LINEBURG


<< Пред. стр.

страница 23
(всего 28)

ОГЛАВЛЕНИЕ

След. стр. >>

по сравнению с рядовыми членами партии. Чем
больше усложняется деятельность политика,
требующая профессиональных знаний и опыта
для ориентации в общественной жизни, чем
более необозримыми становятся
основоположения социального зако-
нодательства, тем больше увеличивается
дистанция между вождями и рядовыми членами
партии, в результате чего первые утрачивают


210

чувство общности со своим классом. Кроме
того, возникают настоящие классовые
различия между вождями из бывших
пролетариев и пролетарскими массами. Так
рабочие собственными усилиями создают себе
новых господ, у которых более высокий
уровень образования становится мощным
орудием в борьбе за господство.
Все партии стремятся попасть в парламент.
Но работа в парламенте, которой вожди
занимаются вначале неохотно, а затем со все
большим рвением, еще более отдаляет их от
своих избирателей. Массы в конце концов
оказываются в зависимости от вождей,
постоянно подрывающих демократический
принцип. Самая сильная претензия вождей -
претензия на незаменимость.
Наиболее прочную опору власти вождей
создает некомпетентность массы,
проявляющаяся повсюду, за исключением от-
дельных немногих принципиальных вопросов,
по которым она к тому же не в состоянии
сформулировать решения, а сформулированные
- проанализировать. Одновременно масса дает
как практическо-политическое, так и до
определенной степени моральное оправдание
этой власти. Объективная неспособность масс
самостоятельно решать свои вопросы делает
необходимым существование поверенных, т.е.
избранных представителей.
Понимание незрелости массы и
невозможности полного осуществления
принципа суверенитета заставляет даже
возвышенные умы высказывать предложения об
ограничении демократии самой демократией.
В конечном счете демократия превращается
в форму господства лучших, в аристократию.
Вожди - это лучшие из лучших,


211

профессионально и нравственно более зрелые,
стало быть они не только вправе, но и
просто обязаны упрочивать свое положение.
Вожди, пишет Михельс, живут в партии,
стареют на ее службе и умирают.
Долговременное пребывание вождей на посту
опасно для демократии. Поэтому
осмотрительные демократические корпорации
стремятся к тому, чтобы раздавать все
руководящие посты только на короткий срок.
Возникающие в результате выборов внутри
властных структур высшие партийные
инстанции - демократические по своей
природе - настойчиво добиваются, чтобы
пожизненно продлить полученные ими
"полномочия". Их необходимое по уставу
утверждение становится формальным делом,
пустой банальностью. Полномочия становятся
должностью, а должность постоянным местом
работы. Верхушка превращается в неизменный
и неприкосновенный институт как любая
аристократическая корпорация. Время
пребывания на высших государственных постах
значительно превышает средний срок
пребывания в должности министров в
монархическом государстве.
Сильным средством завоевания масс,
сохранения и усиления над ними господства
является пресса. Она более всего способна
прославить отдельных вождей и
популяризировать их имена. В отдельных
странах вожди пользуются прессой как сред-
ством господства над массой, учитывая и
используя при этом национальные традиции.
Пресса всегда находится в руках вождей и
никогда не принадлежит руководимым.
Концентрация власти в руках немногих с
естественной необходимостью приводит к


212

частому злоупотреблению властью. Вожди,
являясь первоначально творением масс,
постепенно становятся их властелинами - это
истина, которую познал еще Гёте, вложивший
в уста Мефистофеля слова о том, что человек
всегда позволяет властвовать над собой
своему творению. Массы терпят от выдвинутых
ими вождей много несправедливости, которую
не потерпели бы от правительства.
Одновременно с образованием вождизма,
обусловленного длительными сроками занятия
постов, начинается формирование касты.
Современная партия, как и современное
государство, стремится к тому, чтобы
создать возможно более широкую базу, при-
вязать к себе большее число приверженцев, а
отсюда возникает необходимость в единой
бюрократии. Дух бюрократизма губит
характеры и в худшую сторону меняет, портит
взгляды людей. В любой бюрократии
господствует карьеризм, расчет на повышение
в должности и тем самым на милость
начальников, помыкание низами, смиренное
пресмыкательство перед теми, кто наверху. В
качестве иллюстрации Михельс приводит
следующий пример: Генеральный совет социал-
демократической партии в важнейших
теоретических и организационно-практических
вопросах фактически в течение нескольких
лет подчинялся воле одного К.Маркса. Этот
совет, и особенно Маркс, обвинялись членами
партии в отрицании принципов социализма,
поскольку из-за своей неутомимой жажды
господства вносили в рабочую политику
принципы авторитаризма. На гаагском
конгрессе (1872) авторитаристы одержали
полную победу над антиавторитаристами с
помощью авторитарных методов (охота за


213

мандатами, проведение партийного съезда в
недоступном или труднодоступном месте). Но
вскоре обвинения Маркса во властолюбии
раздались уже со стороны самих членов
Генерального совета. Он оказался поочередно
покинутым французскими поборниками
революции, вождями английских профсоюзов и
немецкими эмигрантами в Англии. Олигархи,
по словам Михельса, отбросили вуаль,
маскировавшую монархию.


Борьба вождей друг с другом

Считается, замечает Михельс, что народные
революции пожирали своих вождей. Это
утверждение основано на неверном на-
блюдении. Не массы пожирали вождей, а вожди
сами пожирали друг друга: Дантон пал от
руки Робеспьера, Робеспьер - от остальных
уцелевших сторонников Дантона. Наиболее
часто расхождения между группами вождей
происходят по двум причинам. Во-первых, в
силу объективных, принципиальных различий в
мировоззрении или в понимании стратегии и
тактики. Во-вторых, по личным мотивам:
антипатия, зависть, недоброжелательность,
беззастенчивая борьба за лидерство,
демагогия или, образно выражаясь, потому,
что двум петухам в одном курятнике слишком
тесно. Обычно эти причины проявляются в
неявной, смешанной форме. Со временем
первая порождает вторую, а вторая всегда
стыдливо пытается выдать себя за первую.
Существованию олигархии, порождаемой
демократией, угрожают две враждебные силы:
демократические выступления масс и тесно
связанный с ними, а, может быть, и


214

являющийся их следствием - переход к
монархии, совершаемый путем завоевания
власти одним из олигархов. Возмутители
спокойствия - с одной стороны, и узурпаторы
- с другой. Отсюда в партиях наблюдается
тот глубокий недостаток подлинного
братства, то есть доверия между людьми,
который стал одним из источников взаимного
отчуждения и одним из самых существенных
признаков демократии. Недоверие направлено
прежде всего против претендентов на роль
вождя в собственных рядах.
Если вожди не нажили состояния с самого
начала или не имеют иных источников дохода,
то за свои посты они держатся по
экономическим мотивам, срастаясь с ними
отнюдь не только в силу психологических
причин. Утрата постов была бы для них
равнозначна банкротству. Возврат в
первоначальное состояние, из которого они
вышли, был бы в большинстве случаев
невозможным. Психологически они как вожди,
пользующиеся славой и привилегиями своего
незначительного господствующего положения,
не смогли бы вписаться в старую среду. Если
брать профессиональный аспект, то свои
прежние навыки они утратили и стали
непригодными к любой иной работе, кроме
партийной агитации. На их руках уже нет
мозолей, а суставы болят от чрезмерной
писанины.
Видные ученые, развернувшие активную
деятельность в партии в качестве
журналистов, агитаторов или депутатов,
постепенно утрачивают свои способности,
ибо, поглощенные повседневными
политическими буднями, они не имеют времени



215

для совершенствования и углубленной научной
работы.
Объект политического влияния и
манипуляции - широкие массы, различные
социальные слои, т.е. ведомое большинство,
возглавляемое ведущим меньшинством.
Усложнение общественной жизни, усиление ее
противоречивости, неравномерное рас-
пределение образования, культуры и
информации среди населения неизбежно ведут
к образованию познавательных барьеров,
сохранению и увеличению препятствий,
затрудняющих осмысление индивидами основ
общественно-политической жизни. Человеку
становится все труднее разбираться в
происходящем, охватывать общественно-
политический процесс в целом, быть
компетентным в его главных вопросах,
отражать его в виде единого, системного
образа, оценивать общий характер обществен-
ных событий и проблем. Поэтому происходит
выработка бессознательного отношения к
общественно-политической действительности
(бессознательного - в смысле непонимания до
конца сущности общественно-политических
явлений).
В современном обществе, несмотря на
широкую информированность населения, такое
отношение к общественной жизни совсем не
исчезло и в принципе не может исчезнуть.
Это объясняется в значительной степени
особенностями психологии и мировосприятия
масс. Не секрет, что большинство испытывает
удовлетворение, когда находятся люди,
готовые вести за них дела. Потребность в
руководстве, чаще связанная с активным
культом героя, проявляется в массах, в том
числе и в организованных рабочих партиях,


216

неограниченно. Часто политические партии
настолько отождествляют себя с вождем, что
получают свое название от его имени, как
будто являются принадлежащей ему вещью.
Господство партийных вождей над партийными
массами основывается, кроме всего прочего,
на широко распространенном суеверном
почитании, которое оказывается вождям из-за
их формального статуса. Массы испытывают
глубокую потребность в почитании личности.
В своем примитивном идеализме они нуждаются
в земных божествах, которым следуют со
слепой верой тем больше, чем сильнее их
захватывает грубая жизнь. Б.Шоу в своей
парадоксальной манере называл демократию
скоплением идолопоклонников в
противоположность аристократии, являющейся
скоплением идолов.
По данным Палеца и Энтмана,
приблизительно 60% населения (масса) мало
интересуется политикой. Представители этой
группы в основном просматривают местные
газеты, эпизодически смотрят телепрограммы
новостей и весьма редко читают престижные
издания. Их политические приверженности и
взгляды изменчивы, понимание политической
жизни ограниченно, однако их
многочисленность влияет на результаты выбо-
ров.
Наконец, еще 25% аполитичны. У этих людей
примитивное представление о политике, они
практически не пользуются услугами "масс
медиа". В выборах участвуют чрезвычайно
редко.
Политические взгляды, порождаемые элитой,
подхватываются "благонамеренными", затем
достигают уровня масс и определяют их
взгляды. Аполитичные исключаются из этого


217

процесса, так как их внимание привлекают
лишь исключительно коллизии и происшествия.
Вырисовывается картина, которая позволяет
понять, на чем основывается отрицательная
оценка "влияния" в современных обществах,
считающихся демократическими. Из
вышеприведенных данных ясно, что реальное
влияние на принятие государственно важных
решений в стране оказывают не более 16%
всего населения США. Основная же масса -
около 60% - сама является тем потенциальным
"материалом", который подвергается поли-
тическому воздействию. Его результаты
наиболее заметны во время президентских
выборов, определяющих общий курс развития
страны. Именно такое положение дел
позволяет говорить о влиянии в
отрицательном смысле и часто отождествлять
его с прямым манипулированием общественным
мнением. Этот акцент еще более усиливается
тем фактом, что влияние основной массы
населения на кардинальное принятие решений
происходит в течение очень ограниченных
отрезков политического времени - только во
время выборов и референдумов. Во всех
остальных случаях доступными для граждан
остаются только такие меры политического
воздействия, как митинги, демонстрации,
протесты и т.п., которые относят к мерам
ненасильственного сопротивления
политическому режиму.
Развитие той составляющей политического
влияния, которая идет снизу вверх, - то
есть собственно "демократической" состав-
ляющей, - непосредственно связано с общими
проблемами развития политической культуры в
стране. Она предполагает прежде всего
способность масс разбираться в сути


218

политических решений, определяющих
стратегию развития данного общества. Она
подразумевает также определенную степень
гражданской зрелости и гражданской
активности масс, необходимых для демокра-
тического воздействия на руководящие слои
общества.
Как это ни парадоксально на первый
взгляд, но эта проблема актуальна для всех
стран - и для высокоразвитых государств за-
падного мира, и для слаборазвитых регионов
так называемого "третьего мира". Различна
только сама постановка проблемы.
Для европейских стран эта проблема
формулируется как проблема разрыва между
культурным уровнем народных масс и
интеллектуальной элитой. Ситуация выглядит
таким образом, что "...существует как бы
две нации с совершенно несхожими социально-
культурными установками"35. Возникает как
бы "...двойная социальная коммуникация, в
одном случае - высокого качества,
предназначенная для незначительного
меньшинства, во втором - развлекательного
характера, рассчитанная на потребу широких
слоев населения"36. По оценкам социологов,
различного рода развлекательные программы
собирают массовую аудиторию, насчитывающую
не менее 15-20% общего количества зрителей,
а передачи "высокого интеллектуального
уровня" (которые на профессиональном
жаргоне работников телевидения Франции
обозначаются аббревиатурой "ЭПМ",
составленной из начальных букв французского
____________________
35 Closets F. De Le systeme R.P.M.
Paris, 1980. P. 16.
36 Ibid. P. 14.


219

выражения "et puis merde" -"А затем
дерьмо") привлекают внимание не более 2-3%
телезрителей.
Среди причин столь резкого различия в
популярности развлекательных и серьезных
программ называют объективные и
субъективные факторы. Важнейшим среди
объективных факторов является общий разрыв
между народной и элитарной культурами.

<< Пред. стр.

страница 23
(всего 28)

ОГЛАВЛЕНИЕ

След. стр. >>

Copyright © Design by: Sunlight webdesign