LINEBURG


<< Пред. стр.

страница 123
(всего 213)

ОГЛАВЛЕНИЕ

След. стр. >>

- Мы входим в эти точки зрения такими, как мы есть сегодня, - сказал
он. - ты видел эти сцены так, как ты их видел бы сегодня, и однако же,
упражнение было упражнением восприятия. Это было сценой времени, когда мир
стал для тебя тем, что он есть сейчас. Временем, когда стул стал стулом.
Он не захотел обсуждать другую сцену.
- Это не было воспоминанием моего детства, - сказал я.
- Правильно, - сказал он. - это было что-то еще.
- Было ли это чем-то таким, что я увижу в будущем? - спросил я.
- Будущего нет, - воскликнул он отрывисто. - будущее - это только
способ разговаривать. Для мага есть только здесь и сейчас.
Он сказал, что об этом, в сущности, нечего сказать, потому что целью
упражнения было открыть крылья моего восприятия, и что, хотя я и не
полетал на этих крыльях, я тем не менее, коснулся четырех точек, которых
было бы немыслимо достичь с точки зрения обычного восприятия.
Я начал собирать вещи к отъезду. Дон Хенаро помогал мне упаковывать
блокнот. Он положил его на дно моего саквояжа.
- Ему будет там тепло и удобно, - сказал он и подмигнул. - во всяком
случае, ты можешь быть уверен, что он не простудится.
Затем дон Хуан, казалось, переменил свое намерение относительно моего
отъезда и начал говорить о моем опыте. Я автоматически попытался схватить
свой саквояж из рук дона Хенаро, но он уронил его на пол прежде, чем я к
нему прикоснулся. Дон Хуан говорил, повернувшись ко мне спиной. Я
расстегнул саквояж и стал поспешно рыться в поисках своего блокнота. Дон
Хенаро действительно запаковал его так туго, что мне было страшно трудно
добраться до него. Наконец, я вынул его и начал писать. Дон Хуан и дон
Хенаро смотрели на меня.
- Ты в ужасной форме, - сказал дон Хуан, смеясь. - ты тянешься к
своему блокноту, как пьяница тянется к бутылке.
- Как любящая мать тянется к своему дитяти, - бросил дон Хенаро.
- Как священник хватается за свое распятие, - добавил дон Хуан.
- Как женщина хватается за свои трусы, - закричал дон Хенаро.
Они продолжали и продолжали, приводя сравнения и завывая от смеха,
пока провожали меня к машине.




ЧАСТЬ ТРЕТЬЯ. ОБЪЯСНЕНИЕ МАГОВ


11. ТРИ СВИДЕТЕЛЯ НАГВАЛЯ

По возвращении домой я опять столкнулся с задачей приведения в
порядок своих полевых записок. То, что дон Хенаро и дон Хуан заставили
меня испытать, стало еще более явным, когда я просмотрел прошедшие
события. Я заметил, однако, что моя обычная реакция, состоявшая в том,
чтобы месяцами находиться в ошеломлении или испуге от того, сквозь что я
прошел, не была столь интенсивной, какой она была в прошлом. Несколько раз
я намеренно старался подключить сюда свои чувства, как я делал это раньше,
спекулируя и даже жалея самого себя, но чего-то недоставало. У меня также
было намерение записать ряд вопросов, чтобы задать их дону Хуану, дону
Хенаро или даже Паблито. Проект отпал, прежде чем я за него принялся. Было
во мне что-то, что препятствовало моему вхождению в настроение вопросов и
сложностей.
Я не намеревался возвращаться назад самому к дону Хуану и дону
Хенаро, но в то же время я и не укрывался от такой возможности. Однажды,
однако, без всяких предвидений с моей стороны я просто почувствовал, что
время их повидать.
В прошлом каждый раз, когда я собирался поехать в мексику, у меня
всегда было ощущение, что я хочу задать дону Хуану тысячу важных и
неотложных вопросов. На этот раз в голове у меня ничего не было. Обработав
свои заметки, я как бы опустошил себя от прошлого и стал готов для "здесь
и сейчас" мира дона Хуана и дона Хенаро.
Мне пришлось ждать лишь несколько часов, прежде чем дон Хуан "нашел"
меня на базаре маленького городка центральной Мексики. Он очень тепло
приветствовал меня и как бы невзначай сделал предложение.
Он сказал, что прежде, чем мы поедем к месту дона Хенаро, ему
хотелось бы навестить учеников дона Хенаро - Паблито и Нестора. Когда я
свернул с шоссе, он сказал, чтобы я пристально следил за любым необычным
явлением или предметом у дороги или на самой дороге. Я попросил его дать
более точные объяснения того, что он имеет в виду.
- Не могу, - сказал он. - нагваль не нуждается в точных объяснениях.
Я затормозил, как бы автоматически реагируя на его ответ. Он громко
засмеялся и сделал мне знак движением руки, чтобы я продолжал ехать. Когда
мы приблизились к городу, где жили Паблито и Нестор, дон Хуан сказал,
чтобы я остановил машину. Он незаметно двинул подбородком и указал на
группу среднего размера валунов с краю дороги.
- Там нагваль, - сказал он шепотом. Вокруг никого не было. Я ожидал
увидеть дона Хенаро. Я посмотрел н валуны опять, а затем осмотрел весь
участок вокруг них. В виду ничего не было.
Я напрягал глаза, чтобы различить хоть что-нибудь: маленькое
животное, насекомое тень, странное образование камней - что-нибудь
необычное. Через минуту я сдался и повернулся к дону Хуану. Он выдержал
мой вопросительный взгляд не улыбаясь, а затем мягко толкнул мою руку
тыльной стороной ладони, чтобы я опять взглянул на валуны. Я уставился на
них. Потом дон Хуан вышел из машины и сказал, чтобы я вышел за ним и
осмотрел их. Мы медленно поднялись по пологому склону около 100-150 метров
до подножия скал. Там он остановился на секунду и прошептал мне на правое
ухо, что нагваль ждет меня прямо на этом месте. Я сказал ему, что вне
зависимости от того, как я пытаюсь, все, что я могу различить, так это
камни, несколько пучков травы и кактус. Однако, он настаивал, что нагваль
был тут, ожидая меня.
Он приказал мне сесть, выключить свой внутренний диалог и удерживать
свои несфокусированные глаза на вершине булыжника. Он сел рядом со мной и
приложив рот к моему правому уху прошептал, что нагваль видел меня, что он
здесь, хотя я не могу его визуализировать, и что моя проблема состоит
только в том, что я не способен полностью выключить свой внутренний
диалог. Я слышал каждое слово, которое он говорил в состоянии полной
тишины. Я понял все и тем не менее не мог ответить. Усилие, необходимое
для того, чтобы думать и говорить, было невозможным. Моей реакцией на его
замечания были не мысли в прямом смысле, но скорее законченные единицы
ощущений, которые имели все оттенки значения, которые я обычно связывал с
мышлением.
Он прошептал, что очень трудно самому по себе начать путь в
направлении нагваля, и что я действительно был очень удачлив в том, что
повстречался с бабочкой и ее песней. Он сказал, что вызвав в памяти зов
бабочки, я могу вернуть ее назад, чтобы она мне помогла.
Его слова были то ли сверхсильным внушением, или может быть я
вспомнил перцептивное явление, которое он называл "зов бабочки", потому
что как только он прошептал мне свои слова, стали слышны необычные
воркующие звуки. Богатство оттенков этого звука заставило меня
чувствовать, что я нахожусь в огромной пустой зале. По мере того, как звук
возрастал в громкости или приближении, я обнаружил также в сноподобном
состоянии, что нечто движется на вершине валунов. Движение испугало меня
так сильно, что я немедленно восстановил свое кристально чистое сознание.
Мои глаза остановились на валунах. Наверху одного из них сидел дон Хенаро!
Его ноги болтались, и пятками своих ботинок он стучал по камню, производя
ритмический звук, который, казалось, был синхронизирован с "зовом
бабочки". Он улыбнулся и помахал мне рукой. Я хотел думать разумно. У меня
было чувство, желание осознать, каким образом он там обосновался или каким
образом я его вижу там. Но я не мог привлечь свой разум совсем. Все, что я
мог делать в данных обстоятельствах, это смотреть на него, как он сидит,
улыбаясь и помахивая своей рукой.
Через секунду он, казалось, приготовился соскользнуть по валуну. Я
увидел как он напряг ноги, подготовив ступни к приземлению на твердую
землю и выгнул спину, пока не стал почти касаться поверхности камня, чтобы
развить скользящую инерцию. Но посередине спуска его тело остановилось.
Мне показалось, что оно примерзло. Он пару раз брякнул обеими ногами, как
бы плавая в воде. Казалось, он пытается освободиться от чего-то, что
поймало его за зад штанов. Он отчаянно тер свои ягодицы обеими руками. И
действительно, он мне дал такое впечатление, что он схвачен очень
болезненно. Я хотел бежать к нему и помочь, но дон Хуан схватил меня за
руку. Я услышал, как он говорит мне, полузадохнувшись от смеха: "следи за
ним, следи".
Дон Хенаро брыкался, извивался всем телом и раскачивался из стороны в
сторону, как будто бы вытаскивая гвоздь. Затем я услышал громкий хлопок и
он соскользнул или был брошен туда, где мы стояли с доном Хуаном. Он
приземлился на ноги в четырех-пяти футах от меня. Он тер свои ягодицы и
танцевал от боли, выкрикивая ругательства.
- Скала не хотела меня отпускать и схватила меня за жопу, - сказал он
блеющим тоном.
Я испытал ощущение ни с чем не сравнимой радости. Я громко смеялся.
Мое веселье, как я заметил, было равно моей ясности мысли. В этот момент я
был схвачен общим чувством огромного осознания. Все вокруг меня было
совершенно ясным. До этого я был сонным или рассеянным из-за своего
внутреннего молчания, но затем что-то в внешнем виде дона Хенаро создало
состояние, где все освещено.
Дон Хенаро продолжал тереть ягодицы и прыгать еще некоторое время.
Затем он бросился к моей машине, открыл дверцу и забрался на заднее
сиденье. Я автоматически повернулся, чтобы заговорить с доном Хуаном, но
его нигде не было видно. Я начал громко звать его. Дон Хенаро вышел из
машины, начал бегать вокруг нее кругами и тоже выкрикивать имя дона Хуана
высоким отчаянным голосом. Только тогда, когда я увидел его, я сообразил,
что он подражает мне. У меня был приступ такого интенсивного страха, когда
я оказался один на один с доном Хенаро, что я совершенно бессознательно
бежал вокруг машины, выкрикивая его имя.
Дон Хенаро сказал, что мы захватим Паблито и Нестора, и что дон Хуан
будет ждать нас где-нибудь по пути.
После того, как я преодолел свой первоначальный испуг, я сказал ему,
что рад его видеть. Он дразнил меня относительно моей реакции. Он сказал,
что дон Хуан для меня не отец, а скорее мать. Он сделал несколько
замечаний и шуток относительно "матерей", которые были крайне забавными. Я
смеялся так сильно, что не заметил, как мы прибыли к дому Паблито. Дон
Хенаро велел мне остановиться и вышел из машины. Паблито стоял у дверей
своего дома. Он подбежал и забрался в машину рядом со мной на переднее
сиденье.
- Поехали к дому Нестора, - сказал он, как если бы мы очень спешили.
Я оглянулся посмотреть, где дон Хенаро, но его не было. Паблито уговаривал
меня умоляющим голосом спешить.

Мы подъехали к дому Нестора. Он тоже ждал у дверей. Мы вышли из
машины. У меня было такое ощущение, что они оба знают, что происходит.
- Куда мы едем? - спросил я.
- Разве Хенаро не сказал тебе? - спросил меня Паблито с оттенком
недоверия.
Я заверил их, что ни дон Хуан, ни дон Хенаро ничего мне не говорили.
- Мы едем к месту силы, - сказал Паблито.
- Что мы собираемся там делать? - спросил я.
Они оба в один голос сказали, что не знают. Нестор добавил, что дон
Хенаро велел ему проводить меня к этому месту.
- Ты едешь из дома дона Хуана? - спросил Паблито.
Я заметил, что я был с доном Хуаном и что мы нашли дона Хенаро по
дороге, и что дон Хуан оставил меня с ним.
- Куда делся дон Хенаро? - спросил я Паблито.
Но Паблито не знал, о чем я говорю. Он не видел дона Хенаро в моей
машине.
- Он ехал со мной до твоего дома, - сказал я.
- Я думаю, что у тебя в машине был нагваль, - сказал Нестор
испуганным тоном.
Он не захотел сесть сзади и примостился вместе с Паблито спереди.
Мы ехали в молчании за исключением коротких команд Нестора
относительно того, куда ехать.
Я хотел подумать о событиях этого утра, но каким-то образом я знал,
что любая попытка объяснить их была бесплодным индульгированием с моей
стороны. Я постарался вовлечь в разговор Нестора и Паблито. Они сказали,
что они очень нервничают внутри машины и не могут говорить. Я
довольствовался их ответом и не нажимал на них больше.
После более чем часовой езды мы оставили машину у дороги и забрались
по склону крутой горы. Мы шли в молчании около часа с Нестором во главе, а
затем остановились у основания огромного утеса, который вероятно был свыше
шестидесяти метров высотой и почти совершенно вертикальный. Полуприкрытыми
глазами Нестор сканировал, отыскивая подходящее место, чтобы сесть. Я
болезненно осознавал, что он неуклюж в движениях сканирования. Паблито,
который находился рядом со мной, несколько раз, казалось, был на грани
того, чтобы выступить вперед и поправить его. Но удерживался и
расслаблялся. Затем, после минутного колебания, Нестор выбрал место.
Паблито вздохнул с облегчением. Я знал, что место, которое Нестор выбрал,
было правильным, но я не мог понять, откуда я это знаю. Таким образом я
вовлек себя в псевдопроблему, воображая, какое бы место я выбрал сам, если
бы вел их. Однако я не смог даже начать спекулировать над этой процедурой,
так как Паблито очевидно осознавал, что я делаю.
- Ты не можешь этого делать, - прошептал он мне.
Я засмеялся с раздражением, как если бы меня поймали на занятии
чем-то неприличным. Паблито засмеялся и сказал, что дон Хенаро всегда
ходил по горам с ними обоими и время от времени давал кому-нибудь из них
вести, поэтому он знал, что нет никакого способа вообразить, каким был бы
собственный выбор.
- Хенаро сказал, что причина, почему нет никакого способа так делать,
состоит в том, что есть только плохой и хороший выборы, - сказал он. -
если ты сделал неправильный выбор, твое тело знает это, и точно также
знает это тело каждого другого. Но если ты сделал правильный выбор, то
тело это знает и расслабляется и вообще забывает о том, что здесь был
выбор. Ты перезарядил свое тело, видишь ли, как ружье для следующего
выбора. Если ты хочешь использовать свое тело вновь, чтобы оно сделало тот
же самый выбор, то оно не сработает.
Нестор посмотрел на меня. Он явно любопытствовал насчет моих заметок.
Он утвердительно кивнул, как бы соглашаясь с Паблито, а затем в первый раз
улыбнулся. Два его передних зуба были кривые. Паблито объяснил, что Нестор
не был ни злым, ни мрачным, а стыдился своих зубов, и это была причина, по
которой он никогда не улыбался. Нестор засмеялся, прикрывая свой рот. Я
сказал ему, что могу послать его к дантисту, который выправит его зубы.
Они решили, что мое предложение шутка, и засмеялись, как два ребенка.
- Хенаро говорит, что он должен преодолеть чувство стыда сам, -
сказал Паблито. - кроме того Хенаро говорит, что ему повезло: в то время
как все кусают одинаково, Нестор может расщеплять кости вдоль своими
сильными кривыми зубами, и он может прокусить дырку в твоем пальце как
гвоздем.
Нестор раскрыл рот и показал мне свои зубы. Левый резец и клык росли
боком. Он заставил свои зубы постукивать и клацать и завыл по-собачьему.
Он сделал смешных два-три выпада ко мне. Паблито смеялся.

Я никогда не видел Нестора таким легким. Те несколько раз, когда я
бывал с ним в прошлом, он дал мне впечатление человека среднего возраста.
Когда он сидел здесь, улыбаясь своими кривыми зубами, я поражался его
молодому виду. Он выглядел как юноша, которому только что за двадцать.
Паблито опять прочел мои мысли в совершенстве.
- Он теряет важность самого себя, - сказал он. - вот почему он
моложе.
Нестор утвердительно кивнул и не говоря ни слова очень громко пернул.
Я испугался и уронил свой карандаш.
Паблито и Нестор чуть не умерли, смеясь. Когда они успокоились,
Нестор подошел ко мне и показал мне самодельную игрушку, которая издавала
особый звук, когда ее сдавливали рукой. Он объяснил, что дон Хенаро
показал ему, как ее делать. Она имела маленькие меха, а вибратор
изготовлялся из любого листика, который помещался в щелку между двумя
кусочками дерева, которые были зажимами. Нестор сказал, что звук, который
он производит, зависит от типа листа, который используют как вибратор. Он
хотел, чтобы я испытал ее и показал мне как нажимать на компрессор, чтобы
производить определенного типа звук и как открывать их, чтобы производить
другой звук.
- Для чего ты это используешь? - спросил я.
Они оба обменялись взглядами.
- Это ловец духов, дурень, - сказал Паблито отрывисто.
Его тон был резким, но улыбка дружеской. Оба они имели в себе очень
странную нервирующую смесь дона Хуана и дона Хенаро.
Я погрузился в страшную мысль. Может быть дон Хуан и дон Хенаро
разыгрывают меня? Я испытал момент высшего ужаса. Но что-то щелкнуло у
меня в животе, и я мгновенно опять стал спокоен. Я знал, что Паблито и
Нестор используют дона Хенаро и дона Хуана как модели для поведения. Я
также обнаружил, что веду себя все больше и больше подобно им.
Паблито сказал, что Нестору повезло в том, что тот имеет ловца духов
и что сам он не имеет такого.
- Что мы будем здесь делать? - спросил я Паблито.
Нестор ответил, как если бы я обращался к нему.
- Хенаро сказал мне, что нам нужно здесь ждать, и что пока мы ждем,
мы должны смеяться и развлекать друг друга, - сказал он.
- Как долго по твоему мнению нам придется ждать? - спросил я.
Он не ответил, он покачал головой и взглянул на Паблито, как бы
спрашивая его.
- Представления не имею, - сказал Паблито.
Затем мы увлеклись живым разговором о сестрах Паблито. Нестор дразнил
его, что его старшая сестра имеет такой злой взгляд, что способна глазами
убивать клопов. Он сказал, что Паблито боится ее, потому что она так
сильна, что однажды в порыве злости она вырвала клок его волос, как если
бы это были куриные перья.
Паблито заключил, что его старшая сестра была зверем, но что нагваль
остановил ее и привел в норму. После того, как он рассказал мне историю о
том, как ее заставили вести себя хорошо, я сообразил, что Паблито и Нестор
ни разу не упомянули имя дона Хуана, а обращались к нему как к "нагвалю".
Очевидно дон Хуан вмешался в жизнь Паблито и привел всех его сестер к
гармоничной жизни. Паблито сказал, что после того, как нагваль закончил
все с ними, они стали как святые.
Нестор захотел узнать, что я делаю со своими заметками. Я объяснил
ему свою работу. У меня было странное ощущение, что они искренне
заинтересованы в том, что я говорю, и в конце концов я начал говорить об
антропологии и философии. Я чувствовал себя смешным и хотел остановиться.
Но оказался погруженным в свои просветленные речи и неспособным сразу
оборвать их. У меня было неприятное ощущение, что они оба вместе каким-то
образом заставляют меня делать эти длинные объяснения. Их глаза были
фиксированы на мне. Казалось, их это не утомляло и не раздражало.
Я находился посреди фразы, когда услышал слабый звук "зова бабочки".
Мое тело напряглось, и я так и не окончил своего предложения.
- Нагваль здесь, - сказал я автоматически. Нестор и Паблито
обменялись взглядами, которые по моему мнению были чистым ужасом и
прыгнули ко мне по бокам. Их рты были раскрыты, они казались испуганными
детьми.
Затем я испытал невообразимое ощущение. Мое левое ухо начало
двигаться. Я чувствовал как будто оно крутится само по себе. Оно
практически повернуло мою голову на полоборота до тех пор, пока я не
оказался лицом к тому, что я считал востоком. Моя голова дернулась слегка
вправо. В этой позе я был способен замечать богатство рокочущего звука
"зова бабочки". Он звучал, как если бы был где-то далеко, доносясь с
северо-востока. Как только я установил его направление, мое ухо уловило
невероятное количество звуков, однако я не мог знать, были ли это
воспоминания звуков, которые я слышал ранее, или действительные звуки,
которые производились тогда.
Место, где мы находились, было пересеченным западным склоном горного
хребта. К северо-востоку были рощи деревьев и пятна горного кустарника.
Мое ухо, казалось, улавливало звук чего-то тяжелого, движущегося по камням
и идущего с того направления. Нестор и Паблито то ли реагировали на мои
действия, то ли они сами слышали такие же звуки. Мне хотелось бы спросить
их, но я не смел, или может быть я был не способен нарушить концентрацию.
Нестор и Паблито прижались ко мне по бокам, когда звук стал громче и
громче. На Нестора, казалось, он влиял больше всего. Его тело
непроизвольно дрожало. В какой-то момент моя левая рука начала дрожать.
Она поднялась помимо моей воли до тех пор, пока не оказалась на уровне
моего лица, а затем она указала на район кустов. Я услышал вибрирующий
звук или рев. Для меня это был знакомый звук. Я слышал его много лет назад
под воздействием психотропного растения. В кустах я различил гигантскую
черную форму. Казалось, сами кусты становились темнее постепенно, пока они
не превратились в совершенную черноту. Эта чернота не имела определенных
очертаний, но она двигалась. Она, казалось, дышала. Я услышал потрясающий
вопль, который смешался с криками ужаса Паблито и Нестора, и кусты или
черная форма, в которую они превратились, полетела прямо на нас.
Я не мог удержать своего равновесия. Каким-то образом что-то во мне
сдало. Темная форма сначала накрыла нас, а затем поглотила нас. Свет
вокруг стал тусклым. Казалось, солнце село, или как если бы вдруг внезапно
наступили сумерки. Я чувствовал головы Нестора и Паблито у себя под
мышками. Я опустил руки на их головы несознательным защищающим движением
и, вертясь, полетел на землю.
Однако я не достиг каменистой земли, потому что мгновение спустя я
оказался стоящим с Паблито и Нестором по бокам. Оба они, казалось,
сжались, несмотря на то, что были выше меня. Согнув ноги и спины так, что
подходили мне под мышки.
Дон Хуан и дон Хенаро стояли перед нами. Глаза дона Хенаро блестели
как глаза кошки ночью. Глаза дона Хуана светились точно так же. Я никогда
не видел, чтобы дон Хуан выглядел таким образом. Он был действительно
устрашающим. Еще более пугающим, чем дон Хенаро. Он казался моложе и
сильнее, чем обычно.
Глядя на них, я испытал безумное чувство, что они не были людьми как
я. Паблито и Нестор тихо скулили. Тогда дон Хенаро сказал, что мы
представляем собой картину святой троицы. Я был отец, Паблито - сын, а
Нестор - дух святой. Дон Хуан и дон Хенаро рассмеялись грохочущими
голосами. Паблито и Нестор жалко улыбнулись.
Дон Хенаро сказал, что мы должны разорвать свои объятия, потому что
объятия позволительны только между мужчинами и женщинами или между
мужчиной и его осликом.
Тут я сообразил, что стою на том же месте, где был раньше, что я
очевидно не падал назад, как мне казалось. И действительно, Нестор и
Паблито тоже были на том же месте, где раньше.
Дон Хенаро сделал знак Паблито и Нестору движением головы, дон Хуан
дал знак мне следовать за ним. Нестор пошел впереди и указал место, где
сидеть мне, а другое - для Паблито. Мы сели по прямой линии примерно в ста
метрах от того места, где неподвижно стояли дон Хуан и дон Хенаро у
подножия утеса. Пока я продолжал на них смотреть, мои глаза невольно вышли
из фокуса. Я определенно знал, что раскосил их, потому что увидел их
четверых. Затем картина дона Хуана в левом глазу наложилась на картину
дона Хенаро в правом глазу. Результатом такого смещения было то, что я
увидел радужное светящееся существо, стоящее между доном Хуаном и доном
Хенаро. Это не был человек, каким я обычно видел людей. Скорее это был шар
белого огня. Что-то вроде волокон света покрывало его. Я встряхнул
головой. Двойное изображение рассеялось, и все же вид дона Хуана и дона
Хенаро, как светящихся существ, остался. Я видел два странных удлиненных
светящихся предмета. Они походили на два белых радужных футбольных мяча с
нитями, которые имели свой собственный свет. Встряхнулись их нити, а затем
они исчезли из виду. Они были втянуты наверх длинной нитью-паутиной,
которая, казалось, вылетела с вершины утеса. У меня было такое ощущение,
что длинный луч свете или светящаяся нить упала со скалы и подняла их. Я
воспринял событие и своими глазами и своим телом.
Я смог также заметить огромные расхождения в своем образе восприятия.
Но я был не способен рассуждать об этом, как я бы сделал обычно. Таким
образом я осознавал, что смотрю прямо на основание утеса и в то же время и
видел дона Хуана и дона Хенаро на вершине, как если бы задрал голову на 45
градусов.
Я хотел испугаться, закрыть лицо руками, но, казалось, что я был
заперт. Мои желания не могли пробудить эмоциональный ответ, который я
привык возводить в себе.
Дон Хуан и дон Хенаро прыгнули на землю. Я чувствовал, что они это
сделали, судя по всепоглощающему чувству падения, которое я испытал в
своем животе.
Дон Хенаро остался на том месте, где он приземлился, но дон Хуан
подошел к нам и сел позади меня справа. Нестор находился в скорчившемся
положении. Его ноги были подтянуты к животу, подбородок он положил на
сцепленные ладони. Его локти служили как поддержки, опираясь о колени.
Паблито сидел, слегка наклонившись телом вперед, прижав руки к животу. Тут
я заметил, что прижал руки к животу и держу сам себя за кожу по бокам. Я
схватил себя так сильно, что мои бока болели.
Дон Хуан заговорил сухим шепотом, обращаясь ко всем нам.
- Вы должны фиксировать свой взгляд на нагвале, - сказал он. - все
Он повторил это пять или шесть раз. Его голос был странным,

<< Пред. стр.

страница 123
(всего 213)

ОГЛАВЛЕНИЕ

След. стр. >>

Copyright © Design by: Sunlight webdesign