LINEBURG


<< Пред. стр.

страница 18
(всего 28)

ОГЛАВЛЕНИЕ

След. стр. >>

вины и стыда. Тем самым действие наркотиков подобно за-щитному механизму.
То, что при неврозе делает защитный механизм вытеснения, при наркотической
зависимости берет на себя наркотик:
неприятные представления и чувства более не воспринимаются.
В отличие от людей с "обыденным" неврозом, у людей с наркоти-ческой
зависимостью наличествует дополнительный фармакологи-ческий (производимый
наркотиком) эффект: либо возбуждение, либо успокоение.
Если нас в какой-то момент охватывает страсть к приключениям, мы можем
последовать за своими желаниями, поискать соответствующее общество и найти
его. Если есть потребность в тишине и покое, можно поискать соответствующее
окружение, заботливого друга или подругу, рано или поздно обрести все это и
успокоиться. Лица с наркотической зависимостью ничего такого делать не
могут. Они лишены способности искать в реальности то, что им требуется. У
них отсутствует терпе-ние, навык, для осуществления того, что человек не
употребляющий наркотики, получает в контактах с людьми.
Тем самым становится ясно, что у людей, склонных к наркотической
зависимости, отсутствуют определенные качества, и прежде всего, спо-собность
сближаться с другими людьми, склонять их на свою сторону, строить
откровенные, надежные, полные чувств отношения и поддержи-вать их. Более или
менее выраженный дефицит переживаний невыно-сим для сознательного
восприятия, и именно поэтому таким людям сго-дится любое, пусть и вредное,
средство, лишь бы сделать невыносимое положение терпимым.
Наркотики становятся драгоценностью, благотворным объектом, желанным
именно из-за его благоприятною действия.
В то же время вредное действие наркотиков (из-за их фармаколо-гической
природы) либо вообще не берется в расчет, либо вытесняется посредством
психологических защитных механизмов. Однако может случаться и такое, что
наркотики необходимы как раз по причине их вредоносных свойств. Подобное
вредящее себе поведение прояснить не так-то легко. Тут мы снова сталкиваемся
с очевидностью человеческой агрессивности: люди могут сознательно вредить
другим людям, уби-вать их (как виновники, исполнители), но и сами они могут
быть уби-ты, пострадать (как жертвы).



Проблема наркотиков


Анализ лиц с наркотической зависимостью показывает, что в прин-ципе,
как и вслучае пограничной личности, наряду с благоприятными, хорошими
отношениями подспудно действуют и не добрые отношения, причиняющие вред.
Вред. причиняемый самому себе, как и крайние формы суицидных побуждений,
несет в себе функцию обвинения окру-жающих: " Вы так со мной обходитесь, что
мне не остается ничего дру-гого, как только принимать наркотики, хоть это
меня и губите. Эти апелляции не вызывают, однако, никакого резонанса в
авторитетных кругах в сфере здравоохранения, даже учитывая и то, что все
большее количество людей либо умирает раньше времени по состоянию здоровья
из-за употребления наркотиков, либо погибает от передозировки. Нар-команы
чувствуют себя брошенными обществом на произвол судьбы, аутсайдерами,
которые все более оттесняются на самый край обществен-ной жизни.
В этом повинен тот самый негативный опыт, приобретенный лица-ми с
наркотической зависимостью в раннем детстве. Вполне законные потребности
ребенка в уважении, в полном любви участии и нежности отношений с родителями
по тем или иным причинам не удовлетворя-лись. В этом многообразная полная
душевных травм предыстория людей с наркотической зависимостью удивительно
похожа на предыс-торию делинквентных личностей и психосоматических больных.
Это все те же драматические причины: нехватка добра и/или чрезмерность зла,
вреда, оскорблений.



Терапия


Какие же терапевтические выводы следует сделать, исходя из
выше-сказанного? Общий вывод таков: масштаб и форма психического нару-шения
требует соответствующих трудоемких и длительных психотера-певтических
мероприятий. Сложности начинаются с общей проблемы создания основы для
терапевтического союза. Это требует максималь-но демократической, полной
взаимного признания, манеры поведения, на базе которой могут установиться
прочные и абсолютно искренние отношения. Разумеется, сам союз дефицита
детства устранить не может. Но негативный детский опыт может быть лучше
понят. И уже одно это способно помочь.
При этом строгие рамки медицинского стационарного учреждения много
предпочтительнее, чем амбулаторная врачебная или психоте-рапевтическая
практика. Атмосфера дружелюбного понимания дает большие шансы для
выздоровления, чем даже лекарственная терапия. Пациенты относятся к врачам и
психоаналитикам, как и ко всяким лю-дям "с авторитетом" с недоверием,
поскольку последние очень далеки от реальности больных наркоманией.
Альтернативные и нетрадици-онные методы лечения скорее достигнут своей цели,
чем ортодоксаль-ный нозологический подход. Симптоматические методы такие
пациенты отвергают, поскольку относятся к ним как к своего рода
"дрессировке". очень напоминающей им, идущее из детства приучение к
покорности и казарменной дисциплине. В соответствии с обстоятельствами
необхо-димо вскрывать внутренние и внешние составляющие наркоманической
проблемы. Сюда относятся и жестокие реалии ориентированного на успех и
потребление общества, и слабости и страхи самого пациента, идущее из детства
стремление быть воспринятым, наряду со склон-ностью причинять вред самому
себе и другим.
В отношениях с лицом страдающим наркотической зависимостью рано или
поздно начинает сказываться тот разрушительный потенци-ал, который ранее был
связан с отношениями употребляющегд н"ужо?. тики и самим наркотиком? Если
оба участника будут избегать этого ас-пекта в своих взаимоотношениях, то
дело закончится ничем, т.е. каждый останется "при своих интересах" и
никакого лечения не будет. Если же терапевт учитывает подобный ход событий и
вполне допус-кает появление и проявление разрушительной агрессии, даже если
она направлена против него, и поддерживает пациента, то деструктив-ные силы
шаг за шагом могут быть взяты под контроль и интегриро-ваны. Терапевт при
этом должен вовремя отслеживать свои чувства по отношению к пациенту
(досада, гнев. страх, стыд и т. д.), сигнализи-ровать о них или находить
уместный для конкретной ситуации ответ. Это возможно лишь в том случае. если
терапевт понимает своего паци-ента и разделяет с ним его переживания
(Joining от "to join" -- связы-ваться, объединяться).
Однако, терапевт не должен удивляться возможным рецидивам, когда
пациент опять предпочитает ему наркотик. Следует перетерпеть содержащееся
здесь обесценивание и интерпретировать это как расще-пление на хорошие
наркотики и плохого аналитика. Упреки только утвердят больного наркоманией в
изначально усвоенном предположении, которого он только и привык ждать, а
именно, непонимания и безразличия со стороны окружающих.
Иногда наркоманы, не найдя ни в ком нежности и заботы к себе, обретают
свою отраду в музыке. Либо они сами играют на музыкальных инструментах, либо
буквально сходят с ума от рока. поп-музыки или других музыкальных жанров.
Поэтому, при лечении наркотической зависимости следует учитывать и
возможности танцевальной терапии (Tanztherapie) (ср.: Хануш, 1988). В данном
случае, музыка служит заменителем наркотика. Это является дополнительным
способом в про-цессе лечения.


8. Так называемые перверсии

8.1. Очевидное поведение

Переходя к теме перверсий, мы снова касаемся базового влечения, а
именно, сексуальности (ср. V. 3.1.). Речь о сексуальности вполне кон-кретно
заходит в случаях таких общественных явлений, как прости-туция. порнография,
садомазохистские перверсии, транссексуализм, эксгибиционизм, фетишизм.
Здоровая "зрелая" сексуальность исключает перверсии. Однако для этого
требуется соответствующее воспитание и ряд способностей: умение
контактировать с другими людьми, уверенность в себе. юмор и веселость,
бесстрашие во взаимоотношениях с другими и с самим собой,
дифферен-цированная чувственность и определенное знание людей. Тогда
сексу-альность может быть чем-то большим, чем просто " инстинктивный порыв".
может служить оживлению и обогащению межчеловеческих свя-зей и отношений. И
с этим трудно не согласиться. Правда, многих может испугать то. что вместе с
определением тех или иных сексуальных дейст-вий как перверсий, возникнет
некий ценз, который не все разделяют.
Следует также учитывать, что на т. н. "перверсивные личности"
до-статочно легко -- как и на больных наркоманией или на делинквентных
личностей -- проецируются собственные перверсивные составляющие.
Уже в 1905 году в известном сочинении "Три очерка по теории
сек-суальности" Фрейд показал, что все мы изначально " полиморфно
пер-версивных, т. е. имеем потребности:
-- наблюдать сексуальные действия (инстинкт созерцания; вуайеризм),
-- выставлять напоказ собственную наготу (наслаждение от показа;
эксгибиционизм),
-- пользоваться интимными предметами в качестве заменителя же-лаемого
лица (фетишизм),
-- входить в состояние лица противоположного пола, одеваясь в его
одежду ( трансвестизм),
-- осознавать свою принадлежность к противоположному полу (
транссексуализм),
-- мучить других, унижать физически или душевно (садизм).
-- быть терзаемым, мучимым (мазохизм).
К "перверсиями относится все, что характеризуется в качестве
"отклонения от нормы" в определенном обществе. По отношению к норме
перверсивное поведение является аналогом делинвенктного поведения. При этом
речь всегда идет и о поведении, не соответствую-щем социальным нормам, а
именно об асоциальном или -- если оно прямо противоречит социальным нормам
-- об анти-социальном пове-дении. В этом и заключается общественный
знаменатель делинквентного поведения, наркотической зависимости и
перверсивных действий.

8.2. Объяснение возникновения перверсий

Перверсии выстроены по типу невроза


Фрейд и ранние психоаналитики видели в перверсивных действиях
непосредственное продолжение детской сексуальности, например, ког-да мужчина
как ребенок демонстрирует окружающим людям свой поло-вой орган, чтобы
шокировать их; женщина, облачаясь в определенную одежду, скорее преследует
цель обнажить себя, нежели одеть; поклон-ник рок-звезды использует детали ее
одежды в качестве фетиша.
Встречаются случаи, понять которые можно с относительной лег-костью,
поскольку подобные устремления весьма близки каждому. С трудом
воспринимается эксгибиционист, поступки которого постоян-но сопряжены с
опасностью; холостяк, полностью удовлетворяющийся фетишем;
учитель-гомосексуалист, или незаметный обыватель, относя-щийся
пренебрежительно, компрометирующий и пытающийся любым способом причинить
боль человеку, по отношению к которому он совсем недавно выказывал
дружелюбие и приязнь.
Ранние психоаналитики, ориентированные на психологию влечений. могли
объяснить подобное поведение лишь симптоматическим обра-зом -- тем, что в
данном случае мы имеем дело с невротическими симпто-мами. За ними скрываются
типичные эдиповы влечения ребенка в отно-шении матери и отца, а именно
инцестуозные и сопернические желания. Согласно моему опыту подобная одипова
теория" перверсий и сейчас во многих случаях соответствует действительности.
Доэдиповые конфлик-ты. происходящие из более раннего детского возраста,
играют, однако. не менее важную роль в возникновении перверсивного
поведения.


Перверсия -- это невроз недостачи


Вспомним прочитанное о нарцистических нарушениях личности. о
пограничных случаях, о "постклассических"неврозах недостачи и связи, и нам
станут понятными необъяснимые прежде перверсивные действия. Невыносимые
чувства слабости, зависимости и ничтож-ности отражаются в этих действиях
таким образом, что чувствуешь себя сильным, независимым и великолепным.
Примером могут послу-жить случаи, когда учитель мучает ученика, муж бьет
жену, или когда приспособившийся обыватель за деньги удовлетворяет все свои
жела-ния у проституток, те желания, которые он к себе обыкновенно не
допускает.
В каждом из этих случаев, хотя и мимолетно, но оживляется идея
собственного величия, которая, в согласии с психоаналитическим уче-нием о
защите, помогает утратившему психическое равновесие чело-веку с помощью
перверсивных действий легче переживать плохо выно-симые чувства слабости,
ничтожности и зависимости. Особенно отчет-ливо проявляется это в
садо-мазохистских отношениях: перверсивная личность, как и в пограничном
случае, расщеплена на две части, одна из которых до предела хороша, мощна и
идеализирована, а другая -- предельно плоха, беспомощна, проклинаема. Если в
данный момент на другое лицо проецируется последняя, то тогда "проектант"
ощущает себя великолепным, мощным, идеализированным и садистически му-чает
другого, который одновременно воспринимается как плохой и беспомощный и тем
самым автоматически ставится в мазохистское положение.
Если вспомнить о психодинамике неврозов недостачи и связи, то
перверсивные действия станут еще понятнее: перверсивный акт должен облегчить
переживание невыносимого дефицита, отсутствия чего-либо, внутренней пустоты
и ощущения бессмысленности и отчаяния. Тем самым перверсивные отношения
используются для защиты от невыно-симых переживаний в духе обсуждавшихся
выше (см. гл. VI. 2.1.) меж-личностных защитных механизмов. Разумеется, сам
процесс действует лишь тогда, когда другое лицо подыгрывает. В
соответствующей "сцене" противоположные полюса легко приходят к обоюдным
действиям прежде всего тогда, когда, например, садистические устремления
одно-го идеально соответствуют мазохистским потребностям другого.



Перверсия как агрессивная форма любви


Как продемонстрировал Роберт Дж. Столлер (Stoller, 1975), в
пер-версивных действиях -- особенно при садизме -- находит свое выраже-ние
"эротическая форма ненависти ". Подобная ненависть достаточно велика по
своей силе и неуправляема, поскольку в большинстве случа-ев возникает
реактивно, как реакция на травму, которую перверсивная личность пережила в
детстве. Во взрослом возрасте пострадавший переходит от обороны к
наступлению и достигает триумфа в процессе перверсивного акта над другими.
Когда-то подобный триумф был пере-жит кем-то над ним самим.
Компоненты ненависти или неуважения обнаруживаются во многих
перверсивных отношениях, пусть они и выражены не столь явно, как в
отношениях между садистом и мазохистом. Фетишист предпочитает фетиш другому
человеку. Эксгибиционист не пытается обладать жен-щиной. он лишь
демонстрирует ей свой эрегированный половой орган и под угрозой изобличения
достигает удовлетворения от самой возмож-ности ее испугать. Трансвестит, не
удовлетворенный биологически заданным полом, довольствуется, во многих
случаях тем, что обманы-вает себя и других, переодеваясь в платье другого
пола и показываясь в нем перед публикой (трансвестизм). Если же речь идет о
большем, а именно, о физических изменениях собственной сексуальной
принад-лежности, то мы имеем дело с транссексуализмом.
Иногда по ряду показаний врачи проводят транссексуалу соответст-вующую
операцию, давая ему возможность стать тем, кем он желает стать. В
оперативном вмешательстве еще ярче проявляется явное наси-лие перверсивных
личностей: ведь пенис или грудь в этом случае удаля-ются. Одержимость
собственной потребностью, болезненные действия, компромиссный поиск желанной
цели по своему характеру близки к мании, наркотической зависимости и к
психозам. Собственно, люди, не воспринимающие реальность своего пола --
мужского или жен-ского -- как нечто существующее де факте, являются
сумасшедшими. Находясь в чудовищном заблуждении, ценой разрыва с реальностью
они с большим упорством желают измениться и добиться в этом деле успехов с
помощью не менее сумасшедших хирургов.
Из-за скрытого или открытого по своему проявлению насилия, перверсивные
действия характеризуются негуманностью, бесчеловеч-ностью. Наиболее зримое
воплощение это находит в сексуальном обла-дании животными (содомия) или
трупами (некрофилия). Люди, совер-шающие подобные действия, достойны
сожаления, но своим поведением они, хотя и косвенно, в "вырожденной" форме,
демонстри-руют нам и нашу собственную манеру обращения друг с другом и со
своими детьми. Неуважительное, бездушное отношение к ним. как к предметам, а
не как к живым людям или к дорогим гостям, которым чаще всего оказывается
должное уважение. Поэтому не стоит пропу-скать мимо ушей общее послание
перверсивных личностей всем нам, которое гласит следующее: "Подобное
происходит тогда, когда нас в детском возрасте преследуют, мучают,
злоупотребляют нами и не любят нас!"
Подобное послание, хотя и воспринимаемое с известным трудом, следует
рассматривать как своего рода апелляцию к обществу, к каждо-му из нас.
Примеры многочисленных перверсий как бы иллюстрируют то, что родители и
общество причинили таким людям в их детстве.


8.3. Проституция

Во многом сходные отношения -- как и у многих перверсивных личностей --
обнаруживаются в среде проституток, сутенеров и их клиентов. Здесь особенно
бросается в глаза выраженное отграни-чение от остального общества,
представленное в двух характерных типах:
1. Социологическое отграничение гражданского большинства от живущего в
этой среде меньшинства.
2. Психоаналитическое отграничение больше похожее на специ-фику
влечения, инстинктивного побуждения. Это и импульсы, нацеленные на
сексуальное удовлетворение, и ищущие унижения другого по-ры вы ненависти.
Сутенер обходится с публичной женщиной точно так же, как и ее клиент.
Если же взглянуть на ситуацию в другом ракурсе, клиент спо-собен в одном и
том же действии, с одной стороны, позволять себе мазохистские мучения (уже
хотя бы тем. что его бьют), а, с другой стороны. одновременно унижать и
женщину, оплачивая ее услуги и заставляя выполнять свою работу, что, в
частности, наглядно продемонстрировано в фильме "Die flambierte Frau"
6.
В среде проституток особенно очевиден торговый аспект человечес-кой
сексуальности, когда персональные отношения определяются не коммуникацией, а
рыночными понятиями (Pep. 1972). Данный аспект прослеживается и в
"нормальной" сексуальности большинства людей, однако, последним по тем или
иным причинам не воспринимается.

9. Резюме


Рассмотрением безотрадного феномена перверсий мы завершили знакомство
со своеобразным "бестиарием" человеческого поведения с различными
отклонениями и нарушениями. К сожалению, неприятная правда о человеческих
возможностях имеет место быть. И здесь важно проникнуться чувствами людей,
которые оказываются в кругу нашего рассмотрения.
Я надеюсь, что с помощью психоанализа эта цель в той или иной степени
достигнута. Существуют теории, которые могли бы иначе (луч-ше или хуже
вопрос отдельный) объяснить некоторые аспекты много-образных психических
нарушений. Преимущество психоанализа перед когнитивной или поведенческой
терапией состоит, однако, в том, что он (психоанализ) решительным образом
увязан с бессознатель-ными процессами. Это позволяет ему достигать и
широкого по охвату, и одновременно глубокого понимания человеческих
переживаний и действий.
В заключение хочу выразить надежду, что мне удалось показать следующее:
даже в самом безумном на первый взгляд поведении шизоф-ренического больного
есть определенный смысл. " Общество. маргинализировавшее "жуликов",
преступников или перверсивные личности, находится в весьма " деликатном"
положении. Люди с невротическими нарушениями, пациенты, страдающие от
психосоматических наруше-ний, заслуживают нашего самого пристального
внимания
"Человеческое, слишком человеческое" призывает нас, по возмож-ности,
отыскать, наконец, в их чуждом доселе переживании, нечто такое, что в основе
своей составляет общечеловеческое начало, "conditio humana". Прежде всего
это упомянутые Карлом Ясперсом "пограни-чные ситуации" (Grenzsituationen)
борьбы, страдания, вины и смерти. От пограничных ситуаций не гарантирован
никто. Казалось бы. они разрывают зарубцованные раны детства и заставляют
человека пережи-вать сложные ситуации так, словно он вновь ребенок.
Порой, невроз -- наименьшее из возможных зол. И хотя радовать-ся и
здесь особенно не приходится, остается уповать на подоплеку защи-щенного
детства и не слишком травмирующую внешнюю реальность.

Различия между отдельными расстройствами


Эдиповы причины классических неврозов поддаются лечению клас-сическим
психоаналитическим лечением относительно легко . С психо-соматическими
больными дело обстоит сложнее, ибо последние стре-мятся избежать угрозы
заполучить ярлык органического заболевания. В случае делинквентного
поведения угроза становится социальным зна-ком -- общественным приговором.
Проблема наркоманов заключается прежде всего в том, что в социальном плане
они оказываются аутсайде-рами в обществе: из-за нелегального распространения
наркотиков его потребитель вынужден стать делинквентной личностью и рано или
позд-но заслужить общественный приговор и его исполнение. Больные пси-хозом
платят за сомнительный выигрыш бегства в фантазии полным разрушением связей
с реальностью, на что общественные учреждения реагируют тем, что в случае
необходимости в принудительном порядке помещают таких людей в
психиатрические клиники.
Таким образом, всякий личностный "грех" обретает свое место в
общественном сознании:
-неврозы -- психоаналитическую клинику, или клинику неврозов
-психозы -- психиатрическую клинику,
-делинквентность -- тюремное заключение, а
-злоупотребление наркотиками или
- перверсивное поведение, если и не тюремное заключение, или
психиатрию, то соответствующую маргинальную среду (см. табл. 13).



Категоря нарушения
Тип защиты
Тип конфликта
Тип страха
Тип терапии
Место лечения
Неврозы
Вытеснение, изоляция
Эдипов комплекс
Страх нака-зания, стыда, оскорблеиия
Психоанализ
Психоаналити-ческая практика
Нарцистичес- кие наруше- ния личности
Грандиозная само-переоценка
Доэдиповы нарушения :
Страх самонедо- оценки
Аналитическая психотерапия
Психоаналити-ческая практика
Пограничные Случаи
Раскол на иде- ализацию и обесценивание
Доэдиповы нарушения
Страх само-или объект-потери
Аналитичес- кая психо-терапия
Психоаналити-ческая практика
Психозы
"Психотизи-рование"; разрыв с реальностью
Доэдиповы нарушения
Страх потери себя
Форма терапия
Психиатричес- кая клиника


Психоанализ лишь в ис- ключитель-ных случаях

<< Пред. стр.

страница 18
(всего 28)

ОГЛАВЛЕНИЕ

След. стр. >>

Copyright © Design by: Sunlight webdesign