LINEBURG


<< Пред. стр.

страница 44
(всего 337)

ОГЛАВЛЕНИЕ

След. стр. >>

космологию,
антропогонию, сотериологию (учение о спасении) и эсхатологию. Его суть в
следующем: изначально
существует божеств. свет, или верховный ум. Затем появляется мрак (или материя),
«страшный и
угрюмый, скрученный спиралью и подобный змее». Благодаря первой эманации
верховного ума-
логоса происходит разделение этого естества на четыре первоэлемента. Вторая
эманация высшего
божества — ум-демиург творит из огня и воздуха семь небесных сфер. Затем
совокупными усилиями
его и логоса созидается весь космос. Третья эманация верховного ума— перво-
человек («антропос»),
соединением к-рого с природой объясняется происхождение человека. Человек
двойствен по своему
естеству: бессмертен, благодаря душе и уму, наследованным от антропоса, и
смертен, благодаря телу,
полученному от дольней природы. Спасение для человека заключается в познании
(«гносисе») своей
божеств. сущности и уподоблении богу. После смерти человеч. душа возносится к
своему божеств.
перво-истоку и, проходя через семь небесных сфер, очищается, оставляя в каждой
из них
чужеродные наросты (влечение, кичливость, наглость, сребролюбие и т. д.).
В целом Г. является типичным продуктом религ. синкретизма эллинистич. эпохи и
представляет
собой
112 ГЕРМЕТИЗМ
синтез греч. и вост. традиций. Наиболее родствен он гностицизму. Г.
способствовал подготовке
неоплатонизма и оказал большое влияние на культуру ср. веков и особенно эпохи
Возрождения.
Источники: Манандян X., Определение Гермеса Трисмегиста Асклепию, «Вестник
Матенадарана», 1956, № 3, с. 287—
314; Hermes Trismegistus. Corpus Hermeticum, v. 1—2, P., 1946.
• Reltzenstein R., Poimandres, Lpz., 1904; F e s-t u g i ё r e A. M. J., La
revelation d'Hermes TrismiSgiste, v. l—4, P., 1944—54;
его же, Hermetisme et mystique pai'enne, P., 1967; Yates F. ?., Giordano Bruno
and the Hermetic tradition, CM., 1964; Troger
K. W., Mysterienglaube und Gnosis in Corpus Hermeticum XIII, B., 1971.
ГЕРОИЗМ, героическое, совершение выдающихся по своему обществ. значению
действий, отвечаю-
щих интересам нар. масс, передовых классов и требующих от человека личного
мужества, стойкости,
готовности к самопожертвованию. С древних времён люди отказывали в Г. тем
необыкновенным и
ярким действиям, к-рые не отвечали интересам народа, обществ. идеалам.
Вопрос об историч. природе Г. был впервые поставлен итал. философом Вико (18
в.), считавшим Г.
характерной чертой лишь определ. периода в развитии человечества, т. н. века
героев,
предшествующего «веку людей». Эта концепция получила развитие у Гегеля, к-рый
отличит.
признаком «героич. века» считал совпадение индивидуальной самостоятельности
личного дела и его
всеобщего значения и относил его к периоду, предшествующему становлению
развитого гос.-пра-
вового строя. Однако история показала, что и установление бурж. гос-ва в борьбе
с феодализмом
породило своих героев. «...Как ни мало героично буржуазное общество, для его
появления на свет
понадобились героизм, самопожертвование, террор, гражданская война и битвы
народов» (Маркс К.,
см. Маркс К. и Энгельс Ф., Соч., т. 8, с. 120). Идеологи Просвещения и революц.
романтизма создали
концепции бунтарства героич. личности, борющейся за нац. и политич. свободу и
«естественное»
равенство людей. В реакц. романтизме, наоборот, герой противопоставлялся народу,
«толпе», и даже
обожествлялся в «культе героев» (Т. Карлейль); в образе «сверхчеловека» у Ницше
он получил
моральное право на насилие. Эти идеи нашли развитие и в реакц. течениях бурж.
мысли 20 в., к-рые
подчёркивают индивидуальную исключительность героя и связывают Г. с
милитаризмом.
В освободит. движении России 19 в. проблема героич. личности ставилась в связи с
воспитанием
революционера-профессионала у народников, у идеологов анархизма. Однако
абсолютизация
единичного героич. акта и индивидуального подвига личности критиковалась уже Н.
Г.
Чернышевским, а затем марксистами Г. В. Плехановым и В. В. Воровским. Марксизм
провозглашает
Г. масс необходимым условием победы социалистич. революции и коммунистич.
общества. Именно
в эпоху перехода от капитализма к социализму получила широкую разработку
марксистско-
ленинская концепция Г., отличит. чертой к-рой является слияние индивидуального
подвига с
массовыми героическими действиями. ?кт. революция 1917 и строительство
социализма и
коммунизма, Великая Отечеств. война породили в народе героич. подвиги в вооруж.
борьбе и героич.
повседневный труд, нашедший своё выражение в социалистич. соревновании,
ударничестве, в дви-
жении за коммунистич. отношение к труду. По словам В. И. Ленина, победа
социализма «... ни в
коем случае не может быть решена героизмом отдельного порыва, а требует самого
длительного,
самого упорного, самого трудного героизма массовой и будничной работы» (ПСС, т.
39, с. 17—18).
Величие героич, подвигу придаёт не абстрактное самопожертвование личности, а его
всемирно-
историч. содержание, участие в поступательном движении народов за победу
коммунизма,
обеспечивающего мир, труд Е свободу человеку.
ГЕРЦЕН Александр Иванович (псевд.— Искандер) (25.3(0.4). 1812, Москва,----
9(21).1 .1870, Париж), рус.
писатель и публицист, философ-материалист, революционер. Из дворян:
незаконнорождённый сын бога-
того помещика И. А. Яковлева. Окончил физико-мате-матич. отделение Моск. ун-та
(1833).
В июле 1834 за участие в университетском кружке революц. направления был
арестован и выслан (Пермь,
Вятка, Владимир), в нач. 1840 вернулся в Москву, в мае переехал в Петербург. В
1841 за резкий отзыв в
частном письме о полиции выслан в Новгород. После возвращения из ссылки (1842)
жил в Москве,
активно участвовал в идейно-филос. борьбе, сотрудничал в «Отечеств. записках»,
выступал с критикой
идеологии офиц. народности и воззрений славянофилов. В 1847 уехал с семьёй за
границу, был свидетелем
Революции 1848 во Франции и её поражения. В 1849 переехал в Женеву. Участвовал в
газете Прудона
«Голос народа». В 1850 поселился в Ницце, где сблизился с деятелями итал.
освободит. движения. В 1852
переехал в Лондон, где основал (1853) для борьбы с крепостничеством и царизмом
Вольную рус.
типографию. С 1855 издавал альманах «Полярная звезда», в 1857—07 вместе с
Огарёвым выпускал первую
рус. революц. газету «Колокол». Программа «Колокола» на первом этане (1857—61)
содержала
общедемократич. требования: освобождение крестьян с землёй, общинное
землевладение, уничтожение
цензуры и телесных наказаний. После реформы 1861 Г. резко выступил против
либерализма, опубликовал
статьи, разоблачающие реформу, революц. прокламации. В период Польского
восстания 1863—64, хотя и
понимал его обречённость, выступил в защиту Польши. В последние годы жизни
разошёлся по ряду
принципиальных вопросов с молодой революц. эмиграцией.
Наряду с выдающимися лит. произв.— романом «Кто виноват?» (1841—46), повестью
«Доктор Крупов»
(1847), мемуарами «Былое и думы» (1852—68) — перу Г. принадлежат также филос.
работы, в к-рых Г.
«...сумел подняться на такую высоту, что встал в уровень с величайшими
мыслителями своего времени» (Л
е н и н В. И., ПСС, т. 21, с. 256). Осн. тема филос. творчества Г.— единство
бытия и мышления, жизни и
идеала. Г. стремился найти и сформулировать метод познания, адекватный
действительности и
являющийся единством опыта и умозрения, «эмпирии» и «спекуляции». В области
философии истории в
центре его внимания — проблема обществ. закона, к-рый представляется Г. в
конечном счёте как
сочетание стихийного хода истории (бессознат. жизни народов) и сознат.
деятельности индивидов
(развития науки). В социально-политич. области лозунг единства теории и практики
вел Г. к борьбе за
революц. просвещение нар. масс, подготавливающее их к социалистич. перевороту.
Эта многосложная, но
внутренне связанная проблематика по-разному выступает на различных этапах
идейного развития Г.
В ранних произв. («О месте человека в природе», 1832 и др.), свидетельствующих
об интересе Г. к воп-
росам естествознания и к совр. филос. и социальным учениям (Шеллинга, Кузена,
Сен-Симона и др.),
обнаруживается тенденция к осмыслению единства природы и человека, материи и
сознания, эмпирич.
опыта и рационального мышления. В цикле статей «Дилетантизм в науке» (1842—43),
трактуя диалектику
Гегеля как «алгебру революции», Г. пытался обосновать закономерность движения
человечества к
обществу, лишённому антагонизмов. По Г., этот грядущий мир, царство разума,
воплотит и осуществит
рациональные моменты предшествующей истории: реалистич. преклонение перед
природой, свойственное
античности, и принципы суверенности личности, свободы духа, развитые, как
полагал Г., в первонач.
христианстве. Такое будущее отождествлялось Г. с социалистич. идеалом. Формой
движения к новому
миру было, по Г., соединение философии с жизнью, науки с массами. Когда
произойдёт такое слияние
духа и материи, начнётся пора «сознательного деяния». Понятие «деяние» выступает
у Г. как
характеристика сущности человеч. личности, возвышающейся как над неосмысленным
существованием,
так и над бесстрастным занятием наукой, свойственным «цеховым учёным».
В осн. филос. соч. «Письма об изучении природы» (1845—46) Г. развил идею
единства противоположнос-
тей преим. в методологич. аспекте. Центр. идея этого произв.— настоят.
необходимость ликвидации анта-
гонизма, существующего между естествознанием и философией, или, как писал Г.,
между «эмпирией» и
«идеализмом». Ратуя за преодоление созерцательности старого, метафизич.
материализма и науч.
переосмысление принципов активности познания, диалектич. мышления, развитых — в
идеалистич.,
спекулятивной форме — Гегелем, Г. называл «подвигом» разработку Гегелем «методы»
науки и призывал
учёных-эмпириков воспользоваться ею. Вместе с тем вопреки Гегелю Г. стремился
представить природу
первичным живым процессом, «бродящим веществом», а диалектику познания, логику —
её
продолжением и отражением. Однако даже провозгласив природу «родословной
мышления», Г. всё же не
смог до конца решить задачу ма-териалистич. переосмысления диалектики Гегеля,
задачу создания «новой
философии». Пойдя «...дальше Гегеля, к материализму, вслед за Фейербахом», Г.,
по словам Ленина,
«...вплотную подошел к диалектическому материализму и остановился перед —
историческим
материализмом» (там же).
Поражение Революции 1848, к-рую Г. ошибочно оценил как неудавшуюся битву за
социализм, привело его
к пересмотру нек-рых осн. положений филос. концепции 40-х гг., в частности к
отказу от идеи разумности
истории, неодолимости прогресса человечества, к резкой критике разного рода
социальных утопий и
романтич. иллюзий («С того берега», 1847—50). В своей критике зап.-европ.
цивилизации Г. дошёл до
скептицизма, ставя под сомнение способность человеч. сознания верно отразить и
предвидеть направление
историч. движения. Он впадает в пессимистич. настроение относительно возможных
перспектив
социального переворота. Попыткой преодоления этого пессимизма была герценовская
теория «русского»,
крест. социализма: в крест. общине Г. усмотрел, как ему казалось, реальный
зародыш социалистич.
будущего («Россия», 1849, и др.). По Г., «человек будущего в России — мужик,
точно так же, как во
Франции работник» (Собр. соч., т. 7, 1956, с. 326). Утопич. теория «рус.
социализма» в своеобразной
форме выражала революц. устремления рус. крестьянства, его требования полностью
уничтожить
помещичье землевладение. Мысля дальнейший ход рус. истории как освобождение
крестьян от всех феод.-
самодержавных пут и соединение патриархально-коллективистского быта крестьянства
с социалистич.
теорией, Г. в своей связи ставил вопрос о возможности миновать капиталистич.
фазу развития. Однако
события сер. 60-х гг. всё больше убеждали Г., что и Россия заражается
«буржуазной оспой».
В 50—60-х гг., уделяя особое внимание проблеме взаимоотношения личности и
общества, Г. выступил
резким критиком как бурж. индивидуализма, так и уравнит. коммунистич. утопий
(Бабёф, Кабе и др.).
Стремление избежать крайностей как фатализма, так и волюнтаризма выражается в
глубоких раздумьях Г.
над проблемой обществ. закономерности. Пытаясь понять историю как «...свободное
и необходимое дело»
человека (Собр. соч., т. 20, кн. 1, 1960, с. 442), Г. развивал идею единства
среды и личности, историч.
обстоя-тельетв и человеч. воли, пересматривал своё прежнее понимание перспектив
историч. развития
Европы.
ГЕРЦЕН 113
В заключит. главах «Былого и дум», цикле очерков «Скуки ради» (1868—69), в
повести «Доктор,
умирающий и мёртвые» (1869) он ставил вопрос о «совр. борьбе капитала с
работой».
Вершиной идейных поисков и теоретич. завещанием Г. стала последняя работа —
письма «К старому
товарищу» (1869). Они адресованы Бакунину и направлены против крайностей его
революц. теории:
призывов к уничтожению гос-ва, немедленному социальному перевороту, требования
не «учить
народ», а «бунтовать его». Нельзя звать массы к такому социальному перевороту,
потому что
насилием и террором, полагал Г., можно только расчищать место для будущего, но
не создавать
новое. Для социального созидания необходимы «идеи построяющие», нужна сила,
нужно народное
сознание. «Нельзя людей освобождать в наружной жизни больше, чем они освобождены
внутри»
(там же, кн. 2, I960, с. 590). Пример социальной организации Г. увидел в
«Междунар. работничьих
съездах», т. е. в 1-м Интернационале.
Идеи Г. оказали большое воздействие на развитие рус. филос., обществ.-политич. и
эстетич. мысли.
Г. выступил одним из родоначальников идеологии народничества.
Я Поли. собр. соч. и писем, т. 1—22, П., 1919—25; Собр. соч., т. 1—3(1, М.,
1954—66; Соч., т. 1—9, М., 1955—58.
S Л е н и н В. И., Памяти Г., ПСС, т. 21; Плеханов Г. В., илос. взгляды А. И.
Г., Соч., т. 23,М.—Л., 1926; Пипер Л.,
Мировоззрение Г., М.— Л., 1935; Лит. наследство, т. 39/40, 41/42, 61—64, М.,
1941—58; Гинзбург Л. Я., «Былое и
думы» Г., Л., 1957; Володин А. И., В поисках революц. теории (А. И. Г.), М.,
1962; его же, ?.,?., 1970; ПирумоваН.М., А.
Г., М., 1962; Проблемы изучения Г., М., 1963; Ч у к о в-с к а я Л. К., «Былое и
думы» Г., М., 1966; Розанова С. А.,
Толстой и Г., М., 1972; Смирнова 3. В., Социальная философия А. И. Г., М., 1973;
Эйдельман Н. Я., Г. против
самодержавия, М., 1973; Летопись жизни и творчества А. И. Г., т. 1—2, М., 1974—
76; Прокофьев В. А., Г., М., 1979; M a
l i a M., Alexander Herzen and the birth of Russian socialism. 1812—1855, Carab.
(Mass.), 1961. Материалы к библиографии
А. И. Г. и лит-pa о нем, «Уч. зап. Ленингр. гос. пед. ин-та им. А. И. Г.», 1948,
т. 78; 1959, т. 196; 1963, т. 238; Библ. лит-
ры об А. И. Г., 1917—1970, в. 1, Л., 1978. А. И. Володин.
ГЁТЕ (Goethe) Иоганн Вольфганг (28.8.1749, Франк-фурт-на-Майне,— 22.3.1832,
Веймар), нем. поэт
и мыслитель. С 1775 жил в Веймаре. Уникальность положения Г. в культуре рубежа
18—19 вв.
определялась тем, что его поэтич. творчество и науч. занятия (остеология,
минералогия, ботаника,
физика — учение о цвете) не просто дополняли, но продолжали и взаимопроникали
друг друга. Это
выражало тенденцию Г. к универсализму знания и мировоззрения и скорее
соответствовало
ренессансному типу творчества, обогащённому, однако, рядом новых идей. Мир
рисовался Г. как
совокупность живых форм, органически развивающихся на всех уровнях бытия, как
сплошной мета-
морфоз форм (слово «морфология», предложенное Г. для изучения таких процессов,
схватывает
сущность диалектики органического, прослеженную Г. прежде всего на растит. и
животных формах и
подтверждённую, в частности, самостоят. открытием в 1784 межчелюстной кости
человека как
нового свидетельства родства человека со всем животным миром). Единство в
движении живых
форм воплощалось для Г. в «пра-феномене» (напр., корень, стебель, листья, цветок
растения, как и
вообще все виды растений,— превращения одной живой формы). Всё творчество Г.
пронизано
филос. диалектикой; в центре разработанной им диалектики познания (в предисл. к
«Учению о
цвете», в ст. «Анализ и синтез», 1829; «Опыт как посредник между объектом и
субъектом», 1792, и
др.) — видение пластич. цельности явления, а не отвлечённое и дискурсивное
знание: исследователь
в заключение своего долгого пути должен вернуться к Созерцанию объекта в его
законченной
ясности. Гётевекая «идея»,
114 ГЁТЕ
наделённая вещностью созерцаемого образа, сближает Г. с древнегреческой
философской традицией
и отдаляет его от Канта (с к-рым имелся ряд соприкосновений) .
Г. обладал необычайно широким кругозором в истории философии, творчески
перерабатывая
всевозможные влияния — в 70-х гг. Спинозы, позднее Аристотеля, Плотина, Канта,
всякий раз
интересуясь духом философии и близкими себе моментами, к-рые он мог воспринять и
развить.
Существенной для судеб диалектики Г. была его связь с Гегелем, с к-рым у Г. были
дружеские
отношения: гётевское видение живой диалектики природы и мысли и гегелевская
диалектика
благодаря своему всеобъемлющему характеру и глубине оказывались сопоставимыми и
родственными явлениями (помимо воли Г., к-рый не любил «туманное
философствование»). Центр.
понятия эстетики Г. были разработаны им в классицистич. период (на рубеже веков)
— это понятие
«символа» как наглядного, пластич. и вещного образа, означающего самого себя и
благодаря этому
вбирающего в себя глубокий смысл бытия, и понятие «стиля» как меры в передаче
жизненного
материала, избегающей любых крайностей. В «Фаусте», уникальном по построению
художеств.
произв., над к-рым Г. работал всю жизнь, нашёл отражение широкий круг филос.
проблем истории,
морали и даже науки (происхождение Земли и т. д.).
• Die Schriften zur Naturwissenschaft, Bd l, Weimar, 1947; в рус. пер. —Избр.
соч. по естествознанию, М., 1957; Избр. фи-
лос. произв., М., 1964.
• Зиммель Г., Г., М., 1928; К а н а е в И. И., И. В. Г., Очерки из жизни поэта-
натуралиста, М.—Л., 1964; его же, Г. как
естествоиспытатель, Л., 1970; Вернадский В. И., Мысли и замечания о Г. как
натуралисте, в его кн.: Избр. труды по
истории науки, М., 1981; G a d a m e r H. G., Goethe und die Philosophie, Lpz.,
1947; Schmilz H., Goethes Altersdenken im
problemgeschichtlichen Zusammenhang, Bonn, 1959; Zimmermann R. Chr., Das
Weltbild des jungen Goethe, Bd l, Munch.,
1969; B o l l а с h e r M., Der junge Goethe und Spinoza, Tub., 1969; J a s z i
A., Entzweiung und Vereinigung, Hdlb., 1973; B
ub n er R., Goethe und Hegel, Hdlb., 1978.
ГЕТЕРОНОМНАЯ ЭТИКА, см. Автономная и гетерономная этика.
ГЕШТАЛЬТПСИХОЛОГИЯ (от нем. Gestalt — форма, образ, облик, конфигурация), одно
из
ведущих направлений в зап.-европ., особенно нем., психологии 1920—30-х гг., к-
рое в противовес
атомизму интроспективной психологии (В. Вундт, Э. Б. Титченер) подчёркивало
целостный и
структурный характер психич. образований. Осн. представители Г.: М. Вертхеймер,
В. Кёлер, К.
Коффка, а также во многом близкие к ним К. Левин, К. Гольдштейн, X. Груле, К.
Дункер и др.
Сложившись первоначально на основе исследования зрит, восприятия, Г.
распространила затем свои
идеи на изучение мышления, памяти, действия, личности и социальной группы.
Тезис о принципиальной несводимости целого к сумме составляющих его частей был
выдвинут в
кон. 19 в. австр. искусствоведом X. Эренфельсом в противовес господствовавшим в
то время
представлениям ассоцианиз-ма. Специфич. характеристика целого была названа
Эренфельсом
«геттальткачеством» переживания; она может сохраняться при изменении всех отд.
частей (напр.,
одна и та же мелодия может быть проиграна в разных тональностях или на разной

<< Пред. стр.

страница 44
(всего 337)

ОГЛАВЛЕНИЕ

След. стр. >>

Copyright © Design by: Sunlight webdesign