LINEBURG


<< Пред. стр.

страница 4
(всего 7)

ОГЛАВЛЕНИЕ

След. стр. >>

Не могли бы вы сказать что-нибудь о различии между духовным вопросом «Кто я есть?» и психологической травмой «Кто я такой?»?

Это различие между эго и личностью.
Эго — это ваша фальшивая идея о том, кто вы, это просто выдумка ума. Это ваша доморощенная, разработанная умом концепция, которая не соотносится с какой-либо реакцией. Что касается внешнего мира, то его это абсолютно устраивает, потому что вы имеете в нем дело с другими эго. В тот момент, когда вы выходите за пределы ума, вы также выходите за пределы эго, и вы неожиданно осознаете, что вы не такой, каким вы всегда себя считали, что ваша реальность совершенно другая, что она не состоит из вашего тела и вашего ума, и что, на самом деле, у вас нет слов, чтобы ее выразить. Но это еще пока не предельная реальность, она просто посередине, между предельной реальностью и предельной ложью. Она лучше, чем фальшивая, но ниже, чем по-настоящему реальная.
Вы все еще придерживаетесь определенной идеи отделения от жизни. И это отделение не позволяет вам воспользоваться всеми благами, которые принадлежат вам по праву рождения. Если вы сможете уничтожить эти стены и открыть себя безграничной реальности, то вы исчезнете как отдельное существо. Это только одна сторона. Но с другой стороны, вы возникнете как вечная, безграничная, обширная реальность — огромное, как океан, переживание, которое является единственным переживанием просветления или освобождения.
Сначала вам нужно избавиться от эго. Это ваша психологическая травма или, лучше сказать, психологическая драма. Существуют религии, которые признали фальшивое эго концом всего, за которым ничего уже нет. Такова религия атеистов всех направлений, коммунистическая. Или атеист может не быть коммунистом, но любой атеист останавливает себя на эго, для него это предельная реальность. Он самый бедный человек в мире. Все другие религии, за исключением атеизма... потому что я считаю атеизм тоже разновидностью религии, более примитивной, чем другие религии. Христианство, магометанство, иудаизм продвинулись на шаг дальше. Они все настаивают на том, что надо отбросить эго и осознать вашу подлинную реальность, подлинную личность. Но существуют такие религии, как дзэн, которые доходят до самого конца дороги. Они не удовлетворяются просто отбрасыванием эго. Они удовлетворяются только тогда, когда избавляться уже не от чего — даже личности уже нет, когда дом абсолютно пуст и вы можете сказать: «Меня нет». Это небытие освобождает предельному место, на котором оно может расцвести. Оно не приходит откуда-то. Оно всегда было там, просто оно было загромождено сгнившей мебелью, ненужными вещами.
По мере того как вы удаляете все эти вещи, и ваша субъективность становится пустой, так же как становится пустой комната, когда вы все из нее выносите, в этой пустоте вашей субъективности расцветает цветок предельного переживания — вы уже не существуете. Естественно, вы не можете иметь отношение к вашим прошлым страданиям, вашим старым травмам и драмам. Вы не можете быть как-то связаны со своим собственным прошлым, вы неожиданно отрезали себя от всего, к чему были привычны. Неожиданно новая, абсолютно новая возможность... таким образом, что вы исчезаете. Некоторым образом, ваша подлинная сущность впервые получила возможность достигнуть своей полной славы, абсолютного великолепия.
Это то, что называется просветлением. Это негативный процесс: отрицайте эго, психологическое; отрицайте личность, духовное. Продолжайте отрицать, пока вам не останется что отрицать — и тогда взрыв! Неожиданно вы прибыли домой и открыли для себя, что никогда из дому не уходили. Вы всегда были там, просто ваши глаза были сфокусированы на объектах, теперь все эти объекты исчезли. Осталось только свидетельствование, чистое сознание. Свидетельствование является концом всех ваших страданий и всего вашего ада. Это также начало золотых ворот — впервые за все время двери открыты...
Люди полностью забыли, что нужно жить. У кого есть для этого время? Каждый учит кого-то другого, каким тот должен быть, и никто никогда не кажется удовлетворенным. Если человек хочет жить, то он должен научиться одному: принимать вещи такими, какими они есть, и принимать себя таким, какой вы есть. Начните жить. Не начинайте готовиться к жизни, которая будет в будущем. Все страдания в мире происходят оттого, что вы полностью забыли, что нужно жить, вы стали заниматься деятельностью, которая не имеет никакого отношения к жизни.
В тот момент, когда вы выходите замуж за мужчину, вы начинаете учить его быть верным. Живите, пока он верен — это не продлится дольше двух недель, две недели — это предел человеческих возможностей! Живите настолько полной жизнью, насколько это возможно, и, быть может, такая жизнь и ваша большая любовь помогут ему быть верным и на протяжении третьей недели. И никогда не загадывайте слишком много, три недели достаточно. Мой собственный опыт говорит о том, что если три недели прошли в любви, то последует и четвертая. Но вы с самого начала начинаете все усложнять. До того, как вы начали жить, необходимо обучение, вы понапрасну тратите время на обучение, и мужчине, который мог бы любить вас, по крайней мере, две недели, становится скучно через два дня.
Некая женщина так и не вышла замуж. И когда она умирала, подруга спросила ее: «Почему ты так и не вышла замуж? Ты такая красивая». Она ответила: «Какая в этом необходимость? Что касается дрессировки, то я дрессирую своего пса, но он так и не может научиться! Каждый день я дрессирую его, а он все равно приходит поздно ночью. У меня есть попугай, который говорит мне все, что должен говорить муж. По утрам он говорит: «Здравствуй, милочка!» У меня есть слуга, который крадет и непрерывно лжет. Для чего же мне нужен муж? Все сделано». Муж нужен для всего этого?
Жена требуется не для того, чтобы ощущать близость и любовь, но для того, чтобы выставлять ее напоказ, просто, чтобы показывать ее всем соседям и заставлять всех завидовать, что у вас такая красивая женщина. Напялить на нее множество украшений и заставлять всех завидовать вашему богатству, а иначе как вы сможете продемонстрировать свое богатство? Жена является вашей витриной, она показывает ваши достижения, вашу власть. Разумеется, вы должны научить ее, как стать более общительной, как помогать в вашем бизнесе. По-видимому, совершенно справедлива поговорка, что за успехом каждого великого мужчины стоит женщина — во всех смыслах. Иногда, чтобы удрать от нее, мужчина с головой погружается в зарабатывание денег.
Когда Генри Форда спросили: «Почему вы продолжаете зарабатывать и зарабатывать, ведь вы уже заработали так много? Уже пора расслабиться и наслаждаться». Он сказал: «Это не было причиной того, что я зарабатывал деньги. Я был занят этим, потому что сначала хотел удрать от своей жены, а во-вторых, мне было интересно, смогу ли я заработать больше, чем она сможет потратить». Соревнование, соревнование длиной в жизнь! Люди участвуют в странных трагедиях. Очень немногие люди по-настоящему живут, остальные просто играют.
Мужчина сидел в кино, и его жена непрерывно указывала ему на то, как герой фильма высказывает свою огромную любовь жене. Наконец муж сказал: «Прекрати всю эту чепуху!
Ты же не знаешь, сколько за это заплачено! И кроме того, это только игра, это не настоящая жизнь. Я с уверенностью могу сказать, что он хороший актер».
Жена сказала: «Наверное, ты не знаешь, что в реальной жизни они тоже муж и жена».
Он сказал: «О Боже! Если это и вправду так, то он самый великий актер, которого я когда-либо видел, потому что иначе, да еще на сцене, высказывать такую любовь к жене — это просто выше человеческих сил. Что касается актерской игры, то он просто гений».
...Вы здесь для того, чтобы жить. Вы здесь для того, чтобы танцевать. Вы здесь для того, чтобы ощущать жизнь. Но другие делают это для вас. От вашего имени люди любят, люди играют, люди делают самые разные вещи. А что остается вам? — Только наблюдать. Смерть не сможет отобрать у вас многого — только ваше телевидение, потому что больше ничего у вас нет. Это фальшивая личность, которая создала фальшивые модели жизни и образ жизни.
Избавьтесь от всего фальшивого. Будьте настоящими и истинными, это первый шаг. И когда вы станете настоящими и истинными, то вы увидите, как это прекрасно. И это вызовет желание устремиться дальше, в поисках предельной истины, завершающего высказывания и завершающего переживания, свыше которого уже ничего не существует.
Люди почти сошли с ума — необходимо огромное очищение, и большая часть их ненормальности является следствием фальшивой жизни, которая не удовлетворяет. Фальшивая еда не может насытить, фальшивая вода не может утолить жажду, и фальшивое эго не может дать вам настоящую жизнь. Это простая арифметика.

В «Newsweek», в статье, посвященной так называемой «быстродействующей терапии», я прочитал шутку. Мужчина среднего возраста годами приводил в отчаяние свою семью, потому что у него была компульсивная привычка рвать бумагу и разбрасывать клочки повсюду, где он ходил. Семья таскала его по знаменитым последователям Фрейда, Юнга и Адлера, тратила на это огромные средства, но без каких-либо результатов. Попытки пролить свет в мрачную пропасть его подсознания, где, должно быть, укоренилась эта привычка, провалились.
Наконец его родственники привели его к малоизвестному, но изобретательному молодому психотерапевту. Этот маг прогулялся со своим пациентом взад-вперед по своему кабинету, нашептывая что-то тому на ухо. Затем он объявил удивленной семье: «Можете увести его домой, он здоров».
Год спустя привычка не возвратилась к больному, и благодарная семья спросила доктора о том, что он сказал тогда пациенту. Пожимая плечами, он ответил: «Не рви бумагу». Что вы можете сказать по этому поводу?

Секреты жизни очень просты, но ум хочет сделать их сложными. Ум любит сложность по той простой причине, что ум нужен только тогда, когда возникает что-то сложное. Если не существует ничего сложного, то сама необходимость в существовании ума исчезает. Ум не хочет отказываться от своего господства над вами. Он только слуга, но он смог стать вашим господином, и в вашей жизни все стало с ног на голову.
Шутка просто указывает на один совершенно очевидный факт. Человек отрывал кусочки бумаги и разбрасывал их повсюду, естественно, все думали, что с ним что-то не в порядке: он нуждается в психоанализе, ему нужен какой-нибудь выдающийся человек, который хорошо разбирается в том, как работает ум, и сможет устранить неполадку. Никто никогда не побеспокоился сказать ему: «Не делай этого».
Было ясно, что человек сходит с ума, поэтому они посещали последователей Фрейда, Адлера, Юнга, великих психоаналитиков. И все эти психоаналитики, должно быть, работали изо всех сил, часами, годами анализировали сны этого человека, чтобы понять, почему он отрывает кусочки бумаги и разбрасывает их по всему дому. Но никто не добился успеха. В виде последнего средства они привели его к магу, и тот его вылечил.
Но «Newsweek» —снобистский журнал, поэтому шутка была приведена не полностью. Вот почему вы не понимаете, почему это замечательная шутка.
Маг прогулялся с человеком вверх и вниз по лестнице, а затем шепнул ему на ухо: «Прекратите рвать бумагу, а то я столкну тебя вниз с верхней части лестницы». Он был сильным человеком. «Итак, будь осторожен, потому что я не верю в психоанализ или во что-то такое, я просто верю в пинки. И я выбрасываю людей отсюда. И они еще долго катятся по ступенькам, по сотням ступенек, до самой дороги. Теперь ты можешь идти домой, но только помни, что я знаю всего один трюк. Когда какого-нибудь психического больного приводят ко мне, я вылечиваю его. Вот почему я ходил с тобой вверх и вниз по этим ступенькам, чтобы показать тебе, что означает, когда я тебя пинаю. Так что отправляйся домой и помни это. В следующий раз я ничего не скажу. Я просто сделаю это». И человек понял. Любой бы понял.
Они выбросили часть шутки и уничтожили ее красоту. Тому человеку, должно быть, нравилась детская игра — разрывать бумагу на кусочки, на клочки и разбрасывать ее по всему дому. И это превратилось в удовольствие, потому что все были озадачены. Это было просто проявлением детскости. Человек был умственно отсталым, ему не нужны были психоаналитики. Ему был нужен хороший пинок — такой язык он сразу же понял.
Во многих случаях мы упорно продолжаем думать о простых вещах сложным образом. Наши проблемы большей частью просты, но ум запутывает вас. И есть люди, которые вас эксплуатируют. Они делают вашу проблему еще сложнее.
Однажды ко мне привели мальчика. Ему, должно быть, было шестнадцать или семнадцать лет, и его семья была озадачена, измотана, хотя у них никаких причин быть измотанными не было. Мальчик упорно твердил, что две мухи попали в его живот, и они движутся по всем внутренностям его тела, а теперь они в голове, теперь в руке.
Его приводили к врачам, докторам, и они говорили: «Это не болезнь». Ему делали рентген, никаких мух нигде не было. Они попытались сказать: «У тебя нет никаких мух».
Но он сказал: «Как я могу поверить вам? Они двигаются по всему моему телу. Я должен верить своим ощущениям или вашим объяснениям?»
По чистой случайности кто-то рекомендовал меня его родителям, и поэтому они привели мальчика. Я выслушал весь рассказ. Мальчик выглядел очень недоверчивым, упрямым, потому что он устал от того доктора, этого доктора, и все они говорили: «Нет мух».
Я сказал: «Вы привели его к нужному человеку. Я могу видеть мух. Бедный мальчик страдает, а вы говорите ему, что он глупый». Мальчик расслабился. Я был благосклонен — впервые человек согласился с его идеей про мух.
Я сказал: «Я знаю, как они попали. Он, должно быть, спит с открытым ртом».
Мальчик сказал: «Да».
Я сказал: «Это очень просто. Когда вы спите с открытым ртом, все что угодно может забраться в вас. Вам еще повезло, что забрались только мухи. Я видел людей, в которых забрались крысы...»
Он сказал: «О Боже, крысы?»
Я сказал: «Не только крысы, но кроме крыс еще и коты».
Он сказал: «Должно быть, эти люди в большой беде».
Я сказал: «Это так. Твой случай просто чепуха, подумаешь, две мухи. Ложись-ка сюда, и я их выну».
Он сказал: «Вы первый человек, который проявляет понимание по отношению к бедному мальчику. Вы слушайте меня. Я упорно говорю, что они там. Я показываю им место... они там… теперь они шевелятся... и они все смеются, и я выгляжу как дурак».
Я сказал: «Они все глупцы. Они не сталкивались с такими случаями, но это моя особая специализация. Я имею дело с людьми, которые спят с открытым ртом».
Он сказал: «Я знаю, вы понимаете, потому что вы сразу определили, что они там, именно в том месте, где они были».
Я попросил его родителей выйти из дома и оставить его на пятнадцать минут со мной. Я приказал ему лечь. Я завязал его глаза и приказал ему держать рот открытым.
Но он сказал: «А если залетят еще мухи?»
Я сказал: «Не беспокойся, здесь воздух кондиционированный, и тут нет мух. Ты просто ложись, держи рот открытым, а я постараюсь убедить мух вылететь».
Я оставил его там и побежал за дом, чтобы как-нибудь поймать двух мух, впервые, потому что раньше мне не доводилось этим заниматься. Но мне как-то удалось, и в маленькой бутылочке я принес двух мух. Я поднес бутылочку к его рту, снял повязку и сказал: «Смотри!»
Он сказал: «Такие две маленькие мухи... а сколько неприятностей они наделали! Испортили всю мою жизнь. Вы мне можете отдать этих мух?»
Я сказал: «Да, могу». Я закрыл бутылочку и отдал ему.
Я спросил его: «Что ты намерен делать?»
Он сказал: «Я хочу обойти всех врачей и терапевтов, которые брали вознаграждение, и ничего не делали, и только говорили мне: «Мух нет». Всем, кто мне это говорил... Я хочу показать им, что мухи были».
Он вылечился. Его ум просто заклинило на этой идее. Но если вы пойдете к психотерапевту, то он сделает из мухи слона — так много теорий, объяснений... на это уйдут годы, и все равно проблема останется, потому что к ее решению никто еще и не приступал. Он будет философствовать о ней, и пробовать ее на бедном пациенте.
Но большая часть болезней ума — а семьдесят процентов болезней являются болезнями ума — может быть легко вылечена. Главное — признать, не отрицать, потому что ваше отрицание унижает человеческое достоинство. Чем больше вы будете отрицать, тем больше он будет настаивать: это простая логика. Вы отрицаете его понимание, вы отрицаете его чувства, вы отрицаете его человечность, его достоинство. Вы говорите: «Вы ничего не знаете» — про его собственное тело!
Первым шагом должно стать признание: «Вы правы. Те, кто отвергали вас, ошибались». И сразу половина дела сделана.
Теперь у вас дружеские отношения с пациентом. Те, кто страдают от психических заболеваний, нуждаются в сочувствии, им нужно одобрение, а не отрицание. Они не хотят, чтобы их превращали в сумасшедшего, ненормального человека. Проявите свое сочувствие, свое понимание, будьте любящими.
Позвольте им приблизиться к вам и затем найдите какой-нибудь простой способ. Не ходите кругами с фрейдистскими писаниями, они почти как святое писание, а литература о психоанализе постоянно растет, ее становится все больше и больше. И вы начинаете испытывать все эти идеи на бедняге, а у него нет ничего серьезного.
Мое собственное понимание заключается в том, что каждому человеку нужна любовь, и каждый человек нуждается в том, чтобы любить. Каждому человеку нужна дружба, дружеское отношение, сочувствие — и каждый человек хочет делиться ими тоже.
Мне напоминают: это произошло, когда Джорджу Бернарду Шоу было почти восемьдесят лет. Его доктору было девяносто лет, это был его лечащий врач, и они были большими друзьями.
Однажды в середине ночи Бернард Шоу почувствовал резкую боль в сердце и испугался: возможно, это был сердечный приступ. Он позвонил доктору и сказал: «Немедленно приходи, потому что я могу не увидеть восход солнца».
Доктор сказал: «Держись. Я иду, не волнуйся!» Доктор пришел. Ему пришлось преодолеть три лестничных пролета — девяностолетнему старику, который нес свой чемоданчик. Он покрылся испариной.
Он пришел, поставил чемоданчик на пол, сел на стул и закрыл глаза. Бернард Шоу спросил: «В чем дело?» Доктор приложил руку к своему сердцу, и Бернард Шоу сказал: «О Боже, у вас сердечный приступ!» И он мог понять... девяностолетний старик, три лестничных пролета, в середине ночи, испарина.
Бернард Шоу поднялся, начал размахивать веером, обмыл его лицо холодной водой, дал ему выпить бренди, потому что ночь была холодная, и старался всеми способами... Укрыл его одеялами и полностью забыл про свой собственный сердечный приступ, из-за которого он вызвал доктора.
Через полчаса доктор почувствовал себя лучше и сказал: «Теперь я в порядке. Это был третий сердечный приступ, и я думаю, что последний, но вы очень мне помогли. А теперь дайте мне мой гонорар».
Бернард Шоу сказал: «Ваш гонорар? Я бегал, все приносил, помогал вам. Вы должны заплатить гонорар мне».
Доктор сказал: «Чепуха. Это было притворство. Я поступаю так с каждым пациентом сердечником, и это всегда помогает. Они забывают про свой собственный приступ и начинают заботиться обо мне — девяностолетнем старике. Вы должны мне заплатить. Уже прошло полночи и мне пора домой». И он взял свой гонорар.
Бернард Шоу сказал: «Вот это да. Раньше я думал, что я шутник, но доктор — мастак на розыгрыши. Он хорошо надо мной подшутил». Он потрогал свое сердце, оно было в полном порядке. Он совершенно о нем забыл. Это была маленькая боль, которую его ум преувеличил... Его страх перед сердечным приступом, мысль о сердечном приступе, мысль о смерти были преувеличены.
Но доктор был по-настоящему замечательный. Он поднял Бернарда Шоу, за ним поухаживали, он выпил и, наконец, получил свой гонорар и ушел вниз по лестнице. А Бернард Шоу выглядел совершенно сбитым с толку. «Этот человек говорит, что он всегда так поступает при каждой болезни сердца и что он всегда добивается успеха. Благодаря своему возрасту, он отлично справляется. Кто угодно забыл бы... И любой доктор стал бы делать из этого сложное явление, с инъекциями, лекарствами, отдыхом, сменой климата и медсестрой на все двадцать четыре часа. Но этот врач проделал это быстро, без каких-либо сложностей».
Я видел всевозможные случаи заболеваний, связанные с умом.
И все, что требуется, — это сочувственный, дружеский, любящий подход, и в каждом случае совершенно уникальное лечение, потому что все, что уже делали с этим человеком, было
обычным, общепринятым и мало-помалу у пациента возникало чувство, что он уже успешно победил самых разных врачей — аллопатических, гомеопатических, натуропатических, аюрведических, акупунктуристов, врачей, лечащих надавливанием на акупунктурные точки, — самых разных врачей, и никто не может вылечить его. У него начинает возникать определенное эго насчет этого, насчет того, что его болезнь является совершенно особенной. Он хочет, чтобы она считалась особой болезнью. Это заменитель.
Следует понять: каждый человек хочет быть особым, необычным — великим музыкантом, великим танцором, великим поэтом, но не все могут этого достичь. Для того чтобы стать великим музыкантом, нужно долго и напряженно трудиться...
Все люди кажутся закрытыми. Ни у кого в сердце нет открытых окон. И ни у кого не открыты двери, чтобы встречать гостя. И все эта ситуация порождает странные явления. Подлинные потребности человеческого ума не удовлетворяются, он начинает вести себя странно.
Может быть, это было единственной причиной того, что тот человек рвал бумагу и везде ее разбрасывал, он хотел просто дать понять: «Я здесь, я не такой, как другие. Я делаю нечто такое, что не делают другие». Возможно, он не был признан, не был принят, не был любим. И лечение, которое он получил, было хуже, чем болезнь. И это было настоящей болезнью — то, что никто его не любил, — и теперь маг лечит его: «Если ты сделаешь это опять, я тебя так лягну, что ты прокатишься по всем этим стам ступенькам, а в конце разобьешься вдребезги у дороги». И он прекратил это делать, что указывает на то, что вместо того, чтобы получить любовь, он получил страх. Страх также может изменить ваше поведение, но это не изменение к лучшему, это изменение к худшему. И если любовь доступна, и она ничего не стоит, то почему бы ею не воспользоваться?
Я не считаю, что существует какая-либо другая психотерапия, кроме любви. Если психотерапевт может обрушить на пациента шквал любви, то болезнь исчезнет без всякого анализа.
Весь анализ — просто чушь. Психотерапевт и сам избегает любви. Он избегает смотреть пациенту в лицо. Он боится признавать реальность. Все психоаналитики, принадлежащие к лагерю Фрейда, а это самый большой и влиятельный лагерь, не сидят напротив пациента. Пациент лежит на кушетке, а за кушеткой сидит психоаналитик. Пациент говорит, лежа на кушетке, сам с собой, а психоаналитик просто сидит там. Нет человеческого контакта, он не может даже взять пациента за руку, он не может посмотреть в глаза пациенту.
На Востоке никогда не существовало ничего, подобного психоанализу, — по той простой причине, что там были тысячи мастеров, глубоко погруженных в медитацию, и кто бы к ним ни приходил... просто их любви, их сочувствия, того, как они смотрели в глаза пациента, было достаточно. Люди вылечивались. Это было не то, что при психоанализе... На Востоке с неврастениками и психопатами происходило то, что они мгновенно менялись. Все, что им было нужно, — безграничная любовь, которая ничего не требует взамен, человек, олицетворяющий мир и тишину, само присутствие которого является лекарством. Человек, который длительное время медитировал, становится неисчерпаемым источником. Он излучает нечто, что не заметно глазу, но сердце улавливает это. Нечто проникает в ваше самое сокровенное существо и меняет его.
Проблемы простые. Решения простые. Человек просто должен выйти за пределы ума, чтобы разглядеть простоту. И затем все, что делает человек в тишине, в состоянии покоя, с радостью, будет иметь целебный эффект, будет распределением здоровья. Будет целительной силой.

Какова психология будд? Она выглядит наукой для просветленных существ, которые должны были вытащить, толкнуть, соблазнить, ударить или поцеловать своих учеников в нужный момент, чтобы те не колебались, не застряли или не попали в ловушку. Не могли бы вы рассказать о некоторых открытиях последних тридцати лет?

На вопрос, который ты задал, невозможно ответить по существу. Но вас можно ознакомить с некоторыми указаниями, некоторыми намеками, при абсолютной уверенности, что вы не сможете их понять. Но это не моя проблема. Я буду стараться изо всех сил. Что касается вас, то если вы сможете быть только пассивным, молчаливым умом, просто слушающим, как будто вы слушаете пение птиц, не пытаясь его понять, то, вероятно, какая-то дверь может вам открыться. Все зависит от вас. Это просто старое пристрастие — мы не можем просто слушать, как мы слушаем музыку, мы немедленно начинаем реагировать, интерпретировать, пытаться найти смысл. Мы теряемся в нашем собственном уме, и музыка проходит мимо.
Первое: я употребил термин «психология будд» не для обозначения того, что он обозначает. Просветленный человек выходит за пределы ума. На самом деле, ум постепенно исчез, как исчезают сны. Все психологии Запада заинтересованы в том, чтобы узнать, как функционирует ум, как он работает, почему иногда он работает правильно и иногда неправильно. Они приняли одну основную гипотезу, которая не верна: гипотезу о том, что вы не являетесь чем-то большим, чем ум. Естественно, физиология изучает ваше тело и его функционирование, и психология изучает ваш ум и его функционирование.
Первое, что нужно отметить, это о тех, кто понял, что в них существует другое пространство, которое не ограничено умом, и которое нельзя определить как часть его функционирования. Тихое пространство без мыслей, ряби является началом психологии будд.
Слово «психология» употребляется во всем мире абсолютно неправильно, но когда что-то становится обычным, то мы забываем. Даже само слово «психология» указывает на что-то не об уме, но о душе. Изначальное значение «психологии» — наука о душе. Это не наука об уме. И если бы люди были честными, они бы поменяли название, потому что это неправильное название и сбивает людей с пути. Не существует в мире психологии в значении наука о душе.
Вы, по произвольным причинам, — постарайтесь это понять — разделены на три части. Но запомните, деление это является произвольным. Вы являетесь неделимым существом.
Вашей внешней частью является тело. Это ценнейший инструмент, который дала вам жизнь. Вы никогда не благодарили жизнь за ваше тело. Вы даже не осознаете, что тело постоянно делает для вас на протяжении семидесяти, восьмидесяти лет, в некоторых местах на протяжении ста пятидесяти лет, а в некоторых отдаленных частях Советского Союза даже до ста восьмидесяти лет. Это приводит меня к выводу о том, что общераспространенное убеждение в том, что тело умирает в семьдесят лет, является не фактом, а вымыслом, который стал таким распространенным, что тело просто подчиняется ему.
Это случилось: до того, как Джорджу Бернарду Шоу исполнилось девяносто лет, он принялся подыскивать место за Лондоном, где и прожил остаток своей жизни. Друзья его были весьма озадачены. Они говорили: «Какой смысл? У тебя прекрасный дом, со всеми удобствами, почему ты подыскиваешь новое место? И делаешь ты это очень странным образом, люди подумают, что у тебя это старческое»... потому что он объезжал небольшие городки, но не заезжал в них, а следовал прямо на кладбища, где читал надписи на могильных камнях. Наконец он решил поселиться в деревне, где он нашел могильный камень с надписью: «Этот человек умер слишком преждевременно — ему было всего сто двенадцать лет».
Он сказал своим друзьям: «Насколько я понимаю, то это просто гипноз в мировом масштабе: на протяжении тысяч лет упорно бытовала идея о семидесяти годах, и человеческое тело просто следует ей. Если существует деревня, где умирает человек в возрасте ста двенадцати лет, и жители деревни думают, что он умер «слишком преждевременно», что ему еще не пришло время умирать...» Джордж Бернард Шоу прожил в этой деревне остаток своей жизни и дожил до ста лет.
В Кашмире, в той его части, которая оккупирована Пакистаном, люди живут до ста пятидесяти лет без всяких проблем. Просто идея о семидесяти годах не отравила их умы. В Азербайджане, в Узбекистане, отдаленных уголках Советского Союза люди живут до ста восьмидесяти лет, и это не несколько человек — тысячи людей достигали этого возраста и оставались молодыми. Они все еще не выходят на пенсию, работают на полях, в садах.
Я рассказал об этом одному из моих профессоров — он не поверил мне. Он сказал: «Я профессор философии и психологии, и я не могу согласиться с вашей идеей о том, что все человечество умирает из-за существующей психологической традиции».
Я сказал: «Я вам докажу».
Он сказал: «Что вы имеете в виду?»
Я сказал: «Дайте мне несколько дней, потому что никакой аргумент не поможет, вам требуются свидетельские показания».
Он жил почти в одной миле от философского факультета в университетском городке. Он был абсолютно здоров, каждый день он пешком доходил до факультета и возвращался пешком домой. Однажды я зашел к его жене и сказал ей: «Вы должны сделать мне одолжение. На следующее утро, когда профессор С. С. Рой проснется, просто скажите: «Что случилось? Ты что плохо спал? Ты такой бледный, нет ли у тебя температуры?»
Профессор наотрез отказался, и слышать об этом. «Что за чепуху ты говоришь? Я в полном порядке. У меня нет температуры, и я отлично спал. Я себя чувствую просто прекрасно». Я попросил его жену точно записывать его слова, а позже я буду забирать эти записи.
Я сказал его садовнику: «Когда он подойдет, просто скажите: «Что с вами случилось? Вы выглядите таким больным». И не забудьте записать, что он скажет». А садовнику он сказал: «По-видимому, я сегодня ночью плохо спал».
Рядом с его домом находилась почта, мимо которой он должен был пройти. Почтмейстер был его другом, и я сказал почтмейстеру: «Вы должны сделать это...»
Он сказал: «Что вы пытаетесь сделать?»
Я сказал: «У меня спор с профессором С. С. Роем, и я собираюсь кое-что ему доказать... Позже я вам все расскажу. Сделайте просто вот что: когда профессор Рой будет проходить мимо почты, выйдите на улицу. Остановите его и скажите: «"Вы пошатываетесь, не идите сегодня в университет. Я проинформирую ректора, что вы себя плохо чувствуете"».
И профессор сказал: «Я тоже подумывал о том, чтобы не идти. Определенно, с моим телом, что-то не в порядке».
И наконец, я предупредил привратника, который работал при факультете, потому что тот обычно сидел перед факультетом. Его было трудно убедить, но он знал, что профессор С. С. Рой очень меня любит, и что я не могу причинить ему какой-то вред. Я сказал ему: «В тот момент, когда он подойдет, подскочите к нему, схватите его. Даже если он будет сопротивляться, не беспокойтесь, заставьте его лечь на скамейку и скажите ему: «"Вы не должны сейчас проходить пешком целую милю, вы очень больны"».
Но он сказал: «Я просто привратник, я бедный человек...»
Я сказал: «Не беспокойтесь. Я гарантирую вам, что у вас не будет никаких неприятностей. Только не забудьте записать, что он скажет, и запомните, сопротивлялся он или нет».
Он не сопротивлялся. Он просто послушался привратника, лег на скамейку и сказал: «Пожалуйста, разыщите факультетскую машину и скажите водителю, чтобы тот отвез меня домой... потому что я не думаю, что смогу опять пройти целую милю. Я очень болен».
Потом я собрал все эти записки. С. С. Рой лежал на кушетке, на такой, какие используют психоаналитики для пациентов, и вид у него был такой, словно он проболел уже несколько месяцев. Даже голос его ослабел настолько, что он мог разговаривать только шепотом. Я сказал ему: «Вы, разумеется, очень больны, но как вы умудрились так заболеть за одну ночь, словно вы болеете уже несколько месяцев? Вчера вечером, когда я вышел от вас, вы были в полном порядке».
Он сказал: «Я тоже удивлен».
Я сказал: «Не надо удивляться — почитайте эти записки».
Он прочитал все записки, начиная с записки жены и кончая запиской привратника, и сразу же выздоровел. Он сказал: «Ты такой парень, что с тобой лучше не спорить! Ты мог бы меня убить! Я уже подумывал о том, чтобы составить завещание».
Я сказал: «Это ответ на то, что я обсуждал с вами несколько дней тому назад — что тело подчиняется идеям, которые находятся в уме».
Семьдесят лет стало почти во всем мире фиксированной отметкой. Но это не правда тела. Это порча тела умом. И достаточно странно, что все религии выступают против тела, ведь тело является вашей жизнью, через тело вы общаетесь с жизнью.
Это ведь тело дышит, это ведь тело, которое удерживает вас в живых, это ведь тело, которое совершает, чуть ли не чудеса. Имеете ли вы представление о том, как превратить буханку хлеба в кровь, распределить по различным ингредиентам и отправить эти ингредиенты туда, где они необходимы? Вы имеете представление, сколько кислорода требуется мозгу? Уже через шесть минут, если прекратится подача кислорода, вы впадете в коматозное состояние. А тело на протяжении долгого времени снабжает мозг строго определенным количеством кислорода.
Как вы объясняете процесс дыхания? Разумеется, вы не дышите, это тело дышит. Если бы дышали вы, то вас здесь уже не было бы. У вас столько волнений, что вы могли бы забыть дышать, и особенно ночью — вы можете или дышать, или спать. И это не простой процесс, потому что воздух, вдыхаемый телом, состоит из разных элементов, которые опасны для вас. Оно отбирает все то, что поддерживает жизнь, и выдыхает все, что опасно для вас, в частности двуокись углерода.
Мудрость тела не нашла достойной оценки ни в одной религии мира. Ваши самые мудрые люди были не мудрее, чем тело. Его функционирование так совершенно, и понимание тела находится полностью вне вашего контроля, потому что ваш контроль мог бы иметь разрушительные последствия.
Поэтому первой частью вашей жизни и вашего существа является тело. Тело настоящее, подлинное, искреннее. Его невозможно испортить, хотя все религии пытались его испортить. Они учат вас поститься, что противоречит природе и противоречит потребностям тела, а человек, который постится дольше всех, становится святым. Я назову его величайшим глупцом, который находится в подчинении у глупости толпы. Религии учили вас безбрачию, не понимая механизм работы тела. Вы едите пищу, вы пьете воду, вы вдыхаете кислород. Так же как в вас вырабатывается кровь, так же вырабатывается сексуальная энергия — это свыше вас. Во всем мире не существовало ни одного человека, давшего обет безбрачия. Я бросаю вызов всем религиям, которые притворяются, что их монахи ведут безбрачный образ жизни, чтобы их обследовали ученые. Они обнаружат, что у них такие же железы и такая же энергия, как и у всех остальных людей.
Безбрачие — это преступление, оно приводит к извращениям, точно так же, как пост — тоже преступление. Обжорство — преступление, недоедание — тоже преступление. Если вы слушаете тело и просто подчиняетесь ему, то вам не нужно, чтобы Гаутама Будда или Махавира, или Иисус Христос учили вас, что вам делать со своим телом. Тело обладает встроенной программой, и встроенную программу вы не можете изменить, вы только можете ее извратить...
Поэтому я вас учу, во-первых, глубокому уважению, любви и благодарности к вашему телу. Это будет основой психологии будд, психологии пробужденных.
Вторым фактором после тела является ум. Ум является просто фикцией. Его используют, на самом деле, используют слишком много, разнообразные паразиты. Существуют люди, которые будут учить вас быть против тела и за ум. Существует механизм, который называется мозг. Мозг является частью тела, но у него нет встроенной программы. Природа такая сострадательная: то, что ваш мозг не имеет встроенной, программы, означает, что жизнь дает вам свободу. Вы можете сделать из своего мозга все, что захотите. Но то, что было состраданием со стороны природы, подверглось эксплуатации со стороны ваших священников, ваших политиков, ваших так называемых великих людей. Они обнаружили прекрасную возможность напичкать ваш ум всякой чепухой.
Ум является чистой грифельной доской: все, что вы напишите на нем, станет вашей теологией, вашей религией, вашей политической идеологией. И каждый родитель, каждое общество внимательно следят за тем, чтобы ваш мозг не остался в ваших собственных руках, они сразу же начинают писать святой Коран, Святую Библию, Бхагавад-Гиту, и к тому времени, когда вы становитесь взрослым, способным участвовать в делах мира, вы уже не принадлежите себе.
Это настолько хитро, настолько преступно, что я удивлен, что никто не указал на это раньше. Никакой родитель не имеет права заставить ребенка быть католиком, индусом или джайном. Дети рождаются через вас, но они не принадлежат вам. Вы не можете быть обладателями живых существ. Вы можете любить их, и если вы их по-настоящему любите, то вы предоставите им свободу, расти согласно своей природе, без каких-либо убеждений, без наказаний, без каких-либо усилий с чьей-либо стороны. Мозг абсолютно прав — это свобода, данная вам природой, пространство для роста. Но общество перед тем, как вы можете заполнить это пространство, напичкивает вас всякой чепухой.
Я знал одного человека, профессора Рунгара, он жил в ашраме Махатмы Ганди. Это был небольшой ашрам, проживало в нем несколько вдов и несколько психов, число всех обитателей ашрама не превышало двадцати. Но в нем была бесплатная еда, бесплатная одежда, бесплатный кров, и все они должны были заниматься всякими глупостями. Они называли это богослужением, они называли это молитвой.
Профессор Рунгар был образованным человеком, но это не имеет значения, до получения вами образования вы уже заражены, загрязнены. Он упорно в течение шести месяцев ел коровий помет, пил коровью мочу — и в этом заключалась вся его еда, и это сделало его великим святым. Даже Махатма Ганди заявил, что тот является великим святым. Если просветление может быть достигнуто при помощи поедания коровьего помета, то уж лучше просветление достигалось бы при помощи проглатывания несусветной чуши, разве это не очевидно! И когда Махатма Ганди говорит о нем, что он достиг просветления, то вся страна просто верит в это. Я не видел ни одного человека, который был бы с этим не согласен.
Я сказал профессору Рунгару: «Что касается меня, то вы самый глупый человек в этой стране». Конкуренция очень большая, но посмотрите на все эти религии, на то, чем они забили ваш ум...
Каждый индус, когда собирается мочиться... вокруг тела у него шнур: церемония шнура чуть ли не такая же самая, как при обрезании детей евреями. И поверите ли вы мне, что я столкнулся с заявлением раввина о том, что евреи такие умные как раз из-за обрезания. Магометане поступают так же, но в несколько более старшем возрасте.
У евреев есть свой собственный вид крещения. Индусы вводят ребенка в индусское общество при помощи церемонии шнура. Вокруг его шеи обвязывают шнур, и он окружен людьми, которые напевают что-то из святых писаний. И ожидается, что каждый индус, когда он отправляется помочиться, снимет шнур с рубашки и обвяжет его вокруг уха. Я видел, как профессора, деканы совершали этот один и тот же глупый акт.
Одного ректора, доктора Трипатхи, я поймал с поличным. Я пригрозил ему: «Или вы снимете этот шнур с уха, или я не позволю вам мочиться».
«Но, — сказал он, — это моя религия». А он был хорошо образованный человек.
Я сказал: «Можете ли вы это обосновать?»
Он сказал: «Разумеется. Если вы обвязываете шнур вокруг уха, то он прогоняет от вас сексуальные мысли, сексуальные мечты. Он защищает ваше целомудрие».
Я сказал: «Вы человек, получивший отличное западное образование (он преподавал на Западе), вы должны будете пойти со мной в медицинский центр».
Он сказал: «Что вы имеете в виду?»
Я сказал: «Я хочу, чтобы ученые-медики подтвердили, что обвязывание уха шнуром защищает человека от сексуальности».
Он сказал: «Вечно вы выдвигаете какие-то странные идеи».
Единственным доказательством было то, что у него было тринадцать детей. Я сказал: «С этим шнуром вы произвели тринадцать детей, без этого шнура вы бы стали угрозой для всего человечества! И все равно у вас хватает духу говорить, что он защищает ваше целомудрие?»
Но вы обнаружите, что аналогичные идеи повсеместно втискивают в мозг. Я хочу быть четко понятым: мозг является естественным, а вот ум впихнут в мозг. Таким образом, мозг не является христианином, но ум может им быть, мозг не является индусом, ум может им быть. Ум является порождением общества, а не подарком природы. Первое, что сделает психология будд, — выбросит весь мусор, который вы называете умом, и оставит ваш мозг безмолвным, чистым, невинным, таким, каким он был, когда вы появились на свет.
Современная психология во всем мире делает что-то глупое: анализирует мозг, анализирует мысли, которые составляют ваш ум. На Востоке мы заглянули в самую сокровенную часть человеческого существа, и согласно нашему пониманию, ум не нуждается ни в каком анализе. Это все равно, что анализировать мусор. Его нужно стереть. В тот момент, когда ум стерт — для этого служит медитация, — вы остаетесь с вашим абсолютно прекрасным телом, вы остаетесь с безмолвным мозгом, в котором нет шума. В тот момент, когда мозг освобождается от ума, невинность мозга начинает осознавать новое пространство, которое мы называем душой.
Когда вы нашли свою душу, вы нашли свой дом. Вы нашли свою любовь, вы нашли ваш неисчерпаемый экстаз, вы обнаружили, что весь мир готов танцевать, радоваться, петь — жить интенсивно и умереть в блаженстве. И все это происходит само по себе.

11
работа с телом

Расскажи, пожалуйста, об искусстве массажа.

Массаж — это нечто такое, что ты однажды начинаешь изучать, но никогда не заканчиваешь. Учеба продолжается и продолжается, опыт становится все шире, все больше. Массаж
— это одно из самых тонких искусств — и дело не только в квалификации. Скорее, дело в любви.
Изучи технику — и забудь о ней. Просто чувствуй и руководствуйся чувством. Если ты действительно овладел массажем, девяносто процентов работы делает любовь, десять процентов — техника. Одно лишь прикосновение, прикосновение любви, — и в теле что-то расслабляется.
Если ты чувствуешь любовь и сострадание к другому человеку, чувствуешь его огромную ценность; если ты обращаешься с ним не как с механизмом, который нужно починить, но как с энергией безмерной ценности; если ты благодарен, что он тебе доверяет и позволяет играть с его энергией, — тогда ты постепенно почувствуешь, словно играешь на органе. Все тело становится органными клавишами, и ты чувствуешь, как внутри тела возникает гармония. Помощь оказывается не только этому человеку, но и тебе.
Массаж нужен миру, потому что из мира исчезла любовь. Когда-то достаточно было одного прикосновения любимых. Мать касалась ребенка, играла с его телом, и это был массаж. Муж играл с телом своей жены, и это был массаж; этого было достаточно, более чем достаточно. В этом глубоком расслаблении главную роль играла любовь. Но она исчезла из мира. Постепенно мы забыли, как касаться, чего касаться, с какой силой. На самом деле, прикосновение — это один из самых забытых языков. Мы стали неловкими в прикосновении, потому что само это слово было отравлено так называемыми религиозными людьми. Они придали ему сексуальную окраску. Слово стало сексуальным, и люди стали бояться. Каждый человек бдительно следит за тем, чтобы его не касались, пока он не позволит. Теперь Запад ударился в другую крайность. Прикосновение и массаж стали сексуальными. Теперь массаж — это просто прикрытие сексуальности. На самом деле, ни прикосновение, ни массаж не сексуальны. Это функции любви. Любовь, павшая со своих высот, превращается в секс и становится уродливой.
Поэтому будь молитвенным. Когда ты прикасаешься к телу человека, будь молитвенным, как будто в нем сам Бог, и ты просто служишь ему. Теки тотальной энергией. И когда ты увидишь, как тело течет и энергия создает новую структуру гармонии, ты почувствуешь такое наслаждение, как никогда прежде. Ты впадешь в глубокую медитацию.
Когда делаешь массаж, просто массируй. Не думай о других вещах, потому что это отвлекает. Будь настолько в пальцах и в руках, будто в них все твое существо, вся твоя душа. Пусть это будет не просто телесным прикосновением. Вся твоя душа входит в тело другого, проникает в него, расслабляет самые сложные напряжения. Сделай это игрой. Не выполняй это как работу; принимай это как игру, как удовольствие. Смейся и пусть смеется другой.
Массаж означает, что ты попадаешь в резонанс с энергией тела кого-то другого, чувствуешь, где ее не хватает, где тело фрагментарно, и делаешь его целым... помогаешь сделать так, чтобы энергия тела больше не была фрагментарной, противоречивой. Если энергии тела попадают в унисон и становятся оркестром, ты добился успеха.
Обращайся с телом очень уважительно. Это сам алтарь Бога, храм Бога. Изучай свое искусство в великом почтении, молитве. Это одна из самых великолепных вещей для изучения.

Что такое исцеляющее прикосновение?

Просто положи руки на нужную часть тела человека. Если у него головная боль, положи руки ему на голову, закрой глаза и начни чувствовать, как льется энергия, — и у тебя появится ощущение покалывания в руках. Или, если его беспокоит желудок, положи руки ему на живот. Больного места нужно касаться. Если его можно коснуться непосредственно, не через одежду, тем лучше, это будет эффективнее. Но не касайся больного места дольше одной минуты. Если ты касаешься дольше, иногда болезнь может начать течь в твою сторону.
Энергия — это ритм: одну минуту она течет наружу, другую минуту — вовнутрь. Поэтому возьми себе за правило выдохнуть, когда кладешь руки на чье-то тело; она синхронизируется с вдохом, выдохом. Когда ты кладешь руки на тело, выдохни и продолжай выдыхать, пока не почувствуешь, что больше не можешь выдыхать, тогда убери руки и вдохни. Если ты вдохнешь, пока твои руки на больном, болезнь может воздействовать на тебя. Может быть, человек будет излечен, но заболеешь ты, а это бессмысленно. Просто клади руки на выдохе и убирай в то мгновение, когда начинается вдох.

Как лечить человека, который боится, чтобы к нему прикасались?

Когда ты кого-то лечишь, изливается столько энергии, что это почти все равно, что коснуться его проводом под напряжением, оголенным проводом. Он так испугается, что закроет все двери — а если двери будут закрыты, ты больше не можешь изливать энергию, и ничего не произойдет. Исцеление возможно не только благодаря твоей энергии — оно возможно, только когда твоя энергия проникает в другого и становится его энергией. Если она только доходит до двери и возвращается, исцеления не происходит.
Вот почему, когда человек тебе не доверяет, никогда и не пытайся его лечить — даже не пытайся, потому что это невозможно. Если человек сомневается в тебе — забудь о нем. Это возможно только в глубоком доверии, а если ты пробуешь силы на человеке, который тебе не доверяет, ты сам начнешь сомневаться в своей энергии. Если неудача повторится много раз, постепенно ты начнешь думать: «Ничего не происходит. У меня нет энергии». На самом деле, у каждого человека есть энергия для исцеления. Это нечто естественное. Неверно думать, что некоторые рождаются целителями, а некоторые нет. Каждый человек от рождения целитель, но он или забыл об этой своей способности, или никогда ее не использовал, или использовал в неправильном контексте и стал чувствовать, что у него никогда ничего не получается.
Поэтому никогда не пытайся лечить человека, который бросает тебе вызов. Это не вызов. Если кто-то готов участвовать, идти с тобой, это прекрасный опыт. Никогда не касайся с самого начала. Когда человек все больше расслабляется, и ты чувствуешь... я говорю, чувствуешь — не думаешь. Если ты чувствуешь, что возникает порыв прикоснуться к человеку, например у него боль в животе или головная боль или что-то еще и ты чувствуешь, что прикосновение к голове может быть полезным, тогда касайся, но сначала позволь ему настроиться на тебя. Сначала сделай просто энергетический массаж, не касаясь тела.
Держись на расстоянии в два дюйма, потому что аура человеческого тела распространяется примерно на шесть дюймов от тела. Держись на расстоянии двух-трех дюймов, чтобы касаться его энергетической ауры. Ты не касаешься физического тела, но касаешься тонкого тела — и этого достаточно. Для проникновения энергии этого достаточно. На самом деле ты его коснулся, но это его не испугает. Когда ты почувствуешь, что человек полностью участвует, его доверие огромно, он течет вместе с тобой, и ты чувствуешь, что твоя энергия впитывается — не отвергается; он стал губкой и вбирает ее — это самый пик. И в этой точке вся энергия изливается и проникает глубже всего.
После каждого сеанса лучше принять душ, если есть такая возможность. Если это невозможно, по крайней мере, сразу же вымой руки и потряси ими. Всегда происходит так, что, когда ты передаешь свою энергию другому человеку, его энергия проникает в тебя, энергии накладываются. Иногда человек очень силен, может быть, даже сильнее тебя. Иногда человек не силен, но, может быть, очень сильна его болезнь и ее вибрации могут проникнуть в тебя и произвести разрушение. Это может сделать тебя больным, напряженным. Исцеление хорошо, но не за твой счет, потому что тогда это глупо и ты не сможешь много лечить.
Рано или поздно ты заболеешь, тяжело заболеешь, и твое тело придет в полное расстройство.
Массаж — это не просто массаж. Ты делишься энергией; и если энергия в тебе не течет, вскоре ты сильно устанешь. Тогда это очень рискованно. Приходит не физическая усталость — она не важна; ты поспишь, поешь, и она пройдет. Но в массаже ты делишься энергией глубже. Когда ты массируешь чье-то тело, участвуют не только ваши тела — но и тонкие тела, два энергетических тела, две биоплазмы. Человек, которому ты делаешь массаж, может взять у тебя слишком много биоплазмы, и если у тебя нет постоянного внутреннего питания, если ты не подключен к источнику, энергия будет сильно рассеяна. Это может не оказать немедленного воздействия, потому что ты молод. Ты можешь этого не чувствовать месяцы и годы, но затем однажды почувствуешь, что разваливаешься на части.
В моем понимании, вначале человек должен работать над собой и стать очень, очень центрированным. Когда ты центрирован, тебя нет. Когда ты центрирован, начинает действовать источник. Тогда ты — просто канал. Космос начинает течь через тебя — и тогда нет проблем. Ты можешь отдавать, сколько хочешь энергии, и постоянно будешь получать новую. Тогда ты не как водоем, в котором нет источника проточной воды. Ты колодец, в котором бьет много ключей; из него можно черпать сколько угодно, но вливается новая вода — его нельзя вычерпать до дна. Фактически, забирают старую, затхлую, застойную воду, и поступает свежая, живая. Поэтому колодец очень доволен — его освобождают от прошлого, старого, застойного. Если ты течешь, и твоя энергия расцветает, нет никаких проблем.
Массаж, исцеление и подобные явления очень тонки. И дело не только в том, чтобы научиться технике; важнее научиться быть у источника — тогда нет проблем. Тогда меня не волнует, знаешь ли ты технику. Ты просто можешь начать играть с чьим-то телом, энергия будет течь, и это будет очень полезно. Но по-настоящему полезно только одно: когда человек, который делает массаж, тоже получает пользу — тогда это действительно полезно. Тогда пользу получает и целитель, и исцеляемый — пользу получают оба. Никто не в проигрыше.

Считаешь ли ты рольфинг полезной техникой для снятия напряженности тела/ума?

Тело и ум движутся вместе, но иногда случается так, что ум опережает; он лучше тела. Иногда бывает наоборот — ум в худшем состоянии, чем тело. Когда между телом и умом сбивается настройка, возникает боль.
Когда люди приходят ко мне, тело и ум функционируют вместе — каким бы ни было их состояние. Если они несчастны, их тело настроено на несчастье. Если они счастливы, их тело настроено на счастье. Когда они начинают медитировать, настройка сбивается, потому что ум начинает расти, а тело настроено на старый ум; его больше нет, он почти исчез, и тело в растерянности. У тела мало разума — это механизм, и он действует очень медленно. Но постепенно оно следует за умом. В этот момент рольфинг будет полезен.
Рольфинг — это не что иное, как растяжка связок. В некоторых участках тела мускулатура принимает определенную форму. Если кто-то постоянно встревожен, мышцы тела принимают форму, настроенную на тревожность. Затем тревожность может исчезнуть, а тело останется тяжелым и будет болеть. Функции больше нет, но тело не знает, как расслабить этот участок. Если с этим ничего не сделать, оно расслабится постепенно, но на это уйдет много времени. Зачем ждать?
При помощи рольфинга этот участок расслабляют с помощью давления. Мускульный панцирь исчезает, и ты чувствуешь себя в теле таким же новым, как и в уме. Тогда нужно снова сделать настройку — на более высоких уровнях.
Это будет больно, это точно. Это будет очень больно, потому что все прошлое накопилось в теле и мускульное напряжение должно быть расплавлено и заново впитано телом. Это впитывание болезненно, но оно того стоит.

Что ты думаешь о ценности недавно разработанной терапии, которая называется цветопунктурой?

Цветопунктура абсолютна правильна. Цвета воздействуют на тело, и то, что в этом разобрались, просто великолепно. Питер Мэндел (изобретатель) проделал огромную работу. При помощи его труда ты можешь изменить если не существо, то ум, эмоции и тело. Хорошо, если человек может очиститься таким путем; тогда медитация очень проста. Эти проблемы мешают медитации.

Как действует Тайцзи?

«Ци» значит «энергия». Вся концепция в том, что твердость ложна — как в современной физике. Эти стены не реальны. Это чистая энергия, но электроны движутся так быстро, с такой огромной скоростью, что вы не можете видеть их отдельных траекторий. И это создает ощущение твердости. То же самое верно относительно тела. То, что сейчас узнала современная физика, даосы знали тысячи лет: что человек — это энергия.
Говорят, один мастер Тайцзи обычно велел ученикам атаковать его, а сам просто сидел посредине. Пять или десять учеников бросались из разных углов комнаты, чтобы на него напасть, но приблизившись, чувствовали, что он как облако; в нем нет ничего твердого... как будто сквозь него можно было беспрепятственно пройти.
Если развить идею, что ты энергия, можно стать облаком без границ, тающим и сливающимся с существованием. Это не просто история. Столкнувшись с человеком, глубоко проникшим в Тайцзи, вполне возможно, ты не найдешь никаких преград; ты просто пройдешь сквозь него. Его нельзя ранить, потому что ранить некого.

В энкаунтер-группе, которую я прошел, я нашел, что определенные эмоции выносят на поверхность гнев, и я увидел, как использовать Тайцзи для любви, но с такими, вещами, как боль или страх, я не могу найти контакта.

Тайцзи можно использовать для многих, многих вещей, в том числе и для этого, потому что каждое движение тела имеет некоторое отношение к эмоциям. Именно поэтому они называются эмоциями — потому что они связаны с движениями тела: каждая эмоция связана с определенным жестом тела и соответствует ему.
Когда ты злишься, твои глаза двигаются определенным образом и в зубах появляется определенная энергия, в челюсти появляется агрессия — ты готов разрушать, быть агрессивным. Энергия накапливается в руках и в зубах, потому что, когда человек был животным, это был единственный способ выражения гнева. Животные по-прежнему выражают гнев зубами и когтями; и в нас сохранился этот механизм.
Если ты попытаешься быть в гневе и при этом не использовать руки, зубы и глаза, ты окажешься в почти невозможной ситуации — ты не сможешь быть в гневе. Этот конкретный жест тела обязателен. А что за чем следует, сказать нельзя. На самом деле, это как пословица «Кто старше — курица или яйцо?» Появляется ли сначала страх, а затем жест испуга, или сначала жест, а потом страх? Они появляются вместе, они одновременны.
Ты можешь это разработать... но мастера Тайцзи мало, чем смогут помочь, потому что они не использовали Тайцзи таким образом. В Тайцзи есть много потенциальных возможностей, которые в прошлом не использовались. На самом деле, Тайцзи использовали для подавления, а не для выражения.
Все восточные техники в каком-то смысле репрессивны. Техники разработаны таким образом, что вместо того, чтобы выражать гнев, печаль или негатив, ты можешь очень, очень вежливо убедить их переместиться в бессознательное, уйти в подвал. Поэтому мастера Тайцзи мало, чем помогут... но ты можешь разработать это сам. Учись у них Тайцзи; в то же время ты можешь усвоить его в очень катарсической форме и выбрасывать негативные эмоции через движения Тайцзи; их можно выбрасывать.
Emotion: эмоция; motion: движение.
Ты можешь это разработать; это может быть полезно и другим. Это может привнести в Тайцзи новое измерение. Я всегда думал, что в тот или иной момент в Тайцзи будет развито новое измерение. В современном Тайцзи этого измерения нет.
Но не говори об этом, иначе тебе откажут... потому что Восток очень ортодоксален. Тайцзи используют определенным образом; люди делали это веками, и в этом они очень твердолобы: они не исследуют новые возможности. То же самое произошло в Индии с йогой: она стала замороженной наукой; за три тысячи лет — ни единой новой разработки. Также и с Тайцзи — за три тысячи лет — ни единого усовершенствования. Тайцзи остается в том же виде, что и три тысячи лет назад... как будто не прошло три тысячи лет.
Восток очень ортодоксален: когда он открывает, что определенная вещь работает, он использует ее только таким образом. Запад очень пытлив, поэтому Запад смог проделать весь путь от воловьей упряжки до реактивного самолета. Востоку это не удалось; Восток продолжает тянуть воловью упряжку, одну и ту же упряжку! В той самой воловьей упряжке — в которой ездил Будда, Патанджали, Лао-цзы, — по-прежнему едет Восток.

Как использовать движения для катарсиса?

Просто стой, удерживая энергию в центре хара, концентрируйся на хара, а потом делай все что хочешь... Например, если это гнев, почувствуй, как энергия выходит из хара и принимает форму гнева в виде языков пламени, которые распространяются по всему телу. Потом расслабься и позволь телу двигаться с этими языками пламени. Ты найдешь, что начнутся жесты — они могут быть похожи на латихан, Субуд; это будет похоже на движения Субуд.
Точно как пламя — если ты думаешь о гневе, думай о пламени.

Затем наблюдать движения и отслеживать их?

Да, отслеживай.

Отслеживать энергию?

Да, отслеживай энергию, просто иди с энергией и позволь энергии принять свою собственную форму и начать двигаться.
Понемногу экспериментируй, и ты сможешь зафиксировать движения — те движения, которые всегда появляются, когда ты думаешь о гневе, и это происходит всякий раз, когда ты думаешь о том, что в тебе возникает и принимает форму пламя. Но попробуй делать это с гневом еще несколько дней, получить точную формулировку. Затем попробуй и с другими вещами — грустью, ненавистью, ревностью, — но помни, не запутайся. Если ты экспериментируешь с гневом, три недели занимайся только гневом, чтобы все определилось. Это должно установиться так определенно, чтобы ты мог предложить кому-то другому делать эти движения, и, начав движения, он неожиданно чувствовал, что в нем возникает гнев и выбрасывается наружу. Понимаешь?
Потом, когда ты зафиксируешь образ гнева, попробуй что-то другое. И все негативные черты, какие у вас есть, — вы можете искать...

В Тайцзи некоторые фигуры длятся целый час — движений много больше. Когда можно отделить отдельные части, когда их связать — или просто позволить, чтобы выходило, как выходит?

Просто позволь выходить, как выходит, позволь движениям раствориться в космосе. Не создавай круг, не сдерживай их, просто выпусти. Движение движется в существование и исчезает... ты излил его в существование.

И это можно делать в молчании?

Да, это можно делать тихо... ты можешь выработать свои способы.
Эти науки — Тайцзи, йога и им подобные, — на самом деле искусства, а не науки, и каждый может их варьировать и находить свой путь. В них человек должен быть очень свободным. Это не что-то застывшее — в них огромная свобода.
Поэтому учись искусству, а затем используй его по-своему, придай ему собственный аромат. И никогда не становись ортодоксальным последователем этих учений, иначе вместо того, чтобы помочь, они сделают тебя зажатым. В определенном, ограниченном смысле они помогают, но если ты можешь их улучшить, усовершенствовать, это принесет тебе безмерную пользу.

12
боль

Не могли бы вы рассказать о боли и нашем отождествлении с ней?

Свидетельствующая личность никогда не ощущается. Мы всегда чувствуем некоторую тождественность, мы всегда чувствуем некоторое отождествление. И свидетельствующее сознание является реальностью. Так почему же это происходит? И как это происходит?
Вам больно — что же в действительности происходит внутри? Проанализируйте все явление: имеется боль и имеется сознание того, что там боль. Вот эти два положения: имеется боль и имеется сознание того, что там боль. Но разрыва нет, и каким-то образом «мне больно» — возникает такое чувство — «Мне больно». И не только это, рано или поздно «Мне больно» возникает, происходит, начинает быть ощущением.
«Я — боль, мне больно, я осознаю боль» — это три различных, очень различных состояния. Мудрец говорит: «Я осознаю боль». Столько можно разрешить, потому что вы выходите за пределы боли. Осознание выходит за пределы боли — вы отличаетесь от боли, имеется огромное разделение. В действительности, никогда не существовало никакой связи, связь начинает возникать только из-за близости, из-за непосредственной близости вашего сознания и всего, что происходит вокруг.
Сознание так близко, когда вам больно, — оно просто рядом, совсем рядом. Оно должно там быть, в противном случае боль не излечить. Оно должно быть совсем рядом, чтобы ощущать ее, знать ее, осознавать ее. Но из-за этой близости вы становитесь отождествленными, становитесь одним. Это опять мера безопасности, это мера безопасности, естественной безопасности. Когда имеется боль, вы должны быть рядом, когда имеется боль, ваше сознание устремляется к боли, чтобы почувствовать ее, что-то предпринять.
Вы находитесь на улице, и неожиданно вы чувствуете, что рядом змея, — все ваше сознание превращается в прыжок. Нельзя терять ни мгновения, даже на то, чтобы подумать о том, что сделать. Нет разрыва между осознанием и действием. Вы должны быть очень близко, только тогда это может произойти. Когда ваше тело страдает от боли, болезни, заболевания, вы должны быть рядом, в противном случае жизнь не сможет выжить. Если вы далеко и боль не ощущается, то вы умрете. Боль должна чувствоваться сразу — разрыва не должно быть. Послание должно быть принято мгновенно, и ваше сознание должно отправиться на место, чтобы что-то предпринять. Вот почему близость является необходимостью. Но из-за этой близости происходит другое явление: так близко, вы становитесь одним, так близко, вы начинаете чувствовать: «Это я — это боль, это удовольствие». Из-за близости возникает отождествление: вы становитесь гневом, вы становитесь любовью, вы становитесь болью, вы становитесь счастьем.
Мудрец говорит, что существуют два способа отсоединить себя от этих фиктивных отождествлений. Вы не то, что вы думали, ощущали, представляли, проектировали, вы — это просто факт осознания. Что бы ни произошло, вы остаетесь просто сознанием. Вы являетесь сознанием — такое отождествление нельзя нарушить, такое отождествление нельзя отрицать. Все остальное может быть отринуто и отброшено, сознание остается последним субстратом, последним базисом. Вы не можете отвергать его, вы не можете отрицать его, вы не можете отсоединить себя от него.
Вот таким является процесс: то, что не может быть отброшено, то, что не может быть отделено от вас, — это вы, то, что можно отделить, — то не вы. Имеется боль, но через мгновение ее уже не будет, но вы будете. Счастье пришло и ушло, будет оно или его не будет, но вы будете. Тело молодое, потом тело становится старым. Все приходит и уходит, гости приходят и уходят, но хозяин остается тем же. Поэтому дзэнские мистики говорят: не теряйтесь в толпе гостей. Помните свое положение хозяина. Положение хозяина является осознанием. Оно является свидетельствующим сознанием. Какой основной элемент, который всегда остается в вас таким же? Будьте только им и не отождествляйте себя со всем, что приходит и уходит. Но мы отождествляем себя с гостем. На самом деле, хозяин настолько занят гостем, что забывает.
Мулла Насреддин устроил вечеринку для нескольких друзей и нескольких чужестранцев. Вечеринка была очень скучная, и половина ночи прошла, а вечеринка все продолжается. Тогда один чужестранец, не зная, что мулла является хозяином, говорит ему: «Я никогда не видывал такой бессмысленной вечеринки. Мне кажется, что она никогда не закончится. Мне так скучно, что хочется уйти поскорее».
Мулла отвечает: «Вполне присоединяюсь к вашим словам. Я сам никогда не видел такой нудной и такой нескончаемой вечеринки раньше, но мне не так повезло, как вам. Я также думал смыться отсюда». И они оба сбежали оттуда.
На улице мулла вспомнил и говорит: «Что-то не в порядке, я вспомнил, что я — хозяин! Так что, простите, но мне придется вернуться назад».
Это происходит со всеми нами. Хозяин потерян, хозяин ежесекундно забыт. Хозяин — это ваша свидетельствующая личность. Боль уходит, и удовольствие следует за ним, существует счастье, и существует несчастье. И в каждый момент вы отождествляете себя с тем, что приходит, вы становитесь гостем.
Помните о хозяине. Когда приходит гость, помните о госте. Имеется столько видов гостей, приносящих удовольствие, причиняющих боль, гостей, с которыми вы хотели бы жить вместе, гостей, которых вы хотели бы избегать, — но все они гости. Постоянно помните о хозяине. Сосредотачивайтесь на хозяине. Оставайтесь в своем положении хозяина, разделения тут нет. А потом происходит разрыв, интервал — мост разрушен. В тот момент, когда мост разрушен, возникает феномен отречения. Тогда вы в нем, и вне него. Тогда вы в госте и все еще остаетесь хозяином. Вам не нужно убегать от гостя — в этом нет никакой необходимости.

Как я могу иметь дело с физической болью и болью, которую я ощущаю при духовном росте?

Рост является болезненным, потому что в вашей жизни вы избегали тысячу и одну боль. Но, избегая, вы не могли их уничтожить, они продолжали накапливаться. Вы продолжали проглатывать боль, она остается в вашем организме. Вот почему рост является болезненным, когда вы начинаете расти, когда вы решаете расти, вы должны встретить лицом к лицу всю ту боль, которую вы подавили. Вы не можете обойти их.
Вас неправильно воспитали. К сожалению, до настоящего времени в мире не существовало ни одного общества, которое бы не подавляло боль. Все общества зависят от подавления. Они подавляют две вещи: первая — боль, вторая — удовольствие. И они подавляют удовольствие также из-за боли. Ход их мысли таков: если вы не слишком счастливы, то вы никогда не станете слишком несчастными, если уничтожить радость, то вы никогда глубоко не будете страдать. Чтобы избегать боли, они избегают удовольствия. Чтобы избежать смерти, они избегают жизнь.
В этой логике что-то есть. Оба растут вместе — если вы хотите, чтобы ваша жизнь была самозабвенной, то вы должны будете принять много мучений. Если вы хотите вершины Гималаев, то у вас будут и долины. Но в долинах нет ничего неправильного, просто ваш подход должен быть другим. Вы можете наслаждаться обоими: вершина прекрасна, но и долина прекрасна. Бывают моменты, когда человек должен наслаждаться вершиной, и бывают моменты, когда человек должен отдыхать в долине.
Вершина залита солнцем, она беседует с небом. Долина темная, но когда вы хотите отдохнуть, вы должны спуститься в темную долину. Если вы хотите добраться до вершин, то вам нужно пустить корни в долине — чем глубже вы пустите корни, тем выше вырастет ваше дерево. Дерево не может вырасти без корней, и корни должны глубоко уйти в почву.
Боль и удовольствие неотделимы от жизни. Но люди настолько боятся боли, что они подавляют боль, они избегают ситуаций, которые причиняют боль, они упорно уклоняются от боли. И, в конце концов, они сталкиваются с тем фактом, что если вы по-настоящему хотите избежать боли, то вы должны избегать удовольствия. Вот почему ваши монахи избегают удовольствий
— они боятся удовольствий. На самом деле, они просто избегают любой возможности возникновения боли, поскольку боль является тенью удовольствия. Тогда вы ходите только по равнине — вы никогда не поднимаетесь на вершины и никогда не спускаетесь в долины. Но тогда вы живущий мертвец, тогда вы не живы.
Жизнь происходит между двумя полюсами. Напряжение между болью и удовольствием делает вас способным создавать величественную музыку, музыка существует только в этом напряжении. Уничтожьте эту полярность — и вы станете скучным, вы станете затхлым, вы станете пыльным, жизнь ваша потеряет всякий смысл, и вы никогда так и не узнаете, что такое великолепие... Вы пропустите жизнь.
Человек, который желает познать жизнь и ощущать жизнь, должен признать и обнять смерть. Они неразделимы, они являются двумя аспектами одного и того же явления. Вот почему рост является болезненным. Вы должны испытать те виды боли, которые вы избегаете. Это причиняет боль. Вам нужно пройти через все эти травмы, на которые вам удавалось не обращать внимания. Но чем глубже вы погружаетесь в боль, тем больше становится ваша способность предаваться наслаждению. Если вы можете испытывать боль до последнего предела, то вы сможете прикоснуться к небесам.
Я слышал: человек пришел к дзэнскому мастеру и спросил: «Как нам избегать жары и холода?»
Он использовал метафору, чтобы спросить: «Как мы должны избегать удовольствия и боли?» Так адепты дзэна называют удовольствие и боль: жара и холод. «Как нам избегать жары и холода?»
Мастер ответил: «Быть горячим, быть холодным».
Чтобы быть свободным от боли, боль должна быть принята неизбежно и естественно. Боль есть боль - простой болезненный факт, — но страдание является всегда и исключительно отказом от боли, утверждением, что жизнь не должна быть болезненной. Это является непринятием факта, отказом от жизни и природы вещей. Смерть является умом и умиранием ума. Если нет страха смерти, то кому же тогда умирать?
Человек является уникальным среди живых существ из-за своего знания смерти и своего смеха. Замечательно, что тогда он даже может превратить смерть в нечто новое: он может умереть смеясь. Только человек умеет смеяться, никакое другое животное не смеется. Только человек знает смерть, ни одно другое животное не знает смерть — животные просто умирают, они не осознают феномен смерти.
Человек осознает два явления, которые животные не осознают: одним является смех, вторым является смерть. Тогда возможен новый синтез. Только человек может умереть со смехом — он может соединить сознание смерти и способность смеяться. И если вы можете умереть, смеясь, то только тогда вы представите имеющее силу доказательство, что вы, должно быть, жили смеясь. Смерть является окончательной формулировкой всей вашей жизни, заключением, заключительным примечанием. Как вы жили, будет продемонстрировано вашей смертью, тем, как вы умираете. Вы можете умереть смеясь? Тогда вы были взрослым человеком. Если вы умрете с плачем, рыданиями, цепляниями за жизнь, то вы были ребенком. Вы не были взрослым, вы были незрелым. Если вы умрете с плачем, рыданиями, цепляниями за жизнь, то это просто означает, что вы избегали смерть, и что вы избегали боль, все виды боли.
Рост является обращением к реальности, встречей с фактом, каким бы он ни был. И позвольте мне повторить: боль является просто болью, в ней нет никакого страдания. Страдание возникает из вашего желания, чтобы боли не было, что с болью что-то не так. Наблюдайте, будьте свидетелем — и вы будете удивлены. У вас головная боль: боль есть, но страдания нет. Страдание является вторичным явлением, боль — первичным. Имеется головная боль, имеется боль, это простой факт. Об этом не нужно судить. Вы не называете это плохим или хорошим, это просто факт. Роза является фактом, так же как шип. День является фактом, так же как ночь. Голова является фактом, так же как головная боль. Вы просто отмечаете это.
Будда учил своих учеников, что, когда у вас болит голова, просто скажите дважды: «Головная боль, головная боль». Отмечайте. Но не давайте оценки: «Почему? Почему у меня головная боль? Это не должно было со мной произойти». В тот момент, кода вы говорите «не должно», вы привносите страдание. И страдание создаете вы, а не головная боль. Страдание является вашей антагонистической интерпретацией, страдание является вашим отрицанием факта.
И в тот момент, когда вы говорите: «не должно», вы начинаете избегать ее, вы начинаете отворачиваться от нее. Вы хотели бы чем-нибудь заняться, чтобы забыть о ней. Вы можете включить радио или телевизор, или вы можете отправиться в клуб или начать читать, или вы можете выйти в сад начать работать — вы отвлекаете себя, вы рассеиваете свое внимание. Таким образом, боль не была засвидетельствована, вы просто рассеяли свое внимание. Боль будет впитана вашим организмом.
Пусть это важнейшее положение будет глубоко понято. Если вы можете наблюдать свою головную боль как свидетель, не занимая отрицательную по отношению к ней позицию, не избегая ее, не убегая от нее; если вы просто можете быть там, медитативно там — «головная боль, головная боль», — если вы можете просто смотреть на нее, то головная боль в свое время пройдет. Я не говорю, что она исчезнет чудесным образом, что она пройдет только потому, что вы на нее посмотрите. Она пройдет в свое время. Но она не будет впитана вашим организмом, она не отравит ваш организм. Она будет там, вы замечаете ее, и она пройдет. Она будет высвобождена.
Когда вы наблюдаете за каким-либо явлением в себе как свидетель, то оно не проникает в вашу систему. Оно всегда проникает, когда вы избегаете его, когда вы отказываетесь от него. Только когда вы отсутствуете, боль становится частью вашего существа, — если вы присутствуете, ваше присутствие мешает ей проникнуть в ваше существо.
И если вы можете продолжать рассматривать свою боль, вы не аккумулируете ее. Это происходит, только когда вы продолжаете избегать ее. Тогда вы аккумулируете так много боли, что вы боитесь повернуться к ней лицом, вы боитесь признать ее. Рост становится болезненным вследствие неправильных представлений. Иначе рост не является болезненным, рост доставляет огромное удовольствие.
Когда дерево растет и становится больше, вы думаете, ему больно? Ему не больно. Даже когда рождается ребенок, если мать признает это, то тогда боли нет. Но мать отвергает это, мать боится. Она становится напряженной, она старается удержать ребенка внутри — что невозможно. Ребенок готов появиться на свет, ребенок готов оставить мать. Он созрел, лоно больше не может удерживать его. Если он еще останется в утробе матери, то и мать умрет, и ребенок умрет. Но мать боится. Она слышала, что рожать ребенка очень больно — при родах возникает боль, острая внезапная боль. Она боится, и из-за страха становится напряженной и закрытой.
В «примитивных» обществах еще существуют такие племена, где акт рождения является простым и совершенно безболезненным. Напротив, вы будете удивлены, во время родов женщина достигает высочайшего экстаза — она не испытывает никакой боли, никаких мучений, но переживает высочайший экстаз. Никакой сексуальный оргазм не является таким удовлетворяющим и потрясающим, как оргазм, который переживает женщина, когда она рожает естественным образом. Весь сексуальный механизм женщины пульсирует, как он не может пульсировать ни при каких занятиях любовью. Ребенок выходит из самой сокровенной сердцевины женщины. Никакой мужчина никогда не сможет проникнуть в эту сердцевину. И пульсация возникает изнутри. Пульсация является обязательной, она приходит как волны, большие волны прилива радости. Только это поможет ребенку выйти, только это откроет проход ребенку. Итак, будет происходить мощная пульсация, и все сексуальное существо женщины будет преисполнено огромной радости. Но с человечеством произошло нечто как раз противоположное: женщина испытывает величайшую муку своей жизни. И это является порождением ума, это является порождением неправильного воспитания. Роды могут быть естественными, если вы не будете им противиться.
Так же и с вашим ростом. Рост означает, что вы рождаетесь каждый день. Роды не заканчиваются в тот день, когда вы появились на свет — в тот день они просто начались, это только начало. В тот день, когда вы покинули чрево матери, вы не были рождены, вы начали появляться на свет, это было только начало.
И человек продолжает рождаться, пока не умрет. Это так: вы не рождаетесь за какой-то миг. Процесс вашего рождения продолжается семьдесят, восемьдесят, девяносто лет — столько, сколько вы живете. Это непрерывный процесс. И каждый день вы испытываете радость — вырастают новые листья, новая листва, новые цветы, новые ветки, вы становитесь, все выше и выше и достигнете новых высот. Вы будете становиться глубже, выше, вы будете достигать вершин. Рост не будет причинять боль. Но расти больно — из-за вас, ваших неправильных, усвоенных с детства традиций. Вас приучили не расти, вас приучили оставаться статичным, вас приучили цепляться за знакомое и известное. Вот почему всякий раз, когда из ваших рук исчезает что-то вам известное, вы начинаете плакать. Игрушка разбита, пустышку унесли...
Помните, вам может помочь только одно: осознание, и ничто другое. Рост будет оставаться болезненным, если вы не примете жизнь со всеми ее взлетами и падениями. Нужно принимать и лето, и зиму тоже. Это то, что я называю медитацией. Медитация — это когда вы избавляетесь от всего того, что является старым, набившим оскомину и заезженным до смерти. Тогда вы видите, или, скорее, тогда возникает видение: рождение нового.

Я болею очень тяжелой, ужасной болезнью прямо с детских лет, и эта ошибка природы заставляет меня постоянно ужасно страдать. Не могли бы вы рассказать о страдании?

Страдание является вашей интерпретацией. Вы стали слишком отождествлять себя с ним. Это ваше решение. Вы можете прекратить отождествление, и тогда страдания прекратятся. Ваше страдание является кошмаром: во сне вы думаете, что большая скала упала на вашу грудь, она раздавит вас насмерть. Из страха вы просыпаетесь... и ничего не находите — ваши собственные руки покоятся на груди. Но вес ваших рук запустил ваш механизм воображения: руки стали скалой, и вы начали чувствовать себя очень, очень испуганным. И из-за страха вы проснулись — и вы смеетесь. Спросите Будд, спросите пробужденных — и они скажут, что в мире нет страданий — люди крепко спят и им снятся самые разнообразные страдания.
И я знаю вашу трудность: если у вас физическая проблема, если вы слепы, то как вы можете поверить, что это просто сон? Если вы искалечены, то как вы можете поверить в то, что это просто сон? Но замечали ли вы? Каждую ночь вам снится сон, и каждое утро вы узнаете, что это был только сон и всякая чепуха, и опять вам снится сон, и во сне вы опять верите в то, что это правда. Сколько снов вы видели в своей жизни? Миллионы снов! Каждую ночь они вам снятся без перерыва, сон прекращается на несколько минут, а затем опять начинается новый цикл снов.
Вам снились миллионы снов. И каждое утро вы смеялись, говорили, что это была неправда, но многому вы не научились. Сегодня ночью, когда вы будете спать, будет продолжаться эта же ошибка: вы снова будете считать это правдой — во сне вы будете считать это правдой. В тот день, когда вы вспомните во сне, что это сон, тогда сон тут же исчезнет... Потому что вы ввели сознание в свою жизнь.
По-видимому, очень трудно поверить в то, что ваши страдания являются сном, который вы сами создали, но это так, потому что это утверждают все, кто пробудились. Ни один из пробудившихся не утверждал обратное. И в светлые мгновения осознания вы почувствуете это же самое. И вот что я вам предлагаю: ваша проблема не может быть решена только путем интеллектуальной дискуссии — ваша проблема может быть только растворена, а не разрешена.
Ваша проблема может быть растворена только путем роста осознания.
Один из моих друзей, мой старый друг, упал с лестницы и сломал обе ноги. Я отправился его навестить; ему было очень больно. И он был очень активным человеком, невзирая на свои семьдесят пять лет — очень активным, почти молодым, он все бегал по каким-то делам, то туда, то сюда, и лежать в постели было выше его сил. А врачи сказали что, по крайней мере, три месяца он должен провести в постели. Это было для него большим несчастьем, чем поломанные ноги.
Когда я пришел к нему, он начал плакать. Я никогда не видел плачущим этого человека — он сильный человек, очень сильный, почти стальной, и он всего навидался в жизни — очень закаленный человек. Я сказал: «Ты — и плачешь, что с тобой произошло?»
Он сказал: «Благослови меня, чтобы я мог умереть. Я не хочу больше жить — три месяца в постели! Ты можешь это себе представить? Это пытка. Прошло только три дня, но кажется, что я уже три года лежу в постели. Ты же знаешь меня». Он сказал: «Я не могу лежать в постели. Благослови меня, чтобы я поскорее умер! Я не хочу больше жить. Сначала три месяца в постели, а потом врачи говорят, что я останусь калекой до конца моих дней — то какой смысл?»
Я сказал ему: «Пожалуйста, занимайся медитацией. Я посижу возле тебя, а ты делай простую медитацию: что ты не являешься телом».
Он испытывал сомнение. Он сказал: «Что мне это даст? Я слышал все, что ты говоришь о медитации, но я не могу медитировать, потому что не могу сидеть спокойно».
Я сказал: «Теперь нет проблемы сидеть спокойно — ты уже в постели. Это благословение! Просто закрой свои глаза, и я научу тебя медитации. И я благословляю тебя умереть, потому что если ты хочешь умереть, то и отлично. Но мое благословение может сработать, может не сработать, а тем временем ты медитируй».
Он понял смысл того, что я говорил: «Ничего не поделаешь... так почему же не помедитировать?» Я рассказал ему о простой медитации: «Ты просто войди, посмотри на тело изнутри, скажи: "Это не я — тело очень далеко, очень далеко и все дальше и дальше. Я наблюдатель на горах, а тело там внизу, в темной, долине, и расстояние огромное"».
Прошло полчаса. Мне нужно было уходить, но он был в такой глубокой медитации, что мне не хотелось его беспокоить, но мне не хотелось и покидать его, потому что мне хотелось узнать, что происходило, что он скажет. Итак, мне пришлось его потрясти. Он сказал: «Не беспокой меня!»
Я сказал: «Но мне нужно уходить».
Он сказал: «Ты можешь уходить, но не беспокой меня — это так прекрасно. Тело и в самом деле лежит так далеко, между нами много миль, я оставил тело в долине и сижу на вершине горы, залитой солнцем горы. Это так прекрасно, и я больше не чувствую боль». И эти три месяца были самыми значительными в его жизни. Эти три месяца сделали его полностью другим человеком. Он был прикован к постели, не мог гулять, ему было больно, — но он никогда не был более счастливым, он излучал блаженство. Сейчас он говорит, что он не инвалид — он блаженный.
Страдание может быть трансформировано в блаженство. Кто знает? — может, вы трансформировали ваше блаженство в страдание?

Кажется, человек пал так низко, что больше не может даже правильно дышать. Пожалуйста, расскажи о важности дыхания.

Дыхание заслуживает пристального внимания, потому что это один из самых важных факторов. Если вы не дышите полно, то не можете и полно жить. Тогда почти во всем — даже в любви — вы будете что-то сдерживать. Вы будете сдерживаться даже при разговоре. Вы не сможете полно общаться; что-то будет всегда неполным.
Когда дыхание совершенно, все становится на свои места. Дыхание — это жизнь. Но люди им пренебрегают, люди вообще не беспокоятся о нем, не обращают никакого внимания. А любая возможная перемена произойдет именно через изменение в вашем дыхании. Если многие годы вы дышали неправильным, мелким дыханием, мышцы застыли в определенном положении — и теперь это уже не зависит от вашего желания. Представь, что кто-то многие годы не двигался: ноги стали мертвыми, мышцы атрофировались, ток крови прекратился. Неожиданно этот человек хочет отправиться на длинную прогулку — ему нравится красивый закат. Но он не может двигаться; для этого недостаточно просто думать. Теперь потребуются большие усилия, чтобы снова вернуть к жизни эти мертвые ноги.
Дыхательные пути окружает определенная мускулатура, и если ты дышишь неправильно — а это делают почти все, — эта мускулатура застыла. Теперь, чтобы ее изменить своими силами, потребуются долгие годы, и это будет ненужной тратой времени. При помощи глубокого массажа, в особенности рольфинга, эти мышцы можно расслабить, и ты можешь начать заново. Но, начав дышать правильно после рольфинга, не впадай снова в старую привычку.
Неправильно дышит каждый, потому что все общество основано на совершенно неправильных понятиях, условностях, подходах. Например, маленький ребенок плачет, а мать говорит ему, чтобы он не плакал. Что ребенку делать? — плач приходит, а мать велит не плакать. Он начнет сдерживать дыхание, потому что это единственный способ прекратить плач. Если ты сдерживаешь дыхание, прекращается все — плач, слезы, что угодно. Затем постепенно это становится постоянной нормой — не злись, не плачь, не делай это, не делай то.
Ребенок понимает, что, если он дышит мелко, он может держать себя в руках. Если он дышит полно и тотально, как дышит каждый ребенок от рождения, он становится необузданным. И вот он калечит себя. Каждый ребенок, мальчик или девочка, начинает играть с половыми органами, потому что это дает приятное ощущение. Ребенок понятия не имеет о социальных табу и прочей чепухе, но если мать или отец видят, что ты играешь с половыми органами, они немедленно это запрещают. У них в глазах такое осуждение, и для тебя это такой шок, что ты начинаешь бояться дышать глубоко, потому что глубокое дыхание массирует половые органы изнутри. Это создает проблемы, поэтому ты перестаешь глубоко дышать; ты дышишь мелко, и это отсекает тебя от половых органов.
Все общества, которые подавляют секс, обречены быть обществами людей с мелким дыханием. Совершенно лишь дыхание первобытных людей, которые не подходят к сексу с позиции подавления. Их дыхание — красивое, полное и целое. Они дышат как животные, они дышат как дети.
Дыхание постоянно меняется вместе с твоими эмоциями. Когда ты испытываешь гнев, дыхание неритмично, асимметрично. Когда ты в состоянии сексуальной похоти, дыхание становится сумасшедшим. Когда ты спокоен, тих и полон радости, в твоем дыхании есть музыкальное качество, оно становится песней. Когда ты в существовании как дома, когда у тебя нет желаний, когда ты чувствуешь удовлетворенность, внезапно дыхание почти прекращается. Когда ты в благоговении, изумлении, дыхание на мгновение замирает. И это величайшие мгновения в жизни, потому что только в такие мгновения, когда дыхание почти прекращается, ты сонастроен с существованием: ты в Боге, а Бог в тебе.
Опыт дыхания должен становиться все более и более глубоким; его нужно тщательно изучать, наблюдать, анализировать.
Наблюдай, как дыхание меняется вместе с эмоциями, и наоборот — как эмоции меняются с дыханием. Например, когда ты испуган, наблюдай, как меняется дыхание. И тогда однажды попытайся дышать таким же образом, как когда ты был испуган. И ты удивишься, когда обнаружишь, что, изменив тип дыхания на соответствующий состоянию страха, ты почувствуешь страх — тотчас же.
Наблюдай свое дыхание, когда ты влюблен; наблюдай дыхание, когда ты обнимаешь, держишь любимого человека за руку. И тогда однажды, просто сидя в молчании под деревом, снова наблюдай себя и дыши таким же образом. Восстанови этот тип, снова настройся на тот же гештальт*. Дыши таким же образом, как тогда, когда ты обнимал любимого человека, и весь мир станет твоим любимым. В тебе снова возникнет великая любовь. Это взаимосвязано. Поэтому в йоге, тантре, даосизме — во всех великих системах и науках человеческого сознания и расширения человеческого сознания — дыхание является одним из ключевых явлений. Все они работали с дыханием.
Вся система медитации Будды основана на определенном качестве дыхания. Он говорит: «Просто наблюдай за дыханием, не меняя его. Ничего не меняя, просто наблюдай». Но тебя ждет неожиданность; в то мгновение, когда ты начинаешь наблюдать, оно меняется, потому что у наблюдения собственный ритм. Именно поэтому Будда говорит: «Не нужно ничего менять, просто наблюдай». Наблюдение создает дыхание особого рода — оно приходит само собой. И ты удивишься: постепенно, по мере того, как ты становишься более наблюдательным, ты дышишь все меньше и меньше. Дыхание становится дольше, глубже.
Например, если ты делал шестнадцать вдохов в минуту, теперь, возможно, ты будешь делать шесть, или четыре, или три. Чем более ты наблюдателен, тем глубже входит дыхание, тем оно становится дольше, и ты делаешь все меньше вдохов за тот же отрезок времени. Тогда можешь подойти с другой стороны. Дыши медленно, тихо, делай глубокие, долгие вдохи, и внезапно ты увидишь, что в тебе возникает наблюдение. Каждая эмоция словно имеет собственный полюс в твоей дыхательной системе: при помощи дыхания ее можно вызвать к жизни.
— От нем. «gestalt»; приближенный смысл: образец, конфигурация; название течения в психологии, работающего с «фигурой» и «фоном». — Прим. перев.
Но лучше всего наблюдать, когда ты влюблен, когда ты сидишь рядом с другом. Наблюдай дыхание, потому что этот любящий ритм дыхания важнее всего: он трансформирует все твое существо. Именно в любви ты особенно остро чувствуешь абсурдность, ложность своей позиции отдельного существа. И все же именно при помощи этого отделения, этой абсурдности ты можешь выразить то, что не смог бы выразить по-другому. Оставаясь «другим», ты можешь праздновать свою тождественность. Вот парадокс любви: вас двое, и все же вы чувствуете себя одним. Вы одно, и все же вы чувствуете, что вас двое. Единство в двойственности: вот парадокс любви. Это должно быть и парадоксом молитвы, и парадоксом медитации. В конце концов, тебе предстоит почувствовать себя настолько же единым с существованием, как и с любимым, с возлюбленной, с другом, с матерью, с ребенком в некоторые редкие, драгоценные мгновения. Именно оставаясь «другим», ты можешь праздновать свою тождественность.
Наблюдай мгновения любви больше и больше. Будь бдителен. Смотри, как меняется твое дыхание. Смотри, как вибрирует твое тело... просто обнимая свою женщину или своего мужчину, сделай это экспериментом, и ты будешь удивлен. Однажды, просто обнимая друг друга, сливаясь друг с другом посидите, по крайней мере, час и вы будете удивлены: для вас это будет одним из величайших психоделических опытов. В течение часа, ничего не делая, просто обнимайте друг друга, касайтесь друг друга, слейтесь, растворитесь друг в друге, и постепенно ваши дыхания станут одним. Вы будете дышать так, словно у вас два тела и одно сердце. Вы будете дышать вместе. А когда вы дышите вместе — без всяких усилий с вашей стороны, но просто потому, что вы чувствуете столько любви, и дыхание следует за нею, — это будут величайшие мгновения, самые драгоценные; не от этого мира, но от запредельного, непознаваемого. И в эти мгновения вы получите первый проблеск медитативной энергии...
Ты должен научиться дышать очень тихо, словно дыханию некуда спешить, словно тебе дыхание безразлично, и ты отстранен, отдален, отрешен. Если ты сможешь быть отстраненным, отдаленным, отрешенным, то сможешь достичь середины. В это мгновение ты не будешь чувствовать себя ни мужчиной, ни женщиной. Ты будешь и тем и другим, и ни одним из них; ты будешь трансцендентальным...
Когда тебя что-то отвлекает, наблюдай: твое дыхание тоже отвлечено. Когда тебя ничто не отвлекает, когда ты сидишь в молчании и тебя ничто не отвлекает, твое дыхание будет спокойным, тихим, ритмичным; в нем будет тонкое музыкальное качество. И это качество точно посредине, потому что ты ничего не делаешь и в то же время не спишь. Ты ни активен, ни пассивен; ты в равновесии. И в это мгновение равновесия ты ближе всего к Богу, к небесам.
Помни, каждый твой вздох — это не просто вздох, это еще и мысль, эмоция, фантазия. Но ты поймешь это, лишь наблюдая дыхание несколько дней. Занимаясь любовью, наблюдай дыхание. Ты удивишься: твое дыхание хаотично, потому что сексуальная энергия очень грубая, сырая. Сексуальные фантазии очень грубы, животны. В сексуальности нет ничего особенного; она есть у каждого животного. Когда ты сексуально возбужден, ты ведешь себя точно как любое другое животное. И я не говорю, что быть животным плохо, я просто говорю, что это факт. Я просто констатирую факт. Поэтому, когда ты в сексуальной любви, наблюдай свое дыхание: оно теряет равновесие.
Поэтому в тантре секс разрешается, только если ты научился заниматься любовью и при этом сохранять дыхание спокойным, ритмичным. Тогда секс приобретает совсем другое качество, он становится молитвенным, священным. Для постороннего наблюдателя не будет заметно никакой разницы, потому что он только увидит, что ты занимаешься любовью с женщиной или мужчиной, и не увидит ничего особенного. Но для участвующих, для тех, кто знает, различие будет огромным. В старых тантрических школах, в которых эти секреты разрабатывались путем наблюдения и изучения, это стало одним из главных направлений экспериментов: если человек может заниматься любовью и это никак не влияет на его дыхание, это уже не секс; тогда это священно. Тогда это приведет тебя к самым глубинам твоего существа, откроет все двери и тайны жизни.
Дыхание — это не просто дыхание, потому что в дыхании твоя жизнь, и оно содержит все, что содержит жизнь.

В западных странах возрастает потребность в транквилизаторах, потому что люди страдают от бессонницы. Может ли медитация помочь людям возвратить способность засыпать, и какова взаимосвязь между сном и медитацией?

Во сне мы попадаем туда же, куда и при медитации. Единственная разница заключается в том, что во сне мы ничего не осознаем, тогда, как во время медитации мы находимся в полном сознании. Если бы кто-то стал полностью осознанным, даже во сне, то он испытал бы такое же переживание, как и при медитации.
Например, если мы подвергнем человека анестезии и, когда он будет в бессознательном состоянии, отнесем его на носилках в сад, где распустились цветы, где в воздухе ароматы, где светит солнце и поют птицы, то человек совершенно этого не осознает. После того как мы принесли бы его обратно, и действие анестезии прекратилось, если бы мы спросили его о том, как ему понравился сад, то он не был бы в состоянии что-то нам сказать. Затем, если бы вы привели его в сад, когда он был в полном сознании, то он ощутил бы то же самое, что и тогда, когда его приносили в сад прежде. И в обоих случаях, хотя человека привели в то же самое место... он не сознавал красивый пейзаж в первом случае, в то время как во втором он полностью бы осознавал цветы, запах, птичьи песни, восход солнца. И хотя вы, без сомнения, достигнете того же места в бессознательном состоянии, посещать это место в бессознательном состоянии — все равно, что не посещать его вообще.
Во сне мы достигаем того же рая, что и при медитации, но мы его не осознаем. Каждую ночь мы путешествуем в этот рай и затем возвращаемся — не сознавая. И хотя свежий ветер и приятное благоухание прикасаются к нам, и птичьи песни звенят в наших ушах, мы никогда этого не осознаем. И все же, несмотря на возвращение из рая при полном неосознании этого, человек может сказать: «Я себя прекрасно чувствую сегодня утром, ночью я прекрасно спал».
Почему вы так прекрасно себя чувствуете? Вы хорошо спали, что же произошло хорошего? Это не может быть только потому, что вы спали, наверняка вы где-то побывали, что-то с вами произошло. Но утром вам ничего об этом неизвестно, кроме расплывчатой идеи о том, что вы хорошо себя чувствуете. Но тот, кто крепко спит ночью, утром поднимается полным сил. Это показывает, что человек достиг ночью источника омоложения, но в бессознательном состоянии. Тот, кто не смог ночью хорошо поспать, утром чувствует себя более усталым, чем тогда, когда он лег спать. И если человек не спит хорошо в течение нескольких дней, то ему становится трудно выжить, потому что связь с источником жизни нарушается. Он не может добраться до того места, добраться до которого ему очень важно...
В Нью-Йорке как минимум тридцать процентов людей не могут спать без транквилизаторов. Психологи полагают, что если такое положение будет превалировать следующие сто лет, то ни единый человек не сможет заснуть без лекарства. Если утративший способность спать человек спросит вас, как вы укладываетесь спать, и ваш ответ будет: «Я просто кладу голову на подушку и засыпаю», то он не поверит вам. Он подумает, что это невозможно, и заподозрит, что, вероятно, существует какая-то ему неизвестная уловка, потому что он тоже кладет голову на подушку, но ничего не происходит.
Не приведи Господь, но могут наступить времена — через тысячу или две тысячи лет, — когда все потеряют естественный сон и люди откажутся верить, что за тысячу или две тысячи лет до них люди просто клали головы на подушку и засыпали. Они сочтут это вымыслом, мифическим рассказом из «Пуран». Они не поверят, что это правда. Они скажут: «Это невозможно, потому что если это неправда по отношению к нам, то как это может быть правдой по отношению к кому-либо другому?»
Я обращаю на это ваше внимание, потому что три или четыре тысячи лет назад люди закрывали глаза и погружались в медитацию так же легко, как вы засыпаете сегодня. Через две тысячи лет в Нью-Йорке будет трудно заснуть, это трудно даже сегодня. В Бомбее становится трудно спать, это просто дело времени. Сегодня трудно поверить в то, что бывали времена, когда человек мог закрыть глаза и погрузиться в медитацию, потому что в наши дни, когда вы с закрытыми глазами, вы никуда не попадаете; внутри мысли продолжают мелькать вокруг вас, и вы остаетесь там же, где и были.
В прошлом медитация была так же легка для тех, кто были близки к природе, как сон для тех, кто живет рядом с природой. Вначале исчезла медитация, теперь собирается уйти и сон. Вначале теряются сознательные вещи, после этого — вещи, которые являются подсознательными. С исчезновением медитации мир стал почти нерелигиозным, а когда исчезнет сон, то мир станет полностью нерелигиозным. В бессонном мире у религии нет никакой надежды.
Вы не можете себе представить, как тесно, как сильно мы соединены со сном. Как человек проживет свою жизнь, полностью зависит от того, как он спит. Если он не спит хорошо, то вся его жизнь превратится в хаос; все его связи будут запутаны, все будет отравлено, наполнено яростью. Если, наоборот, человек крепко спит, то в жизни его появится... мир и радость будут постоянно приходить в его жизнь. Его связи, его любовь — все будет покоиться на фундаменте безмятежности. Но если он утратит сон, то все его связи придут в беспорядок. У него испортятся отношения с его семьей, его женой, его сыном. С матерью, с отцом, с учителем, со студентами — со всеми. Сон приводит нас к такому месту в нашем подсознательном состоянии, в котором мы погружаемся в Бога, хотя и ненадолго. Даже самый здоровый человек погружается на самый глубокий уровень только на десять минут за восемь часов сна. В течение этих десяти минут он настолько потерян, настолько погружен в сон, что даже сон не существует.
Сон не является полным, пока человеку что-то снится — человек продолжает движение между состоянием сна и бодрствования. Сон со сновидениями — это состояние, в котором человек наполовину спит и наполовину бодрствует. Быть в состоянии сна со сновидениями означает, что даже если ваши глаза закрыты, то вы не спите; на вас продолжают оказывать воздействие влияния извне. Вы продолжаете в своих снах находиться с теми людьми, с которыми вы встретились днем. Сны занимают серединное положение между сном и бодрствованием. И к нашему предмету не относится то, что утром вы не помните то, что вам снилось ночью. В Америке проводятся многочисленные исследования в области сна. Приблизительно десять лабораторий проводили эксперименты на тысячах людей в течение восьми-десяти лет.
Американцы проявляют интерес к медитации, потому что они утратили сон. Они думают, что медитация может возвратить им сон, может принести немного мира в их жизни. Вот почему они смотрят на медитацию только как на транквилизатор. Когда Вивекананда впервые ознакомил Америку с медитацией, один врач подошел к нему и сказал: «Мне невероятно понравилась медитация. Это транквилизатор, в котором вообще нет препаратов. Она не является лекарством и помогает человеку засыпать — просто великолепно». Подлинной причиной роста влияния йогов в Америке являются не они сами, а недостаток сна. Сон у людей нарушен, и, как следствие, жизнь в Америке наполнена подавленностью, депрессией, напряженностью. И поэтому в Америке мы видим растущую потребность в транквилизаторах, чтобы хоть как-то помогать людям засыпать.
Каждый год в Америке расходуются на транквилизаторы миллионы долларов. Десять больших компаний проводят исследования на тысячах людей, которым платят за то, что ночной сон у них неудобный и болезненный. Всевозможные электроды и тысячи разных проводов подключены к телам людей, и их обследуют со всех сторон, чтобы понять, что происходит у них внутри. В результате этих экспериментов было совершено невероятное открытие, которое заключается в том, что человек видит сны на протяжении почти всей ночи. Проснувшись, некоторые люди говорили, что не видели снов, в то время как другие утверждали, что видели. Но на самом деле все они видели сны. Единственное различие было в том, что люди с лучшей памятью помнили свои сны, а те, у кого память была хуже, не могли вспомнить то, что им снилось. Но было обнаружено, что совершенно здоровый человек способен находиться в состоянии глубокого сна, сна без сновидений, на протяжении десяти минут.
Сны можно сканировать при помощи машин. Пока нам снится сон, нервы мозга сохраняют свою активность, но когда сон заканчивается, нервы также прекращают быть активными, и машина показывает, что наступил интервал. Этот интервал указывает на то, что в то время человек не думал, и что ему не снились сны — он где-то потерялся.
Примечательно, что машины непрерывно записывают изменения, происходящие внутри человека, когда человек находится в состоянии сна со сновидениями, но как только он погружается в сон без сновидений, машина показывает интервал. Они не знают, куда в этом интервале исчезает человек. Таким образом, состояние сна без сновидений означает, что человек достиг такого места, которое находится вне пределов досягаемости машины. В этом интервале человек входит в божественное. Машина не способна определить это место в промежуточном состоянии, в интервале. Машина записывает внутреннюю активность, пока человек находится в состоянии сна со сновидениями, затем наступает интервал, и человек куда-то исчезает. А затем, через десять минут, машина снова начинает записывать. Трудно сказать, где находился человек на протяжении десятиминутного интервала. Американские психологи весьма заинтригованы этим интервалом, и поэтому они считают сон величайшей тайной.
Вы спите каждый день, и все же вы не имеете ни малейшего представления о том, что такое сон. Человек спит на протяжении всей свой жизни, и все же ничего не меняется — он ничего не знает о сне. Причина, по которой вы ничего не знаете о сне, заключается в том, что когда вы спите, то вас нет. Помните, что вы существуете, только пока вы не спите, и что вам известно столько же, сколько машине. Так же как, оказавшись перед интервалом, машина останавливается и не может добраться до того места, куда был унесен человек, так и вы не можете туда добраться, потому что вы также являетесь не чем иным, как машиной.
И поскольку вы тоже не находите этот интервал, то сон остается загадкой, он остается вне пределов вашей досягаемости.
Это так, потому что человек погружается в крепкий сон, только когда он прекращает существовать в состоянии «я есть». И, следовательно, с ростом эго сон уменьшается. Эгоистичный человек утрачивает способность спать, потому что его эго, «я» непрерывно утверждает себя на протяжении двадцати четырех часов в день. Это «я», которое просыпается, это же «я» ходит по улице. «Я» настолько непрерывно присутствует все двадцать четыре часа, что, когда приходит момент засыпать, когда приходит время отбросить «я», человек не способен от него избавиться. Разумеется, заснуть становится трудно. Пока существует «я», сон невозможен. Пока существует «я», невозможно слиться со всем миром.
Засыпание и слияние со всем миром является одним и тем же, единственная разница заключается в том, что при помощи сна человек сливается с миром в бессознательном состоянии, в то время как при медитации человек сливается с миром в сознательном состоянии. Но это очень большая разница. Вы можете сливаться с миром во сне на протяжении тысяч жизней — и вы так никогда и не познаете мир. Но если, даже на мгновение, вы погрузитесь в медитацию, то вы достигнете того же места, которое вы достигали в глубоком сне на протяжении тысяч и миллионов жизней, хотя и в подсознательном состоянии, — и это полностью преобразит вашу жизнь.
Интересно, что когда человек погружается в медитацию, погружается в пустоту, куда приводит его глубокий сон, то он никогда уже не останется бессознательным, даже когда он спит.
Ананда провел с Буддой много лет, на протяжении многих лет он спал рядом с Буддой. Однажды утром он спросил Будду: «На протяжении многих лет я наблюдал, как ты спишь. Ты ни разу не перевернулся с одного бока на другой, ты спишь всю ночь в одной позе. Твои конечности остаются в таком же положении, которое ты принял вечером, ты вообще не шевелишься. Много раз я вставал ночью, чтобы проверить, сдвинулся ты с места или нет. Я проводил целые ночи, наблюдая за тобой, — но твои руки, твои ноги остаются в той же позе, ты никогда не переворачиваешься с одного бока на другой. Ты ведешь что-то вроде записи своего сна всю ночь?
«Я не веду никаких записей, — ответил Будда. — Я сплю в осознанном состоянии, поэтому у меня нет необходимости переворачиваться с боку на бок. Я могу, если захочу. Такие движения во сне не являются потребностью сна, это потребность беспокойного ума».
Беспокойный ум не может даже остаться на одном месте на протяжении одной-единственной ночи, не говоря уже о дне. Даже во время ночного сна тело непрерывно указывает на его беспокойство.
Если вы будете наблюдать за человеком, который спит ночью, то вы увидите, что он все время проявляет беспокойство. Вы увидите, что он двигает руками так же, как он это делает днем, когда бодрствует. Ночью, во сне, вы увидите его бегущим и задыхающимся так же, как это происходит с кем-то днем, — он запыхивается, устает ночью, во снах, он борется так же, как он боролся на протяжении дня. Днем он наполнен страстью, и ночью точно так же. Для того человека не существует существенной разницы между днем и ночью, за исключением того, что ночью он лежит изнуренный, бессознательный, а все остальное продолжает функционировать, как всегда. Итак, Будда сказал: «Я могу перевернуться с боку на бок, если я захочу, но в этом нет необходимости».
Но мы не осознаем... Человек, сидящий в кресле, непрерывно двигает ногой. Спросите его: «Почему ваши ноги непрерывно двигаются? Понятно, что они двигаются, когда вы ходите, но почему они двигаются, когда вы сидите в кресле?» Как только вы это скажете, человек сразу прекратит. Он потом вообще не пошевельнется, но он не сможет объяснить, почему он это делал. Это показывает на то, что внутреннее беспокойство вызывает волнение всего тела. Внутри находится беспокойный ум, он не может быть неподвижным, находиться в одном положении даже мгновение. Он будет заставлять все тело ерзать: ноги будут двигаться, голова будет трястись, даже сидящее тело будет крутиться из одной стороны в другую.
Вот почему вам нелегко даже десять минут усидеть неподвижно в медитации. И в тысяче различных мест тело подталкивает вас к тому, чтобы вы дергались и крутились. Мы не замечаем этого, пока не сидим с осознанностью в медитации. Мы начинаем понимать, что это тело не может остаться в одной позе даже секунду. Смятение, напряженность, возбуждение ума заставляют двигаться все тело.
На десять минут все исчезает в крепком сне, хотя эти десять минут доступны только для тех, кто полностью здоров и спокоен, а не для каждого. Другие люди спят таким сном только от одной до пяти минут, большинство людей спят глубоким сном только одну или две минуты. Того небольшого запаса энергии, который мы получаем за эту одну минуту подключения к источнику жизни, нам хватает для работы на протяжении следующих двадцати четырех часов. И весь тот маленький запас масла, который получает светильник за этот короткий период, мы используем для того, чтобы прожить следующие двадцать четыре часа. Светильник человеческой жизни сжигает столько масла, сколько он получит. Вот почему светильник горит так тускло, полученного масла не хватает, чтобы светильник жизни горел ярко, чтобы он стал полыхающим факелом.
Медитация постепенно приводит вас к источнику жизни. И тогда вы не берете из него пищу горстями, вы просто находитесь в самом источнике жизни, И тогда вам не нужно снова наполнять маслом светильник — тогда вам доступен целый океан масла. И вы начинаете жить в этом самом океане. При такой жизни сон исчезает, не в том смысле, что человек перестает спать, а в том смысле, что, когда человек спит, кто-то внутри него продолжает быть осознанным все время. Тогда сны перестают существовать. Йог остается пробужденным, он спит, но никогда не видит сны — его сны полностью исчезли. А когда исчезают сны, то исчезают и мысли. То, что нам известно как мысли в состоянии бодрствования, называется снами, когда мы спим. Существует лишь небольшое различие между мыслями и снами: мысли являются немного более цивилизованными снами, в то время как сны являются несколько примитивными по своей природе мыслями. Сон, из них двух, является более первоначальной мыслью.
На самом деле, дети или племена аборигенов могут думать только картинами, а не словами. Первые мысли человека всегда выражены в картинах. Например, когда ребенок голоден, он не думает словами: «Я голоден». Ребенок может представить себе материнскую грудь, он может представить себе, как он сосет материнскую грудь. Он может желать, чтобы его покормили грудью, но он не может составить для этого слова. Составление слов начнется намного позже, сначала будут картины...
Язык слов удобен на протяжении дня, но ночью он бесполезен. Ночью мы снова становимся примитивными. Во сне мы исчезаем такими, каковы мы есть днем. Мы теряем наши ученые степени. Университетское образование, все. Нас переносят к тому месту, где когда-то стоял первый человек. Вот почему ночью, во время сна, приходят образы, а слова появляются днем. Если мы хотим выразить любовь на протяжении дня, то мы думаем словами, но ночью нет другого способа выразить любовь, как только при помощи образов.
Мысли не кажутся такими живыми, как сны. Во снах целый образ появляется перед вами. Вот почему нам нравится смотреть кинофильм, в основу которого положен роман, а не читать сам роман. Единственная причина этого заключена в том, что роман написан на языке слов, а кинофильм является языком образов. Точно так же вам доставляет большую радость быть здесь и непосредственно слушать меня. Вы не ощущали бы такую же радость, если бы слушали запись беседы на магнитофоне, потому что здесь присутствует образ, а на магнитофоне только слова. Нам ближе язык образов, он более естественный. Ночью слова превращаются в картину, вот в чем различие.
В тот день, когда исчезнут сны, мысли исчезнут тоже; в тот день, когда мысли исчезнут, сны исчезнут тоже. Если день будет без мыслей, то ночь будет без снов. И запомните, сны не позволяют вам спать, и мысли не позволяют вам спать, и мысли не позволяют вам проснуться. Если сны исчезнут, то сон будет полным, если мысли исчезнут, то пробуждение будет полным. Если пробуждение является полным и сон является полным, то тогда не существует большого различия между обоими. Единственная разница заключается в том, держать ли глаза закрытыми или открытыми, и отдыхать ли телу, или работать. Тот, кто полностью пробужден, спит полным сном, но в обоих состояниях его сознание остается совершенно одинаковым. Сознание одно, неизменяемое, только тело меняется. Пробудитесь, тело работает; засните, тело отдыхает.
Друг спросил, почему Бог не достижим во время сна. Мой ответ таков: к нему можно прийти, если вы остаетесь бдительным даже во время сна. И поэтому мой метод медитации является методом сна — спать с осознанием, засыпать с осознанием. Вот почему я прошу вас расслаблять свое тело, расслаблять свое дыхание, успокаивать свои мысли. Все это является подготовкой для сна. И поэтому часто случается, что некоторые друзья засыпают во время медитации — это очевидно, это подготовка к сну. И, когда они готовятся к нему, они не замечают, когда засыпают. Вот почему я повторяю мое третье предложение: внутри будьте настороже, внутри будьте осознанны, пусть тело будет полностью расслаблено, пусть дыхание будет полностью расслаблено, более расслаблено, чем обычно во время сна. Но внутри будьте настороже. Пусть внутри ваше сознание горит, как светильник, чтобы вы не заснули.
Первоначальные условия медитации и сна являются одинаковыми, но имеется отличие в последнем условии. Первое условие заключается в том, что тело должно быть расслаблено. Если вы страдаете от бессонницы, то первое, чему научит вас врач, это расслаблению. Он просит вас сделать то же самое, о чем вас прошу я: расслабьте свое тело, не позволяйте какому-либо напряжению остаться в теле, пусть ваше тело будет совершенно свободным, как пух. Замечали ли вы когда-нибудь, как спит собака или кот? Они как будто и не спят. Замечали ли вы, как спит младенец? Напряженности нет нигде — ноги и руки невероятно расслаблены. Посмотрите на юношу и старика — вы увидите, что в них все напряжено. Поэтому доктор попросит их расслабиться.
То же условие применяется и ко сну: дыхание должно быть расслабленным, глубоким и медленным. Вы, должно быть, замечали, что при беге трусцой дыхание становится быстрее. Аналогичным образом, когда тело напрягается при работе, то дыхание становится быстрее и усиливается циркуляция крови. При засыпании циркуляция крови должна замедлиться, ситуация будет противоположной той, что возникает при беге трусцой, и тогда дыхание расслабится. Поэтому второе условие: расслабьте ваше дыхание...
Таким образом, условия для медитации в основном такие же, которые применимы и ко сну: расслабьте свое тело, расслабьте свое дыхание, прекратите думать. Так что для сна, как и для медитации, первоначальные условия в равной степени верны. Различие заключается в последнем условии. В первом — вы находитесь в состоянии глубокого сна, при медитации вы остаетесь полностью бодрствующими — вот и все.
И поэтому ты прав, что задал этот вопрос. Существует глубокая взаимосвязь между сном и медитацией. Однако между ними имеется одно существенное различие: это различие между сознанием и подсознанием. Сон является неосознанностью, медитация является пробуждением.

Что ты можешь предложить человеку, страдающему бессонницей?

Вечером, когда ты засыпаешь, когда ты уже готов заснуть, пройди в обратном порядке воспоминания всего дня — в обратном порядке. Не начинай с утра. Начни с того места, где ты сейчас, прямо с постели — последнего пункта, и двигайся назад. Потом постепенно, шаг за шагом, дойди до самого первого утреннего опыта, когда ты только что проснулся. Возвращаясь назад, постоянно помни о том, чтобы не вовлекаться.
Например, днем тебя кто-то обидел. Увидь себя, свою форму, которую кто-то оскорбляет, — но оставайся наблюдателем. Если ты снова почувствуешь гнев, ты отождествился. Тогда ты упустил суть медитации. Не чувствуй гнев. Он оскорбляет не тебя, он оскорбляет форму, которая существовала днем. Сейчас этой формы больше нет.
Ты подобен текущей реке: формы текучи. В детстве у тебя была одна форма, теперь этой формы у тебя нет. Эта форма исчезла. Подобно реке, ты постоянно меняешься. Поэтому вечером, когда ты медитируешь на события дня в обратном порядке, просто помни, что ты свидетель: не вовлекайся в гнев. Кто-то тебя похвалил: не прыгай до потолка. Просматривай все это безразлично, как фильм. И обратный порядок очень помогает — особенно тем, у кого трудности со сном.
Если твой сон нарушен, если у тебя бессонница, если тебе трудно заснуть, это очень поможет. Почему? Потому что это расправляет ум. Двигаясь в обратном порядке, ты разворачиваешь, расправляешь ум. Утром ты начинаешь его скручивать, и он запутывается во многих вещах и местах. Незавершенные и незаконченные, эти вещи остаются в уме, потому что в тот момент, когда они происходят, у тебя нет времени дать им успокоиться.
Поэтому вечером вернись назад. Это процесс развертывания. И когда ты вернешься к утру, когда ты был еще в своей постели, к первому мгновению пробуждения, твой ум снова станет таким же свежим, как и утром. И тогда ты заснешь, как маленький ребенок...
Так, если многие люди страдают определенной болезнью, и ничто физиологическое, медицинское не помогает, и болезнь продолжается, — кажется, эта болезнь психическая. Что с ней делать? Если кому-то сказать, что его болезнь психическая, это совершенно не поможет. Скорее, это может причинить вред, потому что никто не любит, когда ему говорят, что его болезнь психическая. Что ему тогда сделать? Он чувствует себя беспомощным.
Движение в обратную сторону — замечательный метод. Если ты движешься назад, постепенно расправляя ум, и доходишь до самого первого момента возникновения болезни, — если постепенно ты вернешься к тому моменту, когда впервые пришла болезнь, если ты сможешь вернуться к тому моменту, — ты поймешь, что эта болезнь является целым комплексом определенных причин, определенных психологических причин. По мере возвращения эти причины начнут всплывать.
Если снова переживешь момент, когда тебя впервые охватила эта болезнь, внезапно ты осознаешь психологические факторы, которые ей способствовали. Делать ничего не нужно: тебе просто нужно осознавать эти психологические факторы и продолжать идти назад. Многие болезни просто исчезают, потому что комплекс нарушен. Если ты осознал этот комплекс, он больше не нужен. Ты вычистил... вывел его.
Это полный катарсис. И если ты сможешь делать его каждый день, то почувствуешь, что к тебе приходит новое здоровье, новая свежесть. Если ты сможешь приучить детей делать это каждый день, они никогда не будут обременены прошлым... Им некогда не будет нужно идти в прошлое. Они всегда будут здесь и сейчас. Не будет никаких пережитков; ничто не будет тянуться за ними из прошлого.

Пожалуйста, расскажи о той роли, которую два полушария мозга играют в личности.

Современные исследования открыли один весьма значительный факт, один из самых значительных в нашем столетии: у тебя не один ум, а два ума. Твой мозг разделен на два полушария: правое полушарие и левое полушарие. Правое полушарие соединено с левой рукой, а левое полушарие соединено с правой рукой — крест-накрест. Правое полушарие интуитивно, нелогично, иррационально, поэтично, способно к воображению, романтично, мифично, религиозно в духе Платона, а левое полушарие логично, рационально, математично, научно, расчетливо в духе Аристотеля. Эти два полушария непрерывно конфликтуют — главная политика мира у тебя внутри, величайшая политика мира у тебя внутри. Ты можешь этого не осознавать; но как только ты это осознаешь, ясно, что реальность где-то между этими двумя умами. Левая рука связана с правым полушарием — с интуицией, воображением, мифом, поэзией, религией, и левую руку очень осуждают. Общество состоит из «правшей» — правая рука означает левое полушарие. Десять процентов детей рождаются левшами, но их принуждают пользоваться правой рукой. Дети, которые рождаются левшами, в основном иррациональны, интуитивны; они не математики, не последователи Евклида. Они опасны для общества, и поэтому общество всеми способами принуждает их пользоваться правой рукой. Дело не в руках, дело во внутренней политике: ребенок-левша действует из правого полушария. Общество не может этого допустить, он опасен, и его нужно остановить, пока он не зашел слишком далеко.
Подозревают, что, наверное, поначалу пропорция была равной — рождалось пятьдесят процентов левшей и пятьдесят процентов правшей, но партия правшей правила так долго, что постепенно пропорция изменилась до десяти к девяноста. Даже среди вас здесь многие могли бы быть левшами, но вы этого не осознаете. Вы можете писать и выполнять работу правой рукой, но, возможно, в детстве вас заставили... Это уловка, потому что когда ты начинаешь пользоваться правой рукой, начинает функционировать левое полушарие...
Меньшинство левшей угнетали больше всех других меньшинств в мире — даже больше негров, больше бедных. Если ты поймешь это разделение, ты поймешь многое. Если взять буржуазию и пролетариат, пролетариат всегда действует через правое полушарие мозга: бедные обладают интуицией. Пойди к первобытным людям, они более интуитивны. Чем человек беднее, тем менее он интеллектуален, и, может быть, именно в этом причина его бедности. Поскольку он менее интеллектуален, он не может конкурировать в мире логики. Он не так ясен в том, что касается языка, логики, расчета, — он почти дурак. И именно это может быть причиной его бедности. Богатый человек действует из левого полушария; он расчетливее, он умеет обращаться с арифметикой, он хитер, умен, логичен — и он планирует. Может быть, именно в этом причина его богатства...
Это же применимо к мужчинам и женщинам. У женщин доминирует правое полушарие, у мужчин — левое. Мужчины веками правили женщинами. Теперь некоторые женщины против этого восстали, но вот удивительный факт: это женщины того же типа. На самом деле, они точно как мужчины — рациональные, убедительные, похожие на Аристотеля. Возможно, когда-нибудь в будущем, подобно тому, как коммунистическая революция победила в России и Китае, где-то, может быть в Америке, женщины победят и свергнут власть мужчин. Но к тому времени, как женщины победят, они уже не будут женщинами, левое полушарие возьмет верх.
Меняются только поверхностные вещи, в глубине остается все тот же конфликт. Этот конфликт в человеке. И пока он не разрешен внутри, его нельзя разрешить ни в каком другом месте. Политика у тебя внутри — между двумя частями ума. Между ними очень хрупкий мост. Если этот мост разрушен в результате какого-то несчастного случая, какого-то физиологического дефекта или чего-нибудь еще, человек разделяется, человек становится двумя людьми и возникает явление шизофрении, или раздвоения личности. Если мост разрушен, — а он очень хрупок, — ты становишься двумя людьми, ты ведешь себя как два разных человека. Утром ты очень любящий и милый; вечером ты очень злой, абсолютно другой. Ты не помнишь, каким был утром, — как ты можешь помнить? Действовал другой ум — и человек становится двумя людьми. Если мост становится таким крепким, что два ума исчезают как два и становятся одним, происходит интеграция, кристаллизация. То, что Георгий Гурджиев называл кристаллизацией существа, — не что иное, как превращение этих двух умов в один, внутренняя встреча мужского и женского, Инь и Ян, правого и левого, логичного и нелогичного, Платона и Аристотеля. Если ты сможешь понять это главное раздвоение своего дерева жизни, ты сможешь понять и весь тот конфликт, который происходит вокруг тебя и внутри тебя...
Женский ум изящен, мужской ум эффективен, и конечно, если долго длится постоянная борьба, изящный ум обречен на поражение — победит эффективный ум, потому что мир понимает язык математики, не любви. Но в то мгновение, когда эффективность победит твое изящество, ты утратишь нечто необычайно важное, ты потеряешь контакт с собственным существом. Ты можешь стать очень эффективным, но больше не будешь настоящим человеком. Ты станешь машиной, вещью, подобием робота.
По этой причине между мужчиной и женщиной происходит постоянный конфликт... Они не могут оставаться разлученными, им приходится снова и снова вступать в отношения — но не могут они и оставаться вместе. Борьба не снаружи, борьба у вас внутри. И в моем понимании: пока вы не урегулируете внутренний спор между правым и левым полушарием мозга, вы никогда не сможете
любить мирно — никогда, потому что внутренняя борьба отразится снаружи. Если внутри у тебя происходит борьба, ты отождествлен с левым полушарием, полушарием логики, и постоянно пытаешься победить правое, ты будешь пытаться победить женщину, в которую влюблен. Если женщина постоянно внутри себя борется с логикой, она будет постоянно бороться с мужчиной, которого любит.
Все отношения, почти все — исключения незначительны, и их можно не принимать в расчет — уродливы. Поначалу они красива, поначалу вы не показываете реальность, поначалу вы притворяетесь. Когда отношения стабилизируются и вы расслабляетесь, ваш внутренний конфликт всплывает и отражается в отношениях. Тогда возникает борьба, вы начинаете придираться друг к другу и разрушать друг друга. Поэтому для некоторых привлекателен гомосексуализм. Если в обществе мужчины и женщины слишком разделены, тут же бурно развивается гомосексуализм, потому что, если мужчина любит мужчину, по крайней мере, конфликт не так значителен. Может быть, их любовная связь не приносит большой удовлетворенности, не приводит к невероятному блаженству и моментам оргазма, но, по крайней мере, она не так уродлива, как отношения мужчины и женщины. Женщины становятся лесбиянками, когда устают от конфликта, потому что, во всяком случае, любовные отношения между двумя женщинами не так конфликтны. Подобное встречается с подобным; они могут понять друг друга.
Да, понимание возможно, но теряется влечение, потому что теряется полярность. А это слишком большая цена. Понимание возможно, но теряется вся напряженность, весь вызов. Если ты выбираешь вызов, возникает конфликт, потому что настоящая проблема где-то у тебя внутри. Пока ты ее не разрешил, пока ты не пришел к полной гармонии между мужским и женским умом, ты не можешь любить.
Люди приходят ко мне и спрашивают, как им сделать отношения более глубокими. Я говорю: «Сначала глубоко идите в медитацию. Если внутренний конфликт не разрешен, отношения создадут вам еще больше проблем. Войдя в отношения, вы многократно умножите свои проблемы. Просто наблюдайте: любовь — это величайшее и прекраснейшее в мире явление, но можно ли найти что-либо более уродливое, создающее худший ад?»
Мулла Насреддин однажды сказал мне:
— Много месяцев я откладывал этот страшный день, но на этот раз придется идти.
— К врачу или стоматологу? — поинтересовался я.
— Ни к тому, ни к другому, — сказал он. — Я женюсь.
Если ты наблюдаешь снаружи, это может показаться оазисом в пустыне, но, если подойти ближе, оазис высыхает и исчезает. Как только ты туда попадаешь, мышеловка захлопывается. Но помни, мышеловка не в другом, она в самом тебе.
Если в тебе доминирует левое полушарие, ты проживешь очень успешную жизнь, такую успешную, что к сорока годам у тебя будет язва, а к сорока пяти перенесешь один или два сердечных приступа; к пятидесяти ты будешь почти мертв — успешно мертв. Ты можешь стать великим ученым, но никогда не станешь великим существом. Ты можешь накопить большое богатство, но потеряешь все то, что ценно. Ты можешь завоевать весь мир, как Александр, но твоя собственная внутренняя территория останется незавоеванной.
Велик соблазн, последовать левому полушарию мозга — это мирской мозг. Он больше интересуется вещами, машинами, деньгами, домами, властью, престижем.
Правое полушарие — это ориентация санньясина, человека, который больше интересуется своим внутренним существом, своим внутренним покоем, блаженством и меньше — вещами. Если они приходят легко — хорошо, если они не приходят — тоже хорошо. Его более интересует настоящий момент, чем будущее, его более интересует поэзия жизни, чем ее математика.
Я слышал анекдот.
Финкельштейн сорвал огромный куш на скачках, и Мускович, вполне понятно, позавидовал.
— Как тебе это удалось, Финкельштейн? — спросил он.
— Очень просто, — ответил Финкельштейн. — Мне приснился сон.
— Сон?
— Да. Я решил поставить на трех лошадей, но не был уверен, какая будет третьей. Накануне ночью мне приснился ангел, который стоял у изголовья моей постели и говорил: «Благословение тебе, Финкелыптейн, семь раз по семь благословений». Проснувшись, я сообразил, что семью семь будет сорок восемь, и лошадь под сорок восьмым номером звали Райский Сон. Я поставил на то, что Райский Сон придет третьим, и просто сорвал банк, сорвал подчистую!
— Но Финкельштейн, семью семь будет сорок девять! — сказал Мускович.
— Ну, так и будь математиком, — ответил тот.
Можно жить, руководствуясь математикой, и можно жить, руководствуясь сном — снами и видениями. Эти два образа жизни совершенно разные.
На днях кто-то спросил меня: «Бывают ли привидения, феи и тому подобное?» Да, бывают, если жить из правого полушария, они есть. Если жить из левого полушария, их нет. Все дети живут из правого полушария — они все время видят вокруг фей и привидения, но вы постоянно ставите их на место и говорите: «Чепуха! Ты что, дурачок? Где фея? Там ничего нет, это просто тень». Со временем вы убедите ребенка, беззащитного ребенка... постепенно вы его убедите, и он изменит свою ориентацию с правого полушария на левое — ему придется. Он должен жить в вашем мире: он должен забыть свои мечты, он должен забыть все мифы, он должен забыть всю поэзию, он должен учить математику. Разумеется, он становится отличным математиком — почти искалеченным и парализованным в жизни. Существование уходит все дальше и дальше, а он превращается просто в товар на рынке, и вся его жизнь становится просто чепухой... хотя, конечно, имеющей ценность в глазах людей.
Санньясин — это тот, кто живет воображением, кто живет в мечтательном качестве ума, кто живет поэзией, кто поэтизирует окружающую жизнь, кто смотрит свои видения. Тогда деревья зеленее, чем они вам кажутся, тогда птицы красивее, и все приобретает качество сияния. Обычные камешки становятся бриллиантами, обычные камни больше не обычны — ничто не обычно. Если ты смотришь из правого полушария, все становится божественным, священным. Религия принадлежит правому полушарию.

<< Пред. стр.

страница 4
(всего 7)

ОГЛАВЛЕНИЕ

След. стр. >>

Copyright © Design by: Sunlight webdesign