LINEBURG


<< Пред. стр.

страница 8
(всего 28)

ОГЛАВЛЕНИЕ

След. стр. >>

способные привести к значительным нарушениям в последующем развитии.
Подобными травмами могут быть случаи сексуального домогательства, жестокое
телесное обращение, и даже "всего лишь" душевная жестокость и холодность,
когда детям, например, дают понять, что они не желанны, что они всем мешают,
действуют на нервы и т.д. Первичным здесь является внешняя травма. вторичным
-- психическая, т. е. травматизация внутренняя; иными словами первично --
повреждение, вторичен -- сам вред (Schaden). Этот вред может состоять в
недостатке заботливого обращения, или в избытке травматизирующих событий,
результатом которых будет тревога, волнение, реактивная ярость. Эти аффекты,
однако, могут и не выражаться открыто, и тогда они влияют отрицательно на
развивающуюся детскую личность. Результатом окажется "торможение в развитии"
или "детские неврозы" такие, как недержание мочи, кала, крайнее упрямство,
апатия, а -- позднее -- и трудности в самом процессе обучения.


Топографическая модель


В данной модели рассматривается соотношение сознательных и
бессознательных процессов и различаются три области по мере их
психо-аналитической значимости: 1) бессознательную, 2) предсознательную, 3)
сознательную. Между ними пролегает граница, которая, однако, при
определенных условиях может быть полупроницаемой или проницаемой полностью.
Образно говоря, границы контролируются часовыми, определяющими возможность
перехода этих границ. "Часовые" могут либо пропускать психические содержания
на границе между бессознательной и предсознательной областями, либо
удерживать предосудительные инстинктивные влечения от перехода. То же самое
происходит и на гра-нице между предсознательной и сознательной областями.
Легко себе представить, что "часовые" могут быть подкуплены, если
контрабандистам необходимо переправить контрабанду через гра-ницу (см. табл.
6)


Сознание
Предсознательная
Бессознательная область

Таблица 6. Топографическая модель (измененная после Фрейда).

Данное наглядное представление топографической модели отнюдь не
отменяется структурной моделью, развившейся впоследствии. Топо-графическая
модель, как и прежде, оправдывает себя в повседневной психоаналитической
практике. Она также вполне согласуется с " пси-хологией восприятия", с
"психологией памяти", а также с моделью реактивного возбуждения в теории
научения и поведенческой терапии. Стоит лишь представить, что сознательное
раздражение первоначально может быть предсознательным, или более длительное
время.-- бессоз-нательным,-- не прекращая при этом своего воздействия.
Следует остерегаться усматривать в бессознательном некое суще-ство или
особую сущность, с которой в психоанализе иногда обра-щаются как со
"святыней" (Heiligtum). Топографическая модель по-зволяет нам разъяснять,
каким образом аффективный импульс (страх или гнев) временно попадает в
область сознательного восприятия, а за-тем вытесняется, по мере того, как
страх или гнев оказываются неугодными сознанию. Последние вытесняются
сначала в предсозна-тельную, а затем в бессознательную области, или
"искореняются вовсе" (abschieben).
Можно провести определенные параллели между топографической моделью и
"психологией памяти". В понятийном аппарате "психологии памяти" существует
понятие "оперативной памяти", выполняющей функции, аналогичные
предсознательной области топографической модели, и понятие "памяти
долговременной", которая соответствует бессознательной сфере. На языке
информационной теории в бессо-знательной области (или "долговременной
памяти") накапливаются элементы, недоступные сознанию, однако, при
определенных обстоя-тельствах они могут стать полностью ему доступны.
Аналогия с психологией памяти и информационной теорией не укрылась от
глаз рассудительных психологов.
Принимая во внимание сказанное, психолог Мэтью Хыо Эрделай (1985)
представил топографическую модель психоанализа в контексте информационной
теории, облегчив, тем самым, понимание психоана-лиза как "психологии
познания".


Структурная модель


В предлагаемой модели по отношению к реальности активно дейст-вуют три
инстанции или личностные подсистемы: "Оно", "Сверх-Я" и "Я". При этом сфера
"Оно" в широком смысле идентична бессознатель-ной области топографической
модели. В структурной модели господ-ствуют особые закономерности, не
контролируемые в большой степени "Я", такие, как "сдвиг" (Verschiebung).
"сгущение" (Verdichtung), "замена" (Vertauschung), которые лишь отчасти и в
искаженной форме могут выражаться в снах. Господствующий принцип -- "принцип
удо-вольствия" (Lustprinzip), по аналогии с политикой, крайним выражени-ем
котороый выступает анархия.
В "Сверх -- Я" локализованы нормы и ценности, являющиеся след-ствием
воспитания, а также результатом присутствия эталонной роди-тельской
"матрицы". Нормы и ценности наряду с сопутствующими им "заповедями" и
"запретами" по большей части не осознаются индиви-дом. Однако они никогда не
теряют своего потенциального воздействия, выступающего -- в очень
значительной степени -- в форме ограничений автономии "Я" .
Таким образом, "Я" располагается в весьма узком промежутке меж-ду "Оно"
и "Сверх-Я", и в отличие от последних двух находится в слож-ном положении.
Фактически "Я" угнетается с обеих сторон. Со стороны инстинктивного 4 Оно"
на него давят стремящиеся к удовлетворению сексуальные и агрессивные
импульсы. Меж тем их подлинное удов-летворение доставляет подростку немалые
хлопоты и проблемы в от-ношении с родителями. С другой стороны, на "Я"
оказывает влияние "Сверх-Я", требующее соблюдения моральных норм и
предписаний. Если добавить к перечисленному актуальную реальность, также
способ-ную угнетать "Я", то психоаналитическая картина нашей личности
предстанет в весьма драматических тонах, (см. табл. 7),




Таблица 7. "Я", сжатое и довлеемое "Свсрх-Я" и "Оно" бессознательные
связи между "Оно" и "Сверх-Я".

Положение вещей, однако, может предстать в ином свете, если
рас-сматривать "Я" не искаженным детскими или невротичекими наруше-ниями, а,
напротив,-- как отлично развитое, "зрелое" "Я". Подобное "зрелое" "Я"
является носителем сознания, посредником между поры-вами инстинктивного
"ветра", дующего из Юно" и локализованными в "Сверх-Я" предписаниями и
запретами. Кроме того, "Я" является "органом" проверки, перепроверки и
окончательного принятия реше-ний, органом, который расследует конфликты,
вытекающие из периоди-чески повторяющихся требований "Юно" и "Сверх-Я". "Я"
опробует то или иное компромиссное решение, в результате чего-либо
подтверж-дает или отвергает его. Решение принимается совершенно сознательно.
При этом исполнение инстинктивного желания или предписаний "Сверх-Я" может
быть также отсрочено или перенесено на будущее. Компромисс может быть
достигнут и путем частичного отказа от жела-ния либо частичного
удовлетворения в социально приемлемой форме, т. е. в "сублимированном" виде.
При таких благоприятных обстоятель-ствах потенциалы Юно" полностью находятся
в распоряжении "Я". В связи с этим "Я" ощущает себя действенным и
обогащенным, по-скольку отражаемые им эротические, чувственные или страстные
поры-вы интегрированы в "Я".
По отношению к "Сверх-Я" зрелое, здоровое "Я" также автоном-но,
поскольку оно сознательно решает, имеет ли смысл соблюдать в той или иной
ситуации выдвигаемые "Сверх-Я" запреты. Кроме того "Я" решает вопросы
целесообразности принятия каких-либо предубежде-ний и возможности их
критической перепроверки. Тем самым происхо-дит превращение предубеждений в
"сознательное мнение -- убеждение.
В натянутых отношениях с "Я" находятся также и не упомянутые еще идеалы
(Ideale) нашей личности. В структурной модели они либо локализованы в
"Сверх-Я", либо представляют собой отдельную ин-станцию. "Я" перепроверяет
их на возможность реального осуществле-ния и выбирает пути их возможного
достижения. Иначе говоря, оно ставит вопрос: что лучше,-- благодаря
решительным действиям прибли-зиться к идеалу или приравнять идеал к
реальному поведению?
"Я", Юно", "Сверх-Я" и "Идеал" зрелой личности четко отделе-ны друг от
друга и не втянуты в тягостные конфликты, характерные для ребенка и
невротика. "Я" в качестве "стержня личности" претерпевает на протяжении
жизни человека множественные изменения вследствие того, что ему приходится
усваивать обширные области, принадлежащие "Оно" и "Сверх-Я". Совсем в духе
изречения Фрейда,-- "Там где бы-ло Оно" стало "Я". "Сверх-Я" перестает
располагаться над (Ueber) "Я", а, скорее, находится рядом. Таким образом, в
психоанализе, поня-тие "Я" идентично понятию личности, что соответствует
определению Фрейда, представившему "Я" как "понятие" связной организации
ду-шевных процессов в личности (Person).
В этой связи вспоминается наглядный пример с всадником и конем, который
использовал еще Платон. Данный образ достаточно живо вос-производит
разбираемые здесь отношения "сила -- слабость". Можно представить, что
неопытный в искусстве верховой езды ребенок будет подчиняться коню, в то
время как искусный наездник использует силу коня в своих интересах. Пример
со всадником выдвигает две альтерна-тивы: если всадник умеет управлять
конем, тогда его силы ("Я") воз-растают приобретением части силы лошади; в
противном случае всадник ("Я") терпит поражение, чувствует себя бессильным,
слабым и пол-ностью отданным на произвол самого коня ( "Оно").




Таблица 8. "Я", свободное от "Сверх-Я" и "Оно", умеющее использовать их
в своих интересах; Идеалы и "Свсрх-Я" частично интегрированы в "Я",
частично находятся извне, но тем не менее не управляют "Я".

На первом рисунке инстинктивная сторона интегрирована в лич-ность,
признан примат генитальности. Эрогенные зоны, включая свя-занную с ними
чувственность, при этом также блокированы, как и свя-занные с ними желания и
мотивы. Они находятся в распоряжении (по мере надобности) в той или иной
определенно заданной ситуации. У че-ловека есть власть и контроль, с помощью
которых можно, действуя активно, управлять исходящими из "Оно" импульсами;
такая модель личности вероятно понравится читателю, поскольку "Я" в данном
слу-чае выступает в качестве сильной инстанции, той личностной
составля-ющей, которая мыслит, чувствует и поступает относительно автономно.
Она крепко держит коня за поводья, может обуздать и укротить его, когда это
понадобится. Зависимость от реальности, от биологически заданных
инстинктивных порывов "Оно", от требований "Сверх Я" и от претензий наших
идеалов, прежде препятствовавшая автономии "Я", в значительной степени
ликвидируется, что является целью любого пси-хоанализа (см. табл. 8).

3. Дальнейшее развитие теории Фрейда

3.1. Современные психоаналитические аспекты сексуальности

В десятилетия, последовавшие за смертью Фрейда, психоаналитиче-ская
теория сексуальности обогатилась многочисленными новыми вкла-дами, была
усовершенствована и дифференцирована. Это. в частности, подтверждает и книга
Мартина С. Бергмана "Анатомия любви" (1987), в которой наглядно описана
неспособность любить, а также разнообраз-ные формы мазохистской,
садистической, нарциссической, платоничес-кой и сублимированной любви. В
последние десятилетия появилось много литературы на тему женской
сексуальности, что было вызвано женским движением 70-х годов. Женщины
привнесли некоторые изме-нения в классическую точку зрения Фрейда, и мужская
сексуальность, единственно "правившая бал" в "эпоху патриархата" -- как мера
и ориентация,-- лишилась своей монополии. В социологических,
педаго-гических, психологических и политических кругах большие изменения
произвела открытая дискуссия на тему феномена гомосексуальности,
ос-вободившая впоследствии многих от прежних предрассудков и выдви-нувшая
новые точки зрения.
Имеет смысл начать с общей проблемы половой идентичности
(Geschlechtsidentitaet), затем рассмотреть некоторые аспекты разнооб-разной
литературы о женской сексуальности, после чего перейти к теме мужской
сексуальности, чтобы в конце концов обратиться ко все еще спорной теме
гомосексуальности.

Половая идентичность


Если мы хотим сколь-нибудь широко понять женское и мужское половое
развитие и его нарушения, то нам следует обратить внимание на три следующих
аспекта половой идентичности:
1. Биологический аспект, т. е. определенный физиологический пол мужчины
или женщины с относящимися к нему первичными и вторич-ными половыми
признаками.
2. Общественные половые стереотипы или клише, по которым опре-деляется,
что является женским, а что мужским. Сверх того, сущест-вуют, как известно,
различные мнения по этому поводу в разных груп-пировках, слоях и группах. К
этому же относятся перемены в мнениях по поводу женского и мужского на
протяжении всего исторического развития. Различным восприятиям мужского и
женского соответствует господствующее законодательство, закон о семье,
уголовный кодекс, практика распределения заработной платы, разделение труда
в про-мышленности, торговле, сельском хозяйстве и на общественной службе. По
традиционному разделению ролей женщине отводится роль домохо-зяйки и матери,
а мужчине -- профессиональная жизнь. Это типичное половое разделение мужчины
и женщины рассматривается в психологии по-разному: различия в агрессивном
поведении, уровне активности, доминантности и импульсивности, принимается во
внимание страх и тре-вога, относящиеся как к послушанию, так и к протесту и
к пространст-венному восприятию. Согласно тесту Гиссена (Giessen-Test)
женщины предстают скорее боязливыми, заботливыми, уступчивыми, менее
чес-толюбивыми, более слабыми, аккуратными, более депрессивными и бо-лее
утомляющимися, чем мужчины, у которых доминируют твердость, господство,
меньший страх и большее честолюбие (Beckmann, Richter, 1972). Таким образом,
старые стереотипы ролей мужчины и женщины по их собственной оценке все еще
остаются в силе, несмотря на извест-ные изменения в этой области.
3. Психическое самосознание себя как мужчины или женщины. Психолог и
психоаналитик Роберт И. Штолер, который занимался про-блемой половой
идентичности, указывал в целом ряде своих работ (1968, 1973, 1975а, 1975Ь),
в частности, на чувство, при котором инди-вид вполне определенно ощущает
себя либо мужчиной, либо женщиной. Это по большей части зависит от
родителей, но также и от влияния группы сверстников. Так, уважение к отцу
способствует раскрытию мужской идентичности, а к матери -- женской. Если
дочь испытывает проблемы с женской идентичностью матери, тогда это с большой
веро-ятностью скажется впоследствии в виде "ломаной идентичности"
(gebrochene Geschlechtsidentitaet).
Не следует упускать из виду. что мы, во время своего развития, в
большей или меньшей степени идентифицируем себя с важнейшими участниками
отношений. При этом в любом обществе принципиально важное значение для обоих
полов имеет первый объект отношений -- универсальный объект -- мать.
Это обстоятельство играет значительную роль в развитии половой
идентичности как мужчины, так и женщины: в начале развития дочь
идентифицирует личность матери со своим полом, а сын -- с полом
противоположным. Это представляет для мальчиков опасность фемини-зации,
которой противостоят с помощью: отделения (Abwendung) от матери, обращение
(Zuwendung) к отцу или путем дезидентификации. т. е. обратного изъятия
идентификации.
Опасность для дочери по отношению к матери заключается в "
недо-статочном разграничении" (fehlende Abgrenzung). Чтобы не стать его
жертвой, дочь со своей стороны нуждается в особенных усилиях в фор-ме
"постоянной работы по разграничению" (konstanter Abgrenzungsarbeit).
Исходная ситуация отношения детей в отношении матери содержит в себе
как недостатки, так и преимущества для каждого пола. Женщи-на имеет шанс на
стабильную женскую "эго -- идентичность", посколь-ку ей легче, будучи
рожденной женщиной, идентифицироваться с ней, чтобы прийти к стабильной
половой идентичности. Опасность же сохра-няется в чрезмерном "соединении"
(Bindung) и недостаточном разгра-ничении при нечетких границах личности, что
может препятствовать развитию автономии и независимости.
В начале своей жизни мужчина вынужден идентифицировать себя с лицом
противоположного пола. При слишком большой идентифика-ции с матерью ему
угрожает феминизация. Это, правда, имеет и свое преимущество, заключающееся
в стимулировании у него желания отме-жеваться от противоположного пола и тем
самым развить в себе боль-шую автономность.
Рано или поздно в поле зрения растущего ребенка попадает мужская
персона, как правило, отец. При его отсутствии в роли мужского нача-ла могут
выступать дядя, дедушка или другие родственники мужского пола. Предпосылкой
для идентификации с "отцовской фигурой" явля-ется преимущественно хорошее
отношение к ней. Идентификация ока-зывается прочной, если в ее основе лежит
положительное отношение к "отцовской фигуре". Подчеркнуто мужественный отец
будет способ-ствовать раскрытию половой идентичности мальчика, а слабый,
феминный отец, напротив, усложнит этот процесс. Для девочки слишком сильная
идентификация с отцом несет опасность чрезмерной "маскули-низации". В то же
время в отношениях с отцом дочь получает наилуч-ший шанс понять разницу
полов и тем самым достигнуть "отграниче-ния" (Abzugrenzen).
Наряду с идентификацией с мужским и женским началом для самоосознания
ребенком своей половой роли, немаловажное значение имеют сами повседневные
отношения с отцом или матерью. Весьма значимо и отцовское восхищение
растущей дочерью как женщиной, и то, как мать поощряет развивающееся мужское
начало сына. Не стоит удивляться силе и стойкости классических стереотипов,
если в семье одобряют лишь традиционные игры (для дочери -- игра в куклы,
для сына -- игра в автомобили).
В этой области родители послевоенных десятилетий кое-чему научи-лись.
Они позволяют своим детям параллельно с традиционными роля-ми опробовать в
игре и новые формы поведения. Это позволяет расши-рять половую идентичность
на другие области, которые ранее считались привилегией другого пола
(например: вязание и приготовление пищи -- для мужчины и вождение машины --
типичная мужская профессия -- для женщины).
Самоосознание определенной половой идентичности во многом зависит от
бессознательных фантазий о том, что слывет мужским или женским. Мальчик в
подобной ситуации находится в более выигрышном положении, поскольку он без
труда определяет свою половую принад-лежность, наблюдая и касаясь своего
полового члена (Glied). Девочке же в этом отношении приходится тяжелее в
виду отсутствия зримых признаков пола. Как известно, Фрейд выстроил на этом
основании свою теорию "зависти к пенису" (Penisneidtheori e). Впрочем,
зависть к пени-су угасает, как только девочка обнаруживает, что внутри
своего тела она также имеет вполне выраженные половые органы. Анализ
пациенток в психоанализе свидетельствует, что у женщин чаще всего
отсутствуют положительные фантазии относительно своих половых органов.
Подчас женщины представляют их в виде полости, содержащей мочу, грязь,
кровь, полости, из которой наряду с этим появляются дети. Но как только
женщина включается в психоаналитический процесс, у нее появ-ляются образные
картины. Одна пациентка представляла женские гени-талии в виде цветков
лотоса или ларца с сокровищами, который следует открыть. Жорж Деверо в своей
книге "Баубо. Мифическая вульва" (1981) собрал коллективные фантазии о
женских гениталиях и, таким образом, пришел к выводу, что последние могут
быть использованы как оружие против мужчины путем их внезапного обнажения,
что, в из-вестной степени, аналогично мужскому эксгибиционизму.
Проблемы с половой идентичностью, как правило, являются резуль-татом
нарушения идентификации в период развития: чрезмерная иден-тификация
мальчика с матерью может привести к феминизации, а доче-ри с отцом -- к
маскулинизации.
К указанной проблеме относятся и последствия идентификаций, ставших
необходимыми в результате защиты от невыносимой тревоги. Широко известна
кастрационная тревога (Kastrazionsangst) --; "страх кастрации" -- мальчиков.
Являясь маленькими эдипами, они желают спать с матерью, боятся папиного
наказания и. чтобы избежать его, с са-мого начала отрекаются от своей
мужественности и ведут себя скорее пассивно, т. е. "по-женски".
Аналог со стороны женщин состоит в том, что женщина из страха взять на
себя женскую роль предпочитает развиваться маску линно. Страх при этом может
иметь различные причины. Он может происте-кать из того, что "быть женщиной"
значит "беременеть и рожать детей" или "взять на себя все те неприятности,
которые пережила мать", т. е. быть подвластной мужчине, сохранять
обязательство вступать с ним в половые сношения и т. п.
Отсутствие одной из персон того или иного пола, как это случается в
неполных семьях или в семьях с часто отсутствующим отцом, разуме-ется,
неблагоприятно для развития зрелой половой идентичности. Рас-тущий в такой
семье ребенок мужского пола может испытывать серьез-ные сложности с
развитием по мужскому типу.
Один лечившийся у меня мужчина, отец которого погиб во время войны,
когда ребенку не было еще и года, демонстрировал, тем не менее, что
отсутствие непосредственного "переживания отца" (Vatererlebnisse) успешно
компенсируется фантазиями о нем, основанными на рассказах об отце других
людей. Однако подобные случаи скорее оказываются исключением, чем правилом.
Опыт показывает, что отсутствие отцовского примера неизбежно оставляет
пробел в развитии, особенно в по-ловой идентичности ребенка мужского пола.
Вредны также и слишком симбиотические отношения с матерью, особенно
проявляющиеся при т. н. "неврозе связи" (Bindungsneurose) (см. гл. VI. 3.3)
-- тесной свя-зи ребенка с матерью, выходящей далеко за пределами
младенчества и раннего детства, поскольку мать чрезмерно к нему привязана,
отчасти оправдывая свое поведение (и манипулируя им) тем, что третья сторона
в союзе -- как правило отец -- психологически отсутствует.
Дальнейшими причинами неустойчивой половой идентичности являются
нарушения отношений с родителями -- с родительской фигу-рой, отношения с
которой нарушены, ребенок идентифицируют себя как правило, неохотно.
Последнее (но не по важности), что действует на формирование половой
идентичности, это точка зрения окружающих по отношению к мужской и женской
половой принадлежности, т. е. на отношение к своим гениталиям (мужским или
женским). Мать, испытывающая неприязнь к гениталиям дочери, вряд ли поможет
ей в обретении уве-ренности в отношении со своими гениталиями. Точно также
не способ-ствует развитию чувства собственного достоинства поведение матери,
выражающей испуг при виде первой эрекции сына. При этом родитель-ские ошибки
могут с успехом компенсироваться хорошими отношения-ми с другими людьми:
дочь, испытывающая определенные сложности с самоидентификацией в отношениях
с неуверенной в себе матерью, может развить здоровую женскую половую
идентичность в отношениях с отцом, если он высоко оценивает ее женские
качества. Так же и маль-чик, узнающий от матери, что он не любим по причине
наличия у него мужских гениталий, все-таки развивает определенную мужскую
иден-тичность. если отец поощряет его мужское начало, и мальчик стремит-ся
идентифицировать себя с ним.
Опыт сексуальной фрустрации способен угрожать половой иден-тичности.
Агрессивность, вытекающая из фрустрации, в свою очередь сказывается на
представлении о противоположном поле и очень легко приводит к его
искаженному восприятию. Опыт разочарования в отно-шениях с матерью
оборачивается реактивным гневом, который, однако, направлен не на мать, если
ее любят и боятся, а сдвигается на отца. В последствии такой гнев очень
часто переносится на мужчин вообще. В результате формируется т. н. "тип
мести" (Rachetyp) (Abraham, 1921). К нему относятся женщины, мстящие
мужчинам за пережитые в связи с ними разочарования. Поначалу они дают им
надежду, чтобы затем отвергнуть. В женском движении долгое время фигурировал
от-рицательный образ мужчины (см. гл. IX. 5.), явно не способствовав-ший
миролюбивым отношениям между женщиной и мужчиной. Если же подавляемый гнев
обращается против собственной личности -- во внутрь.-- то результатом будет
не меньший вред. Реактивно возникшая ненависть к матери обернется ненавистью
и презрением к себе, связан-ными с пренебрежительным отношением и к
собственному полу. Если же к этому присоединяется и вытеснение генитальных
желаний, тогда становятся ясны экстремальные формы мазохизма с его
удовольствием от получения "мучений и истязаний". Униженная позиция
дополня-ется перверсивным (извращенным) удовольствием.


Женская сексуальность



Некоторые аспекты женской сексуальности, уже упомянутые в пре-дыдущем
параграфе, связанные с половой идентичностью, должны быть представлены здесь
в резюмированном виде из-за совершенно специ-фических половых особенностей
женщины. Основополагающая идея психоанализа Фрейда состоит в том, что
психические феномены часто могут быть сведены к сексуальным. Неспецифические
в половом отно-шении психические нарушения, представленные в этой книге,
должны быть в связи с этим выражены соответственно в их мужском и женском
вариантах. Так, к примеру, истерические неврозы у мужчин и женщин

<< Пред. стр.

страница 8
(всего 28)

ОГЛАВЛЕНИЕ

След. стр. >>

Copyright © Design by: Sunlight webdesign