LINEBURG


<< Пред. стр.

страница 3
(всего 4)

ОГЛАВЛЕНИЕ

След. стр. >>

Тайвань 70 млн. серебр. долл. 6 млн.
Филиппины Эквивалент к 5 млн. ам. 3,5 млн.
Финляндия — 100 млн.
Франция 600 млн. франц. франков 83 млн.
Чили Эквивалент к 75 млн. ам. 52 млн.
Швеция 1200 млн. шв. крон 150 млн.

Юридическая техника некоторых стран предполагает использование
одновременно обоих принципов определения сроков исковой давности — и
абсолютного, и относительного.
В качестве меры, призванной защитить права потерпевших, национальное
законодательство вслед за международным правом рассматривает обязанность
оператора в обязательном порядке иметь финансовое обеспечение ответственности.
Такое обеспечение может осуществляться в различных формах, но чаще всего это
обязательное страхование ответственности оператора ядерной установки за
причинение ядерного вреда. Такие гарантии может предоставить также государство,
заключив соответствующий договор с оператором. Например, согласно ст. 10
японского Закона, оператор ядерной установки заключает договор с правительством,
которое берет на себя обязательство возместить оператору убытки, понесенные им в
результате компенсации ядерного ущерба, не покрытые по договору страхования

2
Основные данные представлены в докладе Н. Пельцера (университет Геттингена), подготовленном
им в 1993 г. для Департамента юстиции Канады.
ядерной ответственности или иным финансовым обеспечением, а оператор обязан
уплачивать правительству соответствующие взносы. Эти отношения более детально
регулируются специальным Законом 1961 г. с последующими поправками.
Обязательность и непрерывность финансового обеспечения ядерной
ответственности в ряде случаев прямо связаны с лицензированием или иными
формами признания статуса оператора ядерной установки. Нарушение этой
обязанности в ряде государств влечет уголовную ответственность.
Определенные сложности в регулировании вызывает установление
предельной суммы финансового обеспечения. Наиболее часто употребляется способ,
который базируется на принципе конгруэнтности (соответствия). Этот принцип
предполагает полное соответствие (совпадение) суммы финансового обеспечения с
максимальным пределом ответственности оператора по сумме возмещения ядерного
вреда. Однако его нельзя использовать в тех государствах, где установлена
неограниченная ответственность оператора, поскольку здесь отсутствует основной
критерий — предел ответственности. В этом случае необходимо опираться на иные
критерии, в частности на критерий возможного риска. Такой подход отражен в
германском Законе, где сумма финансового обеспечения ответственности
соотносится с возможным риском, который зависит от мощности ядерной установки.
Более детальное регулирование этого вопроса содержится в Ордонансе о финансовом
обеспечении 1977 г., устанавливающем следующий порядок: если мощность
реактора не превышает 1 мегаватта, то сумма обеспечения составляет 5 млн. марок;
за каждый дополнительный мегаватт сумма увеличивается на 1 млн. марок, и так до
500 млн. марок — верхнего предела финансового обеспечения. Другие ядерные
установки и другая деятельность с использованием иных ядерных объектов имеет
свои критерии, но сумма обеспечения также не превышает 500 млн. марок.
Финансовое обеспечение транспортировки ядерных веществ ограничено 50 млн.
марок, хотя в случаях международных перевозок компетентным властям дано право
устанавливать более высокий предел финансового обеспечения.
Принцип возможного риска лежит в основе установления пределов
финансового обеспечения в Японии. Здесь Ордонансом о введении в действие Закона
о возмещении ядерного вреда 1962 г. с поправками 1989 г. суммы финансового
обеспечения также определяются в зависимости от мощности реактора, хотя
существует более жесткая система, чем в немецком Законе. Установлены только три
предела: 1 млрд. йен, если мощность реактора не превышает 100 квт; 6 млрд. йен,
если мощность реактора превышает 10 квт, но не достигает 100 тыс. квт; 30 млрд.
йен, если мощность реактора превышает 10 тыс. квт.
Существенным показателем защищенности прав потерпевших является
участие государства в отношениях, связанных с возмещением ядерного ущерба. Это
участие выражается в том, что государство берет на себя обязательство
компенсировать ущерб в случае, если он не может быть возмещен из финансовых
средств оператора.
Строго говоря, основные международные акты не формулируют точного
принципа обязательного участия государства в покрытии ядерного ущерба на своей
территории и не дают образцов соответствующего регулирования. Предполагается,
что нет необходимости предусматривать положения о дополнительном участии
государств, поскольку они имеют общее обязательство предпринимать такие шаги в
случае катастроф (чрезвычайных ситуаций).
Венская конвенция, как и Парижская, не содержит указаний на обязанность
государства полностью возместить ядерный ущерб за пределами финансовых
возможностей оператора, однако некоторые варианты участия государства в таком
возмещении обозначены.
Так, в ст. 15(в) Парижской конвенции имеется отсылка к неким
общественным фондам, которые используются в целях компенсации, но здесь речь
не идет об участии государства с обозначением основных элементов механизма
такого участия, а лишь указывается, что если за пределами ответственности в 5 млн.
СПЗ компенсация осуществляется за счет публичных (государственных) средств, то
она может выплачиваться на условиях, частично отменяющих положения
Конвенции.
Венская конвенция также предполагает, что государство, на территории
которого находится ядерная установка, должно обеспечить выплаты по искам о
возмещении ядерного вреда, обращенным к оператору ядерной установки, путем
создания необходимых фондов на тот случай, если страховка или иные гарантии
оператора не смогут покрыть суммы этих исков. Однако такое участие государства
также ограничено пределами ответственности оператора.
Брюссельская конвенция (дополнительная к Парижской конвенции) 1963 г. с
поправками Дополнительного Протокола 1964 и 1982 гг. устанавливает в ст. 3
трехуровневую систему компенсации:
— в пределах суммы не менее 5 млн. СПЗ — из средств, предусмотренных
страхованием или иным финансовым обеспечением, осуществляемым оператором.
Этот предел устанавливается законодательством государств-участников, на
территории которых находится ядерная установка;
— в пределах разницы между вышеуказанной суммой и 175 млн. СПЗ — из
публичных фондов (средств), которые предоставляются государством-участником,
на чьей территории находится ядерная установка;
— в пределах разницы между 300 и 175 млн. СПЗ — из средств,
предоставляемых всеми государствами-участниками в соответствии с положениями
ст. 12.
Третий уровень, который предполагает систему взаимных гарантий
(страхования) государств-участников, также имеет свой предел. Этот способ часто
именуют возмещением «по брюссельской схеме».
Используя созданный Брюссельской конвенцией механизм, некоторые
государства ограничивают свое участие этим третьим уровнем, а ряд стран
участвуют в возмещении ядерного ущерба и за его пределами.
Что касается государств-неучастников, то их участие в компенсации ущерба
также предполагается, хотя законодатель не всегда дает четкий механизм такого
участия, а лишь намечает путь решения проблемы. Так, согласно канадскому Закону,
в случае, если ущерб превышает страховую сумму оператора, в целях защиты
общественного интереса применяются специальные меры по компенсации. В
соответствии с официальным заявлением компетентного государственного органа
ответственность оператора прекращается и вместо него ее несет государство, причем
оно участвует в пределах, установленных для оператора, если иное не предусмотрено
актом парламента. Иначе говоря, участие государства носит восполняющий характер;
для того чтобы оно участвовало в компенсации ущерба за пределами
ответственности оператора, требуется специальное решение законодательного
органа.
Участие государства может носить субсидиарный характер, восполняющий
нехватку средств у оператора в пределах его ответственности, а может быть
дополнительным — за пределами ответственности оператора. Субсидиарная
ответственность государства — в целом обычная гражданско-правовая
конструкция, но иногда ее правовая природа определяется тем, что государство
выполняет функцию гаранта, так как оно в ряде случаев имеет право регресса к
оператору в порядке суброгации, если непосредственно компенсировало
потерпевшему ущерб. Наряду с прямыми выплатами компенсации потерпевшим
государство может использовать и иной способ — обеспечение необходимыми
финансовыми средствами самого оператора, который за этот счет возмещает ущерб
потерпевшим.
Когда государство участвует в возмещении ущерба за пределами
ответственности оператора, такое участие носит характер дополнительного
(вспомогательного), близкого по своей юридической природе к государственной
функции социальной защиты потерпевших. Такое участие в каждом конкретном
случае может иметь свой особый механизм, учитывающий классификацию ущербов
по видам, устанавливающий систему приоритетов и очередности компенсации и т.п.
Сравнительная таблица (табл. 2) свидетельствует об использовании различных
способов участия государства в возмещении ущерба и о пределах такого
возмещения.

Таблица 2 Участие государства в возмещении ядерного ущерба3
Государст Способ участия Пределы по суммам
во национальная валюта СПЗ
Австрия Субсидиарная ответственность 500 млн. австр. шилл. 30 млн
(государство возмещает вред за
иных лиц, несущих ответственность
помимо оператора)
Бельгия Субсидиарная ответственность 4 млрд. белы фр. 90 млн.
Участие по Брюссельской схеме4 - 300 млн.
Великобри Участие по Брюссельской схеме - 300 млн.
тания
Венгрия Дополнительное участие - 300 млн.
Германия Субсидиарная ответственность 500 млн. марок 235 млн.
Дополнительное участие 500 млн. марок 235 млн.
Дания Субсидиарная ответственность - 60 млн.
Участие по Брюссельской схеме - 300 млн.
Испания Участие по Брюссельской схеме - 300 млн.
Италия Дополнительное участие. 43 750 млн. лир 29 млн
Участие по Брюссельской схеме 75 000 млн. лир 45 млн.
Канада Субсидиарная ответственность 75 млн. кан. долл. 44 млн.
Дополнительное участие Цифры не указаны
Малайзия Субсидиарная ответственность. 50 млн. ринггит 12 млн.
Дополнительное участие Цифры не указаны
Нидерланд Субсидиарная ответственность 500 млн. гульденов 206 млн.
ы Участие по Брюссельской схеме 5 млрд. гульденов 300 млн.
Дополнительное участие - 2,07
Норвегия Субсидиарная ответственность. - 60 млн.
Участие по Брюссельской схеме - 300 млн.
Республик Субсидиарная ответственность 3 млрд. вонов 3 млн.
а Корея Дополнительное участие Цифры не указаны
США Дополнительное участие по Цифры не указаны
ущербам, превышающим 7 млрд.
ам. долл.


3
Основные данные представлены в докладе Н. Пельцера (университет Геттингена), подготовленном
им в 1993 г для Департамента юстиции Канады.
4
Брюссельская схема предполагает выплаты всеми участниками, которые определены по формуле ст.
12 Брюссельской дополнительной конвенции и зависят от gnp-фактора (50%) и мощности реактора
(50%).
Тайвань Субсидиарная ответственность 70 млн. серебр. долл. 6 млн.
Дополнительное участие Цифры не указаны
Филиппин Субсидиарная ответственность Эквивалент к 5 млн. -
ы ам долл
Финлянди Субсидиарная ответственность - 100 млн.
я Участие по Брюссельской схеме - 300 млн.
Франция Субсидиарная ответственность 600 млн. франц. фр. 100 млн.
Участие по Брюссельской схеме - 300 млн.
Швейцари Субсидиарная ответственность 500 млн. швейц. фр. 264 млн.
я Дополнительное участие 500 млн. швейц. фр. 264 млн.
Дополнительное участие по Цифры не указаны
ущербам, превышающим 1 млрд.
швейц. фр.
Швеция Субсидиарная ответственность 1 200 млн. шв. крон 150 млн.
Участие по Брюссельской схеме - 300 млн.
Дополнительное участие 3 млрд. шв. крон 375 млн.
Япония Субсидиарная ответственность 30 млн. йен 150 млн.
Дополнительное участие Цифры не указаны

В тех случаях, когда дополнительная помощь государства точно не
определена законом, предполагается, что механизм такой помощи должен быть
выработан правительством (Япония, Корея, Тайвань) или парламентом (Малайзия,
ЮАР, США). Указание на это содержится в соответствующих положениях
национальных законов об использовании атомной энергии.
Таким образом, возмещение ядерного вреда предполагает многоуровневую
систему с участием государства, которое в этом случае должно разработать
специальный механизм такого участия. Наиболее эффективным может оказаться
механизм, позволяющий привлекать к участию другие государства, создавая систему
взаимного межгосударственного обеспечения. Что касается финансового
обеспечения в форме страхования ответственности оператора, то здесь также
невозможно обойтись без использования механизма международных страховых
организаций в форме страховых пулов, поскольку активы национальных страховых
организаций не всегда могут обеспечить высокий уровень ответственности
оператора. Все это приобретает особую актуальность в свете того, что современная
тенденция международно-правового регулирования предполагает дальнейшее
повышение пределов такой ответственности, а следовательно, пересмотр
национального законодательства и поиск более эффективных путей финансового
обеспечения при возмещении ядерного ущерба в целях защиты прав и законных
интересов потерпевших.
3. ПРАВОВОЕ РЕГУЛИРОВАНИЕ
ОТВЕТСТВЕННОСТИ ЗА ЯДЕРНЫЙ УЩЕРБ
В РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ
В течение многих лет законодательство России не соответствовало
международно-правовому режиму гражданской ответственности за ядерный ущерб.
Несмотря на связанные с этим трудности, особенно в области осуществления
международного сотрудничества по использованию атомной энергии, ядерного
экспорта и импорта, в российском атомном праве не были закреплены те единые
принципы гражданской ответственности за ядерный ущерб, на которых базируется
ядерное законодательство стран Западной Европы и Америки. До последнего
времени в стране вообще отсутствовали законодательные нормы, регулирующие
специфику этого вида деликтной ответственности, а также финансовый и страховой
механизмы, обеспечивающие возмещение ядерного ущерба.
При отсутствии специального регулирования отношения, связанные с
возмещением ущерба, причиненного при использовании атомной энергии,
регулировались нормами гражданского законодательства: Основ гражданского
законодательства и Гражданского кодекса РСФСР 1964 г., а с 1995 г. —
Гражданского кодекса РФ (нормами об ответственности за вред, причиненный
источником повышенной опасности). Однако эти нормы, не учитывающие
полностью особенности ядерного ущерба, не обеспечивали в достаточной мере
защиту потерпевших и не могли служить основой для разрешения комплекса
возникавших в связи с этим вопросов. Особенно сложными были вопросы, связанные
с определением ответственного лица и источников финансового покрытия затрат по
возмещению ядерного ущерба, размеры которого превышают финансовые
возможности причинителя, а также с ролью государства в возмещении ядерного
ущерба, причиненного в особо крупных размерах, «позднего ущерба» и т.д.
Опыт ликвидации последствий Чернобыльской катастрофы ясно показал, что
возмещение огромного по своему размеру ядерного ущерба не может быть
обеспечено в рамках традиционных норм гражданского права, созданных в целях
покрытия рисков обычного рода. Поэтому за годы, прошедшие после катастрофы на
Чернобыльской АЭС, было принято новое законодательство, связанное с
возмещением ущерба, причиненного этой и другими радиационными катастрофами.
Однако это законодательство не регулирует отношения в области гражданско-
правовой ответственности за ядерный ущерб, им закреплена государственная система
льгот и компенсаций ущерба, нанесенного здоровью и имуществу людей
катастрофой. Такой характер возмещения ущерба, естественно, относится не к
гражданско-правовой сфере, а к сфере социальной защиты, функции которой
осуществляет Российская Федерация как социальное государство (ст. 7 Конституции
РФ).
В настоящее время вопросы гражданско-правовой ответственности за вред,
причиненный радиационным воздействием, в общем виде регулируются гл. XII
Федерального закона «Об использовании атомной энергии», который вступил в силу
23 ноября 1995 г. Закон заложил основы правового регулирования в этой области.
Кроме того, в 1996 г. Правительство России приняло решение о подписании Венской
конвенции о гражданской ответственности за ядерный ущерб (Постановление от 12
апреля 1996 г.). Хотя Конвенция в силу ее ст. XXII и ст. 15 Закона РФ «О
международных договорах Российской Федерации» подлежит ратификации, но она
пока еще не ратифицирована Государственной Думой РФ. Остается надеяться, что,
ратифицировав ее в ближайшее время, Россия наконец-то присоединится к
действующему международно-правовому режиму гражданской ответственности в
ядерной области.
Переходя к анализу норм Закона об использовании атомной энергии, о
гражданской ответственности за вред, причиненный радиационным воздействием,
следует отметить, что в большинстве своем они соответствуют принципам,
заложенным в международных Конвенциях. Однако некоторые положения Закона
существенно отличаются от положений Конвенции. После ратификации Венской
конвенции эти различия должны быть устранены, поскольку, согласно ст. 15
Конституции РФ, если международным договором Российской Федерации
установлены иные правила, чем предусмотренные Законом, то применяются правила
международного договора.
В ст. 53 Закона установлена ответственность за убытки и вред, причиненные
радиационным воздействием юридическим и физическим лицам. Понятие вреда,
причиненного таким воздействием, в Законе не раскрывается, очевидно, потому, что
понятие «ответственность за вред» традиционно для российского гражданского права
и используется ГК РФ при регулировании отношений в области ответственности за
вред, причиненный деятельностью, создающей повышенную опасность для
окружающих. В то же время ГК не содержит юридического определения вреда. В
теории гражданского права под вредом понимается всякое умаление охраняемого
законом имущественного или личного права (например, жизни, здоровья, чести,
достоинства, деловой репутации и т.д.). Это наиболее широкое по своему объему
понятие. Что же касается термина «убытки», то он употребляется для обозначения
способов возмещения вреда наряду с возмещением вреда в натуре (ст. 15, 1082 ГК
РФ). Использование в Законе понятия «убытки» наряду с понятием «возмещение
вреда» представляется явно избыточным.
Гражданскому праву известны два способа возмещения вреда: возмещение
вреда в натуре (предоставление вещи того же рода и качества, исправление вещи
самим причинителем вреда и т.д.) и возмещение убытков в денежной форме. При
причинении вреда жизни и здоровью прямое возмещение в натуре невозможно и все
отношения преследуют цель восстановления косвенных имущественных утрат
(утраченный заработок, потеря средств к существованию вследствие смерти
кормильца, расходы на погребение и т.д.). В большинстве случаев причинения
имущественного вреда особый характер радиационного воздействия также делает
невозможным возмещение вреда в натуре. Возможны, конечно, случаи, когда суд
обязывает ответчика предоставить участок земли или жилое помещение взамен
утраченных вследствие радиационного загрязнения. Однако основной способ
возмещения вреда, причиненного радиационным воздействием, — это возмещение
убытков.
Убытки — сложное понятие, включающее в себя два блока: 1) реальный
ущерб — стоимость утраченного имущества или часть стоимости, на которую
уменьшилась его цена вследствие повреждения, а также расходы, которые лицо, чье
право нарушено, произвело или должно будет произвести для его восстановления.
Сюда входят, в частности, любые накладные и иные расходы (транспортные, на
экспертизы, судебные издержки и т.д.); 2) упущенная выгода — неполученные
доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского
оборота, если бы его право не было нарушено (и на которые оно могло бы
рассчитывать исходя из предпринятых для их получения мер и сделанных с этой
целью приготовлений) — ст. 15,393 и 1082 ГК РФ.
По действующему российскому законодательству вред, причиненный
личности или имуществу физического лица, а также имущественный вред,
причиненный юридическому лицу, подлежат возмещению в полном объеме, если
иное не установлено законом (ст. 1064 ГК РФ). В соответствии с этим принципом
осуществляется и возмещение вреда, причиненного радиационным воздействием (ст.
15 Закона об использовании атомной энергии), в который должны быть включены
все понесенные пострадавшим лицом потери и произведенные им затраты, включая
затраты по предупреждению и предотвращению вреда, а также расходы,
произведенные в целях уменьшения его размера после возникновения угрозы
причинения такого вреда. В объем возмещения должны быть включены и затраты на
восстановление ранее существовавшего нарушенного положения.
При определении величины вреда, причиненного здоровью физических лиц,
кроме уже названных факторов должны учитываться: степень утраты потерпевшими
трудоспособности, необходимые затраты на лечение и восстановление здоровья,
затраты на уход за больными, иные расходы, в том числе связанные с
необходимостью изменения места жительства, образа жизни и профессии, потери,
связанные с упущенными профессиональными возможностями, а также с
моральными травмами, с невозможностью иметь детей или с риском рождения детей
с врожденной патологией.
При определении объемов вреда, причиненного имуществу, учитывается
прямой ущерб, связанный с разрушением и снижением его стоимости, сюда же
включается и упущенная выгода, в том числе от потери урожая, снижения
плодородия почв и иных вредных последствий. Определение точного размера вреда в
ряде случаев представляет серьезную трудность, что связано со многими факторами,
в том числе с длительностью ущерба («поздний ущерб») и с трудностью доказывания
причинной связи.
Хотя законодатель при определении размеров ответственности исходит в
целом из принципа полноты ответственности за причиненный вред, он может
допускать, как уже отмечалось, некоторые исключения из этого общего правила (ст.
15 ГК). Такое исключение закреплено и ст. 55 Закона «Об использовании атомной
энергии», которая вслед за международными нормами установила пределы
ответственности эксплуатирующей организации. Конкретные размеры пределов
ответственности должны быть определены в другом законодательном акте. В то же
время конституционное право лиц, пострадавших от радиационного воздействия, на
полное возмещение причиненного вреда обеспечивается Правительством РФ,
которое в силу ст. 57 Закона берет на себя выплату сумм за пределами
ответственности эксплуатирующей организации вплоть до полного возмещения
вреда. В этом проявляется одна из функций социального государства — функция
социальной защиты. Правда, пока положения этой статьи носят декларативный
характер; в законодательстве должен быть решен комплекс конкретных вопросов:
порядок и источники таких выплат, организационная структура, осуществляющая
выплаты, и т.д.
Венская конвенция достаточно узко трактует понятие ядерного ущерба
(ограничиваясь в основном только положительным, материальным ущербом и не
включая в его состав затраты, произведенные в целях предотвращения или
уменьшения убытков, неполученную прибыль, моральный ущерб и т.д.). В то же
время она оставляет на усмотрение внутреннего законодательства решение вопроса о
включении в это понятие «любой другой потери или ущерба, возникающих таким
образом или являющихся результатом этого» (опасных свойств ядерного топлива,
ядерных материалов, радиоактивных продуктов или отходов). Поэтому
содержащаяся в ст. 53 Закона формулировка об объеме возмещаемого ущерба не
противоречит международно-правовой норме. Однако есть другая проблема, которая,
видимо, возникнет после ратификации Венской конвенции. Она связана с
установлением специфики понятия «ядерный ущерб» по сравнению с другими
видами ущерба (в том числе ущерба от радиационного воздействия). В соответствии
с Конвенцией возмещению подлежит только ядерный ущерб, т.е. ущерб,
причиненный ядерным инцидентом (происшествием или серией происшествий),
произошедшим на ядерной установке или связанным с ядерным материалом (понятие
детализируется в ст. II Конвенции). Ущерб, возникший при нормальном
функционировании ядерной установки, не считается ядерным и подлежит
возмещению по общим нормам гражданского права1.
В соответствии с Законом об использовании атомной энергии возмещению
подлежит вред, причиненный радиационным воздействием при выполнении любых
работ в области использования атомной энергии. Анализ ст. 3 и 4 Закона,
определяющих виды деятельности в области использования атомной энергии и
объекты применения Закона, показывает, что российский законодатель связывает
опасность причинения особого по своему характеру вреда не только с ядерными
установками и ядерными материалами, но и с радиационными источниками и
радиоактивными веществами (в том числе с радиоактивными изотопами,
используемыми в научных, медицинских, сельскохозяйственных и иных
коммерческих или промышленных целях). Кроме того, Закон не разделяет
концепцию обусловленности ядерного ущерба наличием ядерного инцидента. В
соответствии с Законом возмещению должен подлежать вред, причиненный в
процессе эксплуатации либо в ходе выполнения любых работ, связанных с
эксплуатацией ядерной установки или радиационного источника, а также любых
иных работ в области использования атомной энергии, подпадающих под виды
деятельности, перечисленные в ст. 4. Сформулированная таким образом норма
намного шире аналогичной нормы Венской конвенции. Она исходит из того, что если
вред причинен радиационным воздействием, то гражданско-правовая
ответственность за него не должна дифференцироваться в зависимости от
конкретных обстоятельств его возникновения, если только такие обстоятельства
вообще не исключают ответственности. Поскольку Конвенция содержит

<< Пред. стр.

страница 3
(всего 4)

ОГЛАВЛЕНИЕ

След. стр. >>

Copyright © Design by: Sunlight webdesign