LINEBURG


<< Пред. стр.

страница 9
(всего 10)

ОГЛАВЛЕНИЕ

След. стр. >>

22 См. тщательное исследование М М Ланглебена К описанию системы нотной записи Труды по знаковым системам Тарту, 1965
398
ко однозначна, что не уловившие их смысла подвергаются наказани­ям Эти же самые сигналы наделяются и коннотативными значениями типа "мужество", "Родина", "война", "доблесть" и т. п. Ла Барр (прил. 210) приводит пример — переговоры при помощи пятитональ­ной флейты, которой пользуются индейцы Южной Америки.
Стилистических коннотациях,
Стилистических коннотациях, музыка, опознаваемая как музыка XVIII века, несет соответствующие коннотации, "рок" коннотирует "современность", коннотации двухтактного ритма отличаются от коннотаций ритма на три четверти в зависимости от контекста и обстоятельств. Равным образом могут изучаться различные манеры пения в разные века и в разных культурах.
V. Формализованные языки
Точкой отсчета здесь служат математические структуры 23, лежа­щие в основе различных искусственных языков, используемых в химии и логике, вплоть до семиотик в греймасовском смысле, формализую­щих содержание различных естественных наук. Под эту рубрику под­падают все искусственные языки, например, язык межкосмического общения Линкос 24, азбуки типа Морзе или Булевого кода для ЭВМ. Сюда же отнесем упомянутый в Д. 1.1.3. вопрос о метасемиологии 25.
23 См Giovanni Vallati, La grammatica dell'algebra, 1909, очерк, перепечатанный в "Nuova Corrente", 38, 1967, Mark Barbut, Sur le sens du mol structure en mathematiques в "Le Temps Modernes", и вообще все исследования по аксиоматике, по системам символов, по применению алгебры классов в знаковых системах, напр работу Luis Prieto, Messages et signaux, цит. В этот раздел по праву входят все исследования формализованных языков, ведущиеся в русле логического неопозитивизма См также М Gross, A Lentin, Notions sur les grammaires formelles, Paris, 1967, Jacques Bertin, Semiologie graphique, 1967, где рассматриваются оптимальные условия графической информации в географических и топографических картах и в разного рода диаграммах
24 См. Hans Freudenthal, Lincos Design of a Language for a Cosmic Intercourse", Amsterdam, 1960 г. См. возражения на эту книгу в рецензии Роберта М В Диксона в "Linguistics", 5, где отмечается, что и математические формулы, которые автор считает "универсальными", являются абстракциями от индоевропейских синтаксических моделей и что поэтому они понятны только тому, кто уже знает коды определенных естественных языков
25 Таково требование сверхформализованного языка, образованного из пустых знаков, способного описывать все возможные семиотики Об этом проекте многих современных семиологов см Julia Kristeva, L'expansion de la semiotique, cit.
Обращаясь к трудам русского ученого Линцбаха, она говорит о возможности некоей аксиоматики, когда "семиотика, это уже предвидел Линцбах, водрузится на трупе лингвистики, с чем лингвистике придется смириться, поскольку она уже подготовила почву для семиотики тем, что выявила изоморфизм семиотических практик и других комплексов" Этот проект развивается Кристевой в статье Pour une semiologie des paragrammes в "Tel Quel", 29, 1967 (где, на наш взгляд, чрезмерная формализация поэтической речи не дает удовлетворительных результатов) и в статье Distance et anti-representation в "Tel Quel", 32, 1968, где приводится работа Linnart Mall, Une approche possible du Sunyavada и его исследования "нулевого" субъекта и понятия "пустоты" в древних буддийских текстах странным образом напоминает лакановское "зияние" Но следует подчеркнуть, что вся эта программа отсылает семиологию к characteristica universalis Лейбница, а от Лейбница к artes combinatoriae позднего средневековья и к Луллию (см в связи в этим Paolo Rossi, Clavis Universalls — Arti mnemoniche e logica combinatoria da Lullo a Leibniz Milano, 1960)
399
VI. Письменные языки, неизвестные азбуки, секретные коды
Письменные языки изучаются отдельно от устной речи, их скорее можно объединить с неизвестными азбуками и секретными сообще­ниями с криптокодом Сюда входит также изучение коннотаций бук­венных обозначений, рукописных или печатных, как показал Мар­шалл Мак-Люэн, и самые общие вопросы письма 26.
VII Естественные языки
Это область собственно лингвистики и этнолингвистики, и здесь на этом нет смысла останавливаться Скорее есть смысл показать конкретизацию семиологических исследований на примере изучения лексикодов и подкодов от языковых клише до всей системы ритори­ческих приемов, о которой говорилось в предыдущих главах этой книги, и далее вплоть до более частных лингвистических конвенций, от специализированных лексикодов (политических, технических, юри­дических — весь исключительно важный раздел массовых коммуни­каций) до исследования групповых лексикодов, таких как выкрики бродячих торговцев, тайные языки и жаргоны, разговорный язык 27 И наконец, сюда же относится использование риторического арсена­ла языка повседневности для построения сообщений с несколькими семантическими уровнями, как это имеет место в угадайках, загадках или кроссвордах 28.
26 Marshall McLuhan, The Gutenberg Galaxy, Toronto, 1962, Jacques Derrida, De la Grammatologie, Paris, 1967
27 См ряд работ советских ученых в Simp., труды Богатырева о разговорном языке и о певческих языках, и т.д.
28 О кроссвордах см A.J. Greimas in Modelli semiologici, cit., ("La scrittura cruciverbista") O загадках см Julian Krzyzanowski, La poetique de l'enigme in Poetics, cit., и J.L. Borges, Le Kenningar, in Storia dell'eternita, Milano, 1962 См также наши замечания о загадках и об их джойсовской репризе в работе Le poetiche di Joyce, Milano, 1966 В семиологическую проблематику включаются работы, посвященные играм слов, остротам и вообще проблеме комического. См среди первых примеров Violette Morin, L'histoire drole, m "Communications", 8, и в наше еще не изданное сообщение на совещании по семиологии сюжета в Урбино (1967), о чем говорит Альдо Росси в уже цитировавшейся статье в "Paragone", 212.400
VIII. Визуальные коммуникации
Этой обширной сфере мы посвятили два раздела нашей книги. Здесь достаточно припомнить то, что было сказано ранее, и упомя­нуть о проводящихся в настоящее время исследованиях в других об­ластях:
Сигналетика с высокой степенью конвенционализации:
Сигналетика с высокой степенью конвенционализации: морские флажки, знаки дорожною движения, воинские знаки отличия, разного рода универсальные азбуки, базирующиеся на общепризнанных визуальных символах.
Хроматические системы:
Хроматические системы: это и поэтические попытки соотнести различные цвета с какими-то точными значениями, и семантические системы, связанные с цветом, характерные для первобытных обществ, и цветовые коннотации в западных обществах (черный — траур, белый — траур, белый — свадьба, красный — революции, черный — благородство).
Одежда: исследования Бартом моды, распространяющиеся только на словесные обозначения, не исчерпывают тему одежды как средства коммуникации, достигшей пика формализации в семиотике военной формы и облачений церковнослужителей.
Визуально-вербальные системы:
Визуально-вербальные системы: здесь поле деятельности безгра­нично. Оно охватывает кино и телевидение, коды денотативной ком­муникации (кино и ТВ составляют главы в исследовании крупных повествовательных синтагм), комиксы, рекламу, бумажные деньги, ре­бусы, семиотики игральных и гадальных карт и вообще всех игр (шашки, шахматы, домино и т. д.); кроме того, имеются, научные работы, посвященные географическим и топографических картам и оптимальным способам картографической денотации, а также иссле­дования диаграмм и архитектурных проектов, хореографических нота­ций и астрологической символики.
Прочие системы: в эту группу мы включим уже упоминавшиеся нами исследования, как-то: иконических, иконологических, стилисти­ческих кодов; архитектуры и дизайна, и т. д.
401
IX. Семантика
Как уже говорилось, все перечисленные выше системы располага­ют семантическим уровнем, но трудно не заметить, что большое ко­личество исследований посвящены семантике как таковой, в связи с чем они выделяются в отдельную рубрику.
Когда речь заходит о семантике, мы сталкиваемся с такой научной сферой, существование которой то отрицается, то к ней сводят все семиологические штудии. Имеются в виду исследования, объединен­ные под общим названием семантических, всегда актуальные для ис­тории философии как предмет неизменных споров и теоретизирова­ния и в последние два века приведшие к тому, что Де Мауро назвал "боязнью значения" 29.
От Карнапа до Квина, от Витгенштейна до английской аналити­ческой школы, от Кроче до Калоджеро или Пальяро, философское размышление над значением всегда искало собственные пути: это и представление о значении как непрерывном творении субъектов речи и как об узусе, установившемся в определенном сообществе, проблемы его экстенсивности и интенсивности и т. ? , — все это делает важным вопрос о том, насколько семиология со своими собственными методами может способствовать продвижению в этой области. С дру­гой стороны, оставаясь в рамках собственно лингвистики, мы имеем ельмслевскую, строго аксиоматическую семантику, дистрибутивный анализ, новые теории семантических полей, взятые на вооружение структурализмом с целью разработки компонентного анализа, анализа сем и семантических факторов 30. Структурная семантика, разрабаты-
29 См.Т. De Mauro, Introduzione alla semantica, cit., pag.79 Обширный раздел философской семантики велик по объему, и он потребовал бы отдельного разговора В любом случае, особенно говоря о метасемиологии, современные семиологи должны будут чаще, чем сейчас, обращаться (это касается французских, а не советских ученых) к опыту Венского кружка, к логическому синтаксису Карнапа, к работам славянских логиков, например Тарского.
30 См. в качестве хорошего введения в тему уже цитировавшуюся брошюру из "Langages" о семантике и, в частности, вводную статью Тодорова к "Семантическим исследованиям" О дистрибутивном анализе, начало которому положил Z. Harns (Methods in Structural Linguistics, Chicago, 1951), см в этой же брошюре очерк Апресяна "Дистрибутивный анализ значений и структурных семантических полей", появившийся сначала по-русски, где он пользуется понятием семантических полей и изучает (по Харрису) дистрибуцию семантического элемента как "сумму всех контекстов, в которых он встречается, то есть сумму всех возможных позиций одного элемента в соотношении с другими" Работа Апресяна отличается более высоким уровнем абстрагирования, чем работа ?. ?. Лунсбери, который в той же брошюре рассматривает термины родства с точки зрения структуры, пользуясь методами компонентного анализа Апресян рассматривает семантические поля как своего рода пропозициональную функцию с незаполненными позициями, которые могут заполняться конкретными значимыми элементами, то есть он изучает структурные модели семантических комбинаций, а Лунсбери исследует сочетания определенных значимых единиц, в данном случае, терминов родства Значимыми единицами являются те, о которых пишет A.J. Greimas, in Semantique structurale. Paris, 1966, где разрабатываются системы сем Здесь нужно понимать "сему" не так, как мы ее понимали в разделе Б. (как нелингвистический знак, соответствующий некоему языковому выражению, а как единицу значения У Греймаса эти единицы значения используются при анализе прозы Бернаноса (при этом анализ усложнен воспроизведением повествовательных функций Проппа в терминах "analyse actantielle"), О развитии метода Греймаса см J.-С. Coquet, Questions de semantique structurale в "Critique", 1968 См также семантику Прието (уже цит. Principes de noologie, Roma, 1968, в ит. переводе, где появляется понятие "ноэмы")
402
вая понятие семы , стремится выделить единицы значения, органи­зуя их в систему оппозиций, которая и стала бы их основанием. Поэтому она занимается не только общими лексическими значения­ми, но и терминами родства, цветовыми кодами, религиозными сис­темами, классическими таксономиями, системами ценностей. Она пы­тается описать системы значений в творчестве какого-либо художни­ка или даже выявить круг понятий — моральных, биологических, воспитательных, — лежащих в основе разных религиозных систем, как, например, уже упоминавшийся анализ понятий Корана с помо­щью перфокарт.
Что касается преодоления структурной семантики на основе транс­формационных методов, то ведь именно семантика устанавливает семантические категории, дифференциаторы и селективные ограниче­ния для каждого отдельного термина, предопределяющие его сочета­емость 31.
X. Структура сюжета
Раздел повествовательных структур или крупных синтагматичес­ких цепочек — важная часть семантического анализа. От классичес­кого и достойного всяческого уважения опыта Проппа и его обобще­ния Леви-Стросом исследователи школ Барта и Греймаса перешли к планомерному научному изучению семиологии сюжета. Эта касается не только письменного повествования, но и устного рассказа, а также интриги фильмов, комиксов и т. п.32 Первоначальное мнение, спра-
31 J.A. Katze J.A.Fodor, "The Structure of Semantic Theory" в The Structure of Language, 1964, где см изложение Тодорова, который руководствуется также положениями очерка Les anomalies semantiques (в "Langages", цит.) касающимися поэтики и риторики.
32 Эту тему следует начинать с W. Ja Propp, Morfologia della fiaba, Torino, 1966, a затем см исследования Greimas in Semantique structurale, цит. См. также работы С. Metz о крупной синтагматике фильма (см. Le cinema langue ou langage?, цит. ранее, и La grande syntagmatique du film narratif в "Communications", 8, 1966) В связи с художественной прозой см. С. Bremond, Le message narratif в "Communications", 4, и La logique des possibles narratifs в "Communications", 8 том же номере нашу работу James Bond une combinatorie narrative и работу Греймаса о мифе, в наст время опубл. in Modelli semiologici, цит., а также очерк R Barthes. Introduction a 1 analyse structurale des rents См там же работы Ж Женнетт, И. Гритти, В. Морен, Ц. Тодорова См. у Т. Todorov, Litterature et signification, Paris, 1967 Следует назвать также блестящее прочтение Сада, предложенное Бартом в L'arbre du crime, публ. в "Tel Quel", 28, 1967 Вся группа "Tel Quel" во главе с Филиппом Соллером особенное внимание уделяют изучению повествовательных структур, впрочем, здесь перед нами скорее критика под влиянием настроения, чем строгий формальный анализ текстов
403
ведливое во многих отношениях, согласно которому такому исследо­ванию поддаются только самые простые одномерные фабулы типа сказок и фольклора, судя по всему уже меняется благодаря трудам тех, кто, как Тодоров, работает над "Декамероном" и Лакло, как Росси над Д'Аннунцио, как Фаббри над "Пиноккьо" и т. д. 33.
Естественно, пока еще наиболее достоверны результаты работ над традиционным этнологическим наследием (мифы, легенды, сказки) 34, и над детективами, которые подчинены принципу интриги 35. И здесь также решающий вклад принадлежит славянским школам, включаю­щим как старых русских формалистов, так и новых семиотиков 36.
33 См. A Rossi, статья, приведенная в "Paragone", 212
34 В связи с изучением мифов и фольклора, кроме Леви-Строса, стоит вспомнить работы американской школы структуралистского толка См прежде всего "Communications", N 8, затем P. Maranda, Recherches structurales en mythologie aux Etats Unis в "Informations sur les sciences sociales", VI, 5, с библиографией из 86 наименований Среди этих ученых следует назвать, в частности, Айана Дандеса, который в своих работах по индийскому и африканскому фольклору обращается к методам Проппа См по этому поводу С. Bremond, Posterite americaine de Propp в "Communications", 9, 1968
35 J. Sceglov, Per la costruzione di un modello strutturale delle novelle di Sherlock Holmes, in "Marcatre", 8/10 Тот же автор Il caso Bond, Milano, 1965 Работы Ю. Лотмана о понятии начала и конца в литературе (Тезисы докладов во Второй летней школе по вторичным моделирующим системам, Тарту, 1966) И Ревзин и О.Карпинская Семиотический анализ ранних пьес Ионеско, где все драматические приемы Ионеско сводятся к парадоксальному использованию семиотических моделей И.Ревзин, Семиология детектива в "Программе и тезисах докладов в летней школе по вторичным моделирующим системам", Тарту, 1964
36 См. V. Sklovskij, Teoria della prosa, цит. В М Ejchenbaum, Come e stato fatto "Il cappotto" di Gogol, in "Il Corpo, 2, 1965 Очерки из Theorie de la prose, цит., и в частности, Thematique, Бориса Томашевского. См. также о работе Бахтина Julia Kristeva, Bakhtine, le mot, le dialogue et le roman, в "Critique", apr., 1967. Еще одна глава посвящена технике повествования в современном романе Эта глава тоже непосредственно не связана с семиологией, но интересна своим новаторским духом См. также Warren Beach, Tecnica del romanzo novecentesco, Milano, 1948, и
404
XI. Культурные коды
Здесь имеются в виду системы поведения и ценностей, которые традиционно не рассматривались в коммуникативном аспекте. Пере­числим их:
Этикет:
Этикет: не только как система жестов, но и как система конвен­ций, табу, иерархий и т. п.
Системы моделирования мира:
Системы моделирования мира: под этим названием советские семи­ологии объединяют мифы и легенды, теологические системы, которые создают единую картину, отражающую глобальное видение мира с позиций какого-либо сообщества 37.
Типология культур:
Типология культур: на этом разделе особо настаивает советская семиология (см., в частности, работы Ю. М. Лотмана 38). Семиология вносит свой вклад в изучении культуры, как в синхронном плане, так и в диахронном, преобразуя ее в самостоятельную семиотику. Любое филологическое исследование, к примеру, может прибегнуть к помо­щи типологии, обеспечивающей описание кодов, согласно которым та или иная культура строит конкретные сообщения. Конечно, типо­логия культур существовала и до расцвета семиологических интере­сов, но задача семиологического исследования состоит не столько в том, чтобы признать, что в средние века существовала такая вещь, как код рыцарского менталитета, сколько в том, чтобы описать этот код (пока что называемый так чисто метафорически) строго семиотичес­ки, введя его в круг прочих семиотик на основе правил преобразования39.
U. Eco, Le poetiche di Joyce, Milano, 1966 (2a ed).
37 Много указаний по этому поводу в "Strukt." и в "Simp.", и в других советских сборниках Назовем работу Иванова и Топорова о семиологической системе хеттов См. работу тех же авторов Славянские языковые моделирующие семиотические системы, Москва, 1965 г о мировоззрении древних славян. В работе рассматриваются разные уровни религиозной системы и вырабатывается перечень семантических универсалий, организованных в бинарные оппозиции, характерные для всех мифологий. (См. рецензия T. Todorov in "L'homme", april-giugno, 1966.).
38 J. Lotman Кроме уже названной работы Metodi esatti nella scienza letteraria sovietica cm. Problemes de la typologie des cultures, в "Inf. sur les sc. soc.", VI, 2/3 и работу о концепции географического пространства в русских средневековых текстах в сб. Труды по знаковым системам, II, Тарту,1965. (Кристева упоминает это в "Inf. sur les sc. soc., VI, 5). См также Sur la delimitation linguistique et litteraire de la notion de structure in "Linguistics", 6, 1964 (где, несмотря на заглавие, основная часть посвящена типологии культур).
39 К типологии культуры можно отнести также работу М. Фуко, "Слова и вещи", цит.
405
Модели социальной организации:
Модели социальной организации: типичным примером служат ис­следования по системам родства, но этот вопрос затрагивает также и глобальную организацию развитых обществ. Сюда относятся попыт­ки семиотической интерпретации марксизма. Это не столько дискуссии о приемлемости семиологических методов в марксизме 40 или дис­куссии о соотношении между структурным синхронным методом и историзмом, сколько в основном попытки семиотически интерпрети­ровать категории "капитала", как это сделал Росси-Ланди (в таком случае можно было бы говорить о "семиотике товара") 41.
XII. Эстетические коды и сообщения
Мы уже видели в А.2., каким образом семиология может способст­вовать решению проблем эстетики и как она может вдохнуть жизнь даже в такую специфическую дисциплину, каковой является поэти­ка 42. А теперь можно установить различие между семиологией, кото­рая занимается эстетикой по преимуществу для того, чтобы извлечь из анализа произведения искусства подтверждение собственным акси­омам, и семиологической эстетикой, т. e. эстетикой, изучающей искус­ство как коммуникативный процесс.
Если эстетика это философия, сосредоточивающая внимание на проблемах искусства и прекрасного, то сфера эстетического выходит за рамки семиологических интересов, и семиологическая эстетика это только одна из возможностей эстетики, хотя, безусловно, на сегодняш­ний день это одна из ее самых плодотворных возможностей. В то же время семиологический подход может быть весьма полезен и тому, кто рассматривает проблему искусства в других ее аспектах (онтология искусства, теория форм, теория творчества, отношения между искус­ством и природой, между искусством и обществом и т. п.).
В настоящее время семиология в известной мере возвращается к проблемам традиционной эстетики, пересматривая их в свете собст-
40 По этому поводу, кроме уже названных Шаффа и Резникова, см Henri Lefebvre, Le langage et la societe, Paris, 1966 В связи с дискуссией о структуализме в свете марксизма, достаточно близкого к феноменологическому подходу см Karel Kosic, Dialettica del concreto, Milano, 1965
41 Sul linguaggio verbale e non verbale, cit. См. также Il linguaggio come lavoro e come mercato, in "Nuova Corrente", 36, 1965, Lavorando all'omologia del produrre in "Nuovi Argomenti", 6, 1967, Per un uso marxiano di Wittgenstein, in "Nuovi Argomenti", I, 1966.
42 Понятно, что "поэтика" структуралистов вовсе не художественная программа таких итальянских эстетиков, как Парейсон или Анчески Но как семиологическому исследованию восстановить этот второй смысл "поэтики"? Изучая программу художника как код отправителя
406
венных идей. Структурные определения стиля не противоречат, на­пример, кантовской идее целесцобразности без цели, в то же время еще надлежит разобраться с функцией произведения искусства как канала связи, чтобы по-новому взглянуть на роль материала в искусстве и его влияние на процесс создания произведения. Канал как передатчик сигнала интересует семиологию только в случаях шумовых наруше­ний; если в сообщении могильной плиты мрамор служит только для того, чтобы предать ряд буквенных сигналов, причем коррозия, мох, патина времени выступают как шум, то в скульптуре такой канал, как камень, участвует в создании формы сообщения, определяя его дву­смысленность и разделяя его авторефлексивность, претворяя в сигнал, а стало быть, и в сообщение разные формы шума, которые начинают соозначать древность, классику и т. п. И то же самое можно сказать о канале "страница", который из чисто инструментального в желез­нодорожном расписании становится наисущественнейшим именно в качестве белого пространства в каком-нибудь тексте Малларме. Вероятно, тема канала, рассматриваемого как материал, должна быть включена в анализ нижних уровней эстетического сообщения — тех уровней, которые этим материалом и формируются в качестве суб­станции плана выражения (в ельмслевском смысле).
И точно так же должно быть пересмотрено двусмысленное понятие "средства", встречающееся в выражениях типа "художественные сред­ства", "средства массовой информации" или же в поливалентных удачных словосочетаниях вроде "средство — это сообщение"43. Здесь тоже можно надеяться на то, что эстетика постепенно переведет такое мифологическое понятие, как "средство", на язык семиотики, истол­ковав его как канал, сигнал, форму сообщения, кода и т. д.
XIII. Массовые коммуникации
Из всего сказанного явствует, что так или иначе проблемы семио­логии связаны с темой массовых коммуникаций. И надо заметить, что исторически это более тесные связи, чем кажется на первый взгляд.
Проследив за ходом событий, приведших к расширению интересов к семиологии во Франции и Германии, мы вынуждены будем при­знать, что оно оказалось напрямую связанным с развитием массовых коммуникаций. К этому следовало бы добавить, что проблематика массовых коммуникаций, родившая в социологических кругах, преж­де всего в Соединенных Штатах, и в кругах, связанных с социальной
43 См. нашу критику Маршалла Мак-Люэна в "Quindici", 5, 1967, и наше сообщение на конгрессе "Vision 67", опубликованное в "Marcatre", 37
407
философией Франкфуртской школы (Адорно, Хоркхаймер, Беньямин и др.), в конце концов потребовала семиологического обоснования своих принципов.
Действительно, если к средствам массовой коммуникации относят­ся кино, пресса, телевидение, радио, ротапринтные еженедельники, комиксы, реклама, различные виды пропаганды, легкая музыка, мас­совая литература, то встает вопрос, не является ли каждый из видов массовой коммуникации объектом конкретных исследований, и вооб­ще не заключаются ли исследования в области массовой коммуника­ции в применении метода какой-либо дисциплины (психологии, соци­ологии, педагогики, стилистики и т. д.) к одному из этих средств, к их техникам, к их воздействию.
С другой стороны, если до сих пор исследования массовых комму­никаций с предельной гибкостью пользовались самыми различными методами, то по крайней мере предмет исследования у них один.
Изучение массовых коммуникаций становится дисциплиной не тогда, когда с помощью какого-то метода анализируются техника или воздействие отдельно взятого жанра (детектив, комикс, шлягер, фильм), но тогда, когда обнаруживается, что у всех этих распростра­нившихся в индустриальном обществе жанров общая подкладка.
Действительно, теория и анализ массовых коммуникаций приме­нимы к разным их видам в той мере, в которой имеется:
1) общество индустриального типа, внешне достаточно сбаланси­рованное, но на деле насыщенное различиями и контрастами;
2) каналы коммуникации, обеспечивающие ее получение не каки­ми-то определенными группами, но неопределенным кругом адреса­тов, занимающих разное общественное положение;
3) группы производителей, вырабатывающих и выпускающих со­общения промышленным способом.
При наличии этих трех условий то разное, что есть в характере и воздействии таких способов коммуникации, как газета, кино, телеви­дение или комикс, отходит на второй план по сравнению с тем, что в них есть общего.
Можно с достаточной степенью глубины исследовать специфичес­кую технологию какого-либо средства массовой коммуникации, при­меняя при этом самые различные методы, и все же основной целью изучения массовых коммуникаций всегда будет освещение именно тех их аспектов, которые являются общими для всех массовых коммуни­каций.
Предмет исследования массовых коммуникаций оказывается еди­ным в той мере, в которой постулируется, что индустриализация средств коммуникации изменяет не только условия приема и отправки
408
сообщения, но — и на этом кажущемся парадоксе основана методика этих исследований — и сам смысл сообщения (т. e. тот блок значений, предположительно составляющих его неизменяемую часть, постольку так его задумал автор независимо от способов распространения).
Но если так точно определяется предмет исследования, то важно не менее точно определить и метод изучения массовых коммуникаций. При изучении массовых коммуникаций, когда сводится воедино раз­нородный материал, можно и нужно, опираясь на междисциплинар­ные связи, прибегать к разнообразным методам, от психологии до социологии и стилистики, но последовательно и целостно изучать эти явления можно только в том случае, когда теория и анализ массовых коммуникаций составляет один из разделов — причем наиболее важ­ных — общей семиологии 44.
XIV. Риторические и идеологические коды
Наконец, рассмотрение знакового поведения (коды и идиолекты) подводит нас к изучению явных и особенно неявных идеологий, этим поведением коннотируемых. В настоящее время выходят работы, по­священные языкам религии и богословия 45, в рамках изучения массо­вых коммуникаций осуществляются многочисленные исследования политического языка, а Жан Пьер Фе попытался демистифицировать язык Хайдеггера, выявляя в нем обороты, характерные для нацист­ской риторики 46; в это же время Маркузе приводит в качестве примера того, насколько активно занимается философия демистификацией репрессивного общества, анализ языка. Разумеется, это исследования другого типа, нежели английская аналитическая философия языка, изучающая язык, вырванный из исторических обстоятельств, делаю­щих его двусмысленным, противоречивым и проблематичным; по-ви­димому, Маркузе склонен рассматривать язык "изнутри", осущест­вляя что-то вроде герменевтической процедуры, об этом говорит его обращение к исследованиям типа работ Карла Крауса, который "по-
44 Здесь не приводится библиография по массовым коммуникациям, см ее в нашей работе Apocalittici e integrali Однако назовем три текста, в которых можно найти сведения о вкладе семиологов в науку о массовых коммуникациях Paolo Fabbri, Le comunicazioni di massa in Francia, in "Rassegna italiana di sociologia", I, 1966, Pier Paolo Giglioli, La sociologia delle comunicazioni di massa in Italia, там же, Gilberto Tinacci Mannelli, Le grandi comunicazioni. Universita di Firenze, 1966 (глава IV)
45 См., напр. J.A. Hutchinson, Language and Faith Studies in Sign, Symbol and Meaning, Philadelphia, 1963 D Crystal, Linguistic, Language and Religion, ?. ? , 1965
46 J.P. Faye, Langages totalitaires, in "Cahiers Int de Sociologie", XXXVI, 1964, 1 Кроме того, см он же Language of Politics, Studies in Quantitative Semantics, 1965
409
казал как "внутренний" анализ речи и письменных документов, пунк­туации и даже типографских ошибок может обнаружить целую мо­ральную и политическую систему" и что для такого анализа не нужен никакой метаязык. Но метаязык, против которого выступает Марку­зе, это совокупность логических правил, понимаемых неопозитивист­ски, это язык, конечной целью которого является тавтология. Напро­тив, Маркузе говорит о необходимости "металингвистической" опе­рации, которая могла бы перевести термины языка объекта в такую форму, которая показала бы его зависимость от предопределяющих обстоятельств и идеологий.
Его романтический настрой, крайний "морализм" и, в конечном счете, антинаучный эстетизм не дают ему увидеть разницы между тавтологической формализацией и познавательными моделями, которые, чтобы стать действенными, должны быть строгими, ибо только тогда можно перейти от праведного гнева к законному протесту.
И тогда маркузианский проект должен быть преобразован в предлагаемый нами, если верно сказанное ниже: "Какая-либо речь, газетная статья или даже сообщение частного лица изготав­ливаются индивидом, который является рупором (независимо от того, уполномочен он кем-либо на эту роль или нет) отдельной группы (профессиональной, территориальной, политической, ин­теллектуальной) в определенном обществе. У такой группы всегда есть свои ценности, цели, коды мышления (курсив наш) и поведения, которые — независимо от того, принимаются они или оспаривают­ся и в какой степени осознаются, — оказывают влияние на индиви­дуальную коммуникацию. Таким образом, эта последняя "индиви­дуализирует" надиндивидуальную систему значения, разговор о которой следует вести в иной плоскости, нежели разговор об инди­видуальной коммуникации, и тем не менее с нею пересекающейся. Такая надиндивидуальная система в свою очередь входит в состав более обширный области значения, сформированной и, как прави­ло, ограниченной той социальной системой, внутри которой зарож­дается коммуникация" 47.
47 Herbert Marcuse, L'uomo a una dimensione, Torino,, 1967, pagg. 205—211. В связи с изучением отношений между коммуникативными кодами, идеологией и рынком см. нашу попытку выявить три гомологических ряда повествовательной структуры, структуры коммерческого распределения и структуры идеологии автора в Парижских тайнах Сю, в работе Eugene Sue, Il socialismo e la consolazione, Milano, 1966. Позднее переработано в более точном методологической ракурсе в статье Rhetorique et ideologie dans "Les Mysteres de Paris" de Eugene Sue in "Rev int des sciences sociales", XIX, 4, 1967 Об отношениях повествовательной структуры и идеологических позиций см также наши работы "Il mito di Superman" и "Lettura di Steve Canyon" in Apocalittici e integrati, cit.
410
3. Границы семиологии и горизонты практики
I. В свете вышесказанного можно подумать, что семиологическая утопия, находясь на распутье между требованиями строгой формали­зации и фактом открытости конкретного исторического процесса, запутывается в противоречии, которое и делает ее неосуществимой.
Действительно, две темы являются сквозными для всей нашей книги:
а) с одной стороны, призыв к описанию отдельных семиотик как закрытых, строго структурированных систем, рассматриваемых в синхронном срезе;
б) с другой стороны, предложение коммуникативной модели "от­крытого" процесса, в котором сообщение меняется по мере того, как меняются коды, а использование тех или иных кодов диктуется идеологией и обстоятельствами, при этом вся знаковая система непрестан­но перестраивается на основе опыта декодификации и весь процесс предстает как поступательное движение семиозиса.
Но в действительности эти две стороны не противостоят друг другу, конкретный научный подход не исключает обобщенного фило­софского похода, один предполагает другой, тем самым определяясь в собственной значимости. Мы не можем оставлять без внимания процессуальный характер коммуникативных явлений. Мы видели, что игнорировать его означает потворствовать элегантным, но наив­ным утопиям. О какой стабильности структур и объективности офор­мляемых ими рядов означающих может идти речь, если в тот миг, когда мы определяем эти ряды, мы сами включены в движение и принимаем за окончательную всего лишь очередную фазу процесса. Построение коммуникативной модели открытого процесса предпола­гает общий взгляд на положение дел, некую тотальную перспективу универсума sub specie communicationis*, которая бы включала также и элементы, оказывающие влияние на коммуникацию, но не сводя­щиеся к ней и тем не менее предопределяющие способы коммуника­ции.
Но по сути, речь идет лишь о том, при каких условиях может возникать это целостное представление. Ведь любой дискурс, базиру­ющийся на целостном видении, рискует застрять на заявлениях обще-
411
го порядка, только бы не заниматься конкретным анализом, неизбеж­но нарушающим однородность картины. Так, тотальность видения остаётся только заявленной, и философия совершает свое обычное преступление, заключающееся в том, что, торопясь сказать все, она не говорит ничего. Если мы хотим узнать, что же на самом деле проис­ходит в процессе коммуникации, взятом как некая целостность, нужно снизойти к анализу фаз этого процесса. И тогда тотальность процесса, поначалу представшая как некая "открытая" перспектива, преобразится, распавшись на "закрытые" универсумы семиотик, вы­являемых в ходе этого процесса. Процесс "заявляется", но не верифи­цируется. Входящие в этот процесс семиотики, фиксируемые в какой-то определенный момент становления, верифицируются но не "заяв­ляются", т. e. они не гипостазируются в качестве окончательных имен­но потому, что сама идея процесса, сопутствующая научному иссле­дованию, удерживает ученого от философски опрометчивых шагов, столь же опрометчивых и столь же наивных, как у того, кто делал заявку на тотальность и не собирался верифицировать фазы.
Таким образом, формированию закрытых универсумов сопутству­ет осознание открытости процесса, вбирающего эти универсумы в себя и перекраивающего их; но сам этот процесс может быть выявлен только в виде последовательности закрытых и формализованных уни­версумов.
II.
Напомним, однако, что научное описание, завершающееся вы­страиванием кодов, а значит и скоординированных систем конвенций, на которых держится общество, вовсе не имеет следствием оправдание status quo. Против всякого изучения языковых узусов обычно выдвигают обвинение в том, что оно стремится свести мысль к одному единственно­му измерению, однозначному пониманию, исключающему двусмыслен­ность, оставляющему в тени то, что еще не сказано, но могло бы быть сказано, т. e. все возможное и противоречивое. В этом смысле коммуни­кативный анализ, ориентированный на ясность и удобопонятность при повседневном пользовании языком, может предстать — рискнем это сказать — некой охранительной и умиротворяющей техникой.
Но как уже говорилось, изучение кодов не ставит себе целью выявле­ние оптимальных условий интеграции, но нацелено на выявление усло­вий, при которых в какой-то определенный момент складывается социум общающихся между собой.
Однако коммуникативная цепочка предполагает диалектику код-сообщение, которую семиологическое исследование не только под­тверждает, но и непрерывно реализует в той мере, в какой оно наде­лено сознанием процессуальности. Поэтому семиология, создавая ма-
412
ленькие "системы", не может стать одной Системой. И поэтому в подзаголовке нашей книги говорится не о "семиологической систе­ме", а о "семиологическом исследовании". Ибо показать, что всякий коммуникативный акт уже подчинен какому-то коду и отражает сло­жившийся идеологический универсум, значит открыть дорогу новому коммуникативному акту, заставляющему код перестраиваться. Опе­ративный характер семиологического исследования не растворяется роковым образом в идеологии оперативизма, согласно которой имена наделены одним-единственным значением и это значение соответст­вует одному-единственному действию, осуществляемому одним-един­ственным способом и с одной-единственной целью.
Если "при всех своих скрупулезных исследованиях, тщательных разграничениях и стремлении высветить все неясности и разоблачить все двусмыленности неопозитивизм все же нимало не интересуется великой двусмысленностью и неясностью всего универсума опыта"48, то предлагаемая семиологическая перспектива старается обосновать именно эту процессуальность смысла, способствуя ее становлению и развитию там, где она оказывается продуктивной (так часто бывает плодотворным подозрение, что все, что кажется и говорится, не всегда соответствует действительности); впрочем, часто не менее полезно и обратное, а именно подыскание способов, как уменьшить двусмыс­ленность, ставшую техникой власти, сознательной мистификацией.
Таким образом, если техника лингвистического анализа способна оборачиваться техникой власти, когда "многомерный язык сведен к одномерному и его больше не пронизывают удерживаемые на рассто­янии разнообразные и противоречивые значения, а аккумулирован­ная историей взрывная сила значения претворяется в молчание" 49, то семиологическое исследование, учитывающее диалектику код-сооб­щение, непрерывное смещение (decalage) кодов, взаимосвязь универ­сумов риторики и идеологии, давление обстоятельств, определяющих выбор кодов и прочтение сообщений, фатально становится — и мы никогда не собирались этот скрывать — мотивированным, встра­ивающимся в определенную перспективу, необъективным, если под объективностью понимать полную постижимость заранее данной ис­тины, и тем самым возлагает на себя некую терапевтическую миссию, коль скоро "универсум обыденного языка неуклонно сжимается в тотально управляемый концептуализированный универсум"50.
48 Н. Marcuse, cit., pag. 195.
49 Ibidem, pag. 210.
50 Ibidem, pag. 211.
413
III.
Рассматривая закрытые семиотики в свете открытой модели, включая их в процессуальность, мы все больше отдавали предпочте­ние, по мере того как главы этой книги дополняли и поясняли друг друга, такому экстрасемиологическому фактору, как обстоятельства (A.1.VI.2.).
Неоднократно повторялось, что семиология побуждает нас не столько использовать текст, чтобы с его помощью понять контекст, сколько рассматривать контекст как структурный элемент текста, и связь, установленная нами между миром сигналов и миром идеоло­гий — семиологически опознаваемых только при переводе в коды, — показалась нам наиболее адекватной для характеристики взаимоот­ношений этих двух уровней опыта. При этом следует помнить, что то, что обычно называют контекстом (реальным, внешним, а не формаль­ным), включает в себя идеологии, о которых уже говорилось, и обсто­ятельства коммуникации. Идеологии претворяются в знаки и тем самым сообщаются, а если не сообщаются, значит, их нет. Но не все обстоятельства претворяются в знаки. Существует некая граница, за которой обстоятельства выпадают из круговорота кодов и сообще­ний и ждут своего часа, подстерегая нас. И это случается там и тогда, когда сообщение со всеми коннотациями, позволяющими восстано­вить его связь с исходными идеологиями и обстоятельствами, попада­ет не по назначению. И пока это "попадание не по назначению" не сделается нормой, и пока в число обстоятельств не войдут на правах узаконенных конвенций узнаваемые и сводимые воедино коды вос­приятия, обстоятельства будут нарушать жизнь знаков, выпадая в нерастворимый осадок.
В связи с этим в нашей книге обстоятельства все более представали как комплекс биологических фактов, как экономический контекст и всякого рода внешние влияния, которые неизменно обрамляют вся­кую коммуникацию. Мы бы даже могли сказать, что здесь дает о себе знать сама "реальность" (если позволить себе это двусмысленное вы­ражение), которая направляет и моделирует не независимый ход про­цессов означивания. Когда Алиса спрашивает: "Вопрос в том, мо­жешь ли ты сделать так, чтобы слова значили не то, что они значат?" Хампти-Дампти отвечает: "Вопрос в том, кто будет хозяином".
А коли так, то встает вопрос, способен ли процесс коммуникации повлиять на обстоятельства, в которых он осуществляется.
Опыт коммуникации, являющийся и опытом культуры, позволяет ответить на этот вопрос положительно в той мере, в какой обстоятель­ства, понимаемые как "реальная" основа коммуникации, все время трансформируются в знаки и посредством знаков же выявляются, оцениваются, оспариваются, между тем как коммуникация со своей
414
стороны как практика общения предопределяет поступки, в свою очередь изменяющие обстоятельства.
IV.
Но имеется еще одна сторона дела, с семиологической точки зрения более интересная, когда обстоятельства могут стать тем, на что преднамеренно направлена коммуникация. Если обстоятельства спо­собствуют выявлению кодов, с помощью которых осуществляется декодификация сообщений, то урок, преподанный семиологией, может заключаться в следующем: прежде чем изменять сообщения или устанавливать контроль над их источниками, следует изменить харак­тер коммуникативного процесса, воздействуя на обстоятельства, в которых получается сообщение.
И это и есть "революционная" сторона семиологического созна­ния, тем более важная, что в эпоху, когда массовые коммуникации часто оказываются инструментом власти, осуществляющей социаль­ный контроль посредством планирования сообщений, там, где невоз­можно поменять способы отправления или форму сообщений, всегда остается возможность изменить — этаким партизанским способом — обстоятельства, в которых адресаты избирают собственные коды про­чтения.
Знаки живут жизнью нестабильной, денотации и коннотации разъ­едаются коррозией под влиянием обстоятельств, лишающих знаки их первоначальной силы. Возьмем такой будоражащий общественное сознание пример, как рунический знак, ставший символом движения за ядерное разоружение, столь вызывающий в петлицах первых про­тивников гонки вооружений, но затем мало-помалу подвергавшийся новым коннотативным кодификациям в связи с тем, что он появился в мелких лавках, вплоть до превращения в шуточную вывеску сети супермаркетов вкупе с потребительским лозунгом: "будем покупать, а не воевать". И все же достаточно было при определенных обстоятель­ствах этому знаку вновь появиться на плакатах тех, кто выступал против призыва в армию для отправки на войну, как, по крайней мере в этих — и других аналогичных — обстоятельствах, знак перестал быть нейтральным, выхолощенным, вернув себе все внушающие опа­сения, устрашающие коннотации.
Всей этой грандиозной машине коммуникаций, ухитряющейся на­сыщать сообщения избыточностью, обеспечивая тем самым заплани­рованное их восприятие, можно противопоставить такую тактику декодификации, которая сама бы учреждала обстоятельства декодификаций, оставляя неизменным сообщение как значащую форму (впрочем, особых надежд на это возлагать не приходится, так как
415
подобная процедура равно служит как ниспровержению, так и под­держанию власти).
Если, с одной стороны, энергия семиологического сознания столь активна, что даже описательную дисциплину способна преобразить в проект действия, то, с другой стороны, рождается подозрение, что мир sub specie communications* это не весь мир, что это только хрупкая надстройка над чем-то, что подспудно коммуникации. Но эта хрупкая надстройка так сильно влияет на все наше поведение, что полагание ее способом нашего бытия-в-обстоятельствах вещь весьма существен­ная. Коммуникация охватывает всю сферу практической деятельнос­ти в том смысле, что сама практика это глобальная коммуникация, учреждающая культуру и, стало быть, общественные отношения Именно человек осваивает мир, и именно благодаря ему природа непрестанно превращается в культуру. Конечно, можно свести систе­мы действий к системам знаков, лишь бы отдельные системы знаков вписывались в общий глобальный контекст систем действий, состав­ляя одну из глав, не самую главную и не самую важную, практики как коммуникации.
Примечания
Введение
стр. 29: coram populo (лат.) — всенародно.
стр. 30: sub aliqua conditione (лат.) — при каком-то условии.
А.2.I.4. стр. 56: Лексикоды — соотв. итальянскому lessici.
A.4. стр. 98: У. Эко: il messigio persuasivo (убеждающее сообще­ние) с доминирующей эмотивной функцией. По Якобсону эмотив­ная функция связана с установкой на отправителя, она, в частности, передает его эмоциональное состояние, тогда как установке на ад­ресата с целью вызвать у него определенное состояние соответству­ет конативная функция.
Б.1.II.2. стр. 125: "ку-ка-ре-ку" соотв. ит. "ки-ки-ри-?u".
Б.5.IV.3. стр. 193: minus dicit quam significat (лат.) — меньше гово­рит, чем означает.
Б.5.IV.3. стр. 194: captatio benevolentiae (лат.) — заискивание рас­положения, завоевывание милости.
Б.5.IV.4. стр. 196: We regret to inform you that your son / husband / father (англ.) — Мы с сожалением сообщаем, что ваш сын /муж/ отец...
Г. 3.I.3. стр. 292: underlying competence as a system of generative processes (англ.) — основная способность как система порождающих процессов.
system of that can iterate to generate an indefinitely large number of structures (англ.) — система правил, которая может повторно порож­дать неопределенно большое число структур.
Г. 3.III.5. стр. 305: auctoritas (лат.) — авторитет.
Г. 5.II.2. стр. 330: exempla ficta (лат.) — постоянные примеры.
Г.6.VII.3. стр. 384: "возможно открыть, что Бога нет" — Эко имеет в виду слова Паскаля о необходимости жить так, словно Бог есть, а не так, словно Его нет, и цитирует текст Боккаччо, в котором говорится о том, что молва приписывала Гвидо Кавальканти, поэту и изобретателю "сладостного стиля", стремление отыскать доказа­тельство тому, что Бога нет, при этом Эко сопоставляет позицию Ка­вальканти с собственной установкой на отсутствие Структуры.
Д.3.I. стр. 411: sub specie communicationis (лат.) — с точки зрения коммуникации.
418
Именной указатель
Абернети Р., Abernathy R., 89
Авалле Д. С., Avalle D.S., 276, 280, 283
Адорно Т. В., Adorno T. W., 108, 408
Александер К., Alexander С., 254
Аллар М., Allard M., 370
Алонсо Д., Alonso D., 84
Альтюссер Л., Althusser L., 261, 365
Амио М., Amiot M., 354
Антал Л., Antal L., 49, 245
Антониони М., Antonioni M., 163,166
Анчески Л., Anceschi L., 283, 406
Апресян Ю. Д., Apresjan J. D., 402
Арган Дж. К., Argan G.C., 227,233, 236
Аристотель, 80, 99, 105, 177, 183, 215, 245, 263, 264, 277, 362, 371,
Арман, Arman, 174
Арнхейм Р., Arnheim R., 128
Ассунго Р., Assunto R., 236
Ауэрбах Э., Auerbach E., 84
Байер Р., Bayer R., 140
Балли Ш., Bally С., 54
Бальдингер К., Baidinger К., 51
Барбут М., Barbut M., 399
Баргини К., Barghini C., 81
Барилли Р., Barilli R., 99, 112
Барисон ?., Barison F., 394
Бароне Ф., Barone F., 393
Барт P., Barthes R., 4, 31, 33, 53, 54, 66, 73, 135, 154, 178, 180, 205, 227, 243, 271, 272, 282, 359, 376, 386, 401, 403, 404
Баттисти Э., Battisti E., 104
Бах Э., Bach E., 376
Бахтин М. М., Baichtin M. М., 404
Башляр Г., Bachelard G., 182
Бензе М., Bense M., 34, 52, 88, 209
Беньямин В., Benjamin W., 234, 237, 408
Бергсон ?., Bergson Н., 221
Берне Э., Berne E., 79
Бертен Ж., Bertin J., 399
Бертучелли Л., Bertucelli L., 394, 396
Беттетини Г., Bettetini G. F., 171,204, 233
Беттини С., Bettini S., 204, 233
Бёрдвистелл Р., Birdwhistell R., 164, 165, 395, 398
Бинсвангер Л., Binswanger L., 261
Бич У., Beach W., 404
Бланшо М., Blanchot M., 7, 337, 338, 339
Блумфилд Л., Bloomfield L., 49
Боббио Н., Bobbio N., 99
Богатырев П. Г., Bogatyrev P., 6, 400
Бодлер Ш., Baudelaire С., 81, 278, 391
Боккаччо Дж., Boccaccio G., 384
Бономи ?., Bonomi ?., 294, 296, 300
Бонсиепе Г., Bonsiepe G., 107, 178, 182
Бонтемпелли M., Bontempelli M., 182
Бор Н., Bohr N., 263
Борхес X. Л., Borges J. L., 401
Боско Н., Bosco N., 52
Боттеро М., Bottero M., 254
Боттичелли С., Botticelli S., 174
Браво Г. Л., Bravo G. L., 277
Брага Г., Braga G., 34
Бранди Ч., Brandi С., 204, 210, 284, 285
Браун P., Brown R., 375
Бремон К., Bremond C., 31, 154, 277, 370, 404
Брёндаль В., Brondal V., 58
419
Бриджмен ? , Bridgman P. , 290, 291
Броди У, Brodey W , 247
Брох ?, Broch Н, 104
Булез ? , Boulez ? , 272, 273, 307, 308
Буль Дж , Boole G , 41, 332, 334
Буркьелло, Burchiello, 111
Бюлер K , Buhler K , 4
Бютор М, Butor М , 272, 273
Вазоли K , Vasoli С , 99
Вайлати Дж , Vallati G ,399
Валезио ? , Valesio P , 142, 283
Валери ? , Valery ? , 337
Валь ?, Wahl F., 31
Ван Ден Берг, Van Den Berg J. Н., 261
Ван Дер Роэ М, Van Der Rohe М , 251
Ваттимо Дж, Vattimo G., 264, 344, 346, 347, 359
Веблен Т , Veblen T., 303
Вейнберг Ю., Weinberg J., 79
Вейнрих У., Wemrich U., 51
Винер Н , Wiener N , 42
Витгенштейн Л , Wittgenstein L , 79, 402
Волоцкая 3 М , Volockaja Z М , 396
Вулс, Wools, 173
Выготский Л С , Vygotsky L S , 375
Галилей Г , Galileo, 28, 319
Галио М , Galliot M , 180
Гамберини И , Gamberini I, 240, 241
Гарден Ж K Gardin J. С., 370
Гаррони Э , Garroni E , 5, 60, 75, 87
Гарэн Э , Garin E , 99
Гебзаттель фон ?.Э., Gebsattel von V.E., 261
Гегель Г.Ф.В., Hegel G W F , 339
Гельдерлин ? , Holderlin F , 20, 358
Гербнер Дж., Gerbner G., 111
Гильбо Г.T., Guilbaud G.T., 43
Гильо Ж., Guilhot J., 397
Гиро ?., Guiraud ?., 49, 56, 61
Гойя ?р., Goya F., 134
Гольдман Л , Goldmann L., 111, 270, 271
Гольдштейн К , Goldstein К , 261
Гомбрих Э., Gombrich E., 131, 132, 133
Гоффман Э., Goffman E., 390
Греммон М., Grammont М., 372
Грасси К., Grassi C., 181
Греготти В., Gregotti V., 31, 233 247, 248, 255
Греймас А.Ж., Greimas A.J., 61, 277, 389, 395, 400, 403, 404
Гринберг Дж., Greenberg J.Н., 292, 372
Гритти Ж., Gritti J., 404
Гросс М., Gross М., 399
Гудо-Перро А., Goudot-Perrot А., 34
Гульельми А., Guglielmi А., 112
Гульельми Г., Guglielmi G., 283
Гумбольдт фон В., Humboldt von W., 57
Гуссерль Э., Husserl E., 261, 288, 289, 351
Гуценхойзер ?., Guzenhauser R., 89
Гюго В., Hugo V., 193
Гюисманс И. K., Huysmans J. К., 219
Дандес А , Dundes A , 404
Де Бенедетти А., De Benedetti ?., 181
Де Брюен Э., De Bruyne E., 99
Девото ?., Devoto G., 90
Де Йорио А., De Jorio ?., 396
Де Кампос А., De Campos A., 89
Де Кампос X., De Campos Н., 89
Де Мауро Т., De Mauro Т., 35, 49, 52, 402
Делла Вольпе Г., Della Volpe G., 5, 80, 81, 91, 95
Де Робертис Г., De Robertis G., 282
Деррида Ж., Derrida J., 6, 18, 19, 21, 23, 283, 284, 285, 287, 297, 301, 337, 348-351, 355-359, 400
Де Фуско ?., De Fusco R., 106, 217, 231, 236
Джаковитти Б., Jacovitti В., 111, 134
420
Джаннелли Дж.Л., Giannelli G. L., 241
Джеймонат Л., Geymonat L., 50
Джойс Дж., Joyce J.,101
Джонс Дж., Johns J., 174
Джулиани А., Giuliani A., 112
Дзеви Б., Zevi ?., 31, 210, 245, 246
Диксон P., Dixon R., 399
Дильтей В., Dilthey W., 260
Дисней У., Disney W. 134
Долежал Л., Dolezel L., 85
Домье, Daumier Н., 104, 134
Дорсон ?.М., Dorson R.М., 85
Дорфлес Дж., Dorfles G., 204, 223, 233 240
Дубровский С., Doubrowsky S. 335, 338
Дюбуффе Ж , Dubuffet J., 173
Дюмезиль, Dumezil, 272, 321
Дюрер А., Durer A , 134
Дюркхейм Durkheim, 295
Ельмслев Л. Hjelmslev L , 19, 58. 62, 92, 260 267, 268, 273, 290, 291, 370, 377, 381, 387, 388
Женетт Ж , Genette G , 73, 100, 280, 281, 283, 337, 404
Заксль Ф., Saxl F., 104
Зарецкий А. И. , Zareckij А., 85
Зейтц ?., Seitz P., 144
Зихра А., Sychra A., 89
Золла Э. , Zolla E., 362
Иванов В.В., Ivanov V.V. , 373, 405
Ионеско Э., Ionesco E., 404
Калоджеро Г., Calogero G., 402
Кальболи Г., Calboli G., 377
Кальвези М., Calvesi М., 175
Кандзиани ?., Canziani F., 134
Кант И., Kant I., 276
Кантони ?., Cantoni R., 35, 108
Каплан А., Kaplan A., 87
Кардинер A., Kardiner A. , 35
Карнап ?., Carnap R., 50, 79, 402
Карньелло Д., Cargnello D., 261
Карпинская O.I.Karpinskaja O.G., 404
Карузо П., Caruso ?., 248 267, 359
Кассирер Э., Cassirer Н., 261
Кастаньотто У., Castagnotto U., 181, 182
Катц Дж.А., Katz J.?., 403
Кениг Дж.К., Koeaig G.K., 208, 209, 210, 211, 215, 230, 233, 240
Килпатрик Дж.?., Kilpatrick J.P., 381
Клукхон ? , Kluckhohn С , 35
Коке Ж.К., Coquet J.С., 403
Колмогоров А.Н., Kolmogorov ?.?., 92
Колридж С.Т., Coleridge S.T., 260
Кондратов А.М., Kondratov A.М., 92
Констебль Дж., Constable J., 131, 132
Контини Дж ?., Contini G. F. , 278, 282
Коржибски А., Korzybski A., 593
Коперник Н., Kopernik N , 28
Корти М., Corti М., 31, 247, 277, 278, 280, 283
Kocеpиy Э., Coseriu E , 51
Косик К., Kosic K., 406
Кребер А.Л., Kroeber A.L. , 260
Кремпен М., Krampen М., 144
Крехенбюль Д., Kraehenbuehl D. 89
Кржижановский Ю., Krzyzanowski J., 400
Кристева Ю., Kristeva J., 399, 400, 404, 405
Кристел Д., Crystal D., 409
Кройцер ?., Kreuzer H. 89
Кроче Б., Croce В., 78, 94, 394, 402
Куайн У.В.О., Quine W.V.О., 49, 50
Кунc Э., Coons E., 89
Кури ?., Curi F., 112
Курциус Э.?., Curtius E.R., 99
421
Ла Барр У. La Barre W., 92, 393, 395, 396, 398, 399
Лакан Ж., Lacan J., 7, 8, 9, 17, 20, 65, 68, 69, 73, 106, 227, 261, 262, 289, 305, 323, 326, 329, 330, 332, 333, 334-337, 339 343, 344, 345-347, 349, 350, 355-359, 365
Лаланд A., Lalande A., 260
Лало Ш., Lalo C., 261
Лангер С., Langer S , 204, 261
Ланглебен М.М., Langleben М.М., 398
Лапланш Ж., Laplanche J., 335
Ле Бон С., Le Bon S., 354
Левин С., Levin S. 81, 378
Левинас Э., Levinas E., 339
Леви-Строс К., Levi-Strauss С , 6, 11, 24, 59, 65, 81, 145, 146, 148, 172, 175, 224, 244, 248, 262, 264, 267, 272, 273, 275, 276, 277, 278, 289, 290, 293-300, 301-305, 307, 308, 309, 311, 312, 313, 315, 316, 318, 320, 323, 326, 328, 329, 332, 339, 355, 356, 357, 369, 392, 403, 404
Леер ?., Laere F., 68
Лейбниц Г.В., Leibniz G., 13, 14, 15, 400
Лекой де ла Марш ? А , Lecoy de la Marche R A, 219
Ле Корбюзье , Le Corbusier, 217, 242, 256
Ленин В.И., Lenin V I, 50
Леннеберг Э., Lenneberg E.Н., 318
Лентен А., Lentin A., 399
Лефевр А., Lefebvre Н., 261, 406
Линцбах Ю., Linzbach J., 399
Линч К., Lynch K., 217, 252
Липски Г., Lepschy G., 34, 41, 59, 388
Лихтенштейн ?., Lichtenstein R., 175, 222, 224
Локк Дж., Locke J., 385
Лотман Ю.М., Lotman J., 89, 405
Луллий ?., Lullius R., 400
Лунсбери ?.?., Lounsbury F.G., 402, 403
Луччи К., Lucci C., 241
Лэндер., Landar Н., 234
Майенова М.?., Mayenowa М.R., 89
Макканьяни Дж., Maccagnani G., 394
Мак-Кеон ?., McKeon R., 99
Мак-Коун Л А., McQuown. l ?., 393
Мак-Люэн М., McLuhan М. 400, 407
Максвелл, Maxwell, 43

<< Пред. стр.

страница 9
(всего 10)

ОГЛАВЛЕНИЕ

След. стр. >>

Copyright © Design by: Sunlight webdesign