LINEBURG


<< Пред. стр.

страница 81
(всего 110)

ОГЛАВЛЕНИЕ

След. стр. >>

же компилированной «Воли к власти», поскольку в нем на
прочь отсутствует художественный элемент, без которого
собственно нет ницшевского текста.
Я уверен, посмертную дилемму издавать фрагменты
хронологически или компилировать их в произведение
Ницше решил бы однозначно — не публиковать вообще. Не
случайно, например, его философский vis a vis в XX веке
Мишель Фуко, зная посмертную литературную судьбу свое
го предтечи, специально оговорил в своем завещании: «Ни
каких посмертных публикаций»1. Тут не может быть двух
мнений: Ницше, столь ревниво относившийся к каждой сво
ей книге, шлифовавший все свои произведения до стадии
гранок, никогда бы не опубликовал все свои «лабораторные»,
предназначенные для внутреннего пользования записи. Вряд
ли он захотел бы допустить нас к их прочтению! Но он знал
свою посмертную судьбу: XX век не мог, конечно, позволить
себе выполнить его невысказанную волю — не публиковать
его посмертное наследие.

1
M. Foucault. Dits et Escrits. P, 2001, t. I, p. 90.




nietzsche.pmd 659 22.12.2004, 0:07
Black
[660]

Современный читатель имеет (и должен иметь) воз
можность знакомства с ницшевскими текстами во всех их
инкарнациях: ведь Посмертные фрагменты не заменяют «Во
лю к власти». И исследователю, и читателю, занятому по
исками собственного «я», и искателю духовных приключе
ний «технологичней» работать с книгой «Воля к власти»,
чем с рассыпанными афоризмами Посмертных фрагментов.


2. Мегатекст: системность vs целостность

Еще меньше выдерживает критику аргументация против
ников «Воли к власти», в соответствии с которой Ницше не
смог довести до публикации свой замысел в силу неспособ
ности мыслить системно. Именно поэтому его Hauptwerk
якобы так и остался на эмбриональной стадии.
С этим доводом также трудно согласиться. Во первых,
Ницше блестяще продемонстрировал свою способность к
системному мышлению в «Г енеалогии морали», написанной
в форме длинных цепей умозаключений и, кстати, вышед
шей из корпуса «капитального труда». А, во вторых, Ниц
ше приписывается намерение, которого у него изначально
не было, а именно: создать системный труд. Он и не думал
придавать «Воле к власти» характер «системы» в общепри
нятом смысле этого термина: логически связанного, упоря
доченного изложения, построенного на цепях умозаключе
ний. Известно, с каким сарказмом относился сам Ницше к
такого рода системности. «В течение десятилетий европей
ские мыслители только о том и думали, как бы доказать что
нибудь — нынче, напротив, для нас подозрителен всякий
мыслитель, который “хочет нечто доказать”»1. Когда Ниц
ше сам говорит о желании создать свой «главный труд», то
он видит его не более системным, чем, например, «По ту
сторону добра и зла» или «Сумерки идолов». Неудивитель
но, что авторы компиляционной «Воли к власти» «пропус
тили» фрагмент, в котором Ницше предостерегает всех, и
в том числе самого себя, против рецидивов систематиза
торского мышления: «Я не доверяю любым систематикам

1
Ф. Ницше, Т. II, с. 309.




nietzsche.pmd 660 22.12.2004, 0:07
Black
[661. Николай Орбел «Ecce Liber»]

и стараюсь держаться от них подальше. Воля к системе, по
крайней мере для мыслителя, есть нечто компрометирую
щее, форма безнравственности... Быть может, заглянув в
подоплеку этой книги, кто то догадается, какого именно
систематика сама она с трудом избегает, — меня самого...»1.
Миф о том, что Ницше готовил системный труд, ско
рее создан сестрой, которая стремилась тем самым оправ
дать собственную компиляцию и представить ее как глав
ный философский труд — в отличие от разорванно фрагмен
тарных книг, опубликованных самим философом. Ей (как,
впрочем, и многим ницшеведам) казалось, что если во всех
других книгах Ницше такой общеструктурирующий прин
цип отсутствует, то в случае «Воли к власти» системность
может быть достигнута, если использовать в качестве сис
темообразующей саму идею воли к власти.
Несомненно, воля к власти — одна из самых сложных
идей в истории мировой мысли. У Колли были все основа
ния однажды восколикнуть: «Подумать только, целый век
мы бьемся над тем, чтобы проникнуть в магическую фор
мулу воли к власти…»2. Пожалуй, ни один из концептов Ниц
ше не подвергся такому каскаду толкований, как воля к вла
сти… Сущность бытия и базовый принцип полагания цен
ностей (М. Хайдеггер), иррациональный инструмент раз
рушения разума (Д. Лукач), творящая и одаривающая сила
(Ж. Делез), сущность дионисийского оргиастического энту
зиазма (Вяч. Иванов), глубинное содержание национал со
циалистической революции (А. Боймлер), биологически
расовая сила (А. Розенберг), выражение глубинных влече
ний коллективного бессознательного (К. Г. Юнг), автотера
певтическая рецептура от упадка сил (П. Слотердайк)…
Не будем множить этот ряд интерпретаций. На мой
взгляд, нельзя подходить к воле к власти как к строгому
философскому понятию. Причина того, что многие фило
софы поддались соблазну именно такого подхода, проста:
идея воли к власти является своего рода алгоритмом всех
понятий ницшеанства:
— нигилизм — самоотрицание воли к власти;

1
KSA, Bd. 12, 9[188], Bd. 13, 11[410], 18 [4].
2
G. Colli. Ecrits sur Nietzsche. P., 1996, p. 135.




nietzsche.pmd 661 22.12.2004, 0:07
Black
[662]

— ресентимент — изнанка, паралич воли к власти, не
способность к действию, а потому вынашивание мести;
— вечное возвращение — круговорот воли к власти, ее
бесчисленные, повторяющиеся конфигурации;
— Дионис — трагический символ, утверждающий пре
избыток воли к власти;
— сверхчеловек — высший носитель воли к власти как
противоположности ресентименту и духу мести;
— большая политика — столкновение мощных воль к
власти в борьбе за господство;
— переоценка всех ценностей — операциональное при
менение воли к власти как метода обработки морали и куль
туры в целом;
— восстание рабов — попытка масс реализовать свою
волю к власти, на деле оборачивающаяся мщением сильным
со стороны слабых.
Воля к власти, несомненно, самая политически заост
ренная идея. Дж. Ваттимо отмечает: «…Ницше отождеств
ляет… волю к власти в целом с течением всей истории чело
века, который, полагая оценки и схемы интерпретации, ут
верждает себя перед лицом природы, поначалу при помощи
социальных структур, которые по необходимости влекут за
собой разделение на повелевающих и повинующихся, затем
посредством освобождения отдельных личностей через их
самостоятельное созидание символов и ценностей; и толь
ко на этой второй стадии человечеству открывается путь к
овладению собой… Воля мыслится как сущность всей про
шлой и будущей истории человека»1.
Воля к власти, как видим, — стержневая идея, которая
делает ницшеанство единым концептуальным комплексом.
Поэтому Хайдеггер с полным основанием называет «мысль
Ницше о Воле к власти его единственной мыслью. Тем самым
подразумевается, что другая мысль Ницше о Вечном возвра
щении равного является как бы частью Воли к власти»1.
Воля к власти антагонистически враждебна идее Бога,
ибо люди до сих пор свою волю заменяли «волей Божьей».
Эта характеристика делает волю к власти радикально под

1
G. Vattimo. Il sojetto et la masquera. Nietzsche et il problema della
liberazione. Milano, 1999, p. 356.




nietzsche.pmd 662 22.12.2004, 0:07
Black
[663. Николай Орбел «Ecce Liber»]

рывной идеей, поскольку она нацелена против идеи Бога
как фундаментального принципа организации нашей куль
туры. Совершенно естественно поэтому воля к власти объяв
ляется преступной и вытесняется в духовное подполье.
Однако это слишком серьезная и опасная мысль, ставящая
под удар все основания нашего уклада, чтобы мы могли по
зволить себе роскошь ее игнорировать. По видимому, прав
Хайдеггер, утверждая, что воля к власти как главная мысль
Ницше принадлежит не ему, а является его наследием, ве
личайшей тяжестью и отложенной партией, завершить ко
торую смогут лишь потомки.
Природа идеи воли к власти такова, что она не явля
ется системообразующей. Она создает целостность. Поко
ления ницшеведов, стремясь увидеть систему, не замети
ли синтеза. Рамки их понимания системности в мышлении
и изложении взламывались при столкновении с ницшеанс
кой тотализирующей метасистемностью. По сути ниспро
вергатели «Воли к власти» «попались» на афористичности
мышления Ницше, в которой они усматривали его неспо
собность долго «держать мысль», мыслить системно. Имен
но афористичность мышления оборачивалась фрагментар
ным разорванным текстом.
Надо признать, что из набора афоризмов в принципе
невозможно создать логически систематический труд, хотя
за блеском каждого афоризма скрывается громадная анали
тическая работа. Дело в том, что афоризмы, представляя
собой некие целостные фрагменты, крайне резистентны
к любым попыткам «собрать» их в логическую последова
тельность. Анализируя ницшевский способ создания текста,
американский литературовед П. де Ман пишет: «Если бы
заметки Ницше пришлось преобразовывать в логическую
последовательность», то «такое предположение само по
себе кошмарно и абсурдно…»1. Действительно, если пере
вести Ницше на связанный, логико диалектический язык
в духе, например, Гегеля, то выветрится, аннигилируется
сама суть ницшеанства. Ибо Ницше мыслит иначе. Но столь
же абсурдна идея перекомпоновать тексты Платона, Кан
та или Гегеля в ницшеанско афористическом стиле. Ибо эти

1
M. Heidegger. op. cit. p. 375.




nietzsche.pmd 663 22.12.2004, 0:07
Black
[664]

мыслители мыслили в духе старой, метафизической пара
дигмы. Но коль скоро «Бог умер», то разрушается логичес
ки построенная на идее Бога картина упорядоченного ми
роздания, ведь любой текст есть структурирование мира
природы и людей. Отныне мир — разорван и эксцентричен.
Такому миру может соответствовать только децентрализо
ванная, шизофренная книга, то воспроизводя повторы слов
но в синдроме навязчивости, то несясь в разные стороны в
бешеном ритме эйфории.
И если ницшеанский текст принципиально разорван,
не означает ли это, что он имеет дело с дискретным, фраг
ментарным миром? Что целостность этого мира реализу
ется лишь как ансамбль фрагментов? Но в таком случае, не
означает ли это, что любой другой, то есть связанный текст,
представляет собой лишь нашу иллюзию, оторванную от ми
ра?.. Ницше не только не стремится создать на духовном уров
не связанность мира, нехватка которой так травмирует че
ловеческое сознание, но, напротив, выставляет напоказ
фрагментарность, разорванность мира во всей их ужасаю
щей очевидности, что, несомненно, является еще одним
подсознательным поводом к неприятию этой «не книги».
Его текст выступает как матрица, абсолютно адекватная
неупорядоченной, вихревой природе жизни во всей тоталь
ности ее становления. Текст этот можно уподобить «качаю
щейся воде», изрытой водоворотами, подводными течени
ями, неожиданными всплесками, чреватой бурями. Этот
массив разорван и при этом... целостен. Ницше уподобля
ется самой природе: он не желает быть для своего текста
Богом, все упорядочивающим и систематизирующим. Он
хочет создавать тексты как самосоздает себя природа, у ко
торой переливаются в вечной борьбе организующие и раз
рушающие начала. У книг Ницше по существу нет ни нача
ла, ни конца, их можно, за редким исключением, читать с
любого места. Он воссоздает архаическую мощь слова древ
них, когда оно уже само по себе было громоподобным. Его
цель — взрывая традиционную оболочку книги формы, вер
нуть выцветшим словам их первозданную силу, установить
с читателем ранее невиданные, а главное — более эффек

1
П. де Ман. Аллегории чтения. Екатеринбург. 1999. С. 154–155




nietzsche.pmd 664 22.12.2004, 0:07
Black
[665. Николай Орбел «Ecce Liber»]

тивные способы коммуникации. Разрывая привычные ло
гические связи, он хочет ввергнуть читателя в аффектив
ную катастрофу и тем самым сломать ставшие уже невиди
мыми и вполне привычными путы. Поначалу кажется, что
разрозненные фрагменты и обрывки носятся в стохасти
ческом движении по безбрежному и деформированному
пространству, будто космический ветер кружит первоздан
ными элементами. Но тот, кто проникнет в ницшевскую
Вселенную, увидит, как из хаоса рождаются «танцующие
звезды», как они складываются в созвездия.
Такой текст представляет собой не линию, а сотовую
сферу. Все его части взаимосвязаны друг с другом в креп
кую сетку. Классификация по рубрикам как принцип пост
роения книги носит внешний характер по отношению к
внутренней динамике текста, который весь — тугой узел,
где прочно перевязаны все линии: от космологии до воспи
тания, от критики религий до вести о новом искусстве, от
краха метафизики до идеала благородства. Здесь реализо
ван принцип фуги: все его произведения пронизывают не
сколько магистральных идей. Он осмысливает их с разных
сторон, как бы «пропевает» и «протанцовывает» каждый
раз по новому. В итоге «Воля к власти», в частности, и По
смертные фрагменты, в целом, представляют собой литера
турно философскую модель вечного возвращения. Да и как
могла быть иной книга «Воля к власти», если она адекватна
тому, что описывает. Ее дискретная, квантовая природа
больше соответствует природе нашего бытия и мышления,
чем логически последовательный «сплошной» текст. Мат
рица такой книги — не размеренные беседы прогуливаю
щихся философов, а неистовый танец дионисийских худож
ников. В этой фундаментальной черте «Воли к власти» — ее
коренное отличие практически от всех философских тек
стов (за исключением, пожалуй, лишь досократиков). Так
книги писать не принято!
Великая ирония творческого метода Ницше состоит
в том, что он мыслит целым, а выражает его фрагментами,
тогда как все мыслители метафизики от Платона до наших
современников мыслят фрагментарно, но выражают свое
мышление внешне целостным текстом. Перед нами — фи
лософский коллаж, то есть способ организации целого по




nietzsche.pmd 665 22.12.2004, 0:07
Black
[666]

средством компоновки отдельных фрагментов. По этому
поводу Ж. Делез и Ф. Гваттари отмечают: «Афоризмы Ниц
ше не опровергают линеарное единство значения только
тогда, когда отсылают к циклическому единству вечного
возвращения... Причудливая мистификация — мистифика
ция книги, тем более целостной, чем более она фрагмен
тарна»1.
При кричащей внешней бессистемности ницшеанст
во поражает своей внутренней целостностью и выверен
ностью всей идейной конструкции, крайне жесткой сцеп
кой всех его основных концепций, взаимоперетекающих
одни в другие. Наконец, самое удивительное — весь каркас
этой философии покоится на нескольких базовых идеях
стержнях, которые появились еще на заре его творчества
и определили все мышление вплоть до самого дня душев
ного коллапса.
Вот сверхкраткая выжимка ницшеанства. Крушение
трагического духа и героического Агона в античном мире,
явленные богом Дионисом, под согласованным натиском
платоновской метафизики и христианской морали. Дионис
растерзан титанами и больше не воскресает. Его воскреше
ние заменено ожиданием второго пришествия Христа. Воз
никают духовно религиозные и моральные образования,
порожденные ресентиментом рабов и нацеленные на смяг
чение этого болезненного состояния.
25 веков господства противоестественных ценностей,
калечащих человека, превратили его из благородного суще
ства в стадное, одомашненное, больное животное. Однако,
в конце концов, природное начало пробивает себе дорогу.
Наступает кризис старых механизмов снятия ресентимен
та, который отныне не в силах остановить «Плато Христос».
«Бог умирает»: повсеместно утверждаются настроения ни
гилизма, пессимизма и декаданса. Но распространение ни
гилизма — условие освобождения. Занимается новая Заря.
Заратустра начинает свою борьбу за переоценку ста
рых ценностей по ту сторону добра и зла. Формируется «боль
шая триада» метафор, обозначающих ницшеанский проект
освобождения: воля к власти, вечное возвращение, сверх

1
G. Deleuze et F. Guattari. Mille plateaux. P. 2004, p. 12–13.




nietzsche.pmd 666 22.12.2004, 0:07
Black
[667. Николай Орбел «Ecce Liber»]

человек. Грядет Великий полдень, когда солнце окажется
в зените. И в начале, и в конце этого творческого потока
стоит исполинская фигура трагического бога — Диониса.
Сам же образ этого бога, разорванного титанами и воскре
шенного гением Ницше, символизирует разорванную це
лостность ницшеанского творчества.
Вся генеалогия судьбы и творчества Ницше содержит
ся уже в его первой большой книге — «Рождение трагедии»,
этом генокоде всего ницшеанства, из которого разовьются
сквозные мегатемы его творчества. Открытие неведомого
бога — Диониса — стало тем «Большим взрывом», из которо
го родилась Вселенная его идей. Этой книгой (много лет
спустя он скажет о ней: «Сколько надо было пережить в
26 лет, чтобы написать “Рождение трагедии”») Ницше от
крывает роковой процесс развертывания своего творче
ства, призванный кульминировать в его последних текстах,
прежде всего в Посмертных фрагментах, и получить развяз
ку в ужасающем акте безумия...
Возникает ощущение, что он заранее имел сценарий
своей жизни. В принципе нет ни позднего, ни раннего, ни
срединного Ницше. Уже в самом первом своем произведе
нии он предстает как зрелый мыслитель, который знает, ку
да и за чем идет. Ницшеанство в целом поражает своим един
ством и метасистемностью. Это — единая интеллектуально
эстетическая целостность. И именно воля к власти предста
ет той магистральной, стержневой идеей, которая сбивает
хаосоподобную ницшевскую Вселенную в целостный космос.
Первым эту целостнотворную роль идеи воли к власти

<< Пред. стр.

страница 81
(всего 110)

ОГЛАВЛЕНИЕ

След. стр. >>

Copyright © Design by: Sunlight webdesign