LINEBURG


<< Пред. стр.

страница 79
(всего 110)

ОГЛАВЛЕНИЕ

След. стр. >>




nietzsche.pmd 642 22.12.2004, 0:07
Black
[643. Николай Орбел «Ecce Liber»]

щих случаях. Но для каждого великого учителя человече
ства это является мукой: он знает, что при неблагоприятном
стечении обстоятельств может стать для человечества злым
гением — так же, как мог бы стать благословением.»1.
Именно эта истина — рабы останутся рабами и их надо
держать в ярме, чтобы они своим духом мщения не отрави
ли чистые источники благородных, — самая беспощадная
стрела, выпущенная Ницше прямо в сердце современного
человечества.
Жиль Делез, анализируя ницшеанское понимание раба
как существа, охваченного реактивными силами мститель
ности, отмечает: «Стоит ли говорить, до какой степени ниц
шеанское понимание раба не означает обязательно кого то
подчиненного — по судьбе или социальному положению…»2.
Но в восприятии эпохи восстания масс ницшевское пони
мание раба, сугубо этическое — как человека одержимого
местью, — приобретало социальное измерение. Точно так
же под классом господ Ницше подразумевал не экономичес
ки или политически властвующую элиту, а касту носителей
нересентиментной культуры. Но опять же эпоха наделила
ницшеанских «господ» всеми чертами социально господ
ствующего класса. В действительности восстание рабов бы
ло направлено не на прорыв к этой культуре, а на измене
ние социально экономического расклада, олицетворяемо
го традиционным правящим классом. Свержение этого клас
са, то есть социальная революция, согласно Ницше, — совер
шенно бессмысленна, ибо лишь по видимости пытается ре
шить проблему ресентимента. На самом же деле она лишь
вводит в заблуждение, поскольку проблема лежит в иной
плоскости: в плоскости духовного усиления «группы одино
чек». Социальная революция оттого внешне кажется эффек
тивной, что направлена против господствующего экономи
чески и политически класса, который играет важнейшую
роль в навязывании всем остальным слоям культурно мо
ральных требований, освящающих и закрепляющих его гос
подство. Тем самым он выполняет биологически репрессив

1
KGB III, 1 499.
2
G. Deleuze. Preface pour l’edition americaine de «Nietzsche et la
philosophie». In: Deux regimes de fous. P. 2003. p. 189.




nietzsche.pmd 643 22.12.2004, 0:07
Black
[644]

ную функцию подчинения масс господствующим нормам (в
том числе сексуальным, трудовым и т.д.). Поэтому восстание
низших слоев против господствующего класса неизменно
сочетается с бунтом против господствующей морали, кото
рая неизбежно связывается с его системой власти. Разру
шение этих норм и запретов переживается как акт не толь
ко социального, но и биологического освобождения.
Я подхожу к центральному вопросу всего ницшеанс
кого проекта — проблеме освобождения. Как и национал
социализм, так и ницшеанство питаются одними и теми же
источниками: бунт как следствие смерти Бога, переоценка
старых ценностей, ставка на волю к власти. У них одни и те
же общие враги — нигилизм и ресентимент, которые они
хотят преодолеть. Но если для тоталитаризма речи идет
прежде всего об освобождении от этих болезней любой це
ной (в том числе через месть), то для Ницше речи идет об
освобождении не столько «от», сколько «для» — прорыва к
высокой цели, к сверхчеловеку.
Но — кто же он, ницшеанский сверхчеловек? Фюрер и
дуче? Железные дивизии штурмовиков, огненным смерчем
прошедшие по Европе? Команды СС, безжалостно сжигав
шие миллионы евреев в газовых камерах? Послушаем За
ратустру: сверхчеловек — тот, чья воля к могуществу полно
стью очистилась от ресентимента и духа мщения. Это тот,
кто могуч духом и волей настолько, чтобы не мстить. Как
радикально отличается ницшеанский сверхчеловек от то
талитарных масс, одержимых духом мести, будь то классо
вая или национальная! И как радикально отличается Ниц
ше философ освобождения и сверхчеловека от Ницше иде
олога «Вафен СС»!
Центральный пункт ницшеанской революции — осво
бождение и возвышение индивида, воссоединение его с
природой, завоевание им максимальной способности к твор
честву и одариванию. В отличие от национал социализма и
раннего коммунизма, цель Ницше — не растворение инди
вида в безликой массе, а демассификация индивида, разви
тие всех его способностей до уровня сверхчеловека. Но он
лишь на первый взгляд рупор и «возгонщик» индивидуали
стических тенденций. Его форсирование индивидуализма
имеет более высокую и тяжкую цель — преодоление инди




nietzsche.pmd 644 22.12.2004, 0:07
Black
[645. Николай Орбел «Ecce Liber»]

видуализма. Но не через регрессию на уровень стада за счет
нивелировки и деградации индивида. А, напротив, преодо
ление индивидуализма путем максимального личностного
роста человека. Задача Ницше в том, чтобы человек вырос
до масштабов Космоса. Вот его антропологическая револю
ция. Вот его проект будущего. Никак не меньше!
Ницше хотел снятия нашего фундаментального видо
вого конфликта между индивидом и коллективом через
экспансию человека до всеохватной коллективности. Тота
литаризм же растворял индивида в безликой массе, в кото
рую редуцировался и коллектив. Совершенно очевидно, что
тоталитарный человек противоположен сверхчеловеку. «То
талитарные режимы есть режимы рабов…»1.
Итак, кажется, мы пришли к отгадке одной из вели
чайших загадок Ницше: как мыслитель, не имеющий себе
равных (возможно, за исключением Достоевского) в отвер
жении всякой идеологии и политической практики раство
рения личности в мега организме коллективности, в упраз
днении индивидуальных различий, был при этом страст
ным певцом дионисийского снятия индивидуальности? Но
разгадка проста: если личность деградирует и растворяет
ся в стаде, то Ницше категорически против. Другое дело,
если речь идет о прорыве творцов к сверхсознанию сверх
человеков.
Именно этот страстный порыв Ницше к освобожде
нию до сих пор очаровывает левых теоретиков и делает
ницшеанство вполне конкурентоспособным с марксизмом.
Но это очарование длится недолго, до тех пор, пока не ста
новится ясно, что ницшеанский проект освобождения пре
дельно элитарен: Ницше исходил из того, что все люди в
принципе не могут освободиться, то есть прорваться до
уровня сверхчеловека. Структурную ситуацию целой исто
рической эпохи, когда подавляющее большинство челове
чества находилось в угнетенном и униженном состоянии,
он экстраполировал на бескрайнее будущее. Лишь немно
гие — те, кого он называл сверхлюдьми — способны прорвать
ся за пределы парадигмы ресентимента. Рабы же в лучшем

1
G. Deleuze. Preface pour l’edition americaine de «Nietzsche et la
philosophie». In: Deux regimes de fous. P. 2003. p. 189.




nietzsche.pmd 645 22.12.2004, 0:07
Black
[646]

случае способны лишь составить тоталитарное стадо существ
без свойств. Именно этот элитаризм освобождения больше
всего шокировал левых (как будто марксизм нес весть об
освобождении всех, не исключая буржуазии!)
Чем больше размышляешь об освободительной стра
тегии Ницше, тем очевидней вторичность роли жестокос
ти и насилия. Ницше по большому счету неважно, действу
ет ли человек жестоко или нет. Главное — чтобы он не дей
ствовал из мести. Философ жестокости проповедует, преж
де всего, жестокость по отношению к себе, как силу само
преодоления. Для него раб — тот, кто будет искать освобож
дения за счет другого. В этом суть низкого дионисийства.
Поэтому жестокость и насилие не могут быть инструмен
тами освобождения: тот, кто ненавидит чужую кровь или
презирает ее, не является еще индивидом, а есть нечто вро
де человеческой протоплазмы. В итоге тоталитарная прак
тика насилия дает лишь иллюзию освобождения. Плебейс
кая революция «обезьян Заратустры» на самом же деле бло
кирует действительный сброс ресентимента: только лич
ностный рост, только индивидуальное преодоление духа
мщения открывает тяжкий путь к сверхчеловечеству. Ниц
ше исходит из того, что стадом люди не пройдут по канату,
натянутому между «последними людьми» и сверхчелове
ком. Этот канат неизбежно разорвется, и те, кто шел по
нему, падут в бездну мстительности и коллективной безот
ветственности. Вместо восхождения к сверхчеловеку в без
дне их поджидают фюрер или вождь. Это чрезвычайно тон
ко подметил Николай Бердяев: «В жесткой фигуре Гитле
ра замена Бога волей к могуществу германской расы дает
другие плоды. Вокруг Гитлера собираются не аристократы
духа, как хотел Ницше, а худшие, подонки, parvenu, люди
ressentiment, дышащие злобой и местью»1.
Но не был ли сам этот мыслитель динамит «восстав
шим рабом»? Не был ли он человеком, искореженным и
раздавленным ресентиментом, против которого он взбун
товался, взяв на вооружение самые брутальные лозунги
разрушения и уничтожения? Не является ли эта глубинная
противоречивость личности мыслителя источником столь

1
Н. Бердяев. Истина и откровение. СПб., 1996, с. 178.




nietzsche.pmd 646 22.12.2004, 0:07
Black
[647. Николай Орбел «Ecce Liber»]

кричащего различия в его восприятии? И не отражает ли
эта противоречивость внутреннюю двойственность и про
тиворечивость тоталитаризмов XX века?
Возникает не вмещающееся в обычную логику проти
воречие, которое однако в ницшеанской системе коорди
нат приобретает характер целостной мысли. Фашизм есть
восстание масс, с одной стороны, спровоцированное — в
полном соответствии с Ницше — взрывом ресентимента, а
с другой — именно в силу того, что он представляет собой
восстание масс, — прямо противоречащее всей ницшевской
программе преодоления ресентимента. Хотя восстание ра
бов, казалось, опрокидывало тысячелетние уклады ненави
стной старой цивилизации, оно несло способ организации
мира, в принципе неприемлемый для Ницше. Он, певец
аристократических благородных идеалов, восстал против
этого грядущего восстания рабов, ибо для него прорыв к
иной цивилизации — дело не «стада», а немногих сверхче
ловеков. В ницшеанстве таким образом существуют как бы
два Диониса, два дионисизма. С одной стороны, низовой
дионисизм толпы, в которой, деградируя, растворяется ин
дивид. С другой — высший дионисизм, в котором личность
полностью реализует себя, преодолевает в себе дух мсти
тельности и ненависти, поднимаясь тем самым до сверхче
ловечества.
Безудержная беспощадная критика Вагнера как раз
питалась отвращением Ницше перед «социалистическим»
Дионисом. Именно вагнерианство представляет собой, по
Ницше, культурную бациллу, которая привела к эпидемии
национализма. И именно в отношении к Вагнеру очевидна
противоположность Ницше и Гитлера.
Ницше заранее знал об экзистенциальном поражении
первого Диониса. Понимая, что восстание масс было на
правлено против уклада угнетения и репрессивной моде
ли культуры, он в принципе не верил в их способность пе
рестроить биополитические и биоэкономические структу
ры бытия. Он знал, что массы после кровавых неистовств
будут вновь загнаны в подполье жизни, а их ресентимент в
итоге возрастет на порядки. Ведь как только массы побеж
дают (и в этом вся ирония истории), их победа оборачива
ется разгромным поражением. Будучи восстанием самых




nietzsche.pmd 647 22.12.2004, 0:07
Black
[648]

униженных народных слоев против комплекса ресентимен
та, порожденного неравенством, тоталитарный режим ут
верждает еще более страшное неравенство. Это «неравен
ство навсегда» (по выражению Гитлера) настолько однознач
но и бесповоротно, что исключает всякое сопоставление
неравных друг с другом, всякие оценки и самооценки. То
талитаризм устанавливает столь жесткую иерархию, какая
возможна только в мире природы. «Фашизм… утверждает,
что неравенство неизбежно, благотворно и благодеятель
но для людей, которые не могут быть уравнены механичес
ким и внешним фактом, каковым является всеобщее голо
сование»1, — пишет самый «верный ученик» Заратустры —
Бенито Муссолини. Итак, рабы никогда не перестанут быть
рабами, а значит… рабы нужны. Именно такого безогово
рочного неравенства, исключающего недовольство рабов,
требует и сам Ницше, полностью смыкаясь в этом пункте
со своими тоталитарными узурпаторами. Как верно отме
чает Т. Адорно, «само преодоление [ресентимента и ниги
лизма — Н.О.] Ницше мыслил совсем по другому, но, тем не
менее, стал поставщиком всех нужных фашизму слов»2.
Итак, я хочу еще раз подчеркнуть эту не укладываю
щуюся в обычную логику двойственность ницшеанства как
раннего предчувствия и теоретически адекватного описа
ния практики как правого, национального (фашистского),
так и левого, социального (социалистического) тоталита
ризмов. Причем отношение к этой практике в обоих ее
вариантах у самого Ницше крайне враждебное: рабов надо
держать в узде и не дать им восстать. Их воля к власти дол
жна быть подавлена волей к власти господ. В этом вопросе
Ницше однозначен: всякая коллективистская практика эк
спансии воли к власти «рабов» лишь внешне кажется дио
нисийской, на деле же ведет к триумфу «стада» и стадных
инстинктов, к самой чудовищной уравниловке и деграда
ции. Восстание масс оборачивается коллапсом воли к влас
ти, и рано или поздно на месте этой воронки возникают
«демократические» режимы, сверху донизу пронизанные
торгашеским духом. Такое «нормальное» капиталистическое

1
Б. Муссолини. «Триасъ», с. 30.
2
Т. Адорно. Негативная диалектика.М., 2003, с. 339.




nietzsche.pmd 648 22.12.2004, 0:07
Black
[649. Николай Орбел «Ecce Liber»]

общество Ницше назвал «самым вульгарным временем» в
истории.
Эта взрывающая обычную логику классового противо
стояния двойственность ницшеанства в полной мере про
явилась в «Воле к власти». С одной стороны, эта книга ста
ла пламенным манифестом восстания масс, захлебывающих
ся ресентиментом, с другой — она явилась не менее страст
ным предупреждением против такого восстания. Как фа
шистские, так и либеральные интерпретаторы — за исклю
чением практически единиц — увидели в этой книге лишь
ее первую, устрашающе жестокую, ипостась и прошли мимо
ее взвинченно антитоталитарного пафоса. И в самом деле
Ницше одновременно пламенный глашатай и смертельный
враг фашизма. Фашиствующий антифашист?! Надо признать:
да, таковы структуры ницшевского мышления, продуциру
ющие исключающие друг друга посылы. Никто так глубин
но не был близок и никто так радикально не противостоял
III Рейху, как Фридрих Вильгельм Ницше. Можно только
удивляться тем расколам и безднам, который носил в себе
этот человек!
Для приспособления к своим нуждам нацизм радика
лизировал и гипертрофировал наиболее смертноносные,
ужасающие — с точки зрения современных либерально де
мократических ценностей — тенденции ницшеанства. Бы
ли использованы разнообразные интеллектуальные проце
дуры для того, чтобы канализировать энергию ницшеанства
в свое русло и овладеть им: от выборочной редактуры, со
кращения, жесткой адаптации до догматической абсолюти
зации.
В теоретическом плане решающую роль при этом сыг
рал Боймлер, назначенный фюрером заведующим кафед
рой Берлинского университета. Его книга «Ницше как фи
лософ и политик», а также осуществленное им массовое
издание «Воли к власти» (в версии 1906 года) привели к ги
пертрофии «волевластных конструкций» в ущерб другим
концептам, особенно — вечного возвращения, которое, по
мнению Боймлера, противоречит воле к власти как сути
становления. Он же прилагал немалые усилия, чтобы при
мирить индивидуалистический пафос и аристократическое
презрение Ницше к «стаду», коллективистско массовой при




nietzsche.pmd 649 22.12.2004, 0:07
Black
[650]

роде нацизма. Он подчеркивал, что движущей силой Боль
шой Политики является осуществление воли к власти, «ко
торая… взрывается не только в душе индивида, но также в
униженных классах народа»1.
Восприятию Ницше как протофашисткого идеолога и
«Воли к власти» как «библии фашизма» способствовало то,
что из всех конструкций Ницше именно концепцию воли к
власти фашисты догматически использовали в наибольшей
мере как системообразующую для своей идеологии. На это
обстоятельство проницательно указывает итальянский фи
лософ Дж. Ваттимо: «… У истоков ницшеанской доктрины
о необходимости касты господ, повелевающей кастой ра
бов, стоит метафизическое окостенение доктрины воли к
власти и вынесение за скобки проблемы освобождения,
которая… достигла своего апогея в “Заратустре”»2. Именно
метафизическая догматизация концепции воли к власти —
чего, как мы увидим дальше, так боялся Ницше — сделала
возможным фагоцитоз значительной части его идейного
ареала фашизмом. В известном смысле сам Ницше и его на
следие стали жертвой национал социализма.
Однако нацистским идеологам приходилось непрос
то. Неистовая динамика ницшеанского драйва сносила все
приспособления, с помощью которых нацизм пытался овла
деть этим идейным взрывом. Дело в том, что ницшеанство
внутренне совершенно антидогматично, во первых, пото
му что все его элементы уравновешены другими и потому
не поддаются абсолютизации, а во вторых, переоценка всех
ценностей, дух становления, пронизывающие ницшеанст
во, подрывают всякое окостенение: дух отрицания приоб
ретает тотальный характер. И, главное, в третьих, принци
пиально противоречивое, непоследовательное, оно и не да
ет охватить себя сетями однозначности, чреватой — в пре
дельном варианте — догматизацией. В истории мировой мыс
ли трудно найти другую философию, которая в силу своей
вихреобразной, раскаленной структуры была бы столь рези

1
A. Baeumler. Nietzsche als Philosoph und Politiker. Leipzig, 1931,
S. 171–172.
2
G. Vattimo. Il sojetto e la masquera. Nietzsche e il problema
di liberazione. Milano 1999, p. 369.




nietzsche.pmd 650 22.12.2004, 0:07
Black
[651. Николай Орбел «Ecce Liber»]

стентна к догматизации, то есть к однобокому охлаждению

<< Пред. стр.

страница 79
(всего 110)

ОГЛАВЛЕНИЕ

След. стр. >>

Copyright © Design by: Sunlight webdesign