LINEBURG


<< Пред. стр.

страница 10
(всего 28)

ОГЛАВЛЕНИЕ

След. стр. >>

результатом явится способность к сочувствию, творчеству и юмору. Если
нарцистические устремления, напротив, останутся бессознатель-ными, то это
приведет к нарцистическим личностным расстройствам, которые будут
рассмотрены в следующей главе.
В теории объект-отношений Лондонской школы и Отто Кернберга вполне в
соответствии с "интерактивной теорией" (Interaktionstheorie) Альфреда
Лоренцера (Lorenzer, 1971) важными признаются отношения, формирующие
личность, между людьми. Личность развивается не изолировано от окружения, а
в нерасторжимой связи с ним. При этом влияние на нее оказывается вплоть до
зрелого возраста в форме т. н. "образцов отношений" (Beziehungsmuster),
прежде все-го отношений между ребенком и матерью. Если в них преобладают
любовь и понимание, то это. как констатировал Гете и подтвердил Фрейд, ведет
к относительной компенсации: "Если ребенок был неос-поримым любимцем матери,
то в его жизни сохраняются такие плени-тельные чувства, такая уверенность в
успехе, какие нередко действи-тельно влекут за собой успех" (Фрейд. 1917. S.
26). Если же. напро-тив, общения с матерью не хватает, то развиваются
многообразные расстройства (см. гл. VI).
Синтез различных теорий личности в психоанализе не представ-ляет особых
трудностей, поскольку нам требуется лишь объединить уже названные аспекты,
чтобы добиться совокупного образа личности: арха-ические инстинкты,
выраженные в сексуальности и агрессивности, явля-ющиеся ее фундаментом;
нормы, ценности и идеалы, представляющие "надстройку"; в центре
располагается "Я" (Selbst), обладающее чувст-вом самости (Selbstgefuehl).
которое выражено в нарцистической удов-летворенности и самоуверенности.
Нашим исполнительным органом является при этом "Самость" (ich), различаемое
в "я-чувстве" (IchGefuehl). которое делает нас способными направлять наш
корабль меж-ду Сциллой взрывных инстинктов и влечений и Харибдой * давящих
запретов. Разумеется, при этом во внимание постоянно принимаются те или иные
обстоятельства господствующей реальности. Это образ чело-века, в равной
степени не сводимый ни к 4 инстинктивному существу", ни к бытию,
управляемому исключительно внутренними нормами. Человек здесь проявляется
гораздо сложнее и глубже; он выступает как личность, в прямом смысле этого
слова, уверенная в себе. способная столь же конструктивно противостоять
ежедневным требованиям со сто-роны окружающего мира, как и оказывающаяся в
состоянии действо-вать активно; и делать это, не находясь в изоляции, а
будучи в тесных социальных контактах с другими людьми: в личных отношениях,
в больших и малых группах, которые определяют нас точно так же, как и мы
определяем их. Подобная личность в состоянии развивать в себе и сексуальные
и агрессивные инстинкты, но в постоянном сопер-ничестве с другими
влечениями, так что они не только интегрируются

* Сцилла и Харибда -- в древнегреческой мифологии чудовища, обитавшие
no обеим сторонам узкого морского пролива и губившие проплывающих
мореплавателей.

в личность, но и позволяют существование таких дифференцирован-ных
чувств, как способности любить или. перефразируя название попу-лярной книги
Эриха Фромма (Fromm. 1959) "Искусство любви" (Die Kunst des Liebens).
искусства любить.


3.3. Специальные теории личности

Дифференцированная психология личности


Единственность в своем роде и непохожесть одного человека на дру-гого
настолько очевидны, что на этом строится даже паспортная сис-тема. Аналитик
встречается со своими анализандами, не имея о них ни-какого предварительного
мнения, предрассудка, заранее заданных схем, и всякий раз получает новую
информацию. Не случайно Теодор Райк назвал свою вышедшую в 1935 году книгу о
вскрытии и понимании бес-сознательных процессов " Изумленная психология"
(Ueberraschte Psychologie). Тем не менее психоаналитику в его работе вполне
могут помо-гать постоянно хранящиеся в его памяти определенные человеческие
типы, что в духе старого учения о характерах или "на слуху" у совре-менной
дифференцированной психологии. Правда, при этом сохраня-ется опасность
загнать пациента под определенную схему. Так называ-емый " Labeling
approach" в социологии, т. е. подход, характеризующий личность с помощью
определенных ярлыков, по заслугам получил над-лежащую критику. Однако, я не
собираюсь здесь заниматься типологи-ческими опровержениями. В конечном
счете, речь идет о том, чтобы читатель мог лучше ориентироваться в
многообразии душевных про-цессов посредством представления об определенных
типах личностей.
Начнем с описанного Фрейдом в 1908 году т. н. "анального" или
"навязчивого" характера (analer, Zwangscharakter), который в психо-анализе
называется анальным вследствие того, что с психогенетической точки зрения
его особенности тесно связаны с процессами, вращающи-мися вокруг выделений и
слежения за чистотой анального отверстия. Речь идет о человеке, который с
раннего возраста воспитан в духе чис-топлотности, чрезвычайно собран,
бережлив и довольно-таки упрям. Психоанализ рассматривает данные черты
характера частично как продолжение первоначальных побуждений (упрямство),
частично как реакции по отношению к первоначальным противоположностям:
аккуратность против неаккуратности, бережливость против широты и щед-рости
натуры. Подобные интерпретации характерного поведения убеж-дают
психоаналитика в своей непосредственности вследствие того, что он привык в
своей каждодневной практике наблюдать регрессивно оживляющиеся
"инстинктивные влечения" и метаморфозы. Не имея основательного
психоаналитического опыта, можно, пожалуй, испы-тать удивление при взгляде
на подобные взаимосвязи. Между тем непо-средственные наблюдения за детьми
предоставляют необходимые дока-зательства для подобной точки зрения.
Оральный характер (oraler Charakter), возможно, воспринимается легче,
поскольку причинно-следственная связь актуального поведения взрослого с
детским поведением здесь более ясна: речь идет о людях, ко-торые по причине
слишком долгого кормления грудью в младенческом возрасте, склонны к
бессознательном упорству в стремлении что-либо получить: какие-либо
собственные усилия не обязательны, "все должно приходить само собой".
Сегодняшнее общество потребления делает слишком много для того, чтобы
облегчить подобным людям их "упорное" существование в своих "оральных
привычках". Не случайно питье, еда и курение столь легко приобретают
характер пагубной при-вычки, своеобразной "мании", В сублимированной форме
это проявля-ется в ненасытном стремлении к "пище духовной", к которой мы
вле-чемся, чтобы насытиться, как делали это с "пищей телесной", будучи
детьми. Вариант "орального" характера распознается в поведении, которое,
говоря обиходным языком, знаменуется "прокусыванием" (Durchbeissen) и
"прожевыванием" (Durchkauen). Здесь достаточно очевидна связь с ролью
жевания в детском возрасте. Существуют люди, научившиеся медленно, однако
усердно жевать в раннем детстве. И уже в зрелом возрасте, находясь в сходном
положении, они способны пере-жевывать проблему до тех пор, пока она не будет
решена. Другим тер-пения явно не достает, и они быстро заглатывают
полученное, будучи не в состоянии пережевывать его сколь-нибудь
продолжительно. Здесь с очевидностью просматривается параллель с манерой и
способом рабо-ты разных людей. Всякий из нас прекрасно знаком с людьми,
стремящи-мися нетерпеливо "проглотить" все. попадающееся им на пути, и с
те-ми, которые так долго "пережевывают жесткую вещь", пока она не будет
готова к употреблению.
Понятие генитального характера принадлежит еще старой гвар-дии
психоаналитиков. В зрелом возрасте у людей такого типа сказываются
непосредственно детские переживания "свободы перемещения" или, напротив,
полного торможения. Вильгельм Рейх назвал характеры таких людей, находящихся
между свободой и сексуальным торможе-нием, "инстинктивными" или
"инстинкт-заторможенными". В этом слу-чае детское поведение продолжается
либо непосредственно во взрос-лом возрасте, либо оно тормозится внешними
влияниями.
Разумеется не всякому будет по вкусу, если понятия, имеющие отношение к
учению о болезнях, переносятся в область "нормальной" психологии. Такое
положение, строго говоря, означает, что мы опреде-ляемся по образу и подобию
тех процессов, которые мы обнаружили и описали у наших пациентов. Однако,
если подойти к этому вопросу непредвзято, то, по крайней мере. отдельные
черты или элементы бо-лезненных проявлений сможем обнаружить и у себя.
Вспомним, напри-мер, как из страха мы избегаем угрожающей ситуации, как,
порой. навязчиво контролируем свое поведение, вспомним депрессивное
настроение, склонности к маниакальному поведению или граничащую иногда с
заблуждением сверхчувствительность, позволяющую нам переоценивать
объективные высказывания других людей в отношении самих себя. В соответствии
с этим можно говорить о фобическом, навязчивом, маниакальном или
параноидальном и депрессивном хара-ктерах. В рамках неопсихоанализа часто
встречаются подразделения на истерические, навязчивые, депрессивные и
шизоидные структуры. (Н. Schultz-Hencke. 1951). Тем самым можно сказать, что
в перспек-тиве особенности, свойственные психопатологическим проявлениям,
можно рассматривать, в смысле типологии, в контексте учения о харак-терах.
Прилагательное "истерический", которое, к сожалению, при-няло в бытовом
языке довольно уничижительное значение, обозначает свойство личности,
обнаруживаемое у людей, которые любят разыг-рывать сцены, с удовольствием
находятся в центре внимания и при этом усваивают черты "прекрасной
индифферентности" (Belle indefference). Проявление такой индифферентности
дает основания видеть за внешним показным безразличием скрытое неравнодушие,
в частности, к эротике. В этом смысле истерическая структура может быть
поста-влена в один ряд между "инстинктивным" (triebhafte) и
"инстинкт-заторможенным" (triebgehemmte) характером, как у Вильгельма Рейха,
поскольку здесь сексуально-эротические составляющие в равной степени находят
и свое выражение, и скрыты за показным равнодушием. Общеизвестно, что
Навязчивая структура была отнесена Фрей-дом к "анальному" характеру,
поэтому, не задерживаясь на ней, я хо-тел бы упомянуть вкратце депрессивную
структуру. Она характерна для людей, в той или иной степени пребывающих "не
в духе", в подав-ленном настроении. Такие люди преимущественно
пессимистичны, постоянно ожидают разочарований и тем самым часто сами их
провоци-руют (Watzlawick, "Руководство как быть несчастным", 1985).
Посто-янные ничем непреодолимые разочарования в других людях, потеря
важнейших участников отношений и бессознательное чувство вины создают и
поддерживают депрессивное состояние. Последнее никогда не бывает статичным,
никогда не обходится без влияний и, как показывает ежедневный
психоаналитический опыт. возникает в результате динами-ческого
бессознательного процесса и может быть успешно преобразо-вано с помощью
психоанализа.
В своей сути последнее рассуждение относится и к шизоидной структуре --
понятию, пугающему, вероятно, тем. что оно напоми-нает о шизофрении. Страх
этот вполне обоснован, поскольку родство с шизофренией постулировано уже
фактически самим названием. Ши-зоидные люди холодны, дистанцированы,
застенчивы, недоверчивы, неконтактны и оторваны от жизни. Всякий знает
подобных людей и даже, вполне вероятно, обнаружит некоторые черты в самом
себе. Это открытие, разумеется, не более приятно, чем обнаружение у себя т.
н. "истерических" черт.
Вследствие их политического значения я не хочу обойти вниманием два
типа характера, а именно первоначально описанный Вильгельмом Рейхом т. н.
обывательский характер. Он очень хорошо подходит к на-шему обществу,
ориентированному на успех, поскольку его психическая структура идеальным
образом соответствует требованиям этого обще-ства и прямо-таки олицетворяет
собой все добродетели: долг, послу-шание, пуританскую этику, откладывание
любого удовольствия напо-следок. на "после работы", прославление
способностей и принципа достижения успеха (Fromm. 1932). То, что такие люди
существовали и продолжают существовать сейчас, дает достаточно подтверждений
пра-вильности подобного определения данного характера. В конце концов, все
мы выросли в обществе, которое ориентировано на достижение и успех, и
поэтому, в той или иной мере, испытали на себе его влияние.
Переход от обывательского к мазохистскому характеру достаточ-но
малозаметен. К последнему добавляется готовность к страданию. Если страдание
культивируется до такой степени, что оно принимает характер удовольствия, то
обозначение "мазохистский" окажется в пол-ном соответствии с определением.
Речь здесь идет о людях, которых с самого детства столь много
"дрессировали", что им не оставалось никакой иной возможности давать волю
своим сексуальным "инстинк-тивным желаниям", не говоря уже об агрессивных;
они могли испытать нечто из запрещенных удовольствий лишь в извращенной
форме, а именно, путем страдания. Это люди неплохо относятся к авторитар-ным
системам, политические ли они или конфессиональные, все равно. Отчасти, это
связано с привычкой родителей подвергать детей телесным наказаниям. И совсем
не случайно родители с трудом расстаются с по-добной привычкой.
Связи между тоталитарными общественными структурами и струк-турами
характера станут еще очевиднее, если в заключение мы обратим-ся к т. н.
авторитарному характеру, а именно к описанной в 1950 г. Теодором В. Адорно,
Бруно Беттелхаймом, Эльзой Френкель-Брунс-вик, Марией Ягода и другими --
авторитарной личности (authoritarian personality).
Под авторитарными понимают людей, в значительной степени под-верженных
предрассудкам, воспринимающих для себя суждения других в виде собственных
предрассудков, людей, которые выше всего ценят общепринятое, не признают
чужого, воспринимая лишь себя и свою группу. Склонность к критике
подавляется в зародыше. Человек с хара-ктером авторитарного типа рано
научается приспосабливаться и подчи-няться. В политической сфере такие люди
ведут себя лояльно по отно-шению к государству и его режиму. В сущности они
всегда стоят на сто-роне государства, на стороне носителей власти. В тоже
время для подобного типа характерно требование от других, нижестоящих,
тако-го же подчинения себе или соответствующей вышестоящей инстанции,
короче, силе. Родители любят таких детей. Авторитарно структуриро-ванные
государства требуют подобного поведения от своих подданных.
Как показали статистические данные, полученные исследованиями Адорно и
его коллег, подобный характерологический тип получает высокие оценки по
трем, используемым авторами исследования, шка-лам, а именно, по шкале
эгоцентризма, антисемитизма и фашизма. Это означает, что с авторитарным
поведением связана не только переоценка собственной нации или народа, но
также и заниженная оценка или вооб-ще презрение к другим нациям или народам,
в особенности, к национальным меньшинствам. При этом становится очевидным,
что подобным людям наряду с эгоцентрическими и антисемитскими присущи и
фа-шистские черты. Сюда присовокупляется предрасположенность к
анти-демократическим идеям, стремление стойко придерживаться консерва-тивных
ценностей, связанная с авторитарностью подчиненность, часто незаметная во
внешнем поведении; всегда находящаяся наготове и вспы-хивающая под
покровительством диктатора агрессивность и, в конечном итоге, готовность к
деструктивному поведению, к разрушению. Анализ характеров фашистских лидеров
Эйхманна и Геса показывает присутст-вие в них среди прочего, постоянной
готовности терзать, пытать и уби-вать. Во времена национал-социализма такие
характеры в созвучии с его расовой идеологией, получали возможность
высвобождения своих дест-руктивных импульсов.
Однако не будем обманываться относительно самих себя. Подобные черты
скрыты в каждом из нас. Исследование социального психолога Стенли Мильграма
недвусмысленно показывает, как легко нормативное влияние группы может
способствовать жестокому поведению. Две тре-ти участников в
экспериментальном исследовании были убеждены в правильности всего,
исходящего от властных структур. Именно эта часть испытуемых гораздо охотнее
подчинялась приказу наказывать (мнимому наказанию) других электрошоком. Они
шли на это с особен-ной легкостью прежде всего тогда, когда были уверены,
что наказы-ваемое лицо им незнакомо и находится в другом помещении.
Параллели с манипулируемым характером или с извне руководи-мой
личностью (aussengeleitete Persoenlichkeit) (David Riesman, 1950) очевидны.
Речь идет о людях, не имеющих собственного мнения и вся-кий раз неизменно
приспосабливащихся к внешним обстоятельствам. Возможно, некоторые читатели
помнят превосходный фильм Вуди Аллена "Zelig" 4, в котором
подобный тип представлен в юмористи-ческом облике. В таких людях мы без
труда узнаем тип "попутчикам, встречавшегося не только во времена
национал-социализма, но отыскать который и сейчас не представляет особого
труда. Александр Мичерлих никогда не уставал клеймить подобное поведение и
занимался вскры-тием его причин; факт, дающий достаточное основание для
того. чтобы не терять надежду найти причины появления таких характеров не
толь-ко в семейной сфере (вынужденное приспосабливание из-за избиений), но и
в политической (воспитание в духе подданничества). Имеет смысл, отринув
возможный страх, взглянуть в глаза неприятной правде и



Таблица 9. Фазы раннею развития человека ни Френду, Малер и Вшшикоту
(сравнительное изображение Марты Бекай, 1981).

констатировать присутствие в нас некоторых отрицательных черт
пред-ставленных здесь неприукрашенных типов характеров. Тем самым мы будем
способствовать развитию критического мышления, ликвидации предрассудков и
замене их на самостоятельные мнения. Мы сможем тогда напрямую, без всякой
утайки, раскрыть в себе неприятные и болезненные особенности и создать
предпосылки к тому. чтобы не вводить в заблуждение ни себя, ни других.


Теории развития личности


Со времен выхода в свет "Трех очерков по теории сексуальности" Зигмунда
Фрейда (1905) психоанализ не единожды поднимал вопрос о раннем человеческом
развитии (Stellung). В рамках данного введения у меня нет возможности
подробно остановиться на этом вопросе в свя-зи с его обширностью. Поэтому я
отсылаю читателя к превосходному обзору Дитера Ольмейера (D. Ohimeier,
1973). На сегодняшний момент наряду с общеизвестным подразделением Зигмундом
Фрейдом челове-ческой сексуальности на фазы (учение о фазах) чаще других
обсужда-ются теории развития Дональд В. Винникота (Wnnicott. 1965,1965) и
Маргарет Малер (М. Mahler. 1975). Марта Бекай (М. Bekei, 1981) представила
их в своем докладе на 32 Интернациональном психоаналитическом конгрессе в
Хельсинки, сведя в наглядную таблицу (см. табл. 9), которую я и хочу здесь
привести.



VI. ПСИХОАНАЛИТИЧЕСКОЕ УЧЕНИЕ О БОЛЕЗНЯХ


1. Предварительные замечания
Существует масса разнообразных возможностей включения
психоаналитического учения о болезнях в введение в психоана-лиз. Мы могли бы
ориентироваться по известному психоанали-тическому учению о фазах, по
которому развитие человека протекает в оральной фазе через анальную к
генитальной ступени развития. Можно описать особенности каждой из фаз,
относящиеся к ним кон-фликты, возможности решения этих конфликтов и,
наконец, невроти-ческие попытки справиться с ними. Последствиями этого
являются свя-занные с той или иной фазой специфические невротические
расстрой-ства, которые мы в последовательном порядке разделим на "оральные",
"анальные" и "генитальные" неврозы. В оральной фазе главную роль,
разумеется, играет дуальное отношение между ребенком и матерью, в то время
как для генитальной фазы характерен треугольник отноше-ний ребенка с матерью
и отцом, представляющий собой несомненную общественную ячейку. Различные
социальные обстоятельства всякий раз создают те или иные конфликтные
ситуации, которые, если они не могут быть решены в соответствии с типом
конфликта, влекут за собой попытки решить их в соответствии с тем или иным
характерологическим типом. Поэтому психоаналитическое учение о болезнях
подразделяется следующим образом:
Серьезные нарушения в отношениях между матерью и ребенком ведут к
усилиям по преодолению этих (серьезных) нарушений. Такие усилия могут
проявляются клинически в виде шизофрении и тяжелой депрессии. Нарушения в
фазе моральности" способны в последующем приводить к психическим нарушениям
-- алкоголизму и наркотической зависимости. К этому же относятся и
нарушения, относящиеся к пище, особенно, распространенная сейчас у молодых
женщин "мания похуде-ния" со своей чрезвычайной формой -- булимией, а также
хроническая склонность есть очень много, приводящая к ожирению. При других
психосоматических заболеваниях -- на примере которых мы сможем убедиться,
что психические причины серьезно участвуют в их возник-новении,-- тяжелее
установить причинно-следственную связь между оральной фазой, с одной
стороны, и развивающейся психической бо-лезнью, с другой. Определить
например, зависимость между душевным состоянием и кожным заболеванием можно,
установив соответствую-щие причинно-следственные связи, наблюдая, например,
за заботли-вым уходом матери за младенцем. Стоит лишь представить, что мать
может или чрезмерно стимулировать кожу младенца или избегать вся-кого к ней
прикосновения. При астме, повышенном кровяном давлении и ревматизме суставов
выстроить такую зависимость, напротив, не так легко. Я еще вернусь к этому
сложному вопросу при обсуждении пси-хосоматических заболеваний. Не менее
интересные причинно-следст-венные связи обнаруживаются между определенными
нарушениями оральной или анальной фаз, с одной стороны, и делинквентным
пове-дением, с другой.
Здесь важно предостеречь читателя от попыток представить обу-словленные
психикой заболевания, опираясь на психоаналитические фазы развития.
Основываясь на сегодняшнем уровне развития психо-анализа, я считаю эти
попытки слишком поспешными. Вместо этого можно предложить читателю
проследить за тем развитием, что пере-жила психоаналитическая наука за
последнее время. Я напоминаю о дереве психоаналитического познания (см. гл.
II). Однако мы все же не станем терять из поля зрения показанные до того
причинно-следст-венные связи между определенными фазами развития и
конкретны-ми психическими заболеваниями, только потому уже. что они имеют
большое практическое значение для основной цели анализа, а именно --
исцелить пациента с помощью психоаналитических мероприятий или, выражаясь
иначе, устранить те или иные нарушения.
Поэтому сначала мы обратимся к психоаналитическому учению о неврозах в
той его форме, в какой оно выделилось уже во времена Фрейда как учение о
классических неврозах, будучи к тому моменту относительно законченной
теорией. Стержневым комплексом этих пси-хических нарушений, выделяемых порой
как "классические". является эдилов комплекс -- неизбежный судьбоносный
конфликт между сыном, матерью и отцом, изображенный в драматической форме в
трагедии Софокла и научно систематизированный Фрейдом в его "эдиповой"
теории классических неврозов, истерий, неврозов навязчивого состоя-ния и
фобий *. Следует также учитывать, что во многих работах не уде-ляется
необходимое внимание невротической депрессии.
Перед тем как приступить к разбору отдельных неврозов, необхо-димо
выявить основные взаимосвязи между эдиповым конфликтом, тревогой и т. н.
защитными механизмами. В связи с этим я хочу еще раз уже в рамках
психоаналитической теории личности поднять за-тронутую проблему
разграничения между здоровьем и болезнью и про-яснить вопрос, который горячо
обсуждался еще во времена студенчес-кого движения (60-е годы): о взаимосвязи
между возникновением, числом и развитием невротических нарушений и
общественными про-цессами. В тесной связи с этим я затрону современные
"пост-класси-ческие"неврозы (нарцистические неврозы) и т. н. "пограничные"
нарушения и перверсии и поговорю об их отношении к доэдиповым конфликтам. Из
Очень ранних нарушений отношения "мать -- дитя" вытекают серьезные
психические расстройства, такие, например, как шизофрения, депрессия и
мания, которые мы. следуя психиатрической классификации, называем психозами.
Однако, с этими заболеваниями психоанализ разобрался уже во времена Фрейда.
Соответственно спе-циальные главы посвящены делинквентному поведению,
алкогольной и наркотической зависимости, психосоматическим нарушениям,
поскольку из-за их частоты и распространенности именно эти нарушения
приобретают наиважнейшее значение в политике и здраво-охранении.
* Для женщины имеет значение -- Mutatis mutandis (с известными
оговорками) -- тройственный конфликт между дочерью, матерью и отцом.

2. Классическое учение о неврозах

2.1. Страх и механизмы защиты

В причинно-следственной цепи между первоначальными эдиповыми
обстоятельствами и позднейшими невротическими расстройствами существенную
роль играют страх и защитные механизмы. Без страха нет и невроза.
Страх может одолеть нас молниеносно, целиком охватить всю лич-ность, не
давая ей никакой возможности контролировать этот словно автоматический
приступ. Мы беспомощны перед ним. подчинены ему.
Паника возникает тогда, когда контроль страха полностью пере-стает
действовать. Здесь мы попадаем в давно вроде бы преодоленное состояние
детского беспомощного страха. Однако в то же время страх может быть
осмысленным и целесообразным сигналом об опасности;
мы ощущаем его и в силу наших душевных возможностей перерабаты-ваем,
чтобы затем иметь возможность надлежащим образом противосто-ять не только
самому страху, но и стоящей за ним опасности.
Упомянутый в начале главы неконтролируемый, автоматически протекающий
страх с паникой соответствует очень ранней, архаической ступени развития.
Способность к сигнальному страху (Signalangst), напротив, предполагает
известную зрелость личности. В то время как страх автоматический способен
подавить "Я", сигнальный страх со-стоит у "Я" на службе, поскольку
предупреждает его об опасности.
Подобная защита от опасностей предполагает, однако, способность реально
им противостоять. Эта способность еще не сформировалась в детском возрасте.
Отсюда и очевидность широкой распространенности детского страха, о чем знает
каждый из нас по собственным детским вос-поминаниям или может регулярно

<< Пред. стр.

страница 10
(всего 28)

ОГЛАВЛЕНИЕ

След. стр. >>

Copyright © Design by: Sunlight webdesign