LINEBURG


<< Пред. стр.

страница 13
(всего 13)

ОГЛАВЛЕНИЕ





Наряду с двумя видами добродетелей, которые различают по их соотношению в душе, а именно этическими и дианоэтическими добродетелями, имеется еще и другое деление, которое делает различие между полной и природной добродетелями. Природная добродетель является первоначальной (предварительной) формой полной добродетели, которая имеет место как в добродетелях разума, так и характера.

Такое выделение 4-х видов добродетелей позволяет ответить на вопрос о том, как они возникают и вновь проходят. Так как этому вопросу посвящена большая часть этики Аристотеля, то далее можно представить в реферативном виде лишь результат рассмотрения.

Сначала о развитии рациональной части души. От природы все люди наделены способностью усматривать выгоду и ориентироваться на нее. Аристотель называет ее интеллектуальным умением (гр. deinotes). Оно этически амбивалентно, но является одновременно той природной установкой, которая способна усовершенствоваться до добродетели. Управлять этим процессом усовершенствования снова может только добродетель.

Итак, здесь это добродетель характера, которая через устойчивое стремление направляет взгляд на добрую цель.

В иррациональной части души происходит нечто подобное, а именно то, что еще амбивалентная этическая добродетель, ведомая "оком души", мудростью, ориентируется на добро как на цель. Это составляет смысл предложения: "Так из сказанного мы приходим к выводу, что невозможно быть полноценным человеком в собственном (этическом) смысле - не имея нравственного убеждения и, что нравственное убеждение нельзя иметь без достоинства характера". Понимание смысла этого, видимо, парадоксального утверждения состоит в том, что там, где имеет место этический или дианоэтический принцип, становится возможным прогресс.

Объединив обе природные первоначальные формы добродетелей, можно получить следующую схему:
Развитие














Природное исходное
положение




Становится



Полная добродетель всегда состоит из двух компонентов, из этических и дианоэтических составляющих. Душевная реальность, о которой нельзя забывать, состоит в том, что оба вида добродетелей должны слиться в единое целое, если правильное решение не является случайным.

В каком же соотношении друг к другу находятся пафос-середины, которые еще не являются добродетелями и природные добродетели, которые не имеют середин?

Ответ, который имеется в "Евдемовой этике" гласит следующее: "Но потому, что они являются чем-то природным, они способствуют появлению естественных добродетелей. Это может относиться только к сфере этических добродетелей, так как естественное противополагание сферы добродетели разума существует только в единственном числе и, кроме того, пафос-середины имеют в качестве своей сферы иррациональную часть души. Отсюда, в качестве линии развития, складывается динамика от пафос-середин через естественные этические добродетели к полной этической добродетели. У естественной добродетели отсутствует, однако, направляющие orthos logos (лат. ratio recfa), разума, для этого она обеспечена стремлением.

Эту последовательность мыслей можно было бы представить следующим образом:











Теперь остается еще рассмотреть функцию учения о середине (гр. mesotes - середина) в рамках этики Аристотеля. Обычно исходным в рассмотрении является то, что политическая цель его этики состояла в помощи поиска середины для энтполяризаций крайностей. Это является концепцией "Никомаховой этики", где он подчеркивает то обстоятельство, что крайности удалены друг от друга больше, чем от середины. Но уже здесь имеется удивительное предложение: "Так представители крайностей сталкивают человека середины с его места". "Евдемова этика" содержит еще более однозначное предложение: "Но среднее находится в еще большей противополжности с крайностями чем они друг с другом. Среднее не имеет места ни с чем крайним, а крайности напротив часто встречаются вместе; и временами один и тот же человек может быть одновременно и дерзким и трусливым или расточительным и скупым. Короче , в плохом смысле неуравновешенным".

Объяснение этому можно найти в "Никомаховой этике", когда Аристотель объясняет, что можно иметь или все добродетели характера или вообще ни одной.

Ведь наличие мудрости, которая поддерживает середину, превращает все естественные добродетели в полные добродетели. Обратной стороной этой мысли является то, что один человек может иметь все плохие качества, т.е. все крайности.

Итак, все крайности родственны друг другу, но не имеют общего с "человеком середины". Отличие от середины является наибольшим по величине. Учение Аристотеля о том, что можно иметь все или никакие добродетели, может на первый взгляд звучать как далекое от практики. Но противоречие снимается, если вспомнить о том, что без добродетели влечение, основанное на усовершенствованной привычке, может все же определенно следить за правильным образом действия. Лишь только в новой ситуации обнаруживается отказ, так как среднее влечение сравнивается с "сильным телом, которое движется без зрения и может сильно столкнуться, потому что у него отсутствует зрение". Далее Аристотель продолжает: "Но если приходит управление от души, то поступок претерпевает изменение: Осанка остается такой же, но появляется превоходство характера в собственном смысле". "Сильное тело, которое движется без зрения и может сильно споткнуться" является иррационально-эмоциональной сферой человеческой души. Оно (тело) может правильно двигаться только тогда, когда им руководит "око души", разум. Сильный парень (в нас) хотя и "слеп" (рисунок, изображающий влечение), но все-таки может слушать разум и прислушиваться к нему. Только тогда обе части души образуют верный союз.

Эту мысленную картинку Аристотеля можно было бы перевести на немного карикатурный язык графики, представить следующим образом:



Авторы:
Д-р. Андреа-Марлен Эссер, научный ассистент философского семинара Мюнхенского университета, Макс Клопфер, ответственный за работу с учителями Аугсбургского университета и ведущий референт по этике в государственном институте школьной педагогики и исследований в области образования г. Мюнхена, проф., д-р Армин Г. Вильдфойер, профессор философии со специализацией по вопросам этики, антропологии и политической философии Высшей католической школы (Северный Рейн Вестфалия, отделение социологии в Падеборне), сотрудник института науки и этики Боннского университета и член редакционной коллегии журнала по медицинской этике.
Преподаватель этики в гимназии в г. Цвикау Р. Геншель и преподаватель этики в гимназии (Шлойзингер / Тюрингия).
Итоговая редакция всего пособия сделана М. Клопфером.
Перевод на русский язык:
стр. 3 - 34 А. М. Тевелевич, доц. кафедры немецкого языка Омского государственного университета;
стр. 35 - 102 Л. Л. Лузянина, заведующая кафедрой немецкого языка Омского государственного университета.
Редактор: заведующий кафедрой теории и истории мировой культуры Омского государственного университета, к.ф.н. Д. П. Синельников.


На титульном листе:
Эдип и Сфинкс
(красная фигурная чаша, 470/460 до Р.Х.)
Рим, Музей Ватикана


Сфинкс (древнегреч. душитель, убийца) имеет голову женщины и тело крылатого льва. Она сидит перед городом Фивы и каждому проходящему мимо загадывает загадку: "На земле есть одна вещь, которая имеет две, четыре и три ноги. Из всех существ, передвигающихся ползком по земле или двигающихся по воздуху и воде, только она одна меняет свою природу. И если она передвигается, опираясь на большинство ног, то сила ее членов наименьшая". Кто не может отгадать загадку, того Сфинкс пожирает. Эдип находит решение: "Человек как маленький ребенок (на четвереньках), как взрослый муж и как старец (с палкой)".
Хунгер Г. Словарь греческой и римской мифологии. - Ренбек, 1984. - С. 382.



? 1999 фонд Ганса Зайделя, Мюнхен.
Председатель: Альфред Байер, государственный секретарь, глава предприятия.
Иллюстрации
Ответственные: Гельмут Штак, руководитель отдела иллюстраций.
Редакторы: Макс Клопфер и Артур Кольбе.



<< Пред. стр.

страница 13
(всего 13)

ОГЛАВЛЕНИЕ

Copyright © Design by: Sunlight webdesign