LINEBURG


<< Пред. стр.

страница 2
(всего 11)

ОГЛАВЛЕНИЕ

След. стр. >>

религиозной традиции. В христианскую эпоху аналогичный характер стали носить
ссылки на Священное писание и евангелический канон.
Законы. Главным воплощением писаного права римская правовая культура считала
законы - leges. Для признания правового предписания в качестве закона необходимо
было, чтобы он исходил от имеющего соответствующие полномочия органа, т.е. так
или иначе воплощал весь римский народ, и чтобы он был надлежащим образом
обнародован: тайный правовой акт не мог иметь верховной юридической силы.
Сохранились полулегендарные сведения о законах, издававшихся от имени римского
народа первыми царями - Нумой Помнилием, Сервием Туллием и др. Однако самым
принципиальным моментом в становлении римского законодательства стало издание в
середине V в. до Р.Х. (в итоге длительного социально политического и
религиозного кризиса римской общины, сопровождавшегося борьбой плебейских масс с
жреческой и патрицианской аристократией) Законов XII Таблиц - свода, по словам
римского историка Тита Ливия, даже спустя несколько веков признаваемого за
"источник всего публичного и частного права".3аконы были выставлены для
обсуждения народом (по обычаю - на деревянных выбеленных досках), утверждены
народным собранием и приняты в качестве главнейшего свода права. Несколько
позднее законы были запечатлены в виде своеобразного памятника - двух (или трех)
медных многогранных колонн, выставленных на римском форуме, но погибших,
по-видимому, около века спустя во время галльского вторжения.
Подлинный и полный текст Законов XII Таблиц неизвестен, в традиции римского
права существует несколько более или менее убедительных попыток их реконструкции
и систематизации на основании цитат из других римских юридических источников
классической эпохи. Значение подлинных признано за примерно 140
правоположениями, систематизируемыми по разделам: О вызове в суд (Табл. I), О
вершении исков (Табл. II), О долговом рабстве (Табл. Ш), О порядке манципации
при сделках (Табл. IV), О завещании и семейных делах (Табл. V), О пользовании
земельным участком (Табл. VI), О воровстве (Табл. VII), О личном
оскорблении-обиде (Табл. VIII), Об уголовных наказаниях (Табл. IX), О порядке
похорон и церемоний (Табл. X), О публичных делах в городе (Табл. XI), О
неиспра-шивании привилегий (Табл. XII). Многие нравоиоложения древних законов
были малопонятны уже в век Цицерона, но во всяком случае они охватили все
важнейшие сферы юридической практики. По словам того же Цицерона, "для всякого,
кто ищет основ и источников права, одна небольшая книжица законов Двенадцати
таблиц весом своего авторитета и объемом пользы воистину превосходит все
библиотеки философов". Однако законам Двенадцати таблиц присущи многие
недостатки древнего права: казуи-стичность (изложение предписаний не в общем
виде, а применительно к конкретным случаям), неполнота (многие положения закона
подразумева-
13
лись, не оспаривались и не требовали записи), недостаточная
систематизи-рованность (нормы частного и публичного нрава, процессуальные нормы
могли быть изложены подряд), формализм (требование произнесения некоторых фраз,
запинка в которой влекла проигрыш дела в суде, недействительность договора и
т.п.).
Jus civile. Законы XII Таблиц положили основание развитию того, что стало
обобщенно называться римским общегражданским правом и складывалось из двух
основных форм - понтификалыюго истолкования и последующего законодательства -
jus civile.
Законодательство не осталось только в рамках изданных XII Таблиц. Обновление и
развитие принципов, которые почитались как бы священными и не подлежащими ни
видоизменению, ни тем более отмене, стало осуществляться новыми законодательными
актами. Со временем сложились два подвида римских законов: lex в собственном
смысле как постановление народного собрания, т.е. всего римского народа, имеющее
высшую юридическую силу, и plebiscitum - указ и распоряжение плебейской части
римской общины - "впрочем плебейские постановления по изданию Гортен-зисва
закона (в 258 г. до Р.Х.) стали иметь силу не меньше законов".
Законом считалось постановление, принятое при соблюдении соответствующей
процедуры и соответствующего содержания: "Законы ˜ это имеющие предписывающий
характер общие постановления, предложенные магистратом, принятые народным
собранием и утвержденные Сенатом". Закон для придания ему должной значимости мог
исходить только от законно избранного магистрата и только в пределах его
компетенции. Римские законы и получали, как правило, наименование по его
инициатору:
закон Корнелия, закон Аквилия и т д. Иногда наименование было двойным по двум
именам, например, консулов: закон Валерия - Горация и т.п. Закон должен был
содержать обязательные элементы: 1) введение, или указатель обстоятельств
издания, 2) текст, который мог подразделяться на главки и т.п. и 3) sanctio, где
постановлялись последствия нарушения закона и ответственность нарушителей. Для
его принятия закон должен был быть доведен до сведения 1раждан - выставлен
магистратом заблаговременно на специальном месте форума- Приниматься закон мог
только целиком, либо так же целиком отвергаться, частичные изменения в законе,
не внесенные самим магистратом, римская практика не допускала.
В более позднее время, когда реальная деятельность народных собраний стала
невозможной из-за количественного роста римских граждан, верховную санкцию на
закон давал Сенат, Специальные определения Сената, равнозначные закону,
назывались senatusconsultum; однако реально сфера сенатус-консульта все же
несколько отличалась от полного lex: известные по содержанию сенатус-консульты в
основном касались правовых форм деятельности магистратов и применимости их
полномочий к разным территориям и типам правоприменения.
14
Основная масса римских законов известна только по названиям и по общему
содержанию в передаче другими юридическими источниками;
полных текстов сохранилось крайне немного.
Магистратское право. В традициях римского государственного политического строя
не существовало чисто административных функций должностных лиц государства;
большинство из них имели и судебные, и собст-, венно правительственные
полномочия. Из этого права магистратов сформировалась вариация римского
гражданского права, основанная на этом своеобразном источнике нормообразования,
- магистратское право, или jus honorarium. Выраженный в наличии этой формы
права, наряду с законом, дуализм права составил одну из важнейших черт всей
римской юридической культуры, особенно существенную для исторического
приспособления формализовано-консервативных норм законов к обновляющимся
условиям других времен.
Полномочия по изданию правоформирующих эдиктов имели только некоторые из римских
должностных лиц - магистратов. Полномочия вытекали из (a) jurisdictio - права
лично отправлять правосудие в определенной сфере, и из (б) imperium собственно
специального уполномочия высшего магистрата, согласно которому ему
предоставлялась власть как судебная, так и административно-принудительная в
целях общего блага, в том числе и "поддерживать, дополнять и улучшать jus
civile". Только jurisdictio в чистом виде обладали т.н. курульные эдилы, в
обязанность которых входило поддержание общественного порядка в узком смысле;
вторым видом полномочий, помимо консулов, обладали начальники провинций
(правители) и преторы. Соответственно важнейшими видами магистратских указов
(edicta), формировавших магистратское, или должностное, право, стали:
эдикты эдилов, провинциальные эдикты, преторские эдикты. (Первоначально
распоряжения магистратов давались устно, откуда происходило и название e-dicta,
затем они выставлялись на форуме написанными на досках.)
Эдикты эдилов касались преимущественно вопросов правового регулирования
торговли, прав и обязанностей участников гражданских сделок, исковых требований,
вытекавших из рыночного оборота. Провинциальные эдикты заключали в себе, как
правило, предписания троякого рода: утверждение местных узаконений и правовых
обычаев, нововведения собственно начальников провинций - главным образом в
административной, и финансовой сфере, заимствования из преторских эдиктов,
пригодные для того или другого города или 1гровииции по усмотрению начальника.
Важнейшими для формирования jus honorarium стали преторские эдикты. Право
издания указов претором появляется одновременно с учреждением в 366 г. до Р.Х.
самой преторской магистратуры. Поскольку в обязан- . ности и полномочия
городского претора входила "охрана мира и порядка" в городе, а тем самым и общий
контроль за правоприменением, постольку в его функции вошли не только собственно
личное отправление правосудия,
15
но и дача рекомендательных указаний назначаемым судьям по вопросам применения
права. При назначении на должность претор издавал указ, в котором декларировал
те правоположения и принципы, которых будет держаться в течение i-ода (срок
преторских полномочий). Различались (а) новые и (б) перенесенные эдикты: в
первых указывались новшества правоприменения и юридической практики,
провозглашаемые претором в осуществление принципов законов; во вторых претор
только заявлял, что будет держаться воззрений и практики своего предшественника,
В другом отношении эдикты подразделялись на: (1) постоянные, где указывались
правоположения, обязательные для юридической практики на протяжении всего срока
полномочий, и (2) непредвиденные, касавшиеся казусных обстоятельств, либо
правоприменения в отношении отдельных личностей. Законом Корнелия (67 г. до
Р.Х.) преторам было строго предписано держаться деклараций постоянного эдикта.
Деятельность юристов. С общим расширением юридической практики и переходом дела
правовых консультаций из рук, вернее уст, понтификов к светским знатокам права
примерно в Ш в. до Р.Х. началось формирование юриспруденции как самостоятельного
и важного источника права. В этом значении незаконодательной юриспруденции также
состоит одна из важнейших особенностей всей римской правовой культуры.
Занятия юриспруденцией были в традиции римского общества одним из почетнейших и
благородных видов деятельности. Настолько, что Цицерону в его время приходилось
не раз обосновывать, что военные или политические заслуги занимают в кругу
общественных ценностей никак не меньшее место. Одна из цословиц-максим римского
юридического обихода гласила, что постыдно знатному и благородному человеку не
знать права, в котором он обращается. Юристы-знатоки выполняли консультационные
функции в судах, выступали помощниками сторон в процессе, занимались правовыми
исследованиями для целей правоприменения и правового образования. Юридическое
познание рассматривалось как нечто священное (от традиции понтификов), поэтому
их труд был в правовом отношении бесплатным;
однако помимо популярности и общественного уважения, они имели нравственное
право претендовать на honorarium (благодарственный подарок) за их услуги, и
считалось недостойным оставлять такие юридические услуги без вознаграждения.
В 426 г. был издан специальный закон, отрегулировавший значение деятельности
юристов для судебной практики: согласно закону, только высказывания пяти юристов
- Эмилия Паииниана, Гая, Павла, Ульпиана и Моде-стина - признавались
обязательными для судей. Причем в случае разногласий приоритет принадлежал
Папиниану, в прочих ситуациях соответствие праву решалось по условному
"большинству голосов".
Кроме этого, римские юристы составляли многочисленные юридические трактаты,
монографии и учебные руководства. Наиболее авторитет-
16
ными и известными стали т.н. "Фрагменты" Ульпиана, правоведа и администратора
III в. н.э., "Сентенции" Юлия Павла (III в- н.э.), а также учебное руководство
для начинающих, или своего рода очерк права с точки зрения бытовой
повседневности, правоведа и судьи Гая (II в. н.э.) - "Институции", получившие
особое распространение в римских провинциях простотой изложения основ права. В
римской юриспруденции сложились также две своеобразные научные тенденции -
сабинианцы (по имени крупного правоведа 1 в. Сабина) и прокульяниы (но имени его
современника Прокла). Разные воззрения на одни и те же правовые принципы и
институты этих двух школ были настолько различными, что в юридической практике
предписывалось до некоторого времени учитывать двойные толкования и сложности
этих разных пониманий.
Постановления императора. С оформлением в государственно-политической культуре
единоличной верховной власти, впоследствии монархической, источником права стали
и издаваемые монархом, императором. Отражая содержание власти императора, эти
постановления считались имеющими высшую правовую силу наравне с законами.
Постановления имели несколько видов, существенных не только в формальном, но и в
содержательном отношении,
Эдикт, или указ, (edictum) считался актом, изданным государем как высшим
должностным лицом; в нем могли правоустанавливаться все нормы, отнесенные к
компетенции вообще всех магистратов государства - т.е. как в сфере публичного,
так и частного права. Поручение, или мандат, (mandatum) содержало инструкции
должностным лицам, как правило, в отношении правоприменения; главным образом эти
акты касались юрисдикции наместников и преторов, соответственно в них
рассматривались самые разнообразные вопросы по преимуществу уголовного или
частного права. Рескрипт (rescriptum) был ответом императора на правовые запросы
частных или должностных лиц. В первом случае ответ представлял простую резолюцию
на прошении, написанную самим государем. Во втором -ответ на запрос магистрата
составлялся в виде особого письма и имел специальное наименование epistola.
Аналогичный ответ на запрос общины, города или корпорации квалифицировался как
"прагматическая санкция". Декрет (decretum) был судебным решением государя по
конкретному делу, имевшим по правилам аналогии распространительное значение. Его
содержание предопределялось судебными полномочиями монарха как высшего судьи
государства.
Кодификация императора Юстиниана (Corpus juris civilis)
Уже на относительно раннем этапе своего исторического развития юридическая
техника и в целом культура римского права обнаружили потребность и стремление к
обобщению и унификации источников права и выте-
17
кающих из них правовых норм. Это стремление в особенности усилилось в
императорский период, когда унификация правоприменения в интересах единой
нравовой политики стала практической государственной необходимостью в
собственных интересах власти. Развитие юридической науки в первые века н.э.
вызвало к жизни первые частные систематизации правовых источников и аналогичного
значения комплексные юридические труды.
Время правления византийскою императора Юстиниана (527-565 гг.) было несомненным
и всесторонним расцветом восточно-римской цивилизации. В ходе централизаторских
политических и правовых реформ, проводимых при активном личном участии
императора, была реализована и всеобъемлющая кодификация нрава, причем на новых
принципах, отражавших высокий уровень юриспруденции и юридической науки Византии
в рамках римской правовой культуры.
В начале 528 г. была учреждена государственная комиссия из 10 специалистов под
руководством известною юриста Трибониана. В апреле 529 г. комиссия опубликовала
кодекс императорских конституций в 12 книгах, с изданием которого все прежние
сборники и отдельные акты стали рассматриваться как не имеющие юридической силы.
В 530 г. была назначена новая комиссия из 16 человек (практиков и людей науки)
под руководством того же Трибониана. Комиссия осуществила грандиозную компиляцию
отрывков из трудов римских юристов примерно пяти предыдущих столетий,
опубликованную в декабре 533 г. под названием "Дигест" (от латинского digcsta -
"собранное"), или "Пандект" (от грсчсско! о pandectac - "все вмещающее").
Одновременно Юстиниан поставил перед комиссией задачу выделить самые общие
принципы римского права - в целях как учебных, так и идейно-политических,
результатом чего стали "Институции". В 534 г. был переработан и обновлен Кодекс
императорских конституций, в котором на этот раз преимущественно обобщалось
право уже христианской эпохи- После выхода в свет кодекса законодательная
деятельность Юстиниана, естественно, продолжилась - все крупные изданные им акты
позднее составили т.н. "Новеллы", систематизированныс уже после смерти
Юстиниана.
С началом возрождения римскою права в эпоху ею рецепции все четыре элемента
Свода Юстиниана получили обобщенное название Corpus juris civilis; под таким же
обозначением они были впервые в единстве изданы Д. Готофредом и вошли в
историческую традицию. Подлинные тексты Свода не сохранились; наиболее
авторитетные греческие и латинские рукописи относятся к VI-X1 вв.
Составные части Свода Юстиниана (общая характеристика). Собственно кодификацией
права, в единстве принципов переработки правовых источников и систематизационных
задач, можно считать лишь три первые составные части Свода.
Институции (Institutioncs) представляли систематизированное изложе-
1S
ние основ права: общие начала правоприменения и систематическое изложение
догматических принципов главным образом частного права. "Институции"
подразделялись на 4 книги и 98 титулов; книги были следующими: 1) общее учение о
праве и учение о субъектах нрав - лицах, 2-3) общие институты вещного права и
обязательственного, 4) учение об исках и принципах правоприменения в суде. С
этого времени аналогичная схема систематизации права стала называться
институционной. В числе наиболее принципиальных понятий правовой культуры
"Институции" заключали исходное определение смысла правоприменения и знания
права как постоянного стремления воздавать каждому его должное.
Дигесты, или Пандекты, были самой объемной частью свода. Они представляли
систематическую компиляцию цитат - отрывков из работ наиболее известных римских
правоведов. Всего в составе "Дигест" насчитывают до 9200 отрывков из 2 тыс.
работ, принадлежавших перу 39 известных юристов I-V вв., причем в большинстве
случаев составители приводили достаточно определенные указания на названия и
даже разделы использованных трудов. Это была своего рода энциклопедия римской
юриспруденции.
"Дигесты" в целом также представляли собой структурированный свод высказываний и
правоположений: весь материал условно подразделялся на семь частей. В первой
(кн. 1-4) рассматривались общие вопросы права и учение о субъектах права -
лицах; во второй (кн. 5-11) - "о праве лиц на свои собственные и на чужие вещи,
о защите нрава собственности", т.е. вещное право; в третьей (кн. 12-19) - об
обязательствах двусторонних, или возникающих из "взаимного доверия"; в четвертой
(кн. 20-27) - об обеспечении обязательств, о своего рода издержках и исковых
требованиях из обязательств и об обязательствах, связанных с реализацией
семейных и опекунских нрав; в пятой (кн. 28-36) - о завещаниях; в шестой (кн.
37-43) -о самых разнообразных правовых коллизиях, решаемых по судейскому
усмотрению; в седьмой (кн. 44-50) трактовались вопросы, связанные,
преимущественно с уголовным и публичным правом; последняя книга посвящалась
старым юридическим выражениям, терминологии, высказываниям, пословицам и т.п.
При обнародовании "Дигест" император Юстиниан запретил даже писать к ним
комментарии: они представляли официально законодательный документ не менее, чем
собственно правоволожения законов; разрешалось только делать извлечения и
перевод на греческий язык.
Кодекс (Codex) был систематизацией 4600 императорских конституций, начиная со
117 г., в 12 книгах и 765 титулах. В 1-й книге содержались постановления по
церковному праву, в отношении источников права, а также государственной службы и
обяанностей чиновников, в книгах со 2-й по 8-ю в основном были обобщены акты
императоров ко гражданскому праву и судопроизводству, в 9-й книге - по
уголовному праву, в 10-12-й - по госу-
19
дарственному управлению, финансам и т.д. При систематизации сохраня" лись даты
издания конституций и имена даровавших их государей. В общем подходе, тексты
предположительно сохранялись неизменными, но однозначно судить об этом тождестве
невозможно из-за отсутствия сопоставительных текстов.
Собрание Новелл (Novellae), которые считаются условно дополнительной четвертой
частью Свода Юстиниана, было связано уже с частной сис-тематизаторской
деятельностью после смерти императора. Сохранились три сборника, первый из
которых был составлен в 556 г. и включил 122 конституции; два других (содержащие
134 и 168 актов) относятся ко второй половине VI в. Помимо обобщения
императорских постановлений, в них есть эдикты начальников крупных провинций и
вообще многое в их содержании касалось управления провинциями и специфики
новшеств в наследственном нраве.
11. ЛИЦА В РИМСКОМ ЧАСТНОМ ПРАВЕ
Условия и содержание правоспособности лиц в частном праве
Для того, чтобы выступать полноправным субъектом в сфере частного права с
подразумеваемой правоспособностью (caput), человек должен бь1л отвечать двойной
совокупности условий. Во-первых, он должен быть человеком с позиций
естественного права (иметь разумную душу и человеческое тело с отчетливыми
признаками пола). Во-вторых, он должен представлять лицо (persona) с позиций
гражданского права. На характеристику человека как лица 1'ражданского права
влияли несколько обстоятельсгв (состояния, статусов); его состояние свободы или
несвободы состояние гражданства, т.е. принадлежность к римскому фажданству или к
гражданству союзнических общин, других народов и т.п., ею положение в римской
семье. Отсутствие какого бы то ни было статуса не позволяло говорить о человеке
как субъекте гражданского права. Полноцепным субъектом частного права,
предполагалось, могло бьл ъ лицо, обладающее всеми тремя статусами:
1) status libertatis, находящееся и свободном состоянии,
2) status civitatis, принадлежащее к римскому гражданству,
3) status familiae, занимающее особое положение в римской семье в качестве
persona sui juris, т.е. обладающее завершенной дееспособностью;
дополнительно подразумевалось, что все эти характеристики относятся к человеку
не моложе 25 лет по возрасту, а также к лицу мужскою пола, не подвергшемуся
законным запретам и ораничениям по религиозным и другим основаниям.
По своему содержанию состояние полной правоспособности в частноправовой сфере
включало в себя несколько наиболее существенных элементов: 1)jus conubii - право
вступать в полноценный, признанный законом брак, рождающий для всех членов семьи
равные и предусмотренные
20
законами выгоды и последствия; 2) jus commcrcii - право участвовать в
коммерческом обороте, выступать субъектом вещных и обязательственных нрав,
вступать в различные преду смотренные сделки; 3) testamenti factio - обладание
завещательной способностью, т.е. правом распоряжаться своим имуществом и правом
получать по завещанию; 4) legis actio - право подавать законные иски и
соответственно пользоваться предусмотренными квиритским правом формами охраны
своих интересов. Вес эти совокупности правомочий были настолько важны для
римского гражданина, что нередко само состояние гражданства характеризовалось
через наличие (или отсутствие) у лица права вступать в законный римский брак,
права заключать сделки по требованиям цивильного права и т.д.
Отсутствие однозначного обладания каким-либо из трех важнейших статусов
гражданского права могло дать основу для юридического спора. Состояние свободы
(или несвободы), положение в римской семье (самовластное или подвластное) могли
быть установлены с помощью судебного процесса по частным искам; были выработаны
специальные иски - средства защиты или оспаривания статуса. Не мог
устанавливаться судом только статус гражданства - принадлежность к римскому
гражданству определялась публично-правовыми средствами и публично-правовым
порядком гарантировалась.
Не подлежал оспариванию также объем гражданских прав лица в зависимости от
возрастной, половой и сословной характеристики субъекта. Женщины, даже будучи
римскими гражданками, не обладали полной правоспособностью, невзирая на
положение в семье, и никогда не могли претендовать на таковое. Безусловным
отсутствием полноценной правоспособностью характеризовались несовершеннолетние в
гражданско-правовом смысле (даже если в отношении публичного права они были
полноправными гражданами). Не могли претендовать на caput гражданского права
лица, находившиеся в другом сословном положении, определяемом как общим
гражданским публично-правовым статусом этих лиц, так и их происхождением.
Особое явление с особыми юридическими последствиями составляло т.н. умаление
чести вследствие бесчестья (infamia). Это явление распространялось на римских
граждан и фактически ограничивало их правоспособность Бесчестье могло наступать
гго основаниям фактическим и по законным. Фактическое бесчестье вытекало из
нравственного осуждения обществом равных морального облика или поведения лица
(не пойманный вор, распутник, карточный шулер). В формально-правовом отношении
это было как бы ггревснтивнос лишение равноправия: лицо, характеризующееся как
turpitude, устранялось из числа возможных свидетелей, от вообще решения
общественно нравственных вопросов, возможных опекунов, кандидатов в должностные
лица; turpitude создавало вгюлне достаточное основание для лишения данного лица
прав наследства. Законное бесчестье на-
21
ступало в силу конкретного распоряжения закона или вообще гражданского права.
Оно могло быть (1) непосредственным или (2) опосредованным. Непосредственное
законное бесчестье (mfamiajuris immediata) следовало в случае причастности к
образу жизни или поведению, осужденных законом:
проституция, ростовщичество, занятие сценическими искусствами, позорная отставка
солдата и т.н. и не требовало никаких индивиду ально-иравовых постановлений.
Опосредованное законное бесчестье наступало (infamia juris mcdiata) в качестве
индивидуально го акта но приговору суда вследствие совершения некоторых
уголовных преступлений (как сопутствующее основному наказанию) или вследствие
неисполнения ряда частноправовых обязательств, отнесенных к особому типу
позорящих, а также обязанностей но опеке- Результатом бесчестья (вне зависимости
от его конкретного вида) была потеря публичных прав - на занятие почетных
должностей, на место при играх или религиозных церемониях, а также ряда частных
нрав, прежде всего, наследования.
Умаление чести могло быть пожизненным или временным. В любом случае
восстановление се могло быть реализовано либо только тем же властным органом,
который наложил в свое время бесчестье, либо верховной властью от имени римского
народа.
Ограничение прав римского гражданства, не следующее из правового лишения его
либо из умаления чести, могло последовать также но обстоятельствам религиозным
или по признаку пола. Несоблюдение требований языческой религии в классическую
эпоху с необходимостью влекло общественное осуждение turpitude с общими для
этого правовыми последствиями. В эпоху христианства как господствующей религии
состояние римского гражданства подразумевало и обязательное исповедание только
христианского вероучения, причем в официально-каноническом, признанном
государственной властью виде. Соответственно язычники, еретики и разного рода
отступники от канонического христианства, иудеи и т.д. ни в каком случае не
могли пользоваться нравами римского гражданина. Таким образом, внутренние
подразумеваемые требования к обладателю римского гражданства придавали этому
институту не чисто правовой, а дополнительно своего рода этнически-элитарный
смысл. Ограниченное понимание прав римского гражданина связывалось также с
половой квалификацией: женщины могли обладать нравами римских граждан, но
содержание этих нрав было иным, чем у мужчин.
Правовые категории лиц в зависимости от состояния свободы
Согласно отправным принципам римского нрава, "главное деление в отношении
правового положения людей в том, что все люди свободные или рабы. Из свободных -
одни с рождения, другие - отпущенные. Свободнорожденные все, кто родились
свободными, освобожденные - те, кто от
пущен из нравоустановленного рабства". Таким образом, в зависимости от status
libertatis лица в интересах частного права разделялись на три класса:
свободные (это качество было безусловно обязательным для обладания римским
1т>ажданством и полной правоспособностью), рабы и вольноотпущенники.
Рабы (servi) представляли низшую категорию общества не только но своему
реальному жизненному положению, но и в отношении признаваемых за ними прав. Раб
не признавался самостоятельным субъектом частного права, он не обладал

<< Пред. стр.

страница 2
(всего 11)

ОГЛАВЛЕНИЕ

След. стр. >>

Copyright © Design by: Sunlight webdesign