LINEBURG


<< Пред. стр.

страница 6
(всего 39)

ОГЛАВЛЕНИЕ

След. стр. >>

начинает с анализа и критики сенсуалистического учения
Локка. В своей основе юмовская и берклианская системы
сходны, т.е. обе они исходят из самых общих эмпирических
предпосылок, однако выводы делаются противоположные.
Если локковская система была в основном реалистическая, то
берклианская философия - идеалистическая. Локк разделял
все качества предметов на первичные и вторичные. первым
он относил протяженность, вес и т.д., ко вторым - те
Качества, которые зависят от первых. Беркли же считает, что
все ячества являются вторичными, полагая, что и первичные
качества имеют тот же характер, что и вторичные, ибо такие
качества, как протяжение, не являются объективными, а
зависят от нашего восприятия, сознания. Так, он говорит, что
величина предметов - это не нечто объективное, а
определяется тем, что предмет нам кажется то большим, то
маленьким. Т.е. величина предметов - это результат нашего
опытного заключения, которое опирается на органы чувств.
Таким образом, существование вторичных и первичных
качеств обусловлено нашим восприятием.
Так же Беркли рассуждает и при рассмотрении
понятия материи. По Локку, мы путем абстракции, т.е.
отвлечения от предметов общих черт и признаков, приходим
к понятию материи как таковой. Таким же образом мы
приходим и к понятию пространства. Беркли пытается
доказать, что мы не в состоянии прийти к понятию материи
таким способом, аргументируя при этом так же, как и в
отношении первичных и вторичных качеств. Он полагает, что
существование абстрактно общих идей невозможно, так как
при восприятии в нашем уме возникает конкретное
впечатление, конкретный образ, но не может быть никакой
общей идеи. Т.е. если мы воспринимаем треугольник, то это
конкретный треугольник, а не какой-то абстрактный, не
обладающий специфическими чертами. Таким же образом,
согласно Беркли, невозможно образовать абстрактные общие
идеи человека, движения и т.д. "Точно так же, - пишет он, -
для меня невозможно составить абстрактную идею движения,
отличную от движущегося тела, - движения, которое ни
быстро, ни медленно, ни криволинейно, ни прямолинейно, и
то же самое может быть сказано о всех прочих абстрактных
идеях" [Соч. М., 1978. С. 157-158]. Абстрактные идеи Беркли
рассматривал как обман слов.
Тем самым он и не признавал существования понятия
материи как абстрактной идеи, материи как таковой. Он
полагал, что понятие материи "заключает в себе
противоречие", является "наиболее абстрактной и
непонятной из всех идей" [Соч. С. 178]. Поэтому он считал,
что необходимо навсегда изгнать понятие материи из
употребления. "Отрицание ее не принесет никакого ущерба
остальному роду человеческому, который... никогда не
заметит ее отсутствия. Атеисту действительно нужен этот
призрак пустого имени, чтобы обосновать свое безбожие, а
философы найдут, может быть, что лишились сильного
повода для пустословия" [Соч. С. 186].
Из этих своих рассуждений он переходил к отрицанию
объективного существования вещей. Так как существование
качеств вещей обусловлено нашим восприятием, а
субстанция - это носитель свойств, качеств, то значит все
вещи и предметы окружающего мира, которые образуются из
свойств, являются лишь восприятиями наших органов чувств.
Для Беркли "быть - значит быть воспринимаемым" (esse est
percipi).
Таким образом, считая, что существовать - это быть
воспринимаемым, Беркли отрицает существование
объективного мира. Но этот вывод означает солипсизм, т.е.
существование одного человека, для которого мир
существует только тогда, когда он его воспринимает. Однако
Беркли категорически отрицает обвинения в солипсизме, так
как изложенные взгляды резко противоречили здравому
смыслу. Он заявляет, что не отрицает "существования
ничего, что мы можем воспринимать посредством чувства
или размышления". Он также говорит, что не сомневается
"даже малейшим образом в том, что реально существуют
вещи, которые вижу своими глазами и которых касаюсь
своими руками" [Соч. С. 186]. Беркли лишь отрицает
существование такого понятия, как материя в философском
понимании.
Обвинения в солипсизме Беркли также пытается
отвергнуть посредством следующих рассуждений. Он
утверждает, что вещи продолжают существовать в силу
того, что в тот момент, когда мы их не воспринимаем, их
воспринимает другой человек. "Следовательно, когда
говорится, что тела не существуют вне духа, то следует
разуметь последний не как тот или другой единичный дух,
но как всю совокупность духов. Поэтому из
вышеизложенных принципов не следует, что тела должны
мгновенно уничтожаться и создаваться вновь или вообще
вовсе не существовали в промежутки времени между
нашими восприятиями их" [Соч. С. 192-193].
Беркли, с одной стороны, утверждает, что вещи, или
идеи, по его терминологии, не существуют, с другой - что
они продолжают существовать в нашей мысли, потому что
они воспринимаются Богом. Он писал: "Есть дух, который во
всякий момент вызывает во мне все те чувственные
впечатления, которые я воспринимаю. А из разнообразия,
порядка и особенностей их я заключаю, что творец их
безмерно мудр, могуч и благ" [Соч. С. 306].
Свою религиозную позицию Беркли проводил и в
области естественнонаучных идей. Отвергая механическое
понимание причинности, которое было распространено в то
время, он писал: "Во-первых ясно, что философы зря
стараются, если они ищут некие естественно действующие
причины, иные, чем некая мысль или дух. Во-вторых, если
мы считаем все, что сотворено, произведением мудрого и
доброго Творца, то было бы лучше для философов, чтобы
они занимались (вопреки тому, что некоторые
провозглашают) конкретными причинами вещей, и
действительно не знаю, почему бы выдвижение различных
целей, к которым вещи в природе предопределены и для
которых они были с самого начала с невыразимой мудростью
сотворены, не должно считать лучшим способом, как
объяснить их". Кроме того, Беркли выступал против
открытого Ньютоном и -Лейбницем дифференциального
исчисления.
Воззрения Беркли критиковались во все времена и
со всех сторон представителями различных философских
направлений, так как солипсическая установка автора
представляла благодатную почву для опровержений. В то
же время защитников Беркли было много, и они есть и по
сей день. Беркли всегда останется примером
идеалистического истолкования философских проблем.

Боэций
Аниций Манлий Торкват Северин Боэций (ок. 480-
524) - один из последних крупных философов поздней
античности.
В V-VI веках Западная Римская империя прекратила
свое существование. В 493 г. король остготов Теодорих
захватил Северную Италию и образовал остготское
государство, что способствовало стабильной политической
обстановке в этом районе и привело также к оживлению
экономической ситуации. Получила развитие культура. В
этих условиях и протекала деятельность Боэция. Он занимал
при Теодорихе значительные государственные посты, стал
консулом в Равенне. Но это возвышение закончилось
падением. После обвинения в предательских связях с
Византией был заключен в тюрьму и казнен. "Последний
римлянин", как его называли, прожил недолгую жизнь -
всего около 45 лет, - но сумел сделать очень много для
развития философии, его идеи служат своего рода мостом,
соединяющим наследство античности с западноевропейским
средневековьем.
Боэцию принадлежит большое литературное
наследство. Им написаны труды: "О музыке", "О святой
Троице" (где он выступает против арианства), "О
католической вере", "Утешение философией" (написанное в
тюрьме перед казнью). Боэций много сделал в области
переводов с греческого языка на латинский произведений
греческих философов и ученых. Он перевел логические
труды Аристотеля "Об истолковании" и "Категории" с
"Введением" Порфирия (которое в литературе часто
упоминается под древнегреческим названием "Исагога");
первые четыре (из тринадцати) книги Евклида, правда без
доказательств, что значительно снизило научный уровень
последующей средневековой науки- "Основания
арифметики" Никомаха. Эти переводы сыграли свою
значительную роль в распространении философии и
образованности в средневековье. Порфирий во Введении к
"Категориям" Аристотеля обращает внимание на проблему
соотношения общего и единичного и их существования -
существуют ли они самостоятельно или только в мыслях.
Боэций дает свой комментарий на эти положения Порфирия
в духе Аристотеля: общее возникает в уме на основе тех
общих свойств, которые присутствуют в единичных вещах.
Эта проблема соотношения общего и отдельного благодаря
произведениям Боэция стала предметом тщательного
исследования в средневековой философии.
Основное произведение Боэция, принесшее ему
всемирную известность - "Утешение философией". В нем он
пытается решить проблему совмещения свободы воли с
промыслом Бога. С одной стороны, если Бог все предвидит,
то свободы воли не существует. С другой - свобода человека,
его воли все-таки существует, а это подрывает способность
Бога проникать в мрак будущего. Это видимое противоречие
Боэций объясняет тем, что знание Богом наших будущих
действий, их предвидение, не является необходимой
причиной этих самых действий.
В своей книге Боэций наставляет читателя, чтобы он
уклонялся от зла, свое сердце устремлял к добродетели, а ум
- к истине.

Бруно
Джордано Бруно (1548-1600) - итальянский философ,
во взглядах которого философская мысль эпохи
Возрождения нашла свое полное выражение. Родился в
небольшом городке Нола вблизи Неаполя. В 17 лет вступил в
орден доминиканцев, где ему дали монашеское имя
Джордано. Уже тогда он проявил свои сомнения в некоторых
религиозных догматах, что вызвало преследование со
стороны религиозных властей. Бруно был вынужден бежать
в Женеву. Затем жил в Париже и Лондоне. Уже в это время
он написал и опубликовал свои первые произведения: "О
тенях идей" "Пир на пепле", "О причинах, начале и едином",
"Изгнание торжествующего зверя", "О героическом
энтузиазме" и др., в которых излагает свои основные взгляды
по вопросам онтологии, теории познания и этики.
Его лекции и выступления на диспутах против
схоластических положений и религиозных канонов вызвали
враждебное отношение среди философов-схоластов и
богословов, что заставило его переехать из Англии во
Францию, а затем в Германию. Он странствовал из города в
город, читая лекции в различных университетах. В Германии
публикует свои следующие философские сочинения: "О
монаде, числе и фигуре", "О безмерном и неисчислимых", "О
тройном наименьшем и мере".
Бруно возвращается на родину в Италию и поселяется
в Венеции. Вскоре он был обвинен в ереси и заключен в
тюрьму (1592). В 1600 г. состоялся суд инквизиции,
приговоривший Бруно, не отрекшегося от своих воззрений, к
сожжению на костре; что и произошло на Поле цветов в
Риме.
Отличительной чертой философских взглядов Бруно
являлся его пантеизм. Он "расссматривал окружающий нас
мир как единый, в котором материя и форма слиты вместе.
Вселенная, по Бруно, едина, бесконечна и неподвижна. В ней
происходят постоянные изменения и движения, но в целом
она не двигается, ибо наполняет все вокруг нас. Вселенная
представляет собой совпадение Бога и природы, материи и
формы, единства и множественности. Идея Единого
пронизывает все основные положения философии Бруно.
Единое для Бруно - это одновременно сущность бытия и
форма его существования. Единое - это такая категория,
которая, по Бруно, объясняет все в мире - и его
изменчивость, и его постоянство. Все противоречия и
противоположности объяснимы тем, что Вселенная едина.
Бруно писал: "И так как все формы находятся в нем
(Едином), то, следовательно, к нему приложимы все
определения и благодаря этому противоречащие суждения
оказываются истинными" [Диалоги. М., 1949. С. 282].
Бруно подчеркивает, что во Вселенной духовная и
телесная субстанции имеют одно бытие, один корень.
Материю Бруно рассматривает как то начало, которое
"производит формы из своего лона. Материя должна быть
названа божественной вещью и наилучшей родительницей,
породительницей и матерью естественных вещей, а также
всей природы и субстанции" [Там же. С. 267]. Материя
обладает, тем самым, свойством божественности" она
"свидетельствует о себе, что представляет собой богиню
(подобие Бога), ибо она - беспричинная причина". Этим
Бруно отвергал идею творения и обусловленности природы
Богом как внешнего источника ее существования. Таким
образом, Бруно стоял на позициях радикального пантеизма.
Материю Бруно рассматривал как состоящую из
атомов, следуя в этом отношении за античными атомистами.
Все в природе, согласно Бруно, состоит из неделимых частиц,
атомов, которые определяют единство всех вещей.
Атомистическое понимание природы Бруно формулирует в
виде концепции минимума: в мире не существует ничего,
кроме минимума, который определяет все в мире, весь
максимум. В минимуме заключена вся сила, а потому он
представляет собой максимум вещей. Минимум определяет
максимум подобно тому, как в способности одной искры
содержится возможность всего огня. Абсолютный минимум
во Вселенной - это атом, в математике - точка, в сфере
метафизики - монада. Минимум или монада образуют все то,
что определяют максимум и целое. В монаде отражаются все
свойства природы.
Здесь Бруно стоит на позициях диалектического
совпадения противоположностей. "Кто хочет познать
наибольшие тайны природы, -пишет он, - пусть
рассматривает и наблюдает минимумы и максимумы
противоречий и противоположностей" [Там же. С. 291]. В
своей диалектике Бруно идет вслед за Николаем Кузанским,
но распространяет эту диалектику на всю природу.
Согласно Бруно, вся Вселенная одушевлена, ей
присуще внутреннее жизненное начало, которое он называет
"мировой душой": "Сколь бы незначительной и малейшей ни
была вещь, она имеет в себе часть духовной субстанции,
каковая, если находит субъект, стремится стать растением,
стать животным и получить члены любого тела, каковое
обычно называется одушевленным" [Там же. С. 211].
Всеобщей одушевленностью Бруно объяснял причины
движения в природе, которая обладает свойством
самодвижения. Признавая всю природу одушевленной, Бруно
тем самым занимал позиции гилозоизма, который в то время,
в условиях господства схоластики и теологии, играл
прогрессивную роль, так как признавал человека частью
природы.
Бруно разрабатывал вопросы космологии, опираясь на
гелиоцентрическую теорию Коперника, но шел дальше
Коперника, так как делал более радикальные выводы из его
открытия. Он утверждал, что Вселенная бесконечна, что
вокруг нас существует только одна Вселенная и в ней
присутствует бесчисленное количество миров. Численность
отдельных вещей также бесконечна, хотя каждая вещь
представляет конечную величину. Признание существования
одной Вселенной исключает у Бруно наличие внешнего Бога,
сотворившего мир. Бруно отвергает креационизм и полагает,
следуя своему пантеизму, что природа есть Бог в вещах,
материя - это божественное бытие в вещах. Бог заключен в
вещах в качестве деятельного принципа. Природа и Бог -это
одно и то же, они обладают одним и тем же единым началом:
это один и тот же порядок, закон, который определяет ход
вещей. "Природа, - пишет Бруно, - представляет собой силу,
которая воплощена в вещах, и закон, по которому все вещи
совершают свой собственный ход". Из этих слов понятно, что
Бруно отождествляет Бога с природой, понимаемой как
совокупность закономерностей движения и развития,
внутренне присущих, окружающему нас миру.
Более того, Бруно отождествляет Бога-природу с
материей. Он пишет, что нет природы за пределами
естественных вещей, нет сущности вне сущего. "Материя все
создает из себя, ибо природа есть двигатель себя самой,
который действует изнутри". Природа есть материя. Таким
образом, у Бруно, Бог - это другое название закономерного
окружающего мира.
С пантеизмом Бруно тесно связана концепция
панпсихизма, а именно, что духовная субстанция определяет
все многообразие проявления вещей. Духовная субстанция
представляет собой такое начало, от которого идет
созидание, "оно есть точь-в-точь кормчий на корабле, как
отец семейства в доме и как художник, что не извне, но
изнутри строит и приспосабливает здание" [Изгнание
торжествующего зверя. СПб., 1914. С. 14].
Духовное начало также не может существовать без
тела, как и тело, движимое и управляемое им, с ним единое, с
его отсутствием распадающееся, не может быть без него
[Там же. С. 15].
Его концепция панпсихизма и "мировой души"
определяет и его теорию познания. Человеческий разум,
согласно Бруно, - это "живое зеркало", в котором
отражаются природа и формы вещей. В соответствии с этим
задача познания состоит в установлении законов,
управляющих изменчивостью вещей. В процессе познания
мира оно переходит от ощущений к воображению, от
воображения к рассудку, рассудок к интеллекту, интеллект к
уму. Интеллект - "видящее зеркало", которое активно
осмысливает мир. Ум же - это "живое зеркало", оно
охватывает мир единым взором и познает его озарением,
созерцанием, некой интеллектуальной интуицией. Бруно
признавал "натуральную магию", которая для него означала
познание и овладение таинственными, ранее неизвестными
силами природы.
Бруно отвергал учение о двух истинах (истинах
философии и истинах теологии), считая, что существует
лишь одна истина, которая достигается философией,
руководствующейся рациональными средствами познания.
Он выступал против слепого подчинения авторитетам и
полагал, что философия должна начинать с сомнения,
задолго до Декарта выдвинув сомнение как
методологический принцип в философии, при этом
нисколько не сомневаясь в существовании окружающего
мира и возможности его познания.
Заслуживают внимания этические воззрения Бруно,
изложенные им в основном в работах "Изгнание
торжествующего зверя" и "О героическом энтузиазме".
Критерием нравственности для Бруно выступает
деятельность, в которой человек осуществляет свое
предназначение. "Прочь от меня, - писал он,- всякое
безобразие, всякое безделье, неряшливость, ленивая
праздность" [Изгнание торжествующего зверя. С. 122].
Бруно не верил в бессмертие души и призывал к
героическому энтузиазму, самоотверженности ради высокой
цели на земле. В оценке нравственного поведения он стоит на
позициях стоицизма и полагает, что достойное поведение
состоит в том, чтобы освободиться от физических страстей,
не чувствовать мучений.
Бруно занимал четкую антирелигиозную позицию,
прежде всего по отношению к католической церкви, но в то
же время критиковал и всю христианскую догматику, считая
что религиозное сознание отрицательно влияет на
человеческую жизнь, так как подменяет разумный подход
слепой верой. В работе "Изгнание торжествующего зверя" он
устами Юпитера излагает содержание религиозного учения:
"Будто белое - черное, будто человеческий разум, всякий раз,
когда ему кажется, что он лучше всего видит, именно тогда
находится в ослеплении; будто все то, что, согласно разуму,
кажется превосходным, добрым и лучшим, - позорно,
преступно и чрезвычайно скверно; что природа - грязная
потаскушка, закон естества - мошенничество; что природа и
божество не могут стремиться к одной и той же цели... Пусть
заодно убедит людей, что философия и всякое
исследование... не что иное, как пошлость, и что невежество -
самая лучшая наука, ибо дается без труда и не печалит душу"
[С. 182].
Всех религиозных деятелей, основателей и
реформаторов религии, апостолов и пророков, чудотворцев и
богословов он называет "ослами", так как они унижают
человеческий разум. Святые христианские доктора
"перестали двигаться, сложили и опустили руки, закрыли
глаза, изгнали всякое собственное внимание и изучение,
осудили всякую человеческую мысль, отреклись от всякого
естественного чувства и в конце концов уподобились ослам"
[Диалоги. С. 485]. В то же время Бруно признавал, что
религия необходима для людей малоцивилизованных,
которыми надо управлять.
В будущем вместо догматической религии
откровения, по мысли Бруно, придет "религия разума". Под
ней он понимал нечто, существенно отличающееся от
обычного религиозного сознания. "Религия разума", по
Бруно, будет свободна от культа и обрядности, от догматов о
потустороннем мире, от веры в личного Бога, от учения о
воздаянии и наказании, от веры в бессмертие души. Для
Бруно "религия разума" - это совокупность философских
воззрений и нравственных правил, которые свободны от
фанатичных религиозных культов и суеверий.
Философия Бруно оказала большое влияние на
последующую философскую мысль: его пантеизм был развит
Б. Спинозой, мысли о монаде нашли отражение в
монадологии Лейбница, его диалектические идеи получили
развитие в немецкой философии XIX в.

<< Пред. стр.

страница 6
(всего 39)

ОГЛАВЛЕНИЕ

След. стр. >>

Copyright © Design by: Sunlight webdesign