LINEBURG


<< Пред. стр.

страница 46
(всего 68)

ОГЛАВЛЕНИЕ

След. стр. >>

Я в том клянусь.
Трудно комментировать это: это надо прочесть. Здесь
сказано все: это минута второго рождения 100*. После это-
го Гамлет на все течение трагедии уже совершенно не
тот, что все, не обыкновенный, рожденный вновь. Чело-
век меняется физически (рождается) и остается отме-
ченным, запечатленным на всю жизнь. Гамлет связан с
иным миром, с замогильным, и весь завет Тени: "Про-
щай, прощай и помни обо мне!" Это замечательное "про-
щай" - связь по расставании - память о Духе, - в этом
вся роль Тени - о ней помнит Гамлет все время, с пей
связан он и по расставании замогильным "прощай". Не-
даром и он только повторяет: "И помни обо мне!" - в
этом все: вся память его связывает его с Тенью, и застав-
ляет его порвать со всем прошлым, со страниц памяти
(он уже говорит "в шаре разбитом" - уже безумие) он
стирает все изречения книг, все следы прошедшего - и
только завет ("и помни обо мне", а не что иное) отца


404 Л. С. Выготский. Психология искусства
будет жить в его памяти, новое семя отца (замогильное),
давшее ему вновь новую жизнь, новое рождение - рож-
дение мистическое. В этой клятве не забыть, стереть все,
в окриках, повторяющих замогильное "помни", весь
смысл этого второго рождения. Сила художественная
этого места превосходит все в трагедии: это непередава-
емо. Гамлет вынут из круга жизни, он разорвал связь со
всем, со всем прошлым, он коснулся иным мирам, имел
общение с замогильным, пусть один миг - может быть,
ничтожнейшую долю секунды на наше время - погружен
был в иной мир, мир второй, тайный, ночной, неведомый,
и уже навеки он остается иным. Все прежнее от каса-
ния новому миру стало пошло - все он стирает (порыва-
ние со всем), он помнит навеки слова Тени (новая
жизнь) - этого нельзя забывать - в этом ключ к понима-
нию всего Гамлета: что бы он ни делал, что бы ни гово-
рил, при определении его переживаний и поступков надо
всегда указать, что он помнит о Тени, все время, все те-
чение трагедии помнит, то есть связан с ней все время.
В этом все. "Стирание" и записывание - до чего реали-
стически-символическая черта! Связь Гамлета с Тенью в
словах Тени, повторяемых Гамлетом, в словах прозвучав-
ших оттуда, - она же связь двух миров в трагедии.
Гамлет
А теперь девиз мой:
"Прощай, прощай и помни обо мне".
Я в том клянусь.
В этом все - весь последующий Гамлет, - вновь рожден-
лый от отца из "того" мира. Ведь есть кровная, семенная,
родительская связь, связь рождения (то есть всей жизни,
ее корня, ее начала) между отцом и сыном; связь прямо
материальная, физическая и осязаемая до ужасной яс-
ности, связь непонятная, нерациональная, мистическая,
как самая жизнь и рождение. И кто знает, где эта связь
кончается, да и кончается ли она вовсе? Не продолжается
ли и за гробом, по смерти отца, - невидимыми нитями
привязывая сына к иному миру? По крайней мере в "Гам-
лете" это именно так. Эта семенная, родительская, теперь
замогильная связь Гамлета с Духом проходит через всю
пьесу. Но подробно об этой связи одного мира с другим
через умершего отца и живущего сына 101* - самой явной,
самой тайной, самой ужасной связи, - как об единственной
причине (мотиве) всех его поступков и отсюда - единст-


Приложение 405
венном механизме всего хода действия трагедии, - речь
впереди. Теперь же о самом перерождении. В сцене вслед
за явлением Тени - сцене свидания друзей Гамлета с
ним - совершенно ясно, как нельзя рельефнее проявляет-
ся это перерождение. Особенно станет это ясно, если
сравнить ее со сценой, непосредственно предшествующей
явлению Тени (акт I, сц. 4), - Гамлет с теми же друзья-
ми - его разговоры о пьянстве, весь строй речи - такие
обыкновенные. Теперь все меняется совершенно: это уже
совсем иной, не тот человек, исступленный, перешедший
за грань, не те слова. В этой маленькой сцене уже есть
в зародыше весь будущий Гамлет - Гамлет исступленной
скорби, иронии и почти скорбно-исступленно-ироническо-
го безумия. Его непонятные возгласы, шутки, жесты,
слова - все изменилось, все не такое, как прежде. Пол-
нейшее перерождение героя. "Ого-го-го, сюда, мои род-
ные!"- кричит он товарищам и на вопрос, что было, от-
вечает: "Дела!" Он не рассказывает им, боится, что они
разболтают. И отъединение Гамлета, его полнейшая отор-
ванность от людей и его новая жизнь - он предлагает
друзьям разойтись:
Гамлет
Итак, без околичностей, давайте
Пожмем друг другу руки и пойдем.
Вы - по своим делам или желаньям,
У всех свои желанья и дела,-
Я - по своим; точней - бедняк отпетый,
Пойду молиться.
У него уже нет - у всякого есть дела и желания, которые
ведут его куда-нибудь, а его тяжкий бедный жребий ведет,
у него нет уже ни желаний, ни дел - он пойдет молить-
ся 102*. Таков Гамлет на всю трагедию. Мы вообще здесь
хотим только установить это "второе рождение" его, на-
метить его как основной факт, а объяснить из этого фак-
та всего Гамлета - тема следующей главы. Горацио гово-
рит ему: "Это только вихрь бессвязных слов, милорд".
И все время его слова - дикие и несвязанные, "вертя-
щиеся". В его словах здесь впервые появляется эта ужас-
ная рассеянность в мыслях, которая говорит о страшной
и напряженной сосредоточенности мыслей там, там все
собрано в одну точку, в один пламенно-горящий фокус,
а здесь рассеянный свет, здесь они идут расходящимися,
разбросанными лучами. У него свой, тайный, невидимый


406 Л. С. Выготский. Психология искусства
ход мысли, разбросанный снаружи,- нелогичный, непо-
следовательный, сбивающийся на что-то и стремящийся
удержаться па одной точке, вертящийся около нее. Гам-
лет заставляет поклясться друзей - дать клятву молча-
ния на мече 100* (до чего символическая черта) - все по-
строено на молчании - и тайна его меча, который разре-
шает всю трагедию. Дух требует из-под земли того оке,
Четыре раза (сцена клятвы удивительна - как подзем-
ный голос бросает и водит людей на земле) доносится его
голос:
Призрак (из-под сцепы)
Клянитесь! Дух требует молчанья.
"Под" (землей) все время присутствует он с Гамлетом; он
все время слышит подземный голос трагедии. Вся эта
сцена построена на клятве (сперва отказ Гамлета рас-
сказать, что было с ним, даже друзьям, но здесь есть две
замечательные детали разговора, которые характеризуют
повое состояние принца - слова без смысла и связи,-
Гамлет так приглашает друзей поклясться:
Гамлет
А теперь, собратья*,
Товарищи по школе и мечу...
Как это удивительно передает состояние человека, стер-
шего все слова книг,- он точно ощупывает словами
("собратья"), как ощупывает в бреду человек, или после
испуга, очнувшись от сна, и хватается руками за голову.
И исступленные надрывные выкрики к Тени - их иронич-
ность передает все безумие его ужаса:
Гамлет
Ага, старик, и ты того же мненья?
Вы слышите, что вам он говорит?
Ты, старый крот? Как скор ты под землей!
Уж подкопался?
Иначе нельзя говорить об этом; только ирония, как это
ни дико, передает это.
После третьего призыва Тени Горацио восклицает:
"О день и ночь! Вот это чудеса!" И Гамлет, который все
время и на всякие лады только и говорит о молчании, от-
вечает:
* В оригинале: "friends, as you are friends" ("друзья, поскольку
вы друзья"). - Ред.

Приложение 407
Гамлет
Как к чудесам, вы к нам и отнеситесь.
Есть в мире тьма, Гораций, кой-чего,
Что вашей философии не снилось.
На этом построена вся трагедия: вся она не снилась
"нашей философии". Поистине здесь приходится всему
давать смысл молча. Клятву Гамлет требует (и Дух) не
только в молчании о том, что они видели, но и в дру-
гом:
Гамлет
Вновь клянитесь, если вам
Спасенье мило, как бы непонятно
Я дальше ни повел себя, кого
Ни пожелал изображать собою,
Вы никогда при виде этих штук
Вот эдак рук не скрестите, вот эдак
Не покачнете головой, вот так
Не станете цедить с мудреным видом:
"Кто-кто, а мы...", "Могли б, да не хотим",
"Приди охота...", "Мы бы рассказали".
Того не делать и не намекать,
Что обо мне разведали вы что-то.
Странность надо принять, как странника; но тот, кто при-
нимает странность как странность, сам становится стран-
ным: как сейчас за "странностью" изменяется Гамлет,
его язык; второму рождению соответствует и иная душа.
Двум мирам вовне - два мира внутри человека 104. Не та
душа, что живет в обыденном дневном мире, воспринима-
ет касания ночного, мира иного. Ее другая половина. Вот
эта "вторая душа" и возобладала теперь в Гамлете. В клят-
ве - двух частях одной клятвы - видно все: Гамлет про-
сит, во-первых, не говорить о явлении Тени и, второе, о
его странном поведении и безумии - не выдавать его под-
линной причины, то есть единственная причина его даль-
нейшего странного и "нечеткого" поведения и безумия -
явление Духа. Это все. Гамлет знает, что он будет вести
себя odd strange"; он предвидит, что у него будет не-
обыкновенное состояние - disposition 105. Причина и то-
го и другого - Тень. Это "условие о безумии" 106* ставит
вопрос о том, притворяется ли Гамлет или нет. Подробно
на этот вопрос мы ответим в следующей главе, посвя-
щенной смыслу состояния Гамлета после явления Тени,
здесь же мы отмечаем только в зародыше всего будущего
Гамлета после рождения только постольку, поскольку эта
сцена по контрасту с четвертой сценой оттеняет самое пе-


408 Л. С. Выготский. Психология искусства
рерождение. Так что обо всем этом дальше. Теперь же
мы только отметили странный, бессвязный и бессмыслен-
ный строй его речи; его иное состояние. Что это за со-
стояние - мы увидим дальше. Теперь же одно: во всяком
случае, анализ этой сцены показывает, что Гамлет после
"второго рождения" является не в обычном disposition.
И эти слова надо понимать не только как условие и на-
мерение разыграть роль (и об этом ниже), точно так же как
и слова о странности поведения, а иначе: сейчас, еще со-
хранив острую прозорливость душевной мысли, Гамлет
видит, что [он] будет "strange or odd" вести себя; "this
machine [определит его] поступки и иная душа - "безу-
мие" - "disposition". И именно предчувствуя, что с ним
будет, сгибаясь под тяжестью навалившегося на него бре-
мепп, он смятенно и смертельно скорбит, и с его уст сры-
вается страшное рыдание:
Гамлет
Порвалась дней связующая нить.
Как мне обрывки их соединить!
Это опять непередаваемо107*, этого нельзя комменти-
ровать, смысл этого глубочайше-неисчерпаемого рыдания
отлился в двустишии и неразложим, в нем смысл не толь-
ко трагедии Гамлета, принца Датского, но и трагедии о
Гамлете, принце Датском. Гамлет здесь лирически пере-
живает свою трагедию. Он имел общение с иным миром,
тонкий покров этого мира - время - для пего прорвался,
он был погружен в иной мир. Время вышло из пазов -
эта последняя завеса, отделяющая этот мир от иного, мир
от бездны, земное от потустороннего. Этот мир расшатан,
вышел из колеи, порвалась связь времен. Тем, что Гам-
лет был в двух мирах, - этот мир слился с иным, время
прорвалось. Необычайная глубина ощущения иного мира,
мистической основы земной жизни всегда вызывает ощу-
щение провала времени. Здесь путь от "психологии" к
"философии", изнутри - наружу, от ощущения к миро-
восприятию: глубоко художественная символическая чер-
та. Расстройство времени сперва, прежде всего - "психо-
логия", ощущение Гамлета после общения с Духом, после
второго рождения; а потом уж - состояние мира трагедии,
ее двух миров. Такова связь ("взаимоотношение") траге-
дии Гамлета и трагедии о Гамлете, которая составляет
ключ ко всему и которой посвящена следующая глава.
Вот экспозиция трагедии: два мира столкнулись, время


Приложение 409
вышло из пазов. Таково ощущение Гамлета ("экспози-
ция" его души, если можно так выразиться) и таково со-
стояние мира трагедии. В чем же трагедия? Зачем я был
рожден некогда поставить все на место, связать павшую
связь времен, осуществить связь этого мира с тем через
семенную, немотивированную в пьесе, мистическую связь
с отцом, связь рождения? Его связь именно в рождении;
он именно рожден (семенная связь с умершим отцом,
немотивированная, мистическая) "их соединить", а не дол-
жен, не призван. Здесь опять связь трагедии Гамлета
(рожден, связь рождения с умершим отцом, с тем миром)
и трагедия о Гамлете (через эту связь он рожден связать
два мира, "их соединить" - это уже принадлежит обще-
му смыслу трагедии).
Эти рыдающие слова он произносит в тот ужасный
час, когда пришедшее утро погружено в неушедшую еще
ночь, когда пришло утро, но еще ночь (Тень уходит перед
самым наступлением утра); в тот мистический час, когда
утро вдвинуто в ночь, когда время выходит из пазов,
когда два мира - ночь и день - сталкиваются, сходятся.
"О день и ночь!" - восклицает Горацио. И недаром тра-
гедия двух миров, ее завязка, ее рождение, отмечена ча-
сом дня и ночи.
Эти слова он произносит, пригибаясь к земле под ужас-
ной и давящей тяжестью, которая точно наваливается ему
на плечи108*. Он произносит их перед тем, как идти мо-
литься, сгибаясь под тяжестью трагедии рождения. И не-
даром этим часом отмечено начало трагедии - ее первый
акт, который весь точно проникнут двумирностью этого
часа и души Гамлета и составляет как бы потустороннее
основание трагедии.
Два мира столкнулись вместе (в Гамлете и в траге-
дии) , этот мир вышел из колеи, время вышло из пазов -
проклятие судьбы, что Гамлет был когда-либо рожден осу-
ществить через себя, своим рождением связь двух миров,
вместить этот мир в колею, вправить время в пазы.
В этом вся трагедия.
V
Гамлет, рожденный во второй раз, отмеченный страшной
печатью иного мира, вернувшийся из потусторонней без-
вестной страны сюда, на землю, и связанный с ней все


410 Л.С. Выготский. Психология искусства
время страшным "помни", всей памятью, помнящий о
ней все время, уже навсегда запечатлен страшной отъеди-
ненностыо от всего земного, разобщенностью с ним, и
подлинно трагическим уединением, последним одиночест-
вом души. Гамлет в трагедии все время один. Поэтому у
него столько монологов; поэтому он всегда уединен, всегда
с собой и когда говорит с другими, то точно ведет два
диалога - один внешний (почти всегда - двусмыслен-
ный, иронический, видимо нелепый) и другой внутрен-
ний - со своей душой. Мы уже останавливались на уди-
вительном приеме Шекспира в этой пьесе - набросить на
действие дымку рассказа о его значении. При рассмотре-
нии Гамлета придется пользоваться тем же материалом.
После явления Тени, после перерождения Гамлет, преж-
де чем появиться перед нами, появляется в рассказе -
рассказе потрясающей яркости и силы изобразительности
(раздвоение действия получается страшное, точно всегда
сцена на сцене). Это точно живописный (все здесь от
внешнего к внутреннему, все здесь живопись - костюм,
жесты, выражение глаз, лица, неподвижность взгляда,
точно он застыл - необходимые условия портрета без дви-
жения, уловить статику) портрет - Гамлет после пере-
рождения. Кроме того, в "отражении" этого явления в
душе Офелии, в "лиризации" этого отрывка осевшими на
ее рассказ ее впечатлениями - еще раз виден тон расска-
за. Офелия ужаснулась.
Офелия
Боже правый!
В каком я перепуге!
Полоний
Отчего?
Господь с тобой!
Офелия
Я шила, входит Гамлет,
Без шляпы, безрукавка пополам,
Чулки до пяток, в пятнах, без подвязок,
Трясется так, что слышно, как стучит
Коленка о коленку, так растерял,
Как будто был в аду и прибежал
Порассказать об ужасах геенны (II, 1).
Здесь весь Гамлет. Таким он остается до конца тра-
гедии - рассеянный, бледный, дрожащий, с жалким бле-
ском глаз. Здесь с удивительной силой живописи (внеш-
него) уловлено все: и безумная растерянность (костюм,
бледность, дрожь), и глубокая скорбь, и, главное, весь


Приложение 411
ужас всего этого, все то, что испугало Офелию в выраже-
нии глаз, в их скорби, в их жалком блеске - уловила
она, не знающая ничего, но чувствующая, хоть и обманы-
вающаяся,- этот налет потустороннего, страшную черту
замогильного, которая преобразила все. Смысл портрета
зажигается в глазах: "...так растерян, как будто был в
аду и прибежал порассказать об ужасах геенны". В этом
весь Гамлет, его объяснение. И дальше - безумная рас-
терянность жестов и движений и непонятная странность
поступков:
Офелия
Он сжал мне кисть и отступил па шаг,
Руки не разжимая, а другую
Поднес к глазам и стал из-под нее
Рассматривать меня, как рисовальщик.
Он долго изучал меня в упор,
Тряхнул рукою, трижды поклонился
И так вздохнул из глубины души,
Как будто бы он испустил пред смертью
Последний вздох. И несколько спустя
Разжал ладонь, освободив мне руку,
И прочь пошел, смотря через плечо.
Он шел, не глядя пред собой, и вышел,
Назад оглядываясь, через дверь.
Глаза все время на меня уставив.
Вот весь Гамлет со спущенными чулками, в расстегну-
том костюме, бледный, как рубашка, без шляпы, с гну-
щимися коленями, не говорящий ни слова, точно безмолв-
но со всем прощающийся, с остановившимся взглядом,
глубоко вздыхающий, точно этот вздох окончит его жизнь,
видящий свой путь без глаз: "Он шел, не глядя пред со-
бой". Так он проходит по всей трагедии, ведомый чем-то,
без плана, без глаз. Он, вырвавшийся из ада, из потусто-
роннего рассказать об ужасах, он, унесший в скорби глаз
замогильный отблеск потусторонней скорби, - в этом весь
он. И в течение всей пьесы он проходит точно лунатик,
ведомый странной силой, подземным голосом, с остановив-
шимся взглядом. Вот удивительная тень Гамлета в рас-
сказе: таким он остается все время. Здесь весь Гамлет
после перемены - уже иной, скорбный и пугающий,
здесь Гамлет после перелома. Этот перелом в Гамлете, его
второе рождение, которое есть основной факт, определив-
ший собой все, из которого с неизбежной последователь-
ностью трагедии вытекает все остальное, приходится на-
щупывать в "отражениях", У трагедии есть своя логика,


412 Л. С. Выготский. Психология искусства
может быть, темная и неотразимая. С некоторого време-
ни - это замечают в пьесе все - с Гамлетом случилось
что-то непонятное. Король, призывая Гильденстерна и
Розенкранца, друзей Гамлета, подосланных к нему, что-
бы выведать причину этой перемены, которая пугает и
короля и королеву, как и Офелию, говорит им:
До вас дошла уже, наверно, новость,
Как изменился Гамлет. Не могу
Сказать иначе, так неузнаваем
On внутренне и внешне. Не пойму,

<< Пред. стр.

страница 46
(всего 68)

ОГЛАВЛЕНИЕ

След. стр. >>

Copyright © Design by: Sunlight webdesign