LINEBURG


<< Пред. стр.

страница 2
(всего 11)

ОГЛАВЛЕНИЕ

След. стр. >>

требования, нежели столичные журналы. Ей нужны были краткость и
развлекательность, острота фабулы. Так появлялись довольно шаблонные
"рассказишки" то в духе дешевого мелодраматизма, либерального обличительства,
слезливого сочувствия униженным и оскорбленным ("Последний дебют", "На
разъезде", "Игрушка", "Негласная ревизия", "Просительница"), то в духе модных
роковых страстей, альковных похождений или (*14) патологических явлений
человеческой психики ("Лунной ночью", "Наталья Давыдовна", "Страшная
минута", "Мясо", "Странный случай").


И все-таки в этих "рассказишках", составивших в 1897 году сборник "Миниатюры",
который сам Куприн позднее оценил отрицательно ("Да поймите же, господа, -
говорил он в 1905 году, - что это первые ребяческие шаги на литературной дороге,
и судить по ним обо мне очень трудно"12), даже в них заметны проблески таланта, с
трудом пробивающаяся сквозь привычные шаблоны самобытность исканий.
Что же привлекает читателя сегодня в далеко несовершенной прозе Куприна 1890-х
годов?


Умело рассказанные случаи из жизни, хотя и не превратившиеся еще в явления
большого искусства, подкупают разнообразием виденного, вниманием к
драматическим судьбам простых людей, поэтизацией, пусть еще неумелой, с
налетом сентиментальности, высоких нравственных достоинств человека -
благородства и самоуважения, гордости и находчивости, несгибаемости духа.


С первых шагов Куприн зарекомендовал себя как талантливый рассказчик,
умеющий заинтриговать читателя, поразить его неожиданной развязкой. И позднее
художник не пренебрегал занимательным сюжетом, интересной фабулой. Он
высоко ценил рассказы Джером К. Джерома и даже Конан-Дойля за блестящую
технику сюжета, за умение держать читателя в напряжении. Начинающий писатель
стремился создать остро динамичный рассказ, способный взволновать читателя. И
хотя многие рассказы грешили еще внешней занимательностью, некоторые из них
не стали заурядными, ибо острый сюжет служил не только средством развлечения
читателя. Острота ситуации помогала писателю выявить в жизни нечто яркое,
необычное, что могло противостоять мещанской пошлости, скуке и обыденности,
столь ненавистным Куприну с детства.


Людей сильных чувств, незаурядных характеров в те годы писатель находил лишь
в сфере необычного, исключительного, драматического. Таков офицер (*15)
Чекмарев, защитивший честь ценой жизни ("Брегет"), такова удивительно
находчивая, смелая и энергичная женщина Верочка ("Куст сирени"), от образа
которой тянутся нити к Шурочке Николаевой из "Поединка", таков "чудесный
доктор", прототипом которого послужил великий русский хирург Пирогов.


Интерес писателя к жизнеактивным, жизнедеятельным людям, обладающим
мужеством и силой воли, привлек его к артистам цирка, о которых он написал
превосходные рассказы "Allez!" и "В цирке". Куприн объяснял свою повышенную
любовь к цирку тем, что там человек выявляет свои возможности, демонстрируя
мужество, истинную ловкость и силу духа.
Поиски волевого и благородного характера, человека больших чувств и
решительных действий пройдут через все творчество писателя. Исканием такого
героя отмечены и ранние годы литературной деятельности.


Неутомимый наблюдатель, Куприн рано понял, что ослабляло, подтачивало
человеческую личность. Его беспокоили утрата "вкуса к жизни", потеря
нравственного и физического здоровья, апатия и безволие современников. Эти
духовные болезни "восьмидесятников" были порождением и векового рабства и
глухой реакции, убивавшей всякую яркую мысль, свободолюбие и чувство
собственного достоинства.


Наряду с политическим воспитанием масс, с пробуждением их гражданского
самосознания на очередь дня вставала проблема воспитания волевого,
жизнерадостного, свободолюбивого характера в людях. Эту задачу времени
особенно чутко уловили Чехов и Горький, ратовавшие за раскрепощение личности
от всяких оков. Та же проблема волновала художественную мысль Куприна.


Не безупречный в художественном отношении социально-философский рассказ
Куприна "Собачье, счастье" помогает, однако, уяснить авторскую позицию,
авторское художественное кредо тех лет. Несколько прямолинейно аллегоричный
рассказ ставит важные вопросы о поведении человека, о том, какие нравственные
принципы должны руководить настоящими людьми, желающими "избавиться от
рабства". Писатель явно иронизирует над мещански (*16) обывательскими
настроениями, восстает против скептицизма и покорности, непротивления злу и
стоицизма. Выразителем авторских идей выступает "фиолетовый пес",
добывающий себе свободу собственными усилиями. В незамысловатой
аллегорической форме писатель доказывал, что счастье человека зависит от него
самого, от его жизнестойкости, активности и смелости.


И все же при общем свободолюбивом пафосе Горького и Куприна каждый из них
шел своим путем. Горький несомненно острее улавливал социально-политическое
содержание эпохи. У Куприна был свой поворот темы, свой взгляд на человека и
его взаимоотношения с миром. В этот, ранний, период Куприн зачастую даже
обособлял человека от большого мира социальной жизни, рассматривая личность в
ее замкнуто психологическом аспекте. Писателя преимущественно интересовали
психика и характер человека сами по себе, вне определяющего влияния
социальных отношений. Молодому художнику хотелось выяснить способности и
возможности отдельной личности, заглянуть в какие-то тайники отдельного "я".


Возможно, именно этим пристрастием к загадкам человеческой натуры
объясняется появление целого ряда рассказов, посвященных таинственным,
непонятным проявлениям психики ("Славянская душа", "Лунной ночью",
"Странный случай", "Безумие", "Психея"). В нашей критике эти произведения
рассматривались преимущественно как дань декадансу. Думается, однако, что это
не совсем правомерно. Известны выступления самого Куприна тех лет против
декадентской вычурности и изощренности (например, рассказ "Художник"). Дело
здесь, по-видимому, в другом, в том, что будет волновать писателя долгие годы -
интерес к роковому стечению обстоятельств, к неразгаданной роли случая в
человеческой судьбе, к неожиданным "вывертам" психики, к таинственным
мотивам поведения, чувств и страстей.


Стремление разгадать человеческие эмоции объясняет и пристальное внимание
писателя к интимным взаимоотношениям людей, к теме дружбы, любви и страсти.
В ранних рассказах Куприна о любви еще много литературного штампа,
экстравагантности и сентиментальности. Но прошедшая через неудачи,
художественная мысль писателя приведет его к таким одухотворенным
повествованиям о любви, как "Олеся" и "Гранатовый браслет".


По праву лучшими произведениями молодого Куприна считаются его "военные"
рассказы, рассказы из армейского быта - "Дознание", "Прапорщик армейский",
"Ночная смена". Будущий автор "Поединка" уже здесь показал себя ратоборцем с
царской военщиной, казенной муштрой, социальной несправедливостью,
косностью и невежеством.


В военных рассказах Куприна, и в частности в "Дознании", впервые отчетливо
прозвучала тема интеллигенции и народа, их разобщенности, взаимонепонимания.
А образ офицера Козловского, который проводил "дознание о краже пары голенищ
и тридцати семи копеек деньгами рядовым Мухаметом Байгузиным", знаменует
собой начало серьезных раздумий писателя о рефлектирующем интеллигенте-
правдоискателе, который займет немалое место в его дальнейшей прозе (Бобров в
"Молохе", Ромашов и Назанский в "Поединке", студент в рассказе "Река жизни").


Как же рисует Куприн офицера Козловского? Чем знаменательна эта фигура? В
поведении и мышлении подпоручика Козловского мы узнаем довольно часто
встречавшуюся и запечатленную другими художниками внутреннюю
раздвоенность интеллигента. Молодой человек, остро чувствующий
несправедливость, внутренне честный, оказывается в разладе с собой, так как
неспособен к решительному действию, к защите обиженных, к борьбе за правду и
справедливость.


В основе рассказа лежит тот же факт палочной дисциплины, бесчеловечной
экзекуции, что и в знаменитом толстовском "После бала", созданном позднее, в
1903 году. Казалось бы, трудно выдержать сравнение с гениальным
современником. Но "Дознание" Куприна не меркнет даже при таком ярком свете. В
маленьком рассказе начинающего писателя бьется свой пульс, слышна своя
интонация.


Легкая ирония, точность бытовых и психологических характеристик делают
рассказ достоверным и своеобразным, проникнутым той неувядающей
человечностью, которая подвластна лишь истинному искусству.


Ссылки
1
Письмо Куприна к А.А. Измайлову от 16 марта 1909 года. - Рукописный отдел
ИРЛИ, ф. 115, оп. 3, ед. хр. 171, л. 45, 45 об.

2
Ф. Д. Батюшков. Этюд о Куприне. - Рукописный отдел ИРЛИ, ф. 20,
15.485/ХСУ61, л. 3, 6.

3
Богатый биографический материал собран в книге: Ф.И. Кулешов. Творческий
путь А.И. Куприна. Минск, изд-во Министерства высшего, среднего специального
и профессионального образования БССР, 1963. В дальнейшем сокращенно: Ф.
Кулешов.
4
"Русское слово", 1910, 17 июня.

5
А.И. Куприн об Анатолии Дурове. - "Биржевые ведомости", утренний выпуск,
1916, 10 января.

6
Письмо к А. А. Измайлову от 16 марта 1909 года. - Рукописный отдел ИРЛИ, ф.
115, оп. 3, ед. хр. 171, л. 46.

7
См.: В. Афанасьев. А. И. Куприн. М., Гослитиздат, 1960, стр. 43.

8
См. подробнее в кн.: Ф. Кулешов, стр. 23-34.

9
А. Покровский. А. И. Куприн о репортере. - "Петроградский голос", 1918, 16
апреля.

10
О репортерской деятельности Куприна интересно рассказано в книге: Б. Киселев.
Рассказы о Куприне. М., "Советский писатель", 1964.

11
"Киевское слово", 1895, 27 декабря.

12
"Крымский курьер", 1905, 2 июля.




(*18) "МОЛОХ"


В 1896 году на страницах декабрьского номера "Русского богатства" появилась
повесть Куприна "Молох".


Почти все исследователи творчества писателя единодушно считают повесть
первым крупным и социально острым произведением, рубежом и этапом в его
прозе 90-х годов13. И мало кто рассматривает эту, действительно социально
острую, книгу как произведение, отражающее противоречия творческой мысли
молодого художника, безусловно талантливого, но и неровного, не нашедшего еще
своего пути, своей манеры письма, не выстрадавшего еще своей собственной
позиции, своего отношения к миру.


В повести "Молох" затронуты многие актуальные проблемы конца века. В ней идет
речь о развитии капитализма в России и о трагедии личности, о взаимоотношении
буржуазии и интеллигенции, о положении рабочего класса, о перспективах
капиталистической цивилизации и технического прогресса, о моральном облике
мещанства и буржуазии.


Социальная насыщенность произведения, - несомненно, показатель творческого
роста Куприна, смело взявшегося за постановку жгучих вопросов эпохи. Вместе с
тем книга свидетельствует и о внутренней неподготовленности автора, которая
выразилась в беллетризированно-традиционной и облегченной трактовке
названных проблем. Мудрость писателя проявляется не только в постановке
актуальных проблем времени. Мудрость таланта - в высоте позиции, в той
самобытной точке зрения, к которой он приобщает читателя, заставляя его увидеть
и почувствовать ускользающую от него глубинную правду эпохи. Не случайно М.
Горький, восхищаясь творчеством Чехова, говорил о нем: "У Чехова есть нечто
большее, чем миросозерцание, - он овладел своим представлением жизни и таким
образом стал выше ее.


(*19) Он освещает ее скуку, ее нелепость, ее стремления, весь ее хаос с высшей
точки зрения"14. Этой высотой миропонимания в середине 1890-х годов Куприн
еще не обладал. Неудивительно поэтому, что почти одновременно с повестью
"Молох" появился в 1897 году сборник "Миниатюры", в котором, по собственному
более позднему признанию писателя, "было много балласта". Да и повесть "Молох"
не стала еще тем произведением, в котором во всю силу зазвучал собственный
голос Куприна.


"Молох" привлекает прежде всего правдивой картиной развития русского
капитализма, крупного промышленного производства.
В основу повести легли впечатления, полученные писателем во время поездки
весной и летом 1896 года по Донбассу, где он знакомился с рельсопрокатной и
сталелитейной промышленностью. Чтобы изнутри познать жизнь крупного
предприятия, Куприн даже поступил работать на один из заводов Донецкого
бассейна. Он стал заведующим учетом кузницы и столярной мастерской при
сталелитейном и рельсопрокатном заводе в Волынцеве. Свои наблюдения писатель
первоначально изложил в ряде очерков ("Рельсопрокатный завод", "Юзовский
завод"), а затем художественно обобщил в повести "Молох". Все, что касается
промышленного производства, заводской жизни, в повести отличается меткостью и
точностью характеристик. Это вынужден был признать даже самый
неблагосклонный критик "Молоха", один из первых рецензентов повести - А.
Богданович.


Другое достоинство книги, как уже отмечалось, - ее острая злободневность.
"Молох" свидетельствует о социальной проницательности Куприна, о его "чувстве
времени". Дыханием социально-исторических и политических событий и споров
середины 90-х годов овеяна вся повесть.


В 1896 году в Нижнем Новгороде открылась Всероссийская промышленная
выставка, которая должна была продемонстрировать мощь русской буржуазии,
достижения русской промышленности. Куприн, (*20) несомненно, знал о ней и по
газетным отчетам и по откликам в Донбассе. Подтверждение тому - упоминание о
Нижегородской выставке в очерке "Юзовский завод". В том же 1896 году
разразилась Петербургская стачка ткачей, о которой В. Вересаев записал в своем
дневнике: "почуялась огромная новая сила". Наконец, в середине 90-х годов
разгорелись ожесточенные споры марксистов с народниками о путях развития
России, о роли интеллигенции, рабочего класса и крестьянства в истории, о
русской буржуазии и промышленном прогрессе. Со страниц журналов и книг, где
выступали публицисты, политики и философы, эти проблемы широко проникли в
общество, становясь то предметом непримиримых идейных столкновений, то
материалом бесплодных интеллигентских споров.


Повесть "Молох" передает эту напряженную атмосферу русской жизни конца века
с ее бурным темпом развития крупной промышленности, с претензиями буржуазии
на главенствующую роль в государстве, с ее острыми классовыми противоречиями,
породившими как стихийные выступления рабочих, так и обостренное
недовольство демократической интеллигенции. Не отличающаяся новизной темы,
сюжета и героев, повесть Куприна поражает социальной остротой, резкой критикой
капитализма, эмоциональной силой протеста. Повесть отражала нарастающее
недовольство всевластием капитала, те настроения, которые были характерны для
демократии 90-х годов.


В небольшой по объему книге писатель сумел создать монолитный образ крупного
капиталистического предприятия, которое уродует людей, так или иначе связанных
с ним. Огромное чугунно-литейное производство, субсидируемое акционерной
компанией, постепенно принимает в произведении символические очертания
чудовищного божества - капиталистического Молоха, пожирающего двадцать
человеко-лет в сутки и требующего все больше и больше "теплой человеческой
крови".


Образ завода - Молоха, главенствующего буквально над всем - самая большая
удача писателя. Образ завода цементирует повесть, придает ей, несмотря на многие
просчеты, идейно-художественную цельность и завершенность. Куприн умело
сочетает очерково-описательные главы, воссоздающие мощный размах
современного промышленного производства, втягивающего в работу десятки тысяч
людей (1-я и 7-я главы), с социально драматическими сценами, вскрывающими
неизлечимые пороки развивающегося капитализма (5, 9, 10, 11-я главы).


Огромной панорамой завода, "раскинувшегося на пятьдесят квадратных верст",
открывается повесть. Куприн рисует царство завода с ревущими гудками, с
чудовищными трубами доменных печей, с запахом серы и железного угара, с едкой
известковой пылью и непрерывным изнурительным трудом. "Это была страшная и
захватывающая картина, - замечает художник. - Человеческий труд кипел здесь,
как огромный, сложный и точный механизм. Тысячи людей - инженеров,
каменщиков, механиков, плотников, слесарей, землекопов, столяров и кузнецов -
собрались сюда с разных концов земли, чтобы, повинуясь железному закону
борьбы за существование, отдать свои силы, здоровье, ум и энергию за один только
шаг вперед промышленного прогресса"15.
С заводским производством связаны все действующие лица повести, их
конфликты, их судьбы, их нравы, их характеры. И все они оказываются
искалеченными и изуродованными существами.


Одни - рабочие - предстают, в основном, просто жертвами, отдающими
прожорливому Молоху двадцать человеко-лет в сутки. Другие - хозяева и их
прислужники - Квашнин, Свежевский, Зиненко, Шаповалов, Андреа - являют собой
пример цинизма, пошлости, меркантильности, мещанской угодливости,
беспринципности. Третьи, наиболее симпатичные автору, - одинокие
интеллигенты-правдоискатели, инженер Бобров и доктор Гольдберг, -
превращаются в безвольных неврастеников, рефлектирующих неудачников.


Но при этом повесть не получает мрачно-пессимистического звучания. И в этом ее
отличие от поэзии и прозы восьмидесятников. Куприн, чуткий (*22) художник,
уловил сдвиги, происшедшие в настроении общества, уловил веяния эпохи 90-х
годов - времени пробуждения масс, растущего всеобщего недовольства.


В эпически спокойном тоне повествования чувствовалось какое-то уверенно-
бесстрашное настроение автора, смело вглядывавшегося в ход самой жизни.


В лице миллионщиков-акционеров, в хищном типе буржуазного предпринимателя
Куприн не видел той победно-торжествующей силы, от которой в 80-е годы
приходили в отчаяние Глеб Успенский и Салтыков-Щедрин. И хотя в глазах
инженера Боброва Квашнин выглядит тем же непобедимым чудовищем-Молохом,
что и гигантский завод, сам писатель иначе относится к Квашнину и подобным ему
буржуазным магнатам. Куприн больше издевается над ними, чем боится их
могущества.


Вероятно, именно стремление показать Квашнина не столь всесильным и
могущественным и привело писателя к гротескно-плакатному изображению его
фигуры, которое нарушило стилевое единство книги. В гротескном плане дан
внешний портрет Квашнина: рыжее чудовище с огромным животом,
колоссальными ногами, "лицо с обвисшими щеками и тройным подбородком",
голос, как иерихонская труба. Анекдотичны многие его поступки. Он принимает в
Петербурге посетителей, сидя голым в ванной, подкупает подставных женихов,
делает невероятные подарки сестрам Зиненко. В результате его фигура вызывает
лишь отвращение и не выдерживает той большой социально-идейной нагрузки,
которая ему отведена.


Хорошо задуманный образ Квашнина, крупного воротилы, циничного в обращении
с рабочими, уверенного в своих силах (он в речи на пикнике хвастливо причисляет
себя к "избранникам нации"), но и трусливого, - все же не удался писателю. Этот
образ лишен психологической убедительности. И только однажды, видимо,
почувствовав чрезмерную комичность Квашнина, Куприн подал его в ином
ракурсе. На пикнике во время танца с Ниной Зиненко Квашнин неожиданно для
окружающих предстает отличным танцором. "И огромный рост, и толщина,
казалось, не только не мешали, но, наоборот, увеличивали в эту минуту
тяжеловесную грацию его фигуры".


(*23) Попытка развенчать буржуа-предпринимателя, показать его страх перед
рабочими была весьма знаменательна для середины 90-х годов, когда русское
купечество претендовало на главную роль в государстве, когда "легальные
марксисты" призывали "идти на выучку к капитализму", а такие писатели, как
Боборыкин, становились "бардами" купцов.


Фигура Квашнина, хоть и не совсем удавшаяся Куприну, выражала тенденции
времени. Его образ подготавливал в какой-то мере путь к созданию колоритного
характера Якова Маякина в романе "Фома Гордеев", который появился через три
года после купринского "Молоха". Речь Квашнина на пикнике о могуществе
буржуазии явно перекликается с речью Якова Маякина, произнесенной на
пароходе Кононова. Только последняя звучит ярче и убедительнее.


В повести "Молох" из "хозяев" наиболее интересен инженер-бельгиец Андреа,
фигура, хотя и эпизодическая, но нарисованная гораздо глубже и ярче, нежели
Квашнин и Свежевский. Не прибегая к гротеску и плакату, Куприн в образе Андреа
запечатлел наряду с хищнической хваткой черты усталости, надломленности и
внутренней ущербности новоявленных господ. "Безупречно сдержанный,

<< Пред. стр.

страница 2
(всего 11)

ОГЛАВЛЕНИЕ

След. стр. >>

Copyright © Design by: Sunlight webdesign