LINEBURG


<< Пред. стр.

страница 21
(всего 23)

ОГЛАВЛЕНИЕ

След. стр. >>

1 Вебер М. Хозяйственная этика мировых религий. // Вебер М. Избранное. Образ общества. М., 1994. С. 45-63.
2 Джемс В. Многообразие религиозного опыта. Спб, 1992. С. 52-56.


595

З.Фрейда также интересовали религиозные переживания как одна из форм душевной жизни. Вопрос о реальном существовании Бога Фрейд не рассматривает. По его словам, все, что касается бытия Бога, слишком возвышенно и слишком свято. Как известно, согласно учению Фрейда, человеческие влечения подавляются обществом, которое свое репрессивное воздействие облекает в форму норм, правил, запретов. Внешнее принуждение постепенно уходит внутрь, становится частью особой психической инстанции - "сверх-Я". Религия - это часть культуры. Основная задача культуры - защита человека от природы. Но человек не только использует культурный механизм защиты от природы, у него появляется потребность защититься и от самой культуры, ее репрессивного влияния. Человек находится во власти противоречивых переживаний: он испытывает страх перед враждебной природой, но его одновременно пугает и чувство отделейности от нее; он стремится освободиться от власти человеческих запретов, его тяготят многочисленные условности, но не меньше страшит возможность одиночества; человек любознателен, он постоянно задает вопросы, на которые трудно, невозможно ответить средствами науки. Те же противоречивые чувства возникают в душе ребенка при его общении с родителями: страх, тревога, любопытство, желание свободы и одновременно - тайная надежда на удовлетворение задетого самолюбия, на преодоление одиночества, отчужденности - на любовь.

По существу, религия - это "арсенал представлений, порожденных потребностью сделать человеческую беспомощность легче переносимой, выстроенных из материала воспоминаний о беспомощности собственного детства и детства человеческого рода" [1]. Такие представления призваны оградить человека и от давления общества, и от природного влияния. С психологической точки зрения, религия - это иллюзия, являющаяся ответом на те непреодолимые противоречия, с которыми сталкивается человек в своей жизни. Это противоречие религия возвышает, делает значительным, выводит за рамки быта: герой религиозной драмы не отдельный человек, запутавшийся в своих противоречиях, а все человечество; Бог, Вселенная становятся участниками драмы. Иллюзии, болезненные фантазии индивида становятся культурно-символичес-

1 Фрейд 3. Будущее одной иллюзии. // Сумерки богов. М., 1989. С. 107.

596


ки оформленной иллюзией. "...Благочестивый верующий в высокой степени защищен от опасности известных невротических заболеваний: усвоение универсального невроза снимает с него задачу выработки своего персонального невроза" [1].

1 Фрейд 3. Будущее одной иллюзии. // Сумерки богов. М., 1989. С. 131.


По мнению К.Юнга, первоначальный опыт человечества был опытом его связи со священным, затем он перешел в форму "коллективного бессознательного", присутствующего в психике каждого человека. Религия для Юнга, следовательно, это сохранение и воспроизведение реального контакта с миром священного. Сама же человеческая душа - это окно в мир божественного.

Э.Фромм, исходя из своей концепции противоречивой природы человека, его установки на "иметь" и "быть", пишет о двух реально существующих формах религии и ее связи с человеком. В первом случае проявляется авторитарная природа религии. Бог - это сила и власть. Он находится за пределами человеческого мира и господствует над ним. Там, где эта форма религиозности преобладает, человек вступает на путь отчуждения. Он как бы отдает, приписывает все лучшие человеческие качества Богу. Человеческие качества теряют самоценность. Можно быть справедливым, добрым, только прибегнув к посредничеству Бога. В авторитарной религиозной системе заложены претензии на исключительность интерпретации Бога, что ведет к религиозной розни.

Во втором случае выявляется гуманистический потенциал религии. Идея потусторонности, запредельности, трансцендентности бытия Бога не приравнивается к идее Его господства над миром, как в авторитарной версии религии. В этом случае сама сущность человека - быть образом и подобием Божиим - также приобретает качество запредельности. Бог - символ энергии, силы человека. Человек же постоянно, чтобы быть человеком, должен выходить за собственные пределы, подниматься к новым возможностям, преодолевать собственную ограниченность. Человек в религии получает самоощущение безграничности собственных возможностей.

Авторитарная и гуманистическая тенденции могут присутствовать в одной религии. Примером гуманистической религии, пишет Фромм, могут быть ранний буддизм, даосизм, некоторые направления иудаизма, христианства (особенно


597

мистицизм), учения Исайи, Иисуса, Сократа Спинозы. Пример авторитарной религии - кальвинизм, разновидность протестантизма [1].

Круг идей, относимых Фроммом к религиозным, весьма широк. Он и сам замечает, что под "религией" понимает "любую систему взглядов и действий, которой придерживается какая-то группа людей и которая дает индивиду систему ориентации и объект поклонения" [2].

1 Фромм Э. Психоанализ и религия. // Фромм Э. Иметь или быть. М., 1990. С. 248.
2 Фромм Э. Там же. С. 236.


Религия в современной западной мысли рассматривается как фактор интеграции, стабилизации общества, социальной активности, пробуждает творческие потенции человека. Ряд авторов считают возможным превратить религию в знамя революции, сделать ее духовной основой радикальных социальных преобразований.

По мнению французского социального мыслителя Ж.Сореля (1847-1922), любые социальные движения органически включают в себя миф, объединяющий, направляющий чувства и помыслы людей. Миф составляет одно целое с социальной группой, поэтому он не подвержен яду критики. В российской социал-демократии начала века идеи Сореля получили довольно широкое распространение наряду с идеями Ф.Ницше, Э.Маха, Р.Авенариуса. А.В.Луначарский считал невозможным успех революции без обращения к идеям религии. Революционное сознание питается трансцендентным, революционер должен обладать самоощущением бога-разрушителя и бога-творца, он должен жить " по законам свободы", а не по законам природы и естественно-исторической необходимости.

Революционное мироощущение целиком вбирает в себя гуманистический потенциал религии. Однако традиционная религия мало приспособлена, по мнению Луначарского, к потребностям свободного человека. Поэтому религия должна быть радикально реформирована, человек должен открыто поклоняться собственному "гуманистическому потенциалу". "Мы сами боги", - говорит герой пьесы Луначарского "Иван в раю". Однако традиционное массовое сознание не способно усвоить такую религию обожествленного человечества. Поэтому для широких народных слоев необходимо сохранить традиционную "авторитарную" интерпретацию религии. Традиционное


598

религиозное наследие будет своего рода психологическим стабилизатором в условиях редигиозной смуты и последующих социальных преобразований. Луначарский попытался на основе социального прагматизма объединить в своей концепции рационально-просветительский взгляд на религию и некоторые идеи философии жизни.
















Особенности религиозного опыта

Многие исследователи религии искали ее "минимум", тот компонент, присутствие которого делает отношение человека к миру религиозным. Таким минимумом, то есть специфической чертой, основным признаком религии, принято считать веру в сверхъестественное или в священное. Для Э.Дюркгейма - это качество обособленности, запретности. Немецкий исследователь Р.Отто (1869-1973) считал, что священное - это то, что вызывает у человека ужас, трепет и одновременно - чувство восхищения и причастности. Были попытки отождествления сверхъестественного с идеальным (Э.Тейлор), что, однако, опровергается фигуральностью, вещественностью священного, являющегося людям.

Трудность определения священного заключается в том, что понять его специфику можно только в целостной системе религиозного опыта, который включает особый мировоззренческий компонент, культ, веру, религиозные организации. Понятие религиозного опыта предполагает "зримость", предметность представлений религии, системность религиозных воззрений, их индивидуальную обращенность, переживаемость.

Религия как система особых представлений предполагает метаморфозу, превращение, трансформацию действительности в мире сверхъестественного. В ранних мифологических представлениях мир сверхъестественного присутствует здесь же, рядом с обычным ходом событий; поэтому мир двоится, в нем все - чудо. В зрелых религиях мир сверхъестественного вынесен за пределы земного мира, доступ к нему не прост. В этом мире как бы "снимаются" реальные противоречия человеческой жизни; это мир с "обратным знаком": случайное в нем оказывается необходимым, человеческая слабость оборачивается силой, невозможное становится возможным. В этом мире нет смерти, нет безобразия, нет зла, нет неведения. В религии, по словам Гегеля, разрешены все загадки мира, преодолены все противоречия глубокомысленного ума, успокоены все муки чувства.

599


В рамках религиозного сознания существуют представления о точке разделения прежде единого мира на два. Это некое мифическое время и пространство, "когда звери говорили". Эдем христианства - также пространство первоединства двух миров. Для Адама и Евы не было смерти, не было чувства отделенности от природы, от Бога. Разделение двух миров произошло с грехопадением.

Православный богослов, архиепископ Михаил (Мудьюгин) выделяет пять особенностей религиозного сознания, характерных для любой религии [1].

1 Архиепископ Михаил (Мудьюгин ). Введение в основное богословие. М., 1995. С. 24-29.


1. Убежденность в существовании сверхъестественных явлений или явлений, обладающих сверхъестественными свойствами. Такими сверхъестественными объектами могут быть силы природы - земля, солнце, амулеты, души умерших предков. В развитых "мировых" религиях основной объект религиозного отношения - единый Бог, известный человеку в меру своего самооткровения. Мир сакрального не является только плодом человеческих мечтаний. Иначе он превратится в историческую легенду, нравственное поучение в форме притч, в прекрасный культурный памятник.

2. Убеждение в реальности контакта с религиозными объектами. Причем контакт этот двусторонен. Человек вступает в контакт с миром сверхъестественного с помощью молитвы, жертвоприношения; божество воздействует на человеческие судьбы, объявляет людям свою волю, знает их помыслы. Деист (признающий существование Бога только как первопричину мира) с этой точки зрения не религиозный человек, ибо не признает возможности живого двустороннего контакта с Богом.

3. Религия предполагает существование чувства зависимости от объектов религиозного поклонения, ибо общение человека с Богом неравноправно. Однако формы осознания этой зависимости могут быть различны: от чувства страха, вынуждающего к покорности, до просветленного смирения, понимаемого как осознание собственного несовершенства.

4. Религия включает также осознание требований со стороны божества и ответственности, связанной с выполнением


600

или невыполнением этих требований. Человек не только чувствует свою зависимость от священного, но считает, что божество прямо или косвенно (через других людей) диктует ему свою волю. Не зная ее, человек ощущает себя находящимся во власти божественного произвола.

5. Религия предполагает установление добрых отношений с объектами поклонения, желание умилостивить божество, в случае нарушения воли Бога - компенсировать свое непослушание покаянием или жертвоприношением.

Как видим, религиозное сознание предполагает веру в реальное существование сверхъестественного. Большинство исследователей считают веру эмоциональным состоянием, неспецифичным для религиозного сознания; вера может быть направлена и на другие объекты - идею, народ, отдельную личность. Однако значительность, "необиходность" объекта, на который направлены чувства верующего, не подавляет, а усиливает его волевые качества, ощущение свободы, самостоятельность мышления, что позволяет говорить о специфике развитого религиозного сознания, о его "гуманистической" версии. Религиозная вера актуализирует сложный комплекс страха и успокоенности, любви, надежды.

Существует распространенное мнение, особенно в массовом сознании, что веры вполне достаточно для религиозности, знание догматов, ритуалов - излишний балласт. Однако такое представление может стать оправданием безнравственности и невежества: "Вера без дел мертва". Известный христианский мыслитель К.С.Льюис (1898-1963) иронизировал: "Значение имеет только вера. Следовательно, если у вас есть вера, то действия ваши и поступки ваши роли не играют. Грешите в свое удовольствие, мой друг, развлекайтесь и наслаждайтесь жизнью, а Христос позаботится о том, чтобы все это не отразилось на вашем пребывании в вечности" [1].


1 Льюис К.С. Христианское поведение. // Иностранная литература. 1990. №5. С. 232.


Религия, даже с позиции стороннего наблюдателя, является одним из универсальных культурных механизмов регуляции человеческой деятельности, она через систему культовых действий организует человеческую повседневную жизнь, с помощью освоения вероучения структурирует мировоззрение, заставляет задуматься об основах и смысле собственной жизни. Тем


601

не менее, хотя индивидуальный религиозный опыт обязательно включает не только веру, но и культ, и мировоззрение, религиозное сознание не однородно, оно имеет по меньшей мере два уровня: массовое религиозное сознание, в котором, как правило, центральное место занимает эмоциональный комплекс, и рационально оформленное сознание, предполагающее освоение содержания вероучения. Еще более высокий уровень религиозного сознания - богословие, или теология, которое не только осваивает вероучение, но и транслирует его, защищает от ересей, интерпретирует согласно требованиям времени.

Религиозный человек рассматривает мир священного в качестве реально существующего, стремится вступить с ним в контакт, прикоснуться к этому миру с помощью вполне реальных действий - культа. Без религиозной веры и вероучения культ превращается в простой набор традиций, не обязательных для исполнения. Культовые действия - религиозные ритуалы - это каналы связи с миром сверхъестественного.

Одним из элементов культа является система запретов (табу). Запреты - это своеобразные барьеры, разделяющие два мира - профанный и сакральный. Преодоление этого барьера возможно в ритуале. Оно сопровождается целым рядом условий. Нарушая обычный порядок, человек как бы становился иным. Могло измениться его душевное состояние, он впадал в состояние экстаза, или человек преодолевал свое "земное" мироощущение", вступив в контакт с божеством через поедание его тела (теофагия). У большинства народов существует обычай поедания священных животных, который в христианстве трансформируется в таинство причастия.

Общим для всех религий, даже самых примитивных, ритуальным действием является жертвоприношение. В результате вольного или невольного нарушения заповедей человек стремится восстановить нарушенные добрые взаимоотношения с богом. Жертвоприношение эволюционирует от совершения действий, должных быть приятными божеству, до самонаказания. Даже в ранних религиях наиболее ценным является жертвоприношение, совершенное с ущемлением собственных интересов. В более развитых странах религия жертвоприношения трансформируется в покаяние, жертва оказывается лишь знаком внутреннего состояния самоосуждения. В Ветхом завете можно прочитать, что Бог "милости, а не жертвы хочет, и Боговедения более, нежели всесожжении" (Ос. 6, 6).

602














Философия и религия

Философия как форма рационального знания отлична от религиозного сознания. Она - форма рефлексивного знания, она не догматична, внутренне критична. Вместе с тем все философы во все времена не могли обойти проблему бытия Бога, смерти или бессмертия человеческой души. Трансцендентное буквально "притягивает" философию. Даже открыто нерелигиозные философы, такие, как М.Хайдеггер, говорят о том, что человек живет в "ожидании Бога". К.Ясперс ввел понятие философской веры, неотделимости философствования от прорыва к трансцендентному.

Дело в том, что все философские проблемы - проблема человека, границ его свободы, возможностей его познания, проблема творчества, ценностей, наконец, само существование философии как проблема находится в определенном отношении к проблеме существования Бога. Ибо философия решает "предельные" вопросы человеческого бытия. Философию интересует не наша с вами свобода, а возможность свободы вообще, абсолютная свобода в "чистом виде". То есть основанием всех форм человеческой деятельности, поскольку она отлична от природы, может выступать то запредельное природе основание, которое в религии называется Богом. Правда, как писал З.Фрейд, "философы начинают непомерно расширять значения слов, пока в них почти ничего не остается от первоначального смысла. Какую-то размытую абстракцию, созданную ими самими, они называют "богом"...их бог есть скорее пустая тень, авовсе не могущественная личность, о которой учит религия" [1]. Для философии важна сама идея Бога как безусловный гносеологический, этический, эстетический идеал и, одновременно, основание, источник познания, нравственности, искусства.

1 Фрейд 3. Будущее одной иллюзии. С. 121


Можно ли связать религиозные воззрения с определенной философской школой, направлением? Широко распространено сближение материализма и атеизма, с одной стороны, идеализма и религии - с другой. Но его решительно отвергают богословы. Бог как абсолютное бытие - это преодоление ограниченности материального и идеального, существующей здесь, в тварном мире. По словам современного православного богослова митрополита Антония Сурожского, христианство - единственный материализм, который придает материи достойное место в мире.

603

Ведь "этот материальный мир оказался способным вместить самого Бога... и в этом не сгореть" [1]. Для верующего обязательно настанет время, когда материальное наконец обновится, соединится с духовным, когда возникнут новое небо и новая земля, где все будет пронизано Божеством. "...Христианин - единственный последовательный и серьезный материалист, человек, который верит в материю, в ее бесконечно бездонные возможности" [2]. Сверхъестественное - это не идеальное, это как раз форма снятия противоположности материального и идеального. Для верующего неприемлем не материализм, а субъективный идеализм, считал английский католический писатель Г.К.Честертон (1874-1936), поскольку он ведет к вседозволенности, к злу. "Материалисты - в порядке, - говорил один из его героев, - они достаточно близки к небу, чтобы принимать землю и не думать, что они ее создали. Страшны не сомнения материалиста. Страшны, ужасны, греховны сомнения идеалиста" [3].

1 Митрополит Сурожский Антоний. Беседы о вере и церкви. М., 1991. С. 13.
2 Митрополит Сурожский Антоний. Человек перед Богом. М., 1995. С. 53.
3 Честертон Г.К. Избр. произв. В 3-х тт. Т.З. М., 1992. С. 283.


Вопреки общепринятому мнению, религиозный человек не должен чуждаться сомнения. Но границы философского сомнения и сомнения верующего - различны. Философ сомневается в самих основах своего существования. Предметом сомнения верующего является не Бог, а его собственное понимание Бога. Еще в IV веке один из Отцов церкви Григорий Нисский говорил: "Если мы поверим, что создали, опираясь на Священное Писание, на опыт святых, целостный образ Бога, то на самом деле мы создали идола и никогда уже не сумеем дознаться до истины Бога Живого, который весь есть динамика и жизнь".

Философия и религия идут разными путями, но реализуют одну человеческую потребность - закрепить себя в бытии. Богословы, говоря о религии, имеют в виду искание и осуществление контакта со сверхчувственным, высшей реальностью, протекающего в определенных организационных рамках. Философы, говоря о религии, рассматривают ее как необходимую форму трансцендирования ценностей в символической форме веры в абсолютное бытие. Философы лишь задают общие контуры той реальности, с которой связано "подлинное" существование человека и при условии которой имеет смысл философия как форма теоретического знания.



604















Исторические формы религии

К ранним формам религиозного отношения к миру относятся анимизм, тотемизм, фетишизм, идололатрия. Анимизм (от лат. anima - душа, дух) - одухотворение природных объектов и явлений, приводящее к тому, что в сознании анимиста весь мир как бы наполняется духовными существами, не только проявляющимися в природе, но и влияющими на человеческую жизнь. Духи стихий могут быть злыми и доброжелательными, поэтому в необходимых случаях им делаются небольшие пожертвования. Отношение духов непостоянно и может меняться в зависимости от поведения людей. Отсюда появляется тотемизм - вера в сверхъестественное родство между человеческими группами (родами, племенами) и определенными видами животных, реже - растений. Непочтение к тотему, с которым каждый член рода считает себя связанным, является преступлением, влекущим за собой наказание. Параллельно с анимизмом и тотемизмом почти повсеместное распространение получил фетишизм (от франц. fetiche - талисман, амулет) - почитание отдельных природных объектов (камни, раковины, кости и т.п.), которым приписываются сверхъестественные свойства. Фетиш оказывается предметом почитания не сам по себе, но потому, что в нем предполагается присутствие духа, таинственной силы. Маркс образно назвал фетишизм "религией чувственных вожделений". Фетишизм сохраняется и в современных религиях. Например, в христианстве до сих пор в сфере народного благочестия бытуют элементы фетишизма, которые проявляются как суеверия, авторитет которых иногда не меньше, чем возвещаемое церковью (напр., талисманы, ладанки и др.). Более сложной религиозной разновидностью является идололатрия (от греч. eidolon - образ, подобие). Ее формальный признак, отличающий от анимизма, тотемизма, фетишизма, - наличие идола в качестве главного объекта почитания, поклонения и служения. Это этап зрелого политеизма, обладающего собственной развитой мифологией, культом, нравственными требованиями. Яркой иллюстрацией могут быть многочисленные пантеоны богов древних греков, римлян, божества которых имеют жесткую иерархическую структуру. Обычно объектом обожествления является не сам облик его (изделия из дерева, камня и т.д.), но духовное существо, изображением, символом которого является данный идол.

605

Наиболее древней монотеистической религией, в основе которой лежит убеждение в существовании единого Бога, является иудаизм (II-I тысячелетие до н.э.). "Слушай, Израиль: Господь Бог наш, Господь Бог один есть" (Втор. 6, 4) - таково основное положение иудаизма. "Как многочисленны дела Твои, Господи! Все сделал Ты премудро" (Пс. 103, 24). "В начале сотворил Бог небо и землю" (Быт. 1, 1) - в этих высказываниях излагается представление иудаизма об отношении всякого внебожественного бытия к Богу, это отношение творения к своему Творцу, к единственной Первопричине всего. Согласно учению иудаизма, Бог дал завет пророку Моисею на горе Синай. Завет этот представляет заповеди ("закон") религиозно-культового и нравственно-правового содержания: "Да не будет у тебя других богов пред лицом Моим. Не делай себе кумира и никакого изображения того, что на небе вверху, и что на земле внизу, и что в водах ниже земли... Не произноси имени Господа, Бога твоего, отца твоего и матерь твою... Не убивай. Не прелюбодействуй. Не кради. Не произноси ложного свидетельства на ближнего твоего. Не желай жены ближнего твоего, и не желай дома ближнего твоего ...ни всего, что есть у ближнего твоего" (Втор. 5; 7-21).

Идея богоизбранности народа Израилева, окруженного политеизмом язычества, своеобразие исторических судеб были причиной того, что иудаизм, если не считать незначительных исключений, всегда был религией одного еврейского народа.

Христианство возникло в иудейской среде и полностью усвоило и подтвердило идею единобожия. В самом Пятикнижии (Торе) предвосхищен будущий приход божественного Спасителя - Мессии. Христиане верят, что спасение свершилось в истории "при Понтийском Пилате". Это указание соединяет теорию Спасения с жизнью мира. Христианство было изложено на языке греческой философии: древняя церковь "воцерковила" эллинизм. Все еврейское ветхозаветное наследие с рассказами о коленах Израилевых, о битвах, победах и поражениях израильского народа, повествование о том, как Бог действовал в нем, - нашло выражение в языке эллинской культуры. Соединение этих двух разноприродных величин и создало раннее христианское богословие. Во втором веке церковью была определена ее структура, а к IV в. был зафиксирован весь канонический свод Священного Писания Ветхого и Нового заветов. Христианская догматика вырабатывалась на протяжении IV-VIII веков ("эпоха вселенских соборов").

606

В IV веке между восточным и западным христианством наметился раскол, который официально оформился в 1054 году. После разделения церкви каждая конфессия (православие и католицизм) определяют свою догматику. Католическая церковь приняла догматику первого, второго и четвертого соборов, воплощенную в Символе веры (триединство Бога, богочеловечество Иисуса Христа и единосущие Богу-Отцу, о спасительной миссии церкви, воскресении из мертвых и Страшном Суде). В отличие от православия, католичество признает качественное и количественное изменение догматов. Формальные догматические отличия католичества: филиокве (добавление к восьмому члену Символа Веры, провозглашающему исхождение Святого Духа от Отца, слова "и от Сына"), догмат о примате и непогрешимости Папы в делах веры и нравственности, догмат о непорочном зачатии Божьей матери и Ее телесном вознесении на небо, чистилище.

В XVI веке широкое антикатолическое движение в Европе - Реформация - приводит к появлению третьего главного направления христианства. Протестантизм выдвинул три новых принципа: спасение личной верой, исключительный авторитет Библии, священство всех верующих. В свою очередь каждая конфессия содержит различные течения, направления, группы, секты.

Наиболее поздняя монотеистическая религия - ислам - возник в начале VII века на Аравийском полуострове. Основное положение догматики: "Нет Бога, кроме Аллаха, и Мухаммед - посланник Аллаха". Величие Бога - Аллаха - выражено во многих формулах и часто повторяется в речи, молитвах, быту, постоянно встречается в изящной вязи арабского каллиграфического письма на памятниках мусульманской архитектуры в Азии, Африке, Европе и Америке: "Аллах акбар" - "Аллах - самый великий!". В мусульманской традиции среди людей, не исповедующих ислам, особо выделяются иудеи и христиане - "люди Писания". Согласно догматике ислама эти люди верят в того же Бога, что и мусульмане. Бог посылал им Моисея (Мусу), Иисуса (Ису), Гавриила (Джабраила), деву Марию (Мариам) с тем, чтобы они несли слово Бога. Однако люди исказили и забыли учение. Поэтому Аллах направил своего последнего пророка Муххаммеда с божьим словом - Кораном. Это как бы последнее предупреждение и попытка наставить на путь истинный, после которого должен наступить конец мира и Суд,

607

когда по делам своим люди попадут или в райские сады, или в адский огонь. Главные обязанности верующего: пятикратная молитва, пост в месяц рамазан (ураза), обязательная благотворительность (закят), паломничество в Мекку (хаджж). Несмотря на множество различных течений в исламе, главными из которых являются суннизм и шиизм, среди мусульман существует стойкое убеждение в принадлежности к единой общности людей, объединенных общей верой, традициями, начальной историей и общими интересами в мире. Идея превращения религиозной общности мусульман в единство политического порядка неоднократно выдвигалась и поддерживалась крупными мусульманскими государствами и религиозными центрами.

Древнейшая из мировых религий - буддизм. Согласно традиции, основатель буддизма Сиддхартха Гаутама родился в мае 623 г. до н.э. Разочаровавшись в жизни, размышляя над законами бытия, Гаутама понял, что все беды человека проистекают от ложных представлений, которые порождают мнимые ценности, такие, как привязанность, антипатии, иллюзии, тщеславие, ложные взгляды, сомнения, лень, неугомонность, бесстыдство, отсутствие морали. Затем Гаутама вошел в иное состояние сознания и стал Буддой. Будучи Буддой, он сформулировал законы бытия, которые проповедовал 45 лет до своей физической смерти. Согласно традиции, Будда в процессе медитации также увидел, каким образом перерождаются существа в прошлом, настоящем и будущем, и в результате сформулировал четыре истины: существует дукха (неудовлетворенность, страдание); существует причина дукхи (страх перед временем); исчезновение дукхи есть нирвана; существует путь к прекращению дукхи. Все проповеди Будды (согласно традиции, их 80 тысяч) посвящены объяснению этих четырех истин и законов бытия.

К I в. до н.э. в буддизме появилось два направления - хинаяна (малая колесница) и махаяна (большая колесница). Согласно хинаяне (" узкий круг спасения ") нирваны может достигнуть лишь узкий круг людей - монашество. В хинаяне Будда еще не выступает в роли Бога, но является великим учителем, человеком великой нравственной чистоты, указывающим другим путь к спасению. Махаяна обещает "широкий путь спасения" не только монахам, но и мирянам. Более того, последователь махаяны должен в первую очередь беспокоиться не о своем спасении, но о спасении других. Будда в этом учении уже не человек, а Бог. Причем в этом учении буддистская практика, отра-

608

жая естественное стремление человека к личному религиозному общению, свелась к почитанию множества Будд, отличающихся в представлении молящихся по степени могущества, по своим локальным характеристикам, по внешнему облику.

В двадцатом веке возрос интерес к изучению буддизма с философской точки зрения, что в определенной мере связано с большим кругом проблем (космологических, гносеологических, нравственных, эстетических), содержащихся в нем. В нашей стране философским анализом буддизма занимался академик Щербатской Ф.И. (1866-1942) и его школа, деятельность которой была прервана в конце 30-х годов. Ф.И.Щербатской считал, что учение Будды - это "мировоззрение без бога, психология без души, вечность элементов материи и духа, причинность, наследственность, жизненный процесс вместо бытия вещей, отрицание частной собственности, национальной ограниченности, всеобщее братство людей, движение к совершенствованию" [1]. Лейтмотивом буддийских теорий, концепций, моделей является утверждение первостепенности усовершенствования природы человека, в том числе его морально-нравственных качеств, так как, согласно буддизму, даже самые совершенные политические, социальные, экономические, юридические, управленческие механизмы не принесут пользы обществу, если им руководят недостойные люди.

1 Щербатской Ф.И. Философское учение буддизма. Пг., 1918. С. 48.


















Религия в современном мире

Исторические факты свидетельствуют, что религия оказывала и на личность, и на общество двойственное влияние - как подавляющее, регрессивное, так и освобождающее, гуманное, прогрессивное. Эта двойственность присуща не только религиям мистического склада, устремленным к созданию некоего сверхчувственного единства человека и божества (например, индуизм и буддизм), религиям рационально-светским, ориентированным на овладение мудростью жизни в миру (религии китайского происхождения, например, конфуцианство и даосизм), но и религиям профетическим, зародившимся на Ближнем Востоке, - иудаизму, христианству и исламу. Среди множества причин регрессивного влияния следует выделить претензии каждой религии, точнее ее представителей, на вы-

609

явление абсолютной, нолной истины. Происходит это хотя бы потому, что любая идея бесконечности Абсолюта, в качестве уже высказанной, подпадает под власть конечности, понятности человеческого языка: в словах искажается, опустошается то, что предполагалось. "Это происходит в церквах и вероисповеданиях, возникающих на основе всеобъемлющей библейской религии, которой принадлежим мы все. Евреи и христиане, греки-ортодоксы, католики и протестанты, а может быть, и ислам", - пишет религиозный философ К.Ясперс [1]. Более того, даже в пространстве одной религии исторически происходит изменение основной модели, парадигмы мировосприятия, ориентируясь на которую люди осознают себя, общество, мир, Бога. Так, например, в истории христианства прослеживаются пять эпохальных моделей, соперничающих друг с другом:

- Иудейско-христианская эсхатология первоначальной церкви.
- Греко-эллинистическая средневековая церковь.
- Реформаторско-протестанская парадигма лютерански реформированного христианства.
- Просветительски-модернистская парадигма либерального протестантизма.
- Современная постмодернистская парадигма экуменического христианства.

1 Ясперс К. Смысл и назначение истории. М., 1991. С. 462.


Поскольку все они сосуществуют, постольку современные люди в духовно-религиозном смысле живут в разном историческом прошлом - в эпоху восточной патристики, католического средневековья (относясь к более поздним конфессиям так же отрицательно, как сторонники средневековой церкви относились к Реформации (в эпоху Реформации или в эпоху протестантского либерализма прошлого столетия).

В наши дни положение в религиозной жизни характеризуется одновременным конфликтным сосуществованием разновременных парадигм в рамках различных церквей и вероисповеданий. К.Ясперс считает: "К высказываемому содержанию веры нельзя относиться как к всеобще правильному; безусловность понимания истинного в вере - нечто изначально иное, отличающееся от схватывания общезначности, всегда частно правильное в знании. Историческая безусловность не есть общезначимость ее явлений в слове, догматике, культе, обрядах,


610


институте. Лишь смешение делает возможным притязание веры на исключительность ее истины. ...Следствием таких искажений становится самообман ...нетерпимость (неприятие всего, кроме собственных, превратившихся в догматы высказываний) и неспособность к коммуникации (неумение слушать другого, неумение честно поставить себя под вопрос)" [1].

1 Ясперс К. Смысл и назначение истории. М., 1991. С. 463-464.


Если же говорить о социуме в целом, здесь выявляются дополнительные аспекты проблемы. Прежний двухполюсный военно-экономический антагонизм сменился все усиливающейся многополярностью, полицентричностью мира, становящимся все более тесными благодаря современной технике связям и коммуникациям, с одной стороны. А с другой, сейчас подвергается сомнению господствовавшее доверие к технике и упование на ее всемогущество, подвергается сомнению промышленность, разрушающая окружающую среду, чисто формальная правовая демократия, в наше время расшатана вера в вечный, всезнающий, всемогущий и всеблагой прогресс. Все больше ощущается дефицит душевной теплоты, эмоциональности, обостряется восприятие межличностных отношений, крепнет убежденность в необходимости обязательной этики в интересах народа, нации, этноса, человечества. Таким образом, происходит не утрата ценностей, как иногда говорят об этом, а их изменение и переориентация на стиль жизни в человеческом измерении. Все это открывает новые возможности для религии. Бесспорно, вековой процесс секуляризации и просвещения не может быть повернут вспять. Но и самые ярые противники религии должны сегодня признать, что со времен диагнозов и прогнозов Л.Фейербаха, Ницше, Маркса отмирание религии не произошло. Напротив, религия вновь обрела свое существование в различных традиционных и секуляризованных формах. Процесс этот происходит в культуре, в субкультурах, в научных дискуссиях, общинах, молодежных группах. Всех их объединяют усилия основать собственную этику, имеющую универсальный характер. Поскольку абсолютные этические ценности могут быть созданы только в сфере Абсолютного, считают западные теологи (Карл Барт, Рудольф Бультман, Пауль Тиллих) и философы (К.Манхейм, К.Яс-перс, Э.Блох, Ю.Хабермас, М.Хоркхаймер), постольку важнейшей задачей в деле спасения культуры распадающегося мира является создание очищенной, облагороженной религии. Утвер-


611

ждается, что мы уже находимся внутри процесса "нового открытия религии - он происходит во всех странах мира, как высокоразвитых, так и развивающихся, в христианстве и нехристианских религиях... Возвращение религиозной культуры означает не возрождение церквей, которые все (по крайней мере в Европе) страдают одним недостатком - снижением готовности деятелей церкви принять на себя заботу о судьбах людей, отчасти из-за либерального приспособленчества и утраты собственной независимой позиции (что выражается в секуляризованном конформизме протестантских церквей), отчасти из-за реакционного догматизма и ложно избранного направления (римский интег-рализм католической церкви)" [1]. В такой ситуации позиция религиозного фундаментализма, основой которого является отстаивание мистифицированных организационных и доктринальных структур, замкнутости собственной культурной среды, попытки восстановить собственную ортодоксальность с помощью авторитарных деклараций, дисциплинарных санкций, политических интриг и теологической опеки, чтобы вернуться к средневековой антиреформаторской парадигме, - по большому счету была бы не продуктивна.

Попытку создания "новой" религии, которая не будет ни "клерикально-ханжеской, ни секулярно-безбожной", называют "мультирелигиозным постмодернизмом", поскольку процесс этот затрагивает все мировые религии. Сторонники постмодернизма настаивают на необходимости диалога религий, что отвечает требованиям времени. Постмодернизм опирается на идею экуменического движения (от греч. oikumene - Вселенная), начатого протестантами в XVII веке движения за объединение христианских конфессий. Современный постмодернизм настаивает на том, что экуменизм не должен сегодня пониматься в узкоцерковном или христианском смысле, ограничиваясь лишь проблемой христианских церквей. Ему необходимо стремиться установить мир (но не единство!) среди крупных религий мира. Ибо без мира между религиями не может быть мира между народами. Но мира между религиями не может быть без диалога между религиями [2]. Идея экуме-

1 Кюнг X. Религия на переломе эпох. // Иностранная литература. 1990. №11. С. 227.
2 На сегодняшний день существуют различные модели отношений православных церквей с международными христианскими организациями - в рамках членства в них или вне такого членства.

612

низма в той или иной форме затрагивается и обсуждается в различных приближениях и ракурсах на многих коллоквиумах и симпозиумах, посвященных проблемам культуры. Быть может, сознание существующей "рассогласованности" трех сфер человеческого бытия - религии (церкви), государственности и гражданского общества, каждая из которых решает свои задачи и находится в определенном противостоянии к двум другим, поможет приблизиться к решению главной задачи - относительного благосостояния общества и человека во всех смыслах. Во всяком случае, выступая на одном из таких коллоквиумов, архиепископ Михаил (Мудьюгин) говорил о единстве человеческого рода [1]. Он напомнил, что первое благословение, полученное Адамом вместе с даром жизни (" Плодитесь, размножайтесь и наполняйте землю" (Быт. 1, 28), адресовано не отдельным религиям, а всему человечеству и не является только монополией верующих христиан, что дает повод к тому, чтобы человечество наконец-то осознало свое единство.

1 Новая Европа. 1996. С. 137.













Мораль

Само слово "мораль" происходит от латинского mores - обычаи, нравы. Мораль - это особая, культурно-нормативная форма внебиологической регуляции человеческих отношений. Различают моральное сознание, моральные отношения, моральные поступки.

Термины "мораль" и "нравственность" обычно используют в качестве синонимов. Однако само наличие двух терминов, обозначающих одно явление, указывает на существование двух смысловых оттенков в понятии морали. С одной стороны, мораль - это регулятор человеческих отношений, это нравы, "естественные" стремления человека, массовые привычки, получившие общественное одобрение. С другой стороны, мораль - это противостояние природе активного волевого субъекта, осознающего свою автономность, это личностное измерение общества.

Гегель эти два аспекта морали превратил в две ступени ее развития. Нравственность для него - это обычаи, бессознательно усвоенные индивидом. В нравственности совпадают должное (предписания) и сущее - фактическое поведение


613


людей. Мораль, по Гегелю, это как бы критическая оценка нравственности (обычаев, нравов). В морали свободная личность сознательно ищет всеобщего закона, лежащего в основе нравов. Веления морали начинают расходиться с повседневным порядком, "сущим". Однако мораль как выражение субъективной воли опять объективируется, переходит в нравственность, понимаемую как воплощение морального закона в семейных отношениях, в гражданском обществе, в государстве. "Нравственность государства" Гегель считал третьей, последней фазой развития объективного духа - это "сила разума, осуществляющего себя как волю". Это синтез свободы как проявления духа и ее социально-культурной объктивации.















Мораль, обычай, право

Поведение, опирающееся на моральные нормы, и поведение, опирающееся на обычай, на первый взгляд, сходны. В самом деле, и мораль, и обычай регулируют человеческие взаимоотношения. И мораль, и обычай не институализированы, то есть моральные предписания и обычаи не исходят от какого-то особого учреждения, которое добивалось бы принудительного их исполнения.

И мораль, и обычай определяют то, что мы называем нравами, - привычные, широко распространенные в определенном сообществе формы поведения. Но между поведением на основе обычая и моральным поведением есть существенные различия.

Обычай - это устойчивые, стереотипные способы массового поведения, сложившиеся исторически. Обычай, как правило, требует буквального исполнения, он не нуждается в индивидуальной интерпретации, в отличие от морали. Обычай может требовать от представителей различных социальных групп исполнения различных действий. Требования же морали одинаковы для всех. Так, например, по обычаю древних ацтеков пить вино разрешалось только старикам. Молодой же человек, нарушивший обычай, должен был быть наказан. Наказания также не были одинаковыми для всех за одинаковый проступок. Чем выше социальное положение провинившегося, тем тяжелее было наказание. Обычай находится в большей зависимости от общественного мнения, нежели мораль: нарушение обычая вызывает общественное осуждение. Нарушение моральной нормы могло пройти незаметно для окружающих. С этой особен-

614

ностью обычая связана его большая, по сравнению с моралью, внешняя оформленность. Обычай не затрагивает человеческой души, он, в известной степени, "деятельность напоказ". Обычай не ставит перед человеком перспективной задачи личного совершенствования, что характерно для морального сознания. Требования морали ("должное") часто расходятся с повседневной человеческой жизнью ("сущим"). Для совершенствования морального поступка порой надо преодолевать рутину повседневности, выходить за рамки привычного, обычного, повторяющегося, идти наперекор общественному мнению.

Обычай же есть сгущение стереотипности, повторяемости жизненных событий, это объективизация общественного мнения, коллективной ответственности. Обычай носит внеличностный характер, в нем совпадают должное и сущее. Обычай так же нормативен, как и мораль, но обоснование этой нормативности иное - "так должно поступать, потому что так поступают все".

Правовое требование обосновывает свою принудительность ссылкой на государственную волю, закрепленную в законах, соблюдение правовых норм предполагает меры государственного принуждения. Субъект нравственности - личность, а высшая правовая инстанция - совесть; субъект обычая - человеческое сообщество, группа, высшая инстанция - общественное мнение. Субъект права - государство, высшая инстанция - суд. Но право, как и обычай, тесно связано с моралью. Известно, что незнание закона не избавляет от ответственности. Это обусловлено тем, что в основе правовых норм лежат так называемые нормы нравственности, известные всем: "не убий", "не укради", "не лжесвидетельствуй". Обычай также включает в себя подобные запреты. Право обладает наибольшей принудительной силой, поскольку обеспечивает исполнение норм, являющихся основой общественной безопасности. По словам русского философа Вл.Соловьева, право не рассчитывает на личное совершенствование, не требует нравственного выбора. Право есть принудительное требование минимального добра, право имеет дело не с "идеальным совершенством некоторых, а с реальной безопасностью всех" [1].

1 Соловьев Вл.С. Оправдание добра. // Вл. Соловьев. Соч. в 2-х тт. Т.1. М., 1990. С. 72-73.

615

Юрист и социолог Б.Н.Кистяковский, один из авторов известного сборника "Вехи", писал об обратном влиянии права на нравственность. Право не есть только "этический минимум", право не есть только принуждение. Право - это "единственная социально-дисциплинирующая система". Игнорируя ценность права, русская интеллигенция, писал он, оказывается крайне неустойчивой в своих нравственных принципах. "Главное и существенное содержание права составляет свобода. Правда, это свобода внешняя, относительная, обусловленная общественной средой. Но внутренняя, более безотносительная, духовная свобода возможна только при существовании свободы внешней, и последняя есть самая лучшая школа для первой" [1].

1 Кистяковский Б.Н. В защиту права. // Вехи. М., 1990. С. 102.













Исторические типы морали

Исторический тип морали определяется целой совокупностью признаков: соотношением моральных норм и обычаев, характером санкций, соотношением поступка и его мотива, в конечном итоге - степенью автономности субъекта нравственности, зрелостью личности.

Страх перед наказанием за совершенный поступок - самая простая форма социального контроля, распространимая даже на коллективные взаимоотношения в биологических популяциях. В ранних человеческих общностях чувство страха преобладало по отношению к чужим, потенциально враждебным иноплеменникам.

По отношению к "своим" внутри группы действует механизм "стыда". В чувстве стыда выражена уже простейшая форма социального контроля, отделивпгаяся от ее группового носителя и ставшая самооценкой индивида. Стыд - это страх осуждения "своими". Стыд не предполагает разграничения мотива и поступка. Стыдиться (или гордиться, гордость - положительная форма социального контроля этого типа) можно и случайной ошибки, гордиться можно случайной, немотивированной удачей, победой, не зависящей от победителя. Античная культура в основном была воплощением того типа нравственности, для которой наиболее характерной формой самооценки были "стыд" и "гордость". Человек судит себя по объективному результату, а не по мотивам поступка (таковы герои Еврипида: Федра, Геракл, Тесей). Стыд не осознавался как стыд перед собой, он как бы вынесен вовне и воплощен в образе Эриний, преследующих того, кто совершил зло.


616

Неотделенность еще внутреннего мира от внешних проявлений человеческой активности отразилась на характере дружеских отношений. Наиболее тесно связывала людей в "героическую" эпоху Древней Греции дружба, скрепленная договором. Героические действия, совершенные Ахиллом под Троей, были связаны с необходимостью отомстить за гибель своего друга Патрокла. Главным в дружбе был ее "практический" характер, мотив не отделялся от действия.

Другой тип нравственности характерен для сословного общества. Здесь центральным оказывается такой регулятор поведения, как честь. Чувство стыда трансформируется в чувство бесчестья. Понятие чести не столько выражает персональную репутацию индивида, сколько определяет значимость той общности, к которой он принадлежит. Понятие чести воплощается в корпоративные " кодексы чести ". Идеалом дворянского сословия было сознательное изгнание страха и утверждение чести как основного "законодателя" поведения дворянина. Дуэль - процедура по восстановлению чести. С этих позиций храбрость - самоцель дворянина, это не средство служения государственной пользе. В отличие от более ранних типов нравственности, в данном случае поражение или победа не есть критерий нравственного поступка. Главное - личное бесстрашие, то есть следование закону чести, что предполагает индивидуальную мотивацию, а не только позитивный результат поступка. Но корпоративное одобрение вызывают только определенные внутренние побуждения, воплощенные в определенные действия. Дуэль, способность добровольно взглянуть в лицо смерти, становится особым "очищающим" ритуальным действием, смывающим печать личного бесчестья. Причем индивидуальному решению в дуэли отводится серьезная роль: необходимо решить, достаточно ли только простого вызова, или "обозначения" боя (выстрел в воздух), или же оскорбление необходимо смыть кровью [1]. Для низших сословий понятие чести часто связано с уровнем мастерства, с трудом, как достойным человека занятием.

1 Лотман Ю.М. Дуэль. // Лотман Ю.М. Беседы о русской культуре. Спб, 1994.


Понятие достоинства оказывается в центре нравственного сознания уже в новое время. Достоинство мыслится как то, что должно быть присуще каждому индивиду, должно носить всеобщий характер. С этой точки зрения, дуэль - лишь ритуали-


617

зированное убийство, унижающее достоинство человека действие. Достоинство предполагает расхождение между должным и сущим, что открывает простор для личного самосовершенствования. Понятие человеческого достоинства предполагает ощущение индивидом себя как представителя "рода человеческого" в целом, ставшее мотивом его поведения. Чувство собственного достоинства предполагает значительную вариативность поведения индивида, открывает возможность различных его интерпретаций. В частности, диапазон интерпретации понятия достоинства находится между полюсами безграничного самоутверждения индивида и ощущением огромной ответственности за свои поступки перед человечеством. Основополагающим для истолкования идеи человеческого достоинства является принцип гуманизма, который и сам имеет различные интерпретации. Гуманизм выражен и в идее И.Канта, согласно которой человек всегда является целью и не может стать средством. Но существует и марксистский, "конкретный" гуманизм, согласно которому отдельный человек может и даже должен с радостью стать средством для прогрессивного развития человечества в целом. Ж.П.Сартр рассматривает гуманизм как абсолютную свободу человека, не стесненную внешними условиями и внутренней " цензурой ". В религиозной христианской традиции гуманизм подвергается критике, рассматривается в качестве одного из самых больших заблуждений человечества (Н.Бердяев, Ю.Бохеньский). Гуманизм как поклонение человека самому себе рассматривается как форма идолопоклонничества, несвободы человека.
















"Золотое правило" нравственности

Принцип гуманизма наиболее ярко выражен в так называемом "золотом правиле" нравственности. История становления этого принципа как основы нравственного поведения одновременно является историей становления нравственности. В современном его значении "золотое правило" начинает использоваться с XVIII века.

Изначально, в условиях родоплеменной общности, действовал универсальный обычай кровной мести ("око за око, зуб за зуб"), талион, содержание которого сводится к идее равного воздания: "возмездие по отношению к представителю другого рода должно быть равно причиненному им ущербу тебе или

<< Пред. стр.

страница 21
(всего 23)

ОГЛАВЛЕНИЕ

След. стр. >>

Copyright © Design by: Sunlight webdesign