LINEBURG


<< Пред. стр.

страница 11
(всего 27)

ОГЛАВЛЕНИЕ

След. стр. >>



как низшая форма духовной деятельности, дремлющие представления - малые перцепции (Лейбниц), и как не освещенные светом сознания чувственные образы, интуиция (Кант), и как воля (Шопенгауэр), и как стихийная "жизненная сила" (Гартман), и, наконец, как комплексы бессознательных влечений, либидо (Фрейд) и архетипы "коллективного бессознательного" (Юнг).

Различают четыре основные формы проявления бессознательного: 1) надындивидуальные образцы типичного для общности, членом которой является субъект - "архетипы коллективного бессознательного" К. Юнга, "коллективные представления" Э. Дюркгейма и т.п.; 2) неосознаваемые побудители деятельности (мотивы и смысловые установки личности) - "динамическое вытесненное бессознательное" 3. Фрейда, постгипнотическое внушение Дж. Бернхема и т.д.; 3) неосознанные операциональные установки и стереотипы автоматизированного поведения, например, "бессознательные умозаключения" Г. Гельмгольца, "проперцепции" У. Джемса, "предсознательное" 3. Фрейда, "гипотезы" Д. Брунера, "динамические стереотипы" И.П. Павлова, "акцепторы действий" П.К. Анохина; 4) неосознаваемое субсенсорное восприятие некоторых раздражителей - диапазон чувствительности И.М. Сеченова, "предвнимание" У. Найссера, "субсенсорная область" Г.В. Гершуни, - как зоны раздражителей (неслышимых звуков, невидимых световых сигналов и др.), вызывающих непроизвольную объективно регистрируемую реакцию и способных осознаваться при придании им сигнального значения [1].

1 См.: Философский энциклопедический словарь. М., 1989. С. 58-59.


Одну из разновидностей бессознательного вслед за К.С. Станиславским и М.Г. Ярошевским называют сверхсознанием или надсознанием. Работа сверхсознания, порождающая на том или ином этапе новую, ранее не существовавшую информацию путем рекомбинации полученных извне представлений, не контролируется осознанным волевым усилием. Анализу сознания представляются только результаты неосознаваемой деятельности сверхсознания, причем этим результатам присуща известная вероятность их соответствия действительности. Именно в сфере сверхсознания осуществляется рождение гипотез, догадок, происходит интуитивное озарение.

Материал для рекомбинационной работы (ассоциаций, аналогий и т.д.) сверхсознание приобретает из осознаваемого опы-

251

та и резервов подсознания. И все же в сверхсознании наличествует нечто именно "сверх-", чем собственно сознание или бессознательное, а именно новая информация, не вытекающая непосредственно из ранее приобретенного. Поэтому, сверхсознание понимается как высший этап творческого процесса отражения мира или интуиция.

Деятельность сверхсознания направляется устойчиво доминирующей потребностью субъекта (принцип доминанты А.А. Ухтомского). Но в отличие от подсознания деятельность сверхсознания не осознается ни при каких условиях, осознаются лишь ее результаты.

Рекомбинационная работа сверхсознания проявляется во вдохновении как интенсивном проявлении чувств, ведущих к предвосхищению результата мыслительной деятельности: воображения, интуитивного озарения. Интуиция, являясь ярким проявлением сферы сверхсознания, представляет собой эмоционально-рациональный процесс догадки или "прямого усмотрения" истины, процесс, не требующий специального логического обоснования и доказательства. Интуитивно постигнуть - значит "догадаться", "сообразить", "вдруг понять" и т.п.

Структурное осмысление человеческой психики строится и на разграничении сознания и самосознания, т.е. осознания человеком окружающего мира и самого себя, или самоотнесенности Я с самим собой.

Самосознание как знание самого себя предполагает включение в его содержание самонаблюдения, самопознания, самооценки, самообладания, самоанализа и т.д. Все перечисленные формы самосознания служат средством самоконтроля, самоуправления и самоидентификации человека.

На начальных стадиях самосознание возникает как отождествление самого себя с окружающими индивида людьми, предметами и явлениями, которые он воспринимает как относящиеся непосредственно к нему и идентифицирует их со своим Я. Например, практически любой человек эмоционально реагирует на позитивную или негативную оценку профессии, круга людей, поселения и т.п., к которым он сам принадлежит. Программа самосознания формируется в ходе постоянного повторения актов сравнения себя с некоторыми образцами, хранящимися в памяти и как бы "сросшимися" с собственным Я, и корреляция системы этих сравнений с новым внешним или внутренним опытом.

Итак, индивидуальное сознание имеет сложную структуру. Но не менее сложную организацию своего содержания предполагает надличностное сознание общества, составляющее систему диалектически взаимосвязанных форм и уровней.

252

Общественное сознание функционирует, с одной стороны, как результат объективирования личного (индивидуального) сознания в языке, предметах и процессах культуры, научных концепциях и методах исследования и т.д., а с другой - как источник индивидуального сознания, содержание которого по своей природе также социально, как и общественное сознание. Общественное сознание развивается через сознание отдельных людей, будучи лишь относительно независимым от последнего: "нерасшифрованные письмена сами по себе еще не заключают в себе мыслительного содержания, только в отношении к отдельным людям книжные богатства библиотек мира, памятники искусства и т.п. имеют смысл духовного богатства" [1].

Иными словами, сознание социума не обладает сознанием в том смысле, в котором им владеет отдельный индивид: сознание общества не существует в виде отдельного от конкретных людей надличностного субстратного носителя - головного мозга или какого-то другого инструмента сознания. Оно существует как факт сознания только через свою приобщенность к реально функционирующему сознанию индивида. Получается, что индивидуальное и общественное - как разные уровни и способы организации сознания - существуют в качестве субъективной реальности лишь в постоянном взаимодействии друг с другом.

Сознание и язык. Содержание сознания выражается через язык (речь) [2], т.е. объективируется с помощью языка, служащего материальным оформлением идеального содержания сознания. Мыслительные, а в определенной степени и чувственные процессы сознания всегда осуществляются на каком-либо языке.

1 Философская энциклопедия. Т. 5. С. 47.
2 Язык рассматривается в качестве материальной системы содержательно (идейно) значимых знаковых форм, как непосредственная действительность сознания. Или как система знаков, служащая средством человеческого общения, мышления и выражения, (см.: Философская энциклопедия. Т. 5. С. 604), а речь (речевая деятельность) - как один из видов специфической человеческой деятельности, под которым обычно понимается коммуникативная деятельность, опосредованная знаками языка как средства осуществления речевой деятельности (см.: Философская энциклопедия. Т. 4. С. 506).


Язык так же древен, как и сознание: в процессе становления сознания мыслительная деятельность "одевается" в словесную оболочку. Первоначально речь формируется для обозначения (называния) вещей и явлений, необходимых в процессе комму-


253

никаций. По мере фиксации в памяти происходит формирование механизмов выделения категориальных признаков. Они начинают закрепляться в долговременной памяти в качестве слов [1]. Дальнейшая эволюция понятий является результатом процессов мысленного уплотнения информации. Так осуществляется становление системы понятий, суждений и т.п. как идеальных образов действительности и соответствующих им условных знаков, моделей и т.д.

Слово является не только фиксатором, но и оператором всех мыслительных процессов, поскольку и формирование понятий, и оперирование ими невозможны вне словесных знаков, выступающих в данном случае внутренним механизмом мышления [2].

Итак, слово как основная элементарная единица языка представляет собой единство материального знака и идеального значения, или смыслового содержания (понятия) [3]. Наглядное представление о противоречивом единстве слова и понятия дает "семантический треугольник", вершины которого соответствуют отображаемому объекту, слову и адекватному им понятию: понятие в опосредованной и обобщенной форме отображает объект, а слово выражает понятие и обозначает объект (в семиотике и теории информации слову будут соответствовать знак и сигнал, а понятию - значение и информация [4]).

1 См.: Клике Ф. Пробуждающееся мышление. Автор рассматривает становление понятий, требующих речевого наименования, в процессе целого ряда этапов абстрагирующих сжатия и сокращения информации (с. 278-287).
2 По определению Л.С. Выготского, слово потому является и оператором мысли, что мысль в слове не просто выражается, но совершается в нем, что благодаря слову направляется ее дальнейший ход. Поэтому не может быть и жесткой связи между языком и мышлением, между словом и понятием. Хотя мысли могут возникать как бы в предъязыковом выражении, свою отчетливость они обретают именно благодаря языку.
3 Философское осмысление различия между словом и понятием, мышлением и речью намечается уже в диалоге Платона "Теэтет".
4 См.: Жуков Н.И. Философия: Учебник. М., 1998. С. 170-171.


Закодированная с помощью естественного языка информация выражается не только во внешней форме языковых знаков, но и во внутренней форме, структурирующей мыслительные процессы. Поэтому слово в разных контекстах мышления и общения несет различную информационную нагрузку.

Язык выполняет важные для осуществления жизнедеятельности человека функции - коммуникативную, орудийно-мысли-тельную, когнитивную, регулятивную, транслирующую и др.



254

К тому же язык, обладая относительной самостоятельностью, собственной логикой функционирования и развития, оказывает воздействие на характер протекания чувственных и мыслительных процессов, на складывание того или иного стиля мышления в той или иной языковой культуре.

Язык функционирует в формах внешней и внутренней речи. Внутренняя речь имеет сокращенный вид по сравнению с внешней. В ней упускаются неосновные слова, восстанавливаемые по контексту, проговариваются лишь опорные слова и темы. Внутренняя речь, выраженная в ключевых словах, концентрирующих в себе смысл всей фразы, иногда целого текста, становится языком "смысловых опорных пунктов" или "семантических комплексов" [1]. И в случае интуитивного озарения мышление опирается на эти внутренние речевые комплексы.

Говорят и о языке животных. Отметим только, что язык животного служит выражением ситуативного состояния, вызываемого голодом, жаждой, страхом и т.п., или призывом к каким-либо конкретным действиям, предупреждением об опасности. Язык животного никогда не предполагает опосредованного воспроизведения объективной реальности посредством обобщения, он функционирует с помощью безусловно-рефлекторной психической деятельности.

Встречаются точки зрения на существование, наряду с естественными и искусственными языками, языка древнего, изначального и почти забытого современным человеком - мифологического языка снов, символов как языка внутренних переживаний и чувств, языка сферы бессознательного. Э. Фромм считает, что "язык символов - это такой язык, с помощью которого внутренние переживания, чувства и мысли приобретают форму явственно осязаемых событий внешнего мира, это язык, логика которого отлична от той, по чьим законам мы живем в дневное время; логика, в которой главенствующими категориями являются не время и пространство, а интенсивность и ассоциативность". Автор уточняет: "Это единственный язык, изобретенный человечеством, единый для всех культур во всей истории. Это язык со своей собственной грамматикой и синтаксисом, который нужно понимать, если хочешь понять смысл мифов, сказок и снов" [2].

1 Коршунов A.M., Мантатов В.В. Теория отражения и эвристистиче-ская роль знаков. М., 1974. С. 131.
2 Фромм Э. Забытый язык: смысл снов, сказок и мифов // Тайны сознания и бессознательного. Минск, 1998. С. 367-368.

255

Действительно, не все чувства и переживания человека находят свое выражение в точной языковой форме, оставаясь сферой бессознательного. Фромм прав, утверждая, что нередко язык и логика понятийного мышления выполняют роль некоего социального фильтра, не позволяющего определенным чувствам достичь сознания. И все же, если чувственную жизнь сферы бессознательного отождествлять с языком, то саму способность к символизации и мифологической интерпретации мира следует на законных правах поместить в сферу бессознательного. Думается, что так называемый язык мифов и снов становится языком как системой знаков, выражающих пусть самые "древние" и алогичные переживания, только тогда, когда он становится формой сознания, т.е. приобретает определенное идеальное значение. Другими словами, когда переживания осознаются, они облекаются в форму языка.







ЛИТЕРАТУРА

Алексеев П.В., Панин А.В. Философия. М., 1996.
Виноградовский В.Г. Социальная организация пространства. М., 1988.
Иванов А.В. Сознание и мышление. М., 1994.
Ильенков Э.В. Идеальное // Философская энциклопедия. М., 1962. Т. 2. С. 219-227.
Ильенков Э.В. Проблема идеального // Вопросы философии. 1979. № 6, 7.
Петров Ю.А., Французова Н.П. Категория материи. Логико-методологические и научно-прикладные проблемы // Философские науки. 1998. № 7.
Пригожий И., Стенгерс М. Бремя, хаос, квант. М., 1997.
Спиркин А.Г. Сознание и самосознание. М., 1972.
Тайны сознания и бессознательного: Хрестоматия. Минск, 1998.
Хайдеггер М. Время и бытие. М., 1993.


КОНТРОЛЬНЫЕ ВОПРОСЫ

1. Каковы особенности понимания материи в рамках метафизического материализма?
2. В чем выражается сущность марксистского понимания материи?
3. Какие свойства объективной реальности выражаются с помощью категорий пространства и времени?
4. В чем особенности субстанциональной и реляционной концепций пространства и времени?
5. Что нового внес А. Эйнштейн в понимание пространства и времени?
6. Что общего между материей и сознанием, объективной и субъективной реальностью, делающей противоположность между ними относительной?
7. Как вы представляете структурное содержание сознания?
8. Можно ли говорить об идеальности общественного сознания?




















Глава 11
ТЕОРИЯ ПОЗНАНИЯ

1. Многообразие форм знания

Возможно, одним из первых "серьезных" вопросов, которые задавал себе "человек разумный", был вопрос об отношении его знаний к окружающему его миру. Но этому предшествовали длительная подготовка и достаточно высокий уровень развития абстрактного мышления. Скорее всего на первых этапах становления человечества знания воспринимались как нечто само собой разумеющееся, тождественное самому миру. Но уже в Древней Греции появляются утверждения о том, что "многознание не научает быть мудрым", что "плохие свидетели глаза и уши для тех, кто имеет грубые души" и, более того, "я знаю, что я ничего не знаю". В сущности, ни одна философская концепция не могла уйти от ответа на вопрос об отношении наших знаний к объективному миру, о возможности получения достоверных знаний о его функционировании и развитии.

Разработкой этих проблем занимается гносеология, или теория познания - раздел философии, который исследует природу познания и его возможности, отношение знаний к реальности, условия его достоверности и особенности его существования в системе культуры и процессах общения. Задача гносеологии - вычленение и изучение наиболее общих аспектов получения знания в разных сферах человеческой деятельности. Можно выделять, например, такую его форму как обыденно-практическое познание. Его результаты находят свое выражение в суждениях "здравого смысла", в пословицах и поговорках "Своя рубашка ближе к телу", "Яблоко от яблони недалеко падает", "В тихом омуте черти водятся" и т.д. Можно выделять познавательные функции эстетической и нравственной деятельности.

Особое место занимают ценностно-мировоззренческие формы познавательной деятельности: мифология, религия, философия, гуманитарное познание. Так, наука исследует объекты, не сводимые к объектам обыденного опыта или других форм познания. Она создает свой язык, стремится к четкому фиксированию понятий и определений, использует особую систему научных методов, формирует специфические способы обоснования истинности знания. Системность и обоснованность - важнейшие признаки научного знания. Особенности научного познания исследует эпистемология. Гносеологию нельзя сводить к эписте-

257

мологии, хотя эти понятия нередко отождествляются. Гносеология рассматривает наиболее общие проблемы познания, к которым можно относить взаимосвязь объекта и субъекта познания, чувственного и рационального познания, проблему истины и ее критериев.

Развитие современной философской мысли требует новых подходов к проблемам гносеологии. В наши дни происходит смена парадигм философского мышления. Если раньше утверждалось, что истина одна, а заблуждений много, что подлинно научной теорией познания является лишь марксистская гносеология, а остальные - лишь отклонения от правильного пути, спровоцированные буржуазной идеологией, то сегодня речь идет о диалоге фундаментальных идей, рассматривающих проблемы теории познания. Иные философские концепции можно рассматривать не как сознательное искажение реальности, но как различные тропинки, прокладывающие путь к истине. Особую значимость в исследовании процесса познания приобретают достижения философов таких направлений, как феноменология, герменевтика, экзистенциализм, неопозитивизм и др.

Диалог с этими направлениями способствует преодолению ограниченности классической марксистской гносеологии. Ее важнейшее достижение - обоснование деятельностной концепции познания, когда субъект рассматривается не только как "чистое сознание", но как человек, преобразующий мир в соответствии со своими целями и интересами. В конкретных же исследованиях недостаточно акцентировались антропологический и социокультурный аспекты гносеологии. В сущности, рассматривалась лишь одна функция гносеологии - получение объективно-истинного знания. Проблемы гносеологии сводились к проблемам эпистемологии, поэтому и эталоном знания признавалось лишь научное, более того, естественно-научное знание.

Как достигается истинное знание о мире и сущности человека, о различных формах межличностных и общественных отношений, о значимости создаваемых человеком идеалов? Можно ли считать науки единственным или главным источником достоверных знаний?

258

Эти вопросы активно обсуждаются в современной философии [1]. Одни считают науку высшей формой познания, "снимающей" исторический опыт иного интеллектуального освоения действительности. Другие подчеркивают несопоставимость исторически сменяющих друг друга типов знания и культуры, не признают за наукой уникальную способность давать истинное знание и служить критерием состоятельности иных форм познания. Решить эту проблему поможет анализ особенностей получения знания в различных сферах человеческой деятельности как основа разработки общей теории познания (гносеологии), не сводимой к эпистемологии как методологии научного познания. Этому процессу могут способствовать и идеи русских философов о необходимости изучения "цельного знания", включающего не только разум человека, но и его веру, эмоции.

1 См., напр.: Заблуждающийся разум? Многообразие вненаучного знания. М., 1990.


Один из вариантов выяснения особенностей различных форм знания - выяснение его связи со способами деятельности человека - практической, духовно-практической и теоретической. Практическое знание как обобщение опыта производственной, политической, врачебной, педагогической и других форм деятельности содержит определенные рекомендации и предписания. Оно не всегда вербализуется и передается иногда в виде рекомендации "делай как я". Большое место здесь занимает и "неявное знание" [1]. Плодотворное применение практического знания зависит от уровня опыта людей, воспринимающих это знание, их умений.

1 Полани М. Личностное знание. М., 1985.


С помощью духовно-практического знания (мифологическое, магическое, мистическое, религиозное, моральное, художественное, обыденное) накапливается и осознается социальный опыт, пропускаемый через призму человеческих интересов, межличностных отношений. Его сущностные черты - образность, наличие норм и предписаний, целей деятельности и идеалов. Оно позволяет лучше осознавать свое отношение к другим людям и к самому себе, вырабатывать обобщенные образцы поведения и мышления.

Основой теоретического знания (наука, философия, теология) служит исследовательская деятельность - процесс получения нового знания на основе осмысления результатов предшествующего развития. Теоретическое знание может использовать практическое и духовно-практическое знание. Но его развитие зависит и от изменений в обществе, от характера субъектно-объектных отношений, приобретающих специфические черты в каждую историческую эпоху.


259

Рассмотрим особенности лишь некоторых форм духовно-практического знания.

Одна из форм вненаучного знания - обыденное знание. Его основной предмет и проблемное поле - "жизненный мир" человека. Это понятие было предложено в феноменологии Э. Гуссерля. Обычно этот мир понимался как нечто само собой разумеющееся и не требующее специального анализа. Обыденное знание и здравый смысл рассматривались как "недоразвитое" знание, которое необходимо "подтянуть" к достойному уровню. Обращение к анализу "жизненного мира" было детерминировано научно-техническим прогрессом, который "пытался" превратить человека в управляемый механизм, "винтик", до предела рационализировать человеческую деятельность, оттесняя на задний план "человеческое измерение", потребности, страсти, не поддающиеся унификации и однозначной интерпретации. Сопротивление человека подобному "давлению" и "насилию" нашло яркое выражение в философии экзистенциализма и феноменологии.

С помощью понятия "жизненный мир" теоретическим конструкциям противопоставляется обыденная жизнь человека с его интересами, надеждами и разочарованиями. Это особый универсум, обладающий собственными законами и характеристиками. Его основными структурными особенностями феноменологи (А. Шюц, Т. Лукман) называют интерсубъективность, интерпретацию и постоянную переинтерпретацию объективных событий и явлений, прагматический характер. Социальные феномены обретают значимость лишь на основе их признания сообществом людей (например, контролер, президент). Согласно "теореме Томаса", если ситуация определяется как реальная, то из нее следуют реальные выводы и действия. Поэтому социальная реальность на уровне жизненного мира постоянно создается и пересоздается. Раскрывается и механизм этого процесса [1]. Поэтому в познании "жизненного мира" особое значение приобретает "понимание". Это стремление раскрыть смыслы, которыми люди наделяют те или иные социальные явления и сопоставить их со своим опытом, "вписывая" их в структуру своего собственного жизненного мира. Понимание необходимо и для преодоления хаотичного накопления интерпретаций и поисков стабильных основ общения людей. Б каждой



260

культуре существуют устойчивые интерпретации, создающие ее каркас, позволяющие говорить о ментальности нации или цивилизации. Прагматичность жизненного мира выражается в том, что людей в обыденной жизни волнуют прежде всего проблемы поддержания их существования, безопасности, материального благосостояния, возможностей самореализации.

1 См.: Бергер П., Лукман Т. Социальное конструирование реальности: трактат по социологии жизни. М., 1995.


Особенности обыденного знания выражаются в придании смыслов и значений социальным явлениям и в поисках стандартных норм мышления и поведения. Это знание "нашпиговано" множеством представлений и мнений, принятых на веру и не подлежащих логическому обоснованию и доказательству. Так, Э. Дюркгейм отмечал, что основа обыденного знания - набор типологических конструкций, придающих мышлению и деятельности стандартность, рецептурность, очерчивающих пути, по которым удобнее передвигаться в конкретной ситуации. Это может быть вера в правомерность определенного общественного порядка, определенных систем ценностей, что необходимо для стабильного функционирования общества. Прагматический характер жизненного мира детерминирует и особый способ поиска знаний. Человека интересует не столько социальный объект сам по себе, сколько его отношение к познающему человеку, способность удовлетворять потребности. Поэтому на первый план выдвигаются нормы, предписания, запреты по поводу использования тех или иных социальных феноменов, приемлемые формы общения с другими людьми.

Обыденное знание включает разносторонний и многогранный мир переживаний и эмоций, неявного знания, которые не поддаются строгому научному анализу. Сегодня в этом не усматриваются ограниченность обыденного знания, "идолы", которые необходимо устранить как затемняющие ясный свет рационального знания, но акцентируется их самобытность и особая ценность. Именно это знание рассматривается как "базисное" в котором нужно искать корни наших представлений, очищая с помощью феноменологической редукции, или "эпохе", наше сознание от признанных теоретических конструкций, выдаваемых за истинное знание, как бы заключая в скобки, подвергая сомнению существующие представления о реальности.

Особый тип познания - художественное познание, находящее выражение в искусстве. Оно отличается от чувственного познания, поставляющего "науке конечные данные, на которых она строит познания, и вообще от всякого понятийного познания, оставаясь все же познанием, то есть опосредованием истины" [1].

261

В чем выражаются особенности "художественной правды"? Прежде всего в его целостности, интеграции рациональных и эмоциональных форм познания, чего не хватает науке.

В отличие от науки искусство дает целостное знание о мире, особенностях реальных людей с присущими им духовными ценностями, эмоциями, способами ориентации в действительности. Результаты творческой деятельности, представленные в художественных образах, нельзя рассматривать как синтез знания, получаемого с помощью рационального мышления. Художественное произведение не копирует действительность, но создает особую эстетическую реальность, существующую и развивающуюся по своим законам. Здесь действуют люди, созданные воображением художника, подчиненные его замыслу, детерминированные его пониманием реальности и человека. Но такие "выдумки", как Гамлет, Отелло или Чичиков, часто "реальнее" живущих людей по силе своего воздействия на ум и сердце человека. При "знакомстве" с ними зритель и читатель выступают как соавторы художника. Способ понимания художественного произведения - творческий процесс. Здесь происходит не только постижение смысла произведения, но и порождение нового смысла, в создании которого обнаруживается слитность, взаимосвязь духовного бытия понимающего и понимаемого, художественного вымысла и реального бытия воспринимающего его человека. Соприкосновение с произведениями искусства не только дает новое знание, но и способствует формированию самого понимающего субъекта, открывает простор новым творческим актам созидания нового смысла. Это важно для человека, "способного изменять мир по законам красоты". "Там, где господствует искусство, действуют законы прекрасного и преодолеваются границы действительности" [2].

1 Гадамер Х.Г. Истина и метод. Основы философской герменевтики М., 1988. С. 143.
2 Там же. С. 127.


"Художественная правда" позволяет глубже понять межличностные отношения, акцентировать различные варианты житейских ситуаций, приобрести жизненный опыт. Поэтому искусство можно рассматривать как "испытательный полигон" для анализа человеческих стремлений и страстей, осознания ценности проектов будущего. "Художник не столько творец, сколько открыватель


262

невиданного, изобретатель никогда не существовавшего, которое через него проникает в действительность бытия" [1]. В искусстве "проигрываются" возможные реальности, получающие конкретно-чувственное воплощение, ставятся нелегкие вопросы. Искусство "высвечивает" потенциал, скрытые возможности знакомой человеку эмпирической реальности, призывая выйти за ее пределы. Оно участвует в формировании направленности человеческих стремлений, раскрывает их личностный смысл.

Знания, переданные с помощью художественных образов, - необходимый компонент исторического сознания, которое важно не только для понимания прошлого, национальных традиций, но для воспитания чувства ответственности за современную деятельность. Главная особенность искусства - его роль в эстетической оценке явлений через призму прекрасного и безобразного, формирования чувства прекрасного как важнейшего компонента духовного ядра личности, когда человек не только видит красоту в мире, но и способен "вести себя эстетически".

1 Гадамер Х.Г. Актуальность прекрасного. М., 1991. С. 187.














2. Объект и субъект познания

Объект познания - это то, на что направлена практическая, познавательная и оценочная деятельность человека. Это та часть (или фрагмент) мира, с которой в той или другой форме взаимодействует субъект, или до чего он может и хочет "дотянуться". Зачем нужно последнее уточнение? Конечно, на первом плане стоит неисчерпаемость этого мира, который раскрывает свои тайны по мере того, как мы научаемся задавать ему вопросы и приобретаем достаточное количество технических и теоретических средств для того, чтобы получать на них ответы. Но таким материалом для размышления и анализа могут быть и многообразные формы исторических документов, источников, которые уже хранятся в архивах, до которых может, но пока "не хочет" дотянуться исследователь. Хотя это "не хочет" нельзя рассматривать лишь как результат произвола и чисто личной заинтересованности или ее отсутствия. Здесь действуют и объективные факторы. Прежде всего это "социальный запрос" на подобные исследования, осознание их необходимости для решения научных и социальных задач.

263

Объект познания - это прежде всего охваченный человеком мир реальных вещей и их отношений. Световое воздействие предметов на зрительные нервы воспринимается как объективная форма вещи. Мы видим стол, а не коричневое или желтое пятно. Конкретный предмет нам позволяет видеть особый механизм создания объект-гипотез, формирующийся в процессе практической деятельности и усвоения социального опыта. Возможно и создание "идеальных" объектов в ходе научного познания (например, "идеальная точка", "абсолютно твердое тело", "несжимаемая жидкость" и др.), когда некоторые свойства реальных объектов доводятся до предела, что помогает лучше разобраться в их реальных отношениях. В качестве идеальных объектов могут выступать и теоретические конструкции, ставящие своей целью целостное воспроизведение изучаемого объекта. Например, для Гегеля таким объектом была абсолютная идея. И ответом на вопрос, что это такое, была вся система философских категорий, разработанная этим мыслителем и построенная по принципу восхождения от абстрактного к конкретному.

Совпадают ли объект практической деятельности и объект познания? Можно сказать, что обычно совпадают, хотя и не всегда. Так, люди стихийно приспосабливаются к тем или другим законам природы и общества, которые позднее становятся объектом их познания (например, экономические законы). Но возможны и открытия "на кончике пера", которые позднее получают экспериментальное обоснование (например, теория относительности). Это подтверждает необходимость разграничения объективного мира и объекта познания. Но нет объекта познания без субъекта познания. Именно субъект в зависимости от запросов своей практической деятельности, степени овладения достижениями культуры вычленяет в многообразии и многоцветий объективного мира те или другие его фрагменты, стороны, которые становятся предметом его познавательной активности, основой новых форм взаимодействия с окружающей действительностью. Один и тот же физический предмет может быть различным объектом, как, например, лес для биолога, лесоруба, художника. Объектом познания могут быть не только материальные предметы, но и сознание. Здесь также выделяются разные его грани (сознание как объект психологии, эстетическое сознание как объект философии, самосознание как объект размышления отдельного человека).

Разграничение объекта познания и объективного мира важно для анализа процесса научного познания. Целесообразно выделять такие понятия, как "физический мир" и "физическая ре-


264


альность", под которой понимается та часть объективной реальности, с которой взаимодействует ученый на данном этапе исторического развития. Так, при явной неизменности атомов за период существования человечества сменилось несколько картин физической реальности - классическая физика, электромагнитная теория, квантовая теория.

Подобное разграничение важно и для исторического познания. Объективное прошлое всегда многограннее, богаче, чем та историческая реальность, которая доступна научному исследованию. Например, древние цивилизации не могут быть материалом для размышления ученых и создания теоретических концепций до тех пор, пока до них не смогли "дотянуться", открыть какие-то источники, подтверждающие их существование. Для выяснения же их особенностей могут использоваться не только сохранившиеся памятники жизнедеятельности людей минувших эпох (здания, орудия труда, искусство, письменные источники), но и анализ особенностей функционирования современных социальных общностей.

Под субъектом познания понимается носитель познавательной активности, осуществляющий целенаправленную деятельность и оценивающий ее результаты. Это могут быть отдельные люди, социальные и научные общности, человечество в целом.

Особую значимость проблема соотношения объекта и субъекта познания приобретает в современных условиях. Ее вынуждены обсуждать не только философы, но и ученые. Одна из причин - новое понимание взаимосвязи научного знания и объекта, характерное для некласической науки. Посредниками между ними выступают системы приборов, измеряющих устройств, научных интерпретаций. Так, выясняется, что в разных экспериментальных ситуациях электроны обнаруживают свои корпускулярные или волновые свойства. Как отмечают физики, мы вынуждены сегодня входить в микромир в "пальто и галошах", т.е. характер применяемых средств наблюдения сказывается на его результатах.

Влияние субъекта на результаты познания необходимо учитывать не только "входя в микромир в пальто и в галошах", но и пробираясь к человеческим душам. И это путешествие не менее ответственно. Так, увлеченные возможностями, предоставляемыми современной техникой, когда в течение нескольких минут можно провести множество опросов и интервью с тысячами людей и наглядно представить их результаты, социологи и журналисты не всегда отдают себе отчет в том, что они "вламыва-

265

ются в человеческие души, заставляют сознание людей работать в определенном направлении, думать над вопросами, которые они сами могли бы и не делать предметом своего размышления. Щупальца средств массовой информации безнаказанно шарят по всем закоулкам человеческой души, придают ей выгодную для определенных групп людей форму.

При характеристике субъекта познания важно подчеркнуть, что мир познает социальный человек, который смотрит на него через призму всех доступных ему достижений культуры. Существует неразрывная связь практической, познавательной деятельности и общения людей. Необходимо также осознанное отношение субъекта к самому себе. Поэтому можно говорить о постоянном изменении не только объекта, но и субъекта познания, которое определяется характером его отношений с окружающим миром.

Необходимость выделения категорий субъекта и объекта познания обусловлена тем, что они позволяют раскрыть творческий характер познавательной деятельности. Человек не созерцает пассивно объективный мир, а постоянно задает ему вопросы и требует на них ответа. Это разграничение позволяет также понять взаимосвязь объективного и субъективного в процессе познания, которая проявляется в структуре познавательного образа. Исследование субъектно-объектных отношений помогает выяснить степень социальной обусловленности познания, зависимости объекта познания от уровня развития общественных отношений и культуры в целом.

Основной недостаток традиционных теорий познания видится в том, что субъект познания понимался в основном как "чистое", или наблюдающее, сознание. Не исследовались антропологические характеристики субъекта, его включенность в социокультурный контекст. Человек исчезал как целостное существо. Его единственной функцией признавалась способность получать истинные знания. Задача современной гносеологии - дать иное понимание субъекта, расширить его границы. Таким субъектом сегодня выступает целостный человек. Его нельзя представить как стерильное существо. Он наполнен предрассудками, эмоциями, интересами. Важное место занимают и его причастность к достижениям культуры, способность овладевать ею и создавать новые ценности. Современным философам пока удается исследовать социокультурный аспект познания. Осознание особенностей "жизненного мира" человека - дело будущего.

266

Раскрывая особенности личностного знания, крупнейший его исследователь М. Полани отмечал, что "личностная причастность познающего субъекта тому процессу познания, которому он вверяет себя, осуществляется в порыве страсти. Мы осознаем интеллектуальную красоту как ориентир для открытия и как признак истинности" [1]. В деятельность субъекта включается и его вера. Акцент на личностный фактор определяется страстностью поиска или стремлением убедить. Поэтому и признание истины, по мнению Полани, требует не только формулировки определенных положений, но и убеждения в их достоверности.

1 Полани М. Личностное знание. На пути к посткритический философии. М., 1985. С. 299.


В современной теории познания, очевидно, целесообразно сохранить понятие трансцендентального субъекта как сознания вообще, "предельную абстракцию всеобщего и необходимого в познании". Однако особую значимость приобретает исследование эмпирического субъекта, который представляет наличное бытие, обладает предметной природой, существует во времени и пространстве, обладает единством мышления и деятельности, чувств. Он может рассматриваться как базовая категория теории познания, не совпадающая целиком с понятием психологического субъекта.

Сегодня с новой силой звучат идеи русских философов о важности исследования "цельного знания", которое включает рациональное познание, чувства и веру. С.Л. Франк полагал, что сознание познающего человека должно рассматриваться как единство предметного знания, чувств и духа, под которым можно понимать веру и духовные ценности, определяющие направленность познавательной и практической деятельности человека. Н.А. Бердяев подчеркивал, что личность обладает самоценностью. Ее внутренняя активность проявляется как построение и утверждение собственного человеческого мира. Свобода понимается как необходимое условие активности человека. В процессе познания уже происходит нарастание смысла действительности и раскрытие смысла существования самого человека. Созерцание и преобразование рассматриваются как две формы творческой активности духа. Субъект привносит в познание элемент свободы, не детерминированный познаваемым объектом. Это свобода в утверждении собственного человеческого бытия. Субъект не копирует действительность, но создает новые ценности бытия. Один из ведущих мотивов в современных дискуссиях - призыв к доверию к субъекту познания. Теоретический разум может рассматриваться лишь как момент практического разума. В центре внимания должен быть реальный познающий человек.

267

Наряду с понятием индивидуального эмпирического субъекта существует понятие коллективного эмпирического субъекта. Формы его существования многообразны. Это любой диалог, в ходе которого передается опыт, уточняется представление о действительности. Такой коллективный опыт представлен и в "жизненном мире" человека, который может рассматриваться как область до-теоретического, неявного знания, включенного в повседневную практическую деятельность. Он может пониматься и как смысловой контекст процессов общения, переданный с помощью культуры и закодированный в языке запас межсубъектных образцов толкования, который становится основой взаимопонимания. Высшая форма коллективного субъекта - деятельность научного сообщества, в ходе которой осуществляется "мозговой штурм", вырабатываются новые парадигмы как модели постановки и решения научных проблем. Овладение знаниями, представленными в текстах, объяснение и понимание, использование общепринятых норм, правил и методов - необходимые условия коллективной познавательной деятельности.

Выделение объекта и субъекта познания помогает лучше понять особенности различных философских концепций, рассматривающих возможность достоверного познания мира. Познаваем ли мир? Как относятся наши знания о мире к самому миру? Насколько они способны давать достоверные сведения о предметах и их сущности? Как относиться к мнению, что человеческое познание безгранично, что возможно познание всей бесконечной Вселенной? Очевидно, это была бы позиция своеобразного "радостного невежества". Вот здесь и приходят на помощь категории объекта и субъекта познания. Возможно безграничное познание (в том числе и сущности, причин и законов) тех сфер бесконечной Вселенной, которые становятся объектом познания, до которых человек хочет и может "дотянуться" в своей практической и познавательной деятельности. В этом состоит отличие тех философских школ и направлений, которые придерживаются принципа "гносеологического оптимизма", от любых форм агностицизма.

268














3. Взаимодействие чувственного и рационального в процессе познания

Начальным этапом познавательной деятельности обычно называют чувственное познание. Например, если какой-либо незнакомый предмет вызывает в человеке определенные эмоции, интерес, то он стремится к созданию образа этого предмета, хранит этот образ в своей памяти. Поэтому ощущения определяют как непосредственную связь сознания с внешним миром, как превращение энергии внешнего раздражения в факт сознания, как субъективный образ объективного мира.

В структуре чувственного познания выделяют ощущения, восприятия и представления. Ощущение - отражение отдельных сторон действительности с помощью органов чувств (слуха, зрения, осязания, обоняния, вкуса). Но, в сущности, ощущений больше, чем те, которые "привязаны" к ним. Так, можно выделять температурные, вибрационные, равновесные и другие ощущения. К чувственной ступени познания можно отнести и такие состояния сознания, как предчувствие, неприязнь, расположение к другому человеку и др.

В современной философской литературе, в том числе западной, весьма распространено признание социальной обусловленности человеческих ощущений. Этим они отличаются от ощущений в животном мире. Поэтому человеческий глаз иначе воспринимает мир, чем глаз животного. Глаз орла видит дальше, чем глаз человека, но человек видит больше и находит в предметах много интересного. Существует не только специализация, но и взаимодополнительность в деятельноости органов чувств. Это служит основой, например, формирования из слепоглухонемых людей полноценных личностей. Субъективность ощущений определяется влиянием наследственных задатков, степенью развития органов чувств в процессе их тренировки, интересами познающего человека и его эмоциональным настроем.

Восприятия определяются как целостный образ предмета, находящегося перед нами. Это может быть образ восходящего солнца, горной вершины или музыкальной мелодии. В современной философии (феноменологии) выделяют различные уровни восприятия: а) восприятие без интерпретации (что-то мелькает за окном, какой-то предмет лежит на дороге); б) восприятие конкретного предмета (веревка, а не змея); в) понимание, что объект существует независимо от моего сознания; г) сознание, что именно я воспринимаю этот предмет; д) понимание, что мое

269

восприятие и сам объект не тождественны, что в объекте могут быть другие стороны и свойства, не воспринимаемые в данный момент. Уже этот анализ показывает, что восприятие нельзя рассматривать лишь как копирование, бездумное созерцание внешнего мира. Оно пронизано, как щупальцами, мыслительной деятельностью человека.

Влияние духовного облика человека, уровня его культуры на характер восприятия проявляется и в других формах. Оно определяет избирательный характер восприятия. Человек обращает внимание прежде всего на то, что ему интересно. Не случайно Р. Декарт в работе "Страсти души" на первое место ставит удивление, которое служит важнейшим стимулом познания и открытия нового. Размышления придают особую эмоциональную окраску воспринимаемому. Так, выделяют "закадровое" мышление, когда ожидание приятной встречи вечером накладывает определенный отсвет на все предметы (и солнце кажется ярче, и люди добрее). Особенно важна роль теоретической подготовки в восприятиях, относящихся к проведению научных наблюдений и экспериментов. Кроме того, в зависимости от системы ценностей один и тот же предмет может восприниматься разными людьми как красивый или безобразный, вредный или полезный. Могут изменяться и восприятия одного и того же человека. Так, он может видеть в любимом массу достоинств, которые не замечают другие. Но если любовь сменяется равнодушием или даже ненавистью, то даже признанные всеми качества покинутого человека оказываются за пределами восприятия.

Представление - образ ранее воспринятого предмета, сохранившийся в памяти, или создание нового образа с помощью воображения и знания. Представление "беднее" восприятия, так как теряются некоторые качества объекта, проявлявшиеся на уровне восприятия. Здесь более четко выражен избирательный характер познания, так как запоминаются наиболее интересные и значимые для субъекта черты предмета, играющие роль в деятельности человека и его переживаниях. В представлении более отчетливо, чем в восприятии, проявляется активная роль мышления, особенно при создании образов будущего.

Классификация представлений включает: а) образы-репродукции (мысленное воспроизведение восприятия); б) образы-предположения (образы героев художественных произведений, описанных пейзажей); в) образы-модели (модель атома); г) образы, выражающие цели деятельности и последовательность операций, необходимых для достижения этих целей (посадить сад, вылечить больного); д) образы-символы и т.д.

270

Особенность чувственного образа - его целостность. Предмет воспринимается как органическое единство составляющих его элементов. В то же время воспринимаются его пространственная ограниченность, длительность как изменение его состояний. Здесь особенно ярко выражается связь восприятий и представлений. Необходимо отметить также избирательность чувственного образа, когда воспринимаются прежде всего значимые для субъекта стороны и свойства предметов.

Особенность чувственного образа - включенность в него знаково-языковых структур. Знак служит для замещения предмета, выступает как основа метода формализации, средство получения проверяемого, концентрированного знания. Он сокращает умственные операции, дает возможность передавать машинам отдельные логические операции. Слова, формулы используются как знаки. Широко употребляются предметы-символы для замещения абстрактных идей (например, флаг, голубь, елка). Символы используются в художественном творчестве, в познании социальной реальности. Так, образу Прометея придавалось разное звучание в различные исторические эпохи. В наши дни он становится образом-символом западной цивилизации как активной деятельности.

К чувственному познанию относятся также эмоции, гнев, страх, сомнение, заинтересованность, удивление. Без их влияния невозможен поиск истины. А. Эйнштейн писал, что самая прекрасная и глубокая эмоция, которую мы можем испытать, - это ощущение тайны. Если же человек утратил способность удивляться и замирать в священном трепете, то его можно считать мертвецом. Трудности в преодолении препятствий, страдания, недовольство собой - необходимые компоненты любой познавательной деятельности.


Чувственное познание включает и интуицию. Она определяется как способность постижения истины путем ее прямого усмотрения без помощи логических аргументов. Ее роль особенно велика в творческом процессе, создании новых научных теорий, когда необходимы внезапные скачки ума, прорывающие сеть сложившихся стереотипов, доказательств и обоснований. Интеллектуальная интуиция рассматривается как внутреннее прозрение. Не случайно в "Рассуждении о методе" Декарт ставит интуицию на первый план. К особенностям интуитивной деятельности относят неожиданность решения задачи, неосознанность путей и способов ее реше-

271

ния, непосредственное постижение истины на сущностном уровне. Существует стандартизованная интуиция (например, определение врачом характера заболевания пациента по его действиям) и эвристическая (например, осознание Кеккуле структуры молекулы бензола как образа змеи, хватающей себя за хвост).

Чувственное познание нельзя рассматривать лишь как отражение действительности, тем более копирование. В сущности, те ощущения, которые мы получаем с помощью органов чувств, не являются непосредственным отражением предметов и их физических свойств. Это было известно уже Демокриту, который писал о том, что <<по истине" существуют лишь атомы и пустота, а вкус, запах и цвет существуют лишь "по мнению". Чувственное познание включает не только образные, но и знаковые компоненты. Ощущения дают нам первоначальный материал для знания. Только с помощью логических операций удается раскрыть природу воспринимаемых объектов. Поэтому необходима такая познавательная операция, как репрезентация - единство изображения и обозначения, представление сущности познаваемых явлений с помощью посредников - моделей, символов, знаковых систем. Репрезентация - эффективный способ выяснения влияния культурной среды на содержание познания и способы его представления. Поэтому в моделях как результатах репрезентации можно видеть не только природный компонент, служивший для нее первоначальным материалом, но и деятельность субъекта, уровень его знаний и культуры. Сам процесс чувственного познания предстает как процесс выдвижения перцептивных гипотез, предсказание новых свойств, связей объектов. Здесь особенно ярко проявляются интеллектуальные способности человека, его умение задавать вопросы природе, использовать философские принципы и категории, логические схемы, а также духовные ценности, которые находят преломление в его деятельности.

Если чувственное познание приобретает такую сложную структуру, вбирает в себя не только воспроизведение объектов, но и деятельность субъекта во всем богатстве ее оттенков, то как осуществляется взаимное понимание людей? Как формируется представление о том, что имеются в виду одни и те же предметы как объекты познания?

Здесь на помощь приходит конвенция, которая предполагает введение определенных норм, правил, языковых и других систем на основе договоренности людей, общего понимания этих правил и норм.

272

Понимание роли конвенции может быть новой ступенью в осознании этой проблемы. Репрезентация не только становится достоянием отдельного познающего субъекта, но приобретает черты общности, превращается в норму для людей, принимающих осознанное, а чаще неосознанное участие в этой конвенции. Особенно важна роль конвенции в научных исследованиях, когда требуются налаженные формы взаимодействия исследователей в рамках научного сообщества. Как результат конвенции можно рассматривать языки - разнообразные формы передачи информации, выраженные в знаковых системах, логические и иные правила, единицы измерения и т.д. В этих исторически сложившихся конструктах, закрепленных соглашением, представлен социальный опыт познающего человека. Но эти творения представляют своеобразное единство объективного и субъективного. Они могут выполнять свои функции, если признаются людьми, тогда как физические объекты, по поводу свойств и связей которых создаются эти соглашения, продолжают свое существование независимо от людей.

Среди познавательных процедур особое место занимает интерпретация. Она пронизывает весь процесс получения новых знаний. Интерпретация как придание определенного смысла объектам или выявление заложенного смысла в продуктах человеческой культуры (в текстах или произведениях искусства) тесно примыкает к пониманию. Если раньше эта проблема рассматривалась лишь применительно к рациональному познанию, то с развитием герменевтики этот аспект выявляется и по отношению к чувственному познанию. Интерпретация как понимание может рассматриваться как соотнесение полученного знания с индивидуальным опытом субъекта, в который оно может "вписываться" или "не вписываться". В последнем случае речь идет о "непонимании". За пределами понимания может оказаться не только антропный принцип или законы синергетики, но и запах цветов или звучащая мелодия. Тогда возникает проблема индивидуального смыслового контекста, который при всей своей уникальности обладает и общими чертами со смысловыми контекстами других людей, что и служит основой их взаимного понимания.

Интерпретация как понимание обычно исходит из представлений о целостности познаваемого объекта. Оно, как правило, не дается как внезапный скачок ума, озарение, хотя это и не исключено, но предполагает целую серию поисков, представленных как создание перцептивных объект-гипотез, опирающихся на предшествующий опыт, традиции, признанные образцы и схемы.

273

Самостоятельной познавательной процедурой, проникающей в чувственное и рациональное познание, можно считать экстраполяцию как применение знания, полученного в определенных условиях, к характеристике других, сходных в каких-то отношениях объектов. Она может применяться и при создании научных гипотез, основанных на детальном изучении эмпирического материала. Так, геологи, установив определенные черты сходства горных образований в Африке и Сибири, создали гипотезу о возможном нахождении кимберлитов (горных пород, включающих алмазы) в Сибири. Эта гипотеза получила подтверждение с открытием алмазных месторождений в Якутии. Экстраполяция и лежащий в ее основе метод аналогии обычно может давать лишь вероятностное знание, нуждающееся в основательной проверке, но она служит определенным стимулом и вектором поиска, который может закончиться плодотворными результатами.

Главная особенность рационального познания выражается в том, что с его помощью исследуют общие и существенные признаки и связи явлений действительности, выясняются законы их строения, функционирования и развития. Его основные формы - понятия, суждения и умозаключения.

В понятиях выражаются общие и, существенные признаки предметов и явлений. Они отличаются от общих представлений, включающих элементы наглядности. Иногда это разграничение не проводится достаточно четко. Так, одно из первых определений человека, данное Платоном, звучало: "Человек - это двуногое существо, лишенное перьев". Но когда ему принесли ощипанного петуха и спросили: "Это человек?" - он уточнил свое определение: "Человек - существо бескрылое, двуногое, с плоскими ногтями, единственное из существ восприимчивое к знанию, основанному на рассуждении". Здесь еще сохранившиеся элементы наглядности сочетаются с выделением существенных признаков.

Аристотель уже не обращается к чувственным характеристикам. Для него человек - это прежде всего общественное или политическое существо, одаренное речью и способное к осознанию таких понятий, как добро и зло, справедливость и несправедливость, т.е. обладающее нравственными качествами. Сегодня человек рассматривается как компендиум развития органического мира, способный производить орудия труда и использовать их для преобразования действительности, обладающий абстрактным мышлением, членораздельной речью, руководствующийся в своей деятельности нравственными нормами.

274

Для выделения существенных признаков предметов особую важность приобретает практическая деятельность. Так, авторучка определяется как предмет, с помощью которого можно писать, а не как гладкий, закругленный цилиндр небольшого размера. В зависимости от характера практической деятельности возможно образование различных понятий одного и того же предмета. Содержание понятий эволюционирует с изменением характера деятельности и теоретических исследований. Особую роль в познании выполняют философские категории как самые общие понятия. С их помощью осуществляются концентрация социального опыта, вычленение узловых центров существования и развития мира, выделение основных ступеней его познания.

В суждениях выделяются определенные признаки, свойства предметов (калина - дерево, все люди смертны). Здесь выделяются предмет, свойство, которое ему приписывается, и связь. Суждения могут быть общими, особенными и единичными.

Умозаключение - это связь суждений, позволяющая получать новое, выводное знание.

Главные типы выводного знания - индукция, т.е. движение мысли от частного к общему, и дедукция - от общего к частному. Выделяются разные формы индукции: а) полная индукция через простое перечисление; б) неполная индукция - на основе изучения некоторой группы явлений и отсутствия данных, противоречащих выводу, знание переносится на весь класс сходных явлений (так было получено суждение "все лебеди - белые", считавшееся истинным до открытия Австралии, где обнаружили черных лебедей). Это основа выводов по аналогии. Особую важность приобретает индукция в эмпирических исследованиях, когда обобщение результатов наблюдений и экспериментов создает необходимый базис для формулирования эмпирических законов.

Дедукция широко применяется в повседневной жизни. Но особенно велико ее значение в научном познании. Она необходима для построения научных теорий, когда из одного исходного принципа, идеального объекта выводится система раскрывающих его содержание понятий. Например, Декарт считал таким исходным принципом утверждение "Мыслю, следовательно, существую". С помощью дедукции из гипотезы выводятся следствия для их последующей проверки в экспериментальной дея-

275

тельности. И, наконец, дедукция помогает давать логическую аргументацию отдельным утверждениям, служит средством доказательства.

При характеристике мышления различают такие понятия, как рассудок и разум. И. Кант считал главной сферой рассудочного мышления научное познание. Разум же находит свое применение в области философии. Сходные идеи развиваются и в философии А. Бергсона, который считал, что наука фиксирует внимание лишь на повторяющихся сторонах явлений, от нее ускользает все, что не может быть упрощено. Сегодня одной из важных основ разделения рассудка и разума считают своеобразное функционирование левого и правого полушария головного мозга. Так, для левого полушария, которое служит основой рассудочной деятельности, характерно создание однозначных, жестких схем, упорядоченной системы логических рассуждений, стремление к упрощению связей изучаемых явлений. Мышлению же, приписываемому деятельности правого полушария, присущ образный характер. Оно способно к целостному воспроизведению многообразных связей, постижению сущности явлений. Оно опирается на опыт, но для него главное средство познания не мир логических рассуждений и обоснований, а интуиция. Именно с ее помощью формируются пред-знание, пред-понимание, объект-гипотезы, конструкты, которые играют важную роль в познавательных процессах. Подобный способ взаимодействия человека с миром и соотносится с категорией "разум". Несомненно, что было бы неправомерным жесткое противопоставление рассудка и разума, которые постоянно взаимодействуют и дополняют друг друга.

Чувственное познание выступает как необходимый компонент и основа теоретических рассуждений. Оно дает исходный материал для теоретического анализа. При создании новых научных теорий большую роль играют интуиция, воображение, ассоциации, особенно относящиеся к произведениями искусства. Несомненно, увлечение живописью Н. Бора, скрипка Эйнштейна помогали им и в научной деятельности. Эйнштейн писал, что "в научном мышлении всегда присутствует элемент поэзии. Настоящая наука и настоящая музыка требуют однородного мыслительного процесса". Он отмечал также, что знакомство с конфликтными ситуациями в произведениях Ф.М. Достоевского помогало ему в разработке теории относительности. Чувственное знание выступает как важнейший элемент моделирования.

276

Оно необходимо для эмпирической интерпретации научных конструкций. Оно проистекает из эмоциональной заинтересованности ученых, без которой не существует человеческого поиска истины.

Жесткое деление познания на чувственное и рациональное, тем более стремление рассматривать их как ступени познания ("от живого созерцания к абстрактному мышлению") сегодня понимается как слишком упрощенное понимание процесса познания. Нет чистого "созерцания" мира. Оно "нашпиговано" идеями, гипотезами, ценностями, предрассудками и другими "творениями" мышления.














4. Понятие истины

Вопрос о возможности получения истинного знания, способах обоснования достоверности тех или других утверждений, их значимости для жизни человека - не только философская, но и общечеловеческая проблема. Она решается и на уровне обыденного сознания в пословицах и поговорках. Выявляются особенности художественной правды, в которой познание сливается с оценкой, бытийственная характеристика - с нравственно-эстетической. В философии истина осознается не только как категория теории познания, но и как человеческая ценность.

<< Пред. стр.

страница 11
(всего 27)

ОГЛАВЛЕНИЕ

След. стр. >>

Copyright © Design by: Sunlight webdesign