LINEBURG




ОГЛАВЛЕНИЕ

Ответственность банков при осуществлении
международных расчетов

Понятие международных расчетов является гораздо более широким, чем кажется
на первый взгляд. Два резидента одного из государств СНГ, рассчитывающиеся
между собой в допускаемых законом случаях в иностранной валюте, при соблюдении
ряда условий (обслуживание в разных отечественных банках, не имеющих корреспондентских
счетов в национальном de facto клиринговом банке), зачастую не подозревая
об этом, включают в свои правоотношения иностранный элемент. Несколько утрируя,
платеж в американских долларах между двумя соседними колхозами любого из государств
Содружества, может завершиться в Нью-Йорке, а в немецких марках - во Франкфурте-на-Майне.
Таким образом, понятие "международные расчеты" включает в себя не только трансграничные
платежи, но и перевод валюты одного иностранного государства между резидентами
другого, который в таких случаях осуществляется через платежную систему страны
происхождения валюты.
На трудность разграничения понятия "национальный" и "международный" платеж
в ситуациях, когда валютой платежа является валюта иностранного государства,
указывается, в частности, в докладе Гаагской конференции по международному
частному праву, посвященном конфликту законов при движении трансграничных
платежей (1987 год). Однако такое разграничение имеет важное практическое
значение, поскольку оно связано с выбором места и времени совершения платежа.
Момент завершения платежа и связанные с этим последствия определяются в различных
правовых системах по-разному. Так, Правовое руководство ЮНСИТРАЛ по электронному
переводу средств называет 8 юридических фактов, используемых в различных государствах,
а также 5 типов юридических последствий, с ним связанных. Анализ соответствующих
норм как белорусского, так и российского законодательства позволяет сделать
вывод, что моментом исполнения денежного обязательства следует считать зачисление
средств на корреспондентский счет банка получателя, который в описанных ситуациях
будет иметь местно на территории государства валюты платежа.
Исполнение денежного обязательства на территории иностранного государства
с применением материального права данного государства ставит вполне серьезные
проблемы перед местными субъектами хозяйствования и банками. В рамках настоящей
статьи в фокусе внимания окажется проблема ответственности банков за задержку
платежа.
Объектом рассмотрения станет электронный банковский перевод (иначе называемый
кредитовым переводом), во-первых, как самая распространенная форма безналичных
расчетов, во-вторых, как во многих случаях элемент прочих расчетных и иных
банковских операций (аккредитив, инкассо, банковская гарантия, факторинг,
лизинг, предоставление и погашение кредита и др.). По причине преобладания
американского доллара в валютных расчетах с участием резидентов стран СНГ
с контрагентами стран дальнего зарубежья основное внимание будет уделено законодательству
и правоприменительной практике США в этой сфере.
Банковская индустрия США выработала определенные правила, воспринятые
такими крупнейшими банковскими объединениями этой страны, как Американский
Совет по международному банковскому делу и Нью-Йоркская клиринговая палата,
а также рядом других банковских ассоциаций. Указанные правила выделяют три
типа банковских ошибок, возникающих в процессе электронного перевода средств:
1) ошибочный или двойной платеж; 2) задержка платежа; 3) платеж в указанный
клиентом банк, но другому клиенту*(1). Все эти нарушения банка приводят к
одному и тому же правовому последствию - ненадлежащему исполнению банком платежных
инструкций клиента и обязанности компенсировать ущерб, вызванный несвоевременным
расчетом.
Ошибки банка, повлекшие неверные платежи, не должны напрямую затрагивать
интересы клиента, так как в подобном случае согласно положениям ст.4А-303(с)
Единообразного торгового кодекса (ЕТК) клиент не должен оплачивать такую сумму
перевода. Банк, допустивший ошибку, вернув деньги клиенту, имеет право на
реституцию. Из данного правила есть некоторые исключения, а кроме того, даже
официальные комментаторы Кодекса расходятся во мнениях при определении правовых
средств достижения этой цели.
Вместе с тем правила исчисления сумм компенсации отличаются значительным
своеобразием. Американское право различает прямые (direct) и косвенные (consequental)
убытки. Под возмещением прямых убытков применительно к данному случаю понимают
зачисление суммы перевода на счет получателя. Кроме того, за просрочку исполнения
клиенту уплачиваются проценты, порядок расчета которых будет рассмотрен далее.
Пока же отметим, что американское законодательство и судебная практика в большинстве
случаев отрицают возможность компенсации клиентам косвенных убытков. Под косвенными
подразумеваются убытки клиента, вызванные реакцией партнеров, расторжением
контрактов и прочими обстоятельствами, связанными с нарушением сроков платежа
по основному договору, которые банк не мог предвидеть в момент получения платежного
поручения.
Понятие прямых и косвенных убытков можно встретить еще у Г.Ф.Шершеневича,
то есть данная классификация хоть и не является традиционной, но все же не
может считаться и чисто англо-американской. Дореволюционный российский цивилист
относит к числу косвенных убытки, создаваемые не только правонарушением, но
и другими сопутствующими обстоятельствами, неожиданно увеличивающими вред.
Вся сумма убытков в таких случаях создается рядом причин, где правонарушение
- лишь первое звено, без которого все последующие не существовали бы. Косвенным
противопоставлены прямые убытки, когда причиненный вред - следствие исключительно
действия, составляющего правонарушение. Интересно, что дореволюционное российское
законодательство обязывало к возмещению только прямых убытков, за исключением
случаев наличия умысла на причинение больших убытков*(2).
Но, если Г.Ф.Шершеневич проводил деление убытков на прямые и косвенные
исходя из характера причинно-следственной связи между противоправным поведением
лица и наступившими последствиями, то американское право кладет в основу классификации
форму вины. Однако важно отметить, что и другие правовые системы, как бы они
ни подходили к классификации убытков, крайне настороженно относятся к вопросу
компенсации косвенных убытков.
Так, анализ соответствующих норм гражданского и торгового законодательства
развитых стран позволяет некоторым исследователям сделать вывод, что "...по
всем правовым системам возмещению подлежат лишь прямые убытки, или, по терминологии
ФГК (Французского гражданского кодекса), убытки, явившиеся непосредственным
и прямым следствием неисполнения соглашения (ст.1151). Косвенные убытки возмещению
не подлежат даже в тех случаях, когда должник умышленно нарушил обязательство"*(3).
В то же время ГК штата Луизиана (ст.1996 и 1997) различает случаи добросовестности
и недобросовестности обязанного лица. Если в первом случае лицо ответственно
лишь за убытки, предвидимые в момент заключения контракта, то во втором несет
ответственность за все последствия неисполнения.
Принцип, согласно которому косвенные убытки не взыскиваются, закреплен
в ст.4А-305(а) ЕТК США. Хотя пункт "с" данной статьи допускает возможность
взыскания косвенных убытков на основании межбанковских соглашений, правила
крупнейших банковских ассоциаций (тех же Нью-Йоркской клиринговой палаты,
Американского Совета по международному банковскому делу), § 210.32 Инструкции
"J" Федеральной Резервной Системы (ФРС), устанавливающей требования для крупнейшей
и контролируемой ею платежной системы Fedwire, также отрицают в большинстве
случаев возможность взыскания с банков косвенных убытков клиентов при проведении
переводных операций.
Статья 4А-103(е) ЕТК предусматривает возможность взыскания косвенных
убытков при инкассо оборотных документов, если налицо недобросовестность банка.
Однако другие законодательные акты (§4010 Закона об ускоренном предоставлении
средств (Expedited Funds Availability Act) и правила ФРС (§229.21 Инструкции
"СС" "Доступность средств и инкассо чеков") значительно ограничивают размер
этой ответственности как по индивидуальному иску, так и по общей сумме исков
в целом по финансовому учреждению. Этому есть объяснение: если бы банки принимали
на себя ответственность за косвенные убытки, тарифы банков по переводным операциям
возросли бы в несколько раз. Это показывают исследования не только американского,
но и в целом мирового опыта*(4).
Кроме того, клиент может сам предпринять определенные действия для уменьшения
неблагоприятных для себя последствий (например, выбрать надежный банк, застраховать
риск своей ответственности, за дополнительную плату переложить риск ответственности
на банк путем использования категории "гарантированного платежного сообщения"
(guaranteed performance message) и т.п. Как отметил во время рассмотрения
дела, ставшего впоследствии прецедентом в данной области (Erva Co. v. Swiss
Bank Corp. v. Continental Illinois National Bank), эксперт - член Совета Управляющих
ФРС, "смогут ли банки продолжать осуществлять электронные переводы на доступной
для широкого круга лиц основе, зависит от того, смогут ли они делать это без
принятия риска несения неограниченной ответственности по косвенным убыткам.
Конечно, ни один банк не будет осуществлять сделку за 3 доллара 25 центов
(средняя сумма комиссии за один перевод. - Прим. авт.), навлекая на себя потенциальную
ответственность в миллионы долларов"*(5).
Фабула дела, ставшего классическим, такова. Erva Co., крупный чикагский
дилер металла, заключила контракт на его поставку в Бразилию. Для этих целей
она зафрахтовала судно с условием авансового платежа, при неполучении которого
судовладелец имел право расторгнуть контракт. 25 апреля истец обратился в
свой банк (Continental) с просьбой осуществить электронный перевод средств
на счет судовладельца в Bangue de Paris. Платеж должен был завершиться в конце
дня 26 апреля. После дебетования счета истца в Сontinental последний передал
телекс в Swiss Bank с просьбой перевести средства в банк судовладельца с одновременным
кредитованием счета Swiss Bank у себя. И хотя телекс в швейцарском банке показал,
что инструкция была принята, Swiss Bank ее не исполнил. Существует несколько
версий случившегося: то ли в автомате закончилась бумага, то ли сообщение
попало в другое управление банка, то ли вовсе было утеряно. В результате 27
апреля истец получил уведомление судовладельца, что договор с ним расторгнут.
Одним из объяснений столь поспешных действий последнего служит резкий рост
ставок за фрахт в последние дни. После долгих поисков швейцарским банком утерянного
сообщения оно было заново передано Continental, однако судовладелец уже отказался
принять платеж. В результате истец зафрахтовал судно по цене в два раза выше
первоначальной. В ходе судебного разбирательства каждый из трех банков заявил
друг другу встречные иски с обвинениями в неисполнении платежа.
В этом деле интересен еще один момент, а именно выбор американским судом
применимого права. Если бы в качестве такового было избрано право Швейцарии,
истец вообще не мог бы предъявить иск Swiss Bank, так как швейцарские законы
не допускают предъявления иска стороне, с которой истец не состоит в договорных
отношениях. Однако суд остановил свой выбор на праве штата Иллинойс, допускающем
подобные (внедоговорные) иски. При разрешении дела нижестоящий суд признал
единственно виновным Swiss Bank, постановив взыскать с него все убытки Erva
Co. от расторжения фрахта в сумме 2,1 млн.долларов. Но при рассмотрении дела
в Апелляционном суде США последний применил правило известного прецедента
Hadley v. Baxendale (1854 г.), согласно которому косвенные убытки не могут
быть присуждены, если ответчику не направлялось предупреждение о таких обстоятельствах,
которые их вызывают. В результате вместо 2,1 млн.долларов (суммы убытков клиента
в связи с потерей фрахта по выгодной цене) Swiss Bank был обязан возместить
ему 27 тыс.долларов (сумма неисполненного платежного поручения).
Другое дело, рассматривавшееся английскими судами и развивавшееся по
сходному сюжету, позволяет понять как общность практики различных иностранных
судов, так и то, на какие дополнительные денежные выплаты вправе претендовать
клиент в случае задержки платежа банками.
Согласно условиям чартер-партии истец в Норвегии перечислял ежемесячные
платежи в американских долларах судовладельцу на его счет в итальянском банке.
Как и в предыдущем случае, неперечисление очередной суммы давало судовладельцу
право на расторжение чартер-партии. Очередной, 81-й платеж приходился на 22
января 1976 года. 21 января плательщик дал поручение норвежскому банку осуществить
телеграфный перевод в Италию. На следующий день Credito Italiano (банк-посредник)
передал телекс в банк судовладельца, однако с указанием даты валютирования
26 января. Счет судовладельца был кредитован 22 января. Итальянское законодательство
и практика связывают право владельца счета распоряжаться суммой поступившего
перевода именно с этим событием, однако проценты на счет начинают начисляться
лишь с даты валютирования, указанной в платежном поручении. Судовладелец посчитал
последнее обстоятельство нарушением условий чартер-партии и дал указание своему
банку вернуть сумму перевода на счет Credito Italiano, одновременно расторгнув
договор с плательщиком в Норвегии.
В ходе рассмотрения иска плательщика в суде последний признал, что термин
"платеж наличными" (in cash), содержащийся в условиях чартер-партии, дает
получателю безусловное и немедленное право пользования суммой перевода. Невозможность
начисления процентов на сумму перевода он счел нарушением условий чартер-партии,
а расторжение договора судовладельцем - правомерным. Апелляционный суд пришел
к противоположным выводам. Наконец, при рассмотрении этого дела в Палате Лордов
было восстановлено решение нижестоящего суда. В результате требование истца
о возмещении 3 млн.долларов было отклонено, и единственное, на что он мог
претендовать, - возмещение процентов в сумме от 70 до 100 долларов.
В США правило о компенсации процентов, вызванной задержкой платежа, вытекает
из ст.4А-305(а) ЕТК. Правила расчета процентов конкретизируются в ст.4А-506(в):
"...Сумма рассчитывается путем умножения применимой ставки Федеральных Фондов
на сумму, с которой выплачиваются проценты, а затем путем умножения произведения
на число дней, за которое начисляются проценты. Применяемая ставка процентов
Федеральных Фондов представляет собой среднее от ставок Федеральных Фондов,
опубликованных Федеральным Резервным Банком Нью-Йорка за каждый день (публикуется,
например, в Wall Street Journal. - Прим. авт.), за который начисляются проценты,
деленные на 360. За ставку процента Федеральных Фондов за каждый день, за
который нет опубликованной ставки, принимается опубликованная ставка процента
за день, когда в последний раз перед этим днем была опубликована процентная
ставка. Если банк-получатель, принявший платежное поручение, должен вернуть
платеж отправителю платежного поручения, поскольку перевод средств не был
завершен, но эта незавершенность произошла не по вине банка, процент, подлежащий
выплате, уменьшается на процент, равный требованию резерва по депозитам банка-получателя".
Статья допускает изменение порядка исчисления процентов соглашением сторон.
Только Правила по межбанковской компенсации Американского Совета по международному
банковскому делу предусматривают, что к рассчитанной по приведенной в ЕТК
формуле сумме (с учетом правила о резервных требованиях) добавляются 200 долларов
административных расходов.
В Германии в отличие от США не существует единообразных ни законодательных,
ни корпоративных актов, касающихся межбанковской компенсации. Правила о компенсации
процентов либо содержатся во Внутрибанковских общих условиях сделок, либо
определяются банковскими обыкновениями. В большинстве случаев формула расчета
не отличается от используемой в США и представляет собой дробь, в числителе
которой - произведение средней ставки денежного рынка, суммы платежа и количества
дней просрочки, в знаменателе - число дней в году (округленное до 360), умноженное
на 100. Если ошибка вызвана действиями иностранного банка, ставка денежного
рынка может увеличиться на один пункт, а к полученной величине добавляются
административные расходы в пределах от 100 до 200 немецких марок. Увеличение
ставки на один пункт можно объяснить тем, что в странах Запада банки не создают
обязательных резервов по привлеченным депозитам в иностранной валюте, а потому
зарубежные банки имеют возможность использовать немецкие марки эффективнее,
нежели сами немецкие банки.
Комплексное исследование, проведенное Секретариатом Комиссии ООН по праву
международной торговли (ЮНСИТРАЛ), показывает, что в большинстве случаев уплата
процентов, рассчитанных на основании действующих в стране валюты платежа ставок,
является исключительной обязанностью банка, виновного в задержке платежа.
Это правило нашло отражение и в международных кодификациях в данной области.
Так, в Типовом законе ЮНСИТРАЛ 1992 года о международном кредитном переводе
средств (ст.14-18) исключительной обязанностью не исполнившего свои обязательства
банка считается уплата процентов, являющихся, по существу, не имущественной
санкцией, а лишь платой за пользование заемными средствами. Аналогичные нормы
содержатся и в Руководстве МТП по международному межбанковскому переводу средств
и компенсации 1990 года (ст.15). При этом проценты рассчитываются исходя из
практики страны валюты перевода (ст.18 Руководства).
О крайне незначительном в абсолютных величинах размере подобных процентов
для твердых валют можно судить на примере наиболее известной в международной
практике процентной ставки LIBOR (London Interbank Borrowing Rate - Лондонская
межбанковская ставка по займам). Существуют различные варианты расчета этой
ставки, варьирующиеся как по валютам, так и по срокам размещения депозитов
в крупнейших лондонских банках. Средние величины колеблются в пределах (по
данным Financial Times за 12 января с.г.) 37/8 - 59/26 процентов годовых.
При задержке платежа лишь на несколько дней сумма возмещения будет составлять
сотые доли процента.
Таким образом, ответственность зарубежных банков в международных расчетах,
по крайней мере в подавляющем большинстве случаев, трудно назвать ответственностью
в том понимании этого термина, которое существует в отечественной доктрине.
Уплата процентов - скорее обязательство из неосновательного обогащения, которое
имело место в случае задержки платежа и, следовательно, использования суммы
перевода в качестве ресурсов.
Во Франции, где проценты в установленных законом случаях взыскиваются
вместо возмещения убытков, данный подход находит следующее обоснование. По
мнению Е.Годэмэ, убытки являются следствием невозможности помещения денег
в оборот. Следовательно, размер убытков определяется процентом, который могло
бы принести помещение капитала при получении средней выгоды*(6).
В государствах бывшего СССР традиционно существовала иная схема ответственности
банков за нарушение сроков проведения расчетных операций, распространявшаяся,
правда, по общему правилу лишь на национальные валюты. В Беларуси она сохранилась
и на сегодняшний день.
Действующее белорусское банковское законодательство не содержит четких
и однозначных норм, определяющих принципы ответственности банков в международных
расчетах. Письмо НБ РБ от 18 марта 1994 года N 286 "Касательно сроков исполнения
платежных документов в иностранной валюте" распространило на валютные платежи
неустойку, установленную для рублевых переводов. При этом в письме не разъясняется,
имеет оно отношение только к внутренним валютным переводам либо охватывает
любые перечисления в иностранной валюте. Но в письме дается узкое толкование
термина "исполнение платежного документа" как списания средств со счета клиента-плательщика,
что, по сути дела, означает отказ НБ РБ от дальнейшей регламентации ответственности
сторон при окончательном урегулировании платежа. Так, Положением Национального
банка Республики Беларусь об ответственности за нарушение расчетных операций
1996 года установлена пеня в размере 0,15 процента от суммы неисполненного
перевода. В России новый ГК (п.3 ст.866) учел мировой опыт в данной области
и предусмотрел возможность начисления процентов на сумму неисполненного или
ненадлежаще исполненного платежного поручения.
Следует отметить, что гражданские кодексы стран СНГ, как принятые во
времена бывшего СССР (пример - ст.212 действующего ГК РБ 1964 года), так и
основанные на Модельном ГК СНГ (пример - ст.394, 395 ГК РФ), содержат презумпцию
о зачетном характере неустойки (либо процентов), то есть клиент банка при
отсутствии иного в договоре на расчетно-кассовое обслуживание вправе взыскать
с последнего и сумму убытков, вызванных задержкой платежа, если она превышает
размер неустойки (процентов). Налицо ситуация, при которой отечественные банки,
принявшие платежные поручения клиентов, несут перед ними гораздо большую ответственность
по сравнению с той, к которой могут быть привлечены их зарубежные корреспонденты,
виновные в задержке исполнения платежных поручений их российских или белорусских
коллег.
Разумный выход их этого положения может быть найден при обращении к коллизионным
нормам соответствующих гражданских кодексов. Несмотря на то, что при определении
права, регулирующего спорные ситуации, связанные с ответственностью зарубежных
банков-корреспондентов перед их отечественными партнерами, гражданские кодексы
Беларуси и России используют различные коллизионные привязки (по ст.561 ГК
РБ - это закон места совершения сделки: при отсутствии договоренности сторон
об ином праве, применимом к сделке, будет право государства места ее совершения.
Для договора банковского счета, разновидностью которого является договор об
установлении прямых межбанковских корреспондентских отношений, местом заключения
сделки следует считать место нахождения иностранного банка, где открывает
счет белорусский банк. В России согласно п.5 ст.166 Основ гражданского законодательства
Союза ССР и республик - это закон национальности юридического лица, совершающего
исполнение), наступает один и тот же правовой результат, а именно: выбор в
качестве применимого иностранного права, принципы распределения ответственности
и рисков сторон в котором необходимо учитывать как отечественным банкам, так
и их клиентам.
Могут существовать различные суждения по поводу целесообразности ограничения,
исключения возможности возмещения появившихся у клиента убытков, размера имущественной
ответственности банков при осуществлении ими расчетных операций. Хотя в пользу
такого ограничения говорят примеры введения предельной суммы возмещаемых убытков
либо установления исключительной неустойки в других отраслях народного хозяйства,
где деятельность субъектов хозяйствования связана с массовым обслуживанием
клиентуры и широким применением технических средств, что само по себе создает
повышенный риск ошибок. Речь идет, например, о транспортных организациях или
о предприятиях связи. Несмотря на наличие широкого спектра мнений по данному
вопросу, применение иностранного права при разрешении спорных вопросов, касающихся
ответственности банков стран СНГ при осуществлении международных расчетов
со странами дальнего зарубежья, влечет ограничение размера ответственности
банков процентами, начисленными на сумму задержанного перевода.

Юрисконсульт Банка внешнеэкономической деятельности
Республики Беларусь С.Овсейко
г.Минск

---------------------------------------------------------
*(1) См.: The law of Jnternational Trade Finance. Deventer-Boston, 1989,
р.169.
*(2) Шершеневич Г.Ф. Учебник русского гражданского права. По изд. 1907
г. - М., 1995, с.396-397.
*(3) Гражданское и торговое право капиталистических государств. - М 1992,
с. 283-284; аналогично: Л.Ж. де ла Морандьер. Гражданское право Франции, т.2
- М., 1961, с.334.
*(4) См.: Правовое руководство ЮНСИТРАЛ по электронному переводу средств.
Нью-Йорк, 1987, с.77.
*(5) См.: Commercial and debtor creditor law New York, 1995, р.529.
*(6) Годэмэ Е. Общая теория обязательства. - М., 1948. с.398.




ОГЛАВЛЕНИЕ

Copyright © Design by: Sunlight webdesign