывать и вычитать. Было очевидно, что эти люди имели "соглашение с дьяволом затемнять дух и ввергать человека в заклад преисподней" - чувство, с которым многие математики-четверокурсники сегодня могут согласиться1.
Прошла тысяча лет, и мы нашли "мастеров вычислителей", обучивших людей делать коммерцию своим поприщем.
Это подчеркивает, что многие простейшие ухищрения, которые допускаются и в сегодняшнем бизнесе, - результат столетий и тысячелетий накопленного культурного развития. Знания, полученные от китайских, индийских, арабских и финикийских купцов, равно как и от западных, стали бесценной составной частью тех традиций, на которые опираются сегодня деловые люди и администраторы во всем мире. Следующие поколения будут учиться этим ухищрениям, приспосабливать их, передавать их по наследству и затем постепенно получать требуемый результат.
Все экономические системы исходят из "базы знаний". Все деловые предприятия зависят от ресурсов, созданных и существовавших до появления современного им социального строя. В отличие от капитала, труда и страны эта сторона обычно не учитывается экономистами и бизнесменами, когда они подсчитывают "входные данные", необходимые для производства. Однако эти ресурсы, частично окупающиеся, а частично использующиеся бесплатно, - в настоящее время важнее всех ресурсов вообще.
В переломные периоды истории развитие знания полностью уничтожало старые барьеры. Наиболее важными в этих переломных событиях были открытия новых способов закрепления мысли и коммуникации, как, например, идеографического письма... алфавита... знака для обозначения понятия "ничего" - нуля... и уже в нашем столетии - компьютера.
Тридцать лет тому назад любой человек, обладающий минимальной возможностью использовать компьютер, описывался в популярной литературе и прессе как "математический чародей" или "сверхмозг", точно так же, как святой Амвросий в свое время за Умение читать, не шевеля губами.
113

Сегодня мы живем в такой перевозбужденный момент истории, когда общая структура человеческого знания может опять вздрогнуть перед изменением, как тогда, когда рухнули старые барьеры. Мы еще не накопили достаточного количества "фактов" - какими бы они ни были. Так же, как мы сегодня переструктурируем компании и всю экономику, мы полностью реорганизуем производство и распределение знания и символики, используемой для его передачи и распространения.
Что это означает?
Это означает, что мы создаем новые сети знания... соединяем концепции одну с другой в их исходных моментах развития... строим поразительные иерархии умозаключений... создаем новые теории, гипотезы и описания, основываясь на новых предположениях, новых языках, новых кодах и новых логических построениях. Бизнес, правительственные организации и индивиды собирают и накапливают более истинные данные, чем те, которые накопила предыдущая история (создаются массивы, которые станут своеобразными золотыми приисками для завтрашних историков).
Но что более важно, мы умеем находить внутреннюю связь между данными по многим направлениям, выявляя их контекст, а затем переводя их в информацию; и мы умеем объединять информационные массивы в более крупные модельные блоки и создавать архитектуру знания.
Ничто из этого не предполагает, что данные правдивы, а информация и знание истинны. Но это означает огромные изменения в нашем видении мира, в отношении к ценностям и власти.
Не всегда это новое знание подтверждено реальными фактами, не всегда оно точно и определенно. Большая часть знания, если говорить на общепринятом языке, невыразима словами и состоит из ряда допущений, взятых из нагромождения более высоких допущений, из фрагментов моделей, из почти незаметных аналогий, - и все это включает в себя не простую логическую и четко выраженную неэмоциональную информацию о данных, а совокупность энтузиазма и эмоций, не говоря уж о фантазии и интуиции.
Таковы сегодняшние гигантские сдвиги в осознании общественного базиса - не в компьютерной гипертрофии или исключительно в финансовых манипуляциях, - это знание, объясняющее рост сверхсимволической экономики.
114

АЛХИМИЯ ИНФОРМАЦИИ
Многие изменения в системе общественного сознания прямо перешли в управление бизнесом. Они проникли в среду, окружающую каждую фирму, даже больше, чем банковская, политическая или энергетическая системы.
Кроме того факта, что бизнес не откроет свои двери, если не знать язык, культуру, данные, информацию и секреты производства, есть и более интересный факт: для плодотворного развития не требуются более разнообразные ресурсы. По сути, знание (подчас - всего лишь данные и информация) может быть использовано как замена других ресурсов.
Знание - в принципе неисчерпаемое - есть абсолютный заменитель.
Возьмем технику.
На большинстве работающих фабрик чрезвычайно дорого изменить выпуск какой-нибудь продукции. Это потребует высокооплачиваемых инструментальщиков, установщиков, наладчиков и других специалистов, увеличения "времени простоя", в которое оборудование не работает, а пожирает капитал, проценты на него и накладные расходы. Если вы все дольше и дольше производите одну и ту же продукцию, не меняя ее, стоимость единицы продукции снижается.
Сегодня самые новейшие, оборудованные компьютерами, производства способны бесконечно варьировать свои технические возможности. Электронная фирма "Филипс", гигант на голландской основе, в 1972 г. выпустила сотню различных моделей цветного телевизора. Сегодня эта фирма предлагает до 500 различных моделей. Компания "Bridgestown Cycle" уже учредила в Японии для обслуживания широких масс сеть "Радак Тейлор-Мейд", фирма "Мацушита" запустила полуфабрикатную линию по изготовлению подогреваемых ковров и покрывал, а Вашингтонская обувная компания предложила полуфабрикатную женскую обувь - тридцать две разновидности каждого размера в зависимости от строения ноги индивидуального заказчика, которое измеряется компьютером в обувном магазине.
115

Поставив во главу угла изготовление массовой продукции, новые информационные технологии загнали стоимость разнообразия почти к нулю. Так знание изменило когда-то высокую стоимость изменений в производственном процессе2.
Или возьмем материалы.
Умная компьютерная программа, соединенная с токарным станком, поможет вырезать из листа стали больше кусков заданного размера, чем это сделает большинство операторов. Производя возможную миниатюризацию, новое знание (и умение) приводит к возможности изготавливать более мелкие, более легкие изделия, что, в свою очередь, улучшает возможность их хранения и транспортировки. И, как мы видели в случае с SX-компанией, занимающейся железнодорожными и пароходными перевозками, ежеминутное отслеживание груза, т.е. улучшение информации, означает дальнейшую транспортную экономию.
Новые знания ведут также к возможности использовать совершенно новые материалы - от тех, что употребляются в авиации, до биологических; это увеличивает наши возможности заменять одни материалы другими. Все - от теннисных ракеток до реактивных двигателей - содержит в своих материалах новые пластмассы, сплавы и композиты. Фирма Allied-Signal, Inc. из г. Морристауна, штат Нью-Джерси, создала материал под названием Метглас (Metglas), который соединил свойства металла и стекла, и использует его для изготовления трансформаторов, обладающих гораздо более высокой энергетической эффективностью. Новые оптические материалы нацелены на более быстродействующие компьютеры. Новая броня танков и цистерны делаются из комбинации стали, керамик и урановых элементов. Глубокие знания позволяют нам заказывать материалы, свойства которых на молекулярном уровне желаемы по термическим, электрическим или механическим характеристикам3.
Единственной причиной, по которой мы сейчас перевозим через всю планету на кораблях огромные количества сырых материалов, таких как бокситы, никель или медь, является то, что мы испытываем недостаток знания, как превратить местные материалы в используемые заменители. Когда-то мы владели такими знаниями, но потом решительно перешли к транспортировке. Короче
116

говоря, знание - заменитель и ресурсов, и перевозок по морям-океанам.
То же относится и к энергетике. Ничто так не иллюстрирует заменяющую способность знания относительно других ресурсов, как недавний прорыв в познании сверхпроводимости, который, как минимум, снизил расход энергии на производство единицы продукции4. В настоящее время, согласно Американской национальной энергетической ассоциации, до 15% производимой в США электроэнергии теряется при передаче ее пользователям, поскольку медный провод кабелей подвержен воздействиям, снижающим их эффективность. Такая передача вдвое снижает эквивалентную продукцию. Использование сверхпроводимости при передаче электроэнергии сможет резко сократить эти потери.
Фирма Бехтель Нейшенел, Инк. в Сан-Франциско совместно с Эбаско Сервис, Инк. в Нью-Йорке разрабатывала гигантские, величиной с футбольное поле "батареи" для аккумулирования энергии. Осуществление такого проекта, создание таких систем могли бы помочь снизить энергетические затраты и потери, которые ожидаются в периоды максимальных энергетических подач.
Кроме замещений в материалах, транспортировке и энергии, знание еще и сохраняет время. Время само по себе является одним из важнейших экономических ресурсов, хотя оно не фигурирует в бухгалтерском балансе компании. Время, по сути дела, является скрытой исходной сущностью, особенно тогда, когда изменение ускоряется и возникает возможность сократить его. Например, убыстряя связь или поставляя быстрее новую продукцию на рынок, можно создать разницу между выгодой и потерями.
Новое знание ускоряет выпуск вещей, подгоняет нас вперед, к реальному времени, к моментальной экономии, и становится заменителем расходуемого времени.
С сохранением и усвоением знания связано также и пространство. Отдел транспортных систем фирмы Дженерал Электрик (GE) строит локомотивы. Когда он начал использовать передовые информационные и коммуникационные процессы управления для связи со своими снабженцами, стало возможным восполнять запасы продукции в двенадцать раз быстрее, чем это делалось раньше, и полностью использовать для хранения все пространство складов5.
117

Поставив во главу угла изготовление массовой продукции, новые информационные технологии загнали стоимость разнообразия почти к нулю. Так знание изменило когда-то высокую стоимость изменений в производственном процессе2.
Или возьмем материалы.
Умная компьютерная программа, соединенная с токарным станком, поможет вырезать из листа стали больше кусков заданного размера, чем это сделает большинство операторов. Производя возможную миниатюризацию, новое знание (и умение) приводит к возможности изготавливать более мелкие, более легкие изделия, что, в свою очередь, улучшает возможность их хранения и транспортировки. И, как мы видели в случае с SX-компанией, занимающейся железнодорожными и пароходными перевозками, ежеминутное отслеживание груза, т.е. улучшение информации, означает дальнейшую транспортную экономию.
Новые знания ведут также к возможности использовать совершенно новые материалы - от тех, что употребляются в авиации, до биологических; это увеличивает наши возможности заменять одни материалы другими. Все - от теннисных ракеток до реактивных двигателей - содержит в своих материалах новые пластмассы, сплавы и композиты. Фирма Allied-Signal, Inc. из г. Морристауна, штат Нью-Джерси, создала материал под названием Метглас (Metglas), который соединил свойства металла и стекла, и использует его для изготовления трансформаторов, обладающих гораздо более высокой энергетической эффективностью. Новые оптические материалы нацелены на более быстродействующие компьютеры. Новая броня танков и цистерны делаются из комбинации стали, керамик и урановых элементов. Глубокие знания позволяют нам заказывать материалы, свойства которых на молекулярном уровне желаемы по термическим, электрическим или механическим характеристикам3.
Единственной причиной, по которой мы сейчас перевозим через всю планету на кораблях огромные количества сырых материалов, таких как бокситы, никель или медь, является то, что мы испытываем недостаток знания, как превратить местные материалы в используемые заменители. Когда-то мы владели такими знаниями, но потом решительно перешли к транспортировке. Короче
116

говоря, знание - заменитель и ресурсов, и перевозок по морям-океанам.
То же относится и к энергетике. Ничто так не иллюстрирует заменяющую способность знания относительно других ресурсов, как недавний прорыв в познании сверхпроводимости, который, как минимум, снизил расход энергии на производство единицы продукции4. В настоящее время, согласно Американской национальной энергетической ассоциации, до 15% производимой в США электроэнергии теряется при передаче ее пользователям, поскольку медный провод кабелей подвержен воздействиям, снижающим их эффективность. Такая передача вдвое снижает эквивалентную продукцию. Использование сверхпроводимости при передаче электроэнергии сможет резко сократить эти потери.
Фирма Бехтель Нейшенел, Инк. в Сан-Франциско совместно с Эбаско Сервис, Инк. в Нью-Йорке разрабатывала гигантские, величиной с футбольное поле "батареи" для аккумулирования энергии. Осуществление такого проекта, создание таких систем могли бы помочь снизить энергетические затраты и потери, которые ожидаются в периоды максимальных энергетических подач.
Кроме замещений в материалах, транспортировке и энергии, знание еще и сохраняет время. Время само по себе является одним из важнейших экономических ресурсов, хотя оно не фигурирует в бухгалтерском балансе компании. Время, по сути дела, является скрытой исходной сущностью, особенно тогда, когда изменение ускоряется и возникает возможность сократить его. Например, убыстряя связь или поставляя быстрее новую продукцию на рынок, можно создать разницу между выгодой и потерями.
Новое знание ускоряет выпуск вещей, подгоняет нас вперед, к реальному времени, к моментальной экономии, и становится заменителем расходуемого времени.
С сохранением и усвоением знания связано также и пространство. Отдел транспортных систем фирмы Дженерал Электрик (GE) строит локомотивы. Когда он начал использовать передовые информационные и коммуникационные процессы управления для связи со своими снабженцами, стало возможным восполнять запасы продукции в двенадцать раз быстрее, чем это делалось раньше, и полностью использовать для хранения все пространство складов5.
117

Поставив во главу угла изготовление массовой продукции, новые информационные технологии загнали стоимость разнообразия почти к нулю. Так знание изменило когда-то высокую стоимость изменений в производственном процессе2.
Или возьмем материалы.
Умная компьютерная программа, соединенная с токарным станком, поможет вырезать из листа стали больше кусков заданного размера, чем это сделает большинство операторов. Производя возможную миниатюризацию, новое знание (и умение) приводит к возможности изготавливать более мелкие, более легкие изделия, что, в свою очередь, улучшает возможность их хранения и транспортировки. И, как мы видели в случае с SX-компанией, занимающейся железнодорожными и пароходными перевозками, ежеминутное отслеживание груза, т.е. улучшение информации, означает дальнейшую транспортную экономию.
Новые знания ведут также к возможности использовать совершенно новые материалы - от тех, что употребляются в авиации, до биологических; это увеличивает наши возможности заменять одни материалы другими. Все - от теннисных ракеток до реактивных двигателей - содержит в своих материалах новые пластмассы, сплавы и композиты. Фирма Allied-Signal, Inc. из г. Морристауна, штат Нью-Джерси, создала материал под названием Метглас (Metglas), который соединил свойства металла и стекла, и использует его для изготовления трансформаторов, обладающих гораздо более высокой энергетической эффективностью. Новые оптические материалы нацелены на более быстродействующие компьютеры. Новая броня танков и цистерны делаются из комбинации стали, керамик и урановых элементов. Глубокие знания позволяют нам заказывать материалы, свойства которых на молекулярном уровне желаемы по термическим, электрическим или механическим характеристикам3.
Единственной причиной, по которой мы сейчас перевозим через всю планету на кораблях огромные количества сырых материалов, таких как бокситы, никель или медь, является то, что мы испытываем недостаток знания, как превратить местные материалы в используемые заменители. Когда-то мы владели такими знаниями, но потом решительно перешли к транспортировке. Короче
116

говоря, знание - заменитель и ресурсов, и перевозок по морям-океанам.
То же относится и к энергетике. Ничто так не иллюстрирует заменяющую способность знания относительно других ресурсов, как недавний прорыв в познании сверхпроводимости, который, как минимум, снизил расход энергии на производство единицы продукции4. В настоящее время, согласно Американской национальной энергетической ассоциации, до 15% производимой в США электроэнергии теряется при передаче ее пользователям, поскольку медный провод кабелей подвержен воздействиям, снижающим их эффективность. Такая передача вдвое снижает эквивалентную продукцию. Использование сверхпроводимости при передаче электроэнергии сможет резко сократить эти потери.
Фирма Бехтель Нейшенел, Инк. в Сан-Франциско совместно с Эбаско Сервис, Инк. в Нью-Йорке разрабатывала гигантские, величиной с футбольное поле "батареи" для аккумулирования энергии. Осуществление такого проекта, создание таких систем могли бы помочь снизить энергетические затраты и потери, которые ожидаются в периоды максимальных энергетических подач.
Кроме замещений в материалах, транспортировке и энергии, знание еще и сохраняет время. Время само по себе является одним из важнейших экономических ресурсов, хотя оно не фигурирует в бухгалтерском балансе компании. Время, по сути дела, является скрытой исходной сущностью, особенно тогда, когда изменение ускоряется и возникает возможность сократить его. Например, убыстряя связь или поставляя быстрее новую продукцию на рынок, можно создать разницу между выгодой и потерями.
Новое знание ускоряет выпуск вещей, подгоняет нас вперед, к реальному времени, к моментальной экономии, и становится заменителем расходуемого времени.
С сохранением и усвоением знания связано также и пространство. Отдел транспортных систем фирмы Дженерал Электрик (GE) строит локомотивы. Когда он начал использовать передовые информационные и коммуникационные процессы управления для связи со своими снабженцами, стало возможным восполнять запасы продукции в двенадцать раз быстрее, чем это делалось раньше, и полностью использовать для хранения все пространство складов5.
117

Возможны и другие виды экономии, а не только миниатюризация продукции и уменьшение складского пространства. За один год США "производят" 1,3 триллиона документов - достаточно, по некоторым подсчетам, чтобы засыпать бумагой Гранд-Каньон 107 раз. 5% этих документов все еще хранится в бумажном виде6. Передовые информационные технологии, включая сканирование документов, обещают сжать по крайней мере некоторые из них. Что самое важное - новые телекоммуникационные возможности, основанные на использовании компьютеров и передовых знаний, дают возможность рассредоточить продукцию по дорогим городским центрам и даже дополнительно снизить энергетические и транспортные затраты.
ЗНАНИЯ ПРОТИВ КАПИТАЛА
Так много написано о том, как компьютеризированное оборудование заменяет человеческий труд, что мы подчас игнорируем способы, которыми оно заменит также и капитал. Все, о чем мы говорили выше, верно также и для финансовой экономии.
В самом деле знание является гораздо более долгодействующей опасностью для власти финансов, чем профсоюзы или антикапиталистические политические партии. Говоря условно, информационная революция снижает надобность в капитале на единицу выпускаемой продукции. Для "капиталистической" экономики нет ничего более существенного.
Витторио Мерлони, 57-летний итальянский бизнесмен, чья семья владеет 75% компании "Мерлони Электродоместичи", откровенно рассказал о своей фирме, когда мы сидели в маленькой задней комнатке образовательного центра Национального рабочего банка в Риме. 10% всех стиральных машин, холодильников и другой бытовой техники, продающейся в Европе, изготовлено компанией Мерлони. Его основные конкуренты - "Электролюкс" в Швеции и "Филипс" в Голландии. Четыре бурных года Мерлони возглавляет Конфиндустрию - итальянскую конфедерацию работодателей7.
118

По мнению Мерлони, новая итальянская экономика развивается в результате того, что "теперь она нуждается в меньшем капитале, чтобы делать те же вещи", по сравнению с прошлым. "Это значит, что бедная страна может быть гораздо лучше сегодня с тем же самым количеством капитала, чем пять или десять лет назад".
Причина в том, сказал он, что основанные на знании технологии снижают капиталоемкость производства, скажем, посудомоечных машин, кухонных комбайнов или вакуумных химчисток. Мерлони начал с того, что заменил обмен информацией посредством дорогих инвентарных каталогов использованием компьютерной техники для кодирования и передачи данных через спутниковую связь между Италией и Португалией, где расположены его заводы.
Убыстряя связь между заводом и рынком и укорачивая экономические связи, улучшая и увеличивая объем мгновенно передающейся информации, стало возможно уменьшить количество компонентов и конечных продуктов, идущих на склад или на транспортировку.
Мерлони добился поразительного, на 60%, снижения инвентаризационной стоимости. До настоящего времени его заводы нуждались в 200 000 исходных деталей для изготовления 800 000 изделий. Сегодня он выпускает 3 млн. изделий в год, используя всего 300 000 деталей. Такая экономия, по мнению Мерлони, стала возможной за счет улучшения информации.
Случай с Мерлони не уникален. В текстильной промышленности США оформители и розничные торговцы, организованные в Комитет добровольных межпроизводственных стандартов связи (VICS), предвкушая прибыль в 12 млрд. долл., смогли все свои запасы сжать в единую систему с помощью широкой электронной сети обработки данных8. В Японии NHK Spring Company, чьими рессорами пользуется большинство производителей автомобилей, решила синхронизовать свои линии, выпускающие продукцию, с линиями заказчиков столь точно, чтобы фактически исключить запас амортизаторов9.
Как сказал один ответственный сотрудник NHK: "Если нам удастся провести в жизнь эту систему, мы сможем теоретически свести наши материально-производственные запасы к нулю".
119

Конечно, сокращая запасы, мы не только возвращаем в небольшое пространство и реальное состояние расходы, произведенные ранее, но также уменьшаем налоги, страховые сборы и накладные расходы. Аналогичные возможности получил Мерлони: посылая фондовые трансферы из Лондона или Парижа в Милан или Мадрид за считанные минуты, он сохраняет значительную выгоду.
Даже учитывая, что первоначальные затраты на компьютеры, программное обеспечение, информацию и телекоммуникации могут быть сами по себе высокими, говорит Мерлони, общая выгода такова, что его компания нуждается сейчас в меньшем капитале, чтобы сделать ту же работу, что она делала раньше10.
Эти идеи о капитале охватили мир. Д-р Харуо Шимада из Университета Кейо в Токио говорит, что в экономике происходит сдвиг от корпораций, которые "нуждались в огромных активах капитала и большом накоплении человеческих ресурсов для изготовления продукции", к корпорациям "поточного типа", т.е. использующим "гораздо менее экстенсивные активы капитала".
Как бы подчеркивая этот сдвиг и важность знания для завтрашней экономики, большинство японских корпораций сейчас (на первое время) вливают больше фондов в исследования и развитие, чем в капиталовложения.
Майкл Милкин, который худо-бедно знает кое-что о капиталовложениях, обобщил эту тенденцию пятью словами: "Человеческий капитал заменил долларовый капитал"11.
Знание становится основным ресурсом для бизнеса потому, что оно - абсолютный заменитель.
Все вышесказанное свидетельствует о том, что в любой экономике, в производстве продукции и в доходах все неизбежно зависит от трех основных источников власти: силы, богатства и знания. Сила преобразуется в закон. В свою очередь капитал и деньги сегодня переходят в знание. Труд изменяется тоже, становясь все более зависимым от манипуляций символом. И капитал, и деньги, и труд - все движется в одном и том же направлении, к революционным изменениям самой основы экономики. Она становится сверхсимволической экономикой, которая живет по законам, совершенно отличным от законов, действующих в эпоху "фабричных труб".
120

Поскольку ослабляется необходимость в сыром, необработанном материале, труде, времени, пространстве и капитале, знание становится основным источником развития экономики. По мере того как это происходит, ценность знания необычайно возрастает. По этой причине, как мы увидим далее, "информационные войны", т.е. войны за контроль над знанием, вспыхивают повсюду.

ЧАСТЬ ТРЕТЬЯ: ИНФОРМАЦИОННЫЕ ВОЙНЫ
9. БИТВА ЗА КАССОВЫЕ АППАРАТЫ
Недавно в печати промелькнуло сообщение о том, что Смитсоновский институт в Вашингтоне, округ Колумбия, одно из наиболее знаменитых научных учреждений мира, задумал купить небольшой ресторан в Нью-Джерси. У Смитсоновского института был план перевезти этот ресторан в Вашингтон, сделать его частью института и демонстрировать в нем синтетические материалы, используемые в американской жизни на протяжении определенного периода времени. Этот план никогда не был осуществлен.
Для многих американцев придорожный ресторанчик вызывает чувство ностальгии. Большинство голливудских фильмов 30-х годов использовало такие ресторанчики как место основного действия. Знаменитая история Хемингуэя "Убийцы" поставлена именно в таком придорожном ресторанчике. Таким образом, отвлекаясь от идеи демонстрации винила и Formica, существовала вполне определенная логика в необычной, на первый взгляд, идее Смитсоновского института.
Но если бы Смитсоновский институт когда-либо захотел продемонстрировать то, что символизировало Америку во внешнем мире в 50-х, ее точную характеристику в XX в., то ему следовало бы купить и демонстрировать не небольшой ресторанчик, а супермаркет.
Еженедельный поход с продуктовой тележкой по проходам ярко освещенного супермаркета был привычным ритуалом для большинства американских семей. Супермаркет с его блистающим видом стал символом изобилия в голодном мире. Это было
122

чудо американского бизнеса, вскоре широко распространившееся по всему миру.
Супермаркет и ныне такой же. Но, по большей части незаметно для публики, он стал полем сражения в информационной войне, одной из многих, свирепствующих сегодня в мире бизнеса.
ВНЕ ПОЛЯ ЗРЕНИЯ
Все пространство, от одного края США до другого, покрыто сегодня отметинами многомиллионного долларового перетягивания каната - гигантскими промышленными компаниями, такими как "Набиско" (Nabisco), "Ревлон" (Revlon), "Проктер энд Гэмбл" (Procter & Gamble), "Дженерал Фудс" (General Foods) и "Жиллетт" (Gillett) - тех, что стоят на вершинах индустриального бизнеса в отличие от скромных розничных магазинов, которые когда-то наполняли потребительские корзины. Это сражение, происходящее в кассовых аппаратах, лишь начало того, что будет происходить в суперсимволической экономике.
В начале эры супермаркетов крупные переработчики пищевых продуктов и изготовители промышленных товаров тысячами посылали своих коммивояжеров по всей стране зазывать в эти магазины и рекламировать свою продукцию: продукты питания, напитки, косметику, чистящие средства и т.п. Каждый день во всех городах появлялись тысячи коммивояжеров, готовых заключить сделки о поставках.
В этих ежедневных мелких сделках продавцы имели в то время преимущество. Они несли с собой частички гигантских фирм, которые без этого не смогли бы охватить своим присутствием даже наиболее крупные сети супермаркетов. Благодаря же такой системе каждая из этих мегафирм занимала доминирующее положение на избранных ими рынках.
Компания "Жиллетт", например, до конца 70-х продавала шесть из каждых десяти бритв на рынке США. Когда же французская фирма "Бик" (Bic) - крупнейший мировой производитель шариковых ручек и зажигалок - попыталась конкурировать с "Жил-
123

летт" на американском рынке по распространению бритв со сменными лезвиями, "Жиллетт" смогла мгновенно отреагировать и охватить дополнительно от 40 до 50% до сих пор незанятого рынка США. "Бик" удовлетворилась 10%1. "Жиллетт" также распространяла свое присутствие и за пределами США. Сегодня "Жиллетт" имеет свои представительства в 66 странах и производящие ее продукцию предприятия в 27 странах, охватывая мировое пространство от Германии и Франции до Филиппин.
Когда представитель "Жиллетт" появляется в супермаркете, к его словам внимательно и подобострастно прислушиваются.
С 50-х до 80-х годов баланс сил, с гигантскими производителями сверху и мелкооптовыми и розничными торговцами снизу, оставался достаточно стабильным.
ДУХИ ДЛЯ "МИСС АМЕРИКА"
Доминируя на рынке, производители-гиганты стали крупнейшими рекламодателями Америки. Это дало им возможность эффективно управлять информацией, доходящей до потребителя.
"Жиллетт" проявила себя наиболее дальновидной компанией. Она тратила огромные средства на рекламу бритв и крема для бритья, используя рекламные вставки в трансляции бейсбольных матчей. Она заполнила рекламой своей парфюмерии такое ярчайшее телевизионное шоу, как "Мисс Америка".
"Жиллетт" обычно использует шесть "маркетинговых циклов" (циклов продажи) в течение года, каждый со значительной рекламной кампанией2. Это было названо "втаскивающим" маркетингом, предназначенным для "втаскивания" потребителя в отделы супермаркета и быстрого опустошения полок со своими товарами. Эти кампании были настолько эффективными, что супермаркеты просто не могли обойтись без продукции "Жиллетт".
В свою очередь, успех в кассовых аппаратах означал, что "Жиллетт" подобно другим большим фирмам могла заказывать для себя поставки сырья в больших размерах и по сниженным ценам. Таким образом, координируя производство и распространение со
124

средствами массовой информации, производители готовой продукции явно начинают доминировать над всеми другими участниками производственного цикла - фермерами, поставщиками сырья и розничными торговцами.
Фактически представитель "Жиллетт" (обычно мужчина) мог зачастую диктовать магазинам планы продажи лезвий определенного типа: как их лучше демонстрировать покупателю, как и когда отчитываться об их продаже и, что было довольно редко, - какие цены на них назначать.
Это была экономическая власть в действии, которая невозможна без целевого контроля за информацией. Поэтому "Жиллетт" в отличие от розничного торговца назойливо рекламирует преимущества пенного крема для бритья на телевидении или показывает выбритые лица спортсменов, пользующихся бритвами "Жиллетт" для чистого бритья. Все, что мир знает об этой продукции, он знает от "Жиллетт".
"Жиллетт" держала под контролем информацию, идущую к потребителю, и активно собирала информацию, идущую от потребителя. На каждом этапе продажи "Жиллетт" знала больше, чем кто-либо из ее розничных торговцев, о том, как, когда и кому продукцию фирмы можно продать.
"Жиллетт" знала, когда ее реклама должна появиться на телевидении, когда нужно выпустить партию новой продукции, какие цены распространения можно предложить, и фирма была способна контролировать потоки всей этой информации. Коротко говоря, "Жиллетт", как и другие массовые производители, стояла между розничной торговлей и потребителем, обеспечивая информацией и тех, и других под своим исключительным контролем.
Этот контроль играл ключевую, тщательно отслеживаемую роль в поддержании традиционного доминирования производителей во взаимоотношениях с магазинами. И это вполне оправдывалось общим успехом.
Это было время, когда компания Cambell Soup не утруждала себя даже поместить номер телефона на визитных карточках своих торговых агентов. "Не звоните им, - поучает вице-президент сети супермаркетов Grand Union. - Они никогда ничего не сделают".
125

Когда представитель "Жиллетт" приходил в магазин для продажи товара фирмы, он знал, о чем будет говорить. И покупатель обязательно прислушивался.
МАНЕВРЫ С ПООЩРЕНИЕМ
Оружием, которое розничные торговцы использовали для того, чтобы оставить позади крупных производителей, стали маленькие черно-белые символы.
Начиная с середины 60-х годов небольшой наблюдательный совет розничных торговцев, оптовиков и производителей бакалейных товаров встречался с такими компаниями, как IBM, National Cash Register и "Sweda", для обсуждения двух общих проблем супермаркета: как сократить слишком длинные надписи маркировки товаров и ликвидировать ошибки учета.
Ставился вопрос: не могли бы современные технологии помочь в преодолении этих трудностей?
Ситуация улучшилась бы, если бы продукты были закодированы каким-то образом и современные компьютеры могли бы распознавать эти коды. Технология оптического сканирования была еще в начале своего развития, но компьютерные компании, чувствительные к новым запросам рынка, с готовностью взялись за решение этой проблемы.
3 апреля 1973 г. "комитет отбора символов" согласился на простой стандартный код для индустрии супермаркетов. Этот код был близок к сегодняшнему "универсальному коду продуктов" (УПС), или "штриховому коду"3, блестящим рядам черных линий, используемых на всех продуктах - от ароматизаторов до пирожных; быстро распространилось оптическое сканирующее оборудование для их чтения.
Сегодня кодовые полоски становятся буквально универсальными в США - около 95% наименований продуктов маркированы УПС. Эта система так же быстро распространилась и за границей. К 1988 г. существовало 3470 супермаркетов и других торговых заведений во Франции, которые использовали кодовые полоски.
126

В Западной Германии по меньшей мере 1500 продуктовых магазинов и около 200 универмагов использовали сканеры. Только за пределами США существовало 78 000 оптических сканеров, используемых в работе магазинов от Бразилии до Чехословакии и Папуа - Новой Гвинеи4.
В Японии, где новые технологии распространились подобно огню на сильном ветре, 47% всех супермаркетов и 72% всех традиционных магазинов уже были переоборудованы к 1987 г.
Кодовая полоска значила больше, чем просто средство ускорения расчета и упаковки или уменьшения ошибок учета и отчетности - она изменила соотношение сил.
Средний американский супермаркет сегодня выставляет более 22 000 различных наименований продуктов; тысячи из них - новые виды, непрерывно замещающие старые, и поэтому баланс сил сместился в сторону розничных торговцев, у которых возникла возможность отслеживать и регулировать все действия буквально со всеми видами продукции: продажа, доходность, регулирование рекламы, стоимости и цены, скидки, местоположение, специальное продвижение товаров, транспортные потоки и т.п.
"Сегодня, - говорит Пат Коллинз, президент сети 127 магазинов Ральф (Ralph) в Южной Каролине, - мы знаем столько же, если не больше, чем производители об их продукции". Сканеры Ральф собирают большие объемы информации, которые помогают их менеджерам решать, сколько полочного пространства должен занимать тот или иной продукт и когда.
Эти возможности становятся решающими для конкурирующих производителей, которые "стучатся" в двери магазинов и борются за каждый дюйм полочного пространства. Не производитель диктует магазинам объем закупок, а магазины требуют от производителей платить за полочное пространство так называемую "плату за продвижение", назначая различные суммы на особенно желаемое полочное пространство.
Согласно "USA Today", "результатом [таких изменений] является война за контролируемую территорию: производители промышленных товаров борются с бакалейщиками и друг с другом, завоевывая и пытаясь удержать за собой торговое пространство в супермаркетах".
127

И совершенно ясно, кто одерживает победу, в данный момент5.
Как говорит Кевин Муди, бывший корпоративный директор информационных систем управления в "Жиллетт": "Мы хотим контролировать свою собственную судьбу... но власть торговли усиливается... они ищут быстрой торговли и постоянных торговых связей. Они ищут выгодных цен, в результате чего сокращается наша прибыль. ...Покупатель привык быть низкопоклонником. Сегодня же это поддерживается самыми изощренными методами"6.
Данные розничной торговли все больше становятся оружием после компьютерного анализа и моделирования, которые позволяют манипулировать различными переменными7. Таким образом покупатель использует "непосредственную прибыльность продукта" - модель для определения реальной выгодности каждого продукта. Эти модели учитывают даже такие факторы, как: насколько больше полочного пространства занимают квадратные упаковки продуктов в отличие от круглых, какой цвет упаковок наиболее выгоден и для каких продуктов и т.п.
Одна из версий такого программного продукта для розничной торговли поставляется и поддерживается одним из крупнейших производителей промышленной продукции - компанией "Про-ктер энд Гэмбл", чтобы обеспечить себе большее взаимопонимание и преимущество у торговцев. Вооруженная этим программным обеспечением, армия торговых представителей "Проктер энд Гэмбл" предлагает магазину помочь оценить его выгоду в обмен на предоставление информации о потребителе.
Розничные торговцы используют также компьютерные программы "полочный менеджмент" и "пространственные модели" для решения вопроса, товары каких видов и каких производителей выставить или снять, какие поместить на самых видных местах, а какие расположить где-нибудь подальше. "Планограмма", напечатанная компьютером, дает путеводитель "с полки на полку"8.
Обеспечив контроль над основными потоками информации, идущими от потребителя, розничные торговцы начинают также влиять (если не контролировать) на потоки информации, идущие к потребителю.
Согласно Муди, "розничные торговцы могут управлять судьбой продвижения какого-либо товара... В более широком смысле
128

они диктуют потребителю то, что он собирается увидеть". Так крупные пищевые и упаковочные компании потеряли контроль над информацией, который когда-то давал им власть над рынком.
ВНЕ СУПЕРМАРКЕТОВ
Начав с супермаркетов, высокотехнологичная битва за контроль над информацией разгорелась повсюду. Сканеры, лазеры, переносные компьютеры и другие новые технологии проникли в аптеки, универсальные магазины, магазины со скидками, книжные магазины, магазины электроники и электротоваров, различные хозяйственные магазины, магазины одежды, различные специализированные магазины и бутики всех видов. На всех этих рынках производители неожиданно столкнулись с энергичными, уверенными, иногда даже наглыми соперниками.
"Если вы не используете универсального кода продуктов на ваших товарах, не сидите сложа руки, иначе вы не получите нашего заказа", - безапелляционно гласит надпись на закупочном офисе компании Toys-R-Us - сети 313 магазинов9.
Поскольку баланс сил изменился, требования розничных торговцев становятся более агрессивными. Обойдя 100 000 независимых представительств производителей страны и поговорив с их поставщиками, Wal-Mart - четвертая по величине сеть магазинов США - стала настаивать, чтобы компании, подобные "Жиллетт", изменили систему отгрузки товаров10. Когда-то более уступчивая, сегодня Wal-Mart требует, чтобы все ее заказы выполнялись на 100% точно, в соответствии с числом, размером и моделями продуктов, чтобы поставки выполнялись по ее графику, а не по графику поставщика. Нарушение заказа или точного графика влечет увеличение предоплаты или уменьшение объема заказов.
Это ставит производителя в тупик: нужно либо увеличивать ассортимент товаров, либо устанавливать новые, более высокие технологии для демассификации производства, переходя к изготовлению малых, а не крупных партий изделий, и к более короткому времени оборачиваемости. И то, и другое дается дорогой це-
129

ной. Кроме того, розничные торговцы предъявляют более жесткие требования к стандарту качества товаров - вплоть до улучшения качества печати на упаковках.
Эти довольно тривиальные требования на самом деле чрезвычайно важны, так как большая часть информации, от которой все больше и больше зависит власть розничных торговцев, заключена в штрих-коде: плохая печать может привести к неспособности сканера считать правильную информацию. Некоторые розничные торговцы угрожают призывать к ответственности того производителя, чей штрих-код не будет считываться их сканирующим оборудованием.
Миллионы потребителей ждали на линиях расчета и упаковки, пока кассиры пропустят через электронный сканер один и тот же товар, пока сканер выдаст правильную информацию. Все чаще и чаще кассир был вынужден набирать цену продукта вручную на кассовом аппарате.
Некоторые владельцы магазинов сегодня угрожают: "Если мои сканеры не могут прочитать коды - это ваши проблемы. Я не призываю моих кассиров пробовать снова и снова и заставлять потребителя ждать. Если штрих-код не будет сканироваться и нужно вводить его цену вручную, мы бросим этот продукт в корзину покупателя, не требуя платы за него. Мы будем просто раздавать такие товары и перестанем за них расплачиваться".
Никто и никогда не разговаривал с большими компаниями таким тоном. Но никто и никогда не владел той информацией, которой сегодня владеет розничный торговец.
Эта информация является настолько жизненно важной, что некоторые производители сегодня вынуждены платить розничным торговцам за нее или непосредственно, или в обмен на сервис, или через посреднические фирмы, которые покупают данные у розничных торговцев и продают их производителям.
ДВОЙНАЯ ОПЛАТА
Это соперничество у электронных кассовых аппаратов имеет большое значение как для потребителя, так и для экономики в целом. Среди прочего, это заставляет нас переосмыслить наши
130

устаревшие представления об относительных ролях производителей и потребителей.
Например, в мире, в котором деньги "информатизированы" и информация "оденежена", потребитель платит за каждую покупку дважды: первый раз деньгами и второй раз информацией, которая тоже стоит денег.
Потребитель обычно дает информацию "за так". Но это столь ценная информация, что розничные торговцы, производители, банки, производители кредитных карточек (и огромное количество других людей) сегодня борются за обладание ею11. Во Флориде и Калифорнии сообщества розничных торговцев затевают юридические баталии с банками за владение этим источником информации. Центральный вопрос, который их юристы задают друг другу: "Кому принадлежит информация потребителя?"
Юридических ответов все еще не существует. Но ясно одно: никто не догадался спросить об этом потребителя.
Теоретическая награда потребителя за предоставление данных - снижение цен, происходящее из-за большей эффективности экономической системы. Но нет никакой гарантии, что часть этой награды, соразмерная ценности информации, будет выплачена. Это подобно "информационному займу" розничному торговцу в надежде будущего возврата долга деньгами.
Поскольку получение данных от потребителя все более и более влияет на проектирование и производства, и распределения продуктов и услуг, потребитель фактически становится вкладчиком (если не реальной частью) в производственный процесс. Потребитель, в определенном смысле, становится сопроизводителем своих собственных покупок.
Но является ли потребитель действительным собственником этой информации? Или она приобретает ценность только после ее сбора и обработки?
Сегодня еще нет законов и экономических концепций, в терминах которых можно описать эти незнакомые процессы, берущие начало в информационной войне. Но в движение пришли миллионы долларов - и произошел мягкий сдвиг экономического и социального соглашения о балансе сил.
Какую информацию потребитель дарит магазину, производителям товара, своей компании кредитных карточек?
131

Рассмотрим простейшие случаи: мать, возвращаясь домой с работы, торопится приготовить обед и обнаруживает, что она забыла купить маргарин.
Бросаясь в ближайший магазин, она хватает фунт несоленого маргарина Fleischmann, сделанного "Набиско", оставляя свободное место на полке. После этого она спешит к кассовому аппарату и, ожидая своей очереди, читает выпуск "ТV Guide", взятый из сетки вблизи кассового аппарата. Потом подает свою покупку кассиру, который пропускает ее через сканер.
Покупательница образовала в компьютере магазина определенный взаимосвязанный набор информации: 1) тип продукта, который она использует, 2) его сорт, 3) его размер и количество, 4) постоянный выбор - несоленый маргарин, 5) время покупки, 6) какие другие продукты, сорта и размеры и т.д. она покупала в это же время, 7) размер ее общего счета, 8) название журнала, в котором производитель сможет настичь ее своей рекламой, 9) информацию о том, где освободилось полочное пространство, и очень много другой дополнительной информации.
Если потребитель покупает несколько полных сумок различных продуктов, одни и те же данные становятся доступными для каждого типа продуктов, и теоретически возможно установить взаимосвязь этих продуктов друг с другом для того, чтобы вывести образец покупки - своеобразную подпись каждого покупателя индивидуально или какой-либо потребительской группы.
Если покупатель пользуется кредитной карточкой, то доступен для еще более подробного анализа.
Сегодня такой покупатель прежде всего поставляет следующую информацию: 1) имя, 2) адрес и почтовый индекс (это важно для распределения продаж), 3) кредитную информацию, 4) основу для определения общего дохода семьи и потенциально гораздо большее количество другой информации.
Путем комбинирования всей этой информации вскоре станет возможно составить удивительно детализированную картину стиля жизни отдельного человека, включая привычные поездки, путешествия, гостеприимство, предпочтения в чтении, как часто человек питается вне дома, сколько он покупает алкоголя, презервативов и других контрацептивов, список благотворительных пожертвований.
132

Маруи, лидирующий японский розничный продавец всевозможных товаров, который выпустил свои собственные кредитные карточки, использует систему, названную M-TOPS. Она позволяет Маруи фиксировать внимание на семьях, недавно сменивших местожительство. Это достигается использованием идентификации покупок, которые обычно производятся при обустройстве нового дома. Исходя из того, что семья, покупающая кондиционер или кухонный комбайн, также может прийти на рынок, чтобы обставить спальню, Маруи стал достигать удивительно высокого адресного предложения товаров12.
Отвлекаясь на время от неопределенности в вопросе о собственности, возникшей в суперсимволической экономике, можно сказать, что большая часть этой информации попадает в руки таких коммерческих предприятий, как сети супермаркетов, банки, производители промышленных товаров, и может продаваться или обмениваться на скидки в сервисе. Рынок для такой информации огромен.
Законы по "защите данных", как можно увидеть во многих странах, регулируют сегодня использование компьютерной информации, но банки данных все более наполняются, возможности интегрирования увеличиваются, а экономическая ценность информации резко возрастает.
Все это тем не менее лишь первые шаги к будущему.
"РАЗУМНЫЙ" СУПЕРМАРКЕТ
Потребитель в ближайшем будущем может оказаться в супермаркете, разделенном на линии так называемых компьютеризированных полок13. На краю полок вместо бумажных ярлыков с ценами на консервы или полотенца будут расположены жидкокристаллические экраны с цифровой индексацией цен. Волшебство этой новой техники заключается в том, что она может позволить магазину изменять цены на тысячи видов продуктов автоматически и одновременно, как только данные о покупке поступят со сканеров на выходе из магазинов.
Цены будут снижаться для плохо продаваемых товаров или повышаться для "горячих" товаров, повышаясь и падая непрерыв-
133

но, в реальном времени, в соответствии со спросом и предложением. Фирма из Торонто Телепанель, Инк. (Telepanel, Inc.) оценивает, что такая система, способная назначать цены на 8-12 тысяч наименований продуктов, стоила бы магазину от 150 до 200 тыс. долл. и окупила бы себя в пределах двух лет.
Сделав еще один небольшой шаг вперед к будущему, представим себе "электронную полку", которая может предоставить покупателю информацию о ценах и характеристиках на данный продукт при нажатии на кнопку. Такие системы предполагается сделать не только для супермаркетов. Как сообщает "Business Week", "сети аптек, хозяйственные магазины и даже универмаги уже планируют свои собственные версии таких систем".
Двигаясь в том же направлении, можно представить себе "умную" электронную полку, которая не только будет предоставлять информацию покупателю, но и одновременно получать о нем некоторую информацию14. Спрятанные датчики, например, дадут возможность узнать, когда покупатель протягивает руку к какой-либо полке с каким-либо товаром, отображать на особом табло увеличение или снижение посещаемости.
Вскоре потребитель, даже моргнув глазом или шевельнув пальцем, будет давать владельцу магазина информацию для все более и более подробного анализа15.
Моральные и этические приложения всего этого едва исследованы адвокатами бизнесменов и покупателей (было бы хорошо, если бы эти лица, заинтересованные в организации энергии покупателей, тщательно продумали все эти вопросы до ввода таких систем в эксплуатацию). Сейчас необходимо только понять, что доходность торговли сегодня все больше и больше зависит от искусства информационной борьбы дзюдо.
УГРОЗА "СЕГУНАМ"
Подобным же образом изменяется соотношение сил и в Японии. Согласно Алексу Стюарту, автору актуального репортажа о японской системе распределения, "розничные торговцы являются
134

сегодня доминирующей силой в японской индустрии распределения, а производители все больше и больше становятся зависимыми от розничных торговцев, которые по-своему интерпретируют нужды торговых мест"16.
Джордж Филдс, глава и СЕО (должность) фирмы ASI Market Research (Япония), пишет: "С какого-то момента времени распределение не означает положить что-либо на полку для продажи. Сегодня - это информационная система". Распределение везде, продолжает он, "скоро будет не сетью пунктов инвентаризации, пропускающих через себя продукты, а информационной связью между производителем и потребителем".
Филдс, по-видимому, слишком мягко охарактеризовал то, что в Японии не принято уточнять: преобразования угрожают повергнуть многих индустриальных "сегунов" Японии. И в Японии соотношение сил будет перераспределяться в пользу таких фирм и секторов экономики, которые лучше всего освоили методы информационных войн.
Баталии между производителем и розничным торговцем находятся в самом начале, но это не просто двухсторонняя борьба. Так называемое перетягивание каната в реальной жизни означает вовлечение многих других участников в зону этой битвы - от банков и производителей компьютеров до транспортных и телефонных компаний.
Зажатыми между розничными торговцами и производителями оказались оптовики, оптовые магазины, транспортные компании и другие, каждый из которых вовлечен в жестокую конкурентную борьбу против всех за овладение современными информационными и коммуникационными технологиями как основным оружием этих войн.
Более того, все, что мы рассмотрели до сих пор, только начало стычки, сражение передовыми мелкими отрядами, и производители уже сами создают средства противодействия, ведя торговлю своими товарами через альтернативные розничной торговле каналы (например, рассылкой по почте) и используя компьютеры и телекоммуникации для построения своих собственных вертикально интегрированных систем распределения, покупая различные мага-
135

зины, пытаясь, используя новые технологии, обмануть и опередить розничных торговцев.
Информация, идущая из.этих новых технологий, трансформирует все наше производство продуктов и систему распределения, создавая обширные области с вакуумом власти, которые уже пытаются заполнить совершенно новые группы и общественные институты.
10. ЭКСТРА-РАЗУМНОСТЬ
В 1839 г. одному опустившемуся художнику, который давал уроки рисования, ученик задал вопрос: "Поможет ли вам 10-долларовый гонорар?" Этот учитель рисования, в свободное время любитель опытов по электромагнетизму, ответил: "Это сохранило бы мою жизнь, которая есть все, что у меня есть".
Самуэль Морзе к этому времени уже доказал, что он может передавать закодированные сообщения по электрическим проводам. Но только четыре года спустя благодаря сильному лоббированию Морзе убедил конгресс США выделить ему около 30 тыс. долл. на строительство телеграфной линии между Балтимором и Вашингтоном. Именно при открытии первой телеграфной линии Морзе послал свою историческую телеграмму: "Это то, что напевал Бог во время работы (What hath Got wrought)". Этим сообщением Морзе открыл новую эру телекоммуникаций, началось драматическое коммерческое противостояние XIX столетия. Он начал мощный процесс, не завершенный до настоящего времени1.
Сегодня, когда усиливается баталия за электронные кассовые аппараты супермаркетов, этот огромный конфликт приобретает все более определенные очертания, сосредоточиваясь на контроле того, что может быть названо электронными трассами завтрашнего дня.
136

БАХ, БЕТХОВЕН, ВОНГ
Поскольку большая часть бизнеса сегодня зависит от оперативного отправления и получения информации, компании по всему миру торопятся связать своих служащих электронными сетями. Эти сети составляют такую же ключевую инфраструктуру XXI в., решающую для успеха бизнеса и развития национальных экономик, какой была железная дорога в эру Морзе.
Некоторые "локальные сети", или LANs, соединяют компьютеры внутри одного здания или комплекса. Другие, которые можно назвать "глобальные сети", связывают сотрудников Ситибанка со всем миром или помогают фирме "Хилтон" резервировать номера в своих гостиницах, а фирме "Герц" выполнять заказы на прокат своих автомобилей.
Каждый раз, когда Макдоналдс продает Биг-Мак или Мак-Маффин, производятся электронные данные. Имея 9400 ресторанов в 46 странах, Макдоналдс эксплуатирует не менее чем 20 различных сетей, по которым собирают, объединяют и распределяют эти данные2. Компания "Дюпон медики" в рамках своего рынка соединила настольные компьютеры в электронную почтовую сеть, и теперь "Сара Ли" не может положить носки L'eggs на торговые полки без консультаций в этой сети3. Компания "Вольво" связала 20 000 терминалов по всему миру для обмена рыночными данными. Инженеры компании DEC с помощью электронной сети обмениваются проектной информацией со всем миром.
Только IBM соединяет 355 000 терминалов по всему миру через систему VNET, по которой в 1987 г. передавалось приблизительно 5 триллионов знаков одновременно. Разумеется, даже часть этой системы, которая называется PROFS, сохранила IBM средства от покупки 7,5 млн. конвертов. IBM оценивает, что без PROFS ей понадобилось бы дополнительно 40 000 служащих для выполнения той же работы.
Объединение в электронные сети сегодня охватило даже самый малый бизнес, который использует около 50 млн. персональных компьютеров (PC) в США. Фирма "Вонг" сегодня рекламирует свое сетевое оборудование по радио, вставляя коммерческую рекламу между сюитой Баха и симфонией Бетховена4.
137

От электронных сетей зависит вся повседневная деятельность компаний: счета, заказы, планирование, путешествия, обмен проектными сметами, инженерными чертежами и расписаниями, дистанционное управление процессом производства и пр. Когда-то задуманные как административное средство, сегодня объединенные в сети информационные системы все более и более становятся стратегическим оружием, помогающим компаниям защищать существующие рынки и влиять на новые рынки.
Шаги по строительству таких рыночных сетей осуществляются почти с такой же поспешностью, с которой входила в нашу жизнь великая эра строительства железных дорог в XIX в., когда государства начали осознавать, что их судьба может быть связана с расширением железнодорожных сообщений.
Связанное с этим изменение баланса сил все еще до конца не осознано публикой. Для того чтобы оценить его значимость, полезно оглянуться назад и понять, что произошло после того, как Самуэль Морзе протянул первую телеграфную линию.
ТЕЛЕФОННЫЕ ПРИЧУДЫ
К середине XIX в. компании, имеющие право пользоваться патентом Морзе, построили тысячи миль телеграфных линий. Появились конкурирующие компании, телеграфные сети выросли и очень быстро соединили на континентах все большие города друг с другом. Прокладывая свои провода вдоль железных дорог, компания Western Union начала поглощать более мелкие фирмы. За 11 лет ее линии раскинулись сетью от одного конца США до другого, а ее капитал возрос с 5 млн. до 41 млн. долл. - шокирующая сумма для любого банка того времени5.
Вскоре ее филиал, Gold and Stock Telegraph Company, обеспечивал высокоскоростной информацией инвесторов и спекулянтов золотом, прокладывая дорогу нынешним "Доу Джонсам" и "Никкей".
В то время, когда большая часть сообщений доставлялась по США в сумках и почтовых вагонах, Western Union сделала упор на передовые средства коммуникаций.
138

Успех, как обычно, породил корпоративное высокомерие. Поэтому в 1876 г., когда учитель пения Александр Белл запатентовал первый телефонный аппарат, Western Union не отнеслась к этому серьезно. Но как только общественность потребовала развития телефонного сервиса, Western Union осознала, что это изобретение может привести к краху ее монополию. Это был нокаутирующий удар, и Western Union должна была выбирать - уничтожить новую технологию или захватить ее.
Она наняла Томаса Эдисона, который предложил альтернативу технологии Белла. Затем адвокаты Western Union подали на компанию Белла в суд.
"На другом уровне, - пишет Джозеф С. Гулден, автор "Monopoly", - Western Union, воспользовавшись правовыми средствами, запретила "Белл" использовать ее провода вдоль железных дорог и шоссе. Western Union имела такое влияние в любом крупном отеле, на любой железнодорожной станции, в редакции любой газеты в стране, что могла препятствовать внедрению телефонной технологии. Менеджеру "Белл" в Филадельфии было запрещено использовать прямые телеграфные линии где-либо в городе, его работники часто заключались под стражу по жалобам Western Union. Политическое влияние телеграфной компании в Вашингтоне затормозило установку телефонов "Белл" в государственных офисах"6.
Но несмотря на все это, Western Union потерпела поражение. Она была побеждена не столько ее более мелким конкурентом, сколько мировой потребностью в более надежной и удобной связи. Победитель же этой схватки вырос в величайшую, знаменитую Американскую телефонную и телеграфную компанию (AT&T).
СЕКРЕТЫ И СЕКРЕТНЫЕ ОБЛАСТИ
Выгоды от использования телекоммуникаций, будь то телеграф Морзе, телефоны Белла или сегодняшние высокоскоростные передачи данных в сетях, довольно относительны. Например, если никто не обладает такими средствами, то все конкурирующие ком-
139

пании, как это и было, работают в спокойном нейтральном режиме. Но если одна из компаний начинает внедрять новую технологию связи, а другие нет, то конкурентная область резко изменяется. Поэтому конкурирующие компании очень быстро постарались внедрить новые изобретения Белла.
Телефоны изменили почти все сферы бизнеса. Они позволяют работать на широких географических пространствах. Руководители могут общаться со своими подчиненными в самых удаленных офисах напрямую, чтобы в деталях давать указания о необходимых действиях. При этом голос, его модуляция, интонация или ударение может передать гораздо больше информации, чем бесчувственный код "точка-тире" Самуэля Морзе.
Телефоны сделали большие компании еще больше. Они сделали централизованные бюрократии более эффективными. Коммутаторов и операторов становилось все больше. Секретари прослушивают телефонные разговоры и учатся сохранять конфиденциальность. Они учатся скрывать телефонные переговоры и таким образом частично контролировать доступ к власти.
В первую очередь телефоны поощряли секретность. Большая часть бизнеса сегодня может взаимодействовать без бумажных документов. (Впоследствии были разработаны технологии записи на магнитофон телефонных переговоров и установки "жучков", которые внесли новые методы борьбы в никогда не прекращающуюся войну между теми, кто имеет секреты бизнеса, и теми, кто хочет ими овладеть.)
Косвенные выгоды таких развитых систем коммуникации были еще выше. Телефоны помогали интегрировать индустриальную экономику. Рынки капитала стали более подвижными, сделки - более легкими. Сделки могли заключаться очень быстро, с последующим подтверждением бумагами.
Телефоны стали причиной сильного увеличение активности в бизнесе, которая, в свою очередь, повысила темпы экономического развития в наиболее технически развитых странах. На протяжении длительного периода времени телефоны влияли даже на распределение власти на международном уровне. (Государственная власть происходит из многих источников, но в упрощенном случае можно предположить, что преимущество Америки в смысле глобального доминирования связано с большим развитием ее комму-
140

никационных систем по отношению к другим странам. Около 1956 г. половина всех телефонов в мире находилась в США. Сегодня эта цифра снизилась до 1/3.)7
ЭЛЕКТРОННЫЕ ТРАССЫ
Насколько больше экономика стала зависеть от телефонов, настолько же компании и правительственные учреждения, которые имеют отношение к телефонным коммуникациям, становятся более влиятельными. В США компания AT&T, более известная как Bell System, или Ma Bell, стала доминирующей в телекоммуникационном бизнесе.
Трудно себе представить жизнеспособность экономики или бизнеса без приличного телефонного сервиса, к которому нас приучили, или какую-либо функцию в стране, где телефонная компания (обычно государственная) могла бы отказаться от основного телефонного сервиса или задержать его установку на годы. Такая бюрократическая власть может дать политические преимущества, вызвать взяточничество и коррупцию, снижение темпов развития национальной экономики, повлиять на рост или крах предприятия. Такая ситуация все еще превалирует во многих ранее социалистических и неиндустриальных странах.
И даже в технически развитых странах телефонные монополисты могут контролировать судьбу целых индустриальных секторов, соглашаясь или нет оказывать определенные услуги, устанавливая различные цены для разных клиентов, а иногда и другими средствами.
Иногда разозленные или расстроенные пользователи наносят ответный удар. Самая большая реструктуризация в истории - решение суда о расформировании AT&T в 1984 г. - может проиллюстрировать эту мысль8.
Правительство США безуспешно пыталось демонтировать AT&T начиная с 1940 г. на основании слишком частых жалоб пользователей. Правительственные адвокаты подали на компанию в суд, затеяв бесконечную судебную волокиту, но не добились ниче-
141

го существенного. Предупреждения компании не нарушать прав пользователей выносились непрерывно, но даже в годы правления демократической администрации, когда такие попытки были наиболее настойчивыми, монополия AT&T оставалась прочной.
Такой чрезвычайно смещенный баланс сил был комбинацией новых технологий и непрерывных требований пользователей деловых телефонов улучшить сервис.
Начиная с 60-х годов большое количество американских бизнесменов начало устанавливать компьютеры. В то же время спутники и многие другие новые технологии вышли из лабораторий, часть из них была создана в лабораториях AT&T, которые назывались Bell Labs. Вскоре корпоративные пользователи компьютеров стали требовать еще большего разнообразия сервиса для обработки данных в сетях. Они хотели иметь компьютеры, способные "общаться друг с другом", зная, что такие технологии вполне реальны. Но тот разнообразный сервис по обработке данных, в котором они отчаянно нуждались, представлял в то время слишком маленький рынок для того, чтобы возбудить аппетит Ma Bell.
Поскольку защищенная монополией телефонная компания не испытывала конкуренции, она слабо откликалась на эти новые нужды. Как только спутники и компьютеры распространились и все большему числу компаний потребовалась связь через них, недовольство AT&T стало нарастать. AT&T тормозило развитие корпорации IBM, основного поставщика компьютерного оборудования, IBM и по некоторым другим причинам была заинтересована в разрушении монополии AT&T. Политика этих корпораций была понятна.
Постепенно раздражение AT&T нарастало и в Вашингтоне. В конце концов комбинация новых технологий и растущей враждебности к Ma Bell создала политический климат для последовавшего взрыва. Разделив AT&T на части, суд, как и в начале века, открыл возможности конкуренции на телекоммуникационном рынке США. Говоря другими словами, причиной такой перестройки стали не просто юридические основания, а вполне конструктивные силы.
В начале века бесконечные требования улучшения телекоммуникаций нанесли поражение Western Union, сегодня новые технологии и непрекращающиеся требования нового сервиса нанесли
142

сокрушительное поражение AT&T. К настоящему моменту темп технологических изменений стал ошеломляющим, причем компании в гораздо большей степени зависят от телекоммуникаций, чем в начале века.
Сейчас все сферы бизнеса - и авиакомпании, и рынки машин, и нефтяные компании, и многие другие - вовлечены в многостороннюю борьбу за контроль над появляющимися коммуникационными системами. Действительно, как мы вскоре увидим, грузовые перевозки, телефонные станции, энергетические системы, магазины, фабрики, вся система производства и распределения - все пришло в движение.
Более того, по мере того как деньги все более уподобляются информации, а информация - деньгам, то и другое все больше сводится (и приводится в движение) к электронным импульсам. По мере того как исторический сплав телекоммуникаций и финансов углубляется, власть, которую несет контроль за сетями, увеличивается экспоненциально.
Все это объясняет ту неудержимую борьбу за контроль над электронными трассами завтрашнего дня, в которую вступают компании и правительства. Удивительно то, что лишь немногие большие руководители бизнеса действительно осознают всю глубину изменений, которые происходят в самой природе коммуникации в наше время, и их последствия.
САМООБУЧАЮЩИЕСЯ СЕТИ
Любой может увидеть и потрогать телефон или компьютер, стоящие столе. Но это невозможно сделать с сетью, которая соединяет их со всем миром. По большей части мы не имеем представления о тех высокоскоростных возможностях, которые придают им форму чего-то подобного нервной системе в нашем обществе.
Сети, которые когда-то построили Морзе, Western Union, Bell и другие с помощью электрических проводов, не были разумными, если не сказать тупыми. Общепринято, что прямая линия - это кратчайшее расстояние между двумя пунктами. Поэтому ин-
143

женеры стараются посылать сообщения от одного города к другому по возможности по прямым линиям.
Несмотря на то что такая философия сетей "первой стадии" была достаточно распространена, выяснилось, что прямая линия не всегда обеспечивает самый лучший и самый быстрый способ доставки информации из одного места в другое. На самом деле большая часть сообщений может передаваться быстрее, если не посылать повторно вызов, например из Таллахасси в Атланту, по одному и тому же маршруту, независимо от того, занята линия или нет. Сеть может посчитать вызовы в каждой линии и послать вызов по наименее занятому маршруту, который может проходить и через Новый Орлеан или даже через Сент-Луис, а не ждать, когда освободится прямолинейный маршрут.
Такое довольно простое решение стало первой инъекцией "ума" или "сообразительности" в систему; фактически сеть начала контролировать свою собственную работу. Этот прорыв привел ко многим дополнительным инновациям, часто очень остроумным, которые неожиданно позволили телефонным сетям "понимать" много больше о себе, проверять свои компоненты, диагностировать и даже предвидеть поломки.
Это было похоже на то, как если бы организм был мертв или бездеятелен и вдруг неожиданно получил способность измерять свое собственное кровяное давление, пульс и частоту дыхания. Сеть начала осознавать самое себя.
Пересекая всю планету проводами, проникающими в сотни миллионов домов, проводами, физическое содержимое которых было когда-то содержимым многих медных рудников, со сложными переключающими системами и технологиями пересылки в них, эти сети второй стадии постоянно совершенствовались, улучшались, расширялись и проявляли все большую и большую разумность, становясь в ряд истинных чудес индустриального века.
Поскольку они по большей части незаметны для обычного пользователя, наша цивилизация радикально недооценивает замороженного блеска и концептуальной красоты этих невидимых сетей, так же как и их эволюционное значение.
Часть населения еще испытывает недостаток даже в отсталом телефонном сервисе, а исследователи уже активно работают над совершением следующего революционного шага в теле-
144

коммуникациях, созданием еще более изощренной сети третьего поколения.
Сегодня, когда миллионы компьютеров - от гигантских Сrays до небольших ноутбуков - подключены в сети, непрерывно возникают и связываются новые сети, создавая все более и более плотные "подсети", необходим еще более высокий уровень разумности или "самообучаемости" для управления необыкновенно большими объемами информации, проходящей через них.
В результате исследователи быстро движутся к еще более самообучающимся системам. Их цель - так называемые нейронные сети9. Они будут не только посылать по определенному маршруту сообщения, по необходимости изменяя его, но и на самом деле будут обучаться на собственном прошлом опыте, предсказывая, где и когда будет большая нагрузка, и на основании этого расширяя число контактов сети для поиска оптимальных соединений. Это похоже на то, как если бы Сан-Диего Фривэй или немецкий автобан были бы достаточно умными и способными расширять и сужать сами себя в зависимости от потока машин в данный момент.
Еще до того, как эти огромные усилия принесут свой результат, готовится другой, еще более гигантский шаг вперед. Мы движемся не в направлении системы четвертого поколения, а к совершенно другому типу мышления.
ПУТАНИЦА С СООБЩЕНИЕМ
До сегодняшнего дня даже самые разумные сети, включая нейронные, имели только то, что может быть названо "интраразумностью". Вся их разумность нацелена вовнутрь.
Интраразумность подобна разумности, заложенной в наших собственных автономных нервных системах, которые формируют непроизвольные действия тела, такие как сердцебиение или гормональная секреция - функции, о которых мы редко думаем, но которые необходимы для поддержания жизни.
145

Интраразумная сеть доставляет сообщение точно в том же виде, в каком оно было послано. Ученые и инженеры бьются над поддержанием чистоты сообщений, борясь за устранение какого-либо "шума", который может исказить или изменить сообщение. Они могут закодировать сообщение или оцифровать его, или "расфасовать" его (т. е. разбить на несколько более коротких) для того, чтобы переслать из одного места в другое. Сообщение снова восстанавливают после его прихода к адресату. При этом текст сообщения остается неизменным.
Сегодня мы иногда превышаем возможности интраразумных сетей и достигаем того, что может быть названо "экстраразумными" сетями. Они анализируют, комбинируют, переупаковывают сообщение, другими словами, делают ему массаж, иногда в этом процессе создавая новую информацию. Таким образом, массированное или увеличенное сообщение, которое приходит на другой конец, отличается от того, что было вначале, оно изменено программным обеспечением, скрытым в сети. Это так называемые Value Added Networks, или VANs. Они экстраразумны.
Сегодня большая часть VANoв кодирует и перекодирует сообщения для адаптации их к различным средствам. Например, во Франции служба Atlas 400 фирмы France Telecom принимает данные и преобразует их в форму, доступную для PC, для факсов или видеотехнических терминалов.
Такое не слишком сложно представить. Но концепция добавления объема к сообщениям не останавливается на приспособлении сообщений к некоторым техническим параметрам. Французская сеть Minitel, которая связывает 5 млн. домов и офисов, предлагает Гатрад (Gatrad), Митрад (Mitrad), Дило (Dilo) и другой сервис, который может принять сообщение из Франции и автоматически перевести его на английский, испанский, арабский, немецкий, итальянский или голландский языки и наоборот. И хотя переводы несовершенны, такие программы вполне работоспособны. Некоторые программы имеют также специализированные словари, например аэрокосмическая промышленность, ядерная физика, политика10.
Другие сети получают сообщение от отправителя и, прогнав его через компьютерную модель, посылают "увеличенное" сообщение другому пользователю.
146

Простой гипотетический пример.
Представьте себе, что фирма грузовых автомобильных перевозок, расположенная в окрестностях Парижа, должна регулярно отправлять свой транспорт 40 различным европейским распространителям, пополняя их продуктовые прилавки. Различные погодные и дорожные условия различаются в разных частях Европы, меняются курсы валют, цены на топливо и другие факторы. В прошлом каждый водитель либо заранее рассчитывал наилучший маршрут, либо каждый день звонил в компанию за инструкциями.
Но представьте, что вместо этого - независимый VAN-oпepaтор. Поставщик не только может послать сигналы любому водителю грузовика в любую часть Европы, но и собрать текущую информацию о дорожных и погодных условиях, валюте и ценах на топливо. Парижский водитель грузовика посылает свои ежедневные сообщения и маршрутные инструкции в VAN для распространения их среди других водителей; эти сообщения, прежде чем попасть другим водителям, пропускаются через программное обеспечение сети, которое автоматически регулирует маршруты так, чтобы минимизировать время перевозки, проездные затраты, стоимость топлива, валютные затраты, используя самые последние данные.

<< Пред. стр.

страница 4
(всего 17)

ОГЛАВЛЕНИЕ

След. стр. >>

Copyright © Design by: Sunlight webdesign