LINEBURG




ОГЛАВЛЕНИЕ

Раздел II
Экспериментальные исследования

Батурин Н.А.

Успех и неудача как механизмы междеятельностной регуляции

Проблема механизмов междеятельной регуляции еще совсем мало изучена, поскольку основное внимание традиционно уделялось механизмам управления исполнением самой деятельности [8, 9, 14].
Обычно выделяемыми механизмами междеятельной регуляции и в частности механизмами инициации деятельности, являются самоактуализация новой потребности, опредмечивание потребности и внешнее побуждение субъекта к совершению активности в какой-либо форме [1, 10, 12]. К не традиционным механизмам относится "рождение новой деятельности" за счет "надситуативной активности", в основе которой лежит "бескорыстный риск" [2, 11]. Кроме того, можно отметить еще группу факторов, которые также влияют на инициацию новой деятельности или на начало ее развития: это атрибуция своих предыдущих действий, специфика индивидуальных особенностей мотивации (например, соотношение мотивов достижения) и целеполагания [15, 16]. Среди оценочных феноменов к таким факторам относятся индивидуальные особенности оценочных явлений личностного уровня, такие, как глобальное самоуважение (самооценка) и оптимизм-пессимизм.
В предыдущей публикации была описана попытка концептуально выделить и обосновать существование во временной развертке целостного акта деятельности наряду с этапами инициации и исполнения особого, завершающего этапа деятельности, который начинается после завершения последних попыток достичь цель или удовлетворить потребность, а заканчивается после полного "затухания" всех процессов, вызванных оценкой и самооценкой достигнутых результатов в деятельности. Кроме того, было показано, что именно на этом этапе (в тех случаях, когда деятельность является особо значимой для субъекта или общества) образуются сложные когнитивно-аффективные оценочные комплексы, осознаваемые в виде целостных гештальтов: успеха и неудачи [3].
В данной работе представлены результаты экспериментального исследования влияния успеха и неудачи на начальный этап новой деятельности или выбор других видов активности, а значит, успех и неудача рассматриваются с позиций междеятельностных механизмов регуляции.
Конкретной задачей исследования являлась разработка подходов к экспериментальному изучению проблемы междеятельностной регуляции, в частности, изучение влияния успеха и неудачи на процессы мотивации и целеполагания новой деятельности, а также на выбор одного из альтернативных видов активности.



Методика и организация эксперимента
При реализации поставленных задач для вызывания успеха и неудачи использовались методические процедуры, достаточно подробно описанные в прдыдущих публикациях.
Для диагностики мотивации достижения применялась проективная методика Х. Хекхаузена [15]. Однако в связи с тем, что задачей исследования было изучение ситуативных изменений мотивации, а не диагностика уровня развития мотивов достижения как устойчивых личностных образований, она использовалась нетрадиционно.
Во-первых, 6 заданий-картинок, составляющих стимульный материал методики, были разделены на две равноценные части по 3 картинки так, что в каждую часть вошло одинаковое количество картинок, стимулирующих темы успеха и неудачи и дающих в среднем по всем трем картинкам примерно равное количество засчитываемых по ключу категорий с тремя картинками второй части методики (1, 3 и 6 картинки и 2, 4 и 5 соответственно).
Во-вторых, было нарушено основное требование традиционного проведения методики, заключающееся в создании таких условий, которые являлись бы нейтральными без какой-либо стимуляции мотивации достижения. Обычно организационно это достигается тем, что методика проводится либо отдельно от других экспериментальных процедур, либо первой из методик, до появления каких-либо намеков на ситуацию достижения.
В данном исследовании одна из двух частей методики (в случайной очередности) предъявлялась испытуемым до проведения первой методической процедуры по искусственному вызыванию успеха или неудачи, но после объяснения того, что будет требоваться от испытуемых в дальнейшем. Инструкция специально была направлена на актуализацию мотивации достижения. Вторая же половина методики проводилась перед началом новой деятельности уже после того, как испытуемым были созданы успех или неудача в предыдущей деятельности и он ожидал продолжения аналогичных испытаний. Между обследованиями выдерживался промежуток в 2 - 3 дня.
Для диагностики изменения целеобразования использовалась экспериментальная процедура, сущность которой заключалась в том, что испытуемого перед выполнением деятельности просят выбрать уровень трудности заданий и тем самым заставляют его установить явную цель. Был применен вариант процедуры с начислением баллов за достигнутый уровень цели [7].
В качестве заданий использовались такие же методики, что и в процедурах искусственного вызывания успеха и неудачи: задания на время реакции на сложный раздражитель и задания из кубиков Косса. Причем, они представлялись испытуемым как "пробные испытания", но результаты которых в дальнейшем учитывались. Испытуемые выполняли по 3 пробы, каждый раз устанавливая "уровень цели" до начала выполнения задания.
Для дальнейшего анализа результатов рассчитывались и учитывались два показателя:
1) уровень цели по величине первого выбора;
2) уровень цели по средней величине трех выборов.
Первый из них был выбран как показатель самого спонтанного выбора цели, второй - как показатель, восполняющий некоторую случайность первого выбора, но в то же время не очень зависящий от ситуативных успехов и неудач в первых пробах.
Для диагностики выбора вида активности, связанной или не связанной с ситуациями достижения, испытуемым перед началом новой деятельности предлагалось выбрать один из трех различных видов активности:
1) они могли выбрать испытание своих возможностей в такой же, как и прежде, деятельности, связанной с достижением, но только в другой сфере. Тем, кто в первый день выполнял задания на скорость сенсомоторной реакции, предлагались задания на конструктивное мышление, и наоборот;
2) они могли выбрать в течение такого же интервала времени решение кроссвордов (те, кто в первый день выполнял сенсомоторные задания) или игру на компьютере на время реакции (те, кто в первый день выполнял задания на конструктивное мышление). При этом испытуемые могли сами учитывать свою успешность в решении кроссвордов или в компьютерной игре, но они знали, что она не учитывается экспериментатором;
3) они могли в течение такого же интервала времени просто послушать музыку или посмотреть журналы.
То есть у испытуемого после успеха или неудачи в предыдущей деятельности был выбор вида активности: деятельность, тесно связанная с достижением результатов; деятельность, слабо связанная с достижением результатов, и активность, совсем не связанная с достижением.
Организация исследования. Лабораторная часть исследования проводилась индивидуально в два приема с перерывами между экспериментами в 2 - 3 дня. В первый день эксперимент начинался с объяснения целей исследования, в ходе которого проводилась актуализация потребности достижения и исходных замеров показателей мотивации достижения и целеполагания. После этого половине испытуемых создавался успех по одной из методических процедур, а другой половине - неудача. Через 2 - 3 дня эксперимент возобновлялся с контрольных замеров показателей мотивации достижения и целеполагания. После этого испытуемым предлагалось выбрать, чем он будет заниматься дальше: продолжит эксперимент на выявление возможностей, но в другой сфере или войдет в "контрольную группу" и будет заниматься такое же время на выбор: решать кроссворды (играть на компьютере - для испытуемых, которые в первый день выполняли задание на мышление) или будет отдыхать, занимаясь прослушиванием музыки или просматривая журналы. В дальнейшем испытуемые занимались выбранным делом. Причем, тем испытуемым, кто выбрал деятельность с испытанием возможностей, создавался успех или неудача. В зависимости от программы в первый экспериментальный день создавалась обратная ситуация.
Всего по этой программе эксперимента было обследовано 40 человек в возрасте от 17 до 24 лет.



Результаты исследования и их обсуждение
Исходным пунктом анализа результатов стало сравнение количества испытуемых, выбравших новые виды активности после успеха или неудачи в предыдущей деятельности.
В таблице 1 приведено общее количество испытуемых, выбравших тот или иной вид активности. Из таблицы видно, что после успеха большинство испытуемых (65%) выбрало деятельность, в которой проводилось испытание их возможностей, то есть жестко связанную с достижением. Деятельность, слабо связанную с достижением, выбрало 25% и пассивный отдых - 15%. Сравнение распределения количества испытуемых, реально выбравших один из видов активности, с теоретическим распределением выборов ("одинаковое количество выборов" каждого вида) по критерию -Пирсона [13] выявило значимое отличие (р<0,05). Это говорит о том, что реально существует преимущественный выбор после успеха деятельности, жестко связанной с достижением.
Таблица 1

Количество испытуемых, выбравших один из видов активности после успеха или неудачи в предыдущей деятельности

Период
Деятельность, жестко связанная с достижением результата
Деятельность, слабо связанная с достижением результата
Не связанная с достижением результата активность
p
После успеха
13 (65%)
5 (25%)
2 (10%)
7,95
0,05
После неудачи
6 (30%)
12 (60%)
2 (10%)
5,9
-
Разность
7
-7
0
--
--
4,01
-
--
--
p
0,05
-
--
--
- критерий контингенции Фишера
- критерий Пирсона

После неудачи картина выборов существенно иная. Только 30% испытуемых выбрало продолжение деятельности, связанной с достижением, более половины (60%) предпочла заняться деятельностью, слабо связанной с достижением, а 10% - пассивный отдых. Сравнение распределения количества испытуемых, выбравших один из видов активности после неудачи, с теоретическим одинаковым количеством выборов по критерию -Пирсона показало, что различий на значимом уровне нет, хотя они очень близки к нему (=5.9). Тем не менее, получается, что выборы видов активности после неудачи несущественно отличаются между собой.
Если же теперь сравнить по критерию контингенции Фишера [5] различия в выборах деятельностей жестко, и слабо связанных с достижением после успеха с выборами после неудачи, то обнаружится, что они существенно отличаются (р<0,05). После успеха предпочтительной является деятельность, жестко связанная с достижением, а после неудачи испытуемые чаще избегают ее, предпочитая менее связанную с достижением активность.
На втором этапе анализа результатов проводилось вначале сравнение изменения показателей целеполагания (уровень цели по "первому выбору" и по "трем выборам") до успеха и неудачи в предыдущей деятельности и перед новой деятельностью. Результаты сравнения показателей приведены на рис. 1.
По диаграммам хорошо видно, что после успеха уровень целей, которые испытуемый ставит перед собой, растет по обоим показателям. Причем по показателю "средней величины трех выборов" различие достигает значимого уровня (р<0,05).
После неудачи изменения противоположны, и, в принципе, это естественно. Перед новой деятельностью испытуемые в среднем снижают уровень своих притязаний и по показателю "первый выбор" различия достигают значимого уровня (р<0,05).
Естественным продолжением анализа этих же данных является сравнение сдвигов средних величин показателей целеполагания после успеха в сравнении с неудачей. Результаты такого анализа представлены в таблице 2. Из таблицы видно, что сдвиги уровней цели существенно отличаются, особенно по показателю "трех выборов" (р<0,05).
Таблица 2
Сравнение сдвигов средних величин показателей целеполагания
после успеха и неудачи (перед началом новой активности)

Период
Сдвиг уровня цели (по первому выбору)
Сдвиг среднего уровня цели (по трем выборам)
После успеха
0,9
1,7
После неудачи
-1,2
-0,7
Разность
2,1
2,4
t-критерий
2,2
2,6
р
0,05
0,05

Продолжением анализа проблемы междеятельностных регуляторных эффектов успеха и неудачи является изучение их влияния на мотивацию достижения. В таблице 3 представлены результаты сравнения средних величин показателей мотивации до успеха и неудачи и перед новой деятельностью.
Из таблицы видно, что успех в предыдущей деятельности не вызвал существенных изменений, однако отличия средних величин по показателю "чистая надежда" очень близки к значимому уровню (t = 1,9), то есть после успеха надежда на успех заметно увеличивается.
Неудача оказывает большее влияния на мотивацию достижения. Средняя величина показателя "чистая надежда" существенно снижается (р< 0,05), а "общая мотивация" возрастает до уровня, при котором средние величины близки к значимым (t = -1,8). Причем, из таблицы 3 видно, что "общая мотивация" увеличивается за счет показателя "страха перед неуспехом".
То, что в эксперименте не было обнаружено значительных изменений в первичных показателях мотивации достижения - в "надежде на успех" и "страхе перед неуспехом", - можно объяснить тем, что использованная в работе методика Х. Хекхаузена исходно предназначена для измерения величины устойчивых характеристик личности - мотивов стремления к успеху и избегания неудачи, а в данном исследовании она была "приспособлена" к выявлению ситуативных изменений актуальной мотивации. В связи с этим, те изменения, которые все-таки были обнаружены, весьма показательны.
Для того чтобы представить общую картину изменений в мотивации достижения перед новой деятельностью, результаты сдвигов показателей представлены в виде диаграмм на рис. 2.
По диаграммам видно, что успех по сравнению с неудачей вызывает противоположные изменения в показателях мотивации достижения.
Причем, влияние неудачи более существенно за счет больших сдвигов "страха перед неудачей". В связи с этим производный показатель "чистая надежда" изменяется настолько, что его сдвиги достигают значимых различий по сравнению со сдвигами после успеха (р<0.05). Расчеты таких сравнений в сдвигах показателей мотивации приведены в таблице 4.
Таблица 3
Сравнение средних величин показателей мотивации достижения
до успеха и до неудачи и перед новой деятельностью


"Надежда на успех"
(НЕ)
"Страх перед неудачей"
(FM)
"Чистая" надежда
(НЕ-FM)
Общая мотивация
(НЕ+FM)
М-до успеха
2,8
1,6
1,2
4,4
М-перед новой деятельностью
3,4
1,4
2,0
4,8
Разность
-0,6
0,2
-0,8
-0,4
t-критерий
1,2
0,8
-1,9
-0,9
p
-
-
-
-
М-до неудачи
2,8
1,5
1,3
4,3
М-перед новой деятельностью
2,5
2,7
-0,2
5,2
Разность
0,3
-1,2
1,5
-0,9
t-критерий
0,7
-2,0
2,4
-1,8
p
-
-
0,05
-
М - средняя величина
t - критерий Стьюдента
р - значимость различий
Полученные результаты об изменении мотивации достижения и их анализ свидетельствуют о различных эффектах успеха по сравнению с неудачей. Выявленные отличия по абсолютным величинам не столь велики из-за методических проблем, связанных с качеством измерения актуальной мотивации достижения. Однако общая картина изменений позволяет с большей уверенностью говорить о наличии междеятельностных регуляторных эффектов успеха и неудачи на мотивацию.
Кроме того, междеятельностные регуляторные эффекты обнаружены, во-первых, в специфике выбора вида активности "сильно", "слабо" и совсем не связанного с достижением каких-либо результатов. Во-вторых, в закономерном и специфическом изменении уровня цели после успеха и неудачи перед новой активностью.
Таким образом, результаты всего исследования, представленные в этом параграфе, позволяют более обоснованно говорить о том, что успех и неудача как сложные когнитивно-аффективные оценочные комплексы оказывают влияние на регуляцию выполнения не только в рамках той деятельности, в которой они возникли, но и обладают междеятельностными регуляторными эффектами.

Таблица 4
Сравнение сдвигов средних величин показателей
мотивации достижения после успеха и после неудачи


"Надежда на успех"
(НЕ)
"Страх перед неудачей"
(FF)
"Чистая" надежда
HS-FF
Общая мотивация HS+FF
После успеха
-0,6
0,2
-0,8
-0,4
После неудачи
0,3
-0,9
1,5
-0,9
Разность

1,4
-2,3
0,5
t-критерий
-0,8
1,2
-2,1
0,7
p
-
-
0,05
-

Литература

1. Ананьев Б.Г. Человек как предмет познания. - Л.: Изд-во ЛГУ, 1968. -339с.
2. Асмолов А.Г. Основные принципы психологического анализа в теории деятельности // Вопросы психологии. - 1982. - № 2. - С 14 - 27.
3. Батурин Н.А. Завершающий этап деятельности и проблема механизмов междеятельностной регуляции // Теоретическая, экспериментальная и практическая психология: Сборник научных трудов. - Челябинск: Изд-во ЮУрГУ, 1998. - Том 1. - С. 3 - 12.
4. Батурин Н.А., Курганский Н.А. Уровень притязаний как метод исследования личности // Диагностика психических состояний в норме и патологии. - Л., 1980. - С.140 - 148.
5. Бернстейн А.Л. Справочник статистических решений. - М.: Статистика, 1968. - 162 с.
6. Бороздина Л.В. Исследование уровня притязаний. - М.: Изд-во Института психологии РАН, 1993. - 140 с.
7. Гербачевский В.К. Уровень притязаний и характеристики интеллекта // Психодиагностические методы (в комплексном лонгитюдном исследовании студентов). - Л.: Изд-во ЛГУ, 1973. - С. 101 - 105.
8. Конопкин О.А. Психологические механизмы регуляции деятельности. М.: Наука, 1980. - 256 с.
9. Леонтьев А.А. Некоторые проблемы психологической теории деятельности (ПТД) на современном этапе // Развитие эргономики в системе дизайна. - Боржоми, 1979. - С. 286 - 290.
10. Леонтьев А.Н. Деятельность. Сознание. Личность. - М.: Политиздат, 1975. - 304 с.
11. Петровский В.А. К психологии активности личности // Вопросы психологии. - 1975. - № 3. - С. 26 - 38.
12. Рубинштейн С.Л. Основы общей психологии. - М.: Учпедгиз, 1946. - 704с.
13. Сидоренко Е.В. Методы математической обработки в психологии. - М.: Социально-психологический центр, 1996. - 349 с.
14. Суходольский Г.В. Понятийная система психологической теории деятельности // Психологический журнал. - 1981. - №3. - С.12 - 24.
15. Heckhausen H. Hoffnung und Furcht in der Leitungsmotivation. - Meisenheim/Glan: Nain, 1963. - 387 s.
16. Shachter S. Cognitive theory of emotions. - Advances in Experimental Social Psychology, 1964. - Р. 49 - 80.




ОГЛАВЛЕНИЕ

Copyright © Design by: Sunlight webdesign