LINEBURG


<< Пред. стр.

страница 8
(всего 13)

ОГЛАВЛЕНИЕ

След. стр. >>

182
В теории познания Лейбница центральное место занимает метод. В общем виде он представляет собой "сплав" интуиции с формально-логическим рационализмом. Благодаря своему методу Лейбниц достиг существенных результатов во многих науках и был близок к решению вопроса о соотношении формальной и диалектической логик. Его метод по существу своему представлял совокупность определенных принципов: 1) всеобщих различий; 2) тождественности неразличимых вещей; 3) всеобщей непрерывности; 4) монадической дискретности и др.
Первый принцип означает всеобщую изменчивость и индивидуализацию всех вещей, отрицает полную повторяемость состояний одной и той вещи в разное время. Этот принцип указывает на качественное многообразие мира. Второй принцип является отражением того факта, что свойства одной вещи могут быть присущи второй, а свойства второй присущи первой. Иначе говоря, между двумя вещами существует определенное тождество, то есть совпадение в ряде свойств. Этот принцип косвенно указывает на преемственность в существовании изменяющихся во времени вещей. У одной и той же вещи в разные моменты ее существования есть нечто общее. Первый и второй принципы находятся в единстве и, вместе взятые, свидетельствуют о тождестве в различии и о различиях в тождестве.
Третий принцип раскрывает характер различия между вещами. Согласно этому принципу, вещи восходят вверх по ступеням совершенства незаметными переходами. Любая вещь согласована с ее прошлым и будущим состояниями, а в данный момент времени - со всеми прочими вещами. На основе принципа непрерывности Лейбниц выдвинул ряд интересных теоретических положений. Речь идет о предельных ситуациях в разных областях знания. Лейбниц отмечал, что прямая линия -это предел кривых, а геометрическая точка - предельный случай минимальных отрезков. В теории познания заблуждение ("ложь") означает минимальную степень истины, подобно тому как в этике зло есть наименьшее добро.
Четвертый принцип метода Лейбница - монадическая дискретность - означает индивидуализацию объектов действительности и, соответственно, знаний о них. Смысл этого принципа заключается в том, что он указывает на диалектический синтез различий и сходств, скачков и постепенности, разрывов и непрерывности. С помощью этого принципа мож-
183
но дать ответ на существующую в философии антиномию: "В мире есть и не есть скачки". В природе нет скачков именно потому, что она слагается сплошь из скачков. Четвертый принцип указывает на целостно-единую картину мира.
Решая проблему истины, Лейбниц предлагает следующий подход. Все знания, доступные человеку, он делит на два вида: 1) истины разума и 2) истины факта. К первому виду относятся истины, приобретенные разумом на основе детального анализа понятий и суждений. Для их проверки достаточны законы аристотелевской логики (закон противоречия, тождества и исключенного третьего). Истины факта - это эмпирически полученные знания. Например, люди в опыте узнали, что лед холоден, а огонь горяч, что металл при нагревании плавится, а железо притягивается магнитом, и т. д. В данном примере су- • ждения имеют характер констатации факта, причины которого нам пока неизвестны. Для проверки истин факта необходимо опираться также и на закон достаточного основания, который был им впервые сформулирован.
Статус обоих видов истин неодинаков. Истины разума, согласно Лейбницу, имеют необходимый и всеобщий характер, а истины факта - лишь вероятностный. Этим самым Лейбниц вводит в гносеологию категорию вероятности для оценки знаний, Признание правомерности вероятностного (гипотетического) знания наряду с достоверным знанием - несомненная заслуга Лейбница. Что касается Высшей монады (Бога), то для нее истины факта вообще не существуют, поскольку она обладает абсолютным знанием. Как монада, она включает в себя все свое содержание, которое может быть развернуто в процессе ее воплощения в том или ином предмете или вещи. Поэтому Высшая монада уже заранее знает, каким должен стать тот или иной предмет.
Лейбниц, рассуждая об истине, отверг принцип сомнения Декарта и считал недостаточным и ложным предложенный им критерий истины - ясность и отчетливость знаний. Идеи, которые кажутся людям ясными и отчетливыми, могут быть ложными. Согласно Лейбницу, критерием истины является закон противоречия. Чтобы удостовериться в истине и, следовательно, непротиворечивости идеи, нужно разложить ее на простые элементы, и картина становится вполне определенной: либо это идея истинная, либо ложная.
184
Заметное место в философии Лейбница, начиная с 1680 г., стал занимать панлогизм1. Занимаясь длительное время формальной логикой, Лейбниц пришел к убеждению: для исследования всего существующего не нужно ничего, кроме законов логики. Логика, согласно взглядам Лейбница, независима от чувственного опыта. Высшим существованием теперь становится не Божественное, а логическое начало. Рационализм Лейбница приводит к выводу, что всеобъемлющий логический детерминизм господствует над самим Господом Богом. Отсюда вытекает еще одно истолкование понятия "Бог" у Лейбница -как совокупности общих логических законов бытия.
Итак, Лейбниц явился завершителем философии XVII века, предшественником немецкой классической философии. Он был ученым нового типа, одним из тех, кто положил начало все более ускорявшемуся процессу приращения знания. Лейбниц был не только глашатаем новых методов научного познания, но и сам создавал методы исследования. Он внес большой вклад в развитие математики (один из создателей дифференциального исчисления), физики (предвосхитил закон сохранения энергии), геологии, биологии, истории и других наук. Он явился родоначальником современной математической логики.
Философская система Лейбница - классический пример тесной связи теории познания с методологией наук, философии в целом - с потребностями естествознания. Если у Декарта мир был структурой, то у Лейбница он оказывается именно системой, так как понимается как организованное и гармоническое целое. Системное единство мира дополняется у Лейбница системным единством науки. Система Лейбница породила впечатляющую картину мира как единого и восходящего движения.
Заключение
Представители философии Нового времени продолжили поиски ответов на вопросы, оставленные им мыслителями Возрождения и поставленные XVII в. В целом же вклад этих философов состоял в следующем.
Во-первых, философы Нового времени, откликаясь на запросы теории и практики, потребности естественных наук,
1 Панлогизм (греч - мысль) - теория о тождестве бытия и мышления, согласно которой все развитие природы и общества является осуществлением логической деятельности Мирового Разума, Абсолютной идеи.
185
активно разрабатывали методы научного познания. Задача состояла в том, чтобы усилить гносеологические возможности наук в изучении природы и тем самым вооружить человека знаниями по использованию ее сил. На этом пути философы достигли определенных позитивных результатов. Были выявлены не использованные ранее эвристические возможности индукции, дедукции и других методов исследования.
Во-вторых, лидирующее положение механики, математики, астрономии во всем комплексе естественных наук наложило серьезный отпечаток на мировоззрение XVII в. Оно приобрело новые черты. Объяснить устройство мира означало теперь ясно и наглядно представить его в абстрактных и в то же время конкретных образах. Допускалось расчленение мира на логически связанные и математически точно описываемые составные элементы. Само общество уподоблялось мудро построенному механизму, а природа в своем развитии разворачивалась на манер геометрического чертежа.
В-третьих, философы XVII в., продолжая традицию эпохи Возрождения, обратились к проблеме социального оптимизма. Глубокие социальные противоречия, интенсивное внедрение техники в производство, успехи естествознания, развитие торговли и мореплавания значительно актуализировали проблему поиска человеком своего места в обществе в условиях ломки старых отношений и складывания отношений новых, буржуазных. Обрести оптимизм на твердой почве действительности предстояло заново. Философы Нового времени взирали на будущее с надеждой, утверждая свою версию социального оптимизма. Существовавшие в XVII в. социальные противоречия были истолкованы мыслителями этой эпохи как продолжение и наследие прошлых феодальных порядков.
В-четвертых, философия XVII столетия не утратила своего интереса к проблемам социологии. Социологические учения были построены на признании различной детерминации общественных явлений. По-разному сложилась судьба этих учений, но их основные идеи - о естественных правах человека, общественном договоре, формах государственного устройства, месте человека в окружающей мире - живут и в наши дни.
В-пятых, эпоха Нового времени потребовала переосмысления системы ценностей. Олицетворением человеческого идеала становятся теперь любознательный ученый, предприимчивый купец, расчетливый предприниматель. Высшей ценностью, по мнению философов, выступает человек, который по своей
186
сути свободен и равен Богу, являясь в то же время маленьким звеном в величественном механизме природы.
В-шестых, XVII век вошел в историю мировой культуры как век рационализма. Соперничество рационализма и эмпиризма завершилось победой первого. После Бэкона рационализм стал неуклонно брать верх, имея глубокие корни в экономической, технической и научной деятельности эпохи. Благодаря этому факту была заложена основа категориального аппарата теории мышления, были созданы предпосылки будущей математической и диалектической логики. Таков замечательный путь, пройденный философами XVII века.
Литература
Асмус В.Ф. Историко-философские этюды. М., 1984.
Бэкон Ф. "Новый Органон". Соч. в 2-х томах. М., 1971 - 1972.
Гоббс Т. "Левиафан" и "Основы философии". Избранные произведения в 2-х томах. М., 1989 - 1991.
Декарт Р. "Правила для руководства ума" и "Рассуждение о методе". Избранные произведения. М., 1950.
Лейбниц Г.В. "Монадология". Соч. в 4-х томах. М., 1982.
Локк Д. "Опыт о человеческом разумении" и "Трактаты о государственном правлении". Избр. произведения. М., 1976.
Нарский И.К. Западно-европейская философия XVII века. М., 1974.
Соколов В.В. Европейская философия XV - XVII веков. М., 1972.
Спиноза Б. "Политический трактат" и "Этика". Избр. произведения в 2-х томах. М., 1957:
Шашкевич П.Д. Эмпиризм и рационализм в философии Нового времени. М., 1976.
187
Глава VI. Классический (немецкий) период в философии Нового времени
"В ничто прошедшее не канет, Грядущее досрочно манит, И вечностью заполнен миг".
И. -В. Гете
"Я связь миров, повсюду сущих,
Я крайня степень вещества;
Я средоточие живущих,
Черта начальна божества;
Я телом в прахе истлеваю,
Умом громам повелеваю,
Я царь - я раб - я червь - я бог!"
Г.Р. Державин
"Философия есть... современная ей эпоха, постигнутая в мышлении".
Г.В.Ф. Гегель
В истории мировой философской мысли этап, именуемый "немецкой классической философией", обычно оценивается как грандиозный оригинальный период в развитии человеческого духа, вершина философского миропонимания. Отмечается тот факт, что философия выступила в это время в качестве "критической совести культуры", а ее ведущие представители не просто сумели проникнуть в суть коренных интересов современников, но и встали на их защиту, включились в борьбу за решение серьезных исторических задач.
Однако хронологические рамки данного периода определяются по-разному. Одни ограничивают его исключительно творчеством таких выдающихся мыслителей, как Кант, Фихте, Шеллинг и Гегель (80-е годы XVIII в. - 30-е годы XIX в.). Другие предлагают начинать с идейно-художественного движения романтиков (40-е годы XVIII в. - 30-е годы XIX в.). Третьи включают в данных период философию Фейербаха (30-е годы
188
XVIII в. - 60-е годы XIX в.). Четвертые считают необходимым учитывать творчество последователей и критиков лидеров немецкой классики (конец XVIII в. - XIX в.). Попробуем рассмотреть этот великий и спорный этап в развитии философский культуры с момента становления его ведущих духовных принципов до времени критического сомнения в них (II пол. XVIII в. - конец XIX в.).
1. Европейский мир на исходе Нового времени
Мир этих десятилетий энергично и последовательно принимал форму индустриальной цивилизации. Машинное производство в ходе мощнейшего промышленного переворота стало ведущим в странах Западной Европы, а затем Америки и России. Социально-политические процессы, происходящие в отдельных государствах, отдавались эхом в жизни других народов. Непрерывные войны, революции, кризисы и реформы сопровождались не менее энергичными процессами осмысления происходящего. Отживающие отношения клеймились как застойные и реакционные, а складывающиеся объявлялись "разумными", "естественными, "свободными". Бурное, темпераментное развитие общества во всех сферах его существования вызывало интеллектуальное неприятие любой формы спокойствия и активный интерес ко всем проявлениям жизни: природа и человеческая личность, техника и сфера искусства, общество и космос - все подвергалось анализу и осмыслению. В познании исчезли запретные области, дерзкое любопытство и независимое воображение превратились из недостатков в необходимые условия плодотворной умственной деятельности. Прогресс в промышленности стимулировал развитие техники. В это время усовершенствуется прядильное и ткацкое оборудование; появляется универсальная паровая машина Дж. Уатта (1784) и металлический токарно-винторезный станок Г. Модели (1797); начинается эксплуатация первых пароходов (1807) и железных дорог (1825); А. Вольта изобретает химический источник тока (1800), П.Л. Шиллинг - электромагнитный телеграф (1832), М.Г. Якоби - электродвигатель (1834), Л. Дагер - фотографию (1839). Последняя треть XIX в. одаривает человечество величайшими техническими достижениями: телефон и паровая турбина, фонограф и электростан-
189
ция Т.А. Эдисона, автомобиль с двигателем внутреннего сгорания, радио, кино, рентгеновский аппарат.
Наука, испытав революционный толчок в XVII в., последующие столетия набирает темпы развития, обгоняя запросы техники (См. приложение 1 к главе). Делаются не просто оригинальные открытия в традиционных науках, а формируются новые направления в математике и физике, биологии и медицине. Постепенно и прочно облекаются в научную форму сведения об обществе: филология и педагогика, экономика и история становятся сферами объективного знания.
В этой буре экономических новаций, политических страстей, интеллектуальных взлетов Германия представляла собой тихую заводь. Тридцатилетняя (1618 - 1648) и Семилетняя (1756 - 1763) войны довели ее до полного истощения. Политически и экономически она была раздроблена ("Священная Римская империя германской нации" объединяла 360 самостоятельных государств), сохраняла цеховой строй, остатки крепостного права. Попытки распространения передовой техники в Германии привели к разрушению ремесленного производства, но не вызвали промышленного развития. Революционные успехи Франции возбудили немецкую общественность, но не подвигли ее к действиям. Обращаясь к французам, Генрих Гейне говорил: "У нас были возмущения в мире мыслей, точно так же, как у вас в мире материальном, и при разрушении старого учения мы горячились так же, как вы при штурме Бастилии".
Немецкая интеллигенция довольно быстро разочаровалась в результатах Великой Французской революции, испугалась ее методов, энергичного напора; национальная гордость немецкого мешанина оказалась глубоко задетой военными победами Наполеона в Германии. Быстро наступило охлаждение и к идеалам Просвещения. Серьезную настороженность вызывали утверждающиеся образцы буржуазного утилитаризма. Поражение наполеоновской Франции было встречено в Германии с необыкновенным энтузиазмом, ибо оно давало шанс продлить традиционное существование, сохранить в неприкосновенности старые порядки. Не случайно не вызвало сопротивления осуществление "железом и кровью" объединения немецких государств под эгидой Пруссии, в которой наибольшим влиянием пользовались крупные землевладельцы-юнкеры.
Жесткий политический порядок канцлера Бисмарка оставлял единственную сферу для индивидуального самовыражения, свободы творчества, независимости духа: сферу разума.
190
Обычно мы связываем появление значительных личностей в истории с великими эпохами. И накопили достаточно подтверждений для подобного вывода. Но, как правило, речь в этих случаях идет в основном о политиках и практиках в сфере экономики и техники, лидерах национальных движений, религиозных течений. Великих философов рождали иные условия: застойные и гнетущие, безысходные и мрачные. Так было накануне Великой Французской революции, когда революция интеллектуальная предшествовала революции социальной.
Германия в конце XVIII века переживала далеко не лучший этап в своем развитии. Глубокая неудовлетворенность реальными процессами сопровождалась духовным конструированием идеальных образцов социальных состояний и отношений. Этот эмоциональный порыв нашел ранее всего свой выход в искусстве: мировая поэзия и литература обогатились такими гигантами, как Шиллер, Гете, Гельдерлин, Новалис, Гофман, Гейне, братья Гримм; в музыкальной культуре прозвучали имена Моцарта, Шуберта, Гайдна, Бетховена, Вебера.
Но, пожалуй, самые захватывающие процессы в это время протекали в философии. Практически все мировоззренческие проблемы нуждались в переосмыслении. Мир в представлениях граждан той эпохи рассыпался и раскалывался, он пришел в движение. А потому и восприятие его было фрагментарным. Как писал Гете. "Изолированно обходились с каждой деятельностью; наука и искусство, ведение дел, ремесло и все, что угодно, каждое двигалось в замкнутом круге. Занятие каждого всерьез бралось только им самим и по-своему, поэтому-то он и работал только для себя и по-своему, сосед оставался ему совершенно чуждым, и они оба взаимно чуждались друг друга. Искусство и поэзия едва соприкасались, о живом взаимоотношении нельзя было и думать; поэзия и наука казались в величайшем противоречии.
Тем самым, что каждый круг деятельности замыкался, в каждом из них обособлялась, расщеплялась манера действовать. Даже малейшее дуновение теории вызывало страх, ибо более столетия боялись ее как привидения и при любом фрагментарном опыте в конце концов бросались в объятия самым пошлым представлениям. Никто не хотел признавать, что в основе наблюдения может лежать идея, понятие, способное стимулировать опыт и даже помогать обретению и изобретению".1
1 И.В. Гете. Избранные философские произведения. М., 1964, с. 71.
191
Всеобщность, всеохватность происходящего в мире породили потребность в создании универсальных теорий, систем миропонимания, с помощью которых стало бы возможным освоить культуру всей эпохи. Задача такого диапазона соответствует только философии. Но в истории человечества лишь немецкой классической философии удалось не только выдвинуть и осознать подобную цель, но и достичь ее.
2. Философская атмосфера в Германии в конце XVIII века
Интеллектуальный прорыв, осуществившийся в ходе естественнонаучной революции XVII в., сформировал уверенность в силе и безграничных возможностях человеческого разума, в его способностях влиять не только на духовный мир личности, но и на нравы, быт, политику, стиль жизни всего общества. Невежество объявлялось высшим злом, и потому почетная роль отводилась просвещающему учителю. Он, в свою очередь, делал упор не на умении видеть, созерцать, а на способности творить, созидать. Решение такой оптимистической задачи и стало главной проблемой философских учений в Германии.
Почти все немецкие мыслители этого времени были современниками (см. приложение 2 к главе). Жизненные обстоятельства сводили и разъединяли этих неординарных, богато одаренных людей. На перекрестках их судеб, в сотрудничестве, спорах и дискуссиях формировалась богатая философская мысль немецкого Просвещения. И. Кант следующим образом охарактеризовал это культурно-философское явление: "Просвещение - это выход человека из состояния своего несовершеннолетия, в котором он находится по собственной вине. Несовершеннолетие есть неспособность пользоваться своим рассудком без руководства со стороны кого-то другого. Несовершеннолетие по собственной вине - это такое, причина которого заключается не в недостатке рассудка, а в недостатке мужества и решимости пользоваться им без руководства со стороны... Иметь мужество пользоваться собственным умом! -таков, следовательно, девиз Просвещения"1.
1 И. Кант. Сочинения. В б-ти тт., т. 6, М., 1966, с. 27.
192
Готхольд Эфраим Лессинг (1729- 1781)
Особое место среди мыслителей Германии занимает Г.Э. Лессинг. Он родился в Саксонии, в семье пастора и потому свое будущее на первых порах связывал с богословием.
В Лейпцигском университете начинается увлечение Лессинга художественным и философским творчеством. Специальных мировоззренческих работ он не оставил, как и не предложил особой философской концепции. Лессинг считал себя последователем учения Спинозы. Однако опубликованные после его смерти заметки и материалы послужили поводом для бурной философской дискуссии в Германии названной "Спором о Спинозе".
В именем Лессинга связана серьезная реформа эстетического творчества. Пробуя себя на литературном поприще, он пришел к выводу, что отвлеченность, условность, аллегоричность господствовавшего в искусстве в те годы классицизма лишают произведения содержательности, делают их безжизненными и вневременными. Центральное место в искусстве должен занять человек, его судьба, переживания, страсти, проблемы. Трагедийность существования отдельной личности (принц он или простолюдин) станет понятна любому, если учесть условия и обстоятельства жизни каждого индивида, если определить те влияния, которые формируют его добродетельные и порочные качества. "Несчастья тех людей, положение которых очень близко к нашему, весьма естественно, всего сильнее действуют на наши души, и если мы сочувствуем королям, то просто как людям, а не как королям".1 Для того, чтобы понять себя, ощутить свое единство с другими людьми необходимо, кроме того, проникнуться духом национальной культуры. Именно поэтому Лессинг ставил реализм, патриотизм просветителей выше космополитизма, "всемирности" классиков.
Он пытается выявить законы развития и специфики проявления различных жанров в искусстве, считая, что их методы и средства связаны с особенностями отражаемых сторон реального мира. Так, живопись и скульптура, по мнению Лессинга, имеют дело с пространством, и потому им свойственно изображение тел. Поэзия же существует во времени, а, значит, воспроизводит действия. Тела в поэзии и действия в живописи можно выразить только опосредовано.
1 Г. Э. Лессинг. Гамбургская драматургия. М.-Л., 1936, с. 56.
193
По мнению мыслителя, искусство, как ничто иное, помогает людям понять закономерности человеческого существования, проникнуть разумом в необходимое, погребенное под слоем случайности. Оно не только способствует познанию особых форм бытия, но и выступает в качестве важнейшего орудия воспитания и нравственного совершенствования общества.
В работе "Воспитание человеческого рода" Лессинг представил исторический процесс как постепенное совершенствование, обнаружение заложенных в человеческую природу моральных принципов: братства, равенства, счастья и всеобщего мира. Серьезную роль в общей эволюции социального организма он отводил религии, порождаемой и изменяющейся в соответствии со сменой внешних обстоятельств и условий. Лессинг полагал, что в истории человечества произошли три последовательные смены нравственных ценностей, что привело к появлению и становлению господства сначала язычества, затем иудаизма, а потом и христианства. Когда наступит господство справедливости и разума, христианские идеалы передадут пальму первенства идеалам гуманизма. При его господстве люди достигнут такой "чистоты сердца, которая сделает их способными любить добродетель ради нее самой".
Лессинг был одним из тех, кто формировал интеллектуальную среду для будущих философских систем, складывающихся на немецкой почве. Но преклонение представителей Просвещения в Германии перед авторитетом разума и его влиянием спровоцировало своеобразную реакцию, которая выразилась в энергичном становлении романтического мировосприятия. Романтик - независимый исследователь событий, который ни одному подходу не отдает предпочтения; это первооткрыватель новых проблем, которые он не столько анализирует, сколько остроумно иллюстрирует; недовольный современными мировыми явлениями, он, однако, стремится сохранить в неизменности собственные идеалы; бунтарь по поступкам и поведению романтик - ярый поклонник и защитник традиций.
Иоганн Готфрид Гердер (1744- 1803)
Вот такой противоречивой личностью предстает перед нами Гердер, ученик Канта и Лессинга, а затем противник первого и последователь второго. Неистовый общественный деятель и искренний протестантский священник, глава мощного литературно-общественного движения "Буря и натиск" и серьезный теолог.
194
Главное внимание в творчестве Гердера направлено на проблемы философии истории (термин введен Вольтером). Развитие человечества, по его мнению, есть единый, связанный с миром процесс. Мир же (Бог) состоит из постоянно изменяющихся, действующих органических сил. Исходя из этого, появление общества - это звено, ступень общего эволюционного процесса. Гердер начинает рассмотрение общественного развития с анализа планетарной системы, с особенностей существования нашей планеты, специфики изменения неорганического, растительного и животного мира. Естественный характер любой мировой системы он распространяет и на общество, которое изменяется поступательно.
Реальной основой исторического существования, по Гердеру, являются географическая среда и культурная деятельность. Ведущей составляющей последней выступает народное творчество. Кроме него, культура включает в себя обычаи, верования, традиции и экономические отношения. Она есть не только результат, но и главный стимул развития общества. Наиболее древний элемент социума - религия, которая возникла естественным путем как следствие слабости человека перед природой.
Гердер был одним из первых, кто попытался представить общество системно, а не в виде простого объединения отдельных индивидов. Он принципиально не соглашался с Кантом в его определении человека как животного, нуждающегося в господине. Ибо человек, которому нужен господин, сам животное, полагал Гердер.
Развитие общества представлялось ему вариантом неуклонного движения к воплощению гуманизма, составляющего суть каждой отдельной личности. Основываясь на принципах гуманности, философ отрицал "разумную" природу государства, так как оно является машиной для ведения захватнических войн, не выполняет никаких созидательных функций и потому не имеет перспектив в своем существовании.
Каждая нация, полагал Гердер, представляет собой самобытный организм, который необходимо совершенствовать. Для этого крайне важно, развивая собственную уникальность, не замыкаться в традициях своего народа, а видеть, признавать оригинальность других культур. Терпимость к иным вкусам, стремление к постижению непривычного и даже странного
195
позволит избежать утраты чувства свободы в сфере эстетического бытия. Творческие силы природы, породившие человеческое разнообразие, позволят удовлетворить и чувство национальной гордости, и доброжелательное удивление достижениями других.
Будущее Гердер представлял себе светло, высокоморально и радостно:
"Лжецов орда покинет мир,
Потонут вор, убийца и вампир.
Исчезнут лицемерие и гнет,
Растает гнет, безумие падет!
Она придет, священная пора,
Когда, исполнен правды и добра,
Любовь и верность утвердив навек,
К добру, к добру времен направив бег,
Рай на земле воздвигает человек".1
Иоганн Вольфганг Гете (1749 - 1832)
В этом ряду мыслителей и теоретиков, людей со страстной душой и уравновешенным немецким темпераментом, яркой звездой вспыхивает личность Гете. Поэт, политик, естествоиспытатель, министр-царедворец, философ -он огромен, как мир.
Прожив большую жизнь, Гете и в преклонные годы был деятелен, жизнелюбив и оригинален, заслужив титул "вечного юноши". Трудно представить себе сферу знаний и деятельности, в которой он бы не проявил себя.
В осознании окружающего мира его главным руководящим принципом стало единство теоретического и опытного в познании. Гете сумел определить ту меру, которая не позволила ему ограничить творчество избыточным эмпиризмом или подобострастно следовать идее.
Большое влияние на мировосприятие Гете оказала философия Спинозы, в частности ее пантеистический характер, сливающий Бога с Природой. Природа представляется Гете единой, многообразной, находящейся в бесконечном изменении, развивающейся по объективным законам. Она существует в движении, источник которого заключен в ней самой. Движение у Гете - это не просто механические изменения, но и
1 Цит. по П. Райман. Основные течения в немецкой литературе 1750 - 1848. М., 1959, с. 164.
196
органические эволюционные процессы. Кроме того, природа обладает протяженностью и одухотворенностью:
"Во всем подслушать жизнь стремясь, Спешат явления обездушить, Забыв, что если в них нарушить Одушевляющую связь, То больше нечего и слушать".1
Природа творит новые формы и тем самым самодвижется. Два принципа обусловливают это процесс: распад и соединение. Природа "...тверда. Ее поступь размерена, исключений она почти не знает; ее законы незыблемы".2 Она как бы состоит из трех составляющих: минерального, растительного и животного "царств". Главная задача науки - это найти недостающие промежуточные формы соединения этих "царств" в -единое целое. Гете называл данное направление "морфологией" (от гр. - учение о форме). Большой интерес представляют работы исследователя в области биологии о метаморфозе растений. Им сделано выдающееся открытие в сравнительной анатомии - найдена межчелюстная кость у человека, что свидетельствует об исторической связи человека с животным миром. Гете выдвинул серьезные аргументы против теории катастроф, объясняющей развитие Земли исключительно случайными событиями и их совпадениями, не допускающей наличие всеобщих причинных связей в мире. Возражая Ньютону, он отрицал начало и конец мира; высказывался о единстве пространства и времени; предлагал свое учение о цвете, считая недопустимым сведение данной качественной характеристики к чисто количественным описаниям. В последнем случае утрачивалась цельность представлений о явлениях, предавались забвению особенности психофизиологического восприятия цвета. Гете предупреждал об односторонности миросозерцания как у физиков, так и у художников.
Человек у него представляет собой природное существо, наделенное чувствами, способностью к познанию и творчеству. Он должен доверять чувствам безоговорочно, ибо от них идет истинная информация; заблуждения же возникают благодаря ошибочным трактовкам и суждениям. "Пробным камнем" всякой абстракции и любой теории у Гете выступает деятельность. Активность, по мнению философа, характерна абсолютно всему, это универсальный атрибут природы, мышления,
1 Гете И.В. Фауст. Перевод Б.Л. Пастернака. М., 1969, с. 95.
2 Гете И.В. Избранные произведения. М., 1950, с. 675.
197
человеческого существования. В известном монологе Фауст, рассматривая Евангелие от Иоанна, говорит:
"Написано: "Вначале было Слово",
И вот уже одно препятствие готово:
Я слово не могу так высоко ценить.
Да, в переводе текст я должен изменить,
Когда мне верно чувство подсказало.
Я напишу, что Мысль всему начало.
Стой, не спеши, чтоб первая строка
От истины была недалека!
Ведь Мысль творить и действовать не может!
Не Сила ли - начало всех начал?
Пишу - и вновь я колебаться стал,
И вновь сомненье душу мне тревожит.
Но свет блеснул и выход вижу я:
В Деянии начало бытия".1
В деянии он видит мотив и цель познания, утверждая: "Если... спросят: как лучше всего соединить идею и опыт, то я ответил бы: практикой!" Однако представления о практике, борьбе, свободе у Гете крайне неопределенны. Это скорее эмоциональные, художественные понятия, глубоко прочувствованные и облеченные в гениальную поэтическую форму.
Историческое развитие, по мнению Гете, есть процесс циклический, в котором последовательно повторяются заблуждения и подвиги, достижения и преступления. Двигателем этих повторов выступает деятельность отдельных героев, исторических творцов. Глубоко почитая естествознание, ученый довольно скептически относился к выводам историков, полагая, что они свое внимание сосредотачивают на личных оценках, расставляя пристрастные акценты. Предметом их исследований должны быть не столько политические события, сколько явления в сфере культурно-бытовой.
Аргументируя идею важности самопознания личности, он дает пример этому процессу в отношении самого себя: "Что такое я сам? Что я сделал? Я собрал и использовал все, что я видел, слышал, наблюдал. Мои произведения вскормлены тысячами различных индивидов, невеждами и мудрецами, умными и глупцами; детство, зрелый возраст, старость - все принесли мне свои мысли, свои способности, свои надежды, свою манеру жить; я часто снимал жатву, посеянную другими, мой труд - труд коллективного существа, и носит он имя Гете".2
1 Гете И.В. Фауст. Пер. НА. Холодковского. М., 1936, cc. 48 - 49.
2 Гете И.В. Избранные сочинения по естествознанию. М., 1957, с. 409.
198
3. Кант - родоначальник немецкой классической философии
Иммануил Кант родился в 1724 г. в Кенигсберге. Отец его был мастером седельного цеха, человеком уважаемым и основательным. В семье господствовал дух честности, религиозности, благопристойности и порядочности. Трудолюбие, умеренность и отсутствие потребности в развлечениях отличали всю жизнь Канта. Закончив гимназию, будущий философ поступил на богословский факультет Кенигсбергского университета, одновременно изучая целый ряд естественных и философских дисциплин. После окончания учебы Кант девять лет занимался домашним учительством, а затем начал преподавать в университете, отдав этому делу 41 год жизни. Диапазон читаемых им предметов уникален: логика, метафизика, математика, естественное право, философия, механика, педагогика, минералогия, теология, этика, физическая география, антропология, рациональное богословие, физика. Философией профессионально Кант занялся лишь в 47 лет. За тридцать три года творчества на этом поприще он, по мнению В.С. Соловьева, "не открыл для ума новых миров, но поставил самый ум на такую новую точку зрения, с которой все прежнее представилось ему в ином и более истинном виде... За ним остается заслуга великого возбудителя... важнейших вопросов".
Кант подчинил интеллектуальной деятельности всю свою жизнь, смирив телесные немощи, ограничив себя во впечатлениях и общении, подавив веления страстей и эмоций. Как писал Гейне: "Он жил механически-размеренной, почти абстрактной жизнью холостяка, в тихой отдаленной улочке Кенигсберга... Вставание, утренний кофе, писание, чтение лекций, обед, гуляние - все совершалось в определенный час, и соседи знали совершенно точно, что на часах половина четвертого, когда Иммануил Кант в своем сером сюртуке, с камышовой тросточкой в руке выходил из дому и направлялся в липовую аллею... Восемь раз проходил он ее ежедневно взад и вперед во всякое время года, а когда бывало пасмурно или серые тучи предвещали дождь, появлялся его слуга, старый Лампе, с тревожной заботливостью следовавший за ним, словно символ привидения, с длинным зонтом под мышкой.
199
Какой странный контраст между внешней жизнью этого человека и его разрушительной мыслью, сокрушающей мир!".1 Все было подчинено работе, и когда не осталось сил ее выполнять, жизнь потеряла смысл, жить стало нечем. Кант умер в 1804 году.
Докритический этап
В творчестве Канта обычно различают два периода: докритический, когда он основное внимание уделяет естествознанию, и критический, когда интерес его переносится в основном на вопросы познания. Деление это довольно условно, ибо идеи, выдвинутые им в ранних работах, нередко свое развитие получали в последующих трудах. Кант был глубоко убежден в возможности научного постижения естественных процессов. Математика и механика казались ему, как и Ньютону, идеалами точного знания. Однако все существующие системы описания мира были статичными, сиюминутными, оставляя открытыми проблемы происхождения и условий развития природы. Размышляя над вопросами возникновения космоса, пытаясь объяснить источники изменений, происходящих во Вселенной, Кант создает свое важнейшее сочинение того периода: "Всеобщую естественную историю и теорию неба, или Опыт о строении и механическом происхождении всего космоса, рассмотренного с точки зрения основных принципов учения Ньютона".
Ньютон исследовал природу вне времени, считая процессы творения областью Божественного вмешательства. По его мнению, планетам свойственно притяжение как физическое действие, но они не сталкиваются и не падают на Солнце из-за противостоящей силы отталкивания, источником которой выступает Бог. По Канту же, Солнечная система возникла естественным путем в результате вихревых вращательных процессов из первичной хаотичной туманности, благодаря единству действия сил притяжения и отталкивания, свойственных самой материи. Любой процесс и любая система Вселенной возникают, изменяются и идут к своей неизбежной гибели. В природе все имеет начало и конец. При таком подходе открытым остается вопрос об источнике закономерностей, принци-
1 Гейне Г. К истории религии и философии в Германии. Собр. соч., т. 6, М., 1958, сс. 96 - 97.
200
пах упорядоченности и сообразности, свойственных космосу вообще. Его Кант решает по-ньютоновски - это Божественный промысл.
Столкнулся мыслитель еще с одной сложной проблемой: "...легче понять образование всех небесных тел и причину их движений, короче говоря, происхождение всего современного устройства мироздания, чем точно выяснить на основании механики возникновение одной только былинки или гусеницы"1, не говоря уже о человеке и сознании. Но раз механика здесь бессильна, следовательно, возникновение жизни материалистически необъяснимо.
Итак, мир разнообразен и противоречив, а логика противоречий не допускает, значит, она дает недостоверные знания? В чем же особенность человеческого познания? Каков человеческий разум? По Канту, знание делится на опытное и доопытное ("априорное"). Познание имеет дело с единичными данными опыта, и потому они не могут дать обобщенного знания, которое выступает основой науки. Хаос мира явлений получает упорядоченность, необходимость лишь в сознании. Значит, не познание сообразуется с предметами, а они должны согласоваться с нашим рассудком. Силу априоризма Кант связывал с его отрешенностью от конкретного, случайного, и примером этой "чистоты" у него выступала математика. Анализу принципиальных различий между реальными и логическими противоречиями он посвятил работу "Опыт введения в философию понятия отрицательных величин".
Новаторство Канта в философии очевидно: он и сам сравнивал свои успехи с коперниковским переворотом. Но Гейне иронизирует: "Коперник заставил Солнце стоять неподвижно, а Землю обращаться вокруг Солнца... Прежде разум подобно солнцу вращался вокруг мира явлений и старался их освещать. Но Кант остановил разум, и мир явлений вращается вокруг него и освещается по мере приближения к этому солнцу".
1 Кант И. Сочинения, т. 1, М., 1966, с. 127.
201
Критика чистого разума
Разум у Канта не некая общая категория и не объект поклонения. Он, как и все, должен устоять в критическом испытании, и тогда он выступит опорой познания. Ведь без определения границ познания вступать на этот путь опасно. Познающему субъекту, по мнению философа, присущи способности троякого вида: чувственность, рассудок и разум. Чувственность проявляется в том, чтобы собранным с помощью органов чувств данным из внешнего мира, этому хаосу ощущений, придать порядок, облечь в единство. Осуществляется это с помощью априорных, существующих только в сознании субъекта понятий о пространстве и времени. Рассудок ничего не может наглядно представить, а чувства не могут ничего мыслить. Необходимо их соединение, так как "рассудок не почерпает свои законы из природы, а предписывает их ей". В этой деятельности он опирается на 12 априорных категорий, критерий группировки которых Кант позаимствовал у Аристотеля:
1. Понятия количества: единство, множество, цельность.
2. Понятия качества: реальность, отрицание, ограничение.
3. Понятия отношения: присущность и самостоятельность, причина и действие, взаимодействие.
4. Понятия модальности: возможность - невозможность, существование - несуществование, необходимость - случайность.
Эти категории, как и все априорные понятия, принадлежат нашему сознанию; все зависимости в мире осуществляются не благодаря объективным связям, а потому, что наше сознание, благодаря соответствующим категориям, связывает так явления. Природные процессы изменчивы, законы же рассудка (являющиеся одновременно и законами природы) отличаются:
а) постоянством и устойчивостью;
б) проявляются совершенно тождественно в настоящем, прошлом и будущем абсолютно у всех людей.
Возникает вопрос: как при подобных условиях возможно научное познание? Кант уверен, что наше сознание само создает предметы, то есть наш ум находит и может найти во внешнем мире то, что только сам туда и вкладывает. Таким образом, вещи сами по себе непознаваемы.
Идеи рассудка до полной законченности доводит разум. Он не имеет дело с наглядными представлениями, а лишь с об-
202
щими принципами. Чистый разум стремится проникнуть в непознаваемый мир "вещей в себе", что приводит его к противоречиям, к иллюзиям, антиномиям. Кант рассматривает четыре антиномии "чистого разума", называя их диалектикой.
1. Мир имеет начало во времени и ограничен в пространстве. - Мир не имеет начала во времени и бесконечен в пространстве.
2. Существует только простое и то, что сложено из простого - В мире нет ничего простого.
3. Существует не только причинность по законам природы, но и свобода. - Нет никакой свободы, все совершается согласно законам природы.
4. Существует безусловно необходимое существо, то есть Бог, как причина мира. - Нет никакого абсолютно необходимого существа как причины мира.
Кант считает эти противоречия неразрешимыми, но этим самым он одновременно признает, что разумному мышлению присущи диалектические противоречия.
Вместе с тем главная задача разума есть достижение абсолютной целостности в понятиях рассудка, овладение "трансцендентальными идеями", которые не соприкасаются с чувственным опытом. Таких идей три: о Душе, как безусловном единстве всех психических процессов; о мире, как безусловном единстве всех условных, причинных явлений; о Боге, как безусловной причине всего сущего и мыслимого. Доказать их теоретически невозможно, но противоречия, рожденные размышлениями о них, как и антиномии, мнимые. Они возникают потому, что человек-подчиняется заблуждению о возможности теоретического познания всего существующего. Такого рода суждения существуют только благодаря вере. Космологические, теологические, психологические науки не имеют права на существование; стремящиеся поставить веру в зависимость от знаний, они порождают новые иллюзии.
Критика практического разума
Веры требует наш практический разум, то есть наше нравственное сознание. Оно не зависит от чувственных мотивов, и с его помощью человек возвышается над природой. Мораль (практическая философия) не может быть теоретически обоснована. Она, как и религия, покоится на вере, но религия не является источником нравственных норм. "Религия
203
ничем не отличается от морали по своему содержанию, то есть объекту, ибо она касается долга вообще; ее отличие от морали лишь формальное, то есть религия есть законодательство разума, призванное придавать морали влияние на человеческую волю для исполнения человеком каждого его долга при помощи созданной самим разумом идеи Бога".1
Существует неразрешимое противоречие между чистой нравственностью и реальной жизнью людей. В своих поступках человек руководствуется личными интересами, потребностями и побуждениями. Чистая же нравственность воплощает в себе общественное нравственное сознание, которое индивид воспринимает как свое собственное. Понятие чистой нравственности означает господство практического разума над чувственными мотивами. Независимость воли от мотивов, ее свобода предстает в виде господства человека над самим собой.
По мнению Канта, знания только тогда имеют ценность, когда позволяют человеку стать лучше, гуманнее. Следовательно, практический разум выше, совершеннее теоретического, а мораль автономна от каких-либо условий жизни и представляет собой область свободы, в которой властвует единое, внутреннее повеление, главный нравственный закон - категорический императив2. Суть его философ сформулировал следующим образом: "Поступай так, чтобы максима твоей воли могла в то же время иметь силу принципа всеобщего законодательства".3 Это требование может противоречить внешним условиям существования и интересам отдельного человека, но оно запрещает действия, которые никогда не станут общечеловеческими нормами поведения. Вообще категорический императив Канта созвучен древним этическим рекомендациям. Еще у Конфуция (VI - V вв. до н. э.) мы находим: "Благородный муж ко всему подходит в соответствии с долгом... Не делай другим того, чего не желаешь себе".4 Но у Канта этот нравственный закон выступает не производным философской системы, а ее основой.
Предмет практического разума - обнаружение высшего блага, то есть того, что необходимо для свободы человека. Свободный человек свободно мыслит: вначале - дело и поведение, а затем - его осмысление. Моральные поступки есть
1 Кант И. Сочинения, т. 6, М., 1966, с. 334.
2 Императив - (от лат.) повеление.
3 Кант И. Сочинения, т. 4, ч. 1, М., 1994, с. 347.
4 Древнекитайская философия, т. 1, М., 1972, с. 167.
204
результат внутреннего веления, отрицающего аморализм внешнего мира. Это веление не может быть стремлением к счастью, ибо оно индивидуально, специфично для каждого человека. А вот должное - универсально и общечеловечно. Поэтому именно долг придает поступку моральный характер. Чтобы личность была способна свободно следовать долгу, она должна обладать такой мощной формой самоконтроля как совесть. Совесть заставляет человека делать так, как требует правило, препятствует раздвоению замысла и поступка.
Объясняя идею нравственного закона, Кант выдвигает ряд постулатов. Постулат свободы воли говорит о способности каждого определять свое поведение, проникаясь сознанием долга. Если человек хочет быть моральным, то он следует долгу, а если он долгу не следует, то должен понимать, что ему придется отвечать за свои поступки. Постулат бессмертия души позволяет рассчитывать на достижение нравственного идеала и блаженства даже после смерти. Постулат о существовании верховной причины "высшего блага", Бога, предлагает гарантию такого воздаяния. (Таким образом, бытие Бога теоретически обосновать невозможно, оно существует как требование практического разума).
Кант в своих нравственных поучениях сух и аскетичен, но не безразличен к человеку. Его волнует, что многие соотечественники живут лишь чувствами, как животные, да еще и жалуются на судьбу. Те, у кого есть достоинство, должны жить жизнью интеллектуальной, совестливой, должной, творить самих себя по высшим образцам. Не случайно, завершая "Критику практического разума", он говорит знаменитую в настоящее время фразу: "Две вещи наполняют душу все новым и нарастающим удивлением и благоговением, чем чаще, чем продолжительнее мы размышляем о них, - звездное небо надо мной и моральный закон во мне".
Критика способности суждения
Эти два чуда сливаются в общем существовании в сфере культуры. Кант называет культурой способность ставить
какие-либо цели.
Целесообразность выступает у него универсальным принципом как для природы (единого гармонического мира), так и для человека, обладающего способностью к художественному творчеству, сопровождаемому чувством удовольствия. Природу можно рассматривать - как своего рода произведение искусст-
205
ва, а человека - как порождение природы и Творца одновременно. Целесообразность проявляется в искусстве через прекрасное, в теологии через совершенное.
Целесообразность в эстетической области как бы не имеет цели и представляет собой свободную игру способностей человека. Прекрасное демонстрирует свою форму и тем доставляет удовольствие. Содержание в нем либо отсутствует, либо не представляет интереса, либо недостижимо. Именно поэтому только в сфере художественного творчества возможна гениальность, так как только в ней возможны оригинальность, создание идеальных образов, новых норм и принципов. Наука же, связанная с реальным миром и его познанием, творцов не терпит. Ее удел - талантливые люди. Художник заключает цель своего существования в себе самом и может определить ее разумом. Наивысшим из всех искусств Кант считал поэзию, соединяющую в себе пластичность с полнотой мысли. Наименее совершенна музыка, которая представляет собой ощущения без понятий и без материала к размышлениям.
Целесообразность в природе заключается в организации существ, их развитии и воспроизводстве. Этот процесс служит аналогом для человека, творца мира культуры. Она же, в свою очередь, представляет собой систему гуманистических ценностей, несущих счастье человечеству.
В первом крупном произведении критического периода "Критика чистого разума" Кант сформулировал три принципиальных вопроса: "Что я могу знать? Что я должен делать? На что я смею надеяться?". В его творческом поиске родились ответы, породив еще один, но самый принципиальный вопрос: "Каким надо быть, чтобы быть человеком? Что такое человек?"
Суть ответов коротко сводится к следующему:
Наши знания не являются копиями процессов, протекающих во внешнем мире. Продуктивное воображение человека располагает поступившие извне хаотичные сведения в соответствии с логическими конструкциями рассудка, полученными доопытным путем. Разум синтезирует знания, давая им единство. Он свободно порождает понятия и строит умозаключения. Свободно - значит в ходе выбора. В реальном мире все зависимо и обусловлено, и лишь в царстве знаний человек волен делать то, что считает целесообразным, опираясь на разум и веру.
206
- Человека человеком делают не знания, а поступки. Они характеризуются как моральные лишь в том случае, когда определяются внутренним повелением, моральным законом. Свободно повинуясь долгу, индивид стремится к нравственным идеалам, то есть видит в своем лице и в образе ближнего все человечество. Он морален, если в поведении руководствуется общечеловеческими ценностями.
- "Дорога надежды" прокладывается человеком собственными усилиями и представляет собой творчество в сфере культуры.
- Человек по природе своей зол, так как мир противоречив и неразумен, но в нем есть зачатки добра. Моральное воспитание позволяет им проявиться и победить склонности ко злу. Но нравственное благо не может быть осуществлено ни отдельным человеком, ни для одной личности. Это достижимо лишь для всех людей, только в коллективе.
Социальная философия
Кант видел о обществе серьезную опору гуманизма, которая укрепляется правом. Если надежды человека в его внутреннем мире базируются на творческих потенциях, то во внешнем мире они обеспечиваются деятельностью социальных институтов и юридических законов.
Кант, придавая особое значение свободе индивида, выделяет права, которые ее обеспечивают, являясь природными и неотчуждаемыми (в этом случае развиваются идеи, сформулированные Руссо). Гарантией таких прав выступает коллективная воля всех членов общества, ибо это их общие права. Прежде всего Кант говорил о праве приобретения, по которому всякое лицо может присвоить себе любой предмет, если это не нарушает свободы других лиц.
Вполне в духе веления практического разума звучит сентенция философа о том, что в обществе всякий человек должен повиноваться правовому порядку, адресованному каждому в виде общих законов. Свобода у Канта есть право повиноваться тем законам, с которыми он согласен. Равенство - право признавать высшим, главным того, кто подчиняется безусловно диктуемому всем остальным гражданам.
Кант - враг деспотии и тирании. Избавление от них возможно путем строгого разделения властей: исполнительной,
207
законодательной и судебной. Их разумное соотношение позволит обуздать и ограничить любое своеволие. Единственным строем, отвечающим условиям свободы, Кант считал парламентскую республику.
Власть закона дарит людям мир, и он должен стать вечным. Мечта о вечном мире выражалась и обосновывалась многими мыслителями прошлого. Создавались проекты, предлагались планы. Не остался в стороне от этой идеи и Кант.
У Канта противоречия являются источником развития. Они свойственны всем сферам человеческого бытия (разумной, нравственной, творческой), полным антиномиями, не терпящим умиротворения и довольства. Стремясь к согласованности в отношениях, люди создали государство, установили внутри него правовой порядок, ввели законы. Но это породило другую проблему - установление правовых отношений между государствами. Неуживчивые люди и государственные организации "побуждают сначала к несовершенным попыткам, но, в конце концов, после многих опустошений, разрушений и даже полного внутреннего истощения сил, к тому, что разум мог бы подсказать им и без столь печального опыта, а именно - выйти из не знающего законов состояния диких и вступить в союз народов, где каждое, даже самое маленькое государство могло бы ожидать своей безопасности и прав не от своих собственных сил или собственного справедливого суждения, а исключительно от такого великого союза народов, от объединенной мощи и от решения в соответствии с законами объединенной воли".1
Преодолеть войну можно, по мнению Канта, лишь тогда, когда она станет непосильным экономическим, финансовым и нравственным бременем для всех. Бесполезно призывать к миру тех, кто в ней виновен, бесполезно упрекать воинственных и эгоистичных, бесполезно взывать к совести монархов и политиков. Стремясь к самосохранению и опираясь на добрую волю, государства сами в ходе истории откажутся от решения вопросов военным путем. Человек стремится к счастью, и потому он заинтересован в вечном мире. А достичь его можно либо путем договора, запрещающего войны, либо "вечный мир" установится на всемирном кладбище после очередной войны.
1 Кант И. Сочинения, т. 6, М., 1966, с. 15.
208
Влияние идей Канта на современников и потомков огромно. Его работы породили споры и дискуссии, сформировали целые направления последователей и противников. Дебаты вокруг его творчества продолжаются до сих пор. Что в судьбе философа может быть более достойным? Кант умер и похоронен в своем родном городе. На этом месте соотечественники создали мемориал. Много войн пронеслось над городом; в 1944 году авиация союзников превратила центр Кенигсберга в руины; Советская Армия брала его штурмом. Единственным сооружением, уцелевшим в этом огненном смерче, была могила Канта.
4. Философия Фихте
Философом Иоганна Готлиба Фихте сделало стечение обстоятельств. Он родился в 1762 г. в семье многодетного деревенского ремесленника, и ему была уготовлена судьба продолжателя дела жизни отца. Но прекрасная память и общая одаренность мальчика привлекли внимание местного помещика, который определил его на воспитание в семью пастора и оплатил затем его учебу в закрытой школе. Образование позволило Фихте поступить на теологический факультет Иенского университета. Однако покровитель к этому времени скончался, и на долгие годы спутником ученого стали нищета и нужда. Он несколько раз бросает учебу, чтобы заработать на жизнь трудом домашнего учителя. Желание одного из его учеников познакомиться с учением Канта обратило внимание философа на труды прусского затворника. "Вообще я обрел теперь покой от моего прожектерством исполненного духа; и я благодарю Провидение, которое совсем недавно, до того, как мне испытать крушение всех моих надежд, дало мне возможность спокойно и радостно нести судьбу. А именно, по побуждению, которое было простой случайностью, я отдался совершенно изучению кантовской философии, такой философии, которая укрощает воображение, у меня всегда столь безудержное, которая дает перевес рассудку и позволяет всему духу непостижимо возвыситься над всеми вещами. Я принял более благородную мораль и вместо того, чтобы заниматься вещами, вне меня сущими, стал заниматься больше самим собой".1 Фихте едет к Канту, и их знакомство способствует публикации первой крупной рабо-
1 Фихте И.Г. Избранные сочинения, т. 1, М., 1916, с. 24.
209
ты философа "Опыт критики всякого Откровения". Всю жизнь он преподавал в немецких университетах: Иенском, Эрлангенском, Берлинском (которого был первым ректором). Всю жизнь Фихте вел активную, бурную деятельность; энтузиазм его был неисчерпаем. Умер он в 1814 г.
Начав как последователь Канта, сосредоточившись на "самом себе", Фихте исходным пунктом своей философии делает понятие человеческого Я. В нем заключено, по мнению философа, единство, которое априорно, независимо от опыта (трансцендентально) объемлет все доступное мышлению. Как и Кант, Фихте признает соотношение теоретической и практической философии, отдавая предпочтение последней, т. е. Морали. Но практика, сводимая им к деятельности, представляет собой исключительно деятельность нравственного сознания.
В отличие от Канта Фихте отрицает существование каких-либо внешних объектов, независимых от разума субъекта. У него Я - это единственная реальность, творящая мир, созидающая все и совпадающая с самопознанием. У него нет кантовской раздвоенности: Я - это разум и воля, познание и действие одновременно. Объективная, независимая основа бытия невозможна; все богатство мира сосредоточено и исходит из человеческого Я, а оно есть дух разумный. В связи с этим известная фраза Фихте: "Действовать! действовать! - вот для чего мы существуем" - приобретает довольно необычное звучание.
В мире нет внешних объектов (тем более непознаваемых "вещей в себе"). Первичным выступает всеобъемлющее Я, ибо субъект свое сознание может направить в любое мыслительное русло и тем самым создать любой объект.
Фихте считал, что идеализм (движение от сознания к бытию) объясним, а материализм (движение от бытия к сознанию) не логичен. Познание начинается с констатации абсолютно достоверного, вне всякого сомнения существующего. Например, утверждение: "Я полагает самое себя" (сравните с "Мыслю, следовательно, существую" Р. Декарта). Бытие сомнительно, сознание - нет, но только в виде "чистого Я", то есть всеобъемлющего, а не единичного человеческого сознания.
Основополагающие принципы знаний о человеке, мире, природе устанавливает философия и диктует их всем наукам и всем видам деятельности. Не случайно главное произведение Фихте называется "Наукоучение", или "Основы общего наукоучения". Наукоучение "исчерпывает все человеческое знание".
210
Для познания, творения, действия в сфере разума необходим толчок, источник изменения. Следовательно, кроме утверждения о наличии Я, необходимо утверждение о наличии не-Я, то есть другого, того, что обычно называют "природа", "объект". Взаимодействие Я и не-Я не познается, а чувствуется, его природа бессознательна. Если деятельность Я есть нравственное поведение, то есть следование долгу и моральному предписанию, закону, то деятельность не-Я - это чувственные склонности человека. Чем сильнее чувственные влияния, тем значительнее моральная победа личности над самой собой.
Не-Я, однако, не существует само по себе, а порождается Я для развития его деятельных функций. Это некий антитезис, выводимый из безусловного тезиса. Именно поэтому Фихте называет свой метод антитетическим. В соответствии с ним познание (а значит, и творение) проходит путь от постижения основных теоретических положений, категорий, данных рассудка к постижению основных положений практического разума, пониманию способностей, стремлений, особенностей человека. Наукоучение предстает своеобразным изложением истории человеческого духа.
Отдельный человек слаб, так как он не в состоянии осознать в самом себе мощь Абсолютного Я. То, что он видит вокруг, кажется ему внешним и независимым от него состоянием. Он не понимает того, что сам сотворил своим собственным сознанием. Не ведая причин, человек считает результаты случайными. Но подобная видимость порождена недостаточным познанием.
Необходимость царит в естественном и социальном мире; она доступна разуму. Постижение ее и добровольное подчинение ей выступает условием свободы людей. Фихте в этом случае является преемником взглядов на свободу у стоиков и Спинозы, но, в отличие от них, свобода у него не удел мудрецов, а общее человеческое состояние, накапливающее свой потенциал в ходе истории.
Свобода человека реализуется в его внутреннем мире, а во внешнем властвует право, как добровольное соглашение подчиняться единым законам общежития. В целом человечество у Фихте представлено собственниками и несобственниками. Гармония между ними возникнуть не может. Справедливость наступит лишь при условии обеспечения каждому права на частную собственность. Это должно сделать государство, кото-
211
рое является организацией собственников. Государство выступает гарантом нравственного существования людей до тех пор, пока они не достигнут способности к свободному мышлению. Для этого необходимо создавать общедоступные воспитательные и образовательные учреждения, совершенствовать законодательство, увеличивать знания.
Цель общественного развития - обеспечение свободы. На этом пути общество проходит пять основных эпох: "1) эпоха, в которую человеческие отношения устанавливаются без принуждения, благодаря одному разумному инстинкту; 2) эпоха, в которую этот инстинкт, ставший слабее и проявляющийся лишь в немногих избранных, превращается последними в принудительный для всех внешний авторитет; 3) эпоха, в которую отвергается этот авторитет и вместе с ним разум в единственной форме, в какой он проявлялся до этого времени; 4) эпоха всеобщего распространения в человеческом роде разума в форме науки; 5) эпоха, в которую к науке присоединяется искусство, чтобы твердой и верной рукой преобразовывать жизнь сообразно с наукой; и так как это искусство свободно совершает сообразное с разумом устроение человеческих отношений, чем достигается цель всей земной жизни, то затем наш род вступает в высшие сферы другого мира".1 Там он представлен тремя сословиями: производителями, добывающими природную продукцию, художниками, ее обрабатывающими, и купцами. Кроме них, еще есть те, кто занят искусством и обороной. Отношения между ними строго регулируются.
Несмотря на сложность и абстрактность, философия Фихте имела чрезвычайно широкое распространение. Его обращение к человеку и его возможности влиять на мир было актуальным и своевременным. Однажды Фихте определил свой любимых афоризм: "Каков человек, такова и его философия". Так каким же он был, по мнению современников? "Он - умный, глубокомысленный, неотесанный, чудаковатый крестьянин, идущий удивительными извилистыми путями, который при обстоятельном взвешивании находит в себе и в других обратное тому, что есть в действительности, хотя это ему трудно дается. Беспокойный, нелюдимый, он к тому же одержим поразительной в его положении и смешной идеей о том, что он должен действовать, стать вождем, двигать мир".2
1 Фихте И.Г. Основные черты современной эпохи. СПб., 1906, с. 57.
2 Цит. по: История философии, т. 3. М., 1943, cc. 137, 138.
212
5. Философия Шеллинга
В XVII - XIX вв. в Европе философия входила в число обязательных университетских курсов. Возможно, поэтому, многие одаренные студенты, столкнувшись со всеобщим, вкусив сладости познавания, оценив плодотворность и жизненность абстракции, изменяли свои первоначальные планы. Они ставили новые философские проблемы, разрабатывали собственные концепции.
В этом отношении не был исключением и Фридрих Вильгельм Йозеф Шеллинг (1775 - 1854). Его отец (пастор, проповедник, преподаватель духовной семинарии) был образованным и культурным человеком. Своего одаренного сына он подготовил к раннему образованию, и в Тюбингенский университет юный Шеллинг поступил на три года раньше предписанного возраста. Закончив обучение, он, как Кант и Фихте, стал домашним воспитателем, продолжая самостоятельные занятия философией. Его первые работы на этом поприще были замечены Гете, и вскоре Шеллинга пригласили в Иенский университет. Взлет авторитета философа и его популярности были чрезвычайно стремительными.
После недолгого пребывания в Вюрцбургском университете Шеллинг переезжает в Мюнхен, где его избирают членом Академии наук и секретарем Академии изящных искусств. Но к этому времени философская позиция ученого заметно изменилась, а с ней постепенно стал утрачиваться и авторитет. Самолюбие Шеллинга было глубоко уязвлено этим фактом, а также тем, что пальму первенства в философии перехватил Гегель, его друг и сокурсник по Тюбингенскому университету. Открытая полемика окончилась поражением Шеллинга. И после смерти Гегеля, заняв его кафедру в Берлинском университете, ему не удалось вернуть былого влияния. Шеллинг практически исчез с философского небосклона Германии и последние десять лет жизни провел замкнуто, почти отшельнически.
Обратимся к философскому творчеству Шеллинга. Изучая работы Канта и особенно Фихте, он приходит к выводу, что один из бесспорных элементов бытия как бы выпадает из теоретических систем этих философов - это природа. У Канта она поглощена таинственной непознаваемой "вещью в себе", а у Фихте ограничена природными склонностями человека и по-
213
знаваема лишь этическим знанием. Однако все это вступало в противоречие с открытиями в сфере естествознания (см. приложение 1 к главе).
Опираясь именно на них, Шеллинг провозглашает существующим не только субъективное Я, но и природу. Первоосновой всего мира он объявляет тождество бытия и мышления, между которыми нет ведущего и ведомого элементов, начального и производного. "Высшее начало не может быть ни субъектом, ни объектом, ни тем и другим одновременно, но исключительно лишь Абсолютной Тождественностью..."1 Это -бессознательная составляющая Мирового Духа. Абсолютное тождество полно желаний, их неосознанная реализация и творит природу, развивающуюся до самопознания. Происходит это путем усматривания в природе наличия реальных динамических противоречий в виде противоположностей. "Эти две борющиеся силы... приводят к идее организующего начала, образующего систему мира. Быть может, древние и хотели его обозначить термином Мировая Душа".2 Противоположность первоначальных сил абсолютна, а потому у всех процессов должно быть единое начало и не может быть особых материй, типа "электрическая материя", "световое вещество", "теплород", "флогистон" и др. Любой природный объект обладает способностью разложения до некоторого предела, достигнув которого процесс меняет свою направленность на обратную. Таким образом в природе осуществляется бесконечный круговорот.
"Природа - это различные ступени развития одной и той же абсолютной организации".3 Опираясь на эту мысль, Шеллингу удалось высказать ряд выдающихся догадок: о единстве и развитии природы, об электромагнитной теории материи, о происхождении органического мира из неорганического, о чувственном этапе познания и роли психических процессов в жизни человека.
Предлагая свою позицию в отношении природы, Шеллинг исходил из идеи тождественности бытия и мышления и разработал собственную версию процесса познания. В соответствии с ней, в изначальном Абсолюте содержится особое орудие познания - "интеллектуальная интуиция", которая позволяет разуму непосредственно созерцать предмет. Созерцание означало и творение. Творение осуществлялось в соответствии с
1 Шеллинг. Система трансцендентального идеализма. Л., 1936, с. 362.
2 Шеллинг. Система трансцендентального идеализма. Л., 1936, с. 218.
3 Шеллинг. Идеи к философии природы. Соч., т. 1, М., 1987, с. 192.
214
Абсолютом. Идеальный по своей сути Абсолют порождал стремление к совершенству в природе, результатом чего и стало ее многообразие. Таким образом, природа стремится в своем развитии к Абсолютному Духу, как к собственной цели. Познание же идет от него как источника и проходит при этом три этапа: ощущение (пассивное состояние, признающее влияние извне), созидательное созерцание (созидание тела в природе без осознания самого процесса), рефлексия (осознание тождества субъекта-творца и объекта-творения). Следовательно, познание представляет собой у Шеллинга некий мистический акт воспоминания своей предыстории, в начале которой лежит Абсолютный Дух.
История человечества в целом тоже имеет свою цель. Это свобода. Но раз каждый человек свободен в своих поступках, то, значит, следствия их постичь невозможно. Однако равнодействующая всех движений в обществе подчиняется скрытой необходимости, аналогичной кантовскому нравственному закону. В соответствии с ним в истории общества выделяются три периода:
- период судьбы с его трагедиями, необузданностью, произволом и хаосом;
- период природы, когда на основе постижения законов начинается созидательный процесс управления обществом;
- период Провидения - будущее человечества: "Мы не можем сказать, когда начнется этот период. Но когда он настанет, тогда придет Бог".
Человек у Шеллинга - существо деятельное. Его теоретическое Я занято созерцанием мира, практическое - установлением в нем порядка, а художественное - творением явлений и процессов природы. Художественное производство есть высший вид творчества, ибо произведения искусства не имеют Цели, не служат пользе, они вне оценок нравственного и научного характера. Это факты природы, "возрожденные гениями". Гении потому так высоки, что обладают способностью вкладывать смысл в бессознательные явления.
Таким образом, активный субъективный идеализм Фихте у Шеллинга заменяется созерцательным идеализмом объективного толка. Постепенно философ отказывается от своей философии природы, выдвигая на первый план иррациональные мотивы. Саморазвитие абсолютного тождества у него воплощается в Боге, который в своей жизни проходит три эпохи: домировую (довременное существование), настоящую и буду-
215
щую. На этом пути осуществляется движение от тьмы к свету. В человеческой индивидуальности это проявляется в борьбе добра и зла. Зло выступает положительной силой, через которую проявляется себялюбие человека и его движение к добру. Добро же есть связь с Богом, нравственность есть религиозность.
Остается только посочувствовать трагической судьбе этого "поэта науки", философская смерть которого наступила задолго до естественного природного конца.
6. Апогей немецкого идеализма. Гегель
Ничто не предвещало в этом человеке гения. Он жил обычной жизнью. Родился Георг Вильгельм Фридрих Гегель в 1770 г. в Штутгарте, в семье чиновника, где царили строгие нравы, аккуратность и благочестие. В положенное время он поступил в Тюбингенский университет, изучал там философию и богословие. Закончив его, удостоился следующей характеристики: "... Одарен хорошими способностями и характером; несколько порывист; не обладает большим даром слова; очень хорошо знаком с богословием и филологией, но совершенно безразличен к философии".1 Его ближайшими друзьями в университете были Шеллинг и Гельдерлин. Первый был моложе Гегеля на пять лет, но уже в 23 года стал известным философом, автором признанных книг, профессором. Второй, удивительный немецкий поэт, сумел вернуть отечественной публике богатства античной культуры, а Гегелю - привить любовь к древнегреческой литературе и этому оригинальному стилю мышления. Всю жизнь был благодарен Гегель своим друзьям за ту душевную работу, которую они стимулировали в нем.
Античная литература и философия дали ему представление о человеческой природе и человеческом духе, которые существуют в мире, наполненном свободой, весельем, эмоциональным взлетом. Античная философия так и осталась для него на всю жизнь универсальным источником мудрости. Кроме них, огромное влияние на философскую судьбу и творчество Гегеля оказала французская революция. День взятия Бастилии он чтил до последних своих дней и всегда находил способ его отметить. Революционные события привели его к мысли о важности теоретического творчества, о роли свободы в нем.
1 Цит. по: История философии, т. 3, М:, 1943, с. 211.
216
Ответы Гегель ищет у Канта и Фихте, постигая роль философских знаний для человеческого существования: "Философы доказывают... достоинство, народы научатся его ощущать и тогда уже не станут требовать свое растоптанное в грязь право, а просто возьмут его обратно, присвоят его".1 Его ведущим идеалом становится "Свобода через разум".
Долгие годы Гегель продолжает заниматься самообразованием, зарабатывая на жизнь трудом гувернера, журналиста, директора гимназии. Пробует он себя и в академической деятельности, проработав шесть лет в Иенском университете, который занимал передовые позиции в философской науке благодаря деятельности Фихте и Шеллинга. Однако философская звезда Гегеля разгорелась тогда, когда ему было уже около пятидесяти лет и он начал читать лекции в Гейдельбергском университете. Начинал он с четырех слушателей. Как писал слушавший его И. Киреевский: "Говорит он несносно, кашляет почти на каждом слове, съедает половину звуков и дрожащим, плаксивым голосом едва договаривает последнюю".
Через два года по приглашению правительства Пруссии Гегель занимает кафедру философии в Берлинском университете. С этим городом связана последняя треть его жизни. Растет авторитет и влияние Гегеля, его идеи захватывают все более широкий круг философов и политиков, ученых и бюргеров. Л. Фейербах, пройдя занятия у Гегеля, пишет: "Мне нужны не бредни и мечтания, мне нужно учиться! Мне нужна не вера, а мышление! Благодаря Гегелю я осознал самого себя, осознал мир. Он стал моим вторым отцом, а Берлин - моей духовной родиной".2 Но Гегель не обольщается своими достижениями: "Столь же глупо думать, что какая-либо философия может выйти за пределы современного ей мира, сколь глупо думать, что отдельный индивидуум может перепрыгнуть через свою эпоху..."3 Не случайно именно в Берлине он был признан государственным философом Пруссии.
Умер Гегель в 1831 г. во время эпидемии холеры. Он завещал похоронить себя рядом с могилой Фихте.
1 Гегель. Работы разных лет, т. 2, М., 1971, с. 224.
2 Фейербах Л. Отношение к Гегелю. История философии, т. 3, М., 1967, с. 373.
3 Гегель. Философия права. Соч., т. 7, с. 16.
217
Бытие и мышление
Бурный темперамент этого периода истории не мог не сказаться на серьезных теоретических построениях и практических событиях.
Идеи консолидации, мирового господства, всеобщности познания витали в воздухе эпохи. Гумбольдт, Бетховен, Наполеон, Гегель были теми людьми, которые пытались их выразить или воплотить в политике, естествознании, музыке, философии.
Гегель практически потратил полжизни на то, чтобы познать окружающий мир с целью представить его во всем богатстве проявлений, как единый, взаимосвязанный, развивающийся процесс. Он не мог опереться на раздвоенное, неполно познаваемое бытие Канта, субъективно идеальный мир Фихте и даже на абсолютно тождественные бытие и мышление Шеллинга.
Гегель положил в основу своей системы собственный принцип тождества бытия и мышления. Оно есть первоначальный этап существования, для которого характерно не только единство (как у Шеллинга), но и различие. Различие это связано с мышлением, так как есть объект мысли и есть она сама, объективное и субъективное. Мышление как бы "отчуждает" от себя бытие. Вместе с тем оно не имеет отношения к отдельному человеку. Так как мышление в состоянии включить в себя все богатство изменяемого мира, природу, человека, и его разум, то оно предстает в виде мирового разума, мирового духа, абсолютной идеи.
Абсолютная идея автономна от человека, истории и природы. Она представляет собой процесс познания себя в каждой сотворенной вещи и явлении. Иначе говоря - это процесс самопознания Абсолютного духа. Его изменения бесконечны, а потому бесконечен и процесс познания. Познание Гегель не связывал ни с отдельным человеком, ни с обществом - это некое безличное явление (феномен). Не случайно первая крупная работа философа, служащая введением в его систему, называется "Феноменология духа".
Осознание - процесс поэтапный. Первая ступень - это предметное сознание, когда постигаются объекты, существующие вне человека. Второй период связан с познанием субъектом самого себя и потому называется самопознанием. На завершающем этапе это противопоставление субъекта и объекта снимается, не происходит абстрагирования ни от одной, ни от
218
другой составляющих, а они выступают в единстве, отождествившись в знании и представ в виде Абсолютного Духа. Один из важнейших выводов Гегеля звучит следующим образом: "Все действительное разумно, все разумное действительно".
Многоликий, разнообразный, заселенный разумными существами мир нуждается в познании. Но могут ли полученные знания быть истинными и в чем критерии истины? Гегель полагает, что истинность доказывается исключительно путем воссоздания всей предыдущей истории развития человеческой мысли по поводу исследуемого объекта. "Дело не исчерпывается его целью, но также состоит и в раскрытии ее; результат не есть действительное целое, но является таковым совместно с процессом его возникновения; цель для себя есть безжизненное всеобщее, как тенденция есть простое стремление, лишенное еще своей действительности, - и чистый результат есть труп...".1 Голый результат безжизнен, так как он не убедителен, не доказуем, не выводим ни из чего.
Именно поэтому второй ведущий принцип гегелевской системы, после тождества бытия и мышления, - способность духа к движению и развитию.
Опираясь на Абсолютный Дух, включающий в себя все конкретные формы существования и способный их познать, по мнению Гегеля, можно воссоздать всеобъемлющую философскую систему. В соответствии с тремя ступенями познания она должна включать в себя логику, философию природы и философию духа.
Идея развития
Развитие универсально, его законы способна исследовать прежде всего логика, так как она занимается законами мышления, а они и есть законы бытия (согласно принципу бытия и мышления в их тождественности), законы действительности.
У Гегеля основные понятия логики первичны, доопытны, независимы от природы, истории и мышления. Их развитие порождает все остальное. Работа Гегеля "Наука логики" и посвящена исследованиям логических категорий, то есть понятиям, которые отражают общие и существенные связи сторон в ходе изменений любых объектов.
1 Гегель. Феноменология духа. Соч., т. IV, с. 12.
219
Суть метода развития логических понятий у Гегеля в следующем. Существуют исходные категории, каждая из которых выступает в виде тезиса. Тезис используется обычно автоматически, привычно, безотчетно. Содержательная сторона его скрыта, он знаком и неизвестен. Развитие тезиса представляет собой саморазделение, то есть выделение своей противоположности - антитезиса. Уравновешивание, нейтрализация первого и второго приводит к их единению, синтезу. Синтез, в свою очередь, превращается в новый тезис. Однако он более высок в своем развитии, чем предыдущий, ибо обогащен позитивными достижениями полученными в процессе отрицания предыдущих позиций. Противоречие, говорит Гегель, "есть корень всякого движения и жизненности; лишь поскольку нечто имеет в себе самом противоречие, оно движется, обладает импульсом и деятельностью".1
Логика складывается из трех составляющих: учения о бытии, учения о сущности и учения о понятии. Самодвижение бытия должно привести к сущности, выступающей как его антитезис, а их синтез порождает понятие.
Все начинается с абстрактной, пустой категории чистого бытия. Речь в этом случае идет о смысле, полностью исчерпываемом словом "есть". Неопределенность этого чистого бытия равносильна ничто. Единство противоположных терминов бытия и ничто выражается в категории становление. Это первая более или менее конкретная категория на пути познания, и именно ее можно оценить как начало, исходный момент. Кроме того, переход от бытия к ничто есть уничтожение, а от ничто к бытию - возникновение. Становление является еще и простейшей формой движения (от незнания к знанию. Подробнее см. в приложении 3 к главе).

Первым результатом становления является наличное бытие, которое в отличие от чистого бытия имеет свою определенность и потому в ходе развития переходит в качество. Его изменения порождают количество, обогащаемое качеством, но
1 Гегель. Наука логики. Соч., т. V, с. 530.
220
способное изменяться независимо от него. Противоречия качества и количества разрешаются в мере, синтезирующей их единство, ибо количественные изменения могут переходить в качественные и обратно, достигая определенного предела. Переход от одной меры к другой предполагает наличие некой основы для изменения. Такой основой, по мнению Гегеля, является сущность.
Категория сущности, с одной стороны, выступает как более высокая, чем бытие, ступень познания, а с другой стороны, она представляет собой обращение к глубинным внутренним закономерностям. Главной особенностью любого явления и процесса, по мнению Гегеля, является его коренная противоречивость в самом себе. Во всем сосуществуют разнонаправленные тенденции, стороны, друг без друга не существующие, хотя и взаимоисключающие друг друга, то есть противоположности. Тождество и различие, необходимое и случайное основание и следствие, форма и содержание, внутреннее и внешнее - это не автономные характеристики, а взаимопереходящие свойства. Именно поэтому "противоречие не следует понимать как некую аномалию, встречающуюся лишь где-то: оно есть... принцип всякого самодвижения... Нечто, следовательно, жизненно лишь постольку, поскольку оно содержит в себе противоречие".1
Та необходимость, с которой развиваются бытие и сущность, осознается в понятии. Познанная необходимость предоставляет субъекту свободу, возможную только теоретически, только в мысли, в понятии.
В этом разделе "Логики" Гегель показал; что всеобщее содержится в единичном и проявляется через него, что высшие формы мышления развиваются из низших, что любое знание может претендовать на звание истинного лишь в случае включения в себя различных, в том числе и противоречивых, сторон реального мира. Идея выступает безусловным единством понятия и предмета, развиваясь как процесс. Процесс этот не связан со временем и пространством. Саморазвивающееся, лишенное содержания бытие обогащается содержательной конкретностью, постигаемой в понятии. Процесс этот завершается лишь полным познанием идеи самой себя. Абсолютная идея, отчуждая первичное бытие, порождает все богатство мира и постигает его в равной ей самой полноте. "Мы теперь
1 Гегель. Наука логики. Соч., т. V, cc. 520, 521.
221
возвратились к понятию идеи, с которой мы начинали. И, вместе с тем, это возвращение назад есть движение вперед. Мы начали с бытия, абстрактного бытия. На этом этапе нашего пути, на который мы теперь вступили, мы имеем Идею как Бытие. Но эта идея, обладающая бытием, есть природа".1
Философия природы
Природа, по мнению Гегеля, это антитезис, инобытие идеи. Она представляет собой как бы набор окаменевших понятий на некоторых ступенях существования Абсолютного Духа.
Верный своему методу, Гегель выделяет три такие ступени: механику, физику и органику. Связь между ними аналогична связи тезиса, антитезиса и синтеза в логике. Однако, если там она осуществляется на самом деле и представляет собой реальный процесс, то в природе это скорее похоже на копию, иллюстрацию с оригинала. Это как бы не само развитие, а отпечаток его.
Абсолютная идея предшествует природе; мир сотворяется и вечность его воплощается в сохранности после творения. Возникновение природы Гегель начинал с организации форм ее существования, таких, как пространство и время; правда, во времени природа реализует вечные повторения, возвраты и круговороты.
Содержательная наполненность пространства и время связаны с материей и движением, которые существуют неразрывно друг с другом. Синтезируется вся эта сложность во внутренней, будоражащей природу силе.
В физике Гегель пытается охарактеризовать отдельные явления природы, вскрыть между ними связи и описать иерархические последовательности. Однако в этой части работы у автора встречается много натяжек, абсурдностей, вольных допущений и неаргументированных утверждений. Так, свет Гегель представляет себе в виде наипростейшей мысли, а звук - в виде механической душевности, проявлении души в области механики. Магнетизм - это мысль в природе, имеющая трехчленную структуру: два полюса и нейтральную точку.
Третья часть философии природы посвящена проблемам жизни. В ней реализуется попытка показать, как из неживой природы осуществляется переход к живому (растительному,
1 Гегель. Энциклопедия философских наук. Соч., 1, с. 344.
222
животному, человеческому) миру. Но различные природные формы у Гегеля не возникают одна из другой, а как бы "нанизываются" Абсолютным Духом в определенной последовательности на нить жизни.
Попытка создать философию природы диктовалась не столько интересом к природе, сколько потребностями созданной автором системы. Единство природе дает идея, и она же стремится как можно скорее миновать этот этап и вернуться к себе самой.
Философия Духа
Третий раздел философии Гегеля представляет собой заключительный этап развития Абсолютного Духа, когда он достигает понятия, соответствующего мыслящему природному существу -человеку. Здесь тоже наблюдается триада развития. (См. приложение 3 к главе).
Во-первых, проявление субъективного духа. Он представляет себя, прежде всего, через душу человека, связанную с телом (антропология). Эти отношения выступают основой расовых, национальных и возрастных различий, дают материал для оценки характеров и темпераментов людей, их отличия от животных, по ним можно судить о здоровье и неблагополучии в человеческом организме.
Антитезисом антропологии выступает феноменология - учение о духе, отчужденном от телесности. Синтез духа в телесности и духа вне ее происходит в психологии, где дух практически и теоретически подчиняет себе внешний мир.
Таким образом, можно сказать, что противоположностью субъективного сознания, индивидуальной психики человека является объективный дух, общественное сознание. Тезис последнего - учение об абстрактном, формальном праве. Дело в том, что право противостоит произволу и потому, по мнению Гегеля, является непосредственным бытием свободы. Право обеспечивает свободу личности через гарантию идеи о неприкосновенности частной собственности. Ведь человек осознает свою силу и возможности, вкладывая во что-то волю. Если такое вложение увенчается успехом, то человек становится собственником. Правда, это частное владение, демонстрирующее меру воли личности, должно быть признано другими людьми. "Разум делает необходимым, чтобы люди вступали
223
между собой в договорные отношения - дарили, обменивали, торговали и т. п. - точно так же, как он делает необходимым, чтобы они обладали собственностью".1 Чтобы люди могли вступить в такой договор, они должны быть признаны юридически равноправными, хотя бы формально.
Праву, как сфере внешних законов, противостоит мораль -область внутреннего веления, свободной воли. Мораль воплощает в себе убеждения человека.
Высшей ступенью развития объективного духа является нравственность, в которой сливаются личное и общественное. Нравственность в своем развитии проходит три стадии: семью, гражданское общество и государство. У Гегеля первичным определяющим началом человеческой истории выступает не индивид, а общество. Так, в семье воплощается природное, естественное, изначальное единство людей. Но семья нивелирует личность и потому отрицается гражданским обществом, представляющим собой взаимодействие самостоятельных индивидов, находящихся в определенных социально-экономических отношениях. "В гражданском обществе каждый для себя цель, все другие для него суть ничто. Но без соглашения с другими он не может достигнуть объема своих целей; эти другие суть потому средства для целей особенного... Нравственное ушло здесь в свои крайности, потерялось в них, и непосредственное единство семьи распалось здесь на множество. Гражданское общество представляет нам в этих противоположностях и их переплетении картину столь же необычайной роскоши, излишества, сколь и картину нищеты и общего обоим физического и нравственного вырождения".2 Гегель специально подчеркивает важность для развития гражданского общества действующих в нем экономических отношений, но трактует их по аналогии с нравственными отношениями между личностью и обществом.
Объективный дух, минуя этап гражданского общества, достигает своей высшей ступени - государства. "Государство есть действительность нравственной идеи, - нравственный дух... шествие Бога в мире".3
Люди не властны над общественно-политическими порядками, ибо государство есть результат закономерного развития, и наилучшей его формой является конституционная монархия,
1 Гегель. Философия права. Соч., т. VII, с. 96.
2 Гегель. Философия права. Соч., т. VII, cc. 212 - 213.
3 Гегель. Философия права. Соч., т. VII, cc. 263, 268.
224
так как она позволяет наиболее достойным занять заслуженное место в обществе. Гегель предлагал в качестве критериев для сословного деления размеры состояния и объем власти. Наивысшей "природной нравственностью" обладает у него дворянство, затем идет "стремящаяся к свободе" буржуазия, а далее "бесформенная масса" трудящихся. На вершине этой пирамиды находится бюрократия, призванная охранять "всеобщие интересы общества".
Идеальное государство, типа конституционной монархии, будет гарантом нравственности даже в том случае, если свои цели оно достигает военными средствами, ибо это "предохраняет народы от гниения, которое непременно явилось бы следствием... вечного мира".
Философия истории
Если в природе изменения происходят путем бесконечных повторений, то человеческая история способна к совершенствованию и прогрессу.
Гегель был уверен, что в истории царит закономерность, что для нее характерны связи прошлого и будущего через настоящее. Всемирная история предстает как единое целое, где нет случайных ступеней и этапов. В целом процесс истории духовен, а господствует в нем Абсолютная идея, обретая в человечестве средство собственного познания. Критерием прогрессивности всемирной истории выступает постижение необходимого, то есть степень свободы.
Сложность истории связана с разнообразием человеческой деятельности, множественностью интересов, многогранностью целей, богатством вкусов, силой страстей, особенностями сложившихся обстоятельств. "Всемирная история не есть арена счастья. Периоды счастья являются в ней пустыми листами, потому что они являются периодами гармонии, отсутствия противоположности".1
Если идея составляет основу истории, то страсть выступает в ней путеводной нитью. Поэтому действия людей довольно часто осуществляются неосознанно. Великие же личности играют в истории важную роль, ибо воплощают в себе дух своего времени, "народный дух". Для любого исторического сообщества людей характерны особый уровень культуры, состояние бытия, господствующий государственных строй, лидирующая
1 Гегель. Философия истории. Соч., т. VIII, с. 26.
225
форма религии и другие параметры. Но для каждого временного периода свойственно наличие исторического народа, господствующего над всеми остальными, так как он есть носитель целей всемирного духа своего времени. Остальные народы либо изжили себя, либо не развились еще в достаточной степени и потому должны обладать меньшими правами.
В связи с этим мировая история подразделяется Гегелем на три эпохи: восточную, античную и германскую. История, начавшаяся на Востоке, связана с полной несвободой людей (так, в Китае разум еще спит, в Индии начинает только грезить, в Вавилоне и Египте дух начинает себя ощущать). В этот период осознает себя только один человек - глава государства. В античный период осознание свободы свойственно уже некоторым множествам людей. Те, кто своей свободы осознать не в состоянии, пребывают в рабстве. В связи с этим тирания восточного типа сменяется демократическими режимами. Высшим и последним этапом этого процесса является "христианско-германский мир", где все люди сознают свою свободу сообразно христианским принципам. Прусская конституционная монархия предоставляется Гегелю оптимальным вариантом общественного устройства, а "Европа есть безусловный конец всемирной истории...".
В переходные периоды истории происходит глубокая драма народов, постигших различие идеалов и действительности, переходящих к новым идеалам.
Мировая история, имеющая своим содержанием Мировой Дух, еще не является конечной целью развития. Над всей системой возвышается, пронизывая ее, Дух Абсолютный. Его первой исходной формой, в которой конкретизируются этические отношения, выступает искусство. Искусство предстает в виде прекрасного образа, в котором гармонически сосуществуют форма и содержание. Этот идеал с разных сторон демонстрирует себя в отдельных жанровых формах. Наивысший из них - немецкая поэзия.
Антитезис, противопоставление образу Абсолютного Духа дается в религиозном представлении. Романтическое искусство дает возможность духу перейти из области искусства в сферу религии. В истории религиозные представления развиваются до своей абсолютной вершины - христианства.
Синтезируются эстетический образ и религиозное представление в философских понятиях. Единство субъективного и объективного духа в религии достигается с помощью чувствования, а в философии - с помощью мышления. Поэтому толь-
226
ко философия может мыслить и постигать абсолютное. Правда, делает это она в пределах конкретных исторических эпох, формируется философия у отдельных народов как завершающий продукт его культуры и во всей своей полноте предстает к исходу истории этого народа. Философия, таким образом, есть итог развития культуры. Она всегда противоречива, ибо выражает разрыв стремлений с реальными формами жизни. Ни одна философия не может претендовать на знание абсолютной истины, ни одна не является окончательной, а входит в качестве подчиненного момента в последующие системы.
Однако Дух у Гегеля закончил трудный путь самопознания, достигнув предельных позиций, и его система является совокупностью всех форм познания. Свою философию мыслитель склонен считать вершиной и концом философской мысли, выражением достигнутой абсолютной истины.
Попытка свести все достижения человеческого духа в единую систему была впервые после античной философии реализована Гегелем. Именно потому, что она оказалась удачной, человечество наконец начало осознавать, что системы преходящи, а методы плодотворны. И пусть подобный вывод не сделал сам ученый, но его труд позволил сдвинуть с мертвой точки мечты о законченности и завершенности мира в познании его.
"... Оправить вечность, как алмаз, В металл всемирной, абсолютной, Недвижной истины, в надежде смутной Решить все разом. Дерзкая мечта Была напрасной. Разве солнце может Не плавить лед и ждать, пока стреножит Его разбег слепая мерзлота!"1
7. Ученики, последователи, оппоненты
Гегелевская философия открыла человечеству мир бесконечный, взаимосвязанный, развивающийся. Для современников было не так важно, какое начало, природное или духовное, наполнено диалектическим самодвижением. Однако система философа подводила к мысли о пределах поступательности. События во Франции после наполеоновских войн вновь всколыхнули республиканские идеи в Германии. И, как прежде, эти революционные намерения ранее всего были преданы ее
1 Э. Верхарн. Стихотворения. М., 1972, с. 219.
227
первыми энтузиастами. Не осуществил надежды немецких обывателей и новый император, не состоялась "мирная революция" с помощью дарованной сверху конституции.
Гордость Гегеля - диалектический метод - стала опасной для стремящегося к самосохранению правительства. Вскоре после смерти Гегеля в ряде университетов было запрещено преподавание его философии, а на кафедру Берлинского университета, которую он возглавлял, был приглашен его принципиальный противник Шеллинг. Воистину прав был Гете в "Фаусте", сказав: "Природному Вселенная тесна, искусственному ж замкнутость нужна".
Гегельянство
Ученики и последователи Гегеля стремились снять искусственные барьеры в развитии его учения, воспользоваться ее достижениями для выражения собственных идеологических идеалов.
В 30-е - 40-е годы XIX в. это вылилось в Германии в бурную литературную, философскую и богословскую полемику. Сфера политики для подобных дискуссий была довольно опасной, и центр тяжести всей борьбы сместился на вопросы религии, которые позволяли затронуть всю палитру идейных представлений как Гегеля, так и современности. Раскол произошел на водоразделе "система" и "метод". Так называемые старогегельянцы, или "правые" гегельянцы (Г.А. Габлер, К.Ф. Гешель, Г.Ф.В. Гинрихс), защищая систему, подвергали реформированию метод; младогегельянцы, или "левые" гегельянцы1 (Б Бауэр, Д.Ф. Штраус, М. Штирнер) заняли противоположную позицию.
Старогегельянцы отождествляли Абсолютный Дух с христианским Богом, его саморазвитие - сотворение Богом мира, "триаду" - с Божественным Триединством, достижение Абсолютной Истины - с Откровением сверхъестественного источника. Не случайно государственную власть они называли властью христианской, а реализацию принципа свободы совести в обществе жестоко осуждали. В их представлении гегелевская философия выглядела как теоретическое христианское богословие.
Младогегельянцы религию трактовали как проявление бессознательной деятельности людей, в которой реализуется Аб-
1 Обозначения "правые" и "левые" пущены в оборот гегельянцем Штраусом; взято из французской парламентской терминологии.
228
солютный дух на определенной ступени своего развития. Важную роль в становлении этого направления гегелевской школы сыграла работа Давида Фридриха Штрауса (1808 - 1874) "Жизнь Иисуса". В качестве исходного пункта анализа он взял идею Гегеля о первичности, субстанциальности народного духа. Штраус анализирует евангельские истории с научных позиций исследования биографии отдельной личности. Его вывод - недостоверность сведений о Христе и Его жизни, о невозможности внеестественного появления библейский повествований. Жизнь Христа, рассказы о сопровождавших Его чудесах являются христианским мифотворчеством, причем не отдельных людей с богатым соображением, а коллективной мыслью целых наций, испытывающих религиозные потребности. Эти бессознательные измышления исторически достоверных сведений не содержат, но дают документальную картину социально-психологической атмосферы эпохи. Иисус у него -великий моралист, хотя Его нравственные поучения могут быть в дальнейшем развиты и дополнены.
Но Штраус не развивает атеистических идей, являясь сторонником пантеистического характера мира, движущегося вперед благодаря усилиям космического духа - источника "всего разумного и благого".
Работа Штрауса вызвала жестокие споры и породила большую критическую литературу. Прежде всего надо выделить братьев Бауэров, начинавших как старогегельянцы, но сменивших позицию. Бруно Бауэр (1809 - 1882) в качестве основной взял идею Гегеля о самопознании. Именно оно всесильно и внешний мир есть проявление его мощи. Несовершенства самосознания являются причиной всевозможных конфликтов и драм действительности. В своих работах он соглашается со Штраусом в том, что религия есть результат духовного творчества людей, но христианские положения считает не бессознательными мифами, а намеренными вымыслами. Историю определяет деятельность великих людей, "критически мыслящих личностей", которые указывают дорогу всем остальным. Созданное ими в свое время христианство в настоящее время уже устарело и не отвечает уровню самосознания эпохи.
Младогегельянцы отрицали плодотворность принятия чего-либо на веру и потому были сторонниками научного познания, которое, с одной стороны, требует критического рассмотрения любого факта, а с другой стороны - предоставляет реальную свободу личности. Свобода в их понимании есть независимость духа и творчества самосознания.
229
Споры между гегельянцами постепенно привели к угасанию интереса к основным положениям учения. Сложилась парадоксальная ситуация. Все старались защитить философию Гегеля от фальсификаций, представить ее в безупречном варианте. Но для этого приходилось дополнять, вольно трактовать и даже переосмысливать некоторые идеи философа. И никто даже не ставил перед собой задачи критически осмыслить концепцию ученого в целостности, проанализировать ее основополагающие принципы.
В 40-е годы критику философии Гегеля под видом ее дальнейшего развития стали осуществлять старогегельянцы. В ответ критическую позицию в отношении Гегеля стали занимать и младогегельянцы. Но первым, кто серьезно выступал против идеалистических основ немецкой философии в ее классический период, был Людвиг Фейербах.
Людвиг Андреас Фейербах (1804 - 1872)
Он родился в семье видного профессора-юриста и получил прекрасное воспитание и образование. Вначале поступает в Гейдельбергский университет на теологический факультет. Увлекшись философией, переводится в Берлин, где слушает лекции Гегеля и становится его пламенным поклонником. После окончания университета Фейербах сам начинает преподавать в Эрлангене, и хотя его можно еще называть последователем своего учителя, в его лекциях и первых научных работах много самостоятельного и оригинального. После публикации "Мыслей о смерти и бессмертии" он был обвинен в атеизме и изгнан из университета. Фейербах вместе со Штраусом и братьями Бауэрами был одним из основоположников направления младогегельянства. Однако его конфликт с официальными властями нарастал, да и отношения с коллегами не ладились. Фейербах переселяется в деревню и четверть века ведет отшельническую и деятельную жизнь, ограничив свой круг общения родными, избегая любой политической активности.
Начинает Фейербах традиционно для своего времени - с критического анализа религии. Этот вопрос он разрабатывает всю свою жизнь. Еще будучи гегельянцем, он уже не принимает гегелевскую трактовку религии. Она у Фейербаха - не объективное предшествие философии, а враждебная ей сила, несовместимая с разумом и чуждая теоретическому мышлению,
230
Сущность религиозных представлений лежит, по мнению Фейербаха, в чувстве зависимости людей от окружающего их мира. Если эта зависимость крайне высока, то она порождает ощущение бессилия, и оно-то провоцирует создание фантазий и вымыслов. Подчиняя им свою жизнь, человек осознано или бессознательно отказывается от стремления к лучшему в реальности. Потребность в изменениях заменяется покорностью и ожиданием сверхъестественного воздаяния. Человек - существо многомерное. Он не только носитель холодного рассудка, но и обладатель физического тела, ему свойственны эмоции и чувства, волевые действия и потребности. И вся эта целостность превратно отражается в религии. Страх за себя творит абсолютных богов, которые как бы служат нашему эгоизму, удовлетворяя человеческие желания.
Человек сам создал Бога, подобного себе, и все свои свойства в крайней степени их развития перенес на него. Таким образом, основой всего является человек, познавая которого, можно постичь все, в том числе и тайны религиозной веры. Антропология предоставит возможность выделить критерий живого.
Человек - существо природное. Ощущая свою зависимость от среды, он ее обожествляет, точнее очеловечивает. Постепенно от естественных видов религии происходит переход к духовным ее формам, из которых христианство - наиболее законченная, ибо включает в себя неограниченные желания и потребности личности. Так как Бог бесконечно выше мира, то богословие важнее познания. Таким образом, религия может привести только к умственному застою, она противоречит культуре.
Именно человек выводит из чувственного мира абстрактные понятия, а не наоборот. И не случайно, что религия защищает все виды идеализма, так как они союзники и питают друг друга, трактуя природу в соответствии со своими потребностями. Идеалисты отрывают единичное от общего и возводят абстракцию на пьедестал истинного существования.
Фейербах считал систему Гегеля кульминацией развития идеалистической философии. Ведь у него Бог, показывая Свою силу и мощь, освобождается от материи, стряхивает с Себя это несущественное проявление духа. Учение Гегеля, по мнению Фейербаха, было историей теологии, превращенной в логический процесс. Его Абсолютный Дух давал жизнь изжившему себя христианству. Религия только обещает, а дать
231
совет, определить путь в современном мире может одна философия. Но философия новая. Она "превращает человека, включая и природу как базис человека, в единственный, универсальный и высший предмет философии, превращая, следовательно, антропологию, в том числе и физиологию, в универсальную науку".1
Фейербах отказывался от гегелевского тождества материи и сознания, а предлагал в качестве основы сущность человека, проявляющуюся в чувственности, деятельности ума и сердца, переживаниях, любви, страданиях и стремлении к счастью. Рассматриваемые в единстве, они составляют антропологический принцип философа.
Источником и тела и духа он считал природу, ибо откуда происходит орган, оттуда должна происходить и функция его. Человек у него существо природное и вместе с ней составляет предмет философии. Природа первична, бесконечна, содержит сама в себе источник развития. Пространство и время - ее характеристики. Природа рождает как живую, так и неживую материю, "она создала и храм мозга". Такие способности, как ощущения, воображение, рассудок, память свойственны и человеку, и животному. Однако у человека эти характеристики совершеннее и сложнее. Их нельзя свести к более простым формам.
Его развивающаяся природная человеческая сущность, однако, никак не мотивируется. Причины, источники, характеристики развития не исследуются Фейербахом. Он не может воспользоваться ни одним методом из принятых в науке в данный период: метафизический не отвечает на эти вопросы, а диалектический не приспособлен к материальным процессам. И потому он ограничивается абстрактными замечаниями типа: "У природы нет ни начала, ни конца. Все в ней находится во взаимодействии, все относительно, все одновременно является действием и причиной, все в ней всесторонне и взаимно".2
История человечества, по мнению Фейербаха, представляет собой поступательное движение. Следовательно, таковым должен быть и познавательный процесс. Фейербаху чуждо кантовское сомнение в познании, не согласен он и с идеей врожденных знаний, извлекаемых субъектом из самого себя. Все начинается с чувствительности. Опыт и ощущения пред-
1 Л. Фейербах. Избранные философские произведения, т. 1, с. 199.
2 Л. Фейербах. Избранные философские произведения, т. 2, с. 492.
232
ставляют необходимый базовый материал, и из него строятся философские понятия в процессе сравнивания, различения, классификации, разного рода систематизирования.
У Фейербаха нет никакого иного источника познания, кроме материальной природы. Ощущение - это сведения об отдельном, единичном, а мышление - данные о многом. Разум, как и человек, им обладающий, не производит ничего, не творит небывалого. Он только потребляет и отражает объективно существующее.
Убедиться в истинности полученных знании можно в ходе общения между людьми, когда происходит выявление и освобождение от равного рода сомнений, расхождений, нелепостей. "Согласие есть первый признак истины... Ложно то, что ему противоречит".
Действуя по велению чувственности, человек руководствуется своими ощущениями, сильнейшее из которых - стремление к наслаждению. Приятное и полезное, получаемое извне, заставляют его стремиться к сохранению жизни, которую необходимо улучшать. Таким образом, высшим естественным влечением человека выступает стремление к счастью. Представления о добре вызываются чувствами радости, удовольствия, восторга, а о зле - боли, утраты, унижения. Ощущение является первым условием морали. Мораль же эгоистична. Борьба с эгоизмом всегда будет нелепостью и безумием, так как это борьба против человека и его влечений. Потому-то и аморальны религия и политика, ибо они искажают стремление к личному благополучию либо в материальной, либо духовной области. Эгоизм - это "любовь к человеческому существу". Но счастье невозможно, если оно достигается за счет других. Поэтому добродетельным будет эгоизм, согласованный с альтруизмом.1 Как это сделать? Подчиняться природе: "Нравственность есть истинная, совершенная, здоровая природа человека; ошибка, порок, грех - искажение, несовершенство, противоречие правилу, часто настоящий ублюдок человеческой природы".2
Основное человеческое качество есть любовь. Любовь к себе, которая находит удовлетворение в любви к другим. Я и Ты, индивид и другой индивид в обществе, во взаимодействии создают нравственную атмосферу, в которой сочетаются и счастье, и долг.

<< Пред. стр.

страница 8
(всего 13)

ОГЛАВЛЕНИЕ

След. стр. >>

Copyright © Design by: Sunlight webdesign