LINEBURG


<< Пред. стр.

страница 44
(всего 68)

ОГЛАВЛЕНИЕ

След. стр. >>



Приложение 387
только затем, чтобы раскрыть зрителю внутреннее со-
стояние героя, - это ключ ко всему действию. Душа
Гамлета, чувствующая уже грядущую тайну, уже не
приемлет этого мира, уже не живет в нем. Она погру-
жена в глубокую и безысходную, постоянно углубляю-
щуюся скорбь. Он уже оторван от всего, что здесь, от
природы, от людей, от солнца. Он еще не стер со стра-
ниц воспоминания изречения книг, но ему уже неза-
чем продолжать свое учение. Он уже ненавидит солнце,
и в бесконечной разобщенности своей он страшным оди-
ночеством заполнил душу, отъединенный от людей, ото-
рванный от природы. В этом - предчувствие его гряду-
щей трагедии разобщенности с миром, последнего и
трагического уединения, ужаса одиночества заблудив-
шейся в мирах души. Как тяжело уже это разобщение
с миром, видно по такому рыдающему воплю, испол-
ненному безнадежной, беспросветной тоски и жажды
слияния, растворения, небытия:
О, тяжкий груз из мяса и костей,
Когда б ты мог исчезнуть, испариться!
О, если бы предвечный не занес
В грехи самоубийство! Боже! Боже!
Каким ничтожным, плоским и тупым
Мне кажется весь свет в своих движеньях!
Какая грязь! И все осквернено,
Как в цветнике, поросшем сплошь бурьяном.
Гамлет совершенно как будто не связан с этим за-
пустелым садом, он жаждет испариться туманом. Тя-
жесть жизни, ее бремя - какой трагической мелодией
звучит здесь "музыка" пьесы. Смысл этого моноло-
га, его связь с действием - в притяжении души Гам-
лета к могиле, к отрешению от жизни. Он у грани не-
существования, самоубийства. Что же удерживает его
от самоубийства - запрет религии, но это ведь не
связано нисколько с действием трагедии, это внешне
не мотивировано, - но действительно ему поставлена
преграда, он доведен до грани, но здесь он должен
удержаться. Опять: так надо трагедии. И опять "сле-
пота" - он сам принимает это за запрет религии. Но
это совсем другое: не душевный мотив, произвольно взя-
тый и приписанный автором герою, извне приданный
ему, по который мог бы и не быть приданным, удер-
живает Гамлета, а самая трагедия извне сковывает

13*

388 Л. С. Выготский. Психология искусства
его. Он вынут из жизни; ему обветшалыми, утомитель-
ными, серыми и пошло-плоскими кажутся земные дела.
По если, с одной стороны, Гамлет уже разобщен со
всем, уже в скорби своей порвал обычные связи и враж-
дебен всему, если он вынут из круга жизни, уже одинок,
уже один, то с другой стороны, еще непонятно для него
самого он связан со всем этим иной связью, необычной,
связан ходом трагедии: что-то заставляет мысль его
все снова и снова возвращаться к преждевременной
кончине отца. Этим он связан с трагедией, ее завяз-
кой, он привязан к ней и не может уйти от траге-
дии - убить себя.
Здесь прежде всего ум его останавливается на днев-
ной, на здешней стороне дела - его занимает поспешный
брак матери; это не просто разочарование в матери, не
оскорбленный в лучших чувствах идеалист. Нет, это
слишком глубоко отпечатлелось в его трагическом со-
знании, воспринимающем глубоко и потрясение. Отор-
нанный от природы, от естества, от солнца, учения,
радости и света, он навсегда разобщается с женщиной.
Разрыв с матерью, с родившей - глубоко символичен
в трагедии. Погруженный в странное и необычное, чув-
ствующий его за самыми обыденными вещами, вос-
принимающий за каждым жизненным явлением всю
его таинственную трагическую глубину, он чувствует
все необычное, что звучит ему в грехе матери. Правда,
в его осуждениях и восхвалениях отца (как будто де-
ло в этом! Опять "слепота"!) звучит еще отголосок
наполовину студента, не ушедшего еще от обычного,
обычных осуждений, но он воспринимает и тайную сто-
рону всего этого.
Гамлет
Как это все могло произойти?
Два месяца, как умер. Двух не будет.
Такой король! Как солнца яркий луч
С животным этим рядом. Так ревниво
Любивший мать, что ветрам не давал
Дышать в лицо ей. О земля и небо!
Что поминать! Она к нему влеклась,
Как будто голод рос от утоленья.
И что ж, чрез месяц... Лучше не вникать!
О женщины, вам имя вероломство!
Нет месяца! И целы башмаки,
В которых шла в слезах, как Ниобея,
За отчим гробом. И она, она -

Приложение 389
О боже, зверь, лишенный разуменья.
Томился б дольше - замужем - за кем:
За дядею, который схож с покойным,
Как я с Гераклом. В месяц с небольшим!
Еще от соли лицемерных слез
У ней на веках краснота не спала!
Нет, не видать от этого добра!
Разбейся, сердце, надо стиснуть зубы.
Пусть надрывается сердце - уста должны молчать.
Этот обет внутреннего молчания - он продает особый
облик всей роли принца. Все равно: неизреченна скорбь
сердца и темные предчувствия: это не может по-
вести к добру. Вот что связывает Гамлета.
Это, конечно, не размышления; размышлениями,
мыслью к этому прийти нельзя,- это, скорее, "to rea-
son most absurd". Это не обычный скорбный плач сы-
на - это, скорее, грех перед природой, это, скорее, от-
ражения, проекции иных, темных чувствований души
(как и все монологи - только проекции на плоскость
трагедии его темных глубин), неясных ему самому.
Первый период, Гамлет до явления Духа,- это сплош-
ное предчувствие, это знание невыявленное, по тая-
щееся в темной половине души. Поэтому здесь такое
смешение (в этом смешении - удивительный художе-
ственный стиль этого периода) еще обыденного, еще
простого - и уже необычного, уже вышедшего из об-
щего крута. Отсюда "смешанный" характер монолога -
отголосок и понятных осуждений и темное предчувствие
недоброго. Отсюда его речи о пьянстве к Горацио:
Гамлет
Но все же, чем вас встретил Эльсинор?
Пока гостите, мы вас пить научим.
И ирония еще такая простая о свадьбе матери:
Гамлет
Расчетливость. Гораций! С похорон
На брачный стол пошел пирог поминный.
И осуждения короля.
Гамлет
Король не спит и пляшет до упаду,
И пьет и бражничает до утра.
И чуть осилит новый кубок с рейнским,
Об этом сообщает гром литавр,
Как о победе (I, 4).
Это еще все на поверхности, это все простое, дневное,
одноцветное, не преломленное в глубинах души; это


390 Л. С. Выготский. Психология искусства
еще обычные осуждения, простая ирония, в них еще
нет последней глубины, они не зажжены внутренним
пламенем души. Это еще Гамлет - простой человек, не
отмеченный. Но уже в предчувствиях есть и другое.
Есть предваренная мудрость грядущих глубин и от-
кровений, есть сокровенное ощущение тайны, окутыва-
ющей все. И все это смешивается - эти две души в
Гамлете еще не нащупали, еще не открыли друг дру-
га, еще существуют параллельно и независимо одна от
другой. Точно два тока - две души эти - протекают в
Гамлете, и скоро они встретятся, ночная и дневная по-
ловины его. И все это смешано удивительным обра-
зом: в словах о пьянстве короля (акт I, сц. 4) Гамлет
говорит, что вино уничтожает все доблестные дела,-
в этих речах еще виден только виттенбергский сту-
дент, обличающий пороки двора, еще обыкновенный
глаз чувствуется в этом, еще холодная, не зажегшаяся
речь. И вот просвечивают отблески грядущего огня:
Бывает и с отдельным человеком,
Что, например, родимое пятно,
В котором он невинен, ибо, верно,
Родителей себе не выбирал,
Иль странный склад души, перед которым
Сдается разум, или недочет
В манерах, оскорбляющий привычки,-
Бывает, словом, что пустой изъян,
В роду ли, свой ли, губит человека
Во мненьи всех, будь доблести его
Как милость божья, чисты и несметны.
А все от этой глупой капли зла,
И сразу все добро идет насмарку.
Досадно ведь (I, 4).
Здесь в простых словах, которые все на поверхно-
сти, предчувствие трагедии, отзвук того страшного ры-
дания - "зачем я был когда-либо рожден...". Здесь
уже отсвет этого трагического пламени, озаряющего
всю пьесу и накладывающего такой зловещий отпеча-
ток на все лица и отбрасывающего кровавые отблес-
ки; здесь уже предчувствие, предвидение трагедии ро-
ждения.
Но ни на чем так ярко не заметна эта "двойствен-
ность" Гамлета до трагедии, как на его отношениях с
Офелией. Рассмотреть их надо и вообще для выясне-
ния хода действия. Но в этом случае придется пользо-
ваться исключительно "отражениями", ибо от Гамлета


Приложение 391
мы ни слова не слышим об этом и не видим ни разу
его с Офелией. Здесь все можно выявить через дру-
гих, через отражения. Поэтому ничего точного об их
отношениях мы не знаем. Только из разговоров По-
лония и Лаэрта с Офелией (акт I, сц. 3) да из сооб-
ражений Полония, высказываемых дальше, можно в са-
мых общих контурах возобновить эти отношения. Гам-
лет до явления Тени любит Офелию. Лаэрт говорит
ей перед отъездом:
А Гамлета ухаживанья - вздор.
Считай их блажью, шалостями крови.
Фиалкою, расцветшей в холода.
Нежданной, гиблой, сладкой, обреченной,
Благоуханьем мига, и того
Не более.
Офелия
Не боле?..
Лаэрт
Не более (1,3).
Полоний говорит об этой любви, что она игра крови -
не больше. Офелия рассказывает:
Со мной не раз он в нежности пускался
В залог сердечной дружбы.
....................................
Отец, он предлагал свою любовь
С учтивостью.
......................................
И в подтвержденье слов своих всегда
Мне клялся чуть ли не святыми всеми.
И эта его записочка, которую Полоний передает ко-
ролю и королеве:
"Небесной, идолу души моей, ненаглядной Офелии".
"На ее дивную белую грудь эти..." - и т. п.
"Не верь дневному свету,
Не верь звезде ночей,
Не верь, что правда где-то,
Но верь любви моей".
О дорогая Офелия, не в ладах я со стихосложеньем. Вздыхать
в рифму - не моя слабость. Но что я крепко люблю тебя, о
моя хорошая, верь мне. Прощай. Твой навеки, драгоценнейшая,
пока эта [машина] принадлежит ему. Гамлет" (II, 2).
Это удивительно глубокое предчувствие, это необ-
ходимо запомнить на все дальнейшее чтение траге-
дии: "пока эта машина принадлежит ему" - он уже
чувствует, что эта машина (какое удивительное слово


392 Л. С. Выготский. Психология искусства
для объяснения всего дальнейшего "автоматизма"
Гамлета в трагедии) начинает принадлежать не ему.
Ведь в этом вся грядущая трагедия. Гамлет не обма-
нывает Офелию, обещая любить ее вечно до тех пор,
пока и т. д. Теперь еще он любит ее глубоко - опять
на такой душевной глубине, которая невыразима,-
стихи не даются ему. Только в самых общих чертах
обозначена эта любовь, и первое - это ее глубина
(смысл записки), но уже видна ее трагическая сторо-
на. Лаэрт говорит, что любовь Гамлета - фиалка, ее
жизнь - минута, не больше. Цветок, отцветающий ско-
ро, издающий запах одно мгновение, - не больше. Конеч-
но, он имел непосредственно в виду другое, но какой глу-
бокий смысл приобретают его слова, его предчувствия
трагической развязки этой любви - опять два смысла:
один, вкладываемый лицом говорящим, и другой -
трагедией. Он почему-то боится любви Гамлета к сест-
ре, пугается ее, хочет уберечь ее от этого. Так и По-
лоний.
П о л о н и й
...А как ты отнеслась
К его - как ты их назвала - залогам?
О ф е л и я
Не знаю я, что думать мне о них.
П о л о н и й
...точней - совсем не верь.
А клятвам и подавно...
Лаэрт себе и сестре истолковывает, как и Полонии,
свои опасения просто - естественные опасения брата
за ее девическую честь, обыденным и понятным языком.
В Гамлете играет молодая кровь, он, может быть, и
любит ее сейчас, но он принц, он в своем выборе не
волен, он связан своим высоким положением, он "в се-
бе не властен", он "подданный своего рождения", он
не может сам устраивать свою судьбу, он должен счи-
таться с одобрением народа - следовательно, ему
нельзя верить и надо его любви остерегаться.
Лаэрт
Пусть любит он сейчас без задних мыслей.
Ничем еще не запятнавши чувств.
Но каким глубоким отзвуком грядущей трагедии звучат
ого слова, имеющие в виду совсем не то, не таинствен-
ное озарение, отблеск грядущей скорби и несчастий, а
будничное и обыкновенное рассуждение и опасение


Приложение 393
брата, дорожащего девической честью сестры. Но не
все ли здесь, в этой трагедии, имеет два смысла:
Подумай, кто он и проникнись страхом -
По званью он себе не господин.
Он сам в плену у своего рожденья.
Не вправе он, как всякий человек,
Стремиться к счастью. От его поступков
Зависит благоденствие страны.
Он ничего не выбирает в жизни,
А слушается выбора других
И соблюдает выгоду народа.
Поэтому пойми, каким огнем
Играешь ты, терпя его признанья...
и т. д.
Опять: свяжите это с "до тех пор, пока"... Лаэрт чув-
ствует, что "эта машина" принадлежит не Гамлету -
он раб своего рождения, он в себе не властен. Опять
намек на трагедию рождения - "зачем я был рож-
ден"... Итак, в отношении к Офелии - обе эти сторо-
ны Гамлета обрисовываются очень ясно: он еще напо-
ловпну здесь, как все, он любит девушку - Офелию,
но уже наполовину (в предчувствии) не свой, его "ма-
шина" не ему принадлежит, он раб своего рождения,
он не сумеет любить, любовь кончится гибельно - уже
есть предчувствование таинственное, озаряющий намек
грядущей трагедии любви Гамлета к Офелии.
Таков Гамлет до явления Тени: весь предчувствие,
весь полузнание, полуздесь - полутам, на пороге двух
миров. Тень вовсе не извне навязывает ему месть. Он,
гам не зная того, идет навстречу Тени.
Гамлет
Отец - о, вот он словно предо мной! (I, 2), -
говорит он вдруг пришедшим рассказать ему о явле-
нпп Тени, он чувствует ее приближение. Вот разгадка
всего Гамлета: он все время видит в очах души отца95*.
Горацио
Где, принц?
Гамлет
В очах души моей, Гораций.
Горацио
Представьте, принц, он был тут ночью.
Гамлет
Был? Кто?
Горацио
Король, отец ваш.

394 Л. С. Выготский. Психология искусства
Гамлет
Мой отец?
Горацио
Спокойнее. Сдержите удивленье
И выслушайте. Я вам расскажу,
Меня поддержат эти очевидцы,-
Неслыханное что-то.
Гамлет
Поскорей!
В напряженнейшем изучении выслушивает он уди-
вительный рассказ (опять рассказ!) Горацио о привиде-
пип, не перебивая его ни словом, - в молчании. В пре-
восходной картине изумления, удивления, но не чрезмер-
ного, не потрясенного, с каким Гамлет выслушивает это
в картине, выдержанной с изумительной художественной
яркостью, сказывается все отношение Гамлета к Тени.
Едва рассказ окончен, как он со стремительностью, пере-
хватывающей слова поспешностью начинает расспраши-
вать, как о деле - опять удивительном, но не чрезмерно:
где это было, говорили ли с ним?
Гамлет
Я слов не нахожу! *
И только: это очень странно - не больше. Ни одно слово
не повторяется здесь столько раз, как strange.
Гамлет
Да? да, все так. Сейчас я успокоюсь.
Кто ночью в карауле?
Марцелл и Бернардо
Мы, милорд.
Гамлет
Он был вооружен?
Марцелл и Бернардо
В оружье.
Гамлет
В полном?
Марцелл и Бернардо
Во всем.
Гамлет
И вы не видели лица?
Горацио
Нет, как же,-шлем был с поднятым забралом.
Гамлет
И что ж, он хмурил брови?
Горацио
Нет, смотрел
Скорей с тоской, чем с гневом.
* В оригинале: "This very strange" (Это очень странно).- Ред.

Приложение 395
Гамлет
Он был бледен?
Иль красен от волненья?
Горацио
Бел, как снег.
Гамлет
И не сводил с вас глаз?
Горацио
Ни на минуту.
Гамлет
Жаль, не видел я!
Горацио
Вас бы дрожь взяла.
Гамлет
Все может быть. И что ж, он долго пробыл?
Горацио

<< Пред. стр.

страница 44
(всего 68)

ОГЛАВЛЕНИЕ

След. стр. >>

Copyright © Design by: Sunlight webdesign