LINEBURG


<< Пред. стр.

страница 2
(всего 9)

ОГЛАВЛЕНИЕ

След. стр. >>

Второй прочитывается/когда обращаешь внимание на характеристику божественного в человеке. Во-первых, желание Бога есть абсолютная исполняемость. Следовательно, можно надеяться как на исполнение задуманного, на то, что нет преград и препятствий замыслу, так и на то, что исполнительность и послушание - это
52

божественное качество. А указание на то, что "желать и выполнять - одновременные качества", заставляет думать о скоростях, доступных разве что мысли. Этим отчасти объясняется пиетет перед силой, властью и мощью мысли.
Есть и еще одно достаточно простое, но бытийственно значимое указание. "Сущность не могла бы познать всех вещей, не будучи окружена миром". Отсюда следует принятие мира. Нельзя отделяться от мира, необходимо находиться в его окружении и познавать. Мир есть проявление Бога, как синонима Абсолюта, мир исходит из него. В разнообразии форм скрыто его единство, под видом разных имен и образов, в которых Бог исчезает, Бог и содержится. Следовательно, уже здесь возникает проблема распознать за миром явлений сущность, которая проявляется посредством явлений, не будучи отож-дествима с ними. Подобные рассуждения, имплицитно содержащиеся в положениях "Священной книги Тога", найдут себе пристанище во всей дальнейшей европейской философии.
При объяснении природы человека обратимся к следующему фрагменту, приписываемому Трисмегисту." Человек сделан подобием мира. По воле Отца он награжден мудростью больше других земных существ; через свои чувства он находится в общении со Вторым Богом, через свою мысль с Первым. В одном он утверждается как тварь, в Другом как нетварный сущий, Разум и Добро. Пойми, что мир исходит из Бога и существует в Боге, что человек исходит из мира и существует в мире. Принципы, Совершенство Прообраза и Незыблемость всех вещей есть Бог"19.
В человеке сосредоточены и мудрость, и чувства, и, видимо, не следует отказываться ни от одной из этих частей, но лишь иметь в виду, что есть первое (мудрость, добро), а что - второе (чувства). Принципы и незыблемость, а также совершенство Прообраза названы Богом, В этом присутствует хоть неявное, но определение Бога, которого не в состоянии понять ни одна из наших мыслей и не в состоянии определить никакой язык. Поэтому дальнейший анализ "Священной книги Тота" приводит к необходимости использования символического языка 78 арканов, описание которых дает представление о глубинных связях
53

Абсолюта, процессов окружающего мира и внутренних помыслов человека.
Проблема текстуального совпадения "Священной книги Тота" и "Изумрудной скрижали" Гермеса останется вечной проблемой, хотя предание закрепляет за ними теснейшую родственную связь. Библиографические источники объявляют "Изумрудную скрижаль" Гермеса первым и основным произведением герметизма.
Как отмечает В. Л. Рабинович, согласно преданию, по повелению Александра Македонского на могиле Гермеса Трижды Величайшего, легендарного основателя алхимического искусства, начертаны тринадцать заповедей его "Изумрудной скрижали". Это священный материал, из которого столько веков строило себя здание герметического мира20.
"Изумрудная скрижаль" состоит из кратких изречений, понимание содержания которых требует весьма глубинного погружения в текст. Она открывается словами: "Правильно, верно без лжи и несомненно истинно". Это изречение комментируют с указанием на метод познания, состоящий из трех этапов. "Правильно" - означает получение информации от органов чувств, достижение достоверных чувственных восприятий, указывает на мир физический.
"Верно без лжи" - выделение истинной части этой информации в результате мыслительной активности, говорит о мире ментальном. "Несомненно истинно" - окончательная верификация полученного знания путем обращения к Богу, в акте мистической практики. Интуитивное прочувствование соразмерности полученного результата с общим потоком движения Космоса говорит об астральном мире явлений21.
В качестве основного метода в "Изумрудной скрижали" устанавливается метод аналогии. Вот и в данном случае анализируемое высказывание воспринимается по аналогии с известными нам ступенями познания. От живого созерцания к понятию и от него к практике - таков путь истины. В данном контексте речь идет не о практике как чувственно-предметной деятельности, а о практике иного рода: практике откровения, практике очевидности. Тем не менее подобная аналогия возможна.
54

Тема 4. ПОНЯТИЕ ГЕРМЕТИЧЕСКОЙ ФИЛОСОФИИ И ЕЕ СОСТАВЛЯЮЩИХ
"Популярная герметика" и "ученая герметика". - Герметика как собрание теософски-оккультных текстов 2-3 вв. - Проблема сотворения мира духом как центральный вопрос герметизма. - Трактат "Пимандр". - Космогоническая картина и ступени эманации верховного ума-логоса. - Многомерный мир герметики. - Семь принципов организации Вселенной: принцип мен-тализма, соответствия, вибрации, полярности, ритма, причин и следствий, пола. - Энергийный характер герметизма. - "Слово сильнее оружия". - Испытания посвящения. - Адепты и профаны. - Герметизм человеческой души. - Герметические аксиомы.
Собрание теософско-оккультных сочинений 2 и 3 вв. н.э. в форме диалогов, считавшихся откровениями бога Гермеса, получили название герметика. Энциклопедические источники свидетельствуют, что они написаны в назидательно-проповеднической форме и представляют собой смесь гностических греческих, еврейских и египетских религиозных идей.
Центральной проблемой является проблема сотворения мира духом, к ней примыкает проблема падения души и ее избавление. Сочинения герметизма написаны на греческом, латинском, коптском и других языках. Герметизм подразделяется на "популярный герметизм" (3 в. до н.э. - 3 в. н.э.), который включает в себя трактаты по астрологии, алхимии, магии и оккультным наукам, и "ученый герметизм" (2-3 в. н.э.). В ученом герметизме содержатся трактаты, в которых сталкиваются две противоречивые тенденции: оптимистически-пантеистическая (трактаты 5,8,9) и пессимистически-гностическая (трактаты 1,4,6,7,13). Первый трактат "Пимандр" ("Пой-мандр") представляет собой наиболее связное изложение герметизма22. Ученый герметизм включает в себя теологию, космологию,
55

антропологию, сотериологию (учение о спасении) и эсхатологию (учение о конце света). Таким образом, в герметизме можно обнаружить все важнейшие разделы, которые впоследствии найдут свою разработку в философии, и что парадоксальнее всего, отзвуки и частичное доказательство в науке. Например, постулат, используемый Бруно, а также Коперником о том, что Земля есть некоторый организм, части которого вынуждены двигаться вместе со всем целым, по свидетельству П.Фейерабенда, мог быть взят из Discourse of Hermes to Tot. Коперник однажды упоминает Гермеса Трисмегиста, обсуждая положение солнца: "Однако в центре покоится солнце ... которое Трисмегист называет видимым Богом" 23. Тем самым уже в герметизме мы сталкиваемся с совершенно правильным восприятием гелиоцентрической Вселенной, которое основывается на весьма отличной от научно-рациональной (в современном смысле этого слова) аргументации. Однако для обоснования гелиоцентричности Вселенной греческой и европейской цивилизации потребовался длительный, исчисляемый веками и множеством заблуждений путь.
Космогоническая картина, которую можно реконструировать в герметике, такова. В качестве начала признается божественный свет, или верховный ум. Затем появляется мрак (или материя), "страшный и угрюмый, скрученный спиралью и подобный змее". В результате первой эманации верховного ума-логоса происходит разделение естества на четыре элемента. Вторая эманация творит из огня и воздуха семь небесных сфер. Затем совокупными усилиями божества и логоса созидается весь космос. Третья эманация верховного ума - первочеловек ("антро-пос"), соединением которого с природой объясняется происхождение человека. Поэтому человек двойственен, он бессмертен благодаря душе и уму, унаследованным от ан-тропос. Но он также смертен благодаря телу, полученному от дольней природы. После смерти душа проходит через семь небесных сфер и очищается, оставляя в каждой
56

из них чужеродные наросты (влечение, кичливость, наглость, сребролюбие и т.д.).
Ссылки на эманацию как необходимую ступень созидания сущего говорят об энергийном характере герметизма. Эманация предполагает переход от высшего к низшему. Сам термин означает выхождение или истечение. Мир помещается в творчески-текучее состояние. Энергия выражает внешним способом то, что является внутренним содержанием. Энергизм, преобразованный в учение об эма-нациях, как раз и обнаруживает новые и новые сферы мироздания.
Божественный свет, взятый как изначальное (он же верховный ум), показывает, сколь сильна зрительная, световая сторона герметики. Ум - дух (мышление) объединяется со светом. Видимо, отсюда и необходимость посвящения, и процесс освящения. Свету и освящению противостоит мрак - грубая земная материя и злобная тьма. Таким образом, учение признает, что на свете есть тьма.
Многомерный мир герметического учения включает в себя семь принципов организации Вселенной и семь планов бытия человека.
Первый принцип гласит : "Все есть мысль", а следовательно, Вселенная устроена разумно и именно разумность реализуется при взаимодействии всех планов бытия. Неразумие есть отклонение. Человеку надлежит учиться извлекать искру божественной мысли из любого предмета. Этот принцип назван принципом ментализма. Он объясняет действенную природу Энергии, Силы и Материи, а также то, что они подчиняются Мастерству Разума. Но если Вселенная мысляща по своей природе, тогда ментальная трансмутация в состоянии изменить как душевное состояние, так и условия Вселенной. Многие ученики и практики современной ментальной науки знают, что каждое материальное условие, зависящее от разума других людей, может быть изменено или преобразовано при условии сильного желания
57

и изучения изменившихся условий жизни, желаемых данным лицом24.
"Все" понимается как все то, что реально существует, как нечто бесконечное. Нет ничего, что могло бы поставить ему границу, ограничить его. Оно бесконечно во времени, повсюду витает и разлито в пространстве без прерывов и разрывов.
Личностно значимое следствие данного герметического принципа формулируется следующим образом. Не чувствуйте себя в опасности и ничего не бойтесь. Вы находитесь в Океане Бесконечного Разума Всего. Этот мир покоя, счастья и безопасности осуществится, когда мы в определенный момент его достигнем.
Второй принцип - принцип подобия. Человек, как микрокосм, подобен макрокосму (Вселенной), он выражен формулой: "Что наверху, то внизу". Этот принцип позволяет преодолеть препятствия, которые скрывают от нас неизвестное. Он говорит о том, что всегда существуют соответствия между разными планами бытия.
В объемном сочинении Агриппы Philosophia occulta известному принципу: как высшее влияет на низшее, так и низшее влияет на высшее, только в меньшей степени, - уделено значительное внимание. Этот принцип получает дальнейшую разработку. В 1 главе говорится: "Мир имеет троякий характер: стихийный, небесный и интеллектуальный. Все низшее управляется высшим и от него получает свою силу. Поэтому магики исследуют силы стихийного мира путем разных сочетаний естественных вещей и, кроме того, присоединяют к ним небесные силы. Мы можем пользоваться не только имеющимися у нас силами обыкновенных вещей, но и можем привлекать к себе из высших миров новые силы"25.
Скрытые свойства, получаемые вещами от мировой души через посредство звездных лучей, могут быть найдены лишь путем догадки и опыта. Тот, кто хочет исследовать, должен прежде всего знать, что всякая вещь тяготеет к себе
58

подобной и всем своим существом притягивает к себе подобную. Все вещи богаты известными свойствами и качествами, например теплотой, холодом, смелостью, страхом, печалью, гневом, любовью или какой-либо иной страстью или силой - все эти вещи сильно тяготеют к вещам с подобными же свойствами и вызывают в них подобные же силы. Это взаимное согласование древние греки называли "симпатией". Закон симпатии и антипатии имел значение в философии неоплатоников. Аргиппой он был возведен в ранг всеобщего закона природы и более двух столетий служил объяснительной моделью всех явлений. Так понятая магия получила название натуральной философии.
Третий принцип вибрации - "ничто не покоится, все движется или вибрирует". Чем выше уровень бытия, тем выше частота вибраций. Состояние озарения - самая интенсивная из вибраций сознания, которая проявляется на столь высоких частотах, что внешне они воспринимаются как абсолютный покой и бездействие. Умение настроиться на нужную частоту дает возможность понять себя и изменить окружающее. "Тот, кто понимает принцип вибрации, тот схватил скипетр власти"26.
В настоящее время считается, что во взаимодействие с тонкими уровнями материи можно войти посредством вибрационных движений. Такие вибрации осуществляет человек при дыхании, они производятся ритмическими ударами сердца. Известно, какую роль отводят процессу дыхания китайские йоги. Такой способ взаимодействия имеет отдаленную аналогию с физической теорией интерференции. Согласно ей, вибрации затухают по мере того, как удаляются от центра. Иногда случается, что вибрации одной природы, но различных периодов и направлений увеличиваются или уменьшаются по мере того, как расстояние от центра потрясения увеличивается.
Четвертый принцип полярности указывает на то, что "все двойственно, все имеет полюса. Все имеет свой антипод
59

(свою противоположность), противоположности идентичны по природе, но различны в степени. Крайности сходятся. Все истины не что иное, как полуистины. Все парадоксы можно примирить". Принцип полярности объясняет, что у всего есть два полюса, два противоположных аспекта, которые можно классифицировать как положительный и отрицательный. Гермети-сты знают искусство трансформации в хорошее путем принципа полярности. Однако изменение заключается не в изменении природы одного предмета в природу другого, совершенно отличного, а просто в изменении уровня одного и того же предмета. Например, тепло легко преобразовать в холод, но невозможно изменить в громкость. Взаимно обращаемы Ненависть и Любовь, Страх и Мужество. Страх нельзя преобразовать в Любовь. Душевные состояния разделяются на многочисленые классы, каждый из которых обладает своими полюсами противоположностей, по которым возможна трансмутация. Понимание этого принципа дает возможность изменять как свою полярность, так и чужую.
Пятый - закон ритма - гласит: "Все течет, втекает и вытекает, все имеет свои приливы, все поднимается и падает - маятникообразное колебание проявляется во всем. Мере колебания налево есть мера колебания направо. Ритмы компенсируются". Полярные свойства во времени проявляются ритмически. Подъем - спад, действие - противодействие. Однако человек может научиться кататься на волнах ритма и уходить от неизменных и разрушительных его воздействий. Герметисты применяют мысленные законы нейтрализации. "Мастер герметиков поляризует себя в точке, где он желает покоиться, а затем нейтрализует различные колебания маятника, стремящегося увести его к другому полюсу"27.
Шестой принцип причины и следствия говорит: "Каждая причина имеет свое следствие, каждое следствие имеет свою причину. Все совершается в соответствии с законом. Случай есть не что иное, как имя закона, который не
60

распознан. Существует много планов причинности, но ничто не ускользает от Закона". Результат, кажущийся случайным, есть на самом деле взаимопересечение неизвестных нам причин. Мастера подчиняются причинности высших типов, но они помогают править в своем собственном плане, они становятся источниками, вместо того чтобы быть следствиями.
Седьмой принцип пола предлагает увидеть в полярностях либо активное, действующее мужское начало отдавания, либо пассивное, женское начало - принятия. Мужское начало соответствует энергии, а женское - форме. "Пол во всем - все имеет свой Мужской и Женский принцип. Пол проявляется во всех плоскостях". Принцип пола всегда действует в направлении воссоздания и творчества.
Другая формула, также приписываемая Гермесу, есть "магический призыв: "Вселенная, внимай голосу моему, земля отверзись: все множество вод, откройся предо мною! Деревья, не дрожите, я хочу его, который есть всеединый. Отверзись, небо, и умолкните ветры, всеми моими способностями восхваляю его, который есть всеединый". Может быть, призыв: "Внимай голосу моему..." указывает на то, что наиболее сильным воздействием в герметизме наделялись слова. Звук, путем резонансных вибраций, отражался на тонком ментальном плане. Отсюда и сохранившееся изречение - "Слово сильнее оружия". Самым главным словом было имя главного египетского бога Амон (Амен) (отсюда Аум - инд., Аминь - хр.)
Как свидетельствуют древние источники, при освящении Гермесова кольца - магического кольца, обращаются к солнцу, произнося следующую формулу: "Я - Тот, изобретший и создавший целебные средства и письмена. Приди ко мне ты, живущий под землей, великий дух! Если я не буду знать все, что таится в душах всех египтян, греков, сирийцев и эфиопов, всех народов и племен, если я не буду знать всего, что было и должно произойти, если я не получу объяснения об
61

их обычаях, трудах и жизни, об их именах и именах их отцов и матерей, сестер и друзей, а также именах умерших, то я волью кровь черного в ухо собаки, лежащей в новом, не употреблявшемся сосуде: я положу это в новый котел и сожгу вместе с костями Озириса: громким голосом назову его, Озириса, который был в реке три дня и три ночи, который был вынесен в море течением реки"28. Здесь слышна угроза богам. Магия обретает форму теургии.
Основное положение теургии можно сформулировать так: "Не боги нисходят к душе, обращающейся к ним с призывами и мольбами, но душа возвышается до богов". Собственными силами душа никогда не может достичь того восторга, в котором она сливается с богами и получает возможность видеть грядущее как настоящее. Достичь этого можно, только как бы призывая богов. Молитва - средство, чтобы самому сравняться с богами. И влияние человека на богов заключается в том, чтобы сделать человеческую душу причастной высшей природе, а значит, и могуществу богов. Дар предсказания осуществляется посредством теургических операций. Теург, возвышая свою душу до равенства с богами, действительно достигает всего того, чего он хочет. Здесь намечается весьма резко выраженное в средние века различие между теургией, действующей с помощью добрых духов, и обыкновенной магией, сила которой от демонов. Именно поэтому уче-ные-магики средневековья избегали ведьм.
К магическим средствам воздействия относились также:
- умение вызывать у себя яркие образы того, что должно произойти;
- умение концентрировать волю;
- умение уничтожать имя из памятника (ибо уничтожить имя, значит уничтожить самого человека);
- умение использовать коллективную энергию;
- умение использовать амулеты и магические мази. Возвышенные истины герметизма сообщались не всем, а лишь способным и особым образом инициированным. Они скрывались
62

от профанов. На долю последних выпадало боготворение конкретных скульптур идолов, которые служили эмблемами секретных истин.
Б. Тайлор приводит следующие свидетельства Августина, который выражает представления, приписываемые Гермесу Трисмегисту. Этот египтянин считает некоторых идолов созданием верховного божества, а других - изделием человека. "Для него видимые и осязаемые изображения суть как бы тела богов, потому что в них живут вошедшие в них духи, способные вредить людям или исполнять желания тех из них, кто оказывает им божеские почести и поклоняется им должным образом. Искусство соединять этих невидимых духов с видимыми предметами из природного материала и делать их как бы оживленными телами, изображениями, посвященными и подчиненными богам, он называет искусством делать богов. И люди обладают этим великим и чудным даром". Далее Трис-мегист говорит о "статуях, одаренных смыслом и духом и совершающих великие дела, о статуях, предсказывающих будущее через посредство жрецов, снов, жребия и различными другими способами"29.
В александрийских школах науки, которые получили название герметических, в 3 в. н.э. были разделены на алхимию, астрологию и кабалу. О начале алхимии источники единогласно сообщают, что у ее истоков стоял Гермес Трисме-гист (трижды величайший). Напомним, что Гермес - греческое имя Тота, египетского Бога мудрости. Он написал множество сочинений, одно из которых носило название "Хена", откуда выводят слово "химия". Когда арабы поставили перед ним приставку al, то получилась алхимия, обозначение искусства золотоделания. К алхимикам причислялись большинство древнегреческих философов: Фалес, Гераклит, Демокрит, Аристотель, Платон, хотя скорее всего их имена использовались для украшения этой науки. Более достоверные сведения относятся к персоне Демокрита. О нем известно, что он много путешествовал по Халдее и Египту и
63

был посвящен в тайны египетской магии. Источники свидетельствуют, что он написал сочинение об окраске золота, серебра и камней. Из древних алхимиков сохранились имена Зоси-мы, Африкана (3 в. н.э.), Синезия (5 в. н.э.)
Относительно алхимических сочинений известно, что они содержали в себе не только одну алхимию, т.е. рецепты для превращения, но и заклинания и астрологические таблицы. Многие из христианских императоров, особенно римской эпохи, ревностно преследовали магию и приказывали сжигать все магические сочинения, какие только удавалось разыскать.
По изначальной мысли Гермеса, ртуть - мать всех металлов, сера - отец. Алхимия же, ищущая золото - солнце, познает также и человека: лед и пламень двойственной (небесно-земной) человеческой души. Алхимические превращения осуществляются на человеческом материале. В связи с этим важны старинные письмена - советы: "Дыши и надейся!", "Через себя, с собой и в себе". Можно говорить и о герметическом состоянии души, которое от действительных соприкосновений с реальностью подвержено постоянным изменениям, и о меркурианском духе, как возможности необычайных превращений.
Существуют еще свидетельства о магической таблице (так называемом "Гермесовом инструменте"), употреблявшейся для предсказания исхода болезни, которая, по словам позднейших алхимиков, дана Гермесом.
Другая формула, также приписываемая Гермесу, указывает на "магические алхимические превращения и истолковывается в более широком индивидуальном плане как "великое внутреннее делание", как работа над собой с целью достижения совершенства.
Именно потому, что алхимические превращения осуществляются на человеческом материале и герметическое знание есть обоюдоострый меч, возвышенные истины герметиз-ма сообщались не всем, а лишь способным и особым образом
64

инициированным, прошедшим строгую этическую проверку. Они скрывались от профанов. На долю последних выпадало не тайное знание, но лишь боготворение скульптур - идолов, которые были эмблемами секретных истин. Свет Гермеса потому и пробился к нам через толщу тысячелетий, что освещал дорогу высоким нравственным устремлениям, помогая переделать мусорного, несовершенного в этическом отношении человека в существо воплощенной человеческой сущности, обладающей синтезом высших эволютивных свойств человеческой души.
Изучение тайного герметического учения с опорой на древнейшие тексты было всегда затруднено не только в связи с сугубо теоретическими обстоятельствами, но и в связи с существовавшим в истории религиозной культуры запретом, обусловленным установкой, что Гермес, как и некоторые другие боги, имея хтонический (земной) характер, также был связан с преисподней. На этом основании учителя церкви отождествляли его с торжеством адских сил, а любые свидетельства и упоминания о его учении уничтожались.
Оставленные нам в наследство и вошедшее в сокровищницу мировой культуры герметические аксиомы убеждают в противном: они во многом способствуют делу нравственного воспитания. Труд, известный под названием "Кибалион", представляет собой подборку основных герметических принципов, переходящих от Учителя к Ученику. Более точное значение этого термина утрачено. В "Кибалионе" изложению герметических аксиом предшествует наставление:
"Обладание знанием, если оно не сопровождается проявлением и выражением в действии, схоже с накоплением драгоценных металлов - бесполезное и ненужное занятие. Знание, как и здоровье, предназначено к использованию".
Закон его воздаяния универсален, всеобщ. И тот, кто преступает его, страдает по причине своего конфликта с естественными природными силами.
5-Т.Лешкевич65

Герметические аксиомы призывают человека жить в мире света и разума, не позволять себе впадать в уныние и бездеятельность, исповедовать идеалы добра и жизнелюбия и приобщать к благому всех и вся.
1. "Чтобы изменить свое настроение или душевное состояние, - гласит первая из аксиом - измените вашу вибрацию".
2. "Чтобы нарушить нежелаемую скорость душевной вибрации, пустите в действие принцип полярности и концентрируйтесь на полюсе, противоположном тому, который вы желаете подавить. Убейте нежелаемое, изменив его полярность".
3. "Душа (так же как металл и элементы) может трансму-тироваться от состояния к состоянию, от уровня к уровню, от положения к положению, от полюса к полюсу, от вибрации к вибрации".
4. "Ритмы можно нейтрализовать применением искусства По
ляризации".
5. "Ничто не избежит принципа Причины и Следствия, но существует множество планов Причинности, и можно использовать законы высших для преодоления законов низших".
6. "Истинное Душевное Превращение является Искусством Разума"30.
Знаменитые древнейшие формулы: "Макрокосм - в микрокосме", Познай себя - познаешь мир"; "Все в Едином - Единое во всем" возвращаются к нам, обряженные замысловатыми терминами: структурность, системность, когерентность, иерархичность, целостность. Не представляет труда разглядеть в принципах древнейшей герметической философии те концептуальные схемы суждений, которые в дальнейшем традиция свяжет с диалектическим способом мышления. Таким образом, проблема исторического происхождения философии приобретает иные хронологические рамки. Именно тайная мудрость древних выступает животворным истоком становления того способа миропостижения, в котором и проявила себя подлинная любовь к мудрости, названная впоследствии философией.
66

Контрольные вопросы
1. Каковы основные достижения древнеегипетской цивилизации?
2. Что известно о возникновении герметизма в Древнем Египте?
3. Кто считается древнеегипетским богом мудрости и
письменности?
4. "Священная книга Тота", в чем ее тайна?
5. Чем отличаются древнеегипетская, эллинская и римская версии толкования бога Гермеса?
6. Каков литературно-мифологический портрет Гермеса, функции и его отношения с другими богами?
7. "Популярная герметика" и "ученая герметика", в чем сходства и отличия?
8. Принципы герметизма, есть ли в них рациональное основание?
9. Почему герметизм может быть назван этическим?
10. "Изумрудная скрижаль" Гермеса Трисмегиста, как ее понимают современники?
11. О чем сообщает "Поймандр"?
12. Как понимать "Кибалион"?
Темы рефератов
1. Что мне нравится в герметизме.
2. Концепция ментальной Вселенной.
3. Философско-мифологический портрет древнеегипетского бога Тота, древнегреческого Гермеса Трисмегиста, римского бога Меркурия.
4. Герметизм - великий памятник древнеегипетской цивилизации.
5. Герметизм и современность: старые проблемы - новые решения.
6. Аксиомы герметизма.
7. Виднейшие герметисты: Пифагор, Платон, Плотин, Фран-ческо Патрици, Джордано Бруно, Томмазо Кампанелла.
8. Герметика и герменевтика, есть ли совпадения?
9. "Поймандр" Гермеса Трисмегиста: космос и антропос.
5* 67

10. Энергичный характер герметизма.
П. Проблема концептуального анализа "Изумрудной скрижали"
Гермеса.
12. Герметические штудии:"Апокалипсис Асклепия."
13. "Ученый герметизм" и "популярный герметизм".
14. Корпус герметических трактатов: состав и проблема авторства.
15. Мудрость Египта.
/б. Следуя Гермесу.
17. Монотеизм и политеизм египетской религии.

Раздел второй. О СПЕЦИФИКЕ ФИЛОСОФИИ
Тема 5. ОСОБЕННОСТИ МИФОЛОГИЧЕСКОГО СОЗНАНИЯ
Мифология как наиболее древняя форма духовной культуры. - Антропоморфизм, образность, синкретизм, генетизм, символизм мифологии. - Основные группы мифов и мифологическая картина мира. - Философы и этнологи в поисках ответа на вопрос: "Что такое миф?". - Функции мифотворчества. - Проблема ремифологизации (возрождения мифа). - Теогония как форма предфилософии. - Возникновение философем. - Мифология, теогония, натурфилософия. - Мифогенная, гносеогенная и гносеомифоген-ная концепции возникновения философии. - "Семь мудрецов" и зарождение нравственной рефлексии.
В абсолютном большинстве источников при обсуждении проблемы возникновения философии традиционно утверждается, что философия появилась на стадии разложения мифологического сознания как его более зрелая, понимающая и анализирующая преемница. Мифология описывала мир в чувственно-наглядной форме как поле действия антропоморфных сил. Сам термин антропоморфизм (от греч. антропос. - человек - морфе - форма) означает такой способ мировосприятия, согласно которому предметы приро-ды, небесные тела, животные и мифические существа наделяются психическими свойствами и даже обликом человека. Отголоски такого мифологического миросозерцания сохранились в современном языке не только в его поэтической форме: "земля спит", "небо хмурится", но и в научно-техническом и, в частности, в кибернетическом языке: "машина ищет", "машина запоминает" и пр. По сей день имена многих античных богов употребляются в аллегорическом смысле. Говоря " Марс", мы подразумеваем войну, "Венера" - любовь, "Минерва" - мудрость, "Зевс" - отец богов и людей.
69

Мифологическое сознание было направлено на обнаружение за реальными процессами и явлениями действий каких-то скрытых, сверхъестественных сил, подверженных, однако, человеческим страстям. В этой картине мира сонмище богов, богинь, полубогов и демонов определяло судьбы не только людей, но и городов - государств. Боги, олицетворяющие стихии, находились в сложных родственных, супружеских и иерархических отношениях. Они могли ссориться, злиться, мстить, уходить отдел. И многие коллизии на земле происходили по милости капризных богов. Можно сказать, что вселенная мифа - это вселенная человеческих существ, что в мифе осуществлялось некое антропологическое моделирование. Исследователи подчеркивают: "Архаический миф - это выражение и одновременно попытка преодоления незнания с помощью наложения на хаотическую действительность образно-категориальной антропоморфной сети"1.
Главной особенностью мифологического сознания является его образность, стремление к отражению мира не в абстрактных понятиях, а при помощи художественных образов. Вот, к примеру, как в последовательной цепочке образов фиксируется изменение смыслового объема понятия "видения". Одноглазый циклоп - символ ограниченного внешнего видения противопоставляется Аргусу - зрящему во все стороны тысячеглазому стражу. Однако видящий во все стороны - еще не всевидящий. Все видит лишь Гелиос, у которого "что ни луч, то глаз". Этот ряд видения завершается Линкеем - героем, взор которого проникает сквозь все препятствия. В паре Эдип - Терсей первый зряч, но слеп, он действует как слепой и совершает предписанные судьбой преступления. Второй слеп, но зряч, ибо получил от богов дар провидца2. Эти образы убедительно показывают, сколь многосложно и полисемантично понятие видения. Оно означает и созерцание, и прозрение, и знание, и понимание, и всеведение. Но если в философии бытие понимается, то в мифологии оно воображается.
70

По справедливому замечанию Гегеля, в основе мифологии лежит фантазирующий разум. Образы и представления, которыми он пользуется - всего лишь эрзацы понятий, как бы несовершенные его формы. Поэтому миф можно рассматривать как начальную форму мышления, когда мысль не может себя выразить в адекватном виде и от неумения отразить объективно разумное содержание в разумных же формах начинает фантазировать, обращаясь к вспомогательным средствам - образам и представлениям. Можно сказать, что в мифологии разум и воображение тождественны. Беспонятийный интеллект попадает во власть эмоциональных стихий. Поэтому в мифологической картине мира все утверждения чужды эмпирической проверке, а восприятие природы строится по аналогии с восприятием живого существа.
Сколь оживотворена космологическая картина рождения Вселенной у Гесиода:
"Прежде всего во Вселенной хаос зародился, - пишет Геси-
од в "Теогонии". - А следом широкогрудая Гея, всеобщий при
ют безопасный.
Сумрачный Тартар в земных залегающий недрах глубоких..."
Далее он повествует, что Ночь - Нокта и Эреб --Мрак про
извели на свет детей: вечный свет - Эфир и светлый день -
Гемеру3.
Для мифов характерны всеобщая персонификация и ши
рокое "метафорическое" сопоставление природных и соци
альных объектов. Космос часто представляется в мифах жи
вым великаном, из частей которого и создается мир. Болез
ни имеют вид чудовищ, пожирающих души. Сила выражена
многорукостью.
Другой важнейшей чертой мифологического мышления оказывается его символизм. Конкретные предметы, не теряя своей конкретности, становятся знаками других предметов и явлений и способны их символически заменять.
Исследователи выделяют и такую особенность, как генетизм мифа - ситуацию, когда возникновение предмета выдается за
71

его сущность. Объяснить мир или какое-либо явление означает просто рассказать о его происхождении. В мифе явственно проступает стремление представить в упорядоченном виде то, что окружает человека как темная бездна, перед лицом которой может возникнуть лишь одно чувство - страх перед Неведомым. Фантастически причудливыми сочетаниями образов и действий мифомышление стремится подчинить себе бесконечный космос и ограничить просторы Непостижимого.
Как наиболее древняя форма духовной культуры человечества, мифология отличается синкретизмом, т.е. слитностью и нерасчлененностью входящих в нее компонентов. Зачатки искусства, эмпирического опыта, религиозного ритуала, этических норм, эстетических ориентиров и первофилософии переплавляются в единую образную мифологическую картину мира, сочетая реальное и иллюзорное, действительное и желаемое, естественное и сверхъестественное. Разложение мифологического сознания ведет к дифференциации познавательных, этических, эстетических, правовых элементов в самостоятельные формы общественного сознания, обладающие собственной спецификой и своеобразием.
Само слово "миф" (от греч.) означает сказание, предание. И это было такое предание, которое все оживляло, одухотворяло, всему предписывало человеческий строй мыслей и эмоций. В точном смысле слова миф - это повествование, совокупность фантастически изображающих действительность "рассказов", которые не допускают никакой возможности опыта. Мифологией называют и саму науку о мифах. Можно насчитать свыше пятисот определений мифа. Иногда мифом считают историю, превращенную в сказку, а иногда сказку, превращенную в историю. Однако в самом широком смысле миф понимается как фантастический вымысел о богах, духах или героях, о первопредках, действующих в "начале" времени, участвующих прямо или косвенно в создании мира или его элементов, как культурных, так и природных.
72

Несмотря на видимое многообразие мифов, основной перечень их тематики повторяется. К числу древнейших относятся мифы о животных и о превращении людей в животных и растения. Центральную группу мифов составляют так называемые космогонические мифы о начале и устройстве Вселенной. Особый интерес представляет, в частности, то, что уже в древнейших космогонических мифах возникновение Земли объясняется двояким образом. Во-первых, используется идея творения, согласно которой мир был создан сверхъестественным существом. Во-вторых, предлагается идея эволюции, т.е. постепенного формообразования упорядоченных структур. Согласно последней, мир возник и оформился из первоначального хаоса, некоего бесформенного состояния. Вспомним Гесиода: "Прежде всего во Вселенной хаос зародился...".
Особую группу мифов составляли мифы о происхождении или введении культурных благ: изобретении ремесел, добывании и сохранении огня, установлении брачных отношений, обычаев и обрядов. Их возникновение, как правило, приписывалось культурным героям, К мифам о культурных героях примыкали близнечные мифы, в которых образ культурного героя как бы раздваивался. Речь шла о двух братьях-близнецах, из которых один добрый, умный, справедливый, а другой наделен прямо противоположными качествами: он жаден, глуп и коварен. Один учит полезному и все устраивает, другой все портит и всему вредит.
Видное место принадлежит так называемым календарным мифам, воспроизводящим природные циклы. Аграрный миф об умирающем и воскресающем боге известен в мифологии Древнего Востока как миф об Осирисе. Он символизирует собой закопанное в землю и затем проросшее зерно хлебных злаков, а в более ранней форме, в период первобытного охотничьего хозяйства, выступает как миф об умершем и воскресшем звере. Примитивные и краткие мифы ранней стадии мифологического сознания на пороге классового общества превращаются в развернутые повествования и связываются в циклы своеобразных и
73

фантастических представлений о действительности. Резкое разграничение мифологического периода и современного ("сакрального" и "профанного" времени) свойственно практически всем мифологическим представлениям. Мифологическая эпоха - эпоха первопредметов и перводействий - наделяется значением "парадигмы" (от греч. - пример, образец) и служит эталоном для воспроизведения. Миф не может быть опровергнут и переиначен. Он принят многими поколениями "до нас" и на основании этого транслируется и оценивается как высшая реальность. Примечательно, что эта особенность суверенного существования мифа отмечена уже в диалогах Платона. Так, в диалоге "Федр" из слов Сократа следует, что к мифам нужно относиться индифферентно, оставлять их в стороне как есть и заниматься вопросами, имеющими отношение к человеку.
Иногда мифологию называют протофилософией, а метафизику- второй мифологией. Аристотель даже утверждал, что человек, любящий или сочиняющий мифы, до некоторой степени философ, так как мудрость состоит в знании причин, а мифы дают хоть своеобразное и специфическое, но тем не менее объяснение причин происходящего. Неоплатоники пошли дальше, заявив, что в мифах сокрыта истина и мифы учат истине. Они развивали аллегорическое истолкование мифов древнегреческой философии, видели в Зевсе всеобщее первичное начало, которому все повинуется, в Афине - мудрость, в столкновении гомеровских богов борьбу стихий огня, воды и других сил природы, а в ссоре Зевса и Геры - борьбу тепла и холода.
Итак, что же такое миф? Этот вопрос не прост. Отсутствует единая трактовка этого сложного и своеобразного явления духовной культуры. Бесспорно, миф - это всемирно-историческое явление. Бесспорно, мифотворчество выступает важнейшим элементом культурной истории человечества и первоначально, в первобытном обществе, представляет собой основной способ понимания мира, исходную форму духовного освоения мироздания.
74

Бессознательно-художественный арсенал мифотворчества составил почву и арсенал искусства. Миф понимался как "обобщенное отражение Действительности... в фантастическом виде тех или других одушевленных существ" (Маркс). Бесспорно, что в мифах в поэтической форме под покровом символов и аллегорий хранятся и зачатки философии, и моральные сентенции, и научные истины. Но по каким законам он строился, ответом на какую потребность выступал, столь запутанно и иллюзорно представляя действительность, оставалось загадкой для многих этнологов и философов.
Глубокую философию мифа создал итальянский мыслитель
18 в. Джованни Баттиста Вико(1668-1744). В труде "Основа
ния новой науки" он называл миф "божественной поэзией" и
утверждал, что в поэтической мудрости первобытного челове
чества таится, как в семени, бессознательно все то, что впос
ледствии развивается сознательно в философской мудрости.
Вико выделял в качестве отличительных характеристик мифа
его чувственную конкретность, телесность, эмоциональность,
замену сути "эпизодами".
Французский этнолог Л. Леви-Брюль (1857- 1939) настаивал на дологическом, а не алогическом, отрицающем всякую логику характере мифологического мышления. В нем, в частности, не соблюдался закон исключения третьего. Объект мог быть и самим собой и чем-то иным. Э Кассирер (1874 - 1945), немецкий философ-идеалист, считал, что специфика мифа состоит в том, что в нем "конструируется символический мир".
К. Леви-Строс (1908) - французский этнолог и основатель структурной антропологии, пьггался показать, что мифологическое мышление способно к обобщениям, классификации и анализу. Миф, по его мнению, это поле бессознательных логических операций, логический инструмент разрешения противоречий. Мифологическая логика, считал он; достигала своих целей окольными путями. Ее неотъемлемым компонентом были многочисленные бинарные оппозиции: верх - низ, горячее - холодное, левое- правое и пр. Более фундаментальное противоречие,
75

например, жизнь и смерть, заменялось менее резким - животной и растительной формами существования. Последние, в свою очередь, предполагали еще более узкую оппозицию. Так возникали и громоздились все новые и новые мифологические системы4.
Крупнейший отечественный специалист по античной мифологии А.Ф. Лосев (1893-1988) настаивал на нераздельности в мифе идеального и вещественного, следствием чего явилась специфическая для мифа стихия чудесного. Изучая философию мифа, спроецированную на действительность, он резюмировал: "Миф есть жизненно ощущаемая и творимая вещественная реальность и телесность". Миф - это "энергийное самоутверждение личности в выразительных функциях"5.
Миф правомерно рассматривать как предварительное жизненное условие всякой культуры, потому что посредством его складываются и оформляются определенные ценностные ориентиры. Горизонт мифа очерчивает достаточно четкую линию мироосмысляющих ориентации, которая в мифологическом сознании принимается безоговорочно и сообща. Как древнее предание, миф не преследует никакой иной цели, кроме истолкования устойчивой и неизменной культовой традиции. В этом смысле прав немецкий философ Г.-Г. Гадамер (1900), утверждая, что "миф становится носителем собственной истины, недоступной рациональному объяснению"6. Исследованием мифов занимаются ради выявления заключающейся в них мудрости.
Традиционно миф истолковывается как нечто противоположное рациональному объяснению мира. Считается, что научная картина мира преодолевает мифологическую и история движется от мифа к логосу. Однако в качестве некоего уровня или фрагмента мифология может присутствовать в самых различных культурах, а особенности мифологического сознания могут сохраняться в массовом сознании и по сей день. В средневековье, например, бытовал алхимический миф о философском камне. Золото трактовалось как оборотень железа, и
76

задача заключалась в высвобождении скрытой сущности зо-лотости. Церковь использовала и использует христианский миф. Миф об избранном народе частенько заявляет о себе в политике. Немецкий нацизм не без успеха эксплуатировал старогерманские мифы, а также создал новый расовый миф, соединяющийся с культом фюррера. Можно вспомнить многочисленные сциентистские и антисциентистские мифы 20-го столетия: миф об ученом, сидящем в башне из слоновой кости, или же хилиазмический миф о воцарении царствия божьего на земле. Любой мыслитель нашего века, задаваясь вопросами о природе социального бытия, неизбежно касается проблемы мифотворчества. И это не случайно. Ибо в самом общем случае источником ремнфологизации (возрождения мифологии) являлась неудовлетворенная потребность в целостном взгляде на мир.
Не последнюю роль играет и упомянутая иллюзорно-упорядочивающая функция мифа, состоящая в преодолении вселенского хаоса посредством конструкции фантазии. Она направлена на то, чтобы вернуть чувство эмоционального и интеллектуального комфорта. Можно сказать, что миф нацелен на превращение хаоса в космос, и именно подобное иллюзорное действие столь необходимо мятущемуся современнику в эпоху "заката" и "конца", в период "тотального беспорядка".
В мифе четко просматривается компенсаторная функция. Он замещает отсутствующие связи и служит своеобразным средством выражения "вечных" психологических начал, стойких культурных моделей. Может быть, этим объясняется столь частое обращение к мифологии писателей эпохи постмодерна: Джойса, Кафки, Маркеса и др. Возрождение мифа и мифологизма в литературе трактуется как осознание кризиса цивилизации, как острое разочарование в Сциентизме и позитивизме. Исследователи утверждают, что в 20 в. мы сталкиваемся с ремифологизацией, значительно превосходящей все предшествующие романтические увлечения мифом.
77

Особая "полнота" мифа достигается за счет включения в него эмоционального, образного и интуитивного начал. Это не позволяет объявить его доминирующей составляющей лишь архаических времен и установить жестко диахронное отношение между мифом и наукой, при котором первое (мифологическое мышление) рассматривается как нечто исключительно предшествующее второму. Правильнее было бы увидеть отношение синхронии, т.е. сосуществования мифологии и научного мышления как двух уровней или планов идеального отражения мира. В смыслах старых мифов подчас скрывается подлинная истина, передающая сложную палитру человеческих переживаний. Миф о царе Эдипе потрясает современника ничуть не менее, чем представителя античного полиса. Миф о Сизифе столь же поучителен,сейчас, как и десятками веков прежде. Мифологический способ мышления в той или иной мере присущ человеку любой эпохи. И только тот, кто не в состоянии распредме-тить миф и понять его подлинное значение, может назвать его прошедшим, превзойденным этапом развития человечества, свидетельством наивности наших предков.
Весьма интересно замечание отечественного философа и культоролога Ю.М. Лотмана (1922- 1993) относительно уподобления мифа языку собственных имен, который вряд ли следует забывать и,от которого вряд ли нужно стремиться освободиться. Сопоставление же науки и мифологии предполагает, что метаязыку научного описания соответствует метатекст мифологического описания, а в нем генетизм, символизм, всеобщее оборотничество (превращение всего во все - своеобразный прототип закона сохранения и вза-имопревращения энергии), причинность. Леви-Строс остроумно называет термином "бриколлаж" ситуацию, когда в отличие от научной логики мифомышление пользуется "окольными" путями. Последнее, в .свою очередь, делает миф же-ланным гостем на сцене постмодерна, ибо,именно подобные выразительные средства, а не реалистичность, копия, подобие, только и могут отразить современный временной пласт
78

мироощущения, вошедший в историю под названием "неравновесный, нестабильный мир".
В процессе возникновения мифологии из философии выделяется теогония как форма предфилософии (от греч. theos - бог, goneia - рождение). Иногда теогонию называют постмифологией, отмечая трансформацию мифологического мышления. В ней также возникновение космоса объясняется существованием богов. После появления хаоса рождается череда поколений богов, олицетворяющих различные явления природы и общества. Они участвуют в созидании мира, привнося в этот процесс своеобразную логику.
В теогонии мифологический образ начинает угасать, и содержанием первых космологии становятся не столько образные аналогии, сколько философемы, т.е. превращенные в понятия мифологические образы. Вот как Ферекид описывает рождение мира: "Собираясь творить мир, Зевс превратился в Эрота: создав космос из противоположностей, он привел его к согласию и любви и посеял во всем тождественность и единение, пронизывающее универсум". В подобном описании присутствуют абстракции высокой степени: противоположность, тождественность, единство и развитие, часть и целое. Они становятся доступными интуиции понятиями и сопровождаются соответствующими смысловыми аналогиями. Антропоморфизм и зооморфизм мифологии начинает противопоставляться философскому представлению о мире как о поле действия объективно безличностных сил.
Натурфилософия выступает как исторически первая форма философии. В ней происходит изгнание всех антропоморфных сил. Поэтика мифа уступает место зарождающемуся логосу, "разумному слову о природе вещей. Появляются первые "фисио-логи", или натурфилософы, с их учением о первоэлементах мира (вода, огонь, земля, воздух). Постепенно философские системы приобретают вид все более и более рационально оформленного знания. Личностно-образная форма мифа заменяется безличностно-понятийной формой философии. Олицетворение
79

уступает место абстракции. На место множества человекообразных богов в основу всего ставится единое "естество" - вечная и многообразная природа. И если в мифологии действительность воображалась, в натурфилософии она начинает пониматься.
Сенека первым применил название philosophia naturalis как общее обозначение философских течений Древней Греции, предшествующих Сократу и софистам. Первые древнегреческие натурфилософы - философы Милетской школы: Фалес, Анакси-мен, Анаксимандр, а также Гераклит Эфесский - были также и учеными. Они занимались изучением астрономии, географии, геометрии, метеорологии. Фалес, например, предсказал солнечное затмение и первым объяснил природу лунного света, считая, что луна отражает свой свет от солнца. Доказывая простейшие геометрические теоремы, он использовал дедуктивный метод. Названия приписываемых по традиции Фалесу работ: "Морская астрология", "О солнцестоянии", "Оравнодействии", "О началах" свидетельствуют, в какой степени ум его был обращен к познанию природы. Ученика Фалеса Анаксимандра называют "истинным творцом греческой, а вместе с тем и всей европейской науки о природе". Он высказал положение, что началом (принципом) и стихией (элементом) сущего является Беспредельное - апейрон. В переводе с древнегреческого апейрон есть бесконечное, неопределенное, которое лежит в основе всего, обладает творческой силой и является причиной всеобщего возникновения и уничтожения.
Логос натурфилософии имел своим содержанием поиск основ мироздания, причин и законов строения мира. Натурфилософы стремились открыть единую суть многообразных природных явлений. Названные ими в качестве первоначал сущности были не просто физическими стихиями. Они несли в себе сверхфизический смысл, так как выступали носителями мироедин-ства. Сам термин "логос" трактовался многозначно: как всеобщий закон, основа мира, мировой разум и слово. Как слово о сущем, логос противопоставлялся не только вымыслу мифа, но и видимости чувственного восприятия вещей. От мифа к логосу -
80

так обозначалось то направление пути, которое выбрала человеческая мысль, осваивая универсум.
Натурфилософия выступила исторически первой формой собственно философского мышления, направленного на истолкование природы, взятой в ее целостности. Она привнесла вместо господствующего в мифологии образа "порождения" идею причинности. В рамках натурфилософии был выдвинут ряд гипотез, сыгравших значительную роль в истории науки. Например, атомистическая гипотеза, гипотеза о возникновении порядка из хаоса.
Наметившиеся в натурфилософии два направления в объяснении мира могли быть обозначены так: "Многое есть единое" и "Единое есть многое". С точки зрения первого - многообразный природный мир имел в основе некую единую субстанцию и строился из первичных элементов, первокирпичиков - атомов. С точки зрения второго - единый в своей целостности универсум порождал из себя на протяжении хода развития все многообразие природных явлений. Тем самым натурфилософы поставили для всей последующей философии две важнейшие проблемы: проблему субстанции - вечной и неизбывной основы всего сущего и проблему движущего принципа - источника всех происходящих изменений. На первый вопрос Фалес ответил: "Вода есть основа всего". Однако некоторым движущим началом, как свидетельствует Аристотель, Фалес считал душу: "...если только в самом деле он говорит, что магнит имеет душу, именно потому, что он приводит в движение железо"7.
Существенным стало то, что, формируя идею природы, мысль античных натурфилософов должна была приучиться отражать то, что вне ее, что существует независимо от нее, не прибегая к закрепленным в мифологическом сознании приемам ан-тропоморфизации, но лишь двигаясь по логике предмета. Натурфилософское мышление было направлено на объект. При этом неизвестные действительные связи заменялись " идеальными фантастическими связями", а "недостающие факты - вымыслами". Иначе и быть не могло8. Когда же Аристотель говорит,
6-Т.Лешкевич 81

что его предшественники "фисиологи", "устанавливая элементы и так называемые начала, хотя и без логических обоснований, но все же говорят о противоположностях (tanantia legoysin), как бы вынуждаемые истиной", он тем самым фиксирует зародыш стихийной диалектики натурфилософов.
Итак, мифология, теогония, натурфилософия - это вехи на пути становления философского миропостижения. Иногда для осмысления процесса становления философии используют термин "предфилософия", который как бы обозначает такую фазу созревания философий, в которой присутствуют развитая мифология и начатки наук: математики, медицины, астрономии, физики, химии. Может быть, в этом понятии, иногда интерпретируемом как "дофилософия, парафилософия", и скрывается та первая тайная мудрость древних, которой подарил свое имя Гермест Трисмегист. Так или иначе, но фаза предфилософии указывает как бы на исходное двойственное основание (мифологию и начатки наук), которое обеспечило генезис собственно философии. И конечно же, предфилософия - это переходная форма между мифологией и философией. Можно утверждать, что термин "предфилософия" может носить и квалификационную нагрузку. В этом случае им одаривают ту теорию, где явственно противоречие между рациональным способом миропостижения и алогичным, непоследовательным воображением, между фантазирующими полетами мысли и рациональным.
В современной теории конкурируют несколько объяснительных моделей, осмысляющих процесс генезиса (возникновения) философии: мифогенная, гносеогенная, гносеомифо-генная концепции возникновения философии. Они достаточно просты и схематичны. Тесная связь мифологии и философии вызвала к жизни мифогенную концепцию происхождения философии. Согласно этой концепции, единственным источником
82

философии объявляется социоантропоморфический комплекс и "философия возникает из мифологии путем внутреннего (имманентного) развития последней за счет изменения одной лишь формы: личностно-образная форма сменяется на безличностно-понятийную"9. В пользу мифогенной концепции говорит и наличие переходных форм между мифологией и философией. Английский философ М. Корн-форт (1900- 1980), выделяя религию и интеллект в качестве двух возможных духовных источников философии, в своем образном суждении, где "индивидуальный интеллект величается отцом философии", а "религия - более древняя и более величественная мать", видимо, отдает преимущество мифогенной концепции.
Существование первой философии в форме натурфилософии - знания о природе - послужило основанием для гносео-генной объяснительной концепции происхождения философии. В соответствии с ней философия возникает в качестве обобщенной системы знания. Аргументом в пользу такого понимания философии явилось просуществовавшее в веках представление о философии как о "сумме всех наук". А в качестве ярого сторонника подобной позиции можно назвать А. А. Богданова, который выводит философию сугубо из потребностей специльно-го научного знания и игнорирует всякую преемственность традиций мифологии, религии и философии.
Исследователь данной проблемы А. Н. Чанышев обосновывает третью - гносеомифогенную концепцию возникновения философии. В ней называются три источника возникновения философии: мифология, знание, житейская мудрость. Именно последняя стремится учесть не только значимость мифологии и роль знания в процессе становления философии, но и обыденное житейское здравомыслие, входящее в состав человеческой мудрости. Это в полной мере соответствует самому термину "философия" - любовь к мудрости.
В этой связи уместно вспомнить о "стоящих на пороге истории философии семи мудрецах". Состав их неоднозначен, ибо в
6* 83

разных источниках приводятся различные имена. Вместе с тем их проявляющаяся в кратких изречениях и афоризмах практическая житейская мудрость, обращенная к человеку, составляет тот специфический источник философии, который не может быть сведен ни к мифологии, ни к научному знанию. Достигая максимального обобщения социального и практического опыта, сентенции "семи мудрецов" претендуют на статус всеобщности и свидетельствуют о зарождении нравственной рефлексии: "ничего сверх меры", "познай самого себя", "знай свое время", "не позволяй языку опережать разум", "сильнее всего необходимость, ибо она имеет над всем власть", "мудрее всего время, потому что оно все открывает". Гегель считает, что "они постигли существенно практическую сторону сознания, т.е. сознания самой по себе всеобщей нравственности и высказали свое постижение в виде нравоучительных изречений, а часто в виде гражданских законов, которые они же и осуществляли в греческих государствах..."10.

Тема 6. НАТУРФИЛОСОФИЯ И СОФИСТЫ
"Фисиологи" и их учения о первоэлементах. - Безличное -тно-понятийный способ истолкования природы, идея причинности, становления, прозорливые гипотезы. - Классическая греческая философия - "италийская философия" (Аристотель). -Дальнейшая рационализация мышления. - Пифагорейцы, элеаты, плюрализм Эмпедокла и Анаксагора. - Атомистика. - Софисты и софистика. - Учителя красноречия, "мудрецы за плату". - Перемещение философских интересов в сферу этики, политики, теории познания. - Софизмы - "пути и распутья" словесно оформленной мысли. - Примеры софизмов. - Влияние софистики на весь европейский способ мышления. - Определение софистики. -Две школы софистов. - Релятивизм - признание абсолютной изменчивости. - Софисты и Сократ. - Платон облоге и государстве.
Исторически первой формой философии, как мы знаем, считается натурфилософия. Классическая философия Древней Греции, по определению Аристотеля - "италийская философия", - выступила второй формой философии. К ней относился Пифагорейский союз, элеаты, плюралисты, Эмпедокл и Анаксагор, атомистика, софисты. Явные сдвиги по отношению к натурфилософии были связаны со всеобщей рационализацией мышления. Дальнейшее освобождение от метафоричности и переход от мышления, обремененного чувственными образами, к интеллекту, оперирующему понятиями, представил традиционные философские проблемы в новом свете и ином звучании.
Пифагорейцы связали философию с математикой и поставили вопрос о числовой структуре мироздания. Пифагорейский союз отличался строгими обычаями, его члены вели аскетический образ жизни. "Самое мудрое - число", "число владеет вещами", "все вещи cyть числа" - таковы выводы Пифагора - основателя Пифагорейского союза в Кротоне. Пифагор говорил
85

о "гармонии сфер" и считал космос упорядоченным и симметричным целым. Мир был доступен лишь интеллекту, но недоступен чувствам. Математика парадоксальным образом сочеталась с эзотерикой, а эзотерика брала свое начало из математики.
Элеаты, к числу которых относятся Ксенофан, Парменид, Зе-нон и Мелисс, поставили вопрос о субстанциальной основе бытия и о соотношении мышления и бытия. В своем главном сочинении "О природе" Парменид, вкладывая в уста Дике - богини справедливости идеи своего философского учения, говорит: "Одно и то же мысль о предмете и предмет мысли". Небытие не существует, потому что оно немыслимо. Ибо сама мысль о небытии делает небытие бытием в качестве предмета мысли. Сущее есть, не-сущего нет. Сущее бытие есть единое, неизменное и неделимое целое. Истинное бытие - умопостигаемо. Все, что временно - текуче, изменчиво, связано с чувственным восприятием. Мышление открывает единство, чувства - множество. Чувственный мир противостоит истинному как мнение - знанию.
Ученик Парменида Зенон доказывал единство бытия методом от противного. "Если существует много (вещей), то их должно быть (ровно) столько, сколько их действительно есть, отнюдь не больше и не меньше, чем сколько их есть. Если же их столько, сколько их есть, то число их ограничено". То, что бытие неподвижно, Зенон пытается доказать, обращаясь к апориям (трудноразрешимым проблемам). Зеноновские рассуждения "против движения" дошли до нас через "Физику" Аристотеля и впоследствии получили названия: "Дихотомия", "Ахиллес и черепаха", "Стрела", "Стадион". В "Дихотомии" утверждается, что движение не может начаться, потому что прежде чем пройти весь путь, движущийся должен пройти половину. Чтобы дойти до половины, он должен пройти половину половины, а чтобы пройти эту половину, ему необходимо пройти половину половины половины, и так без конца. Бесконечно малый отрезок стремится к нулю, но в то же время не исчезает. Его невозможно определить, поэтому движущийся не только не в состоянии пройти весь путь, он не в силах его начать. Этим Зенон пытается доказать, что все движущееся и изменяющееся
86

не может быть мыслимо без противоречия. Физический мир противоречив. Чувственное познание обесценено.
Плюралистический подход в философии связан с именами Эмпедокла и Анаксагора. Эмпедокл в качестве начал мироздания выделяет четыре стихии, четыре корня: землю, воду, воздух и огонь. Они "равны и все одинаково древнего рода". Сочетание различных доз этих корней обусловливает многообразие явлений. Однако подобное познается подобным. Процессы мироздания сопряжены с борьбой двух начал, имеющих, однако, не физическое, а психическое происхождение. Это: любовь - Филия - космическая причина единства и добра и Нейкос - ненависть или вражда - причина множества и зла. Филия и Нейкос находятся в состоянии постоянной борьбы, во вращении космического вихря. Эмпедокл считал, что мир шарообразен. В Золотой век Вражда была снаружи, а Любовь внутри. Затем в мир вошла Вражда, Любовь была изгнана. В наихудшие времена Любовь оказалась вне мира. Впоследствии происходило обратное движение и цикл повторялся. В первой фазе побеждала любовь, во второй присутствовало равновесие любви и ненависти. В третьей - победа на стороне Нейкоса. В четвертой - равновесие Нейкоса и Филии.
Плюрализм Анаксагора иного рода. Он отвергает стихии в качестве первоначал и выдвигает тезис - "все во всем". Для него первичными оказываются все состояния вещества, а этих состояний "неопределенное" множество. Анаксагор называет их семенами, Аристотель же дает им название "гомеометрии", т.е. подобночаст-ные. Любая гомеометрия бесконечно делима, неоднородна, подобно целому она заключает в себе все существующее. Его сочинение "О природе" начинается словами: "Вместе все вещи были".
Однако гомеометрии Анаксагора играют роль пассивной материи , а хаос может развиться в космос лишь при условии активного начала.Таковым у Анаксагора выступает Нус, или Ум. Первоначально он приводит все в круговое движение, затем происходит процесс формообразования. Легчайшее идет к периферии, тяжелейшее падает в центр. Анаксагор - продолжатель рационалистической традиции. Введя в качестве движущего начала Ум, он
87

мало его использует. Везде, где возможно, он дает механистическое объяснение, и в его космологии нет "провидения".
Атомистика, представителями которой были Левкипп, Демокрит, Эпикур и Лукреций, в противовес элеатам, отрицающим небытие, признавала наличие пустоты, небытия. Она есть условие всех процессов и движений, но сама неподвижна, беспредельна и лишена плотности. Каждый член бытия определен формой, плотен и не содержит в себе никакой пустоты. Он есть неделимое (по греч. "атомос"). Атом тождественен самому себе, однако может иметь разную форму, отличаться порядком и положением. Это является причиной разнообразных соединений атомов. Складываясь и сплетаясь, они рождают различные вещи, отражая в атомистической картине мира процессы возникновения, уничтожения, движения, а также множественность. Даже душа в уче-нии Демокрита состоит из атомов.
Атомисты, как подмечает А. Н. Чанышев, примирили Гераклита и Парменида, признав, что мир вещей текуч, тогда как мир элементов, из которых вещи состоят, неизменен11. Кроме установленных законов сохранения бытия, сохранения движения атомисты провозгласили закон причинности: "Ни одна вещь не происходит попусту, но все в силу причинной связи и необходимости". Случайность, впрочем, понимается субъективно, как то, причину чего люди не знают.
Софисты и софистика. Так как искусство красноречия и умение убеждать ставилось необыкновенно высоко, в 5 в. до н.э. в Древней Греции появились софисты, прививавшие умение мыслить и говорить. В их деятельности произошло перемещение центра тяжести философских интересов из сферы натурфилософии в сферу этики, политику, теорию познания. Софисты - это "мудрецы за плату", учителя красноречия. Древнегреческое слово "софистэс" означало знаток, мастер, мудрец. Софисты учили искусству спора и могли показать, как защищать или оспаривать то или иное мнение. Считалось, что обучение риторике и логике рассуждения закладывается софистикой.
Однако в силу того, что они, ловко и умело манипулируя словами и аргументами, могли ложное доказать, а истинное опровергнуть, отношение к ним было неоднозначное. Софисты были
88

готовы следовать за доказательством куда угодно, они переместили акцент философских размышлений на противоречия познавательного процесса и парадоксы логики высказывания. Их всегда более интересовали сами способы доказательства и опровержения, нежели суть споров и содержание положений. В центре внимания софистов - слово. Дар слова, виртуозное владение им давало поразительные результаты. Можно сказать, что в античности в своеобразном облике софистических упражнений мы встречаемся с древнейшей герметической идеей о "власти слова", о том, что "слово сильнее оружия". Поскольку софисты могли опровергнуть или подтвердить то или иное мнение, сегодня доказав тезис, а завтра - антитезис, они тем самым пренебрегали нормами морали, обычаями. Они не признавали объективного критерия добра и зла. Благо, в их понимании, есть то, что выгодно. Сократ весьма неодобрительно отзывался о софистах: "Так красоту, если кто продает за деньги кому угодно, того называют распутником... Точно так же, кто продает свои знания за деньги кому угодно, тех обзывают софистами".
Софисты вели в основном странствующий образ жизни и, по всеобщему мнению, были весьма заносчивы. При помощи софизмов и других уловок они брались отстаивать или опровергать любое суждение. Радикальная молодежь в их лагере выступала с критикой норм, признаваемых общезначимыми, утверждая, что вся нравственность выдумана организованным обществом в его интересах. Постепенно софистов стали именовать лжемудрецами или даже фокусниками, считая, что они либо вовсе не занимаются практическими вопросами, либо обнаруживают в них такую ловкость, что заморочат и обведут вокруг пальца любого. Когда Аристофан в комедии "Облака" зло высмеивал софистов, он имел в виду всю систему новой учености, цель которой заключалась в том, чтобы "дать человеку средства поставить свой произвол выше "законов писаных и неписаных"12.
В платоновском диалоге "Софист" делается вывод: "Этим именем обозначается основанное на мнении лицемерное подражание искусству, запутывающему другого в противоречиях, подражание, принадлежащее к части изобразительного искусства,
89

творящего признаки и с помощью речей выделяющего в творчестве не божественную, а человеческую часть фокусничества: кто сочтет полного софиста происходящим из этой плоти и крови, тот, кажется, выразится вполне справедливо"13.
Вот пример того, как два софиста решили запутать простого человека по имени Ктисипп: "Скажи-ка, есть ли у тебя собака?" - "И очень злая", - отвечал Ктисипп. - "А есть ли у нее щенята?" - "Да, тоже злые". - "И их отец, конечно, собака же?" - "Я даже видел, как он занимается с самкой". - "Что ж, ведь эта соба-ка твоя?" - "Конечно". - "Значит, этот отец - твой, следовательно, твой отец - собака, и ты - брат щенят".
В дошедшем до нас сочинении "Двоякие речи" видно, как основные понятия добра и зла доводятся до карикатуры." Болезнь есть зло для больных, для врачей - благо". "Смерть есть зло для умирающих, а для продавцов вещей, нужных для похорон, и для могильщиков - благо". Неизвестный автор "Двояких речей" пытается объяснить, что зло и благо как хорошо, так и дурно. Примером древнего софизма является софизм "Рогатый": "То, что ты не потерял, ты имеешь; ты не потерял рога, следовательно, ты их имеешь".
Аристотель приводит примеры рассуждений софистического рода. Если человек, будучи образован в искусстве, стал сведущим в языке, то значит он, будучи сведущ в языке, стал образован в искусстве14. В трактате "О софистических опровержениях" Аристотель определяет софистику как мнимую мудрость, а не действительную. Стагирит предпринимает серьезную попытку систематизации софистических приемов. Это составило основу для разоблачения тайны искусства вводить людей в заблуждение. Например, софист может говорить очень быстро, чтобы его противник не смог уяснить смысл его речи. И напротив, софист может нарочито растягивать свою речь, дабы его противнику было трудно охватить весь ход его рассуждений.
Но не подобные субъективные моменты наиболее значимы. Софистику определяют как совокупность многообразных видов аргументации, основанных на субъективистском использовании правил логического вывода ради сохранения и утверждения
90

наличных положений и теорий, которые по тем или иным причинам, независимо от фактического положения дел, признаются истинами, не подлежащими критике, пересмотру15.
Софистика способствует активному выявлению малейших противоречий в системе, в соотношении с научной агрумента-цией она образует единство противоположностей и обеспечивает преемственность развития знания. Фигуры софистики - софизмы, как отмечал Гегель, при ближайшем рассмотрении оказываются первичной формой теоретического освоения противоречий, представая обычно в виде апорий и парадоксов. Фигуры софистики могут содержаться в любых сферах познавательной деятельности, так как в общем движении познания софистика занимает законное место проблемообразующего момента, вскрывая логические тонкости мышления. Экспериментируя со словом и суждением, она показывает "пути и распутья" словесно оформленной мысли и обращает внимание на то, что объем понятия может быть выражен в словесном материале гибко и неоднозначно.
Различают четыре рода доводов в беседах: поучительные, диалектические, испытующие и эристические. Поучительные отталкиваются от собственных начал соответствующей науки, а не от мнений отвечающих. Диалектические - те, которые заключают от правдоподобного к одному из членов противоречия. Испытующие - те, что заключают от положений, которые отвечающий считает правильными и которые необходимо знать тому, кто претендует на обладание знанием. Эристические - те, что отталкиваются от мнений, кажущихся правдоподобными. Эристика - одно из трудноформируемых умений, ибо некоторые из софистов предлагали заучивать ученикам риторические речи, другие, напротив, - речи, развивающие искусство ставить вопросы, третьи - речи, в которых наблюдалось искусство приводить доводы "за" и "против".
Исследователи выявляют пять основных целей или намерений софистов. Больше всего они одержимы идеей опровержения, за ней по значимости следует стремление показать, что собеседник говорит неправду, третьим шагом является попытка привести его
91

к тому, что не согласуется с общепринятым, четвертым - умение заставить противника делать ошибки и допускать погрешности в речи, и в заключении - привести его к тавтологии, т.е. заставить говорить одно и то же.
Софистику характеризовал исключительный интерес к языку, номинативной функции слов. Как для старших, так и для младших софистов особое значение представляли проблемы противопоставления природных и социальных законов, становление норм, отрицание религии. Благодаря критике софистики античность сформулировала новую логическую концепцию мира - тождественности формы и оформленности, устойчивого качественного начала и подвижного количественного. Можно сказать, что софисты создали некоторые предпосылки для создания формальной логики и что софистическая аргументация стояла у колыбели европейского способа мыслить. Войдя в древнегреческую философию как ее необходимый фермент, софистика распространила свое влияние на весь европейский способ мышления.
Различают две школы софистов - старшую и младшую. К старшей относились Протагор, Горгий, Гиппий, Продик, Антифонт. Главой софистов был Протагор. Сын богатого отца, он стал профессиональным преподавателем риторики и эристики - искусства речи и спора. Одним из первых начал брать деньги за обучение философии. Большая часть его зрелой жизни была проведена в непрерывном "лекторском турне" по городам Греции. Протагор учил за вознаграждение "всякого, кто желал практического успеха и более высокой культуры", устраивал публичные диспуты и ввел в обиход софизмы. Особое внимание уделял обучению тому, как сделать слабейший аргумент сильнейшим.
Согласно характеристикам Секста Эмпирика, Протагор утверждал, что "материя текуча и при течении ее на месте утрат ее возникают непрерывные прибавления и восприятия, перемешивающиеся и меняющиеся, смотря по возрасту и основному устройству тел"16. Следовательно, и материя, и ее восприятие находятся в непрерывном изменении. Это положение готовит почву для онтологического обоснования релятивизма.
92

Утверждение типа "ничего не существует само по себе, но все только в отношении к другому" - есть объяснение механизма релятивизма софистов. А суждение, состоящее в том, что все меняется не как попало, а так, что все существующее в мире постоянно переходит в противоположное себе и поэтому всякая вещь содержит в себе противоположности, указывает на огромную разрешительную способность релятивизма софистов, простирающуюся от одного полюса противоположностей к другому.
Протагор известен своим тезисом: "Человек есть мера всех вещей, существующих, что они существуют, и не существующих, что они не существуют". Именно данный тезис традиционно истолковывают как манифест этического релятивизма. Вместе с тем возможно его антропологическое прочтение, когда именно человек, а не безличные силы природы, объявляется центром и основным мерилом мироздания.
Древнегреческий философ-софист Антифонт, автор сочинений "Истина" и "Согласие", разделяет мнение Протагора о том, что общественная жизнь есть результат политического искусства. Предписания законов - результат соглашений, они искусственны и поддельны. Законы природы возникли сами собой. Особую тревогу вызывало положение, что и боги - результат "искусства". Картину такого "богостроительства" рисует Критий в "Сизифе". Мысль об искусственности происхождения богов поддержал Про-дик - ученик Протагора, писавший: "Солнце, луну, реки, источники и вообще все, что полезно для нашей жизни, древние признали богами вследствие получаемой от них пользы, подобно тому, как египтяне боготворили Нил"17. Продик занимался анализом языка, проблемами синонимии, учил правильному употреблению слов, особое внимание уделял правилам спора, приближался к формулировке общего способа опровержения ложных условных предложений формы "если р, то q"18. Его знаменитый антирелигиозный тезис гласит: "Все, что полезно людям - Солнце, реки, источники, - причисляется ими к божествам".
Поскольку софистические рассуждения позволяли судить о всякой вещи по крайней мере двояко со взаимоисключающих
93

позиций, софистика вошла в историю интеллектуальной мысли человечества как основа релятивизма. Обратимся к суждениям софиста Горгия. Ничего не существует, а если что-либо существует, то оно непознаваемо, если существует и познаваемо - оно невыразимо. Мир настолько изменчив,что невозможно, чтобы кто-либо смог передать свои знания другому. Горгий не использовал прямые софизмы. Путь его размышлений замысловат. К примеру, если сущее вечно, оно не имеет никакого начала, а следовательно, беспредельно, а если оно беспредельно, то его нигде нет, а если его нигде нет, то его вообще нет. Отсюда нельзя сказать, что "сущее существует". Но тогда нельзя сказать, что существует сущее и не-сущее - ведь то, что не существует порознь, не существует и вместе. Отсюда вывод - не существует ничего".
Релятивизм как философская установка связан с признанием абсолютной изменчивости и отрицанием даже относительной устойчивости. В рассуждениях эксплуатируется реальная особенность взаимодействий, согласно которой ничто не существует изолированно, само по себе, но лишь в отношении и взаимосвязи с другим. Все существующее приходит в состояние противоположное себе, поэтому о каждой вещи возможно противоположное мнение. Релятивизм активно используется для критики догматов. Вместе с тем он ведет к обоснованию субъективизма, к отрицанию общезначимых норм и законов. Онтологический релятивизм дополняется гносеологическим и завершается этическим.
В диалогах Платона Сократ постоянно спорит с софистами. Он на стороне объективного добра и зла. Софист же связывает несвязанное, возводит в закон случайность, корысти ради обманывает людей. Сократ по праву может быть представлен как мудрец и мыслитель, претендующий на имя создателя искусства исследовать понятия с целью достижения истины. Его метод делится " по форме на иронию и майевтику, а по содержанию - на индукцию и определение". Причем в первой части, "иронически-индуктивной", он практически совпадает с операциями
94

софистических доказательств. Последовательное обнаружение противоречий во взглядах и высказываниях собеседников, а затем заключение: "Я знаю, что я ничего не знаю", - весьма напоминает чисто софистический парадокс "Лжец": "Я знаю истинно, если и только если "я ничего не знаю".
Майевтика - от греч. повивальное искусство, способствующее рождению истины. Следуя ей, Сократ подвергает испытанию и обличению людей, этические нормы, общие взгляды, новшества. Однако в отличие от софистов, пользующихся гибкостью понятий, Сократ устремлен к нахождению одного критериального определения, разъясняющего глубинную суть явления. После многочисленных "наведений", при которых происходит уточнение понятий и отбрасывание лишних ограничений, ведущих к противоречащим следствиям, после обращений к "воспоминаниям" бессмертной души о "правде обо всем" (что в современной интерпретации трактуется как подсказка бессознательного) Сократ вынужден остановиться на отождествлении. Справедливое соответствует законному, прекрасное - полезному, добродетельное - знанию. Однако такой исход вскрывает грандиозную теоретическую проблему. Всеобщее нельзя определить путем "наведения", уточнения и пересмотра множества элементарных фактов. Прекрасное не есть ни прекрасный кувшин, ни прекрасная лошадь, ни прекрасная девушка. Его определение требует качественного скачка от единичного, проявляющегося в сколь угодно большом числе фактов, ко всеобщему. Так и по отношению к человеку. При всем многообразии людей, различии их поведения и образа мыслей имеется то общее, что объединяет их, что может быть выражено единым понятием или идеей.
В период процветания греческой культуры, названный периодом греческого Просвещения, центр внимания переносится с "теории" (созерцания) природы, натурфилософии и космологии на рассмотрение антропологических проблем. Сократ, сделав предметом пристального изучения понятия, объявляет всю предшествующую натурфилософию неудовлетворительной. Для него
95

важнейшим становится анализ человеческой души (psyche). Здесь сказывается его интеллектуализм. Сократ связывает душу с умственной деятельностью, представляя ее как лоно разума и мышления. По словам Сократа, "душа царит в нас", но в отличие от тела она невидима. Душа, "незримая" хозяйка, управляет и нашим телом и всеми нашими поступками. Она источник благоразумия и сдержанности. И хоть мудрец мыслит душу и тело в единстве, приоритет отдан душе.
От ограниченного человеческого разума Сократ переходит к разуму всеобщему, что выливается в учение об универсальном разуме или об отдельных богах - умах. Общий разум делает видимой целесообразность в делах. В качестве внутреннего голоса, совести или здравого смысла участвует во всех начинаниях "даймонион" Сократа. Толкование этого понятия неоднозначно. С ним связывают просветленное внутреннее чутье или инстинкт, выражение откровения или проявление религиозного энтузиазма. По словам Ксенофонта, "божественный голос" (даймонион) давал Сократу указания относительно того, что следует делать, а от чего надлежит воздержаться. Мыслитель прислушивается к божественному в душе и переживает его как высшую реальность. Главный урок для "фисиологии", извлеченный из деятельности софистов и Сократа, состоял в выявлении противоречивости суждений о космосе и первоначалах. Кризис античной "физики" проявился в невозможности построить логически непротиворечивую и интуитивно-образно достоверную картину природы. Софисты подорвали доверие к многочисленным попыткам объяснения единого из многого и многого из единого. А космос и природа в ожидании нового объяснения существовать не перестали.
Принципиально новую онтологию предложил Платон. По достоинству оценивая тезис Гераклита Эфесского о том, что все вещи находятся в непрестанном становлении, учитывая попытки Сократа найти устойчивое единое, всеобщее и критериальное, Платон развернул иную структуру .мира, одновременно связанную с текучим многообразием чувственных вещей и этому многообразию противопоставленную. Как отмечает А.С. Богомолов,
96

"применительно К диалектике это означало, что противоречия изменчивого, вечно текучего, подвижного чувственного мира не снимаются более "началом" древних фисиологов; они не уничтожаются единым неподвижным "бытием" элеатов; они не фиксируются Гераклитовым Логосом и тем более не увековечиваются софистическим "обо всем возможны два противоположных мнения". Противоречия чувственного мира снимаются - одновременно уничтожаются и сохраняются - в понятии идеи, представляющей сущность одноименныхей вещей"19.
Разбросанное по многим диалогам учение Платона о трех основных онтологических субстанциях (триаде): "едином"," уме" и "душе", по мнению А.Ф. Лосева, не систематизировано. "Единое" - основа всякого бытия и действительности, лишено всяких признаков, не занимает никакого пространства, а также не может двигаться, ибо движение предполагает изменение. О нем ничего нельзя сказать, оно выше ощущения и мышления. "Единое" трактуется как беспредпосылочное начало, которое "транс-цендентно сущности". Оно "благо", ибо не будучи мыслимым, является принципом всего мыслимого. Оно Солнце, поскольку дает возможность всему существующему видеть и быть видимым.
Вторая субстанция - "ум" - представляет собой бытийно световое порождение "Блага" - Солнца. Стоит уму только допустить, что "единое" есть, как оно уже получает категорию бытия и исходящую от него всю прочую систему категорий, необходимую для его осмысления. "Ум" воплощен в жизни и в космосе, в правильном и вечном движении неба.
Третьей основной онтологической субстанцией является душа, принцип самодвижения. Она есть и в каждой вещи, и в самом космосе. Подобно тому как человек имеет душу, так и вещи природного мира имеют свою душу - идеи. Ища причину движения одной вещи в другой, а другой в третьей, необходимо прийти к такой основе, которая бы двигала самое себя. Это и есть "душа". Наряду с теорией мировой души у Платона имеется концепция индивидуальной души.
Наиболее адекватное воплощение мира, идей в жизнедеятельности греческого полиса, по мнению мыслителя, отражено
7-Т.Лешкевич 97

в представлении об идеальном государстве. Исходя из идеи соответствия между космосом, государством и человеком, Платон выделяет следующие разновидности государства. Разумному началу души соответствует совещательное начало государства, яростному - защитное, а вожделеющему - деловое.Три сословия также находятся в соответствии с типом государства. Совещательное начало нуждается более всего в правителях, защитное в воинах, деловое - в производителях. Сословия обусловлены самой природой. Ибо Бог вылепил людей и в тех, кто способен править, подмешал золота, к их помощникам - серебра, а к производителям, ремесленникам и земледельцам - более простых металлов: меди и железа.
Европейская традиция в толковании происхождения и развития общества ведет свое начало от знаменитых произведений Платона "Государство" и "Законы". В платоновской философии большое внимание отведено идее справедливости. Справедливость понимается и как основной принцип разделения труда, и как свойство человеческой души, устремленное к гармонии с мирозданием. К подобным выводам античного мыслителя следовало бы прислушаться и нашему современнику.

Тема 7. ПОЧЕМУ ФИЛОСОФИЯ НЕ МОЖЕТ БЫТЬ "НАУКОЙ ВСЕХ НАУК"?
Соотношение философии и науки. - Объектность науки и универсальность философии. - Естественные, общественные и технические науки. - Понятийный аппарат науки. - Факты науки и умопостигаемые сущности философии. - Точное знание и смысложизненная проблематика. -Особенности метода философской рефлексии. - Язык философии. - Связь философии с другими формами общественного сознания. - Философия как совокупный опыт духовного развития человечества. - Философия науки как философская дисциплина и как философское направление.
На вопрос "Что такое философия?" - можно услышать ответ: "Это наука всех наук". Ответ во многом удобен. Во-первых, такой статус философии - быть наукой всех наук - внушает априорное (доопытное) к ней уважение, восхищение ее сложностью и значимостью. Царственное положение философии помещает в ее ведение все сферы человеческой мысли. Во-вторых, формула "наука всех наук" косвенным образом оправдывает позицию тех, кто убежден, что такую громоздкую дисциплину осилить не под силу.
Средневековый принцип гласит: "Незачем множить сущности без надобности". И он универсален. А следовательно, если бы философия выступила в роли такого совокупного свода сведений конкретных наук, то, растворясь в нем, оказалась бы излишней.Переносить на одно полотно достижения многообразных наук - занятие трудоемкое и кропотливое. Однако в нем нет ни грана специфически философского. Философия как сжатая сумма знания обречена на жалкий жребий шекспировского короля Лира. Раздав дочерям все свое состояние, он остался ни с чем и был выдворен на улицу. Так и у философии с отпочкованием и дальнейшей дифференциацией наук не остается ничего: ни собственного
99

предмета, ни собственной специфики, ни значимости. Она лишается самостоятельности и самоценности.
Но случись вам заболеть, кого бы вы предпочли пригласить к себе, философа или врача? Видимо, второго. Ну а в бурю на корабле, кому доверитесь более - кормчему или мыслителю? Совершенно очевидно, что никакая сфера человеческого духа, и философия в том числе, не может вобрать в себя всю совокупность специально-научных знаний о мироздании. Философ не может и не должен подменять собой медика, биолога, математика, физика и пр. Философия не может быть наукой всех наук, т.е. стоять над частными дисциплинами, равно как она не может быть одной из частных наук в ряду прочих, и вот почему.
1. Специальные науки служат отдельным конкретным потребностям общества: технике, экономике, искусству врачевания, искусству обучения, законодательству и т.п. Они изучают свой специфический срез действительности, свой фрагмент бытия. Частные науки ограничиваются отдельными частями мира. Согласно Гегелю, научное мышление погружено в конечный материал и ограничено рассудочным постижением конечного. Философию же интересует мир в целом. Она не может примириться с частностью, ибо устремлена к целостному постижению универсума. Философия задумывается о мировом целом, о всеохватывающем единстве всего сущего, она ищет ответ на вопрос "что есть сущее, поскольку оно есть". В этом смысле справедливо определение философии как науки "о первоначалах и первопричинах".
2. Частные науки обращены к явлениям и процессам реальности, существующим объективно, вне человека, независимо ни от человека, ни от человечества. Их не интересует ценностная шкала человеческих смыслов, они безоценочны. Свои выводы наука формулирует в теориях, законах и формулах, вынося за скобки личностное, эмоциональное отношение ученого к изучаемым явлениям и тем социальным последствиям, к которым может привести то или иное открытие. Фигура ученого, строй его мыслей и темперамент, характер исповеданий и жизненных предпочтений также не вызывает особого интереса.
100

Закон тяготения, квадратные уравнения, система Менделеева, законы термодинамики объективны. Их действие не зависит от мнений, настроений и личности ученого.
Мир в глазах философа -- не просто статичный пласт реальности, но живое динамичное целое. Это многообразие взаимодействий, в котором переплетены причина и следствие, цикличность и спонтанность, упорядоченность и деструкция, силы добра и зла, гармонии и хаоса. Философствующий разум должен определить свое отношение к миру. Поэтому основной вопрос философии и формулируется как вопрос об отношении мышления к бытию (человека к миру, сознания к материи). Принимая во внимание данные науки, она идет дальше, рассматривая вопрос о сущностном смысле и значимости процессов и явлений в контексте человеческого бытия.
3. Представители отдельных наук исходят из определенных представлений, которые принимаются как нечто данное, не требующее обоснования. Ни один из узких специалистов в процессе непосредственной научной деятельности не задается вопросом, как возникла его дисциплина и как она возможна, в чем ее собственная специфика и отличие от прочих. Если эти проблемы затрагиваются, естествоиспытатель вступает в сферу философских вопросов естествознания. Философия же в первую очередь стремится выяснить исходные предпосылки всякого знания, в том числе и собственно философского. Она направлена на выявление таких достоверных основ, которые могли бы служить точкой отсчета и критерием для понимания и оценки всего остального (отличия истины от мнения, эмпирии от теории, свободы от произвола, насилия от власти). Предельные, пограничные вопросы, которыми отдельная познавательная область либо начинается, либо заканчивается, - излюбленная тема философских размышлений.
4. Наука занимает свое достойное место как сфера человеческой деятельности, главнейшей функцией которой является выработка и систематизация объективных знаний о действительности. Она может быть понята как одна из форм общественного
101

сознания, направленная на предметное постижение мира, предполагающая получение нового знания. Цель науки всегда была связана с описанием, объяснением и предсказанием процессов и явлений действительности на основе открываемых ею законов. Система наук условно делится на естественные, общественные и технические. Считается, что объем научной деятель-ности, рост научной информации, открытий, числа научных работников удваивается примерно каждые 15 лет. А в развитии науки чередуются экстенсивные и революционные периоды, так называемые научные революции, которые приводят к изменению ее структуры, принципов познания, категорий, методов и форм организации20.
Философия основывается на теоретическом и практическом отношении субъекта к объекту. Она оказывает активное воздействие на социальное бытие посредством формирования новых идеалов, норм и культурных ценностей. Ее основными исторически сложившимися разделами являются онтология, гносеология, логика, этика, эстетика. К ним можно добавить и другие составляющие: философская антропология, аксеология и теория культуры, социальная философия и история философии, философия религии, методология, философия науки и пр. Главные тенденции развития философии связаны с осмыслением таких проблем, как мир и место в нем человека; судьбы современной цивилизации, единство и многообразие культур, природа человеческого познания, бытие и язык.
5. Философия стремится найти предельные основания и регулятивы всякого сознательного отношения к действительности. Поэтому философское знание выступает не в виде логически упорядоченной схемы, а принимает вид развернутого обсуждения, детального формулирования всех трудностей анализа; критического сопоставления и оценки возможных путей решения поставленной проблемы. Отсюда известная сентенция: в философии важен не только достигнутый результат, но и путь к этому результату. Ибо путь и является специфическим способом обоснования результата.
102

Когда И. Ньютон восклицал: ''Физика, бойся метафизики!" (философии), - он протестовал в том числе и против того, что в философии невозможно найти лишь один единственный удовлетворяющий ответ на поставленный вопрос. И если наука реализует достаточно строгую форму организованности, то философия не может похвастаться подобной однозначностью. Она всякий раз сталкивается с выстраиванием множества вариантов обоснования и опровержения. В ней нет таких истин, которые не вызывали бы возражений. Знаменитое изречение: "Подвергай все сомнению!", а также страстная неприязнь к догматам - вот кредо философствующего разума.
6. В науке принято кумулятивное движение вперед, т.е. движение на основе накопления уже полученных результатов (ведь не будет же ученый заново открывать законы классической механики или термодинамики). Здесь уместен образ копилки, в которой, словно монетки, скапливаются крупицы истинных знаний. Философия, напротив, не может довольствоваться заимствованием уже полученных результатов. Нельзя, к примеру, удовлетвориться ответом на вопрос о смысле жизни, предложенным средневековыми мыслителями. Каждая эпоха будет по-своему вновь и вновь ставить и решать этот вопрос. Развитие философии не укладывается в рамки смены концепций, теорий и парадигм. Специфика философии проявляется в том, что она применяет свой особый метод рефлексии, метод оборачивания на себя. Это как бы челночное движение, предполагающее возвращение к исходным предпосылкам и обогащение их новым содержанием. Для философии характерна переформулировка основных проблем на протяжении всей истории человеческой мысли. Условно это ее свойство может быть обозначено как обратимость или рефлексивностьфилософии.
7. Наука опирается на факты, их экспериментальную проверку. Философия отстоит от сферы повседневности и уносится в мир интеллигибельных сущностей. Intelligtbilis - умопостигаемый, обозначает существование объектов, постигаемых только умом и недоступных чувственному познанию. Вопросы:
103

что есть красота, истина, добро, справедливость не сводятся к эмпирическим обобщениям. Философское понимание красоты ориентировано на постижение этого явления с точки зрения всеобщего. Оно как бы выходит за пределы эмпирической данности, преодолевает их и, выражаясь ее собственным языком, трансцендирует к сущностному определению.
Популярно разъясняя специфику философии, британский логик, философ и социолог Бертран Рассел (1872- 1970) утвер-ждает , что философия "является чем-то промежуточным между теологией и наукой. Подобно теологии, она состоит в спекуляциях по поводу предметов, относительно которых точное знание оказывалось до сих пор недостижимым; но подобно науке, она взывает скорее к человеческому разуму, чем к авторитету, будь то авторитет традиции или откровения"21. Философия, по его мнению, как бы Ничейная Земля между наукой и теологией, открытая, однако, для атак с обеих сторон. На многие философские вопросы: "Что есть мудрость, добро и красота, в чем смысл жизни?" - нельзя найти ответ в научной лаборатории. Не устраивают и версии богословов со ссылкой на акт творения и авторитет Священного писания. Такие неразрешимые для науки и теологии вопросы оказываются уделом философии.
8. Язык философии существенно отличается как от языка науки с его четкой фиксацией термина и предмета, так и от языка поэтического, в котором реальность лишь образно намечается, а также от языка обыденного, где предметность обозначается в рамках утилитарных потребностей. Философия, предполагая разговор о мире с точки зрения всеобщего, нуждается в таких языковых средствах, в таких универсальных понятиях, которые бы смогли отразить безмерность и бесконечность мироздания. Поэтому философия создает свой собственный язык - язык категорий, предельно широких понятий, обладающих статусом всеобщности и необходимости. Они настолько широки, что не могут мыслиться составляющими других более широких понятий. Причина и следствие, необходимость и случайность, возможность и действительность и др. - примеры философских категорий.
104

9. Конкретно-научные дисциплины могут развиваться, не учитывая опыт других форм общественного сознания. Физика, например, может благополучно прогрессировать без учета опыта истории искусства, а химия - невзирая на распространение религии, математика может выдвигать свои теории без учета норм нравственности, а биология - не оглядываться на императивы правоведения. В философии все обстоит иначе. И хоть философия не может быть сведена .(редуцирована) ни к науке, ни к любой другой форме духовной деятельности, в качестве эмпирической базы и исходного пункта обобщенных представлений о мире в целом в ней принимается совокупный опыт духовного развития человечества, всех форм общественного сознания: науки, искусства, религии, права и пр.
Философия - не наука, однако в ней господствуют понятий-ность, ориентация на объективность, идея причинности и стремление к обнаружению наиболее общих, часто повторяющихся связей и отношений, т.е. закономерностей. Философия - не искусство, хотя в ней образ - признанная гносеологическая категория, достойное место занимает чувственное познание, используются матафора и интуиция. Философия - не религия, хотя уносится в мир интеллигибельных сущностей, трансцендирует и часто имеет дело с чувственно-сверхчувственным материалом.
10. В науке ценностно-человеческий аспект отнесен на второй план. Познание носит объективно безличностный характер. Ни личность ученого, ни его чувства, эмоции, мотивационная сфера деятельности науку не интересуют. Творец, в свою очередь, не несет ответственности за последствия своих открытий. В философии наряду с теоретико-познавательным аспектом особую значимость приобретают ценностные ориентации. Согласно тезису античного автора Протагора "человек есть мера всех вещей", философия и по сей день выдвигает свои обоснования в ценностной шкале человеческих смыслов. Она внимательно интересуется судьбой научных открытий и теми социальными последствиями, к которым они могут привести, утверждая в качестве абсолютной ценности человеческую жизнь.
105

Личность творца, мыслителя и ученого не может быть безразлична в исследовательском процессе. В философском творчестве всегда происходит углубление человека в самого себя. Мыслитель стремится ко все более точному и адекватному определению своего места в мире. Это создает все новые и новые оттенки миросозерцания. Поэтому в философии каждая система авторизована, и при освоении философских знаний достаточно значимой оказывается роль персоналий. Философия - это такой род интеллектуальной деятельности, который требует постоянного общения с великими умами прошлого и современности: Платоном, Аристотелем, Августином, Кантом, Гегелем, Хайдеггером, Соловьевым, Бердяевым и др. Она изначально диалогична.
11. В философии важен и ярко выражен национальный элемент. Есть русская философия, немецкая философия, английская, французская и, наконец, греческая философия. Однако нет ни русской, ни немецкой химии, физики, математики. Русский философ Н.И. Кареев начал статью с примечательным названием "О духе русской науки" следующими словами: "...каждая нация имеет право вносить в единую общечеловеческую науку свои идеи, но не имеет права всю науку сводить к одним этим целям..."22.
12. Можно ли философию определять словом "наука" ? В многочисленных учебниках и учебных пособиях по так называемому диамату (диалектическому материализму), которыми так богата наша отечественная философская школа, философию определяли именно как науку о наиболее общих законах природы, общества и мышления. Вот одна из весьма почтенных по возрасту дефиниций, кочевавшая из талмуда в талмуд: "Окружающий нас мир изучает множество наук... Лишь одна наука - философия марксизма-ленинизма, опираясь на завоевания всех отраслей человеческого знания, рассматривает мир в целом, изучает наиболее общие законы развития природы, общества и человеческого мышления..."23. Причем законы мыслились как имеющие универсальный и всеобщий характер. Конкретизировались они с
106

указанием на закон единства и борьбы противоположностей, взаимоперехода качественных и количественных изменений, закон отрицания отрицания. Однако смущало то обстоятельство, что эта наука о наиболее общих законах в свое время ожесточенно боролась с генетикой, кибернетикой, теорией относительности, наделяя их весьма бранными эпитетами. О кибернетике было сказано, что она "продажная девка капитализма", а микрофизику обвинили в том, что она свихнулась в идеализм, наделив электрон свободой воли. В таком контексте философию можно было принять не за мать всех наук, а, скорее, за злую мачеху.
Тот, кто знаком с историей философии, с легкостью сделает вывод, что понимание философии как науки самым последовательным образом было сформулировано французским мыслителем, первым позитивистом Огюстом Контом (1798-1857). Частные науки, согласно ему, рисуют частные позитивные изоб-ражения окружающего нас мира, по необходимости друг с другом не связанные, а научное изображение мира в целом из разрозненных фрагментов обеспечивается научной (позитивной) философией.
13. Справедливости ради отметим, что уже по мысли Ф. Энгельса философия должна решительно отказаться от претензий на роль "науки наук". Научное мировоззрение "не нуждается больше ни в какой философии/стоящей над прочими науками. Как только перед каждой отдельной наукой ставится требование выяснить свое место во всеобщей связи вещей и знаний о вещах; какая-либо особая наука об этой всеобщей связи становится излишней. И тогда из всей прежней философии самостоятельное существование сохраняет еще учение о мышлении и его законах - формальная логика и диалектика. Все остальное входит в положительную науку о природе и истории"24.
14. Но если поднимать вопрос, насколько правомерно представление о философии как о науке (даже при оговорке, чти это особая наука, наиболее общая, интересующаяся всём миром в целом, а не частная; рассматривающая какой-либо фрагмент действительности), необходимо выявление критериев научности
107

В их число включались: повторяемость в наблюдении; интерсубъективность знания (его всеобщность и независимость от личности ученого); воспроизводимость опыта. Все перечисленные характеристики вряд ли приемлемы для философии. Если разные ученые, исследующие одну и то же проблему одинаковыми методами, получают идентичный результат, то он принимается научным сообществом и считается научным. Наука рассматривается как высший этап развития человеческого познания, свободный от предрассудков метод постижения истины, совокупность эмпирически достоверного и логически организованного знания.
"Три кита", на которых держалось и держится научное здание, это опыт, логика и критика. Знание рассматривается как результат познавательной деятельности. А с глаголом "знать" связывают наличие конкретной информации либо совокупность навыков для выполнения той или иной деятельности. В этом смысле допустимо суждение: "Я знаю, как это делается".
15. Научное знание претендует на адекватное отражение действительности и говорит от имени истины. Его трактуют как способ приобщения субъекта к истине. В отличие от веры, которая есть сознательное признание чего-либо истинным на основании преобладания субъективной значимости, научное знание характеризуется объективностью и универсальностью и претендует на общезначимость.
Научное знание как форма сознательного признания истины - многообразно: это и фундаментальное и прикладное, и экспериментальное и теоретическое. Однако все научные знания должны отвечать определенным стандартам. Во всем реальном массиве законов, теорий и концепций действует закон достаточного основания. Согласно ему, ни одно положение не может считаться истинным, если оно не имеет достаточного основания. Закон достаточного основания является логическим критерием отличения знания от незнания. Другим критерием выступает предметно-практическая деятельность, которая переводит спор об истине в практическую плоскость.
Наряду с научным существует вненаучное знание, которое распадается на ряд разновидностей. Среди них ненаучное,
108

понимаемое как обыденное, которое не формализуется и не описывается законами; донаучное, выступающее прототипом, пред-посылочной базой научного; паранаучное как несовместимое с имеющимся гносеологическим стандартом; лженаучное как сознательно эксплуатирующее домыслы и предрассудки, антинаучное как утопичное и сознательно искажающее представления о действительности.
16. Наука видит реальность как совокупность причинно обусловленных естественных событий и процессов, охватываемых закономерностью. Это не поле действия одухотворенных сил, претворяющих в действительности свою волю и желание, и в силу этого непредсказуемых. Наука ратует за естественный* порядок, который может быть выражен законами физики и математики.
Отвечает ли подобным критериям научности философий? Можно ли предположить, что философы различных направлений будут слово в слово повторять положения одной и той же теории, приходить к идентичным выводам и добиваться воспроизводимости суждений? Вряд ли. Философские теории нельзя проверить при помощи опыта или эксперимента, они исключительно зависимы от личности мыслителя, каждая философская система авторизована.
17. Проблема демаркации науки и философии вызвана желанием освободить науку от экзистенциально универсальных предпосылок, идеологических наслоений, иррациональных мифооб-разований и квазинаучных явлений. Вместе с тем уязвимым пунктом одного из критериев науки - опытной проверки (верификации) является ее несамодостаточность. Это означает, что могут быть встречены такие факты, которые не подтверждают данную теорию. Опытное знание не может привести к полной уверенности, что теория истинна, ведь достаточно одного факта, противоречащего теории, чтобы стало возможным ее опровержение, фальсификация. Традиционный пример: биологи были уверены, что все лебеди белые, пока в Австралии не обнаружили черных лебедей. Принимая во внимание Подобные обстоятельства, британский философ и социолог Карл Поппер (р. 1902) предложил в
109

качестве критерия научности - принципиальную опровержи-мость теории, ее фальсификацию. Иными словами, в отличие от научных теорий, в принципе фальсифицируемых, ненаучные построения, и в частности метафизика, неопровержимы. Ибо опровержение доказывает эмпирический, основанный на опыте характер знания, а следовательно, его научность, т.е. связь с фактами. Далекие от идеала научности, ненаучные концепции в принципе неопровержимы. Их не может опровергнуть какой-либо факт, ибо они по большей части с фактами дела не имеют. 18. В ответ на потребность осмыслить социокультурные функции науки в условиях НТР возникла новая молодая дисциплина - философия науки, которая заявила о себе лишь во второй половине 20 в. Однако образ науки всегда приковывал к себе внимание философов и методологов. Говоря "философия науки", тем не менее следует четко определить, о чем идет речь. О философии науки как направлении западной и отечественной философии или же о философии науки как о философской дисциплине, наряду с философией истории, логикой, методологией, культурологией, исследующей свой срез рефлексивного отношения мышления и бытия. Философия науки как направление сосредоточена на выявлении роли и значимости науки, характеристик когнитивной, теоретической деятельности и представлена множеством оригинальных концепций, предлагающих ту или иную порождающую модель эпистемологии. философия науки как дисциплина выявляет специфические особенности науки и научной деятельности как формы общественного сознания. Она испытывает на себе огромное влияние философско-мировоззренческих концепций и теоретических разработок, проводимых в рамках философии науки как современного направления западной философии. Однако цель ее - в интегративном анализе и синтетическом подходе к широкому спектру научных проблем: определению целей и перспектив науки, особенностей большой и прикладной науки, взаимодействия науки и общества, структуры и уровней научного познания, функций научного исследования, методологии процесса познания и многом другом.
110

19. У истоков возникновения философии науки как направления современной философии стоят Дж. Милль, О. Конт, Г. Спенсер, Дж. Гершель. Концепция "позитивной (положительной) науки" была разработана Огюстом Контом. В работе "Дух позитивной философии" он выявил пять значений понятия "позитивного". В старом и более общем смысле "положительное" означает реальное в противоположность химерическому. Во втором смысле это основное выражение указывает на контраст между полезным и негодным. В третьем значении часто употребляется для определения противоположности между достоверным и сомнительным. Четвертое состоит в противопоставлении точного смутному. Пятое - менее употребительное, чем другие, хотя столь же всеобщее, когда слово "положительное" используется как противоположное отрицательному, как назначенное " по своей природе преимущественно не разрушать, но организовывать". Провозглашаемая О. Контом философия науки - это философия нового типа, которая призвана выполнить задачу систематизации, упорядочивания и кодификации научных выводов. Это "здоровая философия", которая коренным образом изгоняет все вопросы, неизбежно неразрешимые. В другой, "метафизической философии", нужды нет.
20. Возникновение позитивизма не может показаться беспочвенным. Быстрые успехи в самых различных областях знания: математике, химии, биологии и, конечно же, физике - делали науку все более и более популярной, приковывающей к себе всеобщее внимание. Научные методы завладевали умами людей, престиж ученых повышался, наука превращалась в социальный институт, отстаивая свою автономию и специфические принципы научного исследования. О самой философии пытались говорить как о сугубо строгой системе, и только в этом качестве она пользовалась успехом.
В своем главном произведении "Курс позитивной философии" в шести томах, изданных в 1830 -1846 гг., Конт широко пропагандировал идею научности применительно ко всем проявлениям природы и общества. И до сих пор его имя вспоминается
111

в связи с созданной им первой классификацией наук и с самой идеей "социологии" как науки об общественной жизни, включающей в себя социальную статику и социальную динамику.
21. Культ науки в 20 в. привел к попыткам построения философии по методам опытной науки. Сциентизм (от лат. scientia) провозгласил науку культурно-мировоззренческим образцом и в глазах своих сторонников предстал как идеология "чистой и ценностно-нейтральной большой науки". Он предписывал ориентироваться на методы естественных и технических наук, а критерии научности распространять на все виды человеческого освоения мира, на все типы знания, в том числе человеческое общение. Одновременно со Сциентизмом возникла его антитеза - антисциентизм, провозглашающий прямо противоположные установки. Антисциентизм весьма пессимистически относился к возможностям науки, исходя из негативных последствий НТР. Он требовал ограничения экспансии науки и возврата к традиционным ценностям и способам деятельности.

Тема 8. СМЫСЛ И ПРЕДНАЗНАЧЕНИЕ ФИЛОСОФИИ
Философия - духовная квинтэссенция своего времени. - Связь философии с жизнью и конец спекулятивного, умозрительного конструирования. - Позиция духовной выдержки. - Философия - любовь к мудрости. - Облик философа-мудреца, - Содержательный анализ понятия "мудрость". - Философия как образ жизни, школа мысли. - Способность и ответственность суждения. - Философия - целостное постижение универсума.
О философии говорят, что это эпоха, схваченная в мыслях, духовная квинтэссенция своего времени. И это во многом справедливо. Современная эпоха по скорости и динамичности преобразований не знает себе равных. Вспоминая векоисчисление В.В. Розанова, который назвал век 18-й сатиричным, 19-й - патетичным, можно заключить: век 20-й - катастрофичен. Мощные социальные катаклизмы, потрясшие до основания весь жизненный уклад, сложились в оценочные формулы - "век сумерек", "заката" и "конца". Появляются книги с симптоматичными названиями: "Вне контроля. Глобальный беспорядок накануне XXI века", "Конец истории". Методологи осмысливают теорию направленного беспорядка. Неравновесный, нестабильный мир - к такому выводу приходит лауреат Нобелевской премии, основоположник Брюссельской школы Илья Пригожий. Волны бархатных и не совсем бархатных революций, крах устоявшихся режимов, угроза ядерной войны и экологической катастрофы, терроризм и этническое противостояние резко обострили процессы хаотизации, поглотившие желаемую упорядоченность, стали явью нашей жизни.
Из такого определения философии следует ее эпохальное предназначение - быть рупором своего времени, откликаться на духовно-исторические сдвиги и преобразования, чутко реагировать на смену исторических декораций. В таком преломлении
8-Т. Лешкевич 113

связь философии с жизнью очевидна: Ибо основным требованием к философии становится императив - понять действительность. Воссоздание правдивого портрета эпохи кладет конец спекулятивному; умозрительному конструированию схем и предначертаний будущего и ведет к постижению смысла и сути бытия.
Долг философа - живо интересоваться событиями современности, разбираться в неоднозначности и многомерности ситуаций, мыслью, словом и мудрым советом прояснять, а не затемнять суть происходящего. Как говорил русский философ Вл. Соловьев (1853-1900), "задача философа узнать то, что есть, так, как оно есть"25.
Философ - труженик на поле рефлексии. В нем выкристаллизовываются мысли и чаяния, свойственные обществу, в котором он живет. Сама душа эпохи слышна в произведениях Платона и Аристотеля, Августина и Фомы Аквинского, Декарта, Гегеля и Маркса. Философы современности К. Яс-перс, М. Хайдеггер, Э. Фромм сокрушаются над пугающими тенденциями обезличивания и унифицирования личности, предостерегают против повсеместно обнаруживающихся симптомов духовного опустошения и гипертрофии рассудочности. Иллюзии линейного прогресса рушатся. Многовариантность хода событий постоянно воспроизводит ситуацию социального и личностного выбора. Философия в своем предназначении быть квинтэссенцией эпохи, центром всей духовной культуры помогает создать вечную систему координат, выполняет огромную работу исторического напоминания, выявляет и разъясняет жестокие уроки времени, укрепляя веру в разум. Подвижным умонастроениям и ситуационно-историческим переживаниям событий философия противопоставляет позицию духовной выдержки и трезвого анализа. Для философа не существует явления, которому он побоялся бы взглянуть в лицо. Поэтому-то вывод "Философы должны стоять у власти" с завидным постоянством воспроизводится во все времена и эпохи. Еще

<< Пред. стр.

страница 2
(всего 9)

ОГЛАВЛЕНИЕ

След. стр. >>

Copyright © Design by: Sunlight webdesign