LINEBURG


страница 1
(всего 213)

ОГЛАВЛЕНИЕ

След. стр. >>

Карлос КАСТАНЕДА
Философия (сборник)

ИСКУССТВО СНОВИДЕНИЯ
СИЛА БЕЗМОЛВИЯ
ВНУТРЕННИЙ ОГОНЬ
ДАР ОРЛА
ВТОРОЕ КОЛЬЦО СИЛЫ
СКАЗКА О СИЛЕ
ПУТЕШЕСТВИЕ В ИКСТЛЭН
ОТДЕЛЕННАЯ РЕАЛЬНОСТЬ
РАЗГОВОРЫ С ДОНОМ ХУАНОМ
Тенсегрити: Магические пассы магов древней Мексики
Активная сторона беcкoнечнocти
Колесо времени




Карлос КАСТАНЕДА

ИСКУССТВО СНОВИДЕНИЯ




ОТ АВТОРА

В течение последних двадцати лет я написал серию книг о своем
обучении у дона Хуана Матуса - мага из мексиканского племени индейцев яки.
В своих книгах я рассказывал о том как он обучал меня магии, но магии не в
обычном понимании, - то есть не в смысле владения сверхъестественными
силами либо использования колдовских манипуляций, ритуалов и заклинаний
для получения волшебных эффектов. С точки зрения дона Хуана магия - это
способ реализации некоторых теоретических и практических предпосылок,
касающихся природы восприятия и его роли в формировании окружающей нас
вселенной.
Следуя пожеланиям дона Хуана, я воздержался от употребления слова
"шаманизм" в качестве названия того рода знания, которому он учил меня,
поскольку шаманизм - категория скорее антропологическая. Во всех своих
книгах я употреблял то слово, которым пользовался сам дон Хуан - "магия".
Однако, несколько разобравшись в том, чему же меня учили, я пришел к
заключению, что название "магия" вносит дополнительную неясность в этот и
без того не слишком ясный феномен.
Работы по антропологии описывают шаманизм как систему верований,
присущую некоторым туземным народам северной Азии, а также некоторым
индейским племенам Северной Америки. Согласно шаманистским трактовкам, наш
мир пронизан невидимым миром духовных сил предков. Силы эти бывают как
добрыми, так и злыми. Тот, кто владеет шаманскими практиками, способен
вызывать их и ими управлять, являясь промежуточным звеном между нашей
обычной реальностью и сферой сверхъестественных сил.
Дон Хуан действительно был связующим звеном между реальностью мира
повседневности и невидимым миром, который он называл не сферой
сверхъестественного, а сферой второго внимания. Его задача как учителя
заключалась в том, чтобы сделать ее доступной моему восприятию. В
предыдущей своей работе я описал методы обучения, которыми он для этого
пользовался, а также те приемы магического искусства, которые он заставлял
меня практиковать. Самым важным из них было особое искусство видеть сны -
искусство контролируемого сновидения.
Дон Хуан утверждал, что мир, который мы считаем единственным и
незыблемо абсолютным, является лишь одним из множества параллельно
существующих миров, наподобие того, как располагаются слои в луковице. Он
уверял, что все эти сферы иного бытия так же реальны, уникальны и
абсолютны, как и наш мир. И мы обладаем способностью в определенной
степени внедряться в них, хотя энергетически ограничены возможностью
воспринимать только наш мир.
Дон Хуан объяснил мне, что одного желания недостаточно чтобы
научиться воспринимать другие миры, - необходимо накопить энергию,
достаточную для того, чтобы их "ухватить". Другие миры существуют
постоянно и независимо от нашего осознания, но их недоступность нашему
восприятию является целиком и полностью следствием нашей обусловленности.
Другими словами, исключительно благодаря этой обусловленности мы вынуждены
согласиться с тем, что мир нашей повседневности единственно возможный мир.
Дон Хуан считал, что наша энергетическая обусловленность вполне
поправима. Он утверждал, что в древние времена маги разработали систему
практических методов, призванных изменить энергетическую обусловленность
способностей нашего восприятия. Этот набор практических методов получил
название искусства сновидения.
Теперь, по истечении времени оглядываясь назад, я понимаю, что точнее
всего дон Хуан охарактеризовал искусство сновидения назвав его "вратами в
бесконечность". Тогда же я заявил, что эта метафора ни о чем мне не
говорит.
- Хорошо, не будем пользоваться метафорами, - уступил он. - Так,
искусство сновидения есть путь, посредством которого маги используют
обычные сны.
- Как могут быть использованы обычные сны? - поинтересовался я.
- Слова, - сказал он. - Вечно они вводят нас в заблуждение. Когда мой
учитель пытался объяснить мне, что такое искусство сновидения, он назвал
его магическим способом желать миру спокойной ночи. Конечно, он просто
старался подогнать свое описание под характер моей ментальности. Тоже
самое делаю я в твоем случае.
По какому-то другому поводу дон Хуан сказал мне: - Сновидение должно
быть испытано, иначе просто невозможно понять - что же это такое. Простое
наблюдение снов не есть сновидение. Полет мысли, представление желаемого и
любое действие по созданию картин в воображении - тоже не то.
Сновидение раскрывает перед нами возможность восприятия других миров.
Мы можем описывать эти миры, но не способны описать то, что позволяет нам
их воспринимать. И в то же время нам дано ощутить, каким образом
сновидение открывает перед нами вход в иные сферы бытия. Я бы сказал, что
сновидение - это ощущение, процесс, протекающий в теле, и осознание,
возникающее в уме.
В ходе общего обучения дон Хуан подробнейшим образом объяснял мне
принципы, теоретическое обоснование и практические приемы искусства
сновидения. Инструкции его разделялись на две части. Первая из них
касалась собственно методик практики сновидения, вторую составляли
абстрактные объяснения этих методик. Метод обучения, которым пользовался
дон Хуан, был своего рода игрой, построенной на взаимодействии моего чисто
интеллектуального любопытства и моего желания удовлетворить это
любопытство практически. Вначале дон Хуан заинтересовал меня изложением
абстрактных принципов сновидения, а потом вводил в курс практической
стороны, давая мне тем самым возможность удовлетворить свой интерес самым
непосредственным образом.
Я уже описывал все это - настолько подробно, насколько мог. Описывал
я также и ту особую магическую среду, в которую дон Хуан вводил меня,
чтобы обучать своему искусству. Мое функционирование в этой среде
представляло для меня особый интерес, поскольку оно полностью принадлежало
к сфере второго внимания. Именно во втором внимании я взаимодействовал с
десятью женщинами и пятью мужчинами - членами отряда дона Хуана, а также с
его учениками, среди которых было четверо молодых людей и четыре молодые
женщины.
Дон Хуан набрал учеников сразу же после того, как я вошел в его мир.
Мне он со всей определенностью дал понять, что они образуют традиционную
магическую группу, воспроизводящую структуру его собственной партии магов,
и что мне предстоит их возглавить. Однако в ходе работы со мной он понял,
что я не совсем таков, каким он меня представлял изначально. Отличие он
объяснил в терминах энергетической конфигурации, которую могут видеть
только маги.
Моя энергетическая сфера имела не четыре сектора, как сфера самого
дона Хуана, а только три. Он ошибался, полагая, что сможет исправить этот
дефект. Из-за такой энергетической конфигурации я совершенно не годился на
роль лидера восьми набранных доном Хуаном учеников. Причем не годился
настолько, что, не видя иного выхода, дон Хуан вынужден был набрать новую
группу людей, в большей степени соответствовавших моей энергетической
структуре.
Обо всех происходивших тогда событиях я уже писал, и достаточно
подробно. Но я ни разу не упомянул о второй группе учеников. Дон Хуан
строжайше запрещал мне делать это. Он утверждал, что они находятся всецело
в моем поле. А согласно договору, заключенному между нами еще в самом
начале, мне разрешалось писать только о том, что относилось к полю дона
Хуана.
Вторая группа учеников, вернее учениц, бывшая исключительно
компактной, состояла всего из трех членов: видящей Флоринды Грау, сталкера
Тайши Абеляр и женщины-нагвая Кэрол Тиггс.
Мы взаимодействовали друг с другом исключительно во втором внимании.
В мире повседневной жизни мы не имели друг о друге даже смутного
представления. Что же касается отношений каждого из нас с доном Хуаном, то
здесь все было совершенно ясно: он вкладывал одинаково огромные силы в
обучение и тренировку каждого из нас. Тем не менее, ближе к концу, когда
время дона Хуана было почти исчерпано, психологическое давление, вызванное
его предстоящим уходом, начало разрушать бывшие до тех пор незыблемыми
границы сферы второго внимания. В результате наше взаимодействие стало
выплескиваться в мир повседневности. И мы впервые, как нам казалось,
встретились.
В состоянии обычного осознания ни один из нас не знал о нашем
глубоком и напряженном взаимодействии в сфере второго внимания. Поскольку
все мы в той или иной степени были людьми рационального склада ума, мы
были более чем в шоке, выяснив, что уже встречались прежде. В
интеллектуальном плане этот факт был и, конечно же, остается, непостижимым
для нас, хотя мы знали с полной определенностью, что все это ни в коей
мере не выходит за пределы нашего практического опыта. Таким образом, мы
были оставлены здесь наедине с тревожным знанием о том, что наша психика
суть вещь неизмеримо более сложная, чем твердит нам наш повседневный
рассудок или результаты академических научных исследований.
Однажды, когда дон Хуан еще был с нами, мы все одновременно попросили
его внести ясность и объяснить нам, что с нами происходит. Он сказал, что
возможны два варианта объяснения. Первый позволяет несколько поддержать
нашу пошатнувшуюся рассудочность. Согласно этому варианту второе внимание
- это состояние осознания, так же однозначно относящееся к области
иллюзий, как и парящие в небесах слоны. Поэтому все, что мы, как нам
казалось, испытывали в этом состоянии, было не более чем результатом
гипнотической суггестии. Второй вариант - то, как это понимается магами, -
строится на рассмотрении энергетической конфигурации осознания.
Однако в ходе выполнения данных мне заданий по практике искусства
сновидения, барьер второго внимания оставался для меня неизменным. Каждый
раз, входя в состояние сновидения, я вступал и в сферу второго внимания.
Но когда я просыпался, - это вовсе не обязательно означало, что я из нее
вышел. Поэтому в течение многих лет мне удавалось вспомнить лишь крупицы
опыта, обретенного мною в процессе сновидения. Основная же часть того, что
я делал, была мне энергетически недоступна. На то, чтобы накопить
количество энергии, достаточное для реорганизации содержимого моего ума и
восстановление линейной последовательности событий, мне понадобилось
пятнадцать лет - с 1973 по 1988 - непрерывной, напряженнейшей работы.
В конце концов я вспомнил. Выстроенные в ряд события дополняли друг
друга, и мне наконец удалось заполнить места в памяти, казавшиеся поначалу
пробелами. Таким образом я восстановил внутренний порядок и полную
последовательность уроков дона Хуана, касавшихся практики искусства
сновидения. Прежде такое восстановление всей полноты этой
последовательности было для меня принципиально неосуществимо вследствие
того, что дон Хуан постоянно заставлял состояние моего осознания

колебаться между сферами повседневности и второго внимания.
Данная книга является результатом выполненной мною реорганизации
осознания.
Теперь я подошел к заключительной части моей вводной статьи, а именно
- к причинам, побудившим меня вновь взяться за перо и написать эту книгу.
Обладая практически полной информацией, содержавшейся в учении дона Хуана
об искусстве сновидения, мне бы хотелось в будущих своих работах коснуться
нынешнего положения и интересов четырех его последних учеников - Флоринды
Грау, Тайши Абеляр, Кэрол Тиггс и меня самого. Но прежде чем взяться за
рассказ о результатах нашего обучения под руководством дона Хуана и того
влияния, которое он на нас оказал, я считаю необходимым изложить в свете
своих новых знаний те разделы учения дона Хуана об искусстве сновидения,
доступа к которым я раннее не имел.
Решающий же аргумент в пользу написания данной работы был
сформулирован женщиной-нагваль Кэрол Тиггс. Она считает, что рассказывая о
мире, оставленном нам в наследство доном Хуаном, мы наилучшим образом
выражаем свою благодарность ему и преданность как учеников.



1. МАГИ ДРЕВНОСТИ (ВМЕСТО ВВЕДЕНИЯ)

Дон Хуан неоднократно повторял, что все, чему он меня учит, является
плодом обработки определенными людьми того, что они видели и
визуализировали. Людей этих он называл магами древности, ясно давая
понять, что между ними и магами современности существуют принципиальные
различия. К категории магов древности, дон Хуан относил людей, живших на
территории Мексики за тысячи лет до Конкисты - испанского завоевания. На
основании своих величайших достижений они создали магические структуры,
отличавшиеся практичностью и конкретностью применения. Дон Хуан говорил,
что эти люди были блестящими практиками, но вот мудрости им не хватало. В
противоположность древним, маги современности, по словам дона Хуана,
отличаются трезвостью ума и способностью упрощать и совершенствовать
магическую практику в тех случаях, когда это, по их мнению, необходимо.
Как объяснил мне дон Хуан, магические предпосылки, из которых
развилось искусство сновидения, были разработаны древними магами на основе
того, что они увидели естественным образом. Ключевое значение этих
предпосылок с точки зрения объяснения и понимания сновидения заставляет
меня рассмотреть их еще раз. Поэтому, в силу необходимости, основная часть
данной книги посвящена пересмотру и углублению понимания информации, уже
излагавшейся мною в предыдущих моих работах.
В одном из наших разговоров дон Хуан заявил, что для оценки реального
положения сновидящих и искусства сновидения, необходимо отдавать себе
отчет в том, почему современные маги прилагают максимум усилий для
перевода магии от конкретности к абстрактному.
- Что ты подразумеваешь под конкретностью, дон Хуан? - спросил я.
- Практическую часть магии, - ответил он. - Навязчивую фиксацию ума
на практических методах и приемах, позволяющих влиять на других людей,
что, впрочем, не всегда удается.
- А о чем ты говоришь, когда ведешь речь об "абстрактном"?
- О поиске свободы - не ограниченной привязанностями и наваждениями
свободы восприятия во всем доступном человеческому существу диапазоне. Я
говорю, что маги современности стремятся к абстрактному потому, что они
стремятся к освобождению. Конкретные достижения их не интересуют. Ибо у
них, в отличии от магов древности, нет никаких социальных функций. Ты
никогда не встретишь современного мага в роли официального ясновидца или
придворного чародея.
- То есть ты хочешь сказать, дон Хуан, что для современных магов
прошлое не имеет никакого значения?
- Ну как же не имеет? Безусловно, имеет. У прошлого есть некий
оттенок, который нам совсем не нравится. Лично для меня это - темнота и
истощения разума. Мне нравится беспредельность мысли. Однако, независимо
от того, что мне нравится, а что - нет, я должен отдать должное магам
древности. Ибо они первыми обнаружили все то, что мы знаем и используем
сегодня.
Дон Хуан объяснил, что важнейшим из достижений древних магов было
обнаруженное ими умение воспринимать энергетическую сущность предметов,
существ и явлений. Это глубинное прозрение имело столь существенное
значение, что превратилось в основную предпосылку всего магического
искусства. В наше время, подчиняя всю жизнь дисциплине и постоянно
тренируясь, маги целенаправленно обретают способность воспринимать
сущность вещей. Способность эту они называют видением.
- Какое значение для меня могла бы иметь возможность воспринимать
энергетическую сущность вещей? - как-то спросил я дона Хуана.
- Это значит, что ты смог бы непосредственно воспринимать энергию, -
ответил он. - Отбросив ту часть восприятия, которая связана с социальными
интерпретациями, ты сможешь воспринимать внутреннюю сущность чего угодно.
Все, что мы воспринимаем, есть энергия. Но, поскольку мы неспособны
воспринимать ее непосредственно, без интерпретаций, мы обрабатываем
результаты восприятия, подгоняя их под определенный шаблон. Этот шаблон и
есть социально значимая часть восприятия, которую надлежит выделить и
изолировать.
- Почему я должен ее изолировать?
- Затем, что она целенаправленно уменьшает объем потенциально
возможного восприятия, заставляя нас быть уверенными в том, что реально
существующее ограничено шаблоном, под который мы подгоняем свое
восприятие. Я убежден, что для выживания человечества людям необходимо
срочно изменить саму социальную основу своего восприятия.
- А какова социальная основа восприятия, дон Хуан?
- Физическая определенность, уверенность в том, что мир состоит из
отдельных конкретных объектов. Я называю это социальной основой потому,
что каждый человек прилагает серьезнейшие усилия, яростно пытаясь удержать
свое восприятие мира в общепринятом русле.

- А как же тогда следует воспринимать мир?
- Все есть энергия. Вся Вселенная - это энергия. Должна измениться
социальная основа нашего восприятия, само качество физической
определенности должно стать иным. Нам следует обрести уверенность - именно
физическую уверенность - в том, что не существует ничего, кроме энергии.
Необходимо совершить усилие, достаточно мощное для того, чтобы изменить
русло восприятия, заставив нас воспринимать энергию как энергию. Тогда обе
возможности выбора будут в кончиках наших пальцев.
- Но возможно ли воспитать людей таким образом? - спросил я.
Дон Хуан ответил, что это возможно. Именно этим он и занимается со
мной и другими учениками. Он обучал нас новому способу восприятия, для
чего, во-первых, заставлял нас осознать, что мы обрабатываем результаты
нашего восприятия, подгоняя их под определенный шаблон, и, во-вторых,
усердно подталкивая нас к непосредственному восприятию энергии. Он заверил
меня, что этот метод в в значительной степени подобен тому, который
используется для обучения нас восприятию мира повседневности.
Дон Хуан полагал, что западня социального шаблона, в которую поймано
наше восприятие, теряет силу и прекращает работать, стоит только нам
осознать природу принятого нами шаблона, унаследованного от предков без
малейших попыток критически его исследовать.
- Неважно, положительно или отрицательно было значение восприятия
Вселенной как мира конкретных твердых объектов, но нашим предкам этот
режим восприятия был жизненно необходим, - сказал он. - В течение
множества веков мы воспринимали мир именно таким, и теперь в результате
вынуждены верить, что именно таковыми является, - миром, состоящим из
обособленных конкретных предметов.
- Я не могу представить себе мир другим, дон Хуан, - пожаловался я. -
Для меня он, вне всякого сомнения, - мир конкретных твердых объектов. Тем
более, что доказать это ничего не стоит - достаточно один раз врезаться
лбом в какой-нибудь из них.
- Но разумеется, мир вполне предметен. Мы против этого и не
возражаем.
- О чем же тогда ты говоришь?
- О том, что в первую очередь мир является миром энергии, и лишь
потом - миром объектов. Однако, если мы не начнем с предпосылки, гласящей,
что мир - это энергия, мы никогда не обретем способности непосредственного
восприятия энергии. Нас неизменно будет останавливать отмеченная только
что тобою физическая очевидность "твердости" составляющих мир объектов.
Аргументы эти были для меня загадочными. В то время мой разум просто
отказывался принимать к рассмотрению какие бы то ни было пути понимания
мира, кроме традиционно привычного. Утверждение дона Хуана и установки, к
которой он пытался развить, выглядели в моих глазах неким подобием
диковинных теорем, которые я не мог ни принять ни отвергнуть.
- Наш способ восприятия - это способ, свойственный хищнику, - однажды
сказал мне дон Хуан. - Очень эффективный метод оценки и классификации
добычи степени опасности. Но это - неединственный доступный способ
воспринимать. Существует и другой тип восприятия, с которым я и пытаюсь
тебя познакомить - восприятия сущности всего: непосредственное восприятие
энергии.
Восприятие сути всего заставит нас совершенно по-новому понять,
классифицировать и описать мир. И это новое описание будет гораздо более
захватывающим, чем привычное нам нынешнее, а его язык - несравнимо
изощреннее и богаче.
Тот более изощренный и богатый язык, о котором шла речь, был языком
магических истин, унаследованным доном Хуаном от его предшественников.
Термины и понятия, присущие этому языку, не имеют под собой никакого
рационального обоснования и никак не соотносятся с привычными фактами мира
нашей повседневности, но являются самодостаточными истинами, совершенно
очевидными для магов, способных непосредственно воспринимать энергию и
видеть внутреннюю суть всего.
Самым значительным магическим действом для этих магов является
непосредственное восприятие сущности вселенной. Дон Хуан считал, что
наилучшим образом ее описали те маги древности, которые первыми ее
увидели. Они говорили, что сущность вселенной напоминает светящиеся нити,
протянувшиеся во всех мыслимых и немыслимых направлениях из бесконечности
в бесконечность - светящиеся волокна, обладающие собственным непостижимым
для человеческого ума самосознанием.
После того, как древние видящие увидели сущность вселенной, они
научились видеть энергетическую сущность всех человеческих существ. Дон
Хуан говорил, что они описали человеческие существа как яркие образования,
формой напоминавшей гигантские яйца. Эти образования назвали светящимися
коконами.
- Когда маг видит человеческое существо, - продолжал дон Хуан, - он
видит громадное светящееся образование, которое при перемещении оставляет
глубокую борозду в энергетическом поле Земли. Оно как бы плывет, волоча за
собой на подобии хвоста вспахивающий землю стержневидный корень.
Дон Хуан полагал, что наша энергетическая форма изменяется с течением
времени. Он говорил, что любой видящий, в том числе и он сам, гораздо чаще
видит людей не в форме яиц, а в форме шаров, а иногда - даже в форме
чего-то прямоугольного, подобного надгробной плите. Но иногда, по
неизвестным для магов причинам, им попадаются люди, чью форму они видят
как яйцо. Дон Хуан предполагал, что люди, обладающие в наше время
яйцеобразной формой, больше соответствуют по своей структуре людям
древности.
В ходе изложения своего учения дон Хуан неоднократно повторял и
разъяснял то, что он считал решающей находкой, сделанной магами древности.
Он называл это критической характеристикой человеческого существа как
светящегося шара, и описывал в виде круглого пятна особо интенсивной
светимости размером с теннисный мячик, постоянно располагающегося внутри
светящегося шара вровень с его поверхностью на расстоянии двух футов
позади правой лопаточной кости тела человека.
Поскольку по началу у меня были проблемы с визуализацией всего этого,
дон Хуан объяснил, что светящийся шар гораздо больше человеческого тела, и
что пятно интенсивной светимости является частью этого энергетического
шара. Располагается это пятно на уровне лопаток на расстоянии вытянутой
руки от спины человека. Дон Хуан сообщил мне, что, увидев, как работает
это пятно, древние маги назвали его "точкой сборки".
- И как же работает точка сборки? - поинтересовался я.
- Она обусловливает наше восприятие, - ответил дон Хуан. - Древние
маги видели, что именно там, в этой точке собирается восприятие
человеческих существ. Увидев, что подобным пятном светимости повышенной
интенсивности обладает любое живое существо, древние маги пришли к
заключению, что вообще любое восприятие, каким бы оно ни было, формируется
как раз в этом месте.
- Что именно из того, что видели маги древности, привело их к
заключению, что восприятие имеет место в точке сборки? - спросил я.
Он ответил, что, во-первых, они увидели, что непосредственно через
точку сборки проходят лишь очень немногие из миллионов светящихся нитей
вселенной. Это и неудивительно, ведь размер точки сборки относительно мал
по сравнению с целым.
Во-вторых, они увидели, что точка сборки всегда окружена
дополнительным сиянием сферической формы, немного больше нее по величине.
Этим сиянием значительно усиливается свечение нитей, непосредственно
проходящих через него.

страница 1
(всего 213)

ОГЛАВЛЕНИЕ

След. стр. >>

Copyright © Design by: Sunlight webdesign