LINEBURG


<< Пред. стр.

страница 3
(всего 38)

ОГЛАВЛЕНИЕ

След. стр. >>

бронзовке покачиваться в воздухе и выде-
низ которых переливался на солнце и
лывать вроде бы ненужные виражи?
дразнил меня. Это была заветная Пандора У бронзовок мелких видов наряд был
— самая крупная из перламутровок нашей неброским — темно-серым с белыми пят-
страны. А может быть, все же... поймать нами; у бронзовок «средних» — золоти-
ее? Я сбегал домой за сачком, а когда стой, мраморной, медной — сверкающим,
вернулся — царственной красавицы и след с несколькими светлыми штрихами и пят-
пропал... нышками по надкрыльями; у более круп-
Я выслеживал Пандору — с сачком и ной венгерской — матово-темно-зеленым,
без — целую неделю, но тщетно: она по- а у самой большой — бронзовки прекрас-
являлась изредка, прилетая откуда-то, из ной — сияюще-изумрудным без единого
неведомого мне Царства — на какую-то пятнышка!
минутку, будто специально для того, чтобы Громкое, как бы металлическое жуж-
покрасоваться передо мной и тут же уле- жание над этим заповедным цветущим
теть к кому-то еще... Перламутровка этого уголком означало, что сюда пожаловал
вида появилась у меня в коллекции только другой гость: жук из семейства златок.
года через три... Златки — истинные дети солнца, летают
Изредка над Двором проносились огром- только в сильную жару. В отличие от
ные сказочные бабочки-парусники с хво- широких «литых» бронзовок у златок уд-
стами на задних крыльях — махаоны и линенное, острое сзади тело; латы их тоже
подалирии. Бегло, с лету проверив Дикий с металлическим блеском, но испещрены
Уголок и, видимо, не узрев тут чего-то густыми ямками, бороздками, точками —
им нужного, улетали дальше; путь их ле- своеобразная, тоже ни с чем другим не
жал в основном с северо-запада на юго- сравнимая, красота. Нижняя же сторона
восток. брюшка у них — блестящая и гладкая,
Но зато сюда, на зонтики болиголова горящая порой ярче бронзовочьих одежд.
Дикого Уголка, охотно слетались замеча- Зачем жуку такая «красота снизу»?
тельные жуки-бронзовки. Даже сейчас, ше-
Здешние златки тоже были разных раз-
стьдесят лет спустя, завижу бронзовку на
меров — и очень крупные, и средние, и
цветущей сибирской поляне — сердце вол-
крохотные, и я мог насчитать их тут не
нительно сожмется от какого-то особого,
менее десятка видов. Зато вот летают они
неописуемого чувства: изумрудно-золотой
куда хуже бронзовок (оттого, наверное,
кусочек дальнего-предальнего Детства на
громко жужжат): надкрылья у них про-
миг заставляет забыть обо всем на свете,
стые, без вырезов по бокам, для нормаль-
унося меня в тот сказочный, но ушедший
ной работы крыльев их приходится высоко
в небытие крымский Двор.
задирать вверх, а с такими «парусами»
Сильные, подвижные, с цепкими нога-
(смотрите рисунок) маневренности в по-
ми, бронзовки сверкали на солнце каким-
лете не добьешься. Впрочем, с этим не-
то необыкновенным, ни на что другое не
достатком мирятся все летающие жуки —
похожим блеском — то сияюще-зеленым,
Бронзовки Двора: а куда деваться? Лишь счастливицам-
то с червонным отливом, то как свежена-
медная, венгерская, бронзовкам Природа «сконструировала»
чищенная медь, то каким-то опалово-пе-
золотистая,
нехитрое, но замечательное приспособле-
реливчатым. Летали они тоже по-особен-
олёнка, траурная.



Copyleft 2006, TedBeer
23
Глава II. «ДВОР»




Copyleft 2006, TedBeer
Виктор Гребенников «МОЙ МИР» 24
Взрослые солдатики
вывели
своих детишек
погреться на солнце.




Две малашки:
в покое
и потревоженная.

свойственного многим представителям от-
ние для высшего пилотажа — особую фор-
му надкрыльев. ряда клопов, куда они относятся; они не
Прошло вроде бы не так и много вре- боялись людей и домашних птиц, а те их
мени — каких-то шесть десятилетий,— но не клевали, как я после узнал, по причине
ни бронзовку, ни даже махонькую злато- именно этой яркой красно-черной окраски
чку не увидишь в тех местах города. Да — общепринятого в природе «сигнала» по-
что там в городе — от более или менее чему-либо несъедобных организмов. Что-
заметных насекомых почти «свободны» и
то странное было в разновозрастных не-
его окрестности...
торопливых скоплениях-собраниях солда-
А тогда насекомые обитали не только
тиков, и тогда я всерьез думал: они что-то
в «диком» уголке Двора — жили они и
там решают, о чем-то договариваются, к
рядом с домом. Весною и осенью около
чему-то готовятся, и старался не мешать
дома, на камнях, кирпичах появлялись
этому мирному красно-черному народцу.
симпатичные «солдатики». Верхняя часть
В иной год все более или менее сво-
тела у них была раскрашена узором, силь-
бодные полянки двора густо пестрели
но напоминающим какую-то ритуальную
цветками ромашек, и на них можно было
африканскую маску — два больших чер-
увидеть множество разной мелкой живно-
ных глаза, черные нос и рот на ярко-крас-
сти. Из жуков завсегдатаями этих ромаш-
ном плоском фоне. Держались солдатики
ковых лужаек были кругленькие божьи
компаниями, даже, наверное, семейства-
коровки всех цветов и размеров и продол-
ми: несколько взрослых и великое множе-
говатые мягонькие красно-зеленые малаш-
ство детишек разного возраста, начиная
ки; возьмешь малашку в руку — она,
от самых что ни на есть крошек; и об-
наверное для острастки, выпускает по бо-
лепленный ими камешек делался густо-
кам тела мягкие красные полупрозрачные
красным. Милые эти создания не куса-
выросты наподобие сарделек. Кстати, и
лись, не издавали неприятного запаха,


Copyleft 2006, TedBeer
Глава II. «ДВОР» 25
неторопливых
муравьев-жнецов
я нередко
подкармливал
хлебными крошками,




малашки, и божьи коровки в садах и ого-
...а длинноногие
муравьи-бегунки родах истребляют множество вредных
носились по Двору
тлей.
с огромной
В нескольких местах Двора (основные
скоростью
отмечены на плане) находились подземные
гнезда муравьев, замечательных тем, что
они были, как и солдатики, неторопливы
в движениях и тоже разной величины.
Поначалу я думал, что это — муравьи-
дети и муравьи-взрослые, но потом узнал,
что это не так: у солдатиков — насекомых
с неполным превращением — дети похожи
на родителей; у муравьев же — цикл
полный: яйцо — червеобразная ли-
чинка — куколка — взрослое насекомое,
а рост свой, постоянный, заранее опреде-
ленный теми обязанностями и видами ра-
бот, которые они должны будут выполнять
в самом гнезде или вне его. Муравьи эти
были черные, как смоль, с крупными го-
дырочки — подберут потихоньку в тече-
ловой и брюшком, ярко блестевшим на ние дня. Кучку крошек с каждым днем
солнце; на работу отправлялись они, од- перемещал все дальше, и так до тех пор,
нако, поздним вечером. Как я потом убе- пока моя «дневная столовая» не оказалась
дился, работа эта заключалась в поисках метрах в четырех от муравейника. Сюда
и доставке домой мелких семян разных они посылали отдельных небольшого роста
диких злаков, росших во дворе: отгрызая «разведчиков», и стоило появиться тут го-
почти спелое зернышко, муравей тащил стинцу, как через несколько минут можно
его в свое гнездо. было видеть удивительную картину: мел-
кие, средние и крупные черные блестящие
Тем не менее я «научил» их работать
мураши тащат столь же разновеликие —
и днем. Насыплю хлебных крошек у их


Copyleft 2006, TedBeer
Виктор Гребенников «МОЙ МИР» 26
можешь немедля погибнуть от теплового
сообразно своему росту и силам, но вся-
удара; во-вторых, когда быстро бежишь —
кий раз втрое больше себя, порции уго-
тебя самого обдувает ветер и падает тем-
щения, и ползет-качается по Двору стран-
пература тела. Ведь темные покровы бе-
ная ленточка из хлебных светлых кро-
гунков были матовыми, тут же «впитыва-
шек...
ющими» солнечный жар; а вот жнецам
Мирмекологией — наукой о му-
можно было и не создавать «ветер» и не
равьях — я занялся через несколько де-
торопиться: значительная часть солнечных
сятилетий, и тогда лишь узнал, что боль-
лучей отражалась от их лаково-блестящих
шинство муравьев нашей страны — хищ- черных покровов. Подтвердить мое пред-
ники, «доилыцики тлей», трупоеды, а из положение смогли бы теперь тонкие за-
растительноядных у нас обитают, и то меры (микротермометрами) температуры
лишь на юге, вот эти, принадлежащие к тела муравьев, облученных и не облучен-
роду жнецов, или, по-латыни, Мессор. В ных солнцем. Питались мои бегунки-фа-
Сибири их нету (о чем я очень жалею); этончики мелкими насекомыми, как жи-
изо всех муравьев жнецы, пожалуй, самые выми, так и случайно раздавленными, не
первые мои знакомые. отказывались и от сладостей, которые я
Хотя точно утверждать это не могу: во иногда оставлял возле их дырочки.
Дворе ведь жили еще интереснейшие му- Ну а чтобы закончить рассказ о му-
равьи, может быть, более заметные, но в равьях нашего Двора, нельзя не упомянуть
гораздо меньшем количестве — всего одно, о крохотных Мономориум Фараонис, или,
тоже подземное, гнездо. Это — бегунки, по-простому, домовых муравьях. В нашу
или, иначе, фаэтончики. Стройные, длин- страну они попали в незапамятные вре-
ноногие, высоко подняв на стремительно мена невесть какими путями, скорее всего
мелькающих ногах свое тельце, у которого с продуктами, доставлявшимися морем; те-
брюшко торчало вертикально вверх, они перь они живут почти во всех городах
напоминали действительно какие-то коля- страны — тепло в домах постоянное,
сочки, и мне казалось, что это как бы еды — вдоволь, убежищ — тем более.
крохотные черные стульчики с высокими Жили тогда они и у нас в доме, надоедая
спинками, но без ножек, неизвестно для порой изрядно: то дорожка из крохотных
чего стремительно летающие над самой этих созданий тянется из щелочки в под-
землей по затейливым петлистым траек- оконнике или стенке к банке с повидлом,
ториям. Зачем такая скорость муравьям? то сваренный со всеми предосторожностя-
А затем, что, во-первых, остановишься ми суп оказывается изрядно «заправлен-
Медляк-вещатель
на раскаленной утоптанной дорожке — ным» мурашами; мер борьбы с ними отец
в позе угрозы.
так и не придумал, ну а я такой «при-
правой» вовсе не брезговал...
Перед тем как вернуться во Двор, стоит
вспомнить, какие еще малые существа
обитали, кроме фараоновых муравьев, в
нашем старинном доме. Кой-кого из них
я описал в своей первой книге «Миллион
загадок» — махоньких жучков-точилыци-
ков, издававших таинственные звуки, по-
добные тиканью неведомых часов; страш-
новатых уховерток с длинными клешнями
сзади (зато заботливых и нежных мамаш);
вечерами по стене нередко проносились
мухоловки — многоножки с необыкновен-
но длинными ногами, и если на пути охот-
ницы попадалась сонная муха — бедолаге
тут же приходил конец. А изредка, на-
гоняя страх на домочадцев и на собачонку
Жульку, по комнате, среди бела дня, мол-
чаливо и степенно шествовал на высоких
ногах огромный черный жук — медляк-
вещатель, таинственный обитатель Темно-
го Царства, что помещалось под древними
балками цоколя нашего дома; с жуком
этим были связаны нехорошие приметы и
поверья, отчего его не трогали...
Вечером на свет лампы в комнату
иногда вторгался неожиданный гость. Я



Copyleft 2006, TedBeer
27
Глава II. «ДВОР»
Бабочки —
мечты моего
детства: мертвая
голова и
олеандровый бражник.
Обе — в «Красной
книге».




охотницу до ее платьев. Десятисантимет-
уже основательно разбирался в насеко-
ровая толстая гусеница бражника (круп-
мых, но моя мать, несмотря на образова-
ной ночной бабочки), будь она действи-
ние, всех ночных бабочек упорно причис-
тельно «молью», обглодала бы дочиста не
ляла к платяным молям и, вооружившись
один меховой воротник. За несчастную
тряпкой, спешила истребить мнимую




Copyleft 2006, TedBeer
Виктор Гребенников «МОЙ МИР» 28
вступался я, и наказание бабочке отменя-
Дневной бражник —
языкан Макроглоссум лось — вместо удара тряпкой она выпу-
стеллятарум.
скалась на волю.
Долго я
А вечерами эти бражники летали по
не догадывался,
Двору в поисках цветущих растений. К
почему языканы
зависали во Дворе сумеркам на клумбе раскрывал свои свет-
у Стены,
лые колокола душистый табак, распуска-
а потом раскрыл-
лись еще какие-то ночные цветы, и ин-
таки тайну...
тересно было наблюдать, как бражник под-
летает к цветку, на лету замирает на
месте, выпрямляет свернутый спиралью
длиннейший хоботок и погружает его в
венчик цветка. Выпив каплю душистого
сладкого нектара, бражник замирает у вто-
рого цветка, у третьего и вдруг, встрепе-
нувшись, стремительно уносится к другой
стороне клумбы. Полет его красив, точен,
быстр, и движений его крыльев не раз-
глядишь, зато во время «стоячего полета»
бражника над цветком поражает быстрота
движений: его трепещущие крылья слива-
ются в мерцающие туманные пятна, как
лопасти работающего вентилятора. По не-
опытности мне тогда долго не удавалось
сохранять в целости этих крупных краси-
вых бабочек — в сачке за несколько се-
кунд пыльца с крыльев и бархатистая шер-
стка со спинки сбивались. Гордостью моих
первых наблюдений и зарисовок были
крупные сфинксы (латинское название ро-
да бражников) — зеленоватый, со слож-
ным мраморным узором олеандровый
бражник, серый с розовым вьюнковый
бражник и, конечно же, знаменитая ог-
ромная «мертвая голова» со зловещим ри-
сунком на спинке.
...Ни рисунков тех времен, ни записей,
ни коллекций у меня нет: все это исчезло
при моем аресте на Урале в 1947 году.
Ладно хоть, сам живой остался. Но это,
как говорится, совсем другая страница из
старого блокнота — да какая там страни-
ца, тоже целая книга; удастся ли ее на-
писать? А вот рисунков насекомых —
жаль. Особенно тех, детских: ведь первое,
что я изобразил карандашами, тушью,
красками — насекомые, и было в этих
рисунках что-то такое, что мне уже не
повторить, не сделать...
На чем, однако, я остановился? А, на
бабочках-бражниках... Среди этого инте-
ресного семейства есть не только любите-
ли ночных полетов. Небольшие серенькие
бражнички с ярко-оранжевыми задними
крылышками и черно-белым пестрым «хво-
стиком» из длинных волосков на конце
брюшка, под названием языканы (по-на-
учному, Макроглбссум), целыми днями ви-
лись у стен, ограждавших Двор, тщательно
их обследуя в нескончаемом полете и
очень редко присаживаясь. Я заметил: сте-
на эта обязательно должна быть ярко



Copyleft 2006, TedBeer
Глава II. «ДВОР» 29
линые гнезда; так, впрочем, поступали и
осы-блестянки — красивейшие насекомые
всех цветов радуги (куда там до них злат-
кам и бронзовкам!), вившиеся тут же, у
«пчелиного стенограда».
Но вот почему у Стены совершенно
так же вели себя и бабочки-бражники,
питающиеся — я это не раз видел — на
цветах (тоже с лету, не присаживаясь,
как и их ночные собратья) и откладыва-
ющие свои яйца, несомненно, на растения
(как я после узнал — на марену и под-
маренники), а не на какие-то безжизнен-
ные раскаленные стены? Я не мог разга-
дать эту загадку много лет, хотя бывали
дни, когда у Южной и Большой Западной
стен «висели» единовременно до десятка
бражников-языканов.
Разгадка пришла много лет спустя.
Хитрые языканы, оказывается, выискива-
ли гнезда пчелок-антофор, ячейки кото-
рых, находящиеся относительно близко к
выходу, трудолюбивые хозяйки снабжали
сладким содержимым, совершая «челноч-
ные рейсы» от нектароносных цветков до
гнезда. Часами бабочка выслеживала под-
ходящий момент, когда пчела вылетит из
норки, тотчас усаживалась у отверстия,
запускала туда длиннющий свой хобот и
спешно поглощала дармовую пищу. Ведь
это был не просто нектар, а комплексный
сложный продукт, сдобренный, по крайней
мере, наполовину, пыльцой с цветков оп-
ределенного вида растений, и с добавкой
веществ, выделяемых самою пчелой. В

<< Пред. стр.

страница 3
(всего 38)

ОГЛАВЛЕНИЕ

След. стр. >>

Copyright © Design by: Sunlight webdesign