LINEBURG


<< Пред. стр.

страница 8
(всего 213)

ОГЛАВЛЕНИЕ

След. стр. >>

для ощущения энергии технику сновидения. Он отметил, что использование
этой техники в мире обыденной жизни было одним из наиболее эффективных
средств, использовавшихся старыми магами. Это давало возможность ощущать
энергию точно так же, как и во сне, а не всецело хаотично. Затем наступал
момент, когда что-то изменяло восприятие, и маг находил себя стоящим лицом
к лицу с новым миром - в точности как это случилось со мной.
Я сказал ему об одной мысли, которую я едва осмеливался произнести:
панорама, увиденная мной, была и не сном, и не обычным миром.
- Да, она не была ни тем, ни другим, - сказал он. - Я напоминаю тебе
это снова и снова, а ты думаешь, что я просто говорю одно и то же. Я знаю,
как трудно уму допустить реальность существования безумных возможностей.
Но новые миры существуют! Они охватывают друг друга, образуя в целом нечто

похожее на луковицу. Тот мир, в котором мы живем, - это лишь один слой
луковицы.
- Ты хочешь сказать, дон Хуан, что цель твоего учения в том, чтобы
подготовить меня к посещению этих миров?
- Нет. Я хочу сказать совсем другое. Мы отправляемся в другие миры
только в качестве упражнения. Такие путешествия были уделом бывших магов.
Мы занимаемся сновидением, как и маги древности, но в то же время мы
исходим из совершенно иных принципов. Старые маги предпочитали сдвиг
["shift" (англ.)] точки сборки, поэтому они всегда чувствовали себя в
более или менее известном, предсказуемом положении. Мы же отдаем
предпочтение движению ["movеment" (англ.)] точки сборки. Старые маги
искали неизвестное для людей. Мы ищем сверхчеловеческое неизвестное.
- Я еще не добрался до него, не правда ли?
- Нет. Ты только начинаешь. Вначале каждый должен пройти по стопам
старых магов. Ведь в конце концов это они изобрели сновидение.
- Когда я, в таком случае, начну изучать сновидение новых магов?
- Тебе еще предстоит многое сделать. Возможно, на это уйдут годы.
Кроме всего прочего, я должен быть с тобой очень осторожным. По характеру
ты определенно похож на магов прошлого. Я предупреждал тебя об этом, но ты
всегда умудряешься пренебрегать моими советами. Иногда мне даже казалось,
что какая-то чужая энергия выступает в качестве твоего советника, но
сейчас я отбросил эту идею. Ты - искренний человек.
- Что ты имеешь в виду, дон Хуан?
- Ты нечаянно совершил два поступка, которые меня чертовски
взволновали. В первом же сновидении ты путешествовал в энергетическом теле
за пределами этого мира. И прогуливался там! А затем ты посетил в
энергетическом теле еще одно место за пределами этого мира, но об этом ты
не помнишь в своем обычном состоянии сознания.
- Почему это беспокоит тебя, дон Хуан?
- Сновидение слишком легко для тебя. И в этом твое проклятие, если мы
не уделим этому вопросу надлежащего внимания. Сновидение выводит к
неизвестному для людей. Как я говорил тебе, современные маги стремятся
постичь сверхчеловеческое неизвестное.
- Чем может быть это сверхчеловеческое неизвестное?
- Свободой от всего человеческого. Это - невообразимые миры,
выходящие за пределы человеческих возможностей достижения, которые тем не
менее каким-то образом доступны нам. Туда направляются современные маги.
Их устремления лежат далеко вне интересов людей; за пределами этих
интересов лежат всеобъемлющие миры, среди которых есть далеко не только
сферы обитания птиц и животных, хотя и они неизвестны человеку. То, о чем
я говорю, представляет собой миры, подобные нашему. Целые вселенные с
бесконечными пространствами.
- Где находятся все эти миры, дон Хуан? В различных положениях точки
сборки?
- Правильно. В различных положениях точки сборки, но эти положения
доступны для магов вследствие движения точки сборки, а не ее сдвига.
Путешествия в такие миры могут совершить в сновидении только сегодняшние
маги. Маги древности были далеки от них, потому что такие путешествия
требуют от магов великой непривязанности и полного отказа от чувства
собственной важности в любом его проявлении. Старые маги не могли
пожертвовать всем этим. Для магов, практикующих сновидение в наши дни, это
сновидение является свободой достичь миров, не укладывающихся ни в какое
воображение.
- Но зачем их достигать?
- Ты уже спрашивал меня сегодня об этом. Ты рассуждаешь, как
настоящий купец. "Это опасно? - спрашиваешь ты. - На сколько процентов
увеличится сумма моего вклада? Будет ли так лучше для меня?" На эти
вопросы невозможно ответить. Ум купца настроен на подсчет прибылей. Но
свобода не может основываться на вкладах и доходах от них. Свобода - это
приключение, которому нет конца, в котором мы рискуем жизнью и даже
большим, чем жизнь, во имя нескольких мгновений чего-то превыше слов,
мыслей и чувств.
- Я спрашивал, имея в виду другое, дон Хуан. Я хотел узнать, что
может вынудить такого никудышного бездельника как я, достичь этого всего?
- Поиск свободы - это единственная побуждающая сила, которую я знаю.
Это свобода улететь внезапно в бесконечность, которая где-то там. Это
свобода умереть, исчезнуть навсегда. Это свобода быть подобным пламени
свечи, которая остается неугасимой в мире, озаряемом светом миллиардов
великолепных звезд, остается неугасимой потому, что никогда не считает
себя чем-то большим, чем есть на самом деле, - всего лишь свечой.



5. МИР НЕОРГАНИЧЕСКИХ СУЩЕСТВ

Верный своему согласию ждать, пока дон Хуан сам решит продолжить свои
объяснения сновидения, я обращался к нему за советом только в случае
крайней необходимости. Однако он, как правило, производил впечатление
человека, который не просто не желает обсуждать сновидение, но еще и
раздражен моим отношением к этому предмету. По моему мнению,
подтверждением его недовольства мной было то, что всегда, когда мы
начинали обсуждать мою практику сновидения, он преднамеренно преуменьшал
важность достигнутого мной.
В то время самой важной чертой моей практики стали постоянные
свидетельства в пользу существования живых неорганических существ. После
того, как я встретился с ними в своих сновидениях, и особенно после
столкновения с ними в пустынных окрестностях дома дона Хуана, у меня были
веские основания считать их существование подлинным фактом. Но все эти
случаи возымели на меня обратное действие. Я упрямо и яростно отрицал
возможность их существования.
Затем мое настроение изменилось и я решил провести объективное
исследование вопроса, связанного с ними. Метод исследования предполагал,
что я прежде всего буду вести регулярные записи того, что случается в моих
занятиях сновидением, а затем использую эти записи в качестве достаточного
основания для вывода, подтвердилось ли на практике то, что я предполагал о
неорганических существах. Фактически, я исписал сотни страниц
скрупулезными, но бессмысленными описаниями, в то время как достаточные
свидетельства в пользу их существования были получены мной почти в самом
начале моих изысканий.
Нескольких занятий оказалось достаточно, чтобы выяснить, что как бы
случайная рекомендация дона Хуана - прекратить рассуждать и предоставить
неорганическим существам возможность приблизиться ко мне - была в
действительности тем самым способом, который использовали маги прошлого
для того, чтобы привлекать их. Предоставив мне возможность убедиться в
этом на собственном опыте, дон Хуан просто-напросто следовал своему методу
обучения магии. Он снова и снова повторял, что очень трудно заставить наше
эго покинуть оборонительные рубежи. Этого возможно достичь только с
помощью практики. Одной из сильнейших оборонительных линий эго является не
что иное, как наша рациональность. И она не только является одним из самых
стойких барьеров на пути к обладанию магическими умениями и теорией, но
еще и наиболее опасным по своим проявлениями. Дон Хуан верил, что
существование неорганических существ является фактом, способным сильно
поколебать нашу рациональность.
В своей практике сновидения я придерживался установленного
распорядка, от которого не отклонялся ни на один день. Вначале моей целью
было наблюдение всех доступных объектов в моих снах, а затем - изменение
снов. Я наблюдал день ото дня целые вселенные различных деталей предметов.
Как-то раз я заметил, что мое внимание сновидения начало убывать, и мои
занятия заканчивались либо тем, что я засыпал и видел обычные сны, в
которых я вообще не был способен управлять вниманием, либо тем, что я
просыпался и не мог больше заснуть вообще.
Однако время от времени в моих сновидениях появлялся поток чужеродной
энергии, как определял его дон Хуан, называя его также лазутчиком. Его
предостережение относительно лазутчиков помогло мне быть бдительным и
правильно использовать свое внимание сновидения. Первый раз я столкнулся с
чужеродной энергией, когда мне снилось, как я делал покупки в универмаге.
Я переходил от прилавка к прилавку, разыскивая антикварные предметы. В
конце концов я нашел то, что искал. Несоответствие между универмагом и
поиском произведений древнего искусства было столь очевидным, что я
тихонько посмеивался, но как только я нашел одно такое произведение, я
сразу же забыл об этой нелепости. Этот предмет представлял собой рукоятку
трости. Продавец сказал мне, что она была изготовлена из иридия, который
он назвал одним из самых твердых веществ в мире. Рукоятка была украшена
резьбой с изображением головы и плеч обезьяны. Но мне показалось, что она
сделана из нефрита. Продавец был очень возмущен, когда я намекнул, что это
скорее всего нефрит, и, чтобы продемонстрировать свою правоту, он изо всей
силы бросил предмет на цементный пол. Он не разбился, но стал
подскакивать, как мяч, а затем уплыл прочь, вращаясь, как фрисби. Я
последовал за ним. Он скрылся за деревьями. Я побежал, чтобы найти его и
обнаружил его увязшим в земле. Он превратился в необычайно прекрасную
надлежащей длины трость темно-зеленого цвета с переходом в черный.
Я захотел взять ее себе. Я ухватился за нее и начал с силой отрывать
от земли, пока кто-нибудь не появился поблизости. Но как я ни старался, я
не мог сдвинуть ее с места. Я боялся, что сломаю ее, если буду пытаться
вырвать из земли, расшатывая из стороны в сторону. Поэтому я начал
раскапывать землю вокруг нее голыми руками. По мере того, как я продолжал
копать, она таяла на глазах, пока на ее месте не осталась только лужица
зеленой воды. Я уставился взглядом в воду; внезапно мне показалось, что
она взорвалась. Она превратилась в белый пузырь, который затем исчез. Мой
сон продолжался дальше с новыми образами и деталями, которые ничем не
выделялись, хотя и были совершенно отчетливы.
Когда я рассказал дону Хуану об этом сновидении, он сказал:
- Ты встретился с лазутчиком. Лазутчики часто встречаются и в обычных
снах. Странно, но сны сновидящих характеризуются отсутствием лазутчиков.
Когда они появляются, их легко обнаружить по сопутствующей им необычности
и несоразмерности.
- О какой несоразмерности ты говоришь, дон Хуан?
- Их присутствие окружено нелепостями.
- Во сне многое нелепо.
- Только в обычных снах вещи бессмысленны. Я бы сказал, что это
происходит именно так вследствие большого количества лазутчиков,
присутствующих в них. Их много потому, что обычные люди склонны сильнее
ограждать себя от неизвестного.
- Ты знаешь, почему это так, дон Хуан?
- По-моему, все определяется балансом сил. Среднестатистический
человек вынужден воздвигать необычайно прочные барьеры, чтобы защитить
себя от натиска враждебных влияний. Например, такие барьеры как
беспокойство о себе. Но чем крепче препятствие, тем мощнее нападение.
В отличие от них, сновидящие воздвигают меньше барьеров и поэтому
привлекают меньше лазутчиков в свои сны. В снах сновидящих бессмысленные
вещи отсутствуют, возможно, для того, чтобы сновидящие легко обнаруживали
присутствие лазутчиков.
Дон Хуан посоветовал мне быть очень внимательным и замечать все
доступные наблюдению детали моих снов. Он даже заставил меня повторить
вслух эти свои слова.
- Ты сбиваешь меня с толку, - сказал я. - Ты то не хочешь ничего
слышать о моем сновидении, то хочешь. Есть ли какая-то систематичность в
твоих отказах и согласиях?
- Конечно же, за всем этим стоит некоторая система, - сказал он. -
Быть может, ты когда-нибудь будешь поступать так же с другим сновидящим.
Одни вопросы имеют ключевое значение, потому что связаны с духом. Другие -
совершенно не имеют значения по причине нашего индульгирования.
Первый лазутчик, которого ты обнаружил, теперь будет присутствовать
всегда в любой форме, даже в виде иридия. Кстати, что такое иридий?
- Точно не знаю, - искренне сказал я.
- Вот тебе и на! А что ты скажешь, если окажется, что это одно из
самых прочных веществ в мире?
Глаза дона Хуана сияли от восторга, пока я нервно хихикал от
абсурдности его последней реплики, которая, как я узнал впоследствии, в
действительности была истиной.
Начиная с этого времени я стал замечать присутствие несуразных
предметов в своих сновидениях. Стоило мне допустить верность слов дона
Хуана, определяющих суть чужеродной энергии во сне, и я вскоре полностью
согласился с тем, что нелепые вещи в моих сновидениях являются на самом
деле пришельцами из других миров. После того, как я обнаруживал их, мое
внимание сновидения всегда полностью сосредоточивалось на них, чего не
происходило ни в каких других условиях.
Еще я заметил, что каждый раз, когда чужеродная энергия проникала в
мои сны, мое внимание в них вынуждено было усиленно работать, чтобы
превратить ее в какой-нибудь знакомый объект. Препятствие, с которым
сталкивалось мое внимание в этом случае, состояло в его неспособности
полностью совершить такое преображение: в итоге я получал какой-то
диковинный объект, почти мне незнакомый. Впоследствии чужеродная энергия
довольно быстро исчезала; нестандартный предмет пропадал, превращаясь в
пузырь света, который вскоре поглощался другими деталями моего сна.
Когда я попросил дона Хуана прокомментировать то, что происходит в
моем сновидении, он сказал:
- В настоящее время лазутчики в твоих снах являются шпионами,
присылаемыми из неорганического мира. Они очень недолговечны, что означает
их неспособность долго оставаться во сне.
- Почему ты говоришь, что они - шпионы, дон Хуан?
- Они приходят в поисках возможности поглощать сознание других
существ. У них есть собственное сознание и цель, хотя она недоступна
постижению нашим разумом. По типу их сознания и замыслов их, вероятно,
можно сравнить с деревьями. Внутренние устремления деревьев и
неорганических существ непонятны нам, потому что они намного более
медленны, чем наши.
- Почему ты так считаешь, дон Хуан?
- И деревья, и неорганические существа живут дольше, чем мы. Они
созданы, чтобы пребывать неизменными. Они неподвижны, но в то же время они
заставляют все двигаться вокруг себя.
- Ты хочешь сказать, дон Хуан, что неорганические существа являются
такими же почти неизменными сущностями, как и деревья?
- Именно так. То, что ты видишь в сновидении в виде светлых и темных
полых трубочек, является их проекцией. То, что ты слышишь во сне как голос
эмиссара, - тоже их порождение. Равно как и их лазутчики.
По какой-то непонятной мне глубинной причине я был подавлен этими
словами. Внезапно меня охватило беспокойство. Я спросил дона Хуана,
являются ли и деревья подобными проекциями.
- Являются, - сказал он. - Более того, эти проекции более враждебны к
нам, чем их аналоги из неорганического мира. Сновидящий никогда не
вступает в контакт с деревьями, если только он не находится в теплых
приятельских отношениях с другими мирами, что является очень трудно
достижимым состоянием. У нас нет друзей на этой Земле, ты ведь знаешь. -
Он грустно улыбнулся и добавил. - Ни для кого не секрет, почему это так.
- Возможно, это не секрет для тебя, дон Хуан, но, со всей
определенностью, это тайна для меня.
- Наши действия разрушительны. Мы настроили все живые существа против
себя на этой Земле. Вот почему у нас нет друзей.
Я чувствовал себя так неловко, что хотел вовсе прекратить беседу.
Внутреннее побуждение вынудило меня вернуться к обсуждению неорганических
существ.
- Что, по твоему мнению, мне следует делать, чтобы последовать за
лазутчиками? - спросил я.
- А зачем, собственно, тебе нужно следовать за ними?
- Я занимаюсь научными исследованиями неорганических существ.
- Ты подшучиваешь надо мной, не так ли? Я думал, что ты непоколебим в
своем отрицании их существования.
Его издевательский голос и раскаты смеха ясно показали мне его
отношение к моему научному исследованию.
- Я теперь придерживаюсь другого мнения, дон Хуан. Теперь я хочу
изучить все эти сущности.
- Помни, что мир неорганических существ был сферой деятельности магов
прошлого. Чтобы пробраться туда, они тщательно концентрировали свое
внимание в сновидении на наблюдаемых объектах. Таким образом они были
способны обнаруживать лазутчиков. И когда лазутчики оказывались в центре
их внимания, они выкрикивали вслух намерение следовать за ними. Как только
маги древности заявляли об этом своем намерении, они уходили, увлекаемые
чужеродной энергией.
- Так ли все просто, дон Хуан?
Он не ответил. Он только засмеялся, глядя на меня, как бы приглашая
меня сделать то, о чем он рассказал.
Работая дома, я устал искать истинный смысл слов дона Хуана. Я упрямо
не желал следовать тому, что он мог бы назвать рабочим методом. После
того, как я отбросил и идеи, и терпение, я однажды потерял бдительность. В
тот раз я видел во сне рыбу, озадачившую меня тем, что она внезапно
выскочила из озера, возле которого я прогуливался. Она забилась у моих
ног, затем полетела, как птица, и села на ветку, по прежнему оставаясь
рыбой. Картина была такой непривычной, что мое внимание сновидения
оживилось. Я сразу же понял, что это лазутчик. Секундой позже, когда
рыба-птица превратилась в точку света, я крикнул о своем намерении
последовать за ней и отправился в иной мир точно так, как говорил об этом
дон Хуан.
Я, как легкое насекомое, пролетел сквозь нечто, казавшееся темным
тоннелем. Ощущение тоннеля внезапно прекратилось. Было так, как будто я
был выдут из трубы и по инерции шлепнулся на огромную глыбу какого-то
вещества; я почти касался ее. Я не видел ей конца во всех направлениях,
доступных моему взору. Все это так сильно напоминало мне
научно-фантастические фильмы, что я был полностью уверен, что эта панорама
возникла в моем спящем сознании. А почему бы и нет? Я считал, что
происходящее со мной всего лишь сон.
Я решил рассмотреть все детали этого сна. То, что я мог видеть,
представляло собой подобие исполинской губки. Оно было пористым и покрытым
углублениями. Я не мог прикоснуться к нему, но оно выглядело твердым и
волокнистым. Оно было темно-коричневого цвета. Затем у меня проскользнуло
сомнение в том, что все это немое нагромождение мне просто снится. То, что
я видел, не изменяло своих начертаний. Оно не двигалось. При пристальном
всматривании у меня создалось впечатление чего-то реального, но полностью
неподвижного; это все где-то находилось и так приковывало к себе мое
внимание, что я не мог оторваться для осмотра других объектов, включая
себя. Какая-то удивительная сила, с которой я никогда раньше не
сталкивался в сновидении, парализовала меня.
Затем я явственно ощутил, что масса высвободила мое внимание; и
теперь все мое сознание сосредоточилось на лазутчике, который привел меня
сюда. Он выглядел как светлячок в темноте, кружась надо мной и вокруг
меня. В этом мире лазутчик был пузырьком чистой энергии. Я мог видеть
кипение его энергии. Казалось, он знает обо мне. Внезапно он приблизился
ко мне, а затем притянул и оттолкнул меня. Я не чувствовал его
прикосновения, но знал, что он касается меня. Это ощущение было
изумительным и новым для меня; будто какая-то часть меня, не
присутствующая там, была возбуждена этим прикосновением; волны энергии
проходили по ней одна за другой.
Начиная с этого момента все в моем сне начало становиться все более
реальным. Мне с трудом удавалось помнить, что я нахожусь в сновидении. К
этому затруднению примешивалось чувство уверенности в том, что, касаясь
меня, лазутчик осуществляет энергетический контакт со мной. В тот момент,
когда казалось, что он притягивает или отпихивает меня, я знал, чего он от
меня хочет.
Сначала он втолкнул меня в большое углубление в глыбе вещества, перед
которой я находился. Как только я оказался там, я заметил, что внутренняя
поверхность была так же равномерно пористой, как и внешняя, но выглядела
не так грубо, будто ее неровности были отшлифованы. То, что я рассматривал
снаружи, имело структуру, напоминающую что-то похожее на увеличенное
изображение пчелиного улья. Во всех направлениях расходились бесчисленные
тоннели всевозможных очертаний. Некоторые из них вели вверх, другие -
вниз; были также идущие налево и направо; они образовывали всевозможные
углы друг с другом, направляясь один выше, другой ниже, будучи
наклоненными более или менее покато.
Свет был очень тусклым, но все было отчетливо видно. Тоннели
выглядели оживленными и сознательными; они "кипели". Я пристально взглянул
на них и с удивлением понял, что вижу их. Это были энергетические волокна.
Как только я это постиг, голос эмиссара из сновидения зазвучал в моих ушах
так громко, что я не мог разобрать ничего им сказанного.
- Говори тише, - завопил я нетерпеливо, замечая, что во время
произнесения мною слов тоннели исчезают из виду, а я погружаюсь в вакуум,
где могу только слышать.
Эмиссар понизил голос и сказал:
- Ты находишься внутри неорганического существа. Выбери себе любой из
тоннелей, и ты сможешь жить в нем вечно. - Голос смолк на мгновение, а
затем прибавил: - Разумеется, если ты хочешь этого.
Я не мог заставить себя вымолвить хоть несколько слов. Я боялся, что
любое мое утверждение может быть понято в смысле, противоположном тому,
который я в него вкладываю.
- В этом для тебя есть бесчисленные преимущества, - продолжал голос
эмиссара. - Ты можешь жить в любых тоннелях, какие пожелаешь. И в каждом
ты сможешь узнать что-то новое. Маги прошлого жили там и научились многим
удивительным вещам.
Не пользуясь никакими органами чувств, я ощутил, что лазутчик
подталкивает меня сзади. Казалось, он хочет, чтобы я двигался вперед. Я
направился в тоннель, находящийся рядом справа от меня. Как только я
очутился в нем, я как-то осознал, что не иду по нему; я кружился в нем,
летел. Я был пузырьком энергии, подобно самому лазутчику.
Голос эмиссара снова зазвучал в моих ушах:
- Да, ты - всего лишь пузырек энергии, - произнес он.
И хотя я сам знал это, я почувствовал громадное облегчение.
- Ты паришь внутри одного из неорганических существ, - продолжал он.
- Лазутчик хочет, чтобы ты двигался в этом мире именно таким образом.
Когда он прикоснулся к тебе, он изменил тебя навсегда. Теперь ты, по сути,
один из нас. Если желаешь остаться здесь, просто вырази свое намерение.
Эмиссар прекратил говорить, и вид тоннеля снова предстал предо мной.
Но когда он заговорил снова, что-то изменилось; я не терял из виду этого
мира и все же мог одновременно слышать голос эмиссара.
- Древние маги научились всему, что они знали о сновидении, пребывая
здесь среди нас, - сказал он.
Я собирался спросить, научились ли они этому всему просто живя внутри
этих тоннелей, но прежде чем я произнес свой вопрос, эмиссар ответил мне.
- Да, они узнали все, просто пребывая подолгу внутри неорганических
существ, - сказал он. - Чтобы жить внутри них, магам прошлого требовалось
всего лишь сказать о том, что они желают этого. Точно так же, как для
того, чтобы попасть сюда, тебе требовалось только громко и отчетливо
выразить вслух свое намерение.
Лазутчик толкнул меня вновь, давая понять, что я могу продолжить
движение. Я засомневался, и тогда он сделал что-то эквивалентное такому
силовому воздействию, от которого я полетел по бесконечным тоннелям, как
пуля. В конце концов я остановился, потому что остановился лазутчик. На
какое-то мгновение мы зависли; затем мы провалились в вертикальный
тоннель. Но я не почувствовал, что направление движения существенно
изменилось. Что касается моих ощущений, то я по-прежнему чувствовал, что
двигаюсь вдоль поверхности.
Мы меняли направление движения множество раз, но в каждом случае мои
ощущения были похожими. Я начал было уже формулировать мысль о своей
неспособности чувствовать, куда я двигаюсь, вверх или вниз, когда вдруг
зазвучал голос эмиссара.
- Мне кажется, что тебе будет приятнее медленно ползти, а не лететь,
- сказал он. - Можешь также попробовать перемещаться, как паук или муха,
прямо, вверх или вниз, или вверх ногами.
Внезапно я приземлился. Было похоже на то, что из неведомой пылинки я
вдруг превратился во что-то тяжелое, тем самым ощутив почву под собой. Я
не мог больше видеть стен тоннелей, но эмиссар был здесь же и в более
удобном положении, перемещаясь рядом со мной.
- В этом мире тебе не обязательно все время быть связанным
тяготением, - сказал он.
Конечно, я и сам мог это понять.
- Тебе здесь также не нужно и дышать, - продолжал его голос. - И
только для своего удобства ты продолжаешь пользоваться зрением, по
привычке делая это так же, как в твоем мире.
Казалось, что эмиссар решал, продолжать ли ему говорить дальше. Он

<< Пред. стр.

страница 8
(всего 213)

ОГЛАВЛЕНИЕ

След. стр. >>

Copyright © Design by: Sunlight webdesign