LINEBURG


<< Пред. стр.

страница 2
(всего 3)

ОГЛАВЛЕНИЕ

След. стр. >>

выделены на первое место только у 6 % опрошенных детей. Среди инструментальных
ценностей достаточно высоко оценены: «аккуратность» - 32%; «честность» – 23%. В то время
12
как «воспитанность» отметили всего 12 %, «смелость в отстаивании своего мнения» -11 %,
«ответственность» - 11 %, «образованность» - 8,5%, «твердая воля» - всего 4 % опрошенных.
Полученные результаты о ценностных ориентациях беспризорных и безнадзорных детей
свидетельствуют о противоречивости их сознания и поведения. Так, выделенные ими
доминирующие ценностные ориентации в реальной жизни ими же и блокируются. Они ставят
на первое место ценность «здоровье», но совершенно не заботятся о нем на самом деле.
Выделяя ценность «семья», дети уходят из семьи и не дорожат ею. Подростки ставят на
предпоследнее, шестое место в шкале ценностей «свободу», но большинство из них
фактически отстаивают ее своим безнадзорным и беспризорным поведением.
Исследовательские данные хорошо соотносятся с представлениями о трех формах
существования ценностей, переходящих одна в другую. Первая форма ценностей – это
общественные идеалы, выработанные общественным сознанием; вторая форма – предметное
воплощение этих идеалов в жизни конкретных людей; третья – мотивационные структуры
личности («модели должного»), побуждающие ее к предметному воплощению.
Причины того, почему ценности слабо актуализируются у детей такого возраста, не так
трудно выявить, поскольку в неблагополучных семьях отсутствует возможность их
реализации или налицо их противоречивость. Имеетместо неадекватность осознания в силу
ограниченности интеллектуальных возможностей, действия защитных механизмов или другого
рода преград и запретов.

Выявленное рассогласование в ценностях (декларирование одного, а принятие другого
ценностного идеала) может, скорее всего, определяться наличием конкурирующих ценностей
или их компонентов. У детей такого возраста ценности еще не устоявшиеся, плохо
структурирована система личностных ценностей. При этом недостаточно, а может быть,
практически еще не развита рефлексия, чтобы определить реальную роль и значимость тех или
иных ценностей в своей жизни. Поэтому ребенок обращается к взрослым, к их поведенческим
идеалам и поступкам, имеющим внешнее выражение. Для него свойственен «комплекс
взрослости». Вопрос лишь о тот, кто и какой взрослый с ним будет рядом? Ответ на него и
предопределяет вектор социализации несовершеннолетнего.

Информативность социально-психологических состояний в исследовании проблем
беспризорного детства связана с тем, что длительное пребывание в этих состояниях отражается
на свойствах личности детей, изменяя их в сторону асоциализации. Всего выделено 25
факторов детерминации, включающих связь состояний с нарушенными функциями семьи;
характеристикой родителей и их социальным положением и отношениями к ребенку; выбором
социальной ситуации ребенком и его удовлетворенность жизнью, представлениями о
перспективах; уровнями личностной и ситуативной тревожности; склонностью к проявлениям
13
агрессии; потребностью в привязанностях и эмоциональных отношениях; умственным и
морально-нравственным развитием детей; наличием и качеством мотивации к труду и учебе;
занятиями на улице, наличием компаний и старшего в них. Кроме того в исследовании,
использовался метод прямой оценки социально-психологических состояний с помощью
квантифицированного интроспективно-психологического инструментария "анкерных"
ситуаций Бартенверфера. Он представлен в виде семантических шкал, моделирующих
"картинку" жизни детей за относительно длительный период (от месяца до полугода),
сравнивая ее с "картинкой" природных состояний:
1. "Солнышко ласково греет, дует легкий ветерок, и я лежу на зеленой травке".
2. "Солнышко спряталось, ветер прохладный, мне холодно лежать на травке".
3. "Солнышко закрыто тучами, дует сильный, колючий ветер, я мокрый от дождя и дрожу".
4. "Гром и молния, сильный ветер сбивает меня с ног, мне холодно и страшно".
Результаты показали, что 37,7 % опрошенных детей выбрали первую ситуацию, тем
самым продемонстрировав, что жизнь их за последние месяцы ассоциируется с «ласково
греющим солнышком, дующим теплым ветерком, и каждый представляет себя лежащим на
зеленой травке». Вторую ситуацию выбрали уже 35,8 % детей, и жизнь у них такая, когда
«солнышко спряталось, ветер прохладный, холодно лежать на травке». Третью ситуацию -
«Солнце закрыто тучами, дует сильный, колючий ветер, я мокрый от дождя и дрожу» -
отметили 13,2 % опрошенных детей. Четвертую ситуацию, когда жизнь подобна погодной
ситуации, – «гром и молния, сильный ветер сбивает с ног, мне холодно и страшно» -
ассоциировали со своей жизнью за последние месяцы только 12,3 % детей.
Такая оценка, на наш взгляд, порождает две версии объяснения. Первая версия:
полученные ответы являются социальным казусом, поскольку каждый четвертый ребенок,
отмечая свое социально-психологическое состояние, называл его комфортным, находясь при
этом в сложных материальных и социальных условиях. И при этом дети были достаточно
искренними. Вероятнее всего, их состояния были в прошлом настолько тяжелы и
дискомфортны, что сегодняшняя жизнь, даже без родителей и дома, кажется им намного лучше.
Вторая версия: дети сочиняют, защищаются, лгут. Анализ такого выбора показал явное
несоответствие выбранных состояний действительным. Это можно объяснить, во-первых, тем,
что около 40 % детей, находящихся в сложных социальных, экономических и бытовых
условиях, защищаются, используя механизм «вранья». Этот термин используется В.В.Знаковым
для дифференциации неправды как заблуждения, иносказания и вранья, как социального и
психологического феномена в коммуникативных ситуациях. Во-вторых, опрашиваемые нами
дети прошли школу первичной социализации в условиях, вероятно, еще более сложных и
14
безотрадных, что пребывание «на улице» для них благо. Во всяком случае их не бьют родители,
никто не заставляет учиться, да и живут они, как говорят, "для себя".
Обобщение полученных результатов позволило выделить следующие социально-
психологические состояния, свойственные пяти группам безнадзорных и беспризорных детей.
1. В группе «бедных детей» доминируют социально-психологические состояния:
«социальная тревога» и «социальные фобии». 75% таких детей не удовлетворены жизнью и
индивидное состояние тревоги и страха у них гораздо выше, чем у контрольной группы детей
такого же возраста, что также содействует формированию указанных состояний. Причина таких
социально-психологических состояний в понимании своего социального положения,
беспросветной бедности и низкого статуса родителей.
Само определение социально-психологических состояний наполнено характеристиками
поведения детей. Так, "социальная тревога" – это социально-психологическое состояние,
связанное с чувством неловкости и дискомфорта в социальных ситуациях, обычно
сопровождаемое застенчивостью и социальной неуклюжестью. "Социальные фобии" - это
состояние особенно типично для детей этой группы, потому что связано с тревожными
расстройствами и с устойчивым страхом перед определенными социальными ситуациями, в
которых индивид может стать объектом пристального внимания других. Эти дети зачастую
стыдятся своих низкостатусных родителей, стесняются того, как одеваются. Однако в этих
семьях еще присутствует эмоциональное тепло, о детях заботятся, помогают в учебе.
2. По группе с условным названием «фрустрированные дети» увеличивается
количество видов социально-психологических состояний (СПС). Добавляются такие СПС, как
«зеркальное восприятие», «приобретенная беспомощность», «когнитивный диссонанс» и
«эмоциональная невоспитанность». На фоне некоторого возрастания состояния тревоги у детей,
живущих в семье, которая характеризуется психологической неразрешенностью личных
проблем родителей, создаются ситуации негативного психологического семейного климата
(ссоры, эмоциональная холодность, постоянные конфликты, оскорбления, непонимания , а
иногда и прямая физическая агрессия).
В дополнение к вышеизложенным определениям социально-психологических состояний,
СПС "зеркального восприятия" свидетельствует о наличии у детей этой группы негативного
представления как в семье друг о друге, так и о других в группах своих сверстников. Это
состояние возникает у сторон конфликта, при этом своя сторона считается нравственной и
миролюбивой, а другая – злонамеренной и агрессивной.
"Приобретенная беспомощность" – это социально-психологическое состояние
безнадежности и покорности, приобретаемое в случае, если ребенок не чувствует возможности
контроля над повторяющимися неприятными событиями. Появление такого состояния, как
15
"когнитивный диссонанс", свидетельствует о появлении напряженности при осознании
несовместимости каких-либо двух знаний. (Например, диссонанс возникает, когда мы осознаем,
что действовали без достаточных на то оснований, в противоречии со своими установками или
приняли решение в пользу одного варианта, а логика требует другого). У детей уже в возрасте
9–13 лет (а в таких семьях они взрослеют раньше) появляется феномен борьбы двух мнений:
родители говорят одно, а делают другое, требуют нравственного поведения от детей, а сами
демонстрируют безнравственность и отчуждение. Как правило, эти дети уходят к тем членам
семьи или знакомым, кто их поддерживает. Однако протестные установки зачастую не
реализуются в поведении, что вызывает еще более сложное социально-психологическое
состояние «приобретенной беспомощности». Дети ощущают свою беспомощность, им не дано
изменить ситуацию в семье. Их подстерегает социальный стереотип поведения; дети
привыкают к эмоциональной холодности, "эмоциональная невоспитанность" как социально-
психологическое состояние, в котором они пребывают долгое время, неотвратимо меняет и
складывает их характер в сторону антисоциальной направленности (таковы уж функции
состояний).
3. Социально-психологические состояния третьей группы - "бегунков" - еще более
жесткие и пагубные. Только 40% таких детей удовлетворены своей жизнью. Пьянство и
безнравственность их родителей полностью разрушают семью, нивелируются и отодвигаются
воспитательно-образовательные функции отца, особенно матери, которые ставят свои
потребности и интересы выше детских, лишая детей всех видов поддержки. Дети этой группы
психологически стремятся к временному замещению родительской фигуры людьми с
социально значимыми статусами. Они периодически уходят из семьи, каждый раз еще труднее
возвращаясь в нее. К СПС "эмоциональной невоспитанности" и "социальных фобий"
добавляются "реактивное сопротивление" и "социальное давление". "Реактивное
сопротивление" – это социально-психологическое состояние, направленное на защиту или
восстановление своего ощущения свободы. Оно возникает, когда что-то угрожает свободе
действий, восстановлению своего ощущения свободы. В случае с детьми-«бегунками» эта
защита своей "мнимой" свободы просматривается как единодушное сопротивление
представителей этой группы, когда их пытаются устроить в специальные государственные
учреждения, где их накормят, обогреют и защитят. По своей сути это состояние
противоречивое у детей: уходят из дома, чтобы накормить себя, а иногда и пьющих родителей,
защищают их и любят по-своему.
4. Социально-психологические состояния четвертой группы – "дети улицы" -
дополняются по сравнению с предыдущими группами состояниями "деперсонализации",
"огруппления мышления", "социальной агрессией", "внутригрупповой пристрастностью". Эти
16
дети постоянно не живут дома. Функции их бывшей семьи деградированы. Третья часть
родителей беспризорных детей не работает. Алкоголизм, наркомания, материнский инфантицид
– вот трагедийная характеристика пристрастий и особенностей родителей "детей улицы". Эти
дети до ухода на улицу были лишены родительской поддержки (к сожалению, в основном
материнской), насилие (побои и обиды) сопровождало их ежедневно, более 36% из них
испытывали тревогу и страх.
Этим детям в большей степени присуще "деперсонализация" – социально-
психологическое состояние, связанное с отчужденностью личности от самой себя, неадекватное
восприятие человеком своего «Я», а также других. Определение этого состояния становится
более понятным, если сравнить его с определением состояния "персонализации". Оно
обозначает обретение субъектом общечеловеческих, общественно значимых, индивидуально-
неповторимых свойств и качеств, позволяющих оригинально выполнять определенную
социальную роль, творчески строить общение с другими людьми. В состоянии
"деперсонализации" все наоборот. Понятно, что дети обретают антисоциальные ценности,
связанные с противоправными видами поведения, чтобы выжить. Они воруют (6,5% ответили
прямо), попрошайничают (19% отметили в анкетах).
Социально-психологическое состояние "огруппление мышления" - это состояние в
режиме группового принятия решения, возникающее в том случае, когда группа дружески
сплочена. Есть опасность, что независимое критическое мышление будет вытеснено
огруппленным мышлением, не приняв реалистических альтернативных мыслей. В этом
состоянии члены группы игнорируют предубеждения; слепо верят в то, что их группе
неотъемлемо присуща непогрешимость; придерживаются стереотипных взглядов на другие
группы; оказывают прямое давление на всех, кто захочет усомниться в том, что их группа не
права; преуменьшают свои сомнения и не нарушают видимость консенсуса в группе;
испытывают иллюзию единомыслия. Из представленного определения видно, что такое
состояние формирует прочные антисоциальные установки, которые каждый раз группой
утверждаются. Это состояние в большей мере приводит к принятию и утверждению норм
псевдосправедливых действий, приближая детей к преступному миру.
Интересно заметить, что по индивидуально-психологическим характеристикам "детям
улицы" в меньшей степени присуща склонность к агрессии, чем детям – «бегункам» (если
сравнить результаты ответов, соответственно 22% и 13%). Однако именно у этой группы
появляется «социальная агрессия» как социально-психологическое состояние, когда физическая
или вербальная агрессия направлена на причинение кому-то вреда и возникает, вероятнее всего,
по научению старшими и воздействию внешнего мотивирования. Понятно, что жизнь на улице
требует объединения беспризорных детей в группы и в этой связи для выживания им нужна
17
поддержка группы, возможно, как элемент замещения отсутствующей родительской заботы,
любви и поддержки. Это выражается в появлении такого социально-психологического
состояния, как «внутригрупповая пристрастность», т.е. благосклонное отношение к
собственной группе.
5. Социально-психологические характеристики пятой группы - "детей-
правонарушителей" - мало чем отличаются от "детей улицы", поскольку состоят-то из самих
беспризорных и безнадзорных детей. Отличительная черта состояний этой группы - появление
СПС "социальной фобии", страхов перед ответственностью. Для сравнения следует заметить:
если у беспризорных, по опросам, выявлено 36% страдающих от тревоги и страха, то у
«правонарушителей» – это уже 78%, то есть их количество удваивается.
Таким образом, наши исследования и, в частности, оценка социально-психологических
состояний детей из неблагополучных семей, составляющих группу риска, показывают прямую
связь неблагополучия семьи с переходом детей в антисоциальные слои населения. Эти данные
прямо и косвенно подтверждают гипотезу исследования: дети беспризорные и безнадзорные
пополняют преступные и маргинальные слои регионального сообщества и общества в целом.
Диффузия основных и производных ценностных ориентаций в российском обществе и
полная расшатанность его нравственных устоев породили немалую сумятицу и в сознании
кадрового состава органов власти и управления. Одновременно произошло смещение
представлений о дозволенном и недозволенном в работе по предупреждению и профилактике
безнадзорности и беспризорности. Это привело к удивительному и трагическому эффекту: в
современном российском обществе полностью отсутствует изначальная для любого общества
реакция солидарности. Никто ни с кем не хочет вступать даже в примитивные взаимодействия
и объединять усилия по профилактике и предупреждению безнадзорности и беспризорности.
Межведомственное взаимодействие по профилактике этого социально опасного
явления, закрепленного федеральным законодательством и определенное Президентом РФ В.В.
Путиным как "угроза национальной безопасности страны", зачастую ограничивается лишь
краткосрочными и узконаправленными контактами. Эта точка зрения нашла отражение и в
ответах специалистов, выступающих в роли экспертов по проблемам профилактики
безнадзорности и правонарушений среди несовершеннолетних.
Ответы дают наглядное представление об аномическом состоянии управленческого
сознания, его противоречивости и парадоксальности. Ориентация на демократические
представления о правах детей одновременно сочетается с прямо противоположной ценностной
ориентацией на ужесточение наказания. Проведенный анализ опросов показал, что значимость
проблемы детской безнадзорности и беспризорности для специалистов, призванных
осуществлять ее профилактику и предупреждение, в значительной степени принижена. Так,
18
немногим более половины респондентов (53%) рассматривают ее как одну из многих
социальных проблем, а около трети (30,5%) – как неоправданную трагедию и потрясение для
нашего общества. Остальные варианты ответов нашли поддержку незначительного количества
опрошенных.
Среди тех, кто ставит детскую беспризорность и безнадзорность в ряд многих
социальных проблем, наиболее значительное число работников внутренних дел (73,5%) и
работников органов социальной защиты населения (65%). Это возможно объяснить тем, что эти
категории специалистов ежедневно сталкиваются с множеством острых социальных проблем.
Только незначительная часть из них рассматривает беспризорность и безнадзорность как
неоправданную трагедию для общества (15% социальных работников и 16,7% сотрудников
органов внутренних дел)
Наиболее остро воспринимают детскую беспризорность и безнадзорность опрошенные
специалисты из органов опеки и попечительства. Для двух третей из них – это неоправданная
трагедия, для трети - одна из многих социальных проблем. У этой категории специалистов, в
отличие от других субъектов профилактики и предупреждения детской беспризорности и
безнадзорности, проблема персонифицирована в судьбе каждого подопечного.
Заслуживает интереса распределение ответов на значимость рассматриваемых проблем у
специалистов органов образования. Большинство из их числа (43,6%) воспринимают детскую
беспризорность и безнадзорность как одну из многих социальных проблем. На втором месте –
оценка этого явления как неоправданной трагедии для общества (36,4%), на третьем –
временное, но неизбежное для переходного периода явление (7,3%). Статистически
незначительное число опрошенных (3,6%) считает, что это явление существует во многих
странах. Возможные варианты объяснения такого расклада мнений работников образования
могут быть следующими: во-первых, они признают детскую безнадзорность и беспризорность
как одну из социальных проблем современной школы, что нередко замалчивается официальной
ведомственной статистикой. Во-вторых, более эмоциональной оценкой этого явления как
непоправимой и неоправданной трагедии, чем социальных работников (15,0%), сотрудников
внутренних дел (16,7), представителей некоммерческих организаций (20%), работников
здравоохранения (29,6).
В целом, можно сделать вывод о том, что опрошенные специалисты края рассматривают
проблему беспризорности как одну из многих социальных проблем. У них нет акцентуации ее
«как угрозы национальной безопасности страны».
В границах своего населенного пункта проблему беспризорности практически все
опрошенные назвали «очень важной» - 64,0% и «важной» - 31,0% опрошенных. Анализ
значимости проблем детской безнадзорности в территориальном разрезе показал, что высшей
19
степени важности (очень важно) в г. Хабаровске придерживаются 67,7%; г. Комсомольске –
60,0%; в г. Амурске - 76,2%, Нанайском районе – 54,5%; Хабаровском районе – 100%. В этой
связи в ответах специалистов усматривается некое ценностное противоречие: в масштабах
страны большинство из них рассматривают беспризорность как рядоположенную социальную
проблему, а для населенного пункта она выделяется как «очень важная».
Оценки характера изменения ситуации с беспризорностью и безнадзорностью детей
говорят о четко выраженной тенденции ухудшения (60,5% - значительного, 17% -
незначительного). Стагнацию ситуации за годы реформ фиксируют 12% респондентов. Только
десятая часть специалистов отмечает ее улучшение. На значительное ухудшение ситуации с
беспризорниками в большей степени указывают работники органов опеки и попечительства
(88,9%) и руководители специализированных учреждений для этой категории детей (80,0%).
При общем доминировании негативной оценки ситуации с беспризорниками, среди ряда
категорий специалистов отмечается большой разброс мнений. Так, на некоторое оздоровление
ситуации с беспризорностью в большей мере обратили внимание опрошенные работники
органов внутренних дел (30% среди этой группы). Трудно судить, насколько эти мнения
отражают объективное состояние беспризорности и безнадзорности детей. Возможно, эти
мнения являются отражением того, что этой категории опрошенных приходится чаще других
рапортовать о результатах борьбы с безнадзорностью и беспризорностью.
Среди большинства опрошенных, указавших на изменение ситуации с детской
безнадзорностью и беспризорностью, более трех четвертых (78,5%) считают, что она в той или
иной степени контролируется. В то же время значительное число специалистов (18,5%)
придерживаются категоричного мнения – ситуация совершенно не контролируется. Среди
последних - представители Хабаровского района (100%), г. Хабаровска (26,2%), г. Амурска и
Амурского района (19,0%), г. Комсомольска и Комсомольского района (17,3%), Нанайского
района (3,0%). На неконтролируемость ситуации с детской безнадзорностью больше всего
указывают депутаты разных уровней (37,5%), меньше всех – работники органов социальной
защиты (5,0%).
Обобщенный анализ ответов экспертов о контроле ситуации с безнадзорными и
беспризорными детьми указывает на то, что в целом органам управления не удается полностью
овладеть ситуацией, особенно в г. Хабаровске, г. Комсомольске-на-Амуре, г. Амурске.
Ранжирование основных причин детской беспризорности показало, что на первое место
подавляющее большинство экспертов (86,5%) поставили «падение жизненных условий,
бедность». Второе место заняла «алкоголизация и наркомания в семье» (79,0%); третье -
«кризис общественных ценностей и морали» (63,0%). К разряду объективных факторов,
одинаковой значимости опрошенные отнесли «особую структуру семьи» (37,0%) и отсутствие
20
государственной идеи приоритета детства (37,0%). Педагогическую безграмотность родителей
и отсутствие массовых детских общественных организаций отмечают 30% опрошенных. На
неразвитость системы координации и взаимодействия в решении проблем беспризорных как на
основную причину указала четверть специалистов. Еще меньше ответов набрала позиция
«снижение воспитательной роли школы» – 16%. Последнее место заняла позиция, указывающая
на мнение опрошенных о недостаточном количестве приютов, детских домов, интернатов.
Вместе с тем в ответах специалистов прослеживается ведомственное искажение причин
и скрытая защита своих профессиональных недоработок. Управленцы в основном отмечают
объективные экономические и правовые проблемы, а также формальные причины. Значительно
принижается собственная социальная и профессиональная роль, значимость общественных мер
воздействия на ситуацию беспризорными детьми.
Оценка последствий пребывания детей на улице и их жизненные перспективы видятся
подавляющему большинству специалистов трагичными. Так, большинство считают, что дети
улицы пополнят ряды преступников (77%), проституток и сутенеров (26,5%), погибнут от
наркотиков (18,5%), умрут от голода (10,0%). Только 7,5% считают, что уличные дети вырастут
нормальными людьми. Среди тех, кто видит в «детях улицы» будущих преступников, - все
работники опеки и попечительства, а также руководители специализированных учреждений
(100%), специалисты образования - 85,5%, социальной защиты - 80,0%, здравоохранения -
77,8%, органов внутренних дел - 66,7%, комиссий по делам несовершеннолетних - 50,0%,
депутаты - 81,3%.
Прогноз последствий пребывания детей «на улице» самый пессимистичный и
трагичный, в нем практически нет обнадеживающих вариантов. Управленцы, как следует из их
ответов, не знают выхода из ситуации, что соответствует стратегии «неудачников».
Следует отметить, что в ответах просматривается некоторое «протестное» отношении к
выплатам льгот и пособий неблагополучным семьям и детям, их увеличению. Не нашли
поддержки подавляющего большинства опрошенных и «карательные» меры с использованием
военкоматов, милиции, изоляции детей в специальные учреждения. В целом, можно с большой
осторожностью сделать вывод о том, что в сознании управленческих кадров формируется
потребность в идее приоритетности детства, ее законодательном закреплении, желании создать
атмосферу нетерпимости и требовательности вокруг родителей, снимающих с себя
ответственность за воспитание детей.
Отмечается некоторая неподготовленность опрошенных в оценке эффективности форм
поддержки детей из неблагополучных семей. В ответах доминируют идеи силового воспитания
и отделения ребенка от семьи в учреждениях закрытого типа. Меньше всего эти идеи
поддерживают депутаты (12,0%). Среди опрошенных, считающих необходимость привлечения
21
воинских частей к адаптации беспризорников, больше всего работников органов социальной
защиты (75,0%). За обучение и трудоустройство детей в закрытых социальных заведениях
высказались сотрудники здравоохранения (51,9%).
В основу действующей в России системы профилактической работы положены
концептуальные установки на неприемлемость, недопустимость и непродуктивность
административно-карательных подходов к детям, социализация которых (по вине взрослых:
родителей, педагогов и т.д.) оказалась деформированной.
Необходимость гарантированного ребенку реального права на решение его проблем,
оказание социальной помощи закреплена Указом Президента РФ от 06.09.93 № 1338 «О
профилактике безнадзорности и правонарушений несовершеннолетних, защите их прав» и
Концепцией совершенствования государственной системы профилактики безнадзорности и
правонарушений несовершеннолетних. Последняя утверждена решением Межведомственной
комиссии по делам несовершеннолетних при Правительстве РФ (7.07.98 № 1).
В настоящее время правовое регулирование отношений, возникающих в связи с
деятельностью по профилактике безнадзорности, установлено Федеральным законом «Об
основах системы профилактики безнадзорности и правонарушений несовершеннолетних»,
принятым в июне 1999 г. № 120-ФЗ, и постановлением Правительства РФ «О дополнительных
мерах по усилению профилактики беспризорности и безнадзорности несовершеннолетних на
2002 год» от 13.03.2002 № 154.
Учитывая, что проблемами защиты прав детей занимается множество организаций
различной ведомственной подчиненности, данные нормативные документы определяют
основные направления деятельности и устанавливают ответственность всех структур за
организации профилактической работы. Несмотря на то, что ответы опрошенных
свидетельствуют о достаточно широком использовании ими нормативно-правовой базы, но
руководствуются они, в основном, федеральными законами, прежде всего Федеральным
законом № 120. В то же время нормативно-правовые акты органов законодательной и
представительной власти регионального и муниципального уровней включены в механизм
регулирования проблем детской безнадзорности крайне незначительно. Среди причин такого
положения - их недостаточное количество и локальность действия.
Основной причиной слабого решения проблем детской беспризорности является,
вероятнее всего, отсутствие эффективного исполнительского механизма. В объяснении
причин неисполнения законов более половины опрошенных ссылаются на оторванность
законов от жизни (55,5%). Среди субъективных факторов выделяются критические оценки
властных структур: "ослаблена исполнительская дисциплина в органах власти" (21,5%),
"неоперативность органов власти"(19,5%), "незаинтересованность государственных чиновников
22
в исполнении законов" (15,0%), "отсутствие надлежащего контроля со стороны прокуратуры"
(6,0%). В ответах акцентируется внимание на незаконопослушность граждан и отсутствие
общественного контроля за действиями власти.
Следует отметить, что более 60% опрошенных специалистов берут на себя
ответственность за неисполнение законов. Это свидетельствует об интернальном локусе
контроля, что само по себе позитивно для управленческого сознания.
Среди 35% ответов о необходимых изменениях в работе по профилактике
безнадзорности, каждый второй связан с повышением ответственности родителей за
воспитание детей. Другая половина предложений касается конкретных статей и мер. Однако
тот факт, что 65% экспертов не дали ответов на вопрос о том, какие изменения необходимо
внести в законодательство по этому вопросу, свидетельствует прежде всего о неумении
служащих работать в правовом поле, о слабом знании законов представителями власти.
Прослеживается растерянность, нежелание выступать с инициативами в законодательные
органы, постоянная ссылка на слабые и несовершенные законы, протесты прокуроров и другие
мотивы, В ответах отмечается, что слабо поставлены вопросы ответственности родителей за
уклонение от воспитания детей и представителей органов власти за не принятие к ним мер.
Экспертная оценка Федерального Закона "Об основах системы профилактики
безнадзорности и правонарушений несовершеннолетних" № 120 (1999 г.) показала, что ряд его
положений противоречит требованиям Европейской комиссии по правам человека. Так,
следует обратить внимание на отсутствие в Законе четкого разграничения оснований для
лишения свободы несовершеннолетних. Заслуживает внимания замечание относительно
нормы подп. 2 п. 3 ст. 13 Закона, которая предусматривает в качестве основания для помещения
в специализированное учреждение для несовершеннолетних (по существу, для лишения
свободы) заявление родителей ребенка или его законных представителей.
В ряде случаев в Законе отсутствует четкое указание на обязательность судебного
контроля за лишением свободы несовершеннолетних. Например, п. 3 ст. 13 устанавливает
основания для помещения несовершеннолетних в специализированные учреждения. При этом
остается нерешенным вопрос, какова должна быть судебная процедура в случае оспаривания
законности указанных в этой статье форм задержания несовершеннолетних
В Законе отсутствуют нормы, предусматривающие возможность периодического
пересмотра решений, связанных с помещением несовершеннолетних в специализированные
учреждения; положения о праве несовершеннолетних правонарушителей на достаточную
юридическую помощь, включая консультирование и бесплатную помощь адвоката.
Экспертиза Закона выявила нарушения в части защиты человеческого достоинства. Речь
идет о подп. 1 п. 9 и п. 10 ст. 15 Закона, устанавливающих конкретные полномочия
23

<< Пред. стр.

страница 2
(всего 3)

ОГЛАВЛЕНИЕ

След. стр. >>

Copyright © Design by: Sunlight webdesign