LINEBURG


<< Пред. стр.

страница 30
(всего 110)

ОГЛАВЛЕНИЕ

След. стр. >>

На этом я строю (и всегда строил) все мои надежды на не 242
мецкий дух!

420. Я никого не хочу склонять на сторону философии —
необходимо, а может быть даже и желательно, чтобы фило
соф был редким растением. Ничто мне так не противно, как
дидактическое славословие философии, например, у Сене
ки или даже у Цицерона. Философия имеет мало общего с
добродетелью. Да позволено мне будет сказать, что и уче
ный есть нечто, в корне отличное от философа. Чего я же
лаю, так это того, чтобы истинное понятие о философе не
исчезло окончательно в Германии. А то в ней слишком много
половинчатых натур всякого рода, которые готовы скрыть
свое уродство под этим почтенным наименованием.

421. Я должен создать идеал философа, наиболее трудный для
достижения. Ученьем тут не возьмешь! Ученый — стадное жи
вотное в царстве познания. Он занимается исследования
ми, потому что ему так велено и потому что он видел, что
до него так поступали.

422. Предрассудки относительно философов. Смешение с
человеком науки. Как будто ценности скрыты в вещах и все
дело только в том, чтобы овладеть ими! В какой мере фило
софы в своих исследованиях находятся под влиянием уста
новившихся оценок (ненависть к видимости, телу и т. д.). На
пример, Шопенгауэр в его отношении к морали (его на
смешки над утилитаризмом). Наконец, смешение доходит
до того, что и дарвинизм принимают за философскую сис
тему — теперь господство на стороне человека науки. Фран
цузы, как Тэн, также делают изыскания, или думают, что
делают изыскания, не имея еще надлежащих мерил оцен
ки. Преклонение перед «фактами» — своего рода культ. В
действительности же они уничтожают наличные оценки.
Объяснение этого недоразумения. Повелевающий есть
редкое явление; он не понимает самого себя. Хотят непре
менно отклонить от себя авторитет и перенести его на внеш
ние условия. В Германии ценили критика только в прошлом;
он относится к истории нарождающейся мужественности.
Лессинг и т. д. (Наполеон о Гете). В действительности, благо
даря романтике, это движение свелось к нулю; и вся слава




nietzsche.pmd 242 22.12.2004, 0:06
Black
немецкой философии основана на этом романтизме, слов
243
но им устранена опасность скепсиса и вера стала при помо
щи его доказуемой. В Гегеле обе тенденции достигают свое
критика прежних высших ценностей




го кульминационного пункта: в сущности, он обобщает факт
немецкой критики и факт немецкой романтики — своего
рода диалектический фатализм, но в области духа, факти
чески же подчинение философа действительности. Критик
только подготовляет,— не более!
С Шопенгауэром начинает мерцать сознание, что зада
ча философа сводится к определению ценности — но все еще
под влиянием эвдемонизма. Идеал пессимизма.

423. Теория и практика. Роковое разграничение, как будто
существует особое познавательное стремление, которое без
всякого отношения к вопросам пользы и вреда стремглав
несется к истине. А рядом — оторванный от него целый мир
практических интересов…
Я, со своей стороны, напротив, стремлюсь показать, ка
кие инстинкты действовали за кулисами у всех этих чистых
теоретиков, как они все, под влиянием своих инстинктов,
роковым образом тяготели к чему то, что для них было «ис
тиной», для них, и только для них. Борьба систем, не исклю
чая и гносеологического скептицизма, является борьбой
вполне определенных инстинктов (формы жизнеспособно
сти, упадка, сословий, рас и т. д.).
Так называемое познавательное стремление сводится к
стремлению к захвату и одолению; под влиянием этого стрем
ления шло развитие чувств, памяти, инстинктов и т. д. Воз
можно быстрая редукция явлений, экономия, накопление
приобретенных сокровищ познания (т. е. освоенный и под
ручный мир)…
Мораль потому то и есть такая курьезная наука, что она
в высшей степени практична, так что чисто познаватель
ная точка зрения, научная добросовестность тотчас же при
носятся в жертву, едва только мораль потребует своих отве
тов. Мораль говорит: мне нужны некоторые ответы — осно
вания и аргументы; сомнения могут возникнуть потом или
не возникнуть вовсе, не в этом дело.
«Как следует поступать?» Если при этом принять в со
ображение, что речь идет о властном, достигшем развития
типе, который «поступал» бесконечные тысячелетия, и что




nietzsche.pmd 243 22.12.2004, 0:06
Black
все превратилось в инстинкт, целесообразность, автома 244
тизм, фатальность, то настоятельность этой моральной про
блемы выступает в довольно комическом виде.
«Как следует поступать?» Мораль всегда представляла
собою недоразумение: в действительности, известный вид,
которому врождено роковым образом действовать так, а не
иначе, желал лишь оправдать себя, декретируя свои нормы в
качестве универсальных…
Вопрос «как следует поступать?» есть не причина, но дей
ствие. Мораль следует за чем то, идеал приходит под конец.
С другой стороны, возникновение моральных сомне
ний (другими словами — осознание ценностей, которыми ру
ководствуются) является симптомом какой то болезни. Силь
ные эпохи и народы чужды рефлексии относительно свое
го права, принципов действия, инстинктов и разума. Осоз
нание служит показателем того, что настоящая мораль, т. е.
инстинктивная уверенность пошла к черту… Моралисты,
как это всегда бывает при создании нового миропонимания,
являются симптомами порчи, обеднения, дезорганизации.
Люди глубоких инстинктов остерегаются логизировать свои
обязанности. Среди них встречаются и пирронистические
противники диалектики и познаваемости вообще… Добро
детель опровергается, если спрашивать «зачем»…
Тезис: Выступление моралистов совпадает с теми эпо
хами, когда мораль клонится к упадку.
Тезис: Моралист является разрушителем моральных ин
стинктов, сколько бы он ни считал себя их восстановителем.
Тезис: То, что фактически толкает моралиста, является
не моральными инстинктами, а инстинктами декаданса, об
леченными в формулы морали (неустойчивость инстинк
та он воспринимает как порчу нравов).
Тезис: Инстинкты декаданса, при помощи которых мо
ралисты стремятся преодолеть моральные инстинкты силь
ных рас и эпох, суть:
1) инстинкты слабых и неудачников;
2) инстинкты исключительных натур, отшельников,
отделившихся, abortus’a1 в высоком и малом;
3) инстинкты хронически страждущих, которым нуж
но выставить свое состояние в благородном свете и кото

1
выкидыша (лат.).




nietzsche.pmd 244 22.12.2004, 0:06
Black
рые потому всего меньше имеют возможность быть физио
245
логами.
критика прежних высших ценностей




424. [Тартюфство научности.] Не следует напускать на себя
научность, когда еще не наступила пора быть научным; но
и настоящий исследователь должен освободиться от тще
славия выставлять напоказ нечто вроде методы, которой
время, в сущности, еще не пришло. Точно так же не должен
он, посредством неправильного подбора дедукций и диа
лектики, «подделывать» вещи и мысли, к которым он при
шел иным путем. Так фальсифицирует Кант в своей «мора
ли» внутренне присущую ему психологическую склонность;
более близким примером может служить этика Герберта
Спенсера. Не следует скрывать и искажать факты, показы
вающие, каким образом наши мысли пришли нам в голову.
Глубочайшие и неиссякаемые по своему содержанию книги
всегда будут иметь нечто афористическое и носить какой
то характер внезапности, вроде «Мыслей» Паскаля. Движу
щие силы и оценки долго живут под спудом; то, что показы
вается наружу, является уже результатом.
Я борюсь против всех видов тартюфства лженаучности:
1) по отношению к изложению, если оно не соответству
ет генезису мыслей;
2) в притязаниях на методы, которые, быть может, при
данном состоянии науки не могут даже найти применения;
3) в притязаниях на объективность, на холодную безлич
ность, в тех случаях, когда, как это имеет место и при вся
ких оценках, мы, в сущности, в двух словах рассказываем
лишь о себе, о своих внутренних переживаниях. Бывают
комические виды тщеславия, как, например, у Сент Бева,
который всю свою жизнь выходил из себя из за того, что не
мог не проявить то тут, то там неподдельной горячности и
страстности в различных «за» и «против», и все время ста
рался обмануть на этот счет других.

425. «Объективность» у философа: моральный индиффе
рентизм по отношению к себе, слепота по отношению к хо
рошим и плохим результатам: необдуманность в употребле
нии опасных средств; извращенность и разносторонность
характера как преимущество, разгаданное и обращенное
философом себе на пользу.




nietzsche.pmd 245 22.12.2004, 0:06
Black
Мое крайнее равнодушие к самому себе. Я не хочу из 246
влекать никакой выгоды из моего познания и не уклоняюсь
также от тех последствий, которые оно влечет за собой,
включая и то, что можно было бы назвать испорченностью
характера. Эта перспектива меня не трогает: я утилизирую
свой характер, но меньше всего забочусь о том, чтобы по
нять его или изменить его — спекулировать на личной доб
родетели ни на мгновение не приходило мне в голову. Мне
кажется, что врата познания закроются, лишь только при
мешь близко к сердцу свое личное дело или еще пожалуй
«спасение своей души»!.. Не нужно придавать слишком важ
ного значения своей нравственности и не отказываться от
скромного права на ее противоположность…
При этом, быть может, предполагается наличность уна
следованных моральных богатств; кажется, что можно значи
тельную часть их расточить, выбросить в окошко, не став
от этого много беднее. Никогда не чувствовать при этом
искушения удивляться «прекрасным душам»; постоянно со
знавать, что стоишь выше их. Относиться с внутренней
насмешкой к чудовищам добродетели; deniaiser la vertu1 —
тайное удовольствие.
Вращаться вокруг самого себя. Никакого желания сде
латься «лучшим» или даже вообще «иным». Быть слишком
своекорыстным, чтобы не расставлять вещам силков или
сетей всякого рода морали.

426. К психологии психолога. Психологи в том виде, в ка
ком они могли появиться только начиная с XIX столетия:
они уже не те наймиты, которые не видят дальше трех че
тырех шагов и почти довольны, когда могут рыться в себе
самих. У нас — психологов будущего — мало охоты к самона
блюдению. Мы считаем почти что признаком вырождения,
когда орудие стремится «познать само себя»; мы — орудия
познания, и нам следует обладать всей наивностью и точно
стью инструмента, следовательно, мы не должны анализи
ровать себя, «познавать» себя. Первый признак инстинкта
самосохранения у великого психолога — он никогда не ищет
себя. Для себя у него нет ни глаза, ни интереса, ни любопыт
ства… Великий эгоизм нашей господствующей воли требу

1
поучать добродетели (фр.).




nietzsche.pmd 246 22.12.2004, 0:06
Black
ет от нас того, чтобы мы закрывали глаза перед самими
247
собой, чтобы мы являлись «сверхличными», «desinteresses»1,
«объективными»! О, в какой крайней степени мы представ
критика прежних высших ценностей




ляем прямую противоположность этому!
Мы не Паскали, мы не особенно заинтересованы в «спа
сении души», в собственном счастье, в собственной добро
детели. У нас нет достаточно ни времени, ни любопытства
так возиться с самими собою. Если вникнуть глубже, вопрос
заключается еще в чем то другом: мы не доверяем созерцате
лям собственного пупка, потому что самонаблюдение явля
ется для нас формой вырождения психологического гения,
знаком вопроса над инстинктом психолога; точно так же
должен считаться вырождающимся глаз живописца, за ко
торым стоит воля смотреть ради того, чтобы смотреть.


[2. К критике греческой философии]

427. Выступления греческих философов после Сократа об
наруживают симптомы декаданса. Антиэллинские инстинк
ты берут верх…
Еще вполне эллином является «софист», причисляя сю
да Анаксагора, Демокрита, великих ионийцев — но в каче
стве уже переходной формы. «Полис» теряет свою веру в
исключительность своей культуры, в свое право господства
над всяким другим полисом… Происходит обмен культур,
то есть «богов», при этом утрачивается вера в исключитель
ное первенство dei autochtoni2. Добро и зло различного про
исхождения смешиваются. Граница между добром и злом
стирается… Таков «софист»…
«Философ», напротив, олицетворяет собою реакцию. Он
— приверженец старых добродетелей. Он видит причины
упадка в упадке учреждений, он на стороне старых учрежде
ний, он видит упадок в упадке авторитета; он ищет новых
авторитетов (поездки за границу, чужие литературы, экзоти
ческие религии); он тяготеет к идеальному полису, после того
как понятие «полис» себя пережило (приблизительно так,
как евреи сохранились как «народ» именно после потери не

1
бескорыстными (фр.).
2
автохтонных богов (лат. из греч.).




nietzsche.pmd 247 22.12.2004, 0:06
Black
зависимости). Он интересуется всеми тиранами, он хочет 248
восстановить добродетель при помощи force majeure1.
Постепенно все действительно эллинское привлекается
к ответу за упадок (и Платон проявляет точно ту же небла
годарность к Периклу, Гомеру, трагедии, риторике, как про
роки к Давиду и Саулу). Падение Греции было истолковано как
аргумент против основ эллинской культуры — коренное заблуж
дение философов. Вывод: греческий мир гибнет. Причина — Го
мер, миф, античная нравственность и т. д.
Антиэллинское развитие философских оценок: египет
ская («жизнь после смерти» как суд…); семитическая («досто
инство мудреца», «старейшина»); пифагорейская (культ под
земного, молчание, потусторонние средства устрашения);
математика (религиозная оценка, своего рода общение с
космическим целым — жреческое, аскетическое, трансцен
дентное); диалектика (мне думается, что отвратительная,
педантическая возня с понятиями имеет место уже у Пла
тона?). Падение хорошего вкуса в сфере духовного: уже не
ощущается безобразия и шумихи всей чистой диалектики.
Оба крайних движения декаданса происходят парал
лельно: а) роскошный, очаровательно злобный, любящий
блеск и искусство декаданс и b) омрачение религиозно мо
рального пафоса, стоическое самообуздание, платоновская
клевета на чувства, подготовление почвы для христианства.

428. До какой степени может развратить психолога мо
ральная идиосинкразия! Никто из древних философов не
отваживался на теорию «несвободной воли» (то есть, тео
рию, отрицающую мораль). Никто не имел мужества опре
делить сущность наслаждения, всякого рода наслаждения
(«счастья») как чувство мощи, ибо наслаждение мощью счи
талось безнравственным. Никто не имел мужества понять
добродетель как следствие безнравственности (воли к мощи)
на службе роду (расе или полису) потому, что воля к мощи
считалась безнравственной.
На всем протяжении истории развития морали мы не
встретим истины. Все элементарные понятия, которыми
тут оперируют — фикции; все психологические данные, на
которые опираются — «подделки»; все формы логики, на

1
непреодолимых обстоятельств (фр.).




nietzsche.pmd 248 22.12.2004, 0:06
Black
сильно привлекаемые в это царство лжи — софизмы. Что
249
особенно характерно для самих философов моралистов, это
полное отсутствие какой бы то ни было интеллектуальной
критика прежних высших ценностей




чистоплотности и выдержки. «Прекрасные чувства» для
них — аргументы. Их «высоко вздымающаяся грудь» кажется
им раздувальными мехами божества… Моральная филосо
фия — это скабрезный период в истории духа.
Вот первый великий пример: под флагом морали, под
патронатом морали совершено неслыханное безобразие,
подлинный декаданс во всех отношениях. Нельзя достаточ
но настаивать на том факте, что великие греческие фило
софы не только были представителями декаданса в области
всех сильных сторон греческого духа, но и заражали им совре
менников… Эта совершенно абстрактно построенная «доб
родетель» была величайшим искушением превратить само
го себя в абстракцию, то есть утратить все связи.
Момент весьма интересный. Софисты близко подхо
дят к критике морали, к первому прозрению в вопросах мора
ли: они сопоставляют ряды моральных суждений (их мест
ную обусловленность); они дают понять, что каждая мораль
может быть диалектически оправдана, то есть, что всякое
обоснование морали по необходимости должно быть софис
тическим — положение, которое нашло затем свое подтвер
ждение в самом широком смысле во всей античной фило
софии, начиная с Платона (до Канта): они провозгласили ту
основную истину, что не существует «морали в себе», «до
бра в себе», что говорить об истине в этой области — про
сто надувательство.
Куда девалась тогда интеллектуальная добросовестность?
Греческая культура софистов целиком выросла в почве
греческих инстинктов. Она связана с культурой периклов
ского периода так же необходимо, как Платон с ней не свя
зан; она имеет своих предшественников в лице Гераклита,
Демокрита, в научных типах древней философии; она нахо
дит свое выражение, например, в высокой культуре Фуки
дида. И она в конце концов оказалась права: всякий шаг впе
ред в сфере гносеологии и морали воскрешает софистов…
Наш современный образ мысли в высокой степени герак
литовский, демокритовский, протагоровский… достаточ
но было бы сказать протагоровский — ибо Протагор объеди
нил в себе обоих — Гераклита и Демокрита.


<< Пред. стр.

страница 30
(всего 110)

ОГЛАВЛЕНИЕ

След. стр. >>

Copyright © Design by: Sunlight webdesign