LINEBURG


<< Пред. стр.

страница 4
(всего 6)

ОГЛАВЛЕНИЕ

След. стр. >>

По мнению В. Франкла, главное стремление человека - найти или понять смысл своего существования. Если это сделать не удается, то человек ощущает фрустрацию или экзистенциальный вакуум (пустоту, бессмысленность существования). В.Франкл считает, что не человек ставит вопрос о смысле жизни, а жизнь ставит этот вопрос перед человеком, и ему приходится постоянно отвечать на него не словами, а делами.
Сторонники экзистенциальной терапии утверждают, что обретение смысла существования доступно каждому нормальному человеку, независимо от пола, возраста, интеллекта, характера, окружающей среды, религиозных и идеологических убеждений. При этом экзистенциалисты подчеркивают, что научить этому нельзя, так как смысл существования всегда индивидуален и каждый человек должен сам его найти или понять и не уходить от ответственности за осмысление своей жизни перед собой и перед другими в любых жизненных обстоятельствах.
Что же позволяет человеку самостоятельно найти свой жизненный смысл? Экзистенциалисты считают, что таким путеводителем является совесть, которую В.Франкл называет органом смысла, а способность самостоятельно находить этот смысл - самотрансценденцией человека.
По мнению экзистенциалистов, человек может найти смысл своего существования только выйдя за пределы своего личного Я, переключая внимание с внутренних переживаний собственной персоны на реальную действительность, на активное сотрудничество, на практическую помощь другим. Чем больше человек выходит из пассивного переживания своих проблем наружу (на активную полезную деятельность, помощь другим), тем более полноценным и психологически здоровым он становится.
Известно много исторических примеров, когда люди, имеющие высокие жизненные цели, веру, идеологическую убежденность и пр., значительно легче переносили чрезвычайно тяжелые условия и лишения. Это и протопоп Аввакум, и Эрнст Тельман, и многочисленные узники фашистских и сталинских концлагерей. Это и сам В.Франкл, мужественно переживший Освенцим и Дахау. Он считал, что в этих невыносимых для многих людей условиях преимущество получали те, кто концентрировал свои мысли и чувства не на тоске по прошлому и не на сегодняшних личных переживаниях, а на будущем, на практическом осуществлении смысла своего существования ради более высоких целей, дел и для помощи другим.
Именно экзистенциальный вакуум (ощущение пустоты и бессмысленности жизни) не позволяет индивиду достойно выстоять перед жизненными катаклизмами.
Даже в объективно комфортных жизненных условиях люди, не нашедшие смысла своего существования вне самокопаний и гипертрофированного восприятия внутриличностных проблем, начинают страдать усугубляющимися неврозами, становятся более подверженными алкогольным и наркотическим зависимостям. В.Франкл утверждает, что 90% алкоголиков и 100% наркоманов стали таковыми из-за не найденного ими или утраченного смысла жизни Эти зависимости возникают из-за необходимости заполнить этот вакуум иллюзией удовлетворения и самодостаточности. То есть, не получив реального удовлетворения, человек заменяет его иллюзорным, за счет химического воздействия на свою нервную систему. А проблемы так и остаются нерешенными и продолжение иллюзии удовлетворения требует продолжения алкогольного или наркотического воздействия. Образуется порочный замкнутый круг.
Но даже если человек, не нашедший смысла жизни вне собственной персоны, не становится наркоманом, то он уходит в неврозы бездеятельных внутриличностных переживаний и в поиск каких-то временных удовольствий, избавляющих от гнетущего чувства бессмысленности своего существования. При этом происходит парадоксальный процесс - рефлексия, концентрация внимания на собственной персоне в поисках счастья (или по крайне мере ухода от несчастья) уводит от возможности обретения этого счастья все дальше и дальше.
Исходя именно из этой гипотезы, Франкл разработал оригинальный вид психотерапии, который он назвал в широком смысле логотерапией, а ее конкретные методы дерефлексией (то есть противодействием рефлексии, как бесполезному самокопанию), парадоксальной интенцией (парадоксальным намерением) и др.
Итак, рассмотрим два вышеупомянутых и, пожалуй, основных метода логотерапии: парадоксальную интенцию и дерефлексию при преодолении неврозов навязчивых состояний и фобий (навязчивых, преувеличенных страхов).
Считается, что классические характеристики механизмов образования фобий и неврозов навязчивых состояний даны Фрейдом. Подход Франкла не противоречит им, но достаточно наглядно дополняет их.
Механизм образования фобий Франкл описывает по схеме: страх порождает страх. То есть данный индивид, испытавший какой-то страх, начинает бояться и того, что этот страх может повториться. Он уже боится не первопричины страха, а самого страха, вызванного этой причиной. Он боится вновь испытать это состояние, так часто думает об этом, что сама эта боязнь (ненормальность, болезненность которой он сознает) становится причиной его постоянных переживаний.
В тяжелых случаях такой человек может вообще отказаться от выхода из дома, от входа в закрытые помещения, от взгляда с высоты.
Более часты менее опасные и легче преодолимые страхи публичных выступлений, предстоящих экзаменов, соревнований и другие. Однако и здесь возникают труднопреодолимые барьеры. Так, существует большое количество спортсменов, которые на протяжении многих лет на соревнованиях не могут даже приблизиться к результатам, которые они давно и легко показывают на тренировках. Такие люди на каком-то этапе смиряются с тем, что в определенных условиях у них обязательно возникнет страх, тревога, которые помешают им действовать как надо и они должны потерпеть неудачу. Чтобы избежать этого, они отказываются от соревнований, экзаменов, поиска лучшей работы, жизненного партнера и вообще - лучшей жизни.
В широком смысле (иллюстрируя основную идею Франкла) можно сказать, что человек очень часто становится несчастным, больным, одиноким, безработным, бедным именно от страха стать несчастным, больным, одиноким и т.д. То есть, еще не став тем, кем он боится стать, он уже живет его эмоциями, страхами и страданиями, входит в его образ и в конечном итоге таким и становится. (На «противоходе» этому процессу строится имаготерапия (от image - образ), когда индивид вживается в образ своего лучшего Я - такого человека (здорового, счастливого, уверенного в себе и т.п.), каким он хотел бы себя видеть.)
Однако здесь происходит парадоксальная реакция - чем сильнее индивид подавляет в себе навязчивое состояние, старается отторгнуть его, тем сильнее оно оказывает на него давление.
Франкл предлагает использовать этот парадоксальный механизм в противоположном направлении. То есть индивид должен постараться внушить себе, что он очень хочет испытать как можно более ярко то чувство, которое он до этого стремился во что бы то ни стало подавить, забыть, уничтожить.
Другой, не менее популярный метод логотерапии Франкла -дерефлексия, то есть преодоление рефлексии - болезненного самокопания, неврозов навязчивых состояний.
Этот метод часто используется при лечении неврозов, связанных с различными сексуальными расстройствами и проблемами или с боязнью таких расстройств и проблем. Как правило, это проблемы потенции и оргазма (или страхи импотенции, фригидности и пр.).
Франкл утверждает, что большинство неврозов навязчивых состояний сексуальных расстройств связано со стремлением клиента к сексуальному удовольствию и боязнью того, что он его не сможет получить. То есть вновь иллюстрируется основная идея Франкла - именно в погоне за счастьем (наслаждением) человек теряет его. Индивид уходит в рефлексию, и вместо того, чтобы полностью отдаться сексуальному контакту, он постоянно наблюдет себя со стороны, анализирует свои ощущения с опасением того, что у него ничего не получится.
Отсюда Франкл делает вывод, что избавление от такого невроза лежит через преодоление рефлексии (дерефлексию), полное самозабвение и самоотдачу.
Надо сказать, что причисление различных видов психотерапии к гуманистическому направлению неоднозначно трактуется разными авторами.
Некоторые из них вполне обоснованно причисляют сюда и гештальттерапию и трансакционный анализ. Не будем спорить. Главное - это сама суть гуманистической психологии и психотерапии, которая в центр внимания ставит целостную уникальную личность каждого конкретного индивида.
Вопросы для самопроверки
1. В чем сущность гуманистической психотерапии?
2. Какие авторы внесли наибольший вклад в развитие этого направления?
3. Что такое терапия, центрированная на клиенте?
4. Перечислите основные взгляды А. Маслоу.
5. Что такое экзистенцильная психотерапия?
НЕЙРОЛИНГВИСТИЧЕСКОЕ ПРОГРАММИРОВАНИЕ (НЛП)
НЛП - одно из наиболее популярных в настоящее время направлений психотерапии, зародившееся в начале 70-х годов. Его основоположниками считаются Ричард Бэндлер и Джон Гриндер. Они в свою очередь признают, что отправной точкой их работы стало обобщение опыта Федерика Пёрлза, Вирджинии Сатир и Милтона Эриксона.
Однако принципиальная схема терапевтического воздействия НЛП существовала с незапамятных времен, когда жрецы, шаманы, целители, а также некоторые властители и полководцы использовали «магическую» силу слова, способного в соответствующих условиях и состояниях вызывать изменение сознания и поведения. Этот механизм используется и во внушении (включая гипноз), и в самовнушении (от традиционного аутотренинга до самогипноза).
Теоретическое обоснование такого воздействия прекрасно представлено в трудах И.П.Павлова, В.М.Бехтерева, К. И. Платонова и других выдающихся отечественных и зарубежных физиологов, психологов и психотерапевтов. Так, Павлов писал: «Слово, благодаря всей предшествующей жизни взрослого человека, связано со всеми внешними и внутренними раздражениями, приходящими в большие полушария, все их сигнализирует, все их заменяет и потому может вызвать все те действия, реакции организма, которые обусловливают те раздражения».
В НЛП механизм воздействия слова сочетается с различными физическими «закрепителями» (якорями), что также соответствует механизмам сочетанного рефлекса по В.М.Бехтереву или условного рефлекса по И.П.Павлову. (Как мы знаем, их труды, особенно условно-рефлекторная теория и исследования И.П.Павлова, очень высоко ценятся и интенсивно используются в США.)
И все же о нейролингвистическом программировании в его современном виде можно говорить как о самостоятельном направлении психотерапии.
Согласно НЛП, у каждого человека есть преобладающий канал приема информации: модальность. То есть, хотя любой нормальный человек воспринимает мир всем спектром органов чувств: и слухом, и зрением, и обонянием, и мышечно-двигательно (кинестетически) и т.д., однако у одного человека ведущей модальностью является зрительное восприятие, у другого -слуховое (а другие - дополняют их).
Причем внутри этой ведущей модальности специалисты НЛП видят дальнейшую градацию признаков, уточняющих индивидуальные особенности приема и переработки информации.
Для уточнения доминирующего канала, направленности и особенностей приема информации в НЛП большую роль играет анализ типов сканирующего движения глаз.
Так, сканирующее движение глаз показывает, какой репрезентативной системой получения информации человек пользуется в определенные моменты.
Считается, что движение глаз вверх-налево сигнализирует о процессе извлечения из зрительной памяти эйдетических (наглядных) образов.
По классификации НЛП выделяют восемь основных типов (паттернов) направлений движений глаз и соответствующих им репрезентативных систем:
1) сканирующее движение глаз вверх-налево - зрительный эйдетический образ;
2) вверх-направо - зрительный конструируемый образ;
3) прямой расфокусированный (не сосредоточенный внимательно на внешнем объекте) взгляд - представляемый зрительный образ;
4) глаза на среднем уровне направо - слуховое конструирование;
5) глаза на среднем уровне налево - слуховые образы;
6) глаза прикрыты, взгляд обращен в себя - внутренний диалог;
7) глаза вниз и налево - слушание телефонного типа;
8) глаза вниз и направо - кинестетические ощущения, чувства.
Уточнению преобладающей репрезентативной системы способствует контент-анализ (анализ содержания) употребляемых клиентом сенсорно-специфических терминов. Например, употребление слов типа глядеть, видеть, рисовать, показывать, яркий, красный (или другой цвет) и т.п. характерно для визуальной репрезентативной системы. Для преобладания кинестетической (мышечно-двигательной) репрезентативной системы типичны такие слова: трогать, теплый, мягкий - жесткий, гладкий - шершавый, почувствовать, схватить, погладить, потрогать и т.д. При преобладающем слуховом восприятии преобладают слова: громкий - тихий, шумный, мелодичный, слышать, кричать и т.п.
Доминирование в употреблении соответствующего типа сенсорно-специфических слов указывает на основную для данного индивидуума (первичную) репрезентативную систему, то есть сенсорную систему восприятия, которая используется данным человеком чаще, чем другие.
Для того чтобы установить наиболее эффективный контакт с клиентом, психотерапевт должен выявить его доминирующую систему восприятия (модальность) и использовать преимущественно вербальное (словесное) или невербальное (язык мимики и жестов) общение. Причем при вербальном общении он должен опираться на термины, наиболее типичные для выявленной первичной модальности, характерные для нее термины или действия.
Психотерапевт осуществляет подстройку к первичной репрезентативной системе клиента и только после этого начинает внедрять в установившийся контакт стратегию необходимых изменений поведения и состояния клиента.
Одну из причин отсутствия между супругами взаимопонимания и сексуальной неудовлетворенности специалисты НЛП видят в том, что супруги имеют различные первичные репрезентативные системы и не умеют осуществлять подстройку друг к другу.
Одним из ключевых рабочих терминов НЛП является понятие «якорь», под которым подразумевается какое-то специфическое ощущение (например, нажатие на плечо, руку, колено), переживание клиентом соответствующего состояния. Специально вызывая или «подкарауливая» это состояние, психотерапевт каждый раз закрепляет его якорем (т.е. мышечным или другим фиксированным ощущением). При таких повторах устанавливается условно-рефлекторная связь между якорем и нужным состоянием, и в дальнейшем уже одно использование якоря будет вызывать это состояние.
Итак, первой задачей психотерапевта НЛП является выявление ведущей у данного клиента репрезентативной системы восприятия и общения. Далее психотерапевт должен подстроиться к выявленной доминирующей системе, то есть заговорить с клиентом на его языке.
Затем надо уточнить, какие нежелательные состояния и их поведенческие проявления нуждаются в терапевтической коррекции.
Обычно это делается поэтапно следующим образом.
Первый этап
Выявление характерного признака (внешнего ключа) искомого нежелательного состояния.
Второй этап
Закрепление этого состояния якорем.
Третий этап
Закрепление якоря при регулярных повторениях его одновременно с появлением нежелательного состояния. Для этого клиента просят пуститься в обратный путь по своей памяти, вспоминая как можно ярче ситуации, порождавшие именно эти нежелательные чувства. Ощутив эти состояния, клиент сигнализирует о них психотерапевту, который закрепляет их якорем.
Четвертый этап
Психотерапевт возвращает клиента в настоящее время, создает чувство безопасности и удовлетворения, просит его изложить свою версию о том, чему его научило это путешествие в прошлое.
Лишь после выяснения и доведения до сознания клиента причин возникновения нежелательных состояний и поведенческих реакций начинается работа по рефреймингу (переформированию).
Рефрейминг распределяется по шести этапам (ступеням).
Первая ступень
Задача первой ступени - убедиться, что вы точно локализовали нежелательное поведение или внешний симптом нежелательного состояния клиента или неконтролируемый им физиологический симптом.
Вторая ступень
На второй ступени психотерапевт входит в контакт с психологической частью клиента, порождающей нежелательное поведение или симптомы. Именно с этого начинается наведение моста между сознательной и бессознательной сферами психики клиента.
Клиенту рекомендуется начать сосредоточенное проникновение в свой внутренний мир с вопросом: «Хочет ли психологическая часть меня, порождающая это поведение, говорить со мной?» Прислушиваясь к ответу на этот неоднократно обращаемый к себе вопрос, клиент старается чутко улавливать и запоминать любые реакции (ощущения, зрительные образы, чувства, слова, непроизвольные действия), возникающие в его внутреннем мире.
При этом психотерапевт не только анализирует впечатления клиента, но и следит за любыми поведенческими реакциями и симптомами, которые нередко не замечаются или неправильно фиксируются клиентом.
Третья ступень
На третьей ступени необходимо отделить намерения от их поведенческого проявления, а затем установить и проанализировать связь между намерением и соответствующей ему или искаженной поведенческой реакцией. Задача состоит в том, чтобы обнаружить намерение, стоящее за поведением.
Предложите клиенту спросить свою психологическую часть, ответственную за это поведение. «Что ты стараешься сделать для меня?» Ответ может прийти не только в словах, но и в зрительных образах, ощущениях, чувствах и пр.
Психотерапевт строит свои вопросы, поэтапно проникая вглубь причин, порождающих нежелательные состояния и модели поведения. Так, например, если клиент скажет, что какая-то его психологическая (психическая) часть говорит ему: «Я не позволю тебе вступать в сексуальные отношения», вы просите его задать этой части следующий вопрос: «Почему ты запрещаешь мне это?»
Здесь может быть получен уже более рациональный ответ типа «Потому что, если ты меня не послушаешь и вступишь в сексуальные отношения, тебе будет причинен вред и станет плохо». То есть мы видим, что за первой реакцией запрета стоит реакция защиты.
Четвертая ступень
Психотерапевт помогает клиенту найти три новых способа удовлетворить намерение. Для этого клиент обращается к своей креативной (творческой) части с задачей найти или изобрести три новых, более приемлемых варианта удовлетворения желания.
Если не удается обнаружить творческую часть - психотерапевт должен сформировать ее. Обычно это делается с помощью воспоминания ситуаций, в которых клиент проявлял себя творчески-находчиво. Как только такую ситуацию удается возродить в памяти клиента, психотерапевт закрепляет ее якорем (то есть каким-то условным касанием, движением, словом), который будет помогать связываться с творческой частью клиента.
Желательно, чтобы клиент сам нашел свою креативную (творческую) часть, а затем разработал три новых способа удовлетворения потребности. Психотерапевт должен выполнять здесь лишь роль консультанта, стимулятора. Однако нередки случаи, когда у клиента не хватает самостоятельности для решения этой задачи. В этих случаях (и только в этих случаях) психотерапевт сам предлагает клиенту целесообразные варианты.
Пятая ступень
На пятой ступени психотерапевт предлагает клиенту прочувствовать, что та его часть, которая ведает этим поведением, принимает, осознает найденные новые варианты эффективными и берет на себя ответственность за их применение в нужной ситуации. (Здесь очень важно не путать эту часть, ведающую данным поведением, и найденную или созданную у клиента творческую часть, разрабатывающую и предлагающую ведающей части новые модели поведения.)
Для этого клиент сначала спрашивает ведающую часть себя, согласна ли она, что новые варианты решения фрустрирующей ситуации (разработанные творческой частью) более эффективны, чем прежние, которые не приносили желаемого результата. Если ведающая часть признает это и ответит согласием, следует спросить ее, согласна ли она принять на себя ответственность за реализацию новых моделей поведения в прежних ситуациях.
Если эта часть не соглашается, что новые возможности лучше, чем первоначальное поведение, предложите клиенту попросить ведающую часть приблизиться к творческой части и поработать с ней вместе, чтобы лучше понять открывающиеся новые возможности. То есть клиент играет в игру, в которой он отстраняется от неполучающегося решения проблемы, передавая ее на обсуждение убеждающей и возражающей частям своего Я.
В этом нет ничего странного - ведь фактически мы постоянно спорим сами с собой по разным вопросам, сами себя убеждая и опровергая в поисках удовлетворительного решения. Авторы НЛП считают, что такой внутренний спор будет более конструктивным, если мы устранимся от спорящих частей и сможем менее эмоционально и более трезво рассмотреть со стороны доводы наших внутренних оппонентов.
Если все же ведающая часть так и не примет доводов творческой части и не возьмет на себя ответственности за применение новых моделей поведения, психотерапевт предлагает (и помогает) клиенту найти в себе другую психологическую часть, которая согласится это делать.
Шестая ступень
На шестой ступени проводится так называемая экологическая проверка. Для этого психотерапевт предлагает клиенту спросить себя, не сопротивляется ли какая-нибудь его часть проводившимся рабочим переговорам разных частей. Если согласие частей достигнуто, считается, что задача данной ступени выполнена и можно идти дальше. Если же какая-то часть не удовлетворена этими переговорами, психотерапевт вместе с клиентом возвращаются по пройденным шагам, для того чтобы отделить намерение клиента к осуществлению данного процесса от каких-то частных возражений, определить причины этого сопротивления и попытаться устранить их.
Только когда экологическая проверка показывает отсутствие сопротивления всех задействованных (двух и более) частей к их рабочему взаимодействию, процесс считается завершенным.
Приведенная поэтапная схема реализации НЛП наиболее типичная, однако далеко не единственная.
В настоящее время в практике НЛП применяется большое количество вариантов в зависимости от конкретно сформулированных целей. Тем не менее можно сказать, что все они так или иначе укладываются в приведенную схему.
Психотерапевту при семейном консультировании особенно важно уметь выявить у супругов различие модальностей (репрезентативных систем) и, приняв на себя роль переводчика, помочь им лучше понять друг друга, а в дальнейшем обрести способность лучше понимать язык другого и заблаговременно учитывать сигналы нарастающего конфликта, чтобы предотвращать его или, если уж он произошел, - легче преодолевать.
Вопросы для самопроверки
1. В чем сущность НЛП?
2. Назовите и кратко охарактеризуйте основные рабочие термины НЛП
3. Что такое ведающая (первичная) модальность?
4. Что такое якорь и как он используется?
5. Что такое рефрейминг и в чем его сущность?
6. Перечислите и кратко охарактеризуйте шесть ступеней рефрейминга.
МЕДИТАТИВНАЯ ПСИХОТЕРАПИЯ
Медитативная психотерапия обычно не выделяется как самостоятельное психотерапевтическое направление. Но в связи с тем, что элементы медитации широко используются или могут быть использованы во многих других психотерапевтических направлениях, мы считаем целесообразным рассмотреть ее отдельно.
Слово медитация, хотя и привнесено в психотерапию с английского языка, где meditation означает размышление, но смысл его взят из буддизма и отражает состояние отрешения от суеты, пассивного созерцания, течения собственной мысли.
В настоящее время термин медитация применяется настолько широко, что имеет множество оттенков, поэтому ни одно определение не устраивает всех специалистов этого метода.
На наш взгляд толкование термина «медитация» наиболее хорошо изложено Н.Линде («Психотерапия в социальной работе», М., 1992). Сравнивая его с другими базовыми понятиями психотерапии - деятельностью и общением, Н.Линде пишет:
«Если деятельность - это всегда взаимодействие субъекта (S) с объектом (О), где всегда вся активность (познающая, использующая, преобразующая и т.д.) принадлежит субъекту, то в случае общения происходит взаимодействие субъекта с равноправным ему субъектом и активность в равной мере принадлежит обеим сторонам.
В случае же медитации нет второй стороны, нет деятельности и нет общения, субъект не рефлектирует, беседуя с самим собой, он просто становится собой».
Сторонники медитации утверждают, что она благодаря освобождению от мешающих суетных мыслей и эмоций приводит к просветлению, озарению (чаще всего - к молниеносному интуитивному), так называемому инсайту. Этот процесс они характеризуют как развитие самого человека, как процесс познания себя, других и окружающей (а иногда и потусторонней) действительности. Происходит скачкообразный (от озарения к озарению) рост личности, приобретающей ранее недоступное новое, более совершенное знание.
В некоторых классических направлениях буддизма медитация происходит в процессе концентрации сознания в одной точке. При этом совершенствуется способность к максимальному освобождению сознания от потока образов и мыслей. Одновременно совершенствуется процесс все более полной релаксации (психомышечного расслабления).
Задачей каждого такого сеанса является все более глубокое и длительное (стабильное) обретение внутреннего покоя и гармонии, стабилизация сознания, максимальное освобождение от психомышечного напряжения, любых (не только негативных) эмоций и мыслей, психического напряжения и достижение предельно уравновешенного состояния.
Постепенно эта сосредоточенность сознания должна уходить от фиксации на конкретном объекте - точке, которая на начальном этапе помогает освободить сознание от посторонних, суетных раздражителей.
Выполнив свою роль «громоотвода», «точка» сама становится ненужной. То есть взгляд медитирующего может оставаться на ней, но уже не замечая ее.
Начинается этап совершенствования способности «отпускать» свое очищенное от суеты и конкретных мыслей сознание в «свободное плавание». При этом сам «корабль нашего сознания», отпущенный в свободное плавание, не аморфный, а достаточно прочный - наше сознание, свободно перемещаясь с объекта на объект, не «цепляется» за эти объекты, как утопающий или как любопытный, а царственно проплывает над ними, спокойно и уверенно защищенное от суеты конкретных образов и мыслей.
Можно сказать, что медитация - концентрация сознания на отрешении от суеты конкретных образов и мыслей с целью обретения и совершенствования состояния внутренней гармонии в единстве с гармонией мира. Природы, Вселенной. Это такое состояние сознания, когда все духовные силы находятся в равновесии, так что ни одна мысль, ни одна склонность не может доминировать над другими.
В этом состоянии человек обретает устойчивое равновесие в противовес состояниям зависимостей от мыслей, чувств, людей и привычек. Крайним (противоположным медитации) проявлением этих зависимостей являются страсти, нервно-психические состояния и поведенческие реакции, от которых человек страдает, хотел бы освободиться, но не может. К таким зависимостям можно отнести и большинство неврозов (или наоборот - неврозы отнести к зависимостям).
А так как главной задачей любого направления классической психотерапии является максимально возможное освобождение человека от неврозов и других мешающих ему зависимостей, то мы видим, что медитативная терапия, используя свои средства и методы, направлена на решение этой общей психотерапевтической задачи.
На первых занятиях практически невозможно обрести способность полного освобождения сознания от конкретных образов и мыслей. Это процесс длительный. Поэтому вначале нужна тренировка концентрации сознания на каком-нибудь удобном для клиента и не раздражающем образе или мысли, используя их «как громоотводы» от других, менее приятных и более суетных объектов внимания. В это же время начинается тренировка сначала активного, а потом все более ненасильственного удержания сознания на выбранных объектах, стараясь, чтобы оно все реже перескакивало на «непрошенные» мысли.
Перечислим кратко суть основных этапов медитативной тренировки.
Надо сказать, что последовательность этих этапов не жесткая. Нередко они применяются в различных комбинациях друг с другом. В этом случае их можно рассматривать не как этапы, а как упражнения или подходы.
Первый этап
На первом этапе освоения техники медитации лучше направлять внимание занимающегося на ощущения, которые он может контролировать и регулировать физически. Они легче, чем мысли, поддаются наблюдению и удержанию на них внимания.
Чаще всего для этого используется направление внимания клиента на процесс своего дыхания: слежение за всеми ощущениями, сопровождающими вдох, выдох, контроль за спокойным ритмом дыхания с одновременным расслаблением мышц.
Второй этап
В классической йоге (а сейчас и почти во всех техниках медитации) к этим дыхательным упражнениям добавляются так называемые мантры, простейшими, древнейшими и наиболее эффективными из которых считаются мысленные произнесения при выдохе слов «ОУМ» (в переводе - абсолют) или «ОЛЕ» (один). Некоторые терапевты рекомендуют произносить эти мантры (назовем их - камертоны) вслух.
Это простейшие мантры, которые в дальнейшем во многих медитативных техниках существенно усложняются. Однако психотерапевт должен помнить, что любое усложнение процедуры должно быть оправдано повышением ее эффективности и рассматриваться с учетом конкретной задачи и индивидуальных особенностей клиентов.
Третий этап
В дальнейшем (а некоторые терапевты сразу начинают с этого) клиентам предлагают просто спокойно следовать своим мыслям, не прогоняя их и не принимая близко к сердцу, наблюдая их как бы со стороны и все более отстраняясь от них эмоционально.
Этот подход учитывает присущий всем нам дух противоречия, когда запрет думать о чем-то нередко еще глубже фиксирует мысль на запрещенном объекте.
Такое упражнение применяется не во всех случаях, а лишь когда не удается устраниться от мешающих мыслей. Тогда человек делает вид, что умышленно поддается им («ну хорошо, давай подумаем об этом»), а сам постепенно тренирует в себе все более монотонное, автоматическое, притупленное (все менее эмоциональное) следование этой мысли, постепенно отстраняясь от нее как от постороннего объекта.
Четвертый этап
Хотя этот прием давно известен в медитациях, в последнее время он распространился под названием имаготерапии (терапии воображением), когда для уменьшения тревожности и стресса клиенту предлагается представить самого себя в зоне комфорта и полной защищенности. При этом его внимание сосредоточивается на все более отчетливом видении себя самого в образе олицетворения спокойствия и удовлетворения.
В настоящее время имаготерапия часто применяется как самостоятельное психотерапевтическое направление или включается как технический прием в гештальттерапию, психосинтез, поведенческую терапию и пр.
В настоящее время широко применяются не только пассивные, но и активные методы медитации. В данном случае определенные движения выполняют или усиливают роль мантр (камертонов) с целью отвлечения от мешающих и суетных образов и мыслей и включения свободного от конкретики сознания в состояние внутренней и внешней гармонии.
Одним из известных активных методов является так называемая мандала-медитация. Она состоит из нескольких ступеней.
(Продолжительность активного освоения каждой ступени -15 минут.)
Первая ступень
Пробуждение энергии
Бег на месте с максимально высоким подниманием колен (глаза открыты). Темп бега и высота подъема колен подбираются исходя из индивидуального состояния здоровья занимающихся.
Инструктор просит сосредоточить внимание на глубоком и ровном дыхании.
Вторая ступень
Чтобы пробужденная энергия попала в нужный центр, следует сесть с закрытыми глазами, полностью расслабиться и мягко покачиваться. Обратить особое внимание на полное расслабление мышц лица.
Мышцы челюстей полностью расслаблены, рот свободно полуоткрыт (как у спящего), веки не подрагивают, лицо выражает спокойствие и комфорт.
Третья ступень
Направление энергии к «третьему глазу». Для этого рекомендуется лечь на спину и вращать открытыми глазами по часовой стрелке, делая полные обороты глазами, все быстрее и быстрее.
Все тело полностью расслаблено, особенно лицо, рот естественно полуоткрыт (как у спящего), расслаблен, голова совершенно неподвижна, дыхание легкое, спокойное.
Четвертая ступень
Прекратите все движения, закройте глаза и прочувствуйте максимально полное расслабление и спокойствие и пребывайте в спокойствии.
Американский психолог Р.Найдиффер предлагает различные варианты активной медитации с элементами спорта, особенно циклических видов.
Монотонный ритм движений и дыхания длительного бега, ходьбы на лыжах, гребков в плавании или в гребле, езды на велосипеде и даже просто ходьбы может выполнять роль мантры-камертона, сосредоточение на которой сначала служит «громоотводом» от раздражающих и суетных мыслей, а затем помогает обрести гармонию психофизического состояния.
Разумеется, интенсивность таких нагрузок должна подбираться с учетом психофизического состояния.
В так называемой активной релаксации мы (А.Н.Романин с сотр., 1986) применяем индивидуально подобранные и постоянно совершенствуемые комбинации активной медитации с формулами самовнушения.
Вопросы для самопроверки
1. Что такое медитация?
2. В чем сущность медитативной психотерапии?
3. Опишите отношение медитации к инсайту.
4. Перечислите кратко основные этапы (ступени) медитации.
5. Приведите собственный пример активной медитации.
ГРУППОВАЯ ПСИХОТЕРАПИЯ
Несмотря на то, что мы в различных разделах уже затрагивали элементы и упражнения групповой терапии, она настолько популярна, что заслуживает подробного самостоятельного рассмотрения. Поэтому приносим извинения за некоторые повторы. К тому же читателям полезно ознакомиться с различными определениями и подходами к групповой психотерапии наиболее известных теоретиков и практиков.
Групповая психотерапия в настоящее время очень популярна и имеет множество определений.
Важно отличать групповую психотерапию как форму проведения учебных и психокоррекционных занятий во многих других направлениях психотерапии (поведенческая терапия, психодрама, гештальт, психосинтез и др.) от групповой психотерапии как самостоятельного психотерапевтического направления, в котором могут применяться элементы других видов психотерапии, но которое принципиально отличается тем, что в нем основная работа и ответственность за нее переносится с психотерапевта на саму группу и отдельных ее членов.
Эти идеи групповой психотерапии особенно близки подходам гуманистической психологии и психотерапии, хотя начало этих подходов можно увидеть и в идеях Адлера.
Впервые термин «групповая психотерапия» употребил Якоб Морено в 1932 г., обозначив этим просто психотерапию, проводимую не индивидуально, а в группах. В дальнейшем многие представители как медицинской, так и не медицинской психотерапии давали свои определения этой форме и методу.
При этом каждый акцентировал внимание на какой-то одной важной стороне этого метода. С.Крахотвил (1978) указывал на то, что при проведении групповой терапии хорошо используется процесс групповой динамики отношений и взаимодействия как по вертикали (клиентов и психотерапевта), так и по горизонтали (клиентов между собой). Хотя надо сказать, что понятия «вертикаль» и «горизонталь» здесь применяются не как в менеджменте (начальник - подчиненные), так как большинство подходов к групповой терапии подразумевает создание атмосферы взаимоотношений клиентов с психотерапевтом, которую еще Адлер называл равным партнерством.
Большинство авторов (Н.К.Липгард с сотр., 1978, С.Ледар, 1990 и многие другие) отмечают как главную заслугу этого метода именно создание атмосферы совместной активности и творческого единства как клиентов с психотерапевтом, так и клиентов друг с другом.
Иногда можно встретить употребление терминов групповая психотерапия и коллективная психотерапия. Такие известные специалисты, как Либих (1974), Вельвовский (1986) и другие, считают эти термины идентичными. Однако есть и другие мнения.
Некоторые авторы считают, что понятие коллективная психотерапия подчеркивает лишь коллективную форму занятия, содержание которого не обязательно исповедует принципы усиливающего (самоисцеляющего) эффекта использования внутренних резервов группы - «динамики группового процесса» (К.Роджерс), тогда как групповая терапия именно и строится на этом эффекте.
В.Т.Кондрашенко, В.И.Донской (1997) и многие другие авторы считают, что коллективная терапия скорее относится к массовой терапии, которая по многим параметрам далеко не идентична групповой, главным образом именно по недостаточной активизации и использованию внутригрупповых резервов самопомощи.
Однако еще В.М.Бехтерев считал, что «коллективом не может быть названо случайное скопление лиц в данный период времени в определенном месте». По его мнению, это должна быть группа людей, объединенных какой-то общей целью, настроением, задачей и т.п. Хотя это определение вполне может быть отнесено практически к любой психотерапевтической группе.
К этим спорам следует еще добавить и то обстоятельство, что в нашей политизированной педагогической и психологической литературе на протяжении десятилетий коллектив трактовался как группа высшего типа, объединенная ценностно-ориентационным единством и общественно значимой целью. Думается, что такое определение, идущее от трудов А.С.Макаренко и развитое в советской психологии под руководством А.В.Петровского и др., имеет право на существование и в современной научной литературе.
Однако сегодня, раз мы вышли в открытое общество, то для лучшего взаимопонимания с коллегами очень важно точно знать те различия, которые мы вкладываем в толкование одних и тех же терминов. Мы понимаем коллектив как наиболее высокоорганизованную, единую, активную, положительно социально ориентированную группу, а в западной психологии словом коллектив часто называется собрание людей, которым необходимо определенное объединение и включение процессов групповой динамики, чтобы быть охарактеризованным как группа.
Некоторые оппоненты приводят неопровержимые факты усиления терапевтического воздействия (главным образом, директивной терапии, самовнушения, внушения, гипноза) даже среди стихийно собранных или незнакомых (и не стремящихся к этому) людей. Действительно, у В.М.Бехтерева и других можно найти много примеров психического заражения при массовом гипнозе или в таких явлениях, как паника и даже массовые эпидемии психических заболеваний. Однако, несмотря на внешнюю общность повышения эффективности взаимовоздействия, у массовой, коллективной и групповой терапии есть и принципиальная разница.
При массовом, коллективном внушении, или психическом заражении, этот процесс происходит стихийно, нередко выходит из-под контроля и приносит не исцеляющие, а, напротив, усугубляющие последствия. (Это отнюдь не исключает возможности грамотного применения коллективного гипноза и других видов терапевтического внушения.)
Это то, что касается западного употребления (впрочем, весьма редкого) понятия коллективная терапия. Однако, как уже говорилось, за годы советской власти мы привыкли к противоположному толкованию термина коллектив, подразумевая под ним как раз не просто группу, а ее высшую форму с точки зрения единства социально значимых ценностей и путей ее достижения.
Разумеется, в этом понимании коллектив приобретает многие черты, отличающие его от обычной психокоррекционной группы, и может оказывать весьма своеобразное (причем не только усиливающее, но и сдерживающее индивидуальное развитие личности) воздействие.
В этом социальном смысле употребляемые до сих пор некоторыми нашими специалистами понятия коллектив и коллективная терапия имеют определенные достижения, оригинальные теоретические и практические подходы, которые могут претендовать даже на самостоятельное направление. Однако мы считаем, что их следует рассматривать отдельно, так как они не вписываются в традиционное понимание групповой терапии.
Что касается групповой терапии (в строгом научном толковании этого термина), то здесь процесс организован (хотя и не имеет жесткой регламентации) и направлен на совместное решение совершенно конкретных психологических проблем или их доступных этапов, о которых мы поговорим подробнее.
Групповая психотерапия - это не стихийный, а достаточно отлаженный (хотя не жесткосконструированный) процесс, имеющий много различных видов и форм осуществления и применения в различных комбинациях почти со всеми классическими направлениями современной психотерапии.
Как и у каждого психотерапевтического направления, в групповой терапии имеется набор уже устоявшихся понятий и терминов.
Начнем с такого понятия, как психокоррекционная группа.
Психокоррекционной группой называется малая (до 20 человек) терапевтическая группа, состоящая из людей, добровольно объединившихся для совместного изучения и решения общих психологических проблем как личного, так и межличностного характера.
Группа работает главным образом по принципу «здесь и теперь», то есть перенося все свои переживания и попытки их изучения и решения из прошлого в настоящее.
Наиболее популярны два типа психокоррекционных групп:
- группы тренинга умений;
- encounter-группы (группы встреч - столкновений).
Группы тренинга умений обычно центрированы на психотерапевте, то есть его руководство ощущается достаточно четко.
Encounter-группы (см. выше) переносят основную работу и ответственность на самих себя, то есть на всех участников группы.
Считается, что первым эффект положительного влияния группы на процесс оздоровления больных заметил американский врач Дж.Пратт при лечении больных туберкулезом. В процесс лечения он включал разъяснительные беседы о гигиенических правилах поведения, во время которых старался укрепить у больных веру в окончательное выздоровление. Сначала он вел эти беседы индивидуально, а затем с целью экономии времени стал проводить их с группой больных.
Через некоторое время такие беседы стали спонтанно дополняться беседами больных друг с другом, атмосферой взаимоподдержки. Такая форма общения понравилась самим больным и начала оказывать значительное психотерапевтическое воздействие, хотя это еще нельзя было назвать групповой психотерапией в современном смысле этого понятия.
Надо сказать, что эффект усиленного взаимовоздействия людей друг на друга в группах и массах отмечали многие социологи, психологи, психотерапевты и психиатры (Лебон, Фрейд, Бехтерев, Московичи и другие), однако это больше касалось стихийного воздействия (заражения) или усиления директивного (прямого) внушения (включая гипноз). Что касается применения психотерапевтического эффекта взаимодействия членов группы в недирективной психотерапии, то можно сказать, что его первыми стали использовать ученики З.Фрейда - А.Адлер, Л.Уэндер и др. Причем сам Фрейд весьма критически относился к возможности проведения психоанализа в группе, считая, что влияние и даже само присутствие группы могут исказить продуцируемую клиентом информацию.
Однако в настоящее время многие психоаналитики применяют групповой метод не только с целью экономии времени, но и считая его более эффективным (при правильном подборе группы).
И все же автором групповой психотерапии как направления и метода принято считать Якоба Морено, издавшего в 1931 г. журнал, который так и назывался «Групповая психотерапия».
В дальнейшем одним из наиболее видных представителей групповой психотерапии стал Карл Роджерс, внесший в нее много нового. Главной его заслугой считается разработка терапии гуманистического, или антиавторитарного, направления, то есть терапии, центрированной на клиенте. Он же ввел уже упоминавшееся понятие encounter-групп.
К.Роджерс в свою очередь отмечает значительный вклад Курта Левина (и в первую очередь его теории поля) в развитие теории и групповой психотерапии. Ведь именно Курт Левин задолго до возникновения этого метода групповой психотерапии утверждал, что индивидуумов легче изменять в группе, чем по отдельности. Основные идеи и методы К.Роджерса изложены в книге Л.А.Петровской «Теоретические и методические проблемы социально-психологического тренинга» (М., 1982), где автор приводит и собственные интересные взгляды на данное направление.
Хорошим пособием для применения групповой психотерапии в медицинской практике стала книга С. Кратохвила «Групповая психотерапия неврозов» (1978), многие положения которой могут быть успешно адаптированы к немедицинской психотерапии.
Значительный интерес в этом направлении представляет труд Б.Д.Карвасарского и С.Ледера «Групповая психотерапия» (1990), а также труды С.С.Либиха, А.Л.Гройсмана, Н.В.Иванова, А.И.Захарова и другие работы.
Чаще всего употребляется следующая классификация психо-коррекционных групп:
- группы для решения проблем;
-группы обучения межличностным взаимоотношениям (обычно это группы деловых людей, политиков, разного рода руководителей);
- группы роста (самосовершенствование);
- терапевтические группы.
Наиболее четко резюмировал основные характеристики психокоррекционных групп Лэкин. В своей работе, опубликованной в 1972 году, он перечисляет следующие особенности атмосферы, в которой проходит процесс групповой психотерапии:
- облегчение выражения эмоций;
- возникновение ощущения принадлежности;
- обязанность самораскрытия;
- апробирование новых навыков поведения;
- санкционированная группой свобода межличностного общения (межличностные сравнения);
- разделение с формальным лидером ответственности за руководство группой.
В настоящее время многие практики групповой психотерапии пользуются хорошо систематизированным пособием К. Рудестама «Групповая психотерапия» (1990).
Кроме уже отмеченного усиливающего психологического влияния на личность, группа позволяет моделировать (разыгрывать) различные социальные ситуации, с которыми клиент хотел бы научиться справляться. А так как в группу обычно подбираются люди с аналогичными проблемами или особенностями (кроме гетерогенных групп), то здесь налицо общая заинтересованность: помогая другому, помочь и себе самому. То есть все члены группы являются не просто зрителями, а лично заинтересованными участниками.
Мы уже описывали многие аспекты формирования и деятельности психокоррекционных групп в разделе «Бихевиористская (поведенческая) терапия». Поэтому напомним лишь основные моменты.
Итак, группы разделаются по типам: группы формирования умений и encounter-группы. Группы различаются также по форме и содержанию предстоящей терапевтической деятельности. И, наконец, группы могут объединяться для решения какой-либо узкой, но важной для каждого члена этой группы задачи или проблемы: боязнь экзамена, публичного выступления, необоснованная боязнь конкретного человека.
Следует помнить, что групповая терапия благоприятна не для всех людей и не для всех случаев. Вот здесь и требуется опыт психотерапевта, чтобы определить показания или, напротив, противопоказания к применению групповой психотерапии.
Надо сказать, что групповая терапия имеет достаточно широкий спектр применения. Однако стиль и методы работы в таких группах могут существенно варьироваться в зависимости от различия задач и проблем.
Считается, что для преодоления обычных жизненных трудностей во многих случаях достаточно пользоваться так называемой разговорной терапией, давая возможность клиенту в полной мере удовлетворить свою способность поделиться своими проблемами с понимающими собеседниками, быть принятым и с сочувствием и вниманием выслушанным ими.
Несмотря на вполне заслуженную репутацию самостоятельного психотерапевтического направления, групповая терапия успешно дружит с другими терапевтическими направлениями и методами. Так, например, при нарушениях характерологического типа большинство специалистов применяют методы гештальттерапии. а также психодрамы. Бихевиористская психотерапия хорошо применяется в группах тренинга умений и при психокоррекции определенных фобий (навязчивых страхов). Недирективная групповая психотерапия часто используется при профилактике и лечении алкоголизма и других зависимостей и т.д.
Не рекомендуется принимать в терапевтические группы лиц, страдающих различного рода психозами и отличающихся низким интеллектом. Лица со сниженным интеллектом плохо вписываются в обсуждение проблем, постоянно уточняют те детали, которые другим ясны.
Они заставляют других членов группы отвлекаться на разъяснение им очевидных для других вещей, то есть мешают образованию группы единомышленников.
Лица, страдающие психозами, склонны периодически вносить диссонанс в групповую атмосферу, которая должна быть как можно более защищенной и комфортной для каждого члена группы, позволяя ему преодолеть страхи и смущения и вступить в нормальное общение.
Следует хорошенько подумать, прежде чем включать в группы людей с тяжелыми психопатическими отклонениями (особенно эпилептоидов), а также лиц с выраженными физическими недостатками, - не будут ли они сильно мешать формированию единства и однородности группы, отвлекая на себя внимание (пусть даже самое сочувственное) от основного направления работы над объединившей всех проблемой.
Терапевтические группы могут весьма существенно различаться по количеству участников: от 3-5 до 20 человек. Некоторые терапевты работают даже с группами до 30 человек, однако такое количество участников, так же как и слишком малое (3 человека), должно быть оправдано задачей работы и составом группы, иначе неизбежны определенные сложности.
В слишком маленьких группах значительно снижается эффект одной из главных идей групповой терапии - межперсональной поддержки. А в слишком больших группах нередко наблюдается тенденция спонтанного внутреннего распада одной большой группы на несколько маленьких, что в значительной мере выключает их участников из целенаправленной работы всей группы.
Большинство сходятся на том, что оптимальное число участников психокоррекционной группы должно колебаться от 8 до 12 человек.
По каким признакам следует подбирать группу?
Обычно группы комплектуются по одному или нескольким из следующих признаков:
1. Проблемные признаки (общие психологические проблемы и неврозы).
2. Личностные признаки (общие особенности интересов, уровня интеллекта, типа характера).
3. Демографические признаки (национально-этическая общность, возраст, пол).
Некоторые авторы (Беннис, Шеппард) считают, что полезно комплектовать так называемые гетерогенные (то есть разнородные по составу) группы, так как они ближе к реальной модели общества, для успешного функционирования в котором мы и готовим наших клиентов. В таких группах чаще возникают естественные разногласия и даже конфликты, что, с одной стороны, моделирует реальные ситуации в обществе, но, с другой стороны, затягивает налаживание процесса взаимопонимания и создания атмосферы личностной защищенности и комфортности.
Здесь и возникает принципиальный спор: то ли создавать в группах психологический климат более благоприятный, «тепличный», чем реальные условия, то ли работать в более типичных для нормального общества условиях, но в ущерб комфортности и чувству защищенности членов группы.
Каждый из подходов имеет свои плюсы и свои минусы.
В гетерогенные (различные по составу) группы иногда специально (но, разумеется, при внимательном контроле терапевта) включают конфликтных, раздражительных людей для проверки устойчивости отрабатываемых моделей поведения и способности к контролю как своих эмоций, так и эмоций членов группы, воспринимающих их. К сожалению, такие группы не всегда способствуют раскрытию людей, принятию других и себя. Нередко они распадаются уже на первых этапах, несмотря на опыт психотерапевта и его периодические разъяснительные беседы в пользу групп именно такого типа.
Гомогенные (однородно подобранные) группы быстрее создают благоприятную атмосферу и начинают совместно решать общие психологические проблемы. Однако, как показывает многолетняя практика, очень часто успешные модели общения, уверенности в себе, публичного выступления и т.п. в таких группах так и остаются лабораторными моделями, и клиенты плохо переносят отработанные приемы в реальную жизнь.
Но здесь, на мой взгляд, часто упускается еще один важный фактор гомогенных групп - они становятся терапевтичными самой своей атмосферой, в которой люди находят так нехватающее им в жизни общение и понимание. Недаром многие подобные группы существуют (в первую очередь в США, да и в других странах) годами и превратились в необходимые для этих людей (как правило, одиноких или непонимаемых близкими) чуть ли не во вторые семьи.
При этом первая задача - избавится от какой-то привычки или состояния - уже давно отошла на второй план, главным стал сам процесс общения.
Перед началом занятий психотерапевт проводит с участниками только что сформированной группы установочную беседу. В зависимости от типа групп он излагает основные условия и правила групповой работы.
Основными правилами (требованиями к участникам) практически для всех типов психокоррекционных групп являются:
- искренность и открытость в общении участников;
- преобладание эмоциональной спонтанности (первичного естественного реагирования) над рациональностью (размышлениями);
- принцип «здесь и теперь».
Обычно занятия групповой терапией проводятся 3-4 раза в неделю. Каждый сеанс длится по 1-1,5 часа. Однако это лишь ориентиры, которые могут в определенной мере меняться психотерапевтом в зависимости от условий и задач работы.
ПОНЯТИЯ И КАТЕГОРИИ ГРУППОВОЙ ПСИХОТЕРАПИИ
Групповая психотерапия как вполне самостоятельное направление имеет и свой понятийный аппарат. В него входят в первую очередь такие понятия, как: роли, нормы, типы поведения, лидерство, групповой процесс.
Роль
Каждый человек в жизни невольно играет определенную роль, а точнее, даже несколько ролей: он и начальник и подчиненный, и муж и отец и т.п. Так как в психокоррекционную группу он приходит к еще незнакомым людям, то, как правило, из него «проглядывает» одна из его официальных ролей, например роль служащего того или иного общественного статуса. Однако в психокоррекционной группе ему придется «примерить» на себя другую роль, что далеко не всегда и не всем легко удается.
Например, человеку, не привыкшему руководить, группа (именно сама группа!) может поручить роль лидера, а сложившемуся начальнику, напротив, роль подчиненного. При этом нельзя сказать, что группа предлагает вам роль наобум - значит, что-то проглядывает в вас от того персонажа, который ей нужен в определенном качестве: Вожака, Скептика, Нытика и др.
Чаще всего в группе выделяются роли-антиподы. Одни специалисты (Лири, 1957) выделяют полярные профили соответственно противоположным чувствам, в некоторых случаях это делается исходя из противоположных эмоций: любовь - ненависть, сила -слабость, мягкость - жесткость и т.п. Другие рекомендуют большее количество действующих лиц. Так, Келлерман (1979) выделяет четыре пары противоположностей: Романтик - Скептик («Фома неверующий»), Невиновный (никогда, ни в чем) - Козел отпущения; Философ (умудренный жизнью) - Наивный ребенок; Пуританин (подчеркнуто сдержанный в контактах и эмоциях) -Кооператор (объединяющий).
Считается, что психокоррекционная группа может нормально функционировать, лишь опираясь на противоположности. Слишком мягкая, дружеская группа, в которой никто честно не скажет другому не всегда приятную правду, окажется искусственно изолированным коллективом с мнимым благополучием, через призму которого нельзя будет увидеть и тем более преодолеть реальные проблемы. Напротив, слишком критичная группа, не создающая атмосферу психологической защищенности, не позволит раскрыться ее членам и, значит, также не даст увидеть истинные причины внутренних и внешних конфликтов.
Необходимо, чтобы в группе сложилось оптимальное сочетание доброжелательности и критичности, то есть, с одной стороны, участники группы могут чувствовать рядом плечо товарища, но, с другой стороны, не должны рассчитывать, что их любое поведение или высказывание получит поддержку, а не критику.
Норма
Понятие нормы в психокоррекционной группе не имеет принципиального отличия от понятия любой групповой или общественной нормы. Каждое общество, сообщество и даже отдельная устоявшаяся группа имеет свои официально или неформально принятые нормы поведения, нарушение которых не одобряется группой, а к нарушителям применяются различного вида санкции. В свою очередь поведение в соответствии с групповыми нормами получает официальную или неформальную поддержку группы, а данный участник группы в различной мере закрепляет или повышает свой статус. То же самое относится и к психокоррекционным группам, в которых устанавливаются определенные нормы поведения с целью максимально эффективного выполнения данной группой стоящих перед ней задач.
Несмотря на отсутствие жесткой регламентации норм психокоррекционных групп, они в большинстве своем имеют много общего и направлены главным образом на эффективное функционирование группы в плане решения индивидуальных проблем вступивших в нее членов. Достаточно четко эти нормы изложены Б.Д.Карвасарским (1985).
«Каждый член психокоррекционной группы обязан:
- выполнять распорядок групповых занятий;
- говорить в группе обо всем открыто и искренне;
- не выносить за пределы группы того, что происходит во время групповых занятий;
- помогать товарищам по группе осознавать и изменять свой способ поведения, если он противоречит общепринятым нормам;
- отказаться от общих фраз, говорить о конкретных проблемах и переживаниях, как своих собственных, так и товарищей по группе, конкретно и по принципу «здесь и теперь».
-выслушивать мнения и советы членов группы, обдумывать их, но принимать решение самостоятельно». (Цит. по: Кондрашенко В.Т., Донской Д.И. - 1997. - С. 321-322).
Руководство группой
Как известно, в социологии и в психологии управления обычно выделяют три стиля руководства: авторитарный (или директивный), демократический (коллегиальный) и либеральный (его еще называют попустительский, антиавторитарный, консультативный).
К сожалению, большинство авторов забывают напомнить читателю, что в чистом виде руководители - представители этих стилей -не встречаются. (Так же как не встречаются «чистые» сангвиники, холерики, меланхолики и флегматики; экстраверты и интроверты, «левополушарные» и «правополушарные» и т.п. - речь может идти лишь о высокой степени преобладания того или иного типа.)
Поэтому, когда мы говорим о каком-то руководителе или его стиле - авторитарный или демократический, мы имеем в виду преобладание того или иного стиля.
Эта же терминология устоялась и по отношению к стилям руководства при групповой терапии (Левин, Липпит, Уайт, 1939): авторитарный, демократический, попустительский.
Следует отметить, что каждый из названных стилей имеет свои преимущества и недостатки. Одной из наиболее частых ошибок молодых психотерапевтов является выбор стиля руководства без учета собственных индивидуально-психологических особенностей.
Помните, что один и тот же стиль может быть органичным для одного и неестественным для другого (а значит, и для всей группы).
Авторитарный стиль руководства группой
Как следует из названия, психотерапевт такого стиля является лидером группы, ее управляющим. Нельзя сказать, что в такой группе полностью исчезает демократизм (иначе это уже была бы не групповая психотерапия).
Однако деятельность группы, дискуссии, выступления инициируются и направляются психотерапевтом в том русле, которое он с позиции своего профессионального опыта считает наиболее правильным для решения данной конкретной задачи (или задач).
Применяя этот стиль, обязательно следует помнить, что авторитарный лидер в групповой терапии все равно остается одним из членов группы и не «заглушает» ее активность своей руководящей ролью, а, напротив, всячески инспирирует ее и поощряет.
Демократический стиль
За период перестройки слово «демократия» у нас оказалось дискредитированным. А зря. Слово не виновато. Демократия -это не расхлябанность и вседозволенность. И даже не просто власть народа. Без законов, обязательных для всех, такая власть народа называется «охлократией», на поводу у которой идут неуверенные в себе политики, которым лишь бы сегодня у власти удержаться, а завтра будь что будет.
Еще древние говорили: демократия - власть закона (принятого в интересах большинства, с одобрения большинства и одинаково обязательного для всех). Таким образом, обвиняя во всех наших бедах демократию, мы ругаем то, чего у нас нет.
А в групповой психотерапии демократический стиль руководства - это именно стиль опоры на коллективный разум в рамках четкого соблюдения всеми членами группы добровольно принятых, но обязательных для всех групповых норм.
Именно эти две задачи и являются главными для психотерапевта демократического стиля: максимальное стимулирование участия всех членов группы в дискуссиях и поиске решения проблем при четком соблюдении групповых норм поведения. При этом сам он (как и любой групповой психотерапевт) ведет себя не как руководитель, а как активный член группы.
Попустительский (антиавторитарный) стиль
Этот стиль на первый взгляд даже трудно назвать стилем руководства. Можно сказать, что это стиль отстранения от руководства группой. Однако все не так просто. Этот стиль может быть исключительно эффективен, но лишь для психотерапевта, хорошо чувствующего не только актуальную ситуацию в группе, но и предчувствующего ее дальнейшее развитие.
В таких группах также могут быть случаи вмешательства психотерапевта, но лишь тогда, когда он уверен, что это необходимо (ситуация начинает развиваться в ненужном направлении). В групповой терапии не только предусмотрены, но и желательны определенные споры и конфликты, помогающие лучше открыться участникам и их проблемам.
Вообще вопрос оптимальной дозировки периодической межличностной напряженности и даже конфликтов является едва ли не самым тонким и важным в мастерстве группового психотерапевта любого стиля руководства. Бесконфликтная ситуация оставляет нарывы не вскрытыми, а излишне конфликтная приводит к распаду групп. Стимулировать групповую дискуссию, споры, полную открытость высказываний о себе и других, с одной стороны, и удерживать ситуацию от необратимого нарушения отношений, серьезных обид и даже ухода отдельных участников из группы - задача крайне трудная.
Недонапряжение групповой атмосферы (недостаточная эмоциональная вовлеченность членов группы) не приведет к нужному терапевтическому эффекту. Перенапряжение, переход от эмоционального обсуждения к враждебности и устойчивой неприязни -могут погубить результаты всех этапов кропотливой предварительной работы и просто «развалить» группу, нанеся к тому же дополнительные психические травмы тем, кто пришел к вам, чтобы от них избавиться.
Опытные терапевты, несмотря на естественную индивидуально-типическую предрасположенность к одному из стилей руководства, имеют в своем арсенале прием всех трех стилей и даже их комбинации, оперативно переключаясь в зависимости от требований ситуации.
Разумеется, авторитарным стилем легче и быстрее остановить конфликт, выходящий за целесообразные нормы. Однако этот прием, помогая сохранить порядок в группе, а то и саму группу (что, безусловно, важно) затягивает решение конфликта, загоняя его внутрь и тем усугубляя проблему или невроз. Видимо, именно поэтому, большинство психотерапевтов предпочитает демократический стиль руководства, позволяющий достаточно оперативно и в то же время не слишком резко делать шаги и в ту и в другую сторону - в авторитарность (для пресечения опасных тенденций) и в фактическое самоустранение, попустительство (при допустимом развитии событий).
Требования к личности руководителя группы. Все те требования, которые относятся к любому психотерапевту и психологу-консультанту, относятся и к представителю групповой психотерапии. Это — спокойствие и уравновешенность, обеспокоенный своими проблемами клиент должен по одному виду психотерапевта почувствовать, что здесь ему будет спокойнее, психологически защищенное, комфортнее.
Это - понимание и эмпатия (эмоциональное сопереживание) при одновременном дистанцировании: клиент должен чувствовать, что психотерапевт не просто понимает, а сердцем чувствует его проблему, но в то же время не сливается с ней (как простой сострадалец), а остается на философской высоте своей крупной личности и профессионального мастерства, то есть способен не только понимать и сострадать, но и помочь решить проблемы, казавшиеся клиенту неразрешимыми.
Это - умение слушать и говорить, тонко и своевременно переключаясь с одного (понимания клиента) на другое (воздействие на клиента, умение убеждать).
Это - философская терпимость не только к трудностям характера клиента, но и вообще к жизненным трудностям и несчастьям (кстати, не только к чужим, но и к собственным).
В групповой психотерапии к этим и многим другим важным качествам и умениям добавляется талант режиссера - психотерапевт должен уметь ненавязчиво помочь участникам группы наиболее органично выбрать роли и вести работу группы при минимальном собственном вмешательстве по принципу: не поучай, а вдохновляй.
Считается, что психотерапевт в группе играет одну или несколько функциональных ролей. Большинство авторов монографий и руководств по групповой терапии выделяют роли: дирижера, эксперта, идеального (активного) партнера, катализатора.
В.Т.Кондрашенко и Д.И.Донской (1997), как и ряд других отечественных специалистов, считают, что в отечественной и западной групповой психотерапии психотерапевту отводятся разные роли: у нас чаще преобладает роль дирижера, а в странах Западной Европы и Северной Америки - эксперта.
Какова между ними принципиальная разница? Коротко разницу можно изложить так: дирижер более активно вмешивается в работу группы, а эксперт занимает позицию стороннего консультанта-комментатора.
Каждая из этих функциональных ролей имеет свои «за» и «против».
Дирижер руководит формированием группы, чаще подправляет дискуссию в нужном направлении, корректирует поведение участников (особенно в начальной стадии работы), когда они заходят в тупик. Как показывает опыт, наиболее терапевтическим является определенный уровень тревожности, сопровождающий групповую дискуссию. Слишком спокойное ее течение не вовлекает необходимых эмоциональных и волевых ресурсов для решения проблем. А слишком высокий уровень тревожности блокирует своим избытком способность к решению проблемы и усугубляет тупиковое состояние беспомощности.
Таким образом дирижер выводит группу из тупика. Это с благодарностью воспринимается группой. Однако этим самым он затягивает процесс научения группы самой находить такие выходы.
Преобладание функциональной роли дирижера в отечественной практике групповой психотерапии имеет и свои социально-психологические предпосылки.
В силу преимущественно авторитарных традиции руководства в России и особенно в десятилетия тоталитаризма, у большей части населения сложилась привычка действовать под чьим-либо руководством, избегая личной ответственности за принятие решении даже собственных проблем («инициатива наказуема»). Именно это – едва ли не главная причина трудного реформирования нашего государства в сторону открытого общества, с личной инициативой и ответственностью. Эта же причина – уход от личной ответственности за собственные проблемы - является главным признаком (и усугубляющей причиной) невротической личности.
Поэтому, особенно на начальном этапе и в тупиковых состояниях, группа, как правило, ждет указании сверху, не воспринимая несмотря на постоянные разъяснения, психотерапевта как одного из равных (хотя и наиболее опытного и активного) члена группы.
Эксперт не вытягивает группу из тупика и тем, казалось бы, способствует более интенсивному развитию ее поисковой активности, однако нередко эксперты-комментаторы грешат излишним «лекторством», и участники больше слушают их, действуя с постоянной оглядкой на эксперта («а правильно ли я действую?»), чем ищут собственные решения, более напоминая пассивную учебную аудиторию, чем активную терапевтическую группу.
Очень эффективной для группового психотерапевта может быть функциональная роль так называемого катализатора. Однако эта роль требует особого искусства - легче поучать, чем вдохновлять, но вдохновлять, несомненно, важнее для более активного и быстрого формирования собственной творческой активности занимающихся Да и эмоционально-психологическая атмосфера в таких группах более творчески-активная, а значит и более терапевтическая.
Психотерапевта-катализатора обычно сравнивают с зеркалом, в котором участники видят самих себя. Но это не просто зеркало, а живое и благожелательно утрированное (для наглядности) отражение происходящих в группе событий. Такое зеркало позволяет лучше замечать свои ошибки и не смущаться от них, а вдохновляться на их исправление, на поиск наилучшего решения.
Разумеется выполняющий роль такого зеркала психотерапевт должен обладать и опытом и артистизмом, и эмпатией и интуицией, внушать участникам веру в свой высокий профессионализм и человеческую порядочность и искренность. А главное – должен уметь создавать атмосферу творческой увлеченности, что само по себе – талант, отсутствие которого трудно компенсировать даже глубокими профессиональными знаниями. Так что, прежде чем выбрать стиль катализатора, нужно убедиться в наличии такого таланта.
Хотя групповая психотерапия (как психотерапевтическое направление, а не как групповая форма любой психотерапии) по самой своей сути относится к недирективным видам терапии, можно сказать, что наиболее недирективной (антиавторитарной) функциональной ролью группового психотерапевта является роль активного (идеального) партнера.
Такой психотерапевт не поучает не комментирует и даже не катализирует группу - он просто становится ее рядовым членом, но таким, каким в идеале должен быть член терапевтической группы. Он если и учит, то лишь своим примером, демонстрируя полную откровенность и открытость в обсуждении своих и чужих проблем, готовность моментально отреагировать на обращение к нему или ко всей группе.
Единственная опасность, которая подстерегает терапевта такого плана, - это оказаться настолько образцовым участником группы, что остальные участники, не дотягиваясь до его уровня открытости и коммуникабельности, начинают не столько раскрывать себя, сколько следить за профессиональным искусством психотерапевта, пытаясь копировать его манеры и уделять неоправданно много внимания обсуждению его проблем в ущерб собственным.
Здесь от терапевта требуется тонкое чувство меры, чтобы, активизируя других членов группы, в то же время не перехватывать у них инициативу (некоторые из них с облегчением отдадут эту инициативу ему и тем самым снизят эффективность своей собственной работы, цель которой пробуждение собственной инициативы).
Учет типов поведения членов группы. Психотерапевт должен знать и уметь учитывать типы поведения каждого участника группы.
Чаще всего выделяются такие поведенческие типы, как: лидирующий, ведомый, сотрудничающий, обособляющийся. Эти названия красноречиво говорят сами за себя и нуждаются не в комментариях, а в учете.
Так, например, участник с тенденциями лидерства, с одной стороны, может помочь более быстрому и четкому налаживанию групповой работы, но, с другой стороны, он может своей инициативой снизить инициативность и эффективность самораскрытия других членов группы. Если же врожденному лидеру вовсе не давать проявлять своих качеств, отводя ему подчиненную роль, это также может помешать не только самореализации этого члена группы, но и всей групповой деятельности.
Ведомый тип быстрее войдет в работу группы под чьим-то руководством, но терапевт должен проследить, чтобы он не стал слишком долго отсиживаться за спиной лидера и постепенно наращивал собственную активность.
Разумеется, наиболее удобен для взаимодействия сотрудничающий тип, постоянно готовый к кооперации и совместному решению проблем. Однако его слишком активное стремление к сотрудничеству может помешать самораскрытию обособляющегося типа, который лучше осваивается в группе, когда на нем не акцентируется внимание.
Групповая динамика (или групповой процесс)
Курт Левин ввел в психологию и психотерапию понятие групповая динамика (1936), подразумевая под этим процесс взаимодействия социальных и психологических детерминант (причин), воздействующих на поведение индивидов в группе. И хотя он практически не занимался терапевтической практикой, этот термин - групповая динамика - постоянно употребляется в смысле групповой процесс в групповой психотерапии такими ее выдающимися представителями, как Карл Роджерс, Шутц, Кельман, Кратохвил и другими.
С этим нельзя не согласиться, так как сама идея и цель групповой психотерапии не просто в налаживании определенного группового взаимодействия, а именно в движении (динамике), развитии группы и каждого индивида в терапевтическом, позитивно развивающем направлении. Групповая динамика, являясь неразрывным процессом развития группы и индивидов, может быть условно разделена на определенные этапы. Кельман выделяет три таких основных этапа: податливость, идентификацию, присвоение.
На первом этапе (этап податливости) члены группы начинают поддаваться влиянию друг друга, терапевта и всей группы. Точнее, они сдвигаются с мертвой точки бессознательной самозащиты своего внутреннего мира, включая сложившееся в нем отношение к своему неврозу или другой психологической проблеме, которая привела их в группу. Однако это еще не приятие других мнений и влияний, а только снятие защиты к их неприятию. Это, главным образом, лишь принятие изложенных терапевтом норм и правил работы группы и начало участия в этой работе. Устанавливается добровольная, но еще в значительной степени формальная общность группы. (Здесь и далее следует помнить об индивидуальных различиях членов группы и соответственно о разной скорости и эффективности прохождения ими этих процессов.)
На втором этапе (этап идентификации) происходит внешнее принятие группы и ее участников - готовность не формально, а с пониманием выслушивать их мнения, подключаться к дискуссиям. Можно сказать, что на этом этапе устанавливается неформальная общность группы, ощущение определенного «мы», даже при разногласиях по отдельным вопросам и некотором неприятии отдельными участниками друг друга.
На третьем этапе (этап присвоения) происходит принятие отдельными участниками уже сложившихся групповых ценностей и мнений как своих собственных, готовность оперировать ими от своего имени вне группы, в своей личной жизни.
Другие представители групповой психотерапии (Шутц, Такман, Кратохвил и другие) по-своему описывают эти же этапы, но суть остается одна: последовательная групповая динамика от формального объединения до обретения значительной психотерапевтической силы взаимоподдержки, взаимовлияния, взаимокоррекции при одновременном самораскрытии и позитивном развитии группы в целом и каждого ее участника.
Ялома выделяет такие лечебные факторы психотерапевтической группы, как сплоченность, внушение надежды, обобщение, альтруизм, предоставление информации, множественный перенос, межличностное обучение, развитие межличностных умений, имитирующее поведение. Эта классификация мало отличается от большинства других, терапевтическая ценность упомянутых факторов очевидна. Однако целесообразно сделать некоторые комментарии.
Сплоченность
К общеизвестному мнению о важности сплоченности группы следует добавить, что, как показала практика, большинство участников в значительной мере страдают от физического или психологического одиночества, что обычно коррелирует с высокой тревожностью, чувством незащищенности и ненужности. В удачно сложившихся группах все участники удовлетворяют естественную человеческую потребность в аффилиации (чувстве принадлежности к какому-либо сообществу), у них снижается чувство тревожности, повышается ощущение психологической защищенности.
Надо сказать, что чувство сплоченности, сопринадлежности к группе людей, понимающих тебя, принимающих таким, какой ты есть, и к тому же переживающих аналогичные проблемы, нередко оказывается настолько важным для членов группы (особенно тех, кому не хватает такого общения в повседневной жизни), что у них меняется иерархия мотивов занятия групповой психотерапией: само общение в данных группах становится для них большей потребностью, чем решение тех проблем, с которыми они сюда пришли. (Хотя, разумеется, одно не только не исключает другого, а лишь взаимно способствует).
Внушение надежды
Здесь хотелось бы предупредить, что воздействие отдельных членов группы на других может быть как положительным (повышающим уверенность в успехе), так и отрицательным (снижающим эту уверенность скептицизмом).
Еще Э. Куэ доказал, что помогают те лекарства, в которые пациенты верят, и не помогают те, в которые не верят. Естественно, что к психотерапии это относится еще больше. Это очень важно учитывать психотерапевту при подборе группы и при работе с ней.
Обобщение
Эффект обобщения близок к эффекту сплоченности. Так как группы комплектуются по определенной общности проблем, то у их участников снижается чувство тревожности и одиночества в борьбе со своими неприятностями: они видят, что и у других людей схожие ситуации, и обретают надежду, что вместе и под руководством квалифицированного психотерапевта смогут их преодолеть.
У участников терапевтических групп, сформированных из людей, страдающих общими проблемами, снимается чувство ущербности, которое они могут испытывать в обычном обществе и которое усугубляет их комплексы и мешает самораскрытию.
Здесь многое зависит от психотерапевта, который должен постоянно поддерживать у участников группы чувство собственного достоинства, уважительного отношения к группе и к тому, чем она занимается. Иначе у них может возникнуть чувство принадлежности к группе ущербных в чем-то людей, что лишь усугубит личные комплексы.
Также внимательно нужно следить за возможностью негативного обобщения, когда кто-либо из участников группы, исходя из собственного неудачного опыта или повышенной мнительности, начнет заражать своим пессимизмом (иногда даже лишь выражением лица) других. Таким людям надо уделять особое внимание, нейтрализуя их отрицательное влияние на группу, вселяя в них веру в успех. В некоторых случаях их вообще не надо принимать в группу, а предложить индивидуальную психотерапию.
Альтруизм
Еще Альфред Адлер подчеркивал, что самое лучшее и быстрое средство излечения от неврозов - это переключение внимания на бескорыстную помощь другим. И хотя при правильной организации групповой психотерапии этот процесс спонтанно усиливает эффект работы группы и индивидуальное позитивное развитие, не мешает периодически напоминать о важном терапевтическом воздействии альтруизма: лучшая помощь себе - через помощь другим.
Предоставление информации
Этот пункт реализуется вместе со всеми предыдущими, в свою очередь усиливая их. Участники группы, обмениваясь информацией по общим проблемам, решают и такие терапевтические факторы, как: обобщение, внушение надежды, сплоченность и альтруизм. К тому же нередко члены группы получают друг от друга действительно ценную практическую информацию из практического опыта решения общих проблем, знакомства с соответствующей литературой и т.п.
Однако и здесь важно следить, чтобы не пошло распространение неквалифицированных, научно необоснованных советов, а также информации, подрывающей веру в успешность всего процесса групповой работы. К сожалению, именно в сфере психотерапии нередко встречаются такие «советчики», а учитывая повышенную тревожность и внушаемость большинства членов психотерапевтических групп, такое информационное воздействие может быть далеко не безвредно (см. негативное обобщение).
Множественный перенос
Это определенное развитие идеи З.Фрейда о переносе, то есть о том, что клиент неосознанно переносит на психотерапевта различные особенности своих отношений к другим людям, значимым для него в прошлом и настоящем.
Ялома и ряд других специалистов предлагают применять определенные механизмы такого анализа личности клиента, изучая его отношения не только к психотерапевту, но и к другим членам группы (с учетом их особенностей, которые могут оказаться более значимыми для одного и менее для другого и тем самым дадут определенную информацию о них самих и их проблемах).
Естественно, что анализ переноса наиболее эффективно применяется психотерапевтами с психоаналитической подготовкой.
Межличностное обучение
В группе, в лабораторных или модельных условиях, отрабатываются те навыки общения, которые члены группы хотели бы более успешно применять в реальной жизни. Здесь они легче преодолевают робость при обращении к другим и предложении собственной помощи, видят, как реагируют на это окружающие, и либо обретают уверенность, что все делают правильно, либо самостоятельно или с помощью психотерапевта и группы вносят определенные коррективы, добиваясь в конечном итоге нужного результата (своего поведения с желательной реакцией на него со стороны других).
Однако именно здесь необходимо сказать об одной существенной проблеме, на которую указывают практика и специалисты групповой психотерапии: даже при идеальной отработке нужных навыков общения в терапевтической группе перенос этих же навыков в реальную жизнь далеко не всем дается легко и быстро. Помочь этому может параллельное занятиям в группе выполнение домашних заданий, то есть закрепление тех же навыков дома, на работе, в любых удобных для этого условиях.
На следующем занятии желательно разбирать и совместно анализировать успехи и неудачи выполнения домашних заданий.
Развитие межличностных умений
Собственно, это и является задачей большинства психокоррекционных групп - развитие межличностных умений, которых не хватает участникам группы для самореализации и оптимизации своего бытового или делового общения.
Уже само присутствие и работа в таких группах развивает умения, однако и здесь психотерапевту нужно внимательно следить, чтобы закреплялись именно те навыки, которые нужны, так как неправильное общение (а точнее, неправильно занятая в группе позиция) будет лишь закреплять ошибки.
Здесь важно учитывать все предупреждения, которые мы относили к предыдущим пунктам, а также к особенностям типов поведения отдельных членов группы.
Имитирующее поведение
Имитирующее поведение я бы отнес не столько к лечебным факторам, сколько к факторам, облегчающим вхождение индивидов в работу группы. Они начинают строить свое поведение по механизму простого подражания психотерапевту, а потом тем членам группы, у которых нужные модели поведения быстрее возникнут. Реальная, простая, почти механическая деятельность, обязательная для всех, снижает индивидуальную скованность и нерешительность каждого в отдельности. Затем, по мере эмоционального вовлечения в этот процесс, члены группы незаметно начинают все больше проявлять собственную инициативу, осваиваясь в группе.
Здесь очень важно следить за формированием и сохранением атмосферы психологической защищенности, доброжелательности, взаимной поддержки. Каждое правильно выполненное действие должно быть поощрительно отмечено психотерапевтом и оценено группой, а неправильное действие благожелательно скорректировано.
Катарсис
Катарсис - слово, которым в греческой трагедии обозначалось финальное очищение через страдание, как мы помним, в психотерапию было введено З.Фрейдом.
В групповой психотерапии этап катарсиса очень важен и требует как высокого мастерства психотерапевта, так и соответствующей готовности группы. Психотерапевт, как хороший режиссер, подводит группу или создает соответствующую групповую атмосферу (в зависимости от стиля руководства группой) к публичному «вскрытию нарывов»: неприемлемых для сознания чувств и мыслей, тщательно скрываемой от самого себя вины, стыда, ненависти; к совместному их обсуждению, признанию и «покаянию» и через это - к очищению, облегчению.
Процесс организации катарсиса в группе требует исключительного мастерства, такта и интуиции, учета индивидуально-психологических особенностей членов группы. В любом случае необходимо руководствоваться главной заповедью врача: не навреди!
При недостаточной уверенности в адекватной психической реакции отдельных членов группы или в собственном психотерапевтическом мастерстве от этого этапа лучше воздержаться или провести его в более мягкой форме, тонко предупреждая возможности нежелательных (как для отдельного индивида, так и для всей группы) эмоциональных реакций.
Можно просто подвести группу к обсуждению наболевших скрытых проблем, постепенно (а не взрывом) раскрывая и обсуждая их, вовремя наступая на проблему и своевременно отступая от болевой точки при опасности потери контроля над ситуацией и усугубления психической травмы или распада группы (что нередко случается).
Требования к групповому психотерапевту. Даже кратко перечисленные нами особенности групповой терапии показывают, что специалист этого профиля должен обладать целым рядом специфических умений и навыков.
Подготовка такого специалиста, как правило, проходит те же стадии, что и подготовка большинства психотерапевтов различных направлений: обучение, стажировка под руководством специалиста, самостоятельная деятельность.
На первой стадии он постигает теоретические основы и практические приемы психотерапии; на второй стадии - проходит стажировку в группе под руководством квалифицированного психотерапевта; на третьей стадии - принимает активное участие в работе группы.
Здесь могут быть и определенные переходные этапы внутри стадий, точнее, разные стадии накладываются друг на друга: одна еще не завершилась, а другая уже началась. Так, первая стадия (обучение практическим приемам) продолжается и совершенствуется и на второй, и на третьей стадиях (стажировка и личное участие). В процессе второй стадии (стажировки) стажер не остается пассивным, а постепенно все более активно участвует в работе группы как ее член (то есть уже входит в третью стадию). А в третьей стадии он тоже проходит определенные этапы от участия в работе как рядового члена группы до освоения и применения различных стилей руководства группы (в том числе и с позиции ее активного участника - идеального партнера).
Считается, что наилучшие условия для практического становления специалиста групповой психотерапии создаются в группах тренинга, так называемых Т-группах. Так как по условиям этих групп в них руководство периодически переходит от одного участника к другому, то каждый может достаточно быстро (по горячим следам) оценить, какой эффект та или иная манера руководства группой оказывает на ее непосредственных участников, и внести необходимые коррективы в свой стиль руководства.
Кроме знания ранее упомянутых ролей и норм групповой терапии, важно знание и соблюдение (не только психотерапевтом, но и всеми участниками) требований внутригрупповой этики. Эти нормы и требования имеют некоторые различия у разных авторов и даже в отдельных группах. Однако главное требование для всех -уважение личной свободы выбора каждого на участие в групповом процессе и его отдельных фрагментах.
Другим важным требованием является обязательное соблюдение не только психотерапевтом, но и каждым членом группы конфиденциальности, то есть то, что произносится или делается в группе, не выносится за пределы группы. Без уверенности в такой конфиденциальности ни о каком полном самораскрытии членов группы не может идти речи, а значит, не может быть решена главная задача групповой психотерапии.
Группы тренинга
Несмотря на многочисленные классификации групп, в которых проводится групповая психотерапия, можно сказать, что речь идет главным образом о двух типах:
1. Психокоррекционные группы.
2. Группы тренинга умений.
Все, что мы говорили до этого, относилось в большей мере к психокоррекционным группам (несмотря на многие общие закономерности и требования функционирования групп обоих видов).
Группы тренинга делятся на группы тренинга профессиональных умений, группы тренинга межличностных отношений, группы сензитивности.
Группы тренинга профессиональных умений в основном занимаются подготовкой руководителей разного уровня, бизнесменов, менеджеров и всех, кому особенно важно профессиональное общение и взаимодействие
В группах тренинга межличностных отношений рассматриваются и отрабатываются модели решения практических трудностей взаимоотношений различных членов семьи, проблем секса.
Группы сензитивности (чувствительности) решают задачи преодоления личностных качеств (тревожности, застенчивости, замкнутости и т.п.), мешающих чувству самостоятельности, уверенности, личностному росту, самоактуализации индивида.
Так как группы тренинга возникли (в 50-х годах в США) с целью выработки навыков делового общения и взаимодействия, то на протяжении длительного времени это и было их главным занятием. Надо сказать, что они довольно быстро приобрели популярность и не утратили ее в настоящее время. В этих группах формируются и доводятся до автоматизма навыки оптимального взаимоотношения и взаимодействия начальства с подчиненным и подчиненных с начальством, сотрудников между собой, отрабатываются умения совместно решать проблемные ситуации, совершенствовать организацию работы и т.п.
В последние десятилетия у нас тоже стали появляться такие формы обучения, но в большинстве своем они значительно менее эффективны, чем за рубежом, в первую очередь потому, что проводятся либо не психологами, либо психологами, не получившими хорошей подготовки в направлении групповой поведенческой терапии (которой у нас их не учили).
Многие психотерапевты считают, что главная задача групп тренинга (Т-групп) - научить самостоятельно учиться жить и работать, то есть самокорректироваться и самосовершенствоваться, находя оптимальное решение проблемных ситуаций.
Этот процесс обычно разделяют на три ступени:
- научиться самопрезентации (оптимальному представлению самого себя);
- научиться установлению и максимальному использованию обратной связи (biofeedback);
- научиться экспериментировать.
Рассмотрим работу на этих ступенях по порядку.
Самопрезентация
Удобным пособием для реализации этого процесса и контроля за ним является методика, получившая широкое распространение под названием «Окно Джогари» (по именам его создателей Джозефа Лафта и Гарри Инграмма).
Это «окно» представляет собой круг, разделенный на четыре сектора. Каждый сектор имеет свое символическое название:
- первый (левый верхний) называется «Арена»,
- второй (правый верхний) - «Видимое»;
- третий (левый нижний) - «Слепое пятно»;
- четвертый (правый нижний) - «Неизвестное».
Охарактеризуем кратко каждый из секторов.
Арена
Этот сектор представляет ту часть личности индивида, которая открыта и ему самому, и его окружающим. Можно сказать, что таким он представляется себе и другим.
Обычно этот образ Я в какой-то мере соответствует истине, а в какой-то мере является искренним, неосознанным заблуждением (можно сказать, субъективным искажением реальности).
Видимое
Этот термин в дословном переводе не совсем точно передает вложенный в него авторами смысл. Это то, что «видимо», известно о себе только самому индивиду, но скрыто от окружающих.
В этот сектор входят как положительные, так и негативные тайные увлечения и переживания, страхи и фантазии, которые данный индивид так или иначе идентифицирует с собственным Я.
Слепое пятно
«Слепое пятно» противоположно «видимому» - в этом секторе находится то, что знают о данном человеке другие, но чего не знает или, точнее, не замечает за собой сам индивид.
Чаще это вытесненные из сознания отрицательные черты (эгоизм, нескромность, бестактность, невнимательность к другим и т.п.), но могут быть и недооцененные в самом себе (альтруизм, добросовестность, обязательность, обаяние и т.п.).
Неизвестное
В этом секторе то, что скрыто и от себя, и от других. Это также могут быть как положительные качества (нераскрытые таланты, готовность к самопожертвованию и т.п.), так и отрицательные, которые до сих пор не обнаружились лишь потому, что не были спровоцированы жизненными ситуациями, страхом, личной выгодой и т.п.
Авторы «Окна Джогари» ассоциируют сектор «Неизвестное» с зоной бессознательного (но ближе к ее трактовке подходит в «Психосинтезе» Р.Ассаджиоли).

<< Пред. стр.

страница 4
(всего 6)

ОГЛАВЛЕНИЕ

След. стр. >>

Copyright © Design by: Sunlight webdesign