LINEBURG


<< Пред. стр.

страница 11
(всего 15)

ОГЛАВЛЕНИЕ

След. стр. >>


Другими словами, "социальная энтропия и ее ключевое понятие социальный порядок" сводятся, по сути, к общественному порядку. Такое понимание порядка лишь формально совпадает с синергетическим, и попытки представить это как новое слово в обществознании, в частности, в социологии, лишь уводят в сторону от рассмотрения явлений общественной жизни по существу.

Нужно ли говорить о том, что представление автора об энтропии в приведенном рассуждении не выражает самой сути этого понятия, да еще и прямо экстраполировано на социальность.

Во главу угла ставится социальное целеполагание, из чего следует вполне логичное продолжение: "Социальное управление есть инструмент установления социального порядка" [2]. Далее следуют новации из синергетического арсенала: "Механизм его (социального порядка. - В. Е.) установления позволяет определить синергетические концепции самоорганизации. Ее стержень составляет идея динамической неустойчивости, неравновесности системы открытого типа. Ее равновесие рассматривается как частный случай, как момент существования системы. Равновесие относительно, неравновесие - абсолютно. В любой системе действуют два противоположных начала - "создающее" и "размывающее" порядок".

1 Аверин Ю. Обновление концепции социального управления в контексте современного научного знания // Социология на пороге XXI века. - М., 1999. - С. 231.
2 Там же. - С. 232.

204


...Определяющим фактором развития становятся флуктации, случайные отклонения от нормального состояния [1].

А объясняется это тем, что необходимость и случайность как факторы развития общества уравниваются в правах. В состоянии относительного равновесия определяющим фактором выступает необходимость, а в состоянии неравновесия - случайность" [2].

В основе разграничения созидающего и размывающего процессов лежат, по сути, юридические акты и правовые предписания, а следовательно, в основу общественной жизни кладется субъективный фактор.

Из всего этого следует рекомендация о том, что "социальное управление не должно быть настолько "жестким", чтобы сильными воздействиями подавлять все "размывающие" процессы... Важнейшей функцией социального управления становится поддержание в обществе необходимого соотношения между "создающими" и "размывающими" процессами. Это означает, что в нем должны существовать достаточно большие зоны социальной самоорганизации, не подверженные прямому воздействию субъекта управления. Эти зоны есть питательная среда для социальных флуктуации и механизм развития способности людей к самоорганизации, к развитию социального порядка" [3] (выделено мной. - В. Е.).

1 Аверин Ю. Обновление концепции социального управления в контексте современного научного знания // Социология на пороге XXI века. - М., 1999. - С. 232.
2 Там же.
3 Там же.- С. 237.


Поэтому дело сводится к необходимости слабого резонансного воздействия на объект управления.

Еще один пример того, как в социологическом анализе за модной терминологией теряется смысл рассматриваемых общественных процессов и явлений.

Ключевая точка зрения, вытекающая из новой парадигмы эволюционизма, считают А. Субетто и С. Григорьев, связана со становлением системной генетики, а на ее базе социальной генетики и эволюционной социологии.

205

"Системогенетика, - пишут они, - раскрывая меха-низм действия комплекса системогенетических законов в эволюции любых систем (законов системного наследования, инвариантности и цикличности развития, дуальности управления и организации систем, генерохронии и системного времени или неравномерности развития любого целого, спирального развития, необходимого разнообразия системогенофонда, спиральной фрактальности системного времени или обобщенного (?! - В. Е.) закона Геккеля и др. фактически определяет "внутренние механизмы" действия любой системной эволюции. Важным здесь (выделено мной. - В, Е.) является то, что системогенетика по отношению к рефлексивному миру приобретает содержание рефлексосистемогенетики (из текста это никак не следует. - В. Е.), позволяющей глубже осмыслить роль рефлексии в социальной детерминации и механизмах "социальной генетики на базе общественного интеллекта"...

Социальная рефлексосистемогенетика (уже социальная. - В. Е.), показывающая возможности рефлексивноциклического управления социальным развитием со стороны общественного интеллекта, фактически привносит в пространство социологии новую, неклассическую гносеологию, включающую в себя "теорию наблюдателя". Новый неклассический эволюционизм... придает новый смысл антропным принципам, в которых теперь уже отражается закономерность эволюционного становления человека-наблюдателя (как закон интеллектуализации космической материи) и необходимость расширения "принципов деятельности" до масштабов корректировки любых знаний через систему рефлексии по поводу общественной природы наблюдателя. Появляется... "теория относительности гносеологии, которая приобретает особое значение по отношению... к социологии" [1] (выделено мной. - В. Е.).

1 Суббето А., Григорьев С. О внутренней линии генезиса неклассичности социологии - социогенетики // Социология на пороге XXI века. - М., 1999. - С. 71-72.


Итак, из награмождения так называемых системогенетических законов важным является то, что из них не следует, а именно то, что системогенетика по сути заменяется в своем исходном значении рефлексосистемогенетикой, что, в свою очередь, выдвигает рефлексию на определяющее место в "социальной детерминации", а это лежит в основе управления социальным развитием со стороны общественного интеллекта.


206

Подмена тезиса здесь используется для того, чтобы поставить "на научную основу" субъективизм, как мировоззренческий принцип.

Но авторы не ограничиваются этим. Они вторгаются и в заповедное поле собственно философии, когда под видом новой, неклассической гносеологии, включающей в себя "теорию наблюдателя", расширяют субъективизм до масштабов корректировки любых знаний, на основании чего сама гносеология объявляется относительной, то есть субъективизм не только отрывается от познавательной способности человека, но и ставится впереди ее.

И этого подтекста не отменяет выдвинутое авторами положение об эволюции человека-наблюдателя как законе интеллектуализации космической материи, представлении столь же далеком от истины, как и сам антропный принцип, с которым они его связывают. А коль скоро все это имеет особое значение (а по тексту даже является прерогативой) по отношению к социологии, дела ее явно плохи - ибо она таким подходом дальше других не только естественных, но и общественных наук отодвигается от объективной реальности.











3. На пути к созданию теории открытого общества
3.1. Тектология А. А. Богданова

Теоретическая база открытого общества разрабатывалась и в рамках тектологии - всеобщей организационной науки, название и основные понятия которой в 1913 году были предложены А. А. Богдановым. К их числу относятся: 1) приоритет целого над частями, центростремительных тенденций над центробежными; 2) относительная самостоятельность каждого элемента организации и обязательное выполнение им функций, необходимых для существования организации в целом; 3) конъюгация (сотрудничество, общение) - первичный момент, порождающий возникновение, изменение, развитие и разрушение организационных форм; 4) ингрессия - соединение элементов системы посредством вводных комплексов; 5) дезингрессия - нейтрализация соединительных активностей; 6) подвижное равновесие - обмен веществом и энергией между

207

системой и внешней средой; 7) возрастание активности комплекса и изменение соотношения между ассимиляцией и дизассимиляцией; 8) достижение относительной устойчивости равномерным распределением активностей между элементами целого; устойчивость целого зависит от наименьших сопротивлений всех его частей; 9) всякое системное восхождение заключает в себе тенденцию развития, направленную к дополнительным связям, там, где она не выдерживается, существуют пункты пониженного сопротивления; 10) явление агрессии - концентрации активности; 11) разделительные и кооперативные процессы, интеграции и дезинтеграции, иерархия элементов структуры в пределах организации.

Впоследствии эти принципы были использованы в кибернетике и синергетике.

Понятие организации как внутренней упорядоченности, взаимосвязи и взаимодействия элементов системы, или частей целого, обусловленное их строением, а также совокупностью процессов или действий, ведущих к образованию и совершенствованию взаимосвязей между частями целого, было выработано в условиях господства классической механистической научной парадигмы и применялось для характеристики закрытых систем с присущей им обратимостью, равновесностью и жестким детерминизмом.

Мировоззренческий подход с позиций организации и организационной науки уже не соответствует современной научной картине мира, в центре которой находится открытый мир с присущей ему необратимостью, нелинейностью, неравновесностью, нестабильностью, индетерминизмом природных процессов. Ключевым понятием здесь является самоорганизация.

Попытка А. А. Богданова подойти к анализу с позиций современной ему научной картины мира встретила резкую критику со стороны В. И. Ленина. В. И. Ленин писал: "Богданов занимается вовсе не марксистским исследованием, а переодеванием уже раньше добытых этим исследованием результатов в наряд биологической и энергетической терминологии. Вся эта попытка от начала до конца никуда не годится, ибо применение понятий "подбора", "ассимиляции и дезассимиляции" энергии, энергетического баланса и проч. и т.п. в применении к области общественных наук есть пустая фраза. На деле никакого исследования общественных явлений, никакого уяснения метода общественных наук нельзя дать при помощи этих понятий" [1].

208

Сегодня ясно, что то научное и философское знание, которое стремился освоить Богданов, отражало дух времени, выходило за рамки классических представлений, соответствовало квантово-релятивистскому пониманию физической реальности, а следовательно, и прогрессивному направлению ее философского осмысления.

Прямолинейное объяснение социальной жизни действием природных закономерностей, бесспорно, несостоятельно. Однако попытки рассматривать социальные явления вне связи с современной научной картиной мира и даже в отрыве от нее, да еще и выдавать это за признак хорошего тона в философии, ничуть не лучше.











3.2. Открытое общество К. Поппера

Понятия открытого и закрытого общества были введены К. Поппером в связи с критикой историцистского подхода. Смысл его состоит в том, что "история управляется особыми историческими или эволюционными законами, и открытие их дает возможность пророчествовать о предопределенной человеку судьбе" [2].

С этих позиций человек рассматривается как пешка, а главными действующими лицами на сцене истории являются "либо Великие нации и их Великие вожди, либо Великие классы, либо Великие идеи". Задача состоит в том, чтобы открыть законы исторического развития и на этой основе предвидеть будущее.

"Бескомпромиссный и последовательный историцизм утверждает, что человек не может изменить законы исторического предназначения, даже если он и открыл их" [3]. Однако сам К. Поппер, рассматривая общество как открытую систему, находился в плену классического представления о природе как закрытой системе, о ее законах как естественных, вечных, неизменных.

"...Закон природы, - считает он, - описывает жесткую неизменную регулярность... Закон природы неизменен и не допускает исключений" [4]. А поскольку "в общественных науках также существуют естественно-истори-

1 Ленин В. И. Поли. собр. соч. - Т. 18. - С. 348.
2 Поппер К. Открытое общество и его враги. - Т. I. - М., 1992. - С. 38.
3 Там же. - С. 53.
4 Там же. - С. 91-92.

209

ческие законы, которые мы будем называть "социологическими законами" [1], логично предположить, что и их он наделяет теми же характеристиками, что и законы природы.

Действительно, если общество управляется естественными, неизменными законами, то вся суть дела - в заданной идеологической позиции, которая на свой лад трактует их сущность и действие: в основе независимый частный собственник или подавляющее эту независимость общество (государство). Отсюда все, кто стоял за ограничение частной суверенности индивида начиная от Платона, независимо от оттенков, рассматриваются как ретрограды, покушающиеся на святая святых. Причем не принимаются во внимание ни исторические условия, ни мера этого ограничения.

Больше того, такая позиция теоретически исключает не только государственное ограничение индивидуализма, но и его ограничение как таковое. А если принять во внимание, что он базируется на обособлении материального интереса, на господстве материальных ценностей, - это означает увековечивание такого состояния, углубление социальной дифференциации.

Правда, К. Поппер, как бы заранее предполагая возможность таких упреков, пишет: "Говоря о социологических законах, или о естественных законах общественной жизни, я имею в виду не гипотетические законы эволюции,.. хотя если такие регулярности исторического развития на самом деле существуют, то, несомненно, они должны относиться к категории социологических законов. Я говорю и не о законах "человеческой природы", то есть не о психологических и социопсихологических регулярностях человеческого поведения. Я имею в виду законы, которыми оперируют современные экономические теории... Социологические законы связаны с функционированием социальных институтов и играют в нашей общественной жизни роль, аналогичную той, которую в механике играет, скажем, принцип рычага... Подобно механизмам, им требуется умный присмотр со стороны тех, кто понимает, как они действуют" [2] (выделено мной. - В. Е.).

1 Попер К. Открытое общество и его враги. - Т. I. - М., 1992. - С. 97.
2 Там же. - С. 102.

210

Если за исходное принимается экономика, с ее объективными законами, определяющими общественное развитие, то действия отдельных лиц уже в исходном пункте анализа приобретают такой характер, а следовательно, строго детерминированный характер приобретает и вся система, как имеющая начало и конец, прошлое и будущее.

Раскрывая свое понимание противоположности индивидуализма и коллективизма, К. Поппер ссылается на Платона: "Бытие возникает не ради тебя, а наоборот, ты ради него". Из этого он делает вывод, что, "по Платону, единственной альтернативой коллективизму является эгоизм. Он просто отождествляет всякий альтруизм с коллективизмом, и всякий индивидуализм с эгоизмом" [1].

Платон утверждает, что военная дисциплина должна господствовать в обществе и в мирное время. "Самое главное здесь следующее, - пишет он. - Никто никогда не должен оставаться без начальника - ни мужчины, ни женщины... Пусть человеческая душа приобретет навык совершенно не уметь делать что-либо отдельно от других людей и даже не понимать, как это возможно... безначалие должно быть изъято из жизни всех людей и даже животных, подвластных людям". В этих фрагментах из "Законов" Платон обнаруживает вид "вульгарного понимания коллективизма, который не может не вызвать справедливого отвращения".

Ему К. Поппер противопоставляет "объединенный с альтруизмом индивидуализм", который стал основой западной цивилизации. Это ядро христианства, а также всех этических учений, получивших развитие в цивилизации и ускоривших ее прогресс. Это и категорический императив Канта ("Всегда относись к другому человеку как к цели, а не как к простому средству достижения своих целей"). "Ни одна другая мысль не оказала такого мощного влияния на нравственное развитие человечества" [2], - пишет он.

К. Поппер подчеркивает гуманизм своего понимания индивидуализма, его духовное начало. Больше того, он прямо выводит его из природы человека. "Природа человека такова, пишет К. Поппер, что люди по крайней мере некоторые из них не могут жить одним лишь хлебом насущным, но стремятся к высшим духовным идеалам. Таким образом, мы можем вывести подлинные естественные цели человека из его подлинной природы, а она духовна и социальна" [3].

1 Попер К. Указ. соч. - С. 139.
2 Там же. - С. 140-141.
3 Там же. - С. 108.

211

И все же, несмотря на пафос и высокий нравственный смысл этого утверждения, оно представляется с философской и социологической точек зрения недостаточно последовательным, а потому и убедительным. Как известно, К. Поппер считает наиболее совершенным и прогрессивно реформируемым социальной инженерией лишь капиталистическое общество, то есть общество, основанное на господстве материальных ценностей, в его законченном виде. Стремление людей к высшим духовным идеалам в этом случае относится к сфере нравственности, в отрыве от экономики и политики. Оказывается, что "подлинная духовная природа" человека и связанная с ней социальность не определяют сегодня, да и в принципе не могут определять, характер общественно-экономической жизни, раз они связываются с обществом, основанным на господстве материальных ценностей.


"Для Платона, - пишет далее К. Поппер, - существует лишь один окончательный критерий - интерес государства. Важно, кто выражает этот интерес государства "как всеобщий". Из этого вытекает "принцип руководства". Он исходит из того, что "пока люди остаются людьми, не может быть абсолютной и неограниченной политической власти... Даже самый могущественный тиран зависит от своей секретной полиции, от своих приспешников и палачей. Такая зависимость показывает, что, как бы ни была сильна его власть, она не является неконтролируемой, и он должен идти на уступки, натравливая одну сторону на другую..." [1].

К. Поппер делает вывод о необходимости институционального контроля над правителями. "Мне кажется, - утверждает К. Поппер, - что правители редко поднимались над средним уровнем как в нравственном, так и в интеллектуальном отношении, и часто даже не достигали его... По-моему, было бы безумием основывать все наши политические действия на слабой надежде, что мы сможем найти превосходных или хотя бы компетентных правителей" [2].

1 Попер. К. Указ. соч. - С. 162.
2 Там же. - С. 163.


Кроме того, нужно иметь в виду, что трудно найти человека, которого бы не испортила власть. Как говорит лорд Эктон, всякая власть развращает, а абсолютная власть развращает абсолютно.

212

К. Поппер считает, что альтернативная этому теория демократического управления основывается не на учении о доброте и справедливости правления большинства, а на представлении о низости тирании. Точнее, она опирается на решение или на согласие избегать тирании и оказывать ей сопротивление.

Извечный конфликт между общественным и индивидуальным Платон замыкает на государстве, власти и ее представителях, предполагая с их помощью добиться его преодоления. К. Поппер стоит на противоположных позициях, защищающих индивидуализм как подход, исходящий из естественной природы человека, которая в своих лучших проявлениях подавляется обществом и государством.

Единственным рациональным и "методологически безупречным", по мнению Поппера, выходом является постепенная, поэтапная инженерия, которую он противопоставляет платоновскому утопическому подходу. Суть ее в использовании метода частных социальных решений, который позволяет использовать "разум, а не страсти и насилие", достигая разумного компромисса и улучшая политическую ситуацию с помощью демократических методов. Напротив, утопическая попытка создания идеального государства "требует сильной централизованной власти и, как правило, ведет к диктатуре".

"Утопическая инженерия претендует на рациональное планирование всего общества, хотя мы вовсе не располагали эмпирическим знанием, необходимым для того, чтобы реализовать это честолюбивое намерение, так как не обладаем достаточным практическим опытом в такого рода планировании, а предвидение социальных фактов должно основываться именно на таком опыте. В настоящее время просто не существует социологического знания, необходимого для крупномасштабной инженерии" [1]. К. Поппер отмечает, что в этих условиях постановка социального эксперимента по построению социализма в рамках целого, пусть даже небольшого государства, не оправдана.

1 Указ. соч. - С. 204.


Однако и метод постепенных социальных преобразований имеет свои погрешности и не является методологически безупречным, как считает К. Поппер. Во-первых, он не учитывает того, что для истории характерны не только постепенные, но и революционные социальные изменения. Во-вторых, постепенные преобразования он связывает с капиталистическим обществом как закрытой системой.

213

В результате открытое общество К. Поппера оказывается ограниченным господством материальных ценностей, существенно не связанным с "подлинными целями человека", вытекающими из его "подлинной природы", то есть с духовными ценностями.

В главе десятой книги "Открытое общество и его враги" он пишет: "в дальнейшем... племенное или коллективистское общество мы будем именовать закрытым обществом, а общество, в котором индивидуумы вынуждены принимать личные решения, открытым обществом" [1]. И далее: "Возможность рациональной рефлексии по поводу встающих перед человеком проблем вот что составляет коренное различие этих двух типов обществ" [2].

Из приведенных утверждений ясно, что их автор справедливо отдает предпочтение открытому обществу, основанному на личной ответственности, перед закрытым обществом, в котором такая ответственность отсутствует. Но это различие, согласно Попперу, представляет собой содержание исторического процесса, как такового, а не его определенной стадии.

Открытое общество рассматривается как исторически конечная, то есть закрытая система. Личная инициатива и личная ответственность, характерные для открытого общества, представляют большую ценность по сравнению со своими антиподами. Но к чему они ведут, что представляет собой общество, в основе которого лежат эти ценности?

К. Поппер пишет: "...Наши современные открытые общества функционируют в основном при помощи абстрактных отношений таких, как обмен или кооперация. Необходимо подчеркнуть, что анализом именно абстрактных отношений главным образом и занимаются современные социальные теории, например, экономические теории" [3].

1 Указ. соч. - С. 218.
2 Там же. -С 217-218.
3 Там же.


Получается, что автор увековечивает эти абстрактные отношения, равно и материальные ценности, как определяющие. А где же тогда место человеку, его духовному потенциалу? В рамках абстрактных отношений духовное начало человека является производным и всецело зависимым от материальных условий. Если таким представить идеал или лучший тип общественного устройства, то чело-вечество ждет безрадостная перспектива.

214

Противопоставление индивидуализма и коллективизма у Поппера носит абсолютный характер. Он превращает частнособственническую форму индивидуализма в универсальную и противопоставляет ее коллективизму как таковому. В простой, классической форме это не вызывает возражения. Но распространять ее на все известные и будущие* формы общественного устройства представляется некорректным упрощением. Конкретно-исторические общественные отношения всегда богаче этой простой схемы, и чем дальше, тем больше они усложняются. Поэтому сегодня уже трудно, а иногда и практически невозможно все реальные общественные формы, прежде всего экономические, свести к индивидуальным или коллективным, частным и общественным.











3.3. "Расширенный порядок человеческого сотрудничества" Ф. Хайека

Ф. Хайек ввел для обозначения современной цивилизации новый термин - "расширенный порядок человеческого сотрудничества".

Ключевая для "расширенного порядка" проблема - это проблема координации знаний, рассредоточенных в обществе с развитым разделением труда среди бесчисленного множества индивидов. Концепция рынка как механизма аккумуляции рассеянного знания является крупнейшим научным открытием Ф. Хайека, которым он влил новые силы в экономический либерализм. В экономических процессах определяющая роль принадлежит личностным, неявным знаниям, специфической информации о местных условиях и особых обстоятельствах. Такие знания воплощаются в разнообразных конкретных умениях, навыках и привычках, которыми их носитель пользуется, порой даже не сознавая этого. Их первостепенное значение отменяет сциентистский предрассудок, сводящий любое знание исключительно к научному, теоретическому знанию.

Рынок представляет собой особое информационное устройство, механизм выявления, передачи и взаимосогласования рассеянных в обществе знаний. Он обеспечивает их лучшую координацию и более полное использование по сравнению с централизованным плановым руководством.

215

В условиях расширенного порядка сотрудничества индивид располагает защищаемой законом сферой частной жизни, в пределах которой он вправе самостоятельно принимать любые решения на свой собственный страх и риск, причем как положительные, так и отрицательные последствия его действий будут сказываться непосредственно на нем самом. Он поэтому заинтересован в учете всей доступной ему информации и может использовать свои конкретные знания и способности в максимально полной мере.

Взаимосогласование разрозненных индивидуальных решений обеспечивается с помощью ценового механизма. Цены выступают как носители абстрактной информации об общем состоянии системы. Они подсказывают рыночным агентам, какие из доступных им технологий и ресурсов (включая их "человеческий капитал") имеют наибольшую относительную ценность, а значит, куда им следует направить усилия, чтобы добиться лучших результатов. Подобный синтез абстрактной ценовой информации с конкретной личностной информацией позволяет каждому человеку "вписываться" в общий порядок, координируя свои знания со знаниями людей, о существовании которых он чаще всего даже не подозревает. Рыночная конкуренция оказывается, таким образом, процедурой по выявлению, координированию и применению неявного личностного знания, рассеянного среди миллионов индивидуальных агентов.

В рамках же централизованного планирования огромная масса информации оказывается невостребованной, а координация - чрезвычайно неэффективной. Поэтому централизованная экономика обречена на расчетный, или калькуляционный хаос.

Ф. Хайек считает, что только с помощью конкуренции можно достигнуть подлинной координации. Легко контролировать или планировать несложную ситуацию, когда один человек или орган в состоянии учесть все существенные факторы. Но если таких факторов становится настолько много, что их невозможно ни учесть, ни интегрировать в единой картине, тогда единственным выходом является децентрализация. А децентрализация сразу же влечет за собой проблему координации, причем такой, которая оставляет за автономными предприятиями право строить деятельность в соответствии с только им известными обстоятельствами и одновременно согласовывать свои планы с планами других. И так как децентрализация была продиктована невозможностью учитывать многочисленные факторы, зависящие от решений, принимаемых боль-

216

шим числом различных участников процесса, то координация по необходимости должна быть не "сознательным контролем", а системой мер, обеспечивающих индивида информацией, которая нужна для согласования его действий с действиями других. А поскольку никакой мыслимый центр не в состоянии всегда быть в курсе всех обстоятельств постоянно меняющегося спроса и предложения на различные товары и оперативно доводить эту информацию до сведения заинтересованных сторон, нужен какой-то механизм; автоматически регистрирующий все существенные последствия индивидуальных действий и выражающий их в универсальной форме, которая одновременно была бы и результатом прошлых, и ориентиром для будущих индивидуальных решений.











3.4. Развитие Д. Соросом представления об открытом обществе

Дж. Сорос идет гораздо дальше Джеймса Бьюкенена (лауреата Нобелевской премии за 1986 год, автора "Теории общественного выбора"), считающего, что "экономическая теория по сути своей индивидуалистична - следовательно, нет смысла привносить в нее концепцию общественных целей" [1].

Определяющее мировоззренческое влияние на взгляды Д. Сороса оказала теория открытого общества К. Поппера. Однако концепция "открытого общества" Поппера исходит из принципов рыночного фундаментализма, отрицание которых декларирует Сорос.



Открытость, по мнению Дж. Сороса, означает исходное несовершенство общества, и лишь капитализм обладает неограниченной способностью совершенствовать его.

Для этого Дж. Сорос выдвигает свою концепцию рефлексивности, противостоящую современной экономической науке, покоящейся на вытекающей из ньютоновской физики теории равновесия [2]. Он нигде не ссылается на неклассическую и особенно постнеклассическую науку, но охотно заимствует и уместно применяет их выводы и положения. Это как раз и отличает его от других теоретиков-экономистов, которые не владеют современными достижениями науки и философии.

1 Бьюкенен Джеймс. Соч. // Перевод с англ. - М., 1997. - С. 20.
2 "При попытках описать изменения макроэкономического масштаба анализ равновесия оказывается абсолютно несостоятельным. Ничто не является столь далеким от реальности, как допущение, что участники основываются в своих решениях на совершенном знании. Люди на ощупь пытаются предугадать будущее с помощью любых возможных ориентиров. Результат, как правило, отличен от ожиданий, что ведет к постоянному изменению ожиданий и к постоянно меняющимся результатам. Процесс является рефлексивным (Сорос Дж. Алхимия финансов. - М., 1996- - С. 54).

217


"Я, - пишет Сорос, - подхожу к мировому капитализму как к незавершенной и искаженной форме открытого общества" [1]. "..После распада советской системы открытое общество с акцентом на свободу, демократию, главенство закона в значительной степени потеряло привлекательность... Капитализм, опирающийся исключительно на рыночные силы, представляет другую опасность открытому обществу ...Рыночный фундаментализм представляет сегодня большую опасность для открытого общества, чем тоталитарная идеология" [2] (выделено мной. - В. Е.).

"Существует двусторонняя связь между настоящими решениями и будущими событиями, эту связь я называю рефлексивностью. Это двустороннее рефлексивное общение между тем, что участники ожидают, и тем, что происходит на самом деле, является основным моментом для понимания всех экономических, политических и общественных явлений" [3].

Если так, то это подрывает сами основы рынка, или по крайней мере до неузнаваемости трансформирует их. "Рыночные силы, если им предоставить полную власть, даже в чисто экономических и финансовых вопросах вызывают хаос и в конечном итоге могут привести к падению мировой системы капитализма. Это - мой самый важный вывод в данной книге" [4], - пишет Дж. Сорос.

1 Сорос Дж. Кризис мирового капитализма. - М., 1999. - С. XV.
2 Там же. - C. XVII-XXI.
3 Там же. - С. ХХ-ХХI.
4 Гол же. - С. XXIII.


Сорос приходит и к еще более важному выводу: "Мы вновь оказываемся перед лицом опасности сделать неверные выводы из уроков истории. На этот раз опасность исходит не от коммунизма, а от рыночного фундаментализма. Коммунизм отменил рыночный механизм и ввел коллективный контроль над всеми видами экономической деятельности. Рыночный фундаментализм стремится отменить механизм коллективного принятия решений и ввести главенство рыночных ценностей над политическими и общественными. Обе эти крайние точки зрения - ошибочны. На самом деле нам нужен правильный баланс между политикой и рынками, между созданием правил и игрой по этим правилам" [1].

1 Сорос Дж. Кризис мирового капитализма. - М., 1999. - С. XXIV.


218

Открытость национальных экономик должна была бы завершиться открытостью мировой экономики. Однако Соединенные Штаты Америки, которые, оставшись единственной сверхдержавой, не желают считаться ни с какими теоретическими положениями, в том числе и теми, которые "работают" на них, в частности, с понятием открытого общества и открытой экономики. А либеральные идеологи, в том числе и Сорос, не мыслят современного мира без руководства со стороны Соединенных Штатов Америки. Именно для этого "суверенитет государств должен быть подчинен международному праву и международным институтам".

Сорос выступает за то, чтобы дальше трансформировать и совершенствовать капитализм, лечить его болезни, преодолевать несовершенство. И средством этого он видит коллективные решения на мировой арене, исходящие от международных экономических организаций, построенных по типу политических национальных образований - нынешних суверенных государств. Другими словами, он, как и его оппоненты, отождествляет экономические отношения с рыночными и предполагает политическую альтернативу в виде чего-то похожего на всемирное государство и его наднациональные органы.

Исходя из представления о тождестве экономических и рыночных отношений, Сорос рассматривает систему фундаментальных ценностей как данность, не подлежащую изменениям, а открытое общество как единственно правильное общество. Исключением является то, что он считает неправомерным распространение рыночного подхода и рыночных ценностей на "нерыночный сектор", под которым он понимает "коллективные интересы общества", и поэтому характеризует рыночный фундаментализм как "идеологический империализм".

Империализм идеологический, однако, немыслим без империализма экономического. Превращение США в единственную сверхдержаву, реализующую свои интересы в ущерб всем остальным, чем дальше, тем больше сопровождалось отрывом сферы обращения от сферы производства, укреплением позиций доллара как мировой валюты на основе плавающего курса, введенного Никсоном, и на этой основе бурным ростом финансово-валютного пузыря в системе мировых хозяйственных связей.

219

Современная международная банковская система поражена своеобразной раковой опухолью. Помимо риска потенциальных убытков, отраженного в собственных балансовых отчетах, банки занимаются покупкой иностранной валюты в обмен на национальную, с последующим ее выкупом, операциями с производными ценными бумагами на межбанковском рынке, то есть между собой и клиентами. Эти операции не отражаются в балансовых отчетах банков. Они постоянно соотносятся с состоянием рынка, и любая разница между себестоимостью и рыночной стоимостью компенсируется переводом наличных средств. Масштабы рынков Свопа, форвардных и производных бумаг, - огромные суммы, с которыми совершаются операции, во много раз превышают капитал, реально используемый в коммерческой деятельности. Операции образуют цепочку со многими посредниками, каждый из которых имеет обязательства перед своими партнерами и не знает того, кто еще вовлечен.

Эта система пережила сильное потрясение после развала банковской системы ряда азиатских и латиноамериканских стран, а также России. В итоге на пороге серьезнейшего кризиса оказались и США. Ведь безразмерно раздутый финансовый пузырь рано или поздно должен лопнуть. Последствия этого никто не может предсказать. Единовременно будут выведены из обращения десятки трлн. долларов. Такого еще не было в практике международных финансово-валютных отношений. Развал мировой финансовой системы неминуемо будет сопровождаться развалом и всей системы международной торговли. Как тут не задуматься о судьбах открытого общества!

Сорос предчувствует, что мировая капиталистическая система не выдержит нынешнего испытания. "Я предсказываю неминуемый распад системы мирового капитализма" [1], - пишет Дж. Сорос.

1 Сорос Дж. Указ. соч. - С. 113.

220

Однако, выступая против рыночного фундаментализма, он имеет в виду не сами эти ценности, то есть частную собственность, свободный обмен, рыночную конкуренцию, а необходимость найти наиболее эффективные средства их сохранения и использования, особенно в сфере мировых финансов и межгосударственных валютных отношений. Он просто видит дальше других сторонников капиталистической системы, в том числе направляющих политику ведущих стран Запада, и прежде всего США, предупреждает об угрозе самому существованию мирового капитализма и сам активно борется за сохранение либеральных ценностей.

Его действия отмечает точный экономический и политический расчет, и это нужно иметь в виду, не только оценивая его практическую деятельность, но и читая его книги.

Это относится, прежде всего, к России. Теперь уже не стесняясь Сорос признает, что через Фонд "Открытое общество", который был создан в 1979 году, он был "тесно вовлечен в процесс дезинтеграции советского общества" [1]. (NB - в этой связи стоит задуматься над тем, какой смысл вкладывает Сорос в понятие открытого общества).

1 Сорос Дж. Указ. соч. - С. 8.


В результате демократических преобразований 90-х годов Россия открыла себя и сделалась частью мирового экономического сообщества, что как альтернативу закрытости и неразрывно связанному с ней тоталитарному режиму можно было только приветствовать. Однако следование идее открытого общества поставило Россию в зависимость от США и международных финансовых организаций, от состояния мировых финансов, происходящих в них неподконтрольных государствам и международным организациям стихийных разрушительных процессов. С этим была связана внутренняя макроэкономическая политика, которая в конце концов и привела к "черному августу" 1998 года.

Монетаризм - это не просто и не только рыночная система международных экономических связей, а прежде всего - политика экономической экспансии на базе доллара как мировой валюты. Попытки представить дело таким образом, что всякое проявление экономической самостоятельности - это изоляционизм, выходящий за рамки рыночных отношений, - типичная идеологическая подтасовка, призванная оправдать экономическую политику и практику развитых стран, и прежде всего США, реализацию их экономических интересов. Сейчас мировая финансово-валютная система находится на грани развала, и привели ее к такому состоянию стихийно-рыночные закономерности, а отнюдь не развитие экономической самостоятельности стран, входивших ранее в долларовую зону.

221

Запад сегодня официально признает, что российская экономика разрушена. Но рассчитывать на то, что чья-то помощь спасет страну, нереально в принципе. По некоторым подсчетам, для подъема экономики России необходимо не менее 4 трлн. долларов. Таких средств нам никто никогда не даст. Значит выход один: необходимо рассчитывать на свои силы и возможности, на собственные ресурсы. К такому выводу приходят сегодня многие исследователи, да и политики тоже.

На апрельской сессии 2001 года МВФ и ВБ в Вашингтоне Россия заявила о прекращении обращения в эти международные организации с просьбой о предоставлении кредитов. У нашей страны нет никакого другого серьезного способа осуществления реформ, кроме как рассчитанного на собственные, внутренние силы.

Возникает вопрос: будет ли это движением к закрытости экономики и общества? Думается, что нет, ибо самостоятельность и закрытость - неоднопорядковые понятия.

Самостоятельность - это и есть открытость в условиях тотальной закрытости, являющейся основой рынка и покоящейся на частной собственности. Открытость - это и есть экономическая свобода, которая никак и никогда не может быть достигнута путем привязки национальной экономики к иностранной валюте.

Главное, что сделает экономический курс "новым курсом", - это дедолларизация экономики, введение жесточайшего валютного контроля, предполагающего ограничение конвертируемости национальной валюты обслуживанием внешнеторговых операций.

Переход на регулирование внутреннего экономического оборота на основе национальной валюты - основополагающий принцип "нового курса". Следующий резерв: контроль над денежным обращением.

Многочисленные оценки денежной системы России можно свести к тому, что сегодня она состоит из 10% рублевой зоны, 30% - долларовой, 60% - бартер и денежные суррогаты. Государство контролирует, да и то относительно, лишь рублевую зону, все остальное находится вне его влияния.

222

Без установления (или восстановления) монополии национальной валюты не может быть развития экономики на собственной основе.

Как добиться того, чтобы только рубль обслуживал товарооборот, чтобы работать с ним стало выгоднее, чем с долларом?

Одни предлагают "вкачать в Россию деньги перегретой финансами Америки, но не политизированные средства МВФ и Всемирного банка". Другие думают о деньгах частных вкладчиков. Деньги есть в зарубежных банках и в оффшорных зонах. Важный источник - долги государства населению. Восстановление рубля как национальной валюты, без административно вводимой дедолларизации, невозможно. Поскольку экономики и сами судьбы отдельных стран в современных условиях в решающей степени зависят от состояния мирового финансового рынка, это как общий принцип не может не иметь отношения и к России.

Дж. Сорос считает, что "Россия бросилась из одной крайности, жестко закрытого общества, - в другую крайность - общество, не подчиняющееся законам капитализма. Резкость перехода мог бы смягчить свободный мир, если бы он... был действительно привержен идеалам свободного общества. Самая всепроникающая и закрытая социальная система из когда-либо существовавших в мире распалась, и никакая другая система не заняла ее место. В конечном счете из хаоса постепенно начал возникать порядок, но, к сожалению, он слабо напоминал открытое общество" [1].

"Ростки нового экономического строя - это... разновидность капитализма, но разновидность довольно странная,.. (которую) вполне можно охарактеризовать как грабительский капитализм, поскольку наиболее действенный путь накопления частного капитала в исходном моменте, близком к нулю, заключается в присвоении государственных активов" [2] (выделено мной. - В. Е.). Сорос считает, что "связь между капитализмом и демократией в лучшем случае незначительная... Международные банки и многонациональные корпорации зачастую чувствуют себя более комфортно с сильным автократическим режимом" [3]. Они и в позиции России и ее руководства уважают лишь готовность следовать в форватере интересов и тех людей, которые готовы это делать, не считаясь ни с чем.

1 Сорос Дж. Указ. соч. - С. 167-168.
2 Там же. - С. 168-169.
3 Там же. - С. 121.

223


Демократизацию и рыночные реформы в России осуществлял слой, далекий по генезису, культуре и психологии от заявленных ценностей, да и от интересов народа. Его абсолютные приоритеты: господство и собственность.

Правительство США российские дела рассматривало и рассматривает только через призму своих интересов, и для него спасение утопающего-дело рук самого утопающего, а правительство России, попав в ловушку рыночного фун - даментализма, так разбалансировало экономику в ходе так называемых реформ, что не может и подумать о самостоятельной экономической политике.

В том случае, когда российские власти проводят экономическую политику, отвечающую интересам США (что означает в конечном счете превращение России в сырьевой придаток, третьеразрядную страну), это так или иначе до сих пор устраивало обе стороны. Однако когда дело пришло к логическому концу, то есть Россия пришла к экономическому краху, - относиться к ней как к равному партнеру даже внешне и по форме потеряло всякий смысл.

И тогда российские власти, проводившие эту самую проамериканскую политику, были разрекламированы на весь мир как коррумпированные, а российское государство - как гангстерское.

Но стоит ли на этом основании поднимать вопрос о том, что это является "шагом к изоляции России", установлением "железного занавеса", "холодной войной"? Здесь явно поменялись местами первичное и вторичное, причина и следствие. Никакой это не "железный занавес" и не "холодная война". Это продолжение Штатами той же политики, которую, пока их не затронули, одобряли российские "реформаторы". Просто они ведут себя по законам рынка и свободной конкуренции и добивают поверженного противника. То ли еще будет, если мы не вспомним о своем национальном достоинстве и громогласно не заявим об этом!

Для этого необходимо менять экономический курс, поставив во главу угла национальные интересы России, и в соответствии с этим выстраивать экономические и социальные приоритеты. Нужно четко поставить вопрос о реальной национальной экономике, приоритете национальных интересов, дедолларизации российской экономики.

224

Отмена конвертируемости рубля по текущим операциям должна явиться начальной стадией дедолларизации российской экономики и преодоления инвалютного монетаризма. Помимо чисто экономического оздоровления, этот шаг необходим для развития экономики России в русле ее национальных интересов. Дедолларизация явится важнейшим средством снижения социальной напряженности и предотвращения социального взрыва, серьезной преградой на пути распространения международного терроризма. Без этого нельзя предотвратить растущий сепаратизм регионов (особенно национальных), ведущий к неминуемому развалу федеративного государства. Если внутренний экономический оборот будет осуществляться на базе национальной валюты, в значительной мере потеряет остроту и вопрос о частной собственности на землю и ее купле-продаже, ибо земля в этом случае остается национальным достоянием независимо от смены собственника.

Решение насущных экономических задач предполагает новое качество самого государства.

Итак, концепция открытого общества от К. Поппера к Дж. Соросу претерпела существенные изменения: от отождествления его с капитализмом как рыночным фундаментализмом - до отрицания последнего и требования общественного (со стороны наднациональных организаций) регулирования для предотвращения краха мирового капитализма. А значит, в рамках экономического фундаментализма, как в рыночной, так и планово-централизованной формах, открытое общество не может не только быть построено, но и смоделировано.








225




4. Становление информационного общества
4.1. Развитие фондового рынка и процесс экономической глобализации

С появлением первых банкнот возник новый уровень обмена - фондовый. Первая фондовая биржа была открыта в Амстердаме в XVII веке. Промышленная революция подняла процесс обмена на более высокий уровень. К концу XIX века на биржах всего мира - особенно на нью-йорской Уолл-Стрит - брокеры ежедневно покупали и продавали миллионы акций, что принципиально изменило природу образования капитала. Товарная биржа трансформировалась - благодаря информационной революции - во фьючерсную товарную биржу, на которой брокеры начали спекулировать информацией о товарах, а не самими товарами.

К началу XX века фондовые и фьючерсные биржи в основном сформировались, поэтому уже происходило создание новых форм и инструментов инвестирования капитала и расширение инвестиционной базы. Сейчас 100 млн. частных лиц в США владеют таким количеством акций, паев и опционов, что они вполне могли бы считаться держателями контрольных пакетов по отношению к институциональным инвесторам. И это только часть глобального феномена: каждый день мировая финансовая система пропускает через себя более 1,5 трлн. долл. - в десять раз больше, чем так называемая реальная экономика.

В конце XX века была создана биржа нового типа: NASDAQ, которая специализируется на акциях компаний, разрабатывающих новые технологии. NASDAQ пользуется массивными базами данных и высокоскоростными системами связи и по сути представляет собой фондовую биржу, но оперирующую только данными, без традиционной торговой площадки и рабочих мест брокеров.

Новая мера стоимости - интеллектуальный капитал как система измерения - включает в себя более широкий круг объектов: она применима не только к коммерческим предприятиям, но и к правительственным и некоммерческим организациям. Неизбежно возникновение новой системы обмена, в которой будет использоваться эта мера стоимости.

Возникновение интеллектуального капитала вполне закономерно, ибо только он пригоден для оценки современного производства. Эксперты ЮНЕСКО подсчитали, что на долю США приходится более 65% потока информации, циркулирующей в каналах коммуникаций всего мира.

Но спекуляции фиктивным капиталом осуществляются в отрыве от материального производства, что неизбежно ведет к развалу мировой финансовой системы. Уже в 1998 г. ежедневный объем мировой торговли физическими товарами составлял 12 млрд. долларов, а объем финансовых сделок - 420 млрд. долларов. Такого нагромождения до сих пор не знала мировая финансовая система.

226

С 1986 по 1994 гг. мировой рынок дериватов (вторичных ценных бумаг) вырос с 1,1 трлн. долл. до более чем 45 трлн., то есть среднегодовой темп его роста составляет 59%. Это и представляет основу грядущего в ближайшем будущем мирового финансового кризиса.

13 июля 2000 г. "Би-Би-Си" сообщило, что А. Гринспен выступил с предостережением в связи с тем, что в ближайшее время не исключены финансовые потрясения, аналогичные азиатскому кризису 1998 года. Нечто подобное было озвучено им в связи с итогами президентских выборов в начале 2001 года.









<< Пред. стр.

страница 11
(всего 15)

ОГЛАВЛЕНИЕ

След. стр. >>

Copyright © Design by: Sunlight webdesign