LINEBURG


<< Пред. стр.

страница 35
(всего 39)

ОГЛАВЛЕНИЕ

След. стр. >>

лежит понятие опыта, понимаемого как жизненный опыт.
Узнать посредством опыта - это значит приобщиться к чему-
либо с помощью внутреннего созерцания и сопереживания,
постичь что-либо внутренне и обладать этим во всей полноте
его жизненных проявлений. В этом смысле русское
понимание опыта отличается от понимания опыта, принятого
в английском эмпиризме, которое равносильно чувственной
очевидности. Для русской философии опыт означает не
внешнее познавание предмета, а освоение человеческим
духом полной действительности самого предмета в его
живой целостности.
Кроме понятия жизненного опыта как основы
познания истины, русскую философию характеризует и тяга
к реализму, к онтологизму. Чтобы познавать, человек должен
сначала быть. Человек познает именно потому, что он
постигает бытие не только идеальным образом, он должен
сначала укорениться в бытии, чтобы это постижение стало
возможным. Понятие жизненного опыта, таким образом,
тесно связано с онтологизмом. Франк писал: "Жизнь есть
именно реальная связь между "я" и бытием, в то время как
мышление - лишь идеальная связь между ними.
Высказывание "primum vivore deiunde philosophare" (прежде
всего жить, потом философствовать) по внешнему
утилитарно-практическому смыслу есть довольно плоская
банальная истина: но то же самое высказывание, понимаемое
во внутреннем, метафизическом смысле, таит в себе (как
выражение онтологического примата жизненного факта над
мышлением) глубокую мысль, которая как раз и передает,
по-видимому, основное духовное качество русского
мировоззрения" [Там же. С. 479].
Все эти специфические особенности русской
философии как нельзя полнее отразились в философии
самого Франка. Его главные концепции посвящены
проблемам духовности человеческой жизни. Человек тесно
связан с миром, он не только его часть, но он в нем
находится, как и мир в нем. Мы не можем созерцать
абсолютное бытие, так как "то, что созерцается, предполагает
вне себя акт созерцания и созерцающего субъекта"
[Непостижимое. С. 91].
Мышление, познание в потенции является элементом
абсолютного бытия не как "данность", оно дано самому себе,
оно "бытие для себя". Поэтому бытие находится в каждом Я
и одновременно "с нами и для нас" [С. 93]. Франк называет
это всеобъемлющее бытие, характеризующееся
абсолютностью, именем реальность. Эта реальность
представляет собой первоначальное и невыразимое единство,
конкретную полноту, которая не разорвана на внешний и
внутренний мир. Она есть жизнь вообще.
Духовность, дух представляет для Франка важнейшее
понятие философии. Дух - это объективное бытие, но не как
бытие объекта, а как бытие актуальной, завершенной,
устойчивой реальности, которая имеет ценность в себе самой
и придает смысл всей нашей психической жизни.
Сотворение мира Богом означает, по Франку, не то,
что он сотворил его из ничто, так как последнее пустое слово,
а то, что Бог придал миру ценность и смысл. "Мир имеет
свою реальную опору и свою идеальную основу в Боге, а
именно это и означает тварность мира".
Проблему теодицеи Франк решает следующим
образом: реальность Бога более самоочевидна, чем
реальность фактов. Поэтому связь между Богом и плохим
эмпирическим миром самоочевидна лишь как непостижимое.
Поэтому "проблема теодицеи абсолютно неразрешима
рационально, необходимо и, по существу, неразрешима в
принципе". Если начать объяснять зло, то это приведет в
конечном счете к его оправданию, как тому, "чему не
следовало быть". Поэтому 'единственно правильное
отношение ко злу заключается в том, чтобы отвергнуть его,
устранить его, и, конечно, не объяснять его" [С. ЗОО].
Зло "всегда связано со страданием и вечной смертью
не только жертвы, но также и "носителя зля", и это служит
доказательстом, так сказать асболютного всемогущества
Бога". Однако это все-таки не решает проблемы теодицеи,
так как "в некотором окончательном и глубоком смысле зло
или, во всяком случае, его первоначальный источник скрыты
в непостижимых глубинах самого Бога". "Зло возникает из
невообразимого хаоса, который находится как бы на рубеже
между Богом и не-Богом" [С. 313].
Некоторые произведения Франка посвящены
вопросам социальной философии, к ним относятся: "Очерк
методологии общественных наук" (1922). "Я и мы" (1925),
"Духовные основы общества" (1930).
Франк утверждал, что социальная жизнь - это не
просто сумма психологических событий. "Законы, обычаи,
учреждения и т.д., как стороны социального существования,
отличны от существования связанных с ними общественных
чувств, мнений и т.п." [Очерки. С. 47]. Общество выступает в
качестве единой сущности, это некоторое
первичное целое.
Франк подчеркивает, что "общество есть... подлинная
целостная реальность, а не производное объединение
отдельных индивидов, более того, оно есть единственная
реальность, в которой нам конкретно дан человек.
Изолированно мыслимый индивид есть лишь абстракция:
лишь в соборном бытии, в единстве общества подлинно
реально то, что мы называем человеком" [С. 53].
Однако общество неоднородно, оно имеет два аспекта
- внутренний и наружный. "Внутренний слой его состоит
именно в намеченном выше единстве "мы" или, точнее, в
связи всякого "я" с этим первичным единством "мы",
внешний же слой состоит именно в том, что это единство
распадается на раздельность, противостояние и
противоборство многих "я", что этому единству
противостоит раздельная множественность отдельных,
отделенных друг от друга людей"
[С. 54].
Внешний и внутренний слои Франк называет
общественностью и соборностью. Он полагает, что в
соборности выражаются главным образом те социальные
связи людей, которые делают человека человеком.
Соборность как внутреннее, органическое единство "лежит в
основе всякого человеческого общения, всякого
общественного объединения людей". Она может иметь
разные формы своего проявления в качестве объединяющего
начала. Первая форма - это семья, вечная основа всякого
общества. Второй формой выступает религиозная жизнь.
Соборность и религиозная жизнь есть в основе своей одно и
то же. Третьей формой соборности выступает общность
судьбы и жизни всякого объединенного множества людей.
Общая работа и жизнь спаивают людей друг с другом и
порождают чувство товарищества и внутренней близости.
"Человеческая соборность, чувство
сопринадлежности к целому, которое неизвне окружает
человеческую личность, а изнутри объединяет и наполняет
ее, есть по существу именно мистическое религиозное
чувство своей утвержденности в таинственных,
охватывающих нашу личность глубинах бытия" [Там же. С.
59].
Признаки, которые характеризуют соборность, по
словам Франка, сводятся к следующим:
1) Соборность есть органическое единство "я" и "ты",
которое вырастает из первичного единства "мы". "Целое не
только неразрывно объединяет части, но налично в каждой из
своих частей" [Там же. С. 61].
2) Соборное единство образует жизненное содержание
самой личности. Оно выражается в том, что всюду
"отрешенность" от соборного единства испытывается как
тягостное умаление полноты личной жизни.
3) Соборное целое является столь же конкретное
индивидуальным, как сама личность, т.е. соборное целое -
это не человечество вообще, а конкретная семья, нация,
церковь.
4) Соборность характеризуется, и это самое
существенное, своим сверхвременным единством. "В каждое
мгновение наша жизнь определена силами и средствами,
накопленными в прошлом, и вместе с тем устремлена на
будущее, есть творчество того, чего еще нет".
"Радикальные революции, которые ставят себе целью
истребить из общества все его прошлое и построить жизнь
наново из ничего, в сущности, столь же безумны и
неосуществимы, как попытка вылить из организма всю
накопленную им кровь и влить в него новую, и если бы они
удались, они привели бы просто к смерти общества. Да и
сами революции, эти судорожные и безумные покушения на
самоубийство, суть тоже выражения прошлого, обнаружения
тенденций, идущих из прошлого: в них сказывается
губительное действие ядов, накопленных в прошлом, и
судорожные попытки освободиться от них. И если они не
приводят к гибели общество, то это всегда определено тем,
что израненный и обессиленный ими общественный
организм через некоторое время оживает под действием
сохранившихся в нем здоровых сил прошлого" [Там же. С.
63].
Согласно Франку, последняя цель общественной
жизни, как и человеческой жизни вообще, одна -
осуществление самой жизни во всей всеобъемлющей
полноте, глубине, гармонии и свободе ее божественной
первоосновы, во всем, что есть в жизни истинно сущего. Из
этой общей цели общественной жизни вытекает
иерархическая структура тех отдельных начал, которые в
своей совместности ее выражают. Наиболее общими и
первичными из таких начал является триединство начал
служения, солидарности и свободы.










Хайдеггер

Мартин Хайдеггер (1889-1976) - основоположник
экзитенциализма. Хотя экзистенциалистские идеи уже были
ранее выдвинуты в работах Г. Марселя, К. Ясперса и др.,
Хайдеггер в монографии "Бытие и время" (1927) впервые
сделали попытку в систематической форме изложить
основные принципы экзистенциалистского подхода в
философии.
Кроме этой книги, Хайдеггер написал: "Кант и
проблема метафизики" (1929), "Что такое метафизика?"
(1930), "Введение в метафизику" (1935), "Учение Платона об
истине" (1942), "Ложные тропы" (1950), "Ницше" (1961,2
тома) и др.
Хайдеггер родился в Бадене в Германии. Он изучал
философию во Фрейбургском университете, где с 1916 г. по
1929 г. преподавал Гуссерль. Был профессором в Марбурге,
но затем вернулся во Фрейбург в 1928 г. и стал ректором
этого университета в 1933 г. благодаря своей связи с
нацистами. В инаугурационной речи он с энтузиазмом
превозносил национал-социализм, ясно связывая себя с
нацистским движением и защищая объединение языка
современной политики с его собственным философским
языком. Но десять месяцев спустя подал в отставку с поста
ректора и ушел от активной деятельности в политике. В
сентябре 1966 г. в интервью газете "Шпигель" Хайдеггер
ответил на упреки, которые предъявлялись ему в течение
свыше 30 лет, но это интервью было запрещено печатать и
опубликовано лишь 5 мая 1976 г., спустя пять дней после
смерти Хайдеггера. В этом интервью Хайдеггер утверждал,
что надеялся сохранить самоопределение германского
университета, но ему было ясно, что это "невозможно
сделать без некоторых компромиссов". В то время, говорил
он, он также видел в национал-социализме, что "здесь есть
нечто новое, есть новые проблески". В 1933 г. он умолял
студентов: "Не позволяйте доктринам и идеям властвовать
над вашим бытием. Сам фюрер и он один является
настоящим и будущим Германии и ее правлением".
В интервью он говорил: "Сегодня я больше не
написал бы предложений, которые вы цитировали. Даже в
1934 г. я не сказал бы таких вещей". Возможно, позиция
Хайдеггера объясняется тем, что он был испуган
антикультурными тенденциями в технологическом обществе
и видел в нацистах людей, стремящихся утвердить старую
культуру и миссию Германии в этом отношении. К
несчастью, исходные позиции, которые привели его к
принятию нацизма - по крайней мере до того, как он увидел,
что нацизм совершенно не преследует те цели, которых
добивался Хайдеггер, - оставались с ним даже в его
последующих
работах.
Хайдеггер описывает свою философию как
исследование Бытия. Его считают экзистенциалистом, хотя
он сам отрицает эту связь, утверждая, что именно Бытие как
таковое, а не личностное существование составляет главную
цель его интереса. Его работа направлена в основном на
поиски некоторого вида значения, лежащего в сердце
удивительного факта, состоящего в том, что "существуют
вещи". Он многим обязан Кьеркегору и своему учителю -
Эдмунду Гуссерлю. Хайдеггер в свою очередь оказал
большое влияние на Сартра.
Хайдеггер использует термин Dasein (бытие), чтобы
описать способ существования человеческого существа и
утверждает, что человеческая жизнь радикально отлична от
других форм жизни, потому что способна познать себя и
размышлять об этом бытии. Человеческие существа,
утверждает он, могут выбрать подлинную жизнь, полностью
понимая свое положение в мире, или неподлинную,
наподобие автоматов, бездумно приспосабливаясь к
установленным порядкам и образцам.
Его главная работа "Бытие и время" опубликована в
1927 г. В ней он дает анализ человеческого существования и
рассматривает его как путь к пониманию самого бытия. Его
методом является феноменология, воспринятая от Гуссерля.
Цель ее состоит в том, чтобы указать и описать данные
непосредственного опыта просто как они есть, не накладывая
на них организующие понятия. С феноменологической точки
зрения, мир есть состояние, в котором мы заняты и живем, он
конституирует наши жизни. Скорее мы представляем собой
"существа-в-мире" и Dasein - наша человеческая реальность
или способ существования - является тем множеством путей,
в которых мы осуществляем жизнь. Это означает "что-то
делать, что-то производить, обращать внимание на что-то,
присматривать за чем-то, использовать что-то, отказываться
от чего-то и давать возможность чему-то, поддерживая,
сопровождая, проявляя, раздражаясь, рассуждая, обсуждая,
определяя".
Хайдеггер пишет о "столкновении" с миром и
"настроении", с которым мы сталкиваемся с миром как об
оценке мира. Мы находимся в мире, претворяя наши
собственные перспективы в жизни и используя то, что
человек присваивает мир, схватывает ситуацию, в которой
находится человек в мире, и понимает, что может попытаться
сделать, и делает то, что он предусматривает скорее, чем все
это будет увлечено потоком событий. Однако эта тесная
связанность с жизнью мира вызывает напряжение между
самореализацией человека и бездумной коллективной
практикой, которую осуществляют "они" в мире. Я могу
сделаться деперсонализированным объектом использования
другими, поддаваясь механическим привычкам и
условностям повседневного существования,
приспосабливаясь к тому, что является средним, обычным и
часто банальным.
Хайдеггер описывает такого человека в качестве
"анонимного существа", человеческого существа,
сделавшегося отчужденным от его истинного "Я", некоего
существа, страдающего отсутствием аутентичности,
подлинности. Однако дело не в том, что если я аутентичен, я
буду вести себя обязательно необыкновенным или странным
образом, а в том, что мои действия, независимо от того,
странные они или привычные, происходят из моего
собственного поведения, а не из внешних факторов.

Хомяков
Алексей Степанович Хомяков (1804-1860) - русский
философ, развивал идеи славянофильства в философии.
Он был родом из семьи дворянина-помещика, умер от
холеры. Хомяков заложил основы метафизической
философской системы, развитой в работах последующих
русских философов. Он полагал, что Божия истина выходит
за пределы логического постижения. Она есть объект веры, в
то же время вера не есть нечто, противоречащее логическому
пониманию, хотя она и обладает металогическим характером.
Он считал, что гармония веры и рассудка дает "всецелый
разум".
Человек представляет собой существо, обладающее
рациональной волей и нравственной свободой. Свобода
выражается в свободе выбора между праведностью и грехом.
Все, что сотворено, находится в греховном состоянии-
или действительном или возможном. Спасение от греха
состоит или в отсутствии искушения или в Божией милости.
Бог указал сотворенному путь спасения от греха. Он явился в
образе Богочеловека - Иисуса Христа, верховного судьи
сотворенного во грехе. Он заставляет человека осознать
полную свою вину, однако одновременно проявляет и
любовь отца. Он, по словам Хомякова, объединяет себя с
каждым, кто Его не отвергает, с каждым, кто тянется к
правде, которая заключена в церкви.
Заложив основы метафизической религиозной
системы. Хомяков наметил основные принципы ее, которые
потом были разработаны в трудах корифеев русской
философской мысли - Вл. Соловьева, Бердяева и др. Хомяков
понимал церковь как органическое целое, как тело, во главе
которого стоит Иисус Христос. Человек верующий находит в
церкви более совершенную жизнь. "Песчинка, - говорит
Хомяков, - действительно не получает нового бытия от
груды, в которую ее забросил случай... Но всякая частица
вещества, усвоенная живым телом, делается неотъемлемой
частью его организма и сама получает от него новый смысл и
новую жизнь: таков человек в Церкви, в теле Христовом,
органическое основание которого есть любовь" [Полн. собр.
соч. Т. II, С. 115].
Церковь обеспечивает многим людям свободу,
которая возникает тогда, когда это единство покоится на
самоотверженной и бескорыстной любви. Свобода
верующего возникает в силу того, что он находит в церкви
"самого себя, но себя не в бессилии своего духовного
одиночества, а в силу своего Духовного, искреннего
единения со своими братьями, со своим Спасителем.
Он находит в ней себя в своем совершенстве или,
точнее, находит в ней то, что есть совершенного в нем самом
- Божественное вдохновение, постоянно испаряющееся в
грубой нечистоте каждого отдельного существования. Это
очищение совершается непобедимою силою взаимной любви
христиан в Иисусе Христе, ибо эта любовь есть Дух Божий"
[Полн. собр. соч. Т. II. С. 114-115]. "Христианство, - указывал
Хомяков, - есть свобода во Христе" [С. 198].
Основным принципом церкви для Хомякова
выступала соборность, которая означала, что абсолютным
носителем истины является только церковь, а не патриарх,
духовенство, вселенский собор в отдельности.
Для Хомякова церковь означает всегда православную
церковь, поэтому о католицизме и протестантизме Хомяков
не говорит как о церкви. В то же время он не считал, что
православная церковь владеет всей правдой, так как
принципы христианства еще нигде не осуществились в
полной мере. Для Хомякова католицизм воплощает в себе
единство без свободы, а протестантизм - свободу без
единства. Только христианство, по Хомякову, воплощает в
себе сочетание единства и свободы, т.е. истинный принцип
соборности, который опирается на любовь к Богу и на
любовь ко всем, кто любит Бога.
Наиболее ценным в философских работах Хомякова
является его акцентирование важности единства любви и
свободы, их неразрывного единства. Для него христианство
воплощает в себе религию любви, что является источником
свободы.
Первенствующее значение Хомяков придавал русской
деревенской общине, которая на своих сходках принимала
единодушное решение в соответствии с принципами
справедливости, совести и истины.
Хомяков выступал за демократию, отстаивая идеалы
гуманности, считая, что каждая народность должна
развиваться мирно и самобытно. Он также выступал против
рабства, полагая, что главным злом рабства является
безнравственность.
Хомяков подобно Киреевскому оценивает
европейскую культуру как формальную, сухую и
рационалистическую, в то время как русская культура
связана с идеями разумности и цельности.
В то же время Хомяков указывал на недостатки
русской жизни, часто осуждая порядки, существовавшие в
России. Он полагал, что Россия не смогла воплотить свой
идеал в полной мере в жизнь потому, что очень мало
внимания у русского народа уделяется логическому способу
мышления, без соединения его со сверхлогическим
познанием действительности. Однако у Хомякова была
великая вера в значительную миссию русского народа. Он
верил, что наступит время, когда русский народ проявит все
свои духовные силы и всецело будет придерживаться
принципов православия.
Россия, по его словам, должна стоять в центре
мировой цивилизации, и основной характеристикой России
будет то, что она станет "самым христианским из всех
человеческих обществ".
В то же время, превознося Россию и видя в ней идеал,
к которому идет истинное общество. Хомяков ценил в

<< Пред. стр.

страница 35
(всего 39)

ОГЛАВЛЕНИЕ

След. стр. >>

Copyright © Design by: Sunlight webdesign