LINEBURG


<< Пред. стр.

страница 16
(всего 73)

ОГЛАВЛЕНИЕ

След. стр. >>

площадь, и на семью, поскольку относит себя к «трудовому эле-
менту». Поначалу читать это смешно, но потом становится страш-
но. Сколько таких шариковых и в эти годы и последующие деся-
тилетия окажутся у кормила власти и будут не только отравлять
жизнь нормальным людям, но и решать их судьбы, определять
внутреннюю и внешнюю политику страны. Не случайно повесть
М. Булгакова долгое время находилась в Советском Союзе под за-
претом.
А карьера Шарикова тем временем складывалась успешно: он
уже на государственной службе — начальник подотдела в МКХ по
отлову бродячих котов, на нем кожаное пальто, как у настоящего
комиссара, еще немного, и он начнет учить жить самого профессо-
ра. В голосе этого «лабораторного существа» все чаще слышатся
металлические нотки. Шариков напичкан социальной демагогией.
Вслед за Швондером он проповедует идею уравниловки: «А то что
же: один в семи комнатах расселился, а другой шляется, в сорных
ящиках питание ищет». Более того, Шариков пишет донос на свое-
го благодетеля. Профессор понял свою ошибку, но, увы, было уже
поздно: Шариков утвердился в этой жизни и вполне вписался в но-
вое общество.
«Я заботился совсем о другом, об евгенике, об улучшении чело-
веческой породы. И вот их омоложение, нарвался», — сетует на
118
свою ошибку профессор. Вместо человека получился получеловек-
полуживотное, негодяй и хам. Сложилось нестерпимое положение.
Именно Борменталь первым заговорил о том, что нужно избавиться
от монстра-Шарикова, о чем Филипп Филиппович вначале и слы-
шать не хотел.
«Преступление созрело и упало, как камень...» Профессор и
доктор становятся соучастниками преступления, но они преступ-
ники «по необходимости о. В сущности, конфликт Преображенско-
го и Шарикова до определенного момента носил домашний, быто-
вой характер. Но с изменением социального положения Шарикова
совместное проживание с ним оказалось невозможным. Профессор
решается еще на одну операцию — возвращает Шарикова в «пер-
вобытное состояние». Невольно вспоминаются строчки из стихо-
творения, написанного после Октябрьской революции: «И скоро в
старый хлев ты будешь загнан пешкой, // Народ, не уважающий
святынь».
Повесть М. Булгакова как бы заканчивается благополучно. Нор-
мальная жизнь восстановлена, Шарик в своем естественном обли-
чье тихо дремлет в углу гостиной, но там, за ее пределами, оста-
лись Швондер, члены домкома и множество других Полиграфов
Полиграфовичей, перед которыми медицина бессильна. Цена за не-
виданный в истории социальный эксперимент оказалась непомер-
ной для России и русского народа.
Власть толпы — это власть разрушения, она лишена интеллек-
туального и духовного содержания и обречена на гибель.

БИБЛЕЙСКИЕ МОТИВЫ В ПОВЕСТИ «СОБАЧЬЕ СЕРДЦЕ»

Повесть «Собачье сердце» принадлежит к числу произведений,
посвященных Москве, описывающих сложное, противоречивое по-
слереволюционное время. И вместе с тем в ней затронуты вечные,
глобальные темы и вопросы, актуальные для человечества незави-
симо от пространственно-временных координат. М. А. Булгаков ис-
пользовал при создании повести множество литературных аллюзий
и реминисценций (начало явно перекликается с поэмой А. Блока
«Двенадцать», манера излишней детализации — традиция Гоголя),
но особую весомость и значимость повествованию придают библей-
ские мотивы, переводящие его в философский план, подчеркиваю-
щие глобальность и общечеловеческий смысл поднимаемых проб-
лем.
Одним из таких мотивов, прослеживающихся не только в «Со-
бачьем сердце», но и в других произведениях Булгакова (например,
«Мастер и Маргарита»), является построение системы персонажей
по принципу учитель — ученик — предатель (провокатор). Дейст-
вительно, профессор Преображенский — учитель, главные черты
которого — мудрость, интеллигентность, глубокое понимание про-
исходящего в сочетании с определенным научным фанатизмом. Об-
раз Преображенского дан практически целиком в религиозном
освещении: от собственно фамилии до характеристик, которые да-
ют ему другие действующие лица, в основном Шарик и Борменталь
(«творец», божество», «жрец» и т. д.). С почти сакральной фами-
119
лией «Преображенский» связана еще одна характерная деталь: дет-
ство и юность Шарика проходят у Преображенской заставы, там
же умирает Чугункин (пивная «Стоп-Сигнал», как написано в
дневнике доктора Борменталя); эта деталь по принципу алогизма
подчеркивает абсурдность идеи создания «нового человека», пре-
вращения собаки в человека, «преображения».
В системе персонажей доктор Борменталь — ученик, искренне
преданный учителю и вместе с тем никогда до конца его не пони-
мающий (эти качества характерны для всех булгаковских «учени-
ков» — вспомним Левия Матвея и Ивана Бездомного из романа
«Мастер и Маргарита»). Борменталь, подобно Левию Матвею, пы-
тается вести записи, фиксирует на бумаге происходящее, но Булга-
ков подчеркивает неспособность доктора глубоко и объективно ос-
мыслить реальность, доверяет ему повествование лишь на время и
при этом постоянно вводит травестирующие детали (например:
«Профессор Преображенский, вы — творец! (Клякса)» — фраза из
дневника), вследствие чего у читателя создается впечатление, что
ученик — ненадежный рассказчик. Ученик остается преданным
идее до конца и сам доводит ее до последней точки (решается на об-
ратную операцию), но при всей своей стойкости и упорстве он всег-
да духовно слабее учителя именно тем, что пытается бороться с аг-
рессивными проявлениями внешнего мира, в то время как учитель
пассивен и верен своим убеждениям в силе добра и невозможности
насилия. («Ласка <...> единственный способ, который возможен в
обращении с живым существом», — говорит Преображенский.)
В повести есть и предатель, и провокатор: Шариков и Швондер
соответственно, причем Шариков — в прямом смысле детище Пре-
ображенского, детище научное, результат опыта и в определенном
смысле ученик, ведь профессор некоторое время пытается воспиты-
вать и учить Шарикова. Мотив предательства учителя неблагодар-
ным учеником усиливает впечатление трагизма от самого факта
предательства из-за переклички с известной ситуацией из Библии.
События, происходящие в квартире Преображенского, попытка
бегства Шарика в первый день, его потеря сознания и пробуждение
напоминают легенду о воскрешении Лазаря. Библейским является
и мотив потопа, хотя он и переведен Булгаковым в комедийный
план: неумение Шарикова обращаться с водопроводными кранами
приводит действительно к катастрофе, к «великому потопу», от ко-
торого страдает прекрасная квартира профессора.
Тот факт, что Шариков после воскрешения произносит знамени-
тое «абырвалг», в тексте обосновывается по-разному: сам Шарик
повествует о милиционере, стоявшем у начала слова, из-за чего
подбегать к магазину было удобнее от «хвоста» названия; однако в
своих записях доктор Борменталь приводит другую причину чте-
ния справа налево — «перерыв зрительных нервов у собаки», но
ведь в начале повести Шарик читает «сыр» слева направо, норма-
льно, — значит, обе точки зрения ставятся Булгаковым под сомне-
ние, тем более что дневнику Борменталя, как уже говорилось, ав-
тор доверяет мало! Чтение справа налево — намек на иудейскую
письменность, своеобразная библейская аллюзия, придающая осо-
бую значимость первому произнесенному вслух слову Шарикова.
120
И пожалуй, самый очевидный мотив в повести, вызывающий ас-
социации с Библией, — место и время действия. События происхо-
дят в декабре — марте, но основное действо — операция и преобра-
жение Шарика — занимает промежуток времени с 24 декабря (соб-
ственно операция) по 7 января, то есть от католического до право-
славного Рождества. Место действия — район улицы Пречистенки,
не только традиционное место жительства интеллигенции, но в кон-
тексте повести — топоним, с самого начала придающий повествова-
нию религиозное звучание, переводящий его в философский план.
В «Собачьем сердце» Булгаков не стремился запечатлеть объек-
тивное, реалистическое отображение действительности; напротив,
созданная им картина гротескна, то есть строится на совмещении
несовместимых или полярно противоположных понятий; трагиче-
ского и комического, реального и абсолютно фантастического, аб-
сурдного. Библейские аллюзии постоянно прерываются снижающи-
ми, комическими деталями, заставляющими читателя переосмыс-
лить происходящее в сатирическом ключе. Религиозных мотивов
не так много, но все они играют значительную роль в раскрытии
основной идеи повести и одновременно предвещают появление
главного, финального произведения М. А. Булгакова, где библей-
ская линия станет самостоятельной, — романа «Мастер и Маргари-
та», работу над которым писатель начнет через два года после за-
вершения повести «Собачье сердце».

ТЕМА ГОРОДА В РУССКОЙ ЛИТЕРАТУРЕ
(По произведениям М. А. Булгакова)

Тема города является одной из самых характерных тем для рус-
ской литературы. Она отразилась в произведениях А. С. Пушкина,
Н. В. Гоголя, Ф. М. Достоевского, А. А. Блока, М. А. Булгакова и
многих других писателей. Раскрытие данной темы можно просле-
дить на примере творчества М. А. Булгакова, в частности его рома-
нов «Белая гвардия» и «Мастер и Маргарита».
В изображении города Булгаков обращается к традициям рус-
ской литературы. Особенно заметно влияние Гоголя и Достоевско-
го. Изображение города фантастично, отчасти это город-призрак.
Он чутко реагирует на внутреннее состояние героев. Например, в
«Мастере и Маргарите* погода в городе меняется, предсказывая по-
следующие события и как бы подготавливая к ним действующих
лиц. Булгаков также обращается к традиции мистического изобра-
жения города. Особенно четко прослеживается сходство с романами
Достоевского «Преступление и наказание» и «Бесы». Не случайно
в обоих романах Булгакова в городе присутствуют некие дьяволь-
ские силы: таинственный узник из камеры № 666 в «Белой гвар-
дии», Князь Тьмы со своей свитой в «Мастере и Маргарите» и т. д.
И наконец, Булгаков обращается к проблеме города и человека, то
есть когда город выступает как существо, наделенное волей, подчи-
няющее этой воле своих обитателей. Это традиции «Петербургских
повестей» Гоголя и ранних произведений Достоевского: «Белые но-
чи», «Бедные люди». Данные традиции изображения города Булга-
ков сочетает с собственными новаторствами.
121
Прежде всего город выступает как самостоятельный персонаж.
Особенно ярко это прослеживается в романе «Белая гвардия». Не-
даром автор пишет Город с большой буквы как имя собственное.
Булгаков так характеризует жизнь Города:
«Как многоярусные соты, дымился и шумел, жил Город». Безу-
словно, город в обоих романах — существо одушевленное, наделен-
ное собственным характером. Поэтому и герои данных произведе-
ний относятся к нему как к живому. Это видно и из разговоров в
доме Турбиных, и из размышлений персонажей «Мастера и Марга-
риты». Город, как правило, сильнее своих обитателей и способен
подчинить их судьбы своей воле. Он стоит много выше остальных
героев, именно поэтому символом Города в «Белой гвардии» явля-
ется памятник святому Владимиру, осеняющему Город Крестом:
«Но лучше всего сверкал электрический белый крест в руках гро-
маднейшего Владимира на Владимирской горке, и был он виден да-
леко, и часто летом в черной мгле, в путаных заводях и изгибах
старика-реки, из ивняка, лодки видели его и находили по его свету
водяной путь на Город, к его пристаням. Зимой крест сиял в чер-
ной гуще небес и холодно и спокойно царил под темным пологим
московским берегом». Жители Города в «Белой гвардии» и города
в «Мастере и Маргарите» действуют не самостоятельно, а подчиня-
ясь более могущественной силе. Например, в «Мастере и Маргари-
те» город живет во власти Сатаны и его свиты, то есть сам оказыва-
ется в подчинении. Но и в данном случае город стоит выше своих
обитателей.
Весьма разнообразны художественные средства, используемые
Булгаковым для изображения города, раскрытия его особенностей.
Город в «Белой гвардии» ассоциируется со светом, но со светом ис-
кусственным, высвечивающим отдельные эпизоды. Это лампа в до-
ме Турбиных, фонари на улицах, две звезды в небе: Венера и Марс.
Здесь Булгаков использует так называемый прием кииематогра-
фичности. В «Мастере и Маргарите» Булгаков более всего обраща-
ется к изображению быта и нравов населения Москвы.
Булгаковский город является не только героем произведения,
но и особым миром. Характерно то, что действие обоих романов не
выходит за его пределы. Город предстает как замкнутое простран-
ство, поочередно посещаемое некими силами. В «Белой гвардии»
эти силы сменяются, как в калейдоскопе. Это и гетман, и немецкие
войска, и Петлюра. Они проносятся над Городом внезапно и бес-
следно. Последняя самая могущественная сила еще не вошла в Го-
род, но уже находится на подходе к нему. Эта сила таинственна и
загадочна. Ее символом является бронепоезд с красной звездой.
В «Мастере и Маргарите» в городе появляется только одна си-
ла — нечистая. Но принцип тот же, что и в «Белой гвардии»: Во-
ланд со своими спутниками исчезает бесследно и так же внезапно,
как и появляется. Все события также происходят в замкнутом про-
странстве города, словно мир за его пределами не существует.
В романах «Белая гвардия» и «Мастер и Маргарита» изобража-
ются три города: Город, Москва и Ершалаим. Причем в Городе ясно
угадывается Киев, то есть город совершенно реальный, как и Моск-
ва. И в Киеве, и в Москве Булгаков жил. Ершалаим (Иерусалим)
122
также является реальным городом. Но здесь не так много конкрет-
ных описаний самого города.
Булгаков не случайно отделяет все три изображаемых им города
от реального мира, замыкает их в себе. Можно провести параллель
с небесным городом Иерусалимом, о котором говорится в Апока-
липсисе Иоанна Богослова:
«...великий город, снятый Иерусалим, который нисходил с неба
от Бога». Более всего под это описание подходит Город, изображен-
ный в «Белой гвардии», которому суждено пройти через тяжкие
испытания. Недаром Булгаков обращается к Священному Писанию
в обоих романах.
Можно сделать вывод, что Булгаков следует традициям русской
литературы в изображении города как одного из героев произведе-
ния. С другой стороны, город — особый мир, «град Бога Моего, но-
вый Иерусалим, нисходящий с неба». Такая ссылка на Священное
Писание заставляет читателя по-иному воспринимать произведение
в целом.
Изображение города в романах М. А. Булгакова — своеобразное
стилистическое открытие в русской литературе. Тема города, полу-
чившая столь яркое отражение в произведениях русских писателей,
нашла свое новое звучание на страницах булгаковских романов.

«РУСЬ, КУДА Ж НЕСЕШЬСЯ ТЫ, ДАЙ ОТВЕТ?»
Н. В. Гоголь
(По произведениям М. А. Булгакова)

«Счастлив, кто посетил сей мир в его минуты роковые!» Строки
Ф. И. Тютчева из стихотворения «Цицерон» услышаны и воспри-
няты нашим поколением особенно остро: мы живем в эпоху пере-
мен.
Каким будет завтрашний день? Оттого, вероятно, мы так при-
стально вглядываемся в творчество писателей, живших во времена
бурных социальных катаклизмов. Наверно, этим объясняется наш
повышенный интерес к наследию М. Булгакова, писателя, чьи ге-
рои разделили судьбу России в годы тяжелейших испытаний, пере-
жили роковой для нашей истории 1917 год и Гражданскую войну.
Вихрь драматических событий, увлекший героев «Белой гвар-
дии», повестей «Собачье сердце», «Роковые яйца», запечатлелся и в
судьбе самого писателя. В родном Киеве он был свидетелем более
десяти переворотов, как враг не мог избежать мобилизации сначала
в армию Петлюры, затем в белую гвардию. Узнал красный и белый
террор, да и в новой, изменившей свой социально-политический об-
лик России жил в сложнейших условиях небывалого государствен-
ного эксперимента, опасного своей непредсказуемостью. Писателя
неотступно мучил вопрос: «Что же будет с нами дальше?» В
1919 году появляется его статья «Грядущие перспективы». Мрач-
ным пророчеством звучат в ней слова: «...придется много драться,
много пролить крови, потому что, пока за зловещей фигурой Троц-
кого еще топчутся с оружием в руках одураченные им безумцы,
жизни не будет, а будет смертная борьба... Мы будем завоевывать
собственные столицы». Булгаков говорит о неминуемой расплате за
123
безумие октябрьских дней, за самостихийных изменников, развра-
щение рабочих, за Брест, за безудержное пользование станками для
печатания денег. «И только тогда, — продолжает он, — когда будет
очень поздно, мы вновь начнем кой-что созидать, чтобы стать пол-
ноправными, чтобы нас впустили опять в версальские залы».
Время подтвердило правоту Булгакова, но в те грозные годы, на
которые пришлась жизнь писателя, его позиция воспринималась
как вражеская. Новые идеологи, охваченные эйфорией победы,
имели немало именитых союзников среди литераторов, готовых
служить делу революции.
Роман «Белая гвардия», написанный в 1923—1924 годах, про-
звучал совершенно неожиданно: в нем отсутствовала революцион-
ная героика, но была боль за Отечество, поруганное, истерзанное
войной, и боль за людей, попавших под колеса истории.
«Велик был год и страшен по Рождестве Христовом 1918, от на-
чала же революции второй». Кровавые вершатся в нем дела под си-
янием «красного дрожащего Марса». Нет привычного мира. «Город
жил странною неестественной жизнью...» Киевом пытались овла-
деть разные политические силы: здесь столкнулись войска гетмана,
поддерживаемые немецкими оккупантами, петлюровцы и больше-
вики. Кто победит? За кем должна будет пойти Россия?
Эпиграф романа, взятый из повести А. С. Пушкина «Капитан-
ская дочка», передает состояние растерянности, неизвестности, тя-
желых предчувствий, в котором оказались люди. Ощущения катаст-
рофы переживает милая, тихая, интеллигентная семья Турбиных.
Жестокое время, как пишет автор, «перебило им жизнь на са-
мом рассвете». Их духовная красота, казалось бы, должна быть
вознаграждена счастливой судьбой, но им «придется мучиться и
умирать». Страшная действительность, в которой они оказались,
заставляет вспомнить картины Апокалипсиса: «Третий ангел вы-
лил чашу свою в реки и источники вод; и сделалась кровь». Только
за кремовыми шторами могут укрыться Турбины от разрушитель-
ной стихии улицы. Сколь непрочна эта преграда!
Турбины еще молоды, но нравственный мир их уже сформиро-
ван всем укладом предыдущей жизни: прекрасными семейными от-
ношениями и традициями, теплом их гостеприимного дома, высо-
кой культурой. Несмотря на трудности времени, Турбины поддер-
живают заведенный порядок. В их доме по-прежнему уютно: ска-
терть накрахмалена, полы лоснятся, в вазе стоят голубые гортен-
зии и знойные розы. Здесь находят приют и спасение старые дру-
зья: Мышлаевский и Карась, мужественные, честные офицеры,
верные присяге, брошенные на произвол судьбы продажными
штабными командирами;
Шервинский, адъютант гетмана, позорно бежавшего из Киева с
немцами;
Лариосик, милый романтик, поэт, бесконечно добрый и, к не-
счастью, совсем не готовый к суровым испытаниям.
Политическая сумятица, война не изменили их убеждений. Со-
весть не позволяет им, подобно Тальбергу, бросить Россию, хотя
они понимают, что положение их безнадежно. Им хотелось бы ве-
рить в то, что, может быть, государь жив или что удастся попасть
124
на Дон к Деникину. Сейчас, когда мы знаем трагический итог бело-
гвардейского сопротивления, возможная дальнейшая судьба этих
героев вызывает смешанные чувства уважения и скорби.
Булгаков оставляет своих героев в самый напряженный момент:
следом за Петлюрой уже звучит красная канонада. Что будет с Еле-
ной, Алексеем, Николкой, их друзьями? Что будет с Россией? Ав-
тор, безусловно, знал ответы на эти вопросы, поскольку на его гла-
зах возникал государственный монстр, не знающий аналогов в ми-
ровой истории.
Революцию, да еще такую безжалостную, кровавую, писатель
воспринимал как чудовищный эксперимент над народом. Словно
бесстрастный, с холодным рассудком ученый ставит опыт над жи-
выми существами, из которых в результате уцелеют единицы. То-
лько в нашей стране в качестве подопытных оказались люди. Их
искалеченные или погубленные жизни не принимались в расчет ве-
ликими экспериментаторами, не представлявшими даже, каким
будет результат.
М. Булгаков берет на себя недозволенную по законам времени
смелость рассуждать о правомерности подобных экспериментов.
Его новыми героями становятся ученые-исследователи Преобра-
женский («Собачье сердце») и Персиков («Роковые яйца»). Они
проделывают фантастические с точки зрения науки опыты. Преоб-
раженский обыкновенную дворовую собаку Шарика превращает в
человека. Персиков создает красный луч, ускоряющий процесс раз-
вития организмов. Опыты удались, но вскоре всеобщее ликование
сменилось жестокими разочарованиями.
Человек с собачьим сердцем, с наследственностью закоренелого
преступника, Шариков сделал совершенно невыносимой жизнь
своего создателя. Профессор-интеллигент оказался вынужденным
терпеть возле себя хама, претендующего вдобавок на роль хозяина
в доме.
Раньше профессору достаточно было позвонить высокопостав-
ленному лицу, чтобы выпроводить председателя домкома Швонде-
ра, пытающегося отнять у Преображенского часть жилой площади.
Теперь в его квартире нагло расположился Шариков, получивший
у Швондера паспорт, прописку, то есть законный вид на жительст-
во. Профессор и его ассистент, доктор Борменталь, не только стра-
дают от непристойного поведения человека-собаки, но и выслуши-
вают угрозы в свой адрес. Их терпение кончилось, и они смогли
дать обратный ход своему эксперименту: Шариков вновь превра-
тился в Шарика.
Красный луч Персикова самым неожиданным образом спрово-
цировал нашествие на страну гадов чудовищных размеров. От пол-
ной гибели город спасла случайность — восемнадцатиградусный
мороз в середине лета.
Идея произведений заключена в размышлениях о целесообраз-
ности экспериментов, их обоснованности.
Булгаков предупреждает о величайшей ответственности тех, кто
берется решать судьбу народа. Социальные потрясения, сопряжен-
ные с большими жертвами, по мнению писателя, нарушают естест-
венный ход истории развития общества. Нельзя разом изменить лю-
125
дей. Булгаков, к примеру, решил проследить судьбу известных гого-
левских персонажей из поэмы «Мертвые души». Он переместил их в
свою эпоху, и получилось новое произведение «Похождения Чичи-
кова». Оказалось, что и в Советской России они остались прежними,
изменились лишь только внешние формы их деятельности: Чичиков
приобретает несуществующие предприятия. Коробочка мечтает от-
крыть булочную в Манеже. Словом, проходимцы, подобные Чичико-
ву, менее всего страдают от перемены политической власти. Замена
формы государственного устройства для них не играет никакой ро-
ли: это все равно что переименовать гостиницу в общежитие.
Все творчество М. А. Булгакова — размышление о будущем Рос-
сии. Он разделил ее трудную судьбу, как это сделали А. Ахматова,
А. Платонов и многие другие русские писатели и поэты. Он жил с

<< Пред. стр.

страница 16
(всего 73)

ОГЛАВЛЕНИЕ

След. стр. >>

Copyright © Design by: Sunlight webdesign