LINEBURG


<< Пред. стр.

страница 2
(всего 32)

ОГЛАВЛЕНИЕ

След. стр. >>

послужить весомым подспорьем в работе Департамента.
Надеемся на продолжение нашего сотрудничества.
А.Е. Грановский,
директор Департамента международных организаций МИД РФ.
.

7
ЯДЕРНЫЙ КОНТРОЛЬ № 2 (68), Том 9
Уважаемый Владимир Андреевич!
В Главном управлении Генерального штаба с интересом знакомятся с материалами,
публикуемыми в журнале Ядерный Контроль. Проблемы, освещаемые в Вашем журна
ле, являются весьма актуальными и ориентируют широкий круг читателей на правильное
понимание таких сложных вопросов, как ОМУ и средства его доставки, их нераспрост
ранение, контроль и ликвидация; военные доктрины; ядерная стратегия и безопасность;
экспортный контроль и двойные технологии; высокоточное и другие виды обычного ору
жия.
Нам импонирует нацеленность редакции на оперативное рассмотрение проблем, отве
чающих злобе дня, попытка их досконального исследования и высокий профессиона
лизм подачи материала.
При этом особо важно, на наш взгляд, то, что вы допускаете возможность полемики, до
ведение до читателя различных взглядов (в том числе зарубежных экспертов) и не на
стаиваете на категоричности какого либо подхода, оставляя свободу формирования
собственного мнения.
Хотелось бы также отметить стремление редколлегии постоянно совершенствовать ка
чество не только самой информации, но и формы ее подачи. С этой точки зрения новый
формат журнала выгодно отличается от его первоначального варианта. С удовольстви
ем воспользуемся предоставленной Главному управлению возможностью регулярно
знакомиться в текущем году с содержанием Вашего журнала.
[…] Желаю дальнейших творческих успехов всему коллективу редакции.
С уважением,
В.В. Корабельников,
начальник Главного управления
Генерального штаба Вооруженных сил РФ.

___________
Уважаемый Владимир Андреевич!
Позвольте поблагодарить Вас за предоставленную возможность ознакомиться с оче
редным номером издаваемого ПИР Центром журнала Ядерный Контроль в его новом
формате и предложение высказать наше мнение.
По мнению экспертов Службы, актуальность вопросов, освещаемых в журнале, не вызы
вает сомнения, как и высокий профессиональный уровень авторов публикуемых статей,
что может быть обеспечено только активной редакционной позицией.
Позвольте также выразить надежду на дальнейшую плодотворную работу коллектива
ПИР Центра, как в направлении издательской деятельности, так в реализации различ
ных проектов в столь важной и в то же время требующей особой деликатности области,
каковой является проблематика международной безопасности, в первую очередь, в ча
сти нераспространения оружия массового уничтожения и контроля над вооружениями.
С уважением,
Б.Н. Лабусов,
руководитель пресс бюро СВР,
По поручению директора СВР.




8 ПИСЬМА ГЛАВНОМУ РЕДАКТОРУ
МЕЖДУНАРОДНЫЕ РЕЖИМЫ НЕРАСПРОСТРАНЕНИЯ:
ТЕРАПЕВТЫ СПРАВЯТСЯ ЛУЧШЕ ХИРУРГОВ




Международные режимы нераспространения оружия массового уничтожения – в кризи
се. События вокруг Ирака показали это со всей очевидностью. Инспекторов ООН и




Я
Я
МАГАТЭ, действовавших с санкции Совета Безопасности, вытеснили американские и
английские солдаты, не имеющие никакого международного мандата. Само слово «не




А
Ь
распространение» стало лишь удобным прикрытием для проведения военной операции




Т
Н
против неугодного режима.




А
Н
Не скомпрометированы ли теперь сами ценности нераспространения, вырабатывавши




СТ
ИО
еся совместно в течение нескольких десятилетий многими десятками государств? Не
приведет ли иракский урок уже в недалеком будущем к пересмотру некоторыми, ныне
неядерными, государствами членами ДНЯО своей ядерной политики?




Ц
К
Инспекции, проведенные МАГАТЭ и ЮНМОВИК в Ираке в последние месяцы, следовало
бы рассматривать как успех международного сообщества. Они были достаточно эффек




А
тивны в деле расследования иракских программ оружия массового уничтожения и пре




Д
дотвращения развития этих программ. Не будь инспекции прерваны вторжением, их




Е
можно было бы рассматривать в качестве примера общемировых усилий по пресечению
попыток государств нарушить международные режимы нераспространения. Пример,




Р
достойный подражания и в других районах мира, если на то будет получен мандат Сове
та Безопасности ООН.
Но не будем говорить в условном наклонении. Произошло то, что произошло. Ирак стал
настоящей «лакмусовой бумажкой» для международного сообщества, и прежде всего
для Совета Безопасности ООН. Становится ясно: при наличии единственной сверхдер
жавы, проводящей собственную политику контрраспространения и способной самосто
ятельно решать задачи в интересах собственной безопасности, у международного со
общества уже не получается действовать эффективно – жестко, но мирно – в деле от
слеживания и предотвращения нарушений в области нераспространения.
Что же касается государств, чьи намерения в области ОМУ вызывают обеспокоенность,
можно с уверенностью сказать – да, они испугались, увидев судьбу С. Хусейна. И сдела
ли вывод: не терять времени даром, не сотрудничать с ООН и МАГАТЭ, скрытно, но бы
стро работать над собственными программами. То есть после Ирака мы получили тот
результат, который наименее всего желателен с точки зрения международной стабиль
ности.
Но ведь если разобраться, настоящей проблемой режимов нераспространения являлся
не Ирак. Этой проблемой была – и остается – КНДР. Учитывая возможности Северной
Кореи в ядерной и ракетной областях, а также закрытость и непредсказуемость ее ре
жима, следует признать, что эта страна является серьезным фактором нестабильности
и для региона Северо Восточной Азии, и для мира в целом. К тому же, теперь это госу

9
ЯДЕРНЫЙ КОНТРОЛЬ № 2 (68), Том 9
дарство находится вне международных обязательств по ДНЯО, так как под завесой баг
дадских пожаров методично завершило свой выход из договора.
Следующие несколько месяцев будут решающими в вопросе о том, как вести себя меж
дународному сообществу в отношении Северной Кореи и ее военной ядерной програм
мы, которая становится все менее имитационной и все более осязаемой. Вопрос об
урегулировании в Северной Корее должен оставаться полем деятельности дипломатов,
а не военных. Тем не менее, если кризис в Северной Корее не будет в ближайшее вре
мя решен дипломатическими методами, это может привести к настоящей катастрофе.
Катастрофа – это цепная реакция. Даже само намерение Северной Кореи создать, пусть
и примитивные, ядерные взрывные устройства подорвет весь баланс сил в регионе, и,
возможно, подтолкнет Японию, а также и некоторые другие страны, к переосмыслению
своей политики в ядерной области.
Собственные выводы из иракской войны делает и Иран – теперь взятый в полукольцо
американскими войсками: из Турции, Афганистана, Ирака... Иран активно, быстро дви
жется к созданию замкнутого ядерного топливного цикла. Несмотря на серьезную борь
бу, внутри руководства этой страны пока превалируют силы, которые стремятся «играть
по международным правилам». В то же самое время эти влиятельные силы очень амби
циозны. Они хотели бы, чтобы Иран продолжал технологически динамично развиваться,
в том числе и в области мирного освоения атомной энергии. Одновременно эти силы
рассчитывают и на то, что такое развитие иранской атомной энергетики (как и других
высокотехнологичных направлений) будет происходить параллельно с демократизаци
ей иранского общества. Так это или нет – покажет время, однако безусловно, что Иран
входит в XXI век с масштабными планами развития атомной энергетики. А внутриполи
тический баланс в стране настолько хрупок, что в любой момент политическое решение
о создании ядерного оружия Ираном может быть принято. Иракский урок, к сожалению,
прямо подталкивает Иран к этому.
В такой ситуации программой минимум должно стать продолжение усилий МАГАТЭ по
контролю за развитием атомной программы Ирана. Россия и другие государства долж
ны активно объяснять Ирану важность его скорейшего присоединения к Дополнитель
ному протоколу МАГАТЭ. Также необходимо более активно использовать международ
ные и национальные системы контроля, включая спутниковые, чтобы не быть застигну
тыми врасплох.
Среди других острых и нерешенных проблем – провал с достижением универсальности
режима ядерного нераспространения, а также регресс в вопросе о «13 шагах» ядерного
разоружения, которые были приняты консенсусом на Конференции по рассмотрению
ДНЯО 2000 г., а в некоторых случаях и шаги ядерных государств в прямо противополож
ном направлении; отсутствие действенных ответов на новые вызовы, которые исходят
от негосударственных «игроков» (международных террористических организаций и ор
ганизованных преступных сообществ) – прежде всего в форме ОМУ терроризма.
В 1995 году, сразу после успешной Конференции по продлению ДНЯО, один из экспер
тов так обрисовал ситуацию: «Операция прошла успешно, пациент жив, но находится в
реанимации».
В 2003 году «пациент» снова находится в «реанимации» (если, конечно, он когда то ее
покидал). Но требуется ли ему «операция»? Вряд ли. Нужно не упрекать СБ ООН в сла
бости, но вернуть ему роль арбитра. Не действовать дубинкой, когда существуют меж
дународные договоры и другие механизмы международного права.
То, что сегодня необходимо «пациенту» – это своевременный, методичный прием про
писанных раннее «лекарств». Звучит скучно, нереволюционно. И это, конечно, потруд
нее хирургии.




10 МЕЖДУНАРОДНЫЕ РЕЖИМЫ НЕРАСПРОСТРАНЕНИЯ: ТЕРАПЕВТЫ СПРАВЯТСЯ ЛУЧШЕ ХИРУРГОВ
НАЦИОНАЛЬНЫЕ ИНТЕРЕСЫ РОССИИ И США
Михаил Маргелов
НЕ ПРОТИВОРЕЧАТ ДРУГ ДРУГУ




Председатель Комитета по международным делам Совета Федерации М.В. Марге
лов дал эксклюзивное интервью корреспонденту журнала Ядерный Контроль Илье




Ю
Фабричникову.




Ь
ЯДЕРНЫЙ КОНТРОЛЬ: Михаил Витальевич, в настоящее время очень много




В
говорится о том, что Россия и Соединенные Штаты стали или становятся
«стратегическими партнерами» в борьбе с международным терроризмом. Как




Р
вы считаете — как долго может продлиться это «стратегическое партнерство»




Е
и какие ощутимые результаты оно может принести в будущем?




Т
МАРГЕЛОВ: Партнерство по определению предполагает сотрудничество, совмест




Н
ные решения, а значит – обоюдную выгоду. Наше партнерство с США в борьбе с меж
дународным терроризмом основано на понимании общей угрозы, которую пред




И
ставляет это явление. Предотвращение этой угрозы рассматривается нашими стра
нами как приоритетная задача. Однако ошибочным было бы сводить наше партнер
ство лишь к задачам антитеррористической борьбы. Нам удалось существенно рас
ширить области взаимодействия. Об этом свидетельствует содержание последних
двусторонних саммитов. Национальные интересы России и США не противоречат
друг другу. Я бы обратил внимание на то, что контрпродуктивность противоборства
между нашими странами фактически признается в новой Стратегии национальной
безопасности США. Теперь нам предстоит снять неоправданные барьеры на пути
развития двустороннего сотрудничества. От партнерства в борьбе с общим врагом
мы переходим к реальному взаимодействию. Это путь к отказу от дискриминацион
ных ограничений в торговле и иных обменах, а значит – прямая выгода для экономик
двух стран.
ЯДЕРНЫЙ КОНТРОЛЬ: Михаил Витальевич, сейчас одной из основных тем в
международных отношениях является «крестовый поход» США против стран,
составляющих «ось зла». В то же самое время правительство РФ заинтересо
вано в развитии сотрудничества с Ираном и Северной Кореей. Не может ли
случиться так, что в своем желании поддерживать «партнерские» отношения с
США Россия вынужденно откажется от выгодного сотрудничества с «государ
ствами париями»?
МАРГЕЛОВ: В США существование «оси зла» принимается за аксиому. Разумеется,
однозначное указание на врага облегчает многие задачи, в частности, работу с обще
ственным мнением. Однако мне представляется, что политики не должны позволять
себе упрощать ситуацию. Упрощение — большой грех, особенно когда речь идет о

11
ЯДЕРНЫЙ КОНТРОЛЬ № 2 (68), Том 9
принятии долгосрочных решений. Эти решения, в конечном итоге, будут оплачивать
из своего кармана налогоплательщики. Американская администрация причисляет к
«оси зла» Иран, Ирак, Северную Корею, Ливию, Сирию, Кубу. Для России эти совер
шенно различные страны существуют самостоятельно и не объединены никакими об
щими признаками. Классификация стран вообще очень субъективное занятие. Напри
мер, что общего между такими странами, как Иран, Кения, Ирландия, США, Бельгия,
Россия, Албания, Уганда? Согласно данным Государственного департамента США, на
территории этих стран действовала «Аль Каида». Однако можно ли сделать какие то
общие выводы относительно этих стран только на этом основании? Мне кажется, это
было бы заблуждением. У России есть отношения с Ираном, Сирией, Ливией, Север
ной Кореей, Кубой. Это не является тайной от наших партнеров, в том числе от США.
Наши отношения с этими странами ни в чем не противоречат нашим международным
обязательствам, в том числе в рамках антитеррористической коалиции.
Например, Иран — важный региональный партнер России. Эта страна играет значи
тельную роль в делах азиатского континента, в исламском мире. Наш опыт сотрудни
чества, в частности в Таджикистане и Афганистане, подтверждает, что это государст
во способно конструктивно участвовать в урегулировании конфликтных ситуаций. Мы
поощряем более активное участие Ирана в международных делах с особым акцентом
на борьбу с терроризмом, наркобизнесом, вопросы разоружения, нераспростране
ния и экспортного контроля. Насколько мы понимаем, такой же позиции придержи
вается Евросоюз, который начал подготовку масштабного соглашения о торговле и
сотрудничестве с Тегераном. Мы знаем, что в США вызывает определенное беспо
койство наше сотрудничество в ядерной сфере — до такой степени, что наши науч
ные учреждения постоянно подвергаются санкциям. Однако мы не считаем, что для
подобных тревог есть повод. Ядерная программа Ирана находится в абсолютно зача
точном состоянии, и Тегеран готов проявлять максимум транспарентности в своей
ядерной деятельности. В 2002 г. на сооружаемой при российском содействии АЭС в
Бушере побывало рекордное число мониторинговых групп МАГАТЭ, Иран готов уча
ствовать в программе повышения эффективности гарантий этой организации. Рос
сия этому всячески способствует. Наши военные поставки ограничиваются вооруже
ниями оборонительного характера.
Наш диалог с Северной Кореей способствует не только оздоровлению обстановки на
полуострове и сближению Пхеньяна и Сеула, но и укреплению глобальной стабильно
сти. При этом в Москве ясно дают понять северокорейскому руководству, что заявле
ния относительно так называемого «права на обладание ядерным оружием» оказыва
ют дестабилизирующее воздействие на ситуацию в дальневосточном регионе. Это
может крайне негативно сказаться на межкорейском урегулировании и вызвать «цеп
ную реакцию» военных усилий со стороны соседних государств. Пхеньяну не следует
провоцировать подозрения и нарушать международные обязательства. Мы будем
способствовать проведению многосторонних консультаций во избежание дальней
шей эскалации напряженности в регионе и за его пределами.
Таким образом, вопрос о выборе между выгодой от сотрудничества с теми или ины
ми странами и партнерством с США для нас не стоит.
ЯДЕРНЫЙ КОНТРОЛЬ: Михаил Витальевич, каковы, на ваш взгляд, дальней
шие перспективы сотрудничества России и международного сотрудничества в
рамках программы Совместного уменьшения угрозы? Каковы перспективы
увеличения помощи России со стороны европейских государств?
МАРГЕЛОВ: Как известно, весной 2002 г. американцы заморозили финансирование
по программе Совместного уменьшения угрозы. Позже президент США принял ре
шение о размораживании финансирования. К сожалению, есть все основания пола
гать, что проблемы возникнут вновь, и довольно скоро, поскольку президентское раз

12 НАЦИОНАЛЬНЫЕ ИНТЕРЕСЫ РОССИИ И США НЕ ПРОТИВОРЕЧАТ ДРУГ ДРУГУ
решение не распространяется дальше осени 2003 г. Так что предстоит серьезная ра
бота с нашими партнерами. Впрочем, не только с ними. Вопрос о наших обязательст
вах – это и большая работа внутри. Вот почему так важен факт начала работы завода
по уничтожению химического оружия в поселке Горный Саратовской области. Это не
только выполнение обязательств, но и ответ нашим американским критикам. Что ка
сается европейских государств, то позитивные перспективы открывают договорен
ности, достигнутые в Кананаскисе в рамках «восьмерки».
ЯДЕРНЫЙ КОНТРОЛЬ: С какими основными проблемами сталкивается Россия
при использовании иностранной помощи в области нераспространения? Есть
ли необходимость в усовершенствовании законодательной базы, обеспечива
ющей применение этой помощи?
МАРГЕЛОВ: Помимо уже упомянутых сложностей, связанных с действиями наших
партнеров, есть, конечно, и другие проблемы. Так, исполнительная и законодатель
ная власть работают над решением таких проблем, как освобождение безвозмезд
ной технической помощи от налогообложения, а также освобождение от гражданской
ответственности за ядерный ущерб. Эти вопросы будут решаться в рамках конкрет
ных проектов. И, безусловно, законодательная база и конкретные правовые механиз
мы будут совершенствоваться.




Ю
ЯДЕРНЫЙ КОНТРОЛЬ: Михаил Витальевич, Россия за последние десять лет




Ь
очень серьезно пострадала от терроризма. В октябре 2002 г. мы стали свидете




В
лями трагических событий. Скажите, какие шаги необходимо предпринять госу
дарству для того, чтобы уменьшить риск повторения подобных инцидентов?




Р
Е
МАРГЕЛОВ: Это должна быть система шагов, а не кампания. И эта система должна
охватывать, разумеется, не только силовые структуры. Однако, если говорить о пер




Т
воочередных действиях, то они должны затронуть армию, правоохранительные орга

<< Пред. стр.

страница 2
(всего 32)

ОГЛАВЛЕНИЕ

След. стр. >>

Copyright © Design by: Sunlight webdesign