LINEBURG


<< Пред. стр.

страница 6
(всего 11)

ОГЛАВЛЕНИЕ

След. стр. >>

которая всегда представляет полностью самостоятельный предмет. Не выработав
точно логически-правовых установок, римская юридическая практика расценивала
предмет как тару в том случае, если потребляемый предмет не может быть полезно
использован вне такого дополнения (например, вино может быть употреблено только
будучи разлитым в бутылки или кувшины; но бочки или корчаги не считаются тарой в
этом смысле). Впрочем, здесь большую роль играла интерпретация ситуаций и само
назначение ситуаций: применительно к наследственным правам квалификация бывала у
римских правоведов иной, нежели при требованиях из хозяйственного оборота или
договорного права.
Вещь может давать плоды (fructi), нрава на которые тесньм образом связаны с
правами на вещь, хотя сами но себе составляют и самостоятельные предметы, и в
собственном смысле отдельные вещи. Плоды возникают в ходе эксплуатации вещи и
могут быть (1) натуральными или (2) гражданскими- Важнейшее отличие плодов от
части вещи - в их во-зобновлясмости и потребляемости (поэтому дитя рабыни не
включается в плоды). Отличие плодов натуральных от гражданских в том, что первые
порождаются самой субстанцией основной вещи (фрукты дерева, приплод животных), а
вторые рождаются только вследствие особого общественного употребления (доходы от
аренды, проценты с капитала). Права на плоды непосредственно вытекают из прав на
вещь, однако могут быть отделены от них и даже подвергаться несколько иному
режиму, чем для основной вещи (главная вещь в собственности, а плоды от нее
переданы во владение или пользование).
53
Право собственности
Происхождение и правовая конструкция собственности. В зависимости от содержания
(и подразумеваемых этим содержанием правомочий) отношения субъекта права к самым
разного рода вещам, могущим быть в индивидуализированном обладании, формируются
различные виды, или категории, вещных прав. Наиболее полное (из вообще возможных
в человеческом обществе, вообще допускаемых правовой системой данного общества)
правовое господство лица над вещью традиционно квалифицируется как
собственность. Вместе с тем эта категория исторически конкретна: каждая
юридическая традиция, каждая правовая культура наполняет своим содержанием
отвлеченное понятие собственности. Голая абстракция и связанное с нею
конструирование самых неограниченных возможностей лица обращаться с вещью,
считающейся его собственностью, подчас может не иметь никакого отношения к тем
реальностям, какие только и дозволяются правом и вообще мыслятся в данной
ситуации юридической культурой сообщества. Одного наименования "собственности"
оказывается недостаточно, чтобы понять содержание отношений, связывающих лицо с
вещью, а также это лицо с другими лицами по поводу этой вещи. Последнее особенно
важно: бессмысленно в правовом отношении конструировать собственность, не имея в
виду прежде всего ограждение прав одного лица, признаваемого собственником,
перед другими лицами-несобствснниками. Таким образом, собственность - как и
другие категории вещных прав - это неразрывная совокупность больших или меньших
по объему правомочий субъекта в отношении вещи, а в реальной жизни, в реальных
правоотношениях только и наличествуют эти правомочия, подразумеваемые тем или
другим всщно-правовым институтом.
Главными правомочиями субъекта в отношении вещей (главными - потому, что к ним
сводятся все другие допускаемые формы юридических действий в области вещного
права) принято считать: I) право обладания вещью, 2) право использования, 3)
право распоряжения. Право обладания (jus possidendi) подразумевает условное или
материальное обладание-господство лица над вещью, начиная с самого в бытовом
отношении примитивного - возможности держать в руках, до права заявить о
принадлежности вещи тебе перед другими лицами, в любой момент потребовать
га-рантированности этого материального обладания. Право использования (jus
utendi) подразумевает употребление вещи для собственных материальных или
духовных нужд, в том числе использование как субстанции вещи, так и приносимых
ею плодов, доходов, употребление как непосредственно личное, так и через
посредство других лиц. Право распоряжения (jus abutendi) подразумевает
возможность, не считаясь с требованиями третьих лиц, распорядиться вещью по
своему усмотрению, вплоть до полного ее уничтожения в физическом смысле или в
юридическом (передав вещь на
54
тех или других условиях третьему лицу).
Только в случае совокупности этих трех прав принято говорить о праве
собственности. Вместе с тем все эти возможности права никогда - в силу интересов
общества, реального пересечения с правами и интересами третьих лиц - не были
неограниченными. Абсолютность права собственности представляет скорее идеальный
предел стремления, к которому тяготеют интересы обладателя, но которого они в
социальных условиях, по-видимому, достигнуть не в силах. И мера приближения к
этому пределу создает конкретное право собственности, признаваемое и
гарантируемое подсобными и дополнительными институтами, составляющими конкретную
конструкцию этого права.
И жизненный, и исторический, и правовой первоисточник собственности лица -
присвоение, образующее элементарное, или фактическое, владение (possessio).
Содержание правомочий, вытекающих из факта владения, может быть различно.
Владение фактическое может не сопровождаться намерением обладать вещью как своей
(например, она получена от других лиц под каким-то условием, на время и т.д.),
может быть владение в целях только использования вещи (извлечение плодов,
доходов и т.д.). В этом случае принято говорить об особой категории вещных прав
- держании (detentio). Может быть владение с намерением сделать вещь своей, т.е.
присвоить ее, подразумевая для себя право как-то использовать вещь,
распорядиться и т.д. Таким образом, существенное значение имеет отношение
субъекта к своему обладанию, намерение субъекта владеть вещью как своей, которое
влияет на правовые последствия фактического владения. По раздельности только
намерения (aniroo) или только телесного обладания (согроге) недостаточно, нужна
их совокупность.
Владение лица, соответствующее целому ряду других условий, связанных с
требованиями по квалификации субъекта этого права, по происхождению обладания,
по качеству предмета обладания и т.п., перерастало в правовое господство лица
над вещью (dominium), связываемое с единством всех главных правомочий в
отношении этой вещи. Отсутствие требовательных ограничений, исключающих какое-то
из этих главных правомочий, возможность оградить свое собственное обладание и
собственную реализацию этих правомочий от других субъектов и делало вещь
собственной (proprietas), а вещное право - собственностью.
Собственность подразумевала непосредственное, прямое господство лица над вещью,
исключительное господство (т.е. исключающее права других на эту вещь), единство
права на вещь (на одну вещь возможно только право собственности либо какие-то
другие вещные права, но не право собственности и право, например, держания,
принадлежащие одному лицу), правообладание (т.е. не обязательно было владеть
вещью фактически, но можно было обладать ею в юридическом смысле, передав вольно
или невольно использование, фактическое владение, распоряжение другим
55
лицам - но только по раздельности этих правомочий), возможно более
неограниченное обладание (см. выше), гарантированное господство (т.е.
подразумевалось, что лицо-собственник обладает кроме того специальными
юридическими средствами для охраны своего права и способами свободной реализации
этих средств).
В зависимости от субъекта нрава собственность могла быть индивидуальной, или
частной, когда лицом-обладателем было физическое лицо, обладающее
соответствующим правовым требованиям статусом; могла быть публичной, или
общественной, когда субъектом-обладателем было юридическое лицо - корпорация
публичного права или государственная казна (находившаяся на особом положении);
могла быть совместной, когда одна и та же вещь была предметом господства
нескольких равноправных лиц. В последнем случае образовывался специальный подвид
права -condominium, или общая собственность. Каждый из лиц-обладателей (в
рецепированном праве получило признание, что наряду с физическими лицами такими
сообладателями могут быть и корпорации) считался собственником некоей идеальной
доли в этой совместной собственности, на которые вещь могла быть при
необходимости поделена; правомочия собственника осуществлялись по взаимному
согласию всех лиц-обладателей при гарантии запрета любого из лиц на действия,
разрушающие право совместной собственности (например, продажа вещи другим лицам,
ее уничтожение и т.п.).
В зависимости от объекта права (т.е. or вещи, бывшей предметом собственнических
отношений) собственность также могла быть общественной, или коллективной (когда
распространялась на вещи, которые не могли быть по своей ггрироде и
общественному предназначению предметами индивидуального обладания - см, выше, §
VII. 1) и могла быть частной (когда вещи по своей природе признавались
возможными к индивидуальному обладанию). Из числа последних дополнительно
исключались вещи, не могущие быть предметами гражданского оборота по
соображениям общественной целесообразности: яды, запрещенные книги, предметы
неопределимой природы и предназначения; в отношении некоторых из этих вещей
допускалось право обладания, но использование и распоряжение обставлялось такими
условиями или полностью запретами, которые не позволяют говорить о собственности
на них.
В зависимости от происхождения и степени обладания собственность подразделялась
(в классическую эпоху) на законную, или квиритскую, когда обладание было
достигнуто строго формальными, признанными законами правовыми способами, и
естественную, или бонитарную, когда обладание было достигнуто неформальными
способами, признанными преторским правом справедливыми и отвечающими как
интересам лиц-обладателей, так и интересам общества; последняя представляла, по
сути, переходную категорию от юридического владения к полноправной собст-
56
венности и была временным закреплением прав на имущество (in bonis, откуда и
наименование). В эпоху рецепированного права сложилось подразделение на
собственность прямую, или полную (dominium directum), и на
обладание-использование, или неполную (dominium utile). Полное право
собственности предусматривало сосредоточение всех полномочий в одном лице как
некую условность, поскольку реальное владение и использование (причем
неограниченное и нерегламентированное, гарантированное, включая право
наследования) передавалось другим субъектам. Неполное право собственности
подразумевало господство, не посягающее на распоряжение вещью и на всестороннее
ее использование: в силу ленного права, права на поверхность и т.д. В рамках
usus modemus сформировалось также понятие о делегированной собственности, где
правомочия сводились в основном к доверительному управлению вещью.
Способы приобретения права собственности. В зависимости от оснований, по которым
в жизни возникает индивидуализированное господство над вещью выражающееся в
возможности владеть, пользоваться и распоряжаться ею, признанное другими
потенциальными обладателями и нравом, способы установления этого господства, или
приобретения права собственности, подразделяются на первоначальные и
производные. Первоначальные способы охватывают те случаи, когда право возникает
вне зависимости от чьих-либо предыдущих прав на эту вещь в качестве исходного
установления права. Производные способы охватывают те ситуации, когда они
вытекают из признанных правом предшествующих прав на эту вещь другого
собственника, и характер предыдущего обладания определяет содержание вновь
возникающего права.
(1) К первоначальным способам относятся узаконенный захват вещи, господство по
праву присоединения, смешения и спецификации, а также по давности владения.
Захват вещи (occupatio) признавался основанием для образования права
собственности на вещь в качестве, первоначального и неоспариваемого, когда шла
речь о вещах, никому по своей природе не принадлежащих или не имеющих
конкретного обладателя на данный момент: "никому не принадлежащая вещь
естественно становится собственностью того, кто ею завладеет". Вещами, никому не
принадлежащими, считались: а) вещи бесхозяйные, или ничьи, по своей природе:
дикие звери, птицы, рыбы, предметы неживой природы; в отношении их
первенствовало фактическое обладание, и потеря этого обладания хотя бы на
мгновение тотчас делала законным захват этой вещи другим лицом; б) вещи
брошенные в силу утраты ими своего качества для прежнего обладателя: сломанные,
испорченные и т.п.; в) вещи неприятельские, т.е. любые по своей природе вещи,
ранее принадлежавшие врагу римского народа и захваченные в ходе войны или других
действий полноправных римских граждан, для которых только и признавалось это
право. Вы пу щенные из фактического владения вещи,
57
никому не принадлежащие, неоспоримо могли становиться собственностью нового
обладателя. От вещей, никому не принадлежащих, разнились вещи потерянные или
спрятанные - в отношении vlx. захват допускался возможным только при соблюдении
некоторых условий. Вещи потерянные или спрятанные подразделялись на: а) находку,
когда прежний обладатель вещи мог быть установлен и когда нашедшему следовало
предпринять меры по возвращению вещи прежнему обладателю; до этого вещь
считалась на положении держания или временного владения; б) клад, когда прежнего
обладателя отыскать невозможно но давности времени или в силу невозможности
идентификации собственника. Клады подлежали дополнительному специальному
регулированию. Зарытые в земле ценности, клад (thesaurus), лежащие там с
"незапамятных времен", считались принадлежащими собственнику земельною участка,
если он сам их обнаруживал. Случайно найденный клад на чужой земле считался
совместной собственностью нашедшего и хозяина земли (в том числе и государства).
Клад, обнаруженный в результате нацеленных розысков, проводимых без уведомления
и разрешения хозяина земли, приравнивался к находке, и ее присвоение было уже
правонарушением. Наконец, клады, отысканные в результате применения
недозволенных методов, в итоге явно преступных розысков, переходили в
собственность казны как выморочное имущество.
Обладание по нраву присоединения (accessio) признавалось основанием для
образования права собственности, когда речь шла о вещах дополнительных но своему
природному или хозяйственному предназначению (а также признанному правом),
следующих основной, уже бывшей собственностью: "Придаточная вещь следует
главной". В числе сложных вещей, на которые могли распространяться вещные нрава,
правом выделялись также главные и дополнительные. В этом подразделении
основополагающим было целевое предназначение вещей, а не стоимость их или иные
качества. Недвижимая вещь всегда считалась важнее движимой, поэтому, например,
упряжка волов, служащая для аграрных работ в имении, считалась присоединенной к
имению в качестве дополнительной но нраву присоединения, сад, т.е. посаженые
деревья, дополнительной к земле, хотя бы стоимость их была несравненно выше. Из
права присоединения собственнику земли, например, переходили все посадки,
постройки, все приращения его участка. Специальные случаи присоединения
создавали случаи намыва земель, прилегающих к речным берегам (alluvio):
образовавшиеся таким образом приращения земельного участка также самим фактом
неоспоримо переходили к собственнику основного земельного участка в качестве его
первоначального приобретения, хотя бы речь шла об оторвавшемся участке
возделанной земли, бывшей частью другого владения.
Обладание по праву смешения вещей (commixtio) имело место тогда, когда вещи
разных первоначальных владельцев фактически смешивались, что невозможно было
отделить или оторвать их одну от другой без взаим-

него повреждения или даже уничтожения: использование чужого бревна для постройки
дома, перемешивание вина с чужим уксусом и т.д. Разумеется, речь шла о случаях
недобросовестного смешения - с одной или даже с обеих сторон (случайное
смешение). Преимущественная очередность образования права обладания новым
продуктом смешения твердых или жидких вещей (для вторых существовал и особый
термин - confusio) определялась либо но квоте использованных для новой вещи
материалов, либо по их стоимости. Во втором случае обладателем новой вещи
становился прежний собственник более дорогого (даже и менее объемного)
материала: например, собственник краски становился собственником и окрашенной
материи, собственник холста или пергамента становился новым обладателем и
написанных на них картины или книги. Особый случай предусматривался для денег:
их смешение (если было неизвестно количество и качество монет) делало
обладателем нового количества их того, "кто произвел саму операцию смешения, к
чьим деньгам примешались чужие". Для предупреждения злоупотреблений, возможных в
результате недобросовестного смешения, слияния вещей, особенно перемешивания
денег, потерпевшим предоставлялась возможность заявить требование о возмещении
убытка в двукратном размере-
Обладание по праву спецификации (specificatio) возникало тогда, когда произошло
изготовление (или иная переработка) новой вещи из материала другого собственника
без его согласия. Право обладания возникало либо у собственника прежнего
материала, либо у того, кто своим трудом произвел переработку вещи: выточил
фигурку из дерева, сделал мебель из досок и т.д. (По вопросу спецификации вещей
римская юриспруденция не выработала в классическую эпоху однозначных методов, и
споры по определению преимущественных собственников в ситуациях таких были
принципиальными для различия юридических школ сабинианцев и прокульянцев).
Позднее был внесен формальный критерий определения нового правообла-дателя: если
новое изделие можно переработать в материал обратно, то собственность переходит
к владельцу материала (например, обратно переплавить серебряную тарелку в
слиток), если новое изделие не подлежит такой переработке (например, сшитый из
куска материи костюм), то действует трудовой критерий для возникновения новой
собственности.
(2) К производным способам относятся переход по праву наследования и переход в
порядке отчуждения вещи; о возникновении правообладания в порядке наследования
см. гл.111.
Получение вещи в порядке законного отчуждения имело место и давало основание для
возникновения права собственности на эту вещь в том случае, когда отчуждение
совершалось ее полноправным хозяином и в установленных правом формах, т.е. через
исполнение правовых обязательств:
купли-продажи, мены, дарения и т.д. Главными условиями для возникновения нового
права собственности и нового обладателя вещи были: а) сдел-
59
ка должна быть направлена именно на передачу нрава собственности, б) сделка
должна иметь легитимныс, законные, формы, т.е. соответствовать индивидуальным
(для данной сделки) или общим (для договоров вообще) требованиям права.
Правомочия собственника. Специальной регламентации из трех правомочий
лица-обладателя вещи подлежали два: использование и распоряжение; во-первых,
потому что именно в реализации этих правомочий стремления и интересы
собственника соприкасались с интересами других лиц, во-вторых, потому что
основанием собственности было фактическое владение и регулировалось оно только
через условия возникновения.
Использование собственником его вещи было регламентированным со стороны закона и
со стороны правового обычая. В использовании вещи, даже вполне считающейся твоей
собственностью, нельзя причинять вреда и неудобств другим собственникам.
Использование вещи не должно также нарушать специально установленных на этот
случай законов и правовых норм. Различные требования к использованию вещей
определялись в зависимости от сущности самих вещей, прежде всего имея в виду
разные требования к использованию движимых и недвижимых.
Использование движимых вещей никаким ограничениям не подлежало (возможные
негативные последствия рассматривались в порядке обязательств из причинения
вреда; но в целом этот момент просто не получил развития в римском Праве).
Использование недвижимых вещей (имея в виду строения и земельные участки)
подлежало законным 01раничсниям, причем варьировалось использование земель в
городе и в сельской местности. Использование сельских земель для
сельскохозяйственной обработки подлежало ограничениям из права-обязанности
соседства: собственник должен был оставлять нетронутой определенную межу между
участками, в том числе за счет собственной территории, сооружать необходимые по
использованию участка и для раз1раничения прав ограждения на условиях взаимных
уступок двух соседей и т.п. Использование своего участка не должно вредить или
даже мешать установленному хозяйственному использованию участка соседа: нельзя
было препятствовать сбору плодов, упавших с чужого участка на твой, сбросу
деревьями листьев на твой участок и т.д. Как в городе, так и в деревне нельзя
было препятствовать естественному истечению дождевых стоков с другого участка
или с крыши строения на твой участок. Собственник городского участка или
строения не мог предъявить претензии по поводу тени, отбрасываемой на его дом
или участок соседним строением (если соблюдались прочие ограничения из
установленного права соседства). Как в городе, так и в сельской местности
использование недвижимой собственности влекло обязанность терпеть неудобства,
обусловленные хозяйственным использованием других соседних или близлежащих
участков и строений: вонь кожевенных мастерских, соляные испарения варниц и т.д.
Такие неудобства, ограничения должны были на-
60
ходиться в пределах нормального использования соседнего участка (т.е. не быть
специально организованными и самонацеленными), а также отвечать традиционному
использованию участка или строения соответственно "обычаям и нравам" данной
местности.
Распоряжение собственником его вещью также обставлялось некоторыми условиями. В
отношении недвижимых вещей с самого раннего времени выдвигалось условие
согласования (или уведомления) о распоряжении соседей или должностных лиц,
специально назначенных к такому контролю; следствием этого стало то, что сделки
по поводу недвижимости, как правило, требовалось регистрировать в общественных
(публичных) инстанциях и введение в права недвижимости представляло особый
юридический акт, производимый с участием властей. В распоряжении вещью
необходимо было точно следовать границам собственного права на эту вещь, т.е.
знать его пределы: "Кто пользуется своим правом, тот не обвиняется ни в
злоумышлении, ни нанесении вреда другому, ни в насилии". Особенно это следовало
учитывать, имея в виду разные подвиды собственности римского права. Только
прямой собственник, например, или подлинный собственник имел право передать вещь
в качестве залога, только подлинному собственнику будут принадлежать приращения
вещи, намывы, клады и т.д.
Утрата права собственности. Как индивидуализированное право, право собственности
предопределялось жизненной и правовой судьбой, во-первых, субъекта права,
во-вторых, предметом права или вещью. У фата собственности могла происходить
вследствие изменения фактически-физических обстоятельств, связанных с
материальной судьбой субъекта и объекта права (влекущих и правовые последствия),
так и вследствие изменения чисто правовых обстоятельств, квалифицирующих
положение субъекта, объекта права и самый режим вещного права.
Собственность принадлежит не вещи, но лицу, - поэтому исчезновение субъекта
(смерть физического лица, прекращение существования корпорации, прекращение
самостоятельного существования государства) влечет утрату права co6ci венности
на данную конкретную вещь. Равным образом (в связи с особыми требованиями
римского права к субъекту права вообще) право собственности прекращается при
умалении статуса собственника -гражданском или сословном, причем оно не
сохраняется, даже если в новом статусе лицо имело потенциальную возможность
сделаться собственником по нормам другого, неримского обильного права. Утрату
права собственности на вещь влечет и гибель самой вещи (либо уничтожение)
-гибель как физическая, так и юридическая. Под физической гибелью понималось
полное уничтожение вещи (вино выпито, хлеб сожжен) или приведение ее в такое
состояние, когда она утрачивала свои определяющие качества (статуя рассыпалась
на куски мрамора - собственность на статую прекращалась, но по праву
спецификации возникало новое право собственности на мраморное крошево и т.п.).
Под юридической гибелью понималось
61
изъятие вещи из гражданского оборота но решению магистрата или суда.
Право собственности конкретного лица прекращалось с ограничением его права по
содержанию, превращением его в другое вещное право вследствие тех или иных
юридических последствий (залога, возникновения совместной собственности), а
также в силу отчуждения и передачи права собственности на вещь другому лицу в
порядке частноправовых сделок. Наконец, возможно было лишение нрава
собственности помимо воли обладателя: физическая потеря вещи, похищение ее,
уничтожение вследствие правонарушений со стороны третьих лиц.
Защита права собственности осуществлялась многими специальными исками,
предусматривавшими судебную гарантию от определенных посягательств на владение,
пользование, распоряжение вещью. Имели место два основных случая: защита
утратившего владение собственника от незаконно обладающего вещью несобственника
и защита права собственника использовать вещь в случае неправомерных препятствий
в осуществлении такого права.
Для возвращения вещи в свое законное обладание собственник имел право на
специальный виндикационный иск (rei vindicatio), смысл которого заключался в
требовании отобрать вещь у реально ею владеющего несобственника и вернуть ее
невладеющему собственнику. Виндикационный иск предъявляли но месту обнаружения
вещи. Иск этот назывался вещным, т.е. направлялся против любого незаконного
обладателя вещи, в каком бы качестве он ни выступал.
В случае виндикации истец заявлял о своем праве собственности на вещь; ответчик
не обязывался к обоснованию своего права, он должен был себя заявить только как
фактический владелец - и вне зависимости от способа получения вещи в свое
фактическое владение ответчик пользовался правовой защитой, т.е. истец не мог
самовольно отобрать у него собственную вещь. Право собственности подлежало
доказывайте со стороны истца, при недоказанности ответчик мог обвинить истца в
намеренном бесчестии со всеми предусмотренными правом последствиями. При
доказательстве права собственности на вещь она без специальных судебных
распоряжений, но в порядке исполнения судебного решения переходила во владение
прежнего собственника. Ответчик мог быть обязан также к тому, чтобы уплатить
разницу за происшедшее в период временного ею обладания ухудшение качеств вещи.
Вместе с тем истец должен был возместить ответчику понесенные тем расходы по
содержанию вещи, если она была приобретена в добросовестном заблуждении
(например, по кормлению забредшей во двор чужой скотины, сохранению в надлежащем
состоянии поля, сада и т.п.). Если вещь, бывшая предметом виндикации, могла
приносить плоды и доходы (например, сад плодоносил), то потребленное до момента
предъявления иска, а также неполученная прибыль или доходы не возмещались; но
возвратить истцу вещь ответчик обязывался со всеми
62
приращениями и доходами на момент предъявления исковою требования.
Для защиты своею права использовать и распоряжаться вещью исключительно по
своему усмотрению (с соблюдением законных ограничений) собственник располагал
негаторным иском (actio negatoria) к любому посягавшему на эти его правомочия.
Негаторный иск предусматривал, по сути, защиту полноты права собственности от
любых незаконных ограничений и требований - как потенциальных, так и свершенных.
Истец просто обосновывал свое право собственности на вещь, отрицая права других
лиц на нее, тем самым претендуя на все предоставленные правом и традицией
правомочия в отношении этой вещи и отрицая аналогичные права других. Отрицание
прав других не нуждалось в фактическом обосновании: "Отрицание не нуждается в
доказательствах". Ответчиком в случае Hei-аторного иска мог стать любой, даже не
имевший полноправного личного статуса. Ответчик в случае негаторного к нему иска
был в невыгодном положении: именно на нем лежала обязанность доказывать правоту
своих действий или посягательств, что было весьма сложно, поскольку реально вещь
находилась в обладании истца, что исключало возможность вести спор о
собственнических претензиях. Как правило, ситуации предъявления негаторного иска
были связаны с претензиями но поводу использования чужих вещей на сервитутом
праве. Ответственность заключалась в обязательстве прекратить незаконные

<< Пред. стр.

страница 6
(всего 11)

ОГЛАВЛЕНИЕ

След. стр. >>

Copyright © Design by: Sunlight webdesign