LINEBURG


<< Пред. стр.

страница 3
(всего 3)

ОГЛАВЛЕНИЕ

Просто будь в восприимчивом настроении. Ты агрессивен — ты хочешь большего, и это тонкая агрессия. Будь восприимчивым, открытым, доступным... и тогда тебя ждут все возможные чудеса.
Я чувствую себя, словно в западне. Разочарование скуки только усиливается, когда я думаю, что все, что только в моих силах, — лишь бессмысленная лихорадка. Что такое в точности скука?
Скука — одна из важнейших вещей в человеческой жизни. Только человек способен к скуке; ни одно другое животное не способно испытывать скуку. Скука существует, только когда ум начинает подходить ближе и ближе к просветлению. Скука — это только полярная противоположность просветления. Животные не могут стать просветленными, а следовательно, не могут испытывать и скуки.
Скука просто показывает, что ты начинаешь осознавать тщетность жизни, ее постоянно повторяющееся колесо. Ты делал все эти вещи раньше — ничего не выходит. Во все эти путешествия ты уже раньше отправлялся — они ни к чему не привели. Скука — это первый показатель, что в тебе возникает великое понимание тщетности, бессмысленности жизни и ее путей.
Откликаться на скуку ты можешь двумя путями. Первый — то, что делают обычные люди, — бежать от нее, не смотреть ей в глаза, не сталкиваться с ней. Держаться от нее подальше, убегать; избегать, занимая себя вещами, которые могут тебя отвлечь, которые могут стать одержимостями; которые уводят тебя так далеко от реалий жизни, что ты никогда больше не увидишь, что возникает скука.
Именно поэтому люди изобрели алкоголь, наркотики. Это способы бегства от скуки. Но бежать не так легко; бежать можно лишь на время. Снова и снова скука будет возвращаться, и от раза к разу ее голос будет становиться громче и громче. Ты можешь бежать в секс, в то, чтобы слишком много есть, в музыку — в тысячу и одну разновидность вещей. Но снова и снова будет возникать скука. Это не что-то, чего следует избегать; это часть человеческого роста. С ней нужно столкнуться лицом к лицу.
Другой отклик — это столкнуться с ней, медитировать на нее, быть с ней, быть ею. Именно это делал Будда под деревом бодхи, именно это веками делали все люди дзэн.
Что такое в точности медитация? Обращение лицом к скуке. Что непрерывно делает медитирующий? Сидя в молчании, смотря на свой пупок или наблюдая за дыханием... — думаешь ли ты, что все эти вещи его развлекают? Ему невообразимо скучно! Именно поэтому дзэнский мастер ходит в палкой в руках — потому что эти люди неизбежно заснут. Других исходов нет, и остается единственный: по крайней мере они могут уснуть. Они не могут бежать. Они сами, по собственной воле, приняли на себя дзэнское обучение и дисциплину — они не могут бежать. Но один способ бегства доступен всегда: ты можешь заснуть, и тогда ты забываешь обо всем. Именно поэтому в медитации всем хочется спать.
Вот все усилие медитации: погрузиться в скуку, но не бежать от нее; и оставаться бдительным, потому что, если ты уснешь, значит, ты бежал. Оставайся бдительным! Наблюдай ее, свидетельствуй ее. Если скука есть, значит, она есть. В нее нужно будет заглянуть — до самой ее сердцевины.
Если ты будешь продолжать смотреть в глубь скуки, не пытаясь бежать, однажды приходит взрыв. Однажды, внезапно, глубоко глядя в скуку, ты проникаешь в собственное ничто. Скука была лишь прикрытием, вместилищем, в котором содержалось твое внутреннее ничто. Если ты бежишь от скуки, ты бежишь от собственного ничто. Если ты не бежишь от скуки, если ты начинаешь с ней жить, начинаешь ее принимать, приветствовать… Именно в этом и состоит вся медитация: приветствовать скуку, войти в нее по собственной воле; не дожидаться, чтобы она пришла сама, но отправиться на ее поиски.
Сидя часами в позе йоги, просто наблюдая свое дыхание, человек приходит в полнейшую скуку. И вся тренировка медитации такова, что она помогает скуке. В дзэнском монастыре ты должен вставать утром каждый день в одно и то же время — каждый день, год за годом. Неважно, лето или зима. Ты должен вставать рано, в три часа, и принимать ванну. Ты должен выпить чаю и сидеть... Одни и те же позы следуют снова и снова. И целый день также полон установленного раз и навсегда распорядка: ты завтракаешь в определенное время, потом снова медитируешь, потом снова в определенное время принимаешь пищу — и пища остается прежней! Все помогает скуке.
Одна и та же одежда, один и тот же монастырь, и вокруг ходит со своей палкой каждый день один и тот же мастер. Каждый день вечером ты приходишь на занятие с мастером. И вопросы, которые даются для медитации, такие скучные: «Что такое звук хлопка одной ладонью?» Только подумай об этом — это сведет тебя с ума! Что такое звук хлопка одной ладонью? На это нет ответа, и ты это знаешь; все знают, что на это нет ответа. А мастер продолжает настаивать: «Продолжай повторять, продолжай на это медитировать».
И все хорошо организовано. Должна быть создана скука — безмерная, невообразимая. И эту скуку нужно позволить как возможно более тотально, нужно ей помочь, всесторонне поддержать. Один и тот же вечер, одна и та же работа, одно и то же пение мантры. В одно и то же время ты снова засыпаешь.... и это продолжается без конца, словно колесо. Через несколько дней ты приходишь в полнейшую скуку, и бежать от нее ты не можешь. Способа бегства нет. Ты не можешь пойти в кино, не можешь смотреть телевизор; не можешь получить ничего такого, что могло бы тебе помочь ее избежать. Тебя снова и снова в нее отбрасывает.
Чтобы столкнуться с ней, нужна огромная храбрость. Это почти как смерть; фактически это гораздо труднее смерти, потому что смерть наступает, когда ты теряешь сознание. А здесь ты бередишь все возможные виды скуки. Что происходит? В этом секрет всех медитаций: если ты продолжаешь наблюдать, наблюдать, наблюдать, скука становится больше и больше, более и более интенсивной, и затем — кульминация. Ничто не может продолжаться вечно — приходит момент, когда колесо поворачивается. Если ты можешь дойти до самой этой крайности, до самой кульминации, тогда случается перемена, трансформация — просветление, сатори или назови это как тебе угодно. Однажды приходит день, когда внезапно скуки становится слишком много. Она тебя душит, она тебя почти убивает. Тебя окружает океан скуки. Она затапливает тебя, и кажется, нет никакого способа от нее бежать. Сама эта интенсивность и тотальность... — и колесо поворачивается. Внезапно скука исчезает, и приходит сатори, самадхи. Ты вошел в свое ничто.
Теперь скуки больше не будет. Ты увидел саму природу ничто жизни. Ты исчез — кому испытывать скуку? Что ее вызовет? Ты больше не существуешь. Ты уничтожен.
Ты спрашиваешь: «Что такое в точности скука?» Великое духовное явление. Именно поэтому буйволы не испытывают скуки; они выглядят совершенно счастливыми и радостными. Скуку испытывает только человек. И даже среди людей — лишь те, кто очень талантлив и разумен. Глупые люди не испытывают скуки. Они вполне довольны своей работой, зарабатыванием денег, созданием счета в банке, довольны тем, чтобы выращивать детей, воспроизводиться, есть, сидеть в кинотеатре, ходить в рестораны, участвовать в том-то или том-то. Они наслаждаются! Они не испытывают скуки. Это тип людей с самым низким уровнем развития; они по существу принадлежат к миру буйволов. Они еще не человеческие существа.
Человек становится человеком, когда начинает испытывать скуку. Ты можешь это видеть: самый разумный ребенок будет и самым скучающим — потому что ничто надолго не удерживает его интереса. Рано или поздно он наталкивается на этот факт и спрашивает: «А что теперь? Что дальше? Это закончено. Я видел эту игрушку, я в нее заглянул, я ее открыл, я ее проанализировал, теперь с ней покончено — что дальше?» К тому времени, как он становится молодым человеком, ему уже скучно.
Будда испытывал невообразимую скуку. Он покинул свое королевство, когда ему было только двадцать девять лет, на вершине молодости. Ему было невероятно скучно — ему были скучны женщины, вино, богатство, королевство, все. Он увидел все, и увидел ясно и насквозь. Ему было скучно. Он отрекся от мира не потому, что мир был неправильным, помните. Традиция говорит, что он отрекся от мира, потому что мир был плохой, — это абсолютная ерунда. Он отрекся от мира, потому что он ему наскучил.
Он не плохой, как и не хороший. Если ты разумен, он скучен. Если ты глуп, то можешь продолжать. Тогда карусель вертится; ты движешься от одного ощущения к другому. Тебя интересуют банальности, и ты продолжаешь повторяться, и ты недостаточно сознателен, чтобы увидеть это повторение, — ты не можешь видеть, что вчера уже это делал, и сегодня также, и предполагаешь делать то же самое и завтра. Ты должен быть действительно разумным. Как может разум избежать скуки? Это невозможно. Разум означает: видение вещей такими, как они есть.
Будда покинул мир из скуки; придя в предельную скуку, он бежал от мира. И что он делал все эти шесть лет, сидя во всех этих лесах? Приходил в большую и большую скуку. Что еще можно делать, сидя под деревом? — наблюдая дыхание, смотря на свой пупок, день за Днем, год за годом... Он создал скуку и довел ее до самой кульминации, и однажды она исчезла. Она исчезает сама собой.
Если ты достигнешь этой кульминации... приходит Поворот. Он приходит! И с этим переломом прилива в твое существо входит свет — ты исчезаешь, остается лишь свет. И со светом приходит восторг. Ты полон Радости — хотя тебя и нет, но ты полон радости, совершенно беспричинной радости. Радость просто искрится и пенится в твоем существе.
Обычный человек испытывает радость по какой-то причине — он влюбился в новую женщину или в нового мужчину, и он или она радостны. Их радость преходяща. Завтра им надоест эта женщина или мужчина, и они начнут искать других. Обычный человек радуется, потому что у него новая машина; завтра ему придется искать новую машину. И так продолжается без конца... и он никогда не видит сути этого: что всегда в конце концов ему становится скучно. Делай что угодно — в конце концов тебе станет скучно, каждое действие приносит скуку. Разумный человек это видит. Чем скорее ты это видишь, тем больше проявляешь разума.
Что же тогда остается? Тогда остается только скука, и человеку следует на нее медитировать. Нет способа от нее бежать. Значит, войди в нее, посмотри, куда она ведет. И если ты сможешь продолжать это делать, она приведет тебя к просветлению.
Только человек способен к скуке, и только человек способен к просветлению.
Не мог бы ты что-нибудь сказать о проблеме наркотиков? Почему люди вовлекаются в принятие наркотиков?
В этом нет ничего нового, это старо, как сам человек. Никогда не было времени, когда бы человек не искал способа бегства. Самая древняя в мире книга — Ригведа, и она полна описаний принятия наркотика. Этот наркотик называется сомой,
С тех древних времен все религии пытались сделать так, чтобы люди не использовали наркотиков. Все правительства всегда были против наркотиков. И все же наркотики оказались сильнее правительств и религии, потому что никто не рассматривал саму психологию принимающего наркотик. Человек несчастен. Он живет в тревоге, внутренней боли и разочаровании. Кажется, кроме наркотиков, никакого выхода нет.
Единственный способ предотвратить использование наркотиков — это сделать людей радостными, счастливыми, блаженными.
Я также против использования наркотиков, и по той простой причине, что они помогают вам на время забыть свое несчастье. Они не готовят вас к тому, чтобы бороться с несчастьем и страданием; скорее они вас ослабляют.
Но причины, по которым против наркотиков правительства и религии, — совершенно другие. Они хотят, чтобы люди оставались несчастными и разочарованными, потому что те, кто страдает, никогда не бунтуют; они испытывают мучения в собственных существах, они разваливаются на части. Они не могут вообразить лучшего общества, лучшей культуры, лучшего человеческого существа. Из-за этого страдания каждый может стать легкой добычей священников, потому что они его утешат, они ему скажут: «Блаженны бедные, блаженны кроткие, блаженны те, кто страдает, потому что они унаследуют царство Божье».
Страдающее человечество находится также в руках политиков, потому что страдающее человечество нуждается в какой-то надежде — надежде на бесклассовое общество когда-нибудь в будущем, в надежде на общество, в котором не будет бедности, голода, несчастья. Говоря коротко, людям удается справиться со страданием и терпеливо его выносить, если на горизонте впереди их манит утопия. И вы должны отметить смысл слова утопия. Оно означает: то, что никогда не происходит. Это точно как горизонт; он так близко, что вам кажется, что вы можете побежать и достичь места, где земля встречается с небом. Но вы можете продолжать бежать всю жизнь и никогда не достигнете этого места, потому что такого места нет. Это галлюцинация.
Политик живет обещаниями, священник живет обещаниями. За последние десять тысяч лет никто еще не Доставил обещанных товаров. Причина того, что они против наркотиков, в том, что наркотики разрушают весь их бизнес. Если люди станут принимать опиум, гашиш,
Д им не будет дела до коммунизма, им не будет дела до того, что случится завтра; им не будет дела до жизни после смерти, им не будет дела до Бога, рая. Они будут осуществлены в этот момент.
В этом отличаются мои причины. Я также против наркотиков, но не потому, что они обрубают корни религий и политиков, а потому, что они разрушают ваш внутренний рост в направлении духовности. Они мешают вам достичь земли обетованной. Вы остаетесь блуждающими среди галлюцинаций, тогда как способны достичь реального. Наркотики дают вам в руки игрушку.
Но поскольку наркотики никогда не исчезнут, я хотел бы, чтобы каждое правительство, каждая научная лаборатория очищала наркотики, делала их более здоровыми, лишенными побочных эффектов, что теперь стало возможным. Мы можем создать такой наркотик, как тот, что Олдос Хаксли, в память Ригведы, назвал «сомой», — который будет лишен вредных побочных эффектов, который не будет вызывать привыкания, который будет радостью, счастьем, танцем, песней.
Если мы не можем сделать возможным, чтобы каждый стал Гаутамой Буддой, мы не имеем никакого права мешать людям испытывать, по крайней мере, иллюзорные проблески эстетического состояния, которое, должно быть, переживал Гаутама Будда. Может быть, эти небольшие проблески приведут этого человека к дальнейшему исследованию. Рано или поздно наркотик ему надоест, потому что будет повторять снова и снова одну и ту же сцену. Какой бы прекрасной ни была сцена, повторение сделает ее скучной.
Поэтому, во-первых, очистите наркотики от вредных побочных эффектов. Во-вторых, позвольте наслаждаться людям, которые хотят наслаждаться. Это им надоест. И тогда единственным путем для них будет искать какой-то метод медитации, чтобы найти предельное блаженство.
Этот вопрос в основном касается молодых людей. Промежуток между поколениями — это новейшее явление мира; раньше его никогда не существовало. В прошлом дети с шести, семи лет начинали руками и умом помогать отцам в их традиционных профессиях. К тому времени, как им исполнялось четырнадцать лет, они владели ремеслом, работали, были женаты, имели обязанности. К тому времени, как им было двадцать или двадцать пять лет, у них уже были собственные дети, поэтому промежутка между поколениями никогда не возникало. Каждое поколение пересекалось со следующим.
Впервые в истории человечества возник промежуток между поколениями. Он имеет огромную важность. Теперь впервые до возраста двадцати пяти или двадцати шести лет, когда вы возвращаетесь из университета, у вас нет никаких обязанностей — никаких детей, никаких забот, и в вашем распоряжении весь мир, чтобы о нем мечтать. Как его улучшить, как сделать его богаче, как создать расу гениев. Это годы между четырнадцатью и двадцатью четырьмя годами, когда человек остается мечтателем, потому что в нем созревает сексуальность, а вместе с сексуальностью созревают мечтания. Сексуальность человека подавляется школами и колледжами, и вся энергия молодого человека доступна для мечтаний. Он становится коммунистом, он становится социалистом, он становится фабианцем или еще кем угодно. И это время, когда он начинает ощущать разочарование, потому что мир действует совершенно не так. Бюрократия, правительство, политики, общество, религия... не похоже, что ему удастся воплотить свои мечты в реальность. Он возвращается домой из университета, полный идей, и каждой из этих идей предстоит быть раздавленной обществом. Вскоре он забывает о новом человеческом существе и новой эре. Он не может даже найти работу, не может прокормить себя. Как он может думать о бесклассовом обществе, где не будет богатых и бедных?
В этот момент он обращается к наркотикам. Они дают ему временное облегчение; но вскоре ты находишь, что тебе приходится повышать дозу. И в том виде, какие они сейчас, они очень разрушительны для тела, для мозга; вскоре ты становишься абсолютно беспомощным. Ты не можешь жить без наркотиков, а с наркотиками в жизни не остается пространства для тебя самого.
Но я не говорю, что за это ответственны молодые люди, и сажать их в тюрьмы и наказывать — сущая глупость. Они не преступники, они жертвы.
Моя идея состоит в том, что образование должно быть разделено на две части: одна — интеллектуальная, а другая — практическая. С самого начала ребенок идет в школу не просто, чтобы научиться трем R, но также и учиться что-то создавать — какое-то ремесло, какой-то навык. Половина времени должна отводиться на интеллектуальные упражнения, а половина даваться на реальные жизненные потребности; это поддержало бы равновесие. К тому времени, как он выходит из университета, он не будет утопистом и не будет нуждаться в том, чтобы другие предоставили ему работу. Он сможет создавать вещи сам.
И для студентов, которые чувствуют любого рода разочарование, с самого начала все должно измениться. Если они разочарованы, может быть, они изучают не то, что им нужно. Может быть, кто-то хотел быть столяром, а вы его заставляете быть доктором; кто-то хочет быть садовником, а вы делаете его инженером.
Потребуется огромное психологическое понимание, чтобы каждого ребенка посылали в том направлении, где он чему-то научится. И в каждой школе, в каждом колледже, в каждом университете, по крайней мере, час медитации должен быть обязательным для всех, чтобы каждый раз, когда человек чувствует себя разочарованным и подавленным, у него было пространство внутри, куда он может двигаться, чтобы тотчас же избавиться от депрессии и разочарования. Ему не нужно обращаться к наркотикам. Ответом станет медитация.
Но вместо того, чтобы делать все это, люди, находящиеся у власти, продолжают делать идиотические вещи — запреты, наказания. Они знают, что десять тысяч лет мы запрещали и не добились никакого успеха. Если запретить алкоголь, больше людей становится алкоголиками, и доступным становится более опасный вид алкоголя. Тысячи людей умирают от отравления, и кто за это ответственен?
Теперь этих молодых людей наказывают, на много лет сажая в тюрьму и даже не понимая, что, если человек принимает наркотик или зависит от наркотика, ему нужно лечение, а не наказание. Его нужно отправить в такое место, где о нем смогут позаботиться, где его научат медитации и мало-помалу могут направить в сторону от наркотиков к чему-то другому.
Вместо этого его на годы сажают в тюрьму — годы в тюрьме! Они совершенно не ценят человеческую жизнь. Если молодого человека двадцати лет на десять лет посадить в тюрьму, это потратит впустую его самое драгоценное время — и без всякой пользы, потому что в тюрьме любой наркотик достать легче, чем где-либо еще. Обитатели тюрем — очень искусные потребители наркотиков, которые становятся учителями для начинающих. Через десять лет этот человек выйдет, получив полную тренировку. Ваши тюрьмы учат только одному: что бы вы ни делали, правильно, если только вас не поймают; просто позаботьтесь о том, чтобы вас не поймали. И есть мастера, которые могут вас научить, как больше не оказываться пойманным. И все это дело абсолютно абсурдно.
Я тоже против наркотиков, но совершенно по-другому. Я думаю, ты сможешь понять суть.
Как мы можем быть настолько озабочены собственным счастьем, когда человечество сталкивается с такими проблемами? Голод, бедность, несчастные условия жизни, и у многих так мало возможностей развить свои способности и таланты...
По существу, не отбросив сперва собственных проблем, ты не сможешь смотреть на проблемы мира под углом, нужным для их понимания. Твой собственный Дом в таком хаосе, твое внутреннее существо в таком хаосе — как ты можешь правильно видеть и понимать эти гигантские проблемы? Ты не понял еще даже самого себя — начни оттуда, потому что любое другое начало будет неправильным началом.
Люди, которые сами находятся в невероятно запутанном состоянии ума, начинают помогать другим, начинают предлагать решения — и эти люди создали в мире больше проблем, чем решили. Это настоящие вредители: политики, экономисты, так называемые слуги общества, миссионеры. Это настоящие вредители — они еще не достигли собственного сознания, а уже готовы наброситься на всех остальных и решить проблемы каждого. Фактически таким образом они избегают собственной реальности — они не хотят обращаться к ней лицом. Они хотят оставаться занятыми где-то в другом месте, кем-то другим.
Это дает им чем заняться, это хорошо отвлекает.
Помни: главная мировая проблема — это ты сам. Ты и есть проблема, и пока не разрешен ты, что бы ты ни сделал, это только создаст больше осложнений. Сначала наведи порядок в собственном доме, создай в нем космос — а он находится в хаосе.
Есть древняя индийская притча, очень старая история, но она очень важна.

Великий, но глупый король пожаловался, что грубая земля ранит ему ноги, и он приказал, чтобы все королевство было покрыто коровьими шкурами, чтобы защитить его ноги. Но придворный шут стал смеяться над этой идеей
— он был мудрым человеком. Он сказал:
— Королевская мысль просто смехотворна. Король очень разгневался и сказал шуту:
— Покажи мне лучшую возможность, иначе я предам тебя смерти.
И шут сказал:
— Господин, вырежи небольшие куски из коровьей шкуры и покрой ими свои ноги.
И именно так возникла обувь.

Нет надобности покрывать коровьими шкурами всю землю; просто покрыв себе ноги, ты покроешь и всю землю. Это начало мудрости.
Да, есть проблемы, я согласен. Есть огромные проблемы. Жизнь — это такой ад. В ней есть страдание, бедность, насилие, в ее волнах пенятся все виды безумия, это правда — но все же я настаиваю, что проблема возникает в индивидуальной душе. Проблема существует, потому что индивидуальности пребывают в таком хаосе. Всеобщий хаос — это не более чем явление сочетания: все мы вливаем в него хаос собственный.
Мир — не что иное, как отношения; мы связаны друг с другом. Я невротичен, ты невротичен: тогда наши отношения будут очень, очень невротичными — невроз будет перемножен, не просто сложен. А невротичен каждый, и поэтому невротичен мир. Адольф Гитлер не родился ни с того, ни с сего — мы его создали. Война не рождается ни с того, ни с сего — мы ее создаем. Это выходит наружу наш гной; это берет свою дань наш хаос. Начинаться все должно с тебя: ты сам — мировая проблема. Не избегай реальности собственного внутреннего мира — вот первый шаг.
Такой, как ты есть сейчас, ты не можешь видеть корня проблемы, ты видишь только симптом. Сначала найди у себя внутри, где ее корень, приложи все усилия, чтобы изменить этот корень. Бедность не корень — корнем является жадность, бедность — это только результат. Вы продолжаете бороться с бедностью, и ничего не получается. Корень находится в жадности; должна быть искоренена жадность. Война не является проблемой; проблема в индивидуальной агрессивности. Война — это только полная сумма индивидуальных агрессивностей. Вы продолжаете проводить демонстрации протеста, но это не остановит войну. Есть некоторые люди, которые наслаждаются этим как развлечением; их можно найти среди участников любой демонстрации протеста.
В детстве я обычно очень этим наслаждался. Я участвовал в каждой процессии, и даже старейшие люди города стали беспокоиться. Они сказали:
— Ты ходишь всюду — все равно, коммунистическая это процессия, социалистическая или антикоммунистическая... ты все равно там.
Я сказал:
— Я наслаждаюсь этим как развлечением. Мне нет Дела до политической философии — просто кричать так весело; я наслаждаюсь этим упражнением.
Ты можешь наслаждаться; это не много изменит — война продолжается. И если ты посмотришь на этих протестующих, то увидишь, что это очень агрессивные люди, — ты не увидишь на их лицах мира. Они готовы драться. Демонстрации за мир могут в любой момент перерасти в вооруженные столкновения. Это агрессивные люди — под именем мира они показывают свою агрессивность. Они готовы драться: если бы у них была власть, если бы у них была атомная бомба, они сбросили бы эту бомбу, чтобы создать мир. Именно это говорят все политики — они говорят, что борются только для того, чтобы мог воцариться мир.
Проблема не в войне, и демонстрации протеста не помогут.
Проблема во внутренней агрессивности индивидуальностей. Люди не расслаблены в самих себе, поэтому должны существовать войны, иначе эти люди сойдут с ума. Каждые десять лет нужна война, чтобы освободить человечество от невротического бремени. Может быть, вы удивитесь, узнав, что во время Первой мировой войны психологи осознали очень странное явление. Пока продолжалась война, пропорциональная доля людей, которые сходили с ума, снизилась почти до нуля. Самоубийств никто не совершал, никто никого не убивал, и люди перестали даже сходить с ума. Это было странно — что общего имеет это с войной? Может быть, убийства не совершаются, потому что все убийцы ушли в армию, но что случилось с людьми, совершающими самоубийства? Может быть, они тоже вступили в армию, но тогда что случилось с людьми, которые сходили с ума? — даже они перестали сходить с ума? Затем, во время Второй мировой войны, случилось то же самое, в большем масштабе — и тогда связь, ассоциация, была установлена. Человечество продолжает накапливать в определенных количествах невроз, безумие. Каждые десять лет оно должно его выбросить. И когда начинается война — война означает, что человечество сошло с ума как целое, — нет надобности в том, чтобы сходить с ума частным образом. Какой смысл? С ума сошли все — нет никакого смысла сходить с ума в одиночку. Когда одна нация убивает другую и происходит столько убийств и самоубийств, какой смысл делать эти вещи самому? Вы можете просто смотреть телевизор и наслаждаться, читать газеты и приходить в волнение.
Проблема не в войне, проблема в индивидуальном неврозе.
Измени корень — необходима радикальная трансформация; обычные реформации не помогут. Но, может быть, ты все равно не поймешь — я продолжаю говорить о медитации, но ты не можешь увидеть связи, не видишь, как медитация связана с войной. Я эту связь вижу; ты связи не видишь.
Вот мое понимание: если даже один процент человечества станет медитативным, войны исчезнут. И другого пути нет. Такой минимум медитативной энергии нужно высвободить в мир. Если один процент человечества — то есть один человек из ста — станет медитативным, все станет оборачиваться совершенно по-другому. Будет меньше жадности; естественно, уменьшится бедность. Бедность существует не потому, что вещей не хватает; бедность существует потому, что люди нагромождают собственность, всего достаточно; земля дает нам достаточно. Но мы планируем, нагромождаем — и возникают трудности.
Только представь, что птицы нагромождают горы еды... тогда некоторые птицы становятся богатыми, а некоторые — бедными; тогда американские птицы становятся самыми богатыми, а весь мир страдает. Но они ничего не нагромождают, поэтому среди них нет бедности. Видел ли ты когда-нибудь бедную птицу? Звери в лесу — никто из них не беден, никто не богат. Фактически вы не видите даже толстых и худых, тощих птиц. Все вороны похожи друг на друга; вы даже не сможете отличить одну от другой. Почему? Они наслаждаются, они не накапливают.
Даже растолстеть — значит начать накапливать внутри тела — это показывает скупой ум. Скряги начинают страдать запорами; они не могут даже выбросить мусор. Они накапливают; они контролируют даже дефекацию, они продолжают накапливать даже мусор. Накопление стало их привычкой.
Жить в моменте, жить в настоящем, жить в любви, жить в дружбе, заботиться... и тогда мир станет совершенно другим. Индивидуальность должна измениться, потому что мир — не что иное, как явление, спроецированное индивидуальной душой.
Тогда ее не будут интересовать проблемы мира, ее будет интересовать совершенно другое измерение. Может быть, ты не сможешь этого понять. Люди приходят ко мне и говорят: «Что ты делаешь? Вокруг бедность и уродство, а ты продолжаешь учить медитации Прекрати это. Сделай что-нибудь, чтобы не было бедности». Но с бедностью ничего нельзя сделать прямо. Должна быть высвобождена медитативная энергия, чтобы люди могли наслаждаться мгновением, — тогда не будет бедности. Коммунизм не разрушит бедность; он нигде ее не разрушил. Он создал новые виды бедности — и более крупные, более опасные. Коммунист гораздо беднее, потому что ко всему прочему он потерял и душу. Теперь он по-настоящему вообще не индивидуальность — у него нет даже свободы молиться и медитировать.
Это не поможет, это разрушает людей. Все эти доб-родеи... избегайте их.
А когда человек медитирует, он начинает расцветать. Если он художник, он становится хорошим художником. Если он поэт, внезапно в его душе возникает безграничная поэзия. Если он певец, впервые он споет песню, близкую к желанию его сердца.
Когда ты в молчании, когда ты укоренен в своем существе, центрирован, твои таланты начинают действовать автоматически. Ты начинаешь действовать так, как должен был от рождения, ты начинаешь действовать так, как хочет твое предназначение. Ты становишься спонтанным. Ты начинаешь делать свое дело — и теперь ты не беспокоишься о том, прибыльно ли это, делает ли это тебя респектабельным. Это делает тебя счастливым, и этого достаточно. Это делает тебя безмерно радостным, и этого более чем достаточно.
Но есть люди, которые хотят идти очень окольным путем: они хотят сначала изменить весь мир, а затем прийти к самим себе. Но, позволь тебе сказать, ты никогда не сможешь прийти к себе, если пойдешь так далеко.

Я слышал...
У дороги, неподалеку от города Дели, сидел старик, а мимо на большой скорости ехала машина. Молодой человек, который вел машину, затормозил и спросил старика:
— Далеко до Дели? Старик ответил:
— Если ты будешь продолжать ехать с такой же скоростью и по этой же дороге, по которой едешь сейчас, то это очень, очень далеко. Тебе придется объехать всю землю — потому что Дели остался в двух милях позади тебя.

Если ты развернешься, это не очень далеко — вопрос всего нескольких минут. Если ты отправишься в поход, чтобы изменить весь мир, а себя изменить хочешь потом, то не сможешь этого сделать никогда; никогда не сможешь прийти домой.
Начни там, где находишься. Ты — часть этого уродливого мира, и, изменяя себя, ты будешь изменять и мир. Что такое ты? — часть этого уродливого мира. Зачем пытаться изменить соседа? — может быть, ему это не понравится, может быть, он этого не захочет, может быть, ему будет неинтересно. Если ты осознаешь, что мир нуждается в огромных переменах, то ближайшая к тебе часть этого мира — это ты сам. Оттуда и начинай.
Почему я всегда грежу наяву о будущем?
Это делают все. Человеческий ум как таковой — это способность грезить наяву. Пока ты не выйдешь за пределы ума, ты будешь продолжать грезить наяву. Ум не может существовать в настоящем — он может существовать или в прошлом, или в будущем. Для ума нет способа существовать в настоящем. Быть в настоящем — значит быть без ума.
Попробуй это. Если случится молчаливое мгновение, когда никакая мысль не пересекает твое существо, твое сознание — когда экран сознания абсолютно свободен от облаков — и внезапно ты присутствуешь... Это мгновение, это реальное мгновение — мгновение реальности, момент истины. Но нет прошлого, и нет будущего.
Обычно время делится на три времени: прошедшее настоящее, будущее. Это разделение по сути своей неправильно, ненаучно, потому что настоящее — не часть времени. Частями времени являются только прошедшее и будущее. Настоящее — за пределами времени. Настоящее — это вечность.
Прошлое и будущее — части времени. Прошлое — это то, чего больше нет, а будущее — то, чего еще нет. То и другое — внеэкзистенциальны. Настоящее — это то, что есть. Существенное не может быть частью несущественного. Они никогда не встречаются, их пути никогда не могут пересечься.
А время — это ум; накопленное прошлое — именно это и есть ваш ум. Что такое ваш ум? Проанализируйте его, загляните в него. Что это такое? — всего лишь нагромождение, скопление ваших прошлых опытов. Ваш ум — это только собирательный термин, похожий на зонт, под которым удерживается все ваше прошлое, ничего более. Если мало-помалу вы станете вынимать прошлое из сумки, сумка исчезнет.
Если прошлое остается единственной реальностью для ума, что может делать ум? Одна возможность: продолжать снова и снова жевать и пережевывать прошлое. Именно это вы называете воспоминаниями, реминисценцией, ностальгией. Вы можете снова и снова возвращаться в прошлое; снова и снова — к прошлым мгновениям, красивым мгновениям, мгновениям счастья. Они редки и разбросаны среди множества других, но вы за них цепляетесь. Вы избегаете уродливых мгновений, несчастных мгновений.
Но это не может продолжаться все время, потому что это тщетно; эта деятельность кажется бессмысленной. Поэтому ум создает «осмысленную» деятельность — именно это и есть грезы наяву о будущем.
Ум говорит: «Да, прошлое было хорошо, но прошлое окончено; с ним ничего сделать нельзя. Но с будущим можно что-то сделать, потому что оно еще придет». Таким образом, ты выбираешь из своих прошлых опытов те, которые тебе хочется снова повторить, и отбрасываешь опыты, которые были очень несчастными, болезненными, которых не хочешь повторять в будущем. Твои грезы наяву о будущем — не что иное, как видоизменение прошлого: лучше устроенное, более украшенное, более приемлемое, менее болезненное, более приятное. Вот что непрерывно делает твой ум, и таким образом ты продолжаешь упускать реальность.
Медитация просто означает несколько мгновений, когда ты не в уме, несколько мгновений, на которые ты выскальзываешь из ума.
Ты выскальзываешь в реальность, в то, что есть. Эти экзистенциальные мгновения так безмерно экстатичны, что, однажды испытав их вкус, ты прекратишь грезить наяву.
Грезы наяву будут продолжаться, пока ты не начнешь испытывать вкус медитации. Пока ты не начнешь получать питания от медитации, ты будешь продолжать страдать от голода и жаждать какой-то пищи в будущем. И ты знаешь, что будущее ее не принесет, потому что сегодня было будущим когда-то раньше. Вчера будущим было сегодня, и ты грезил о нем наяву. Теперь оно наступило. Что происходит? Счастлив ли ты? Вчера также было когда-то будущим. Все прошлое было когда-то частью будущего, и оно ускользнуло — ускользнет и это будущее. Грезами наяву ты дурачишь себя.
Стань немного более осознанным и попытайся приводить сознание более и более к фактичности существования.
Видь этот цветок, не думай о том цветке. Слушай это слово, которое я произношу, не то слово, которое я собираюсь произнести. Смотри прямо сейчас. Если ты отложишь хотя бы на долю секунды, то упустишь, и тогда это войдет в привычку, и привычка глубоко в тебя внедрится. Завтра ты тоже будешь упускать, и послезавтра — потому что сам будешь оставаться прежним. И более того — привычка грезить наяву будет становиться все сильнее.
На днях я читал одну чудесную японскую историю. Такие истории существуют во всех фольклорах мира, их черты сходны. Это прекрасная история. Послушайте ее.

Однажды жил человек, который высекал камни из утеса Его труд был очень тяжелым, и он много работал, но плата была низкая, и он был неудовлетворен.

Кто удовлетворен? Даже императоры не удовлетворены, что сказать о камнетесе? Его работа, несомненно, была очень тяжелой, а плата ничтожной.

Он вздохнул, потому что его труд был такой тяжелый, и воскликнул:
— Ах, если бы только я был богат, я мог бы отдыхать на диване с шелковыми покрывалами.
И ангел спустился с небес, и он сказал:
— Ты стал тем, что сказал.

И это действительно происходит — не только в притчах и историях; это происходит в реальной жизни. Все, что вы думаете о себе, случается. Вы создаете свой мир собственной мыслью, создаете свой мир собственными желаниями. Все, на чем вы настаиваете, начинает случаться. Реальность постоянно сотрудничает с вами. Она ожидает того момента, того дня, когда вы начнете сотрудничать с ней. До тех пор она непрерывно сотрудничает с вами.

И ангел сказал:
— Ты стал тем, что сказал.
И он был богат, и отдыхал на диване с шелковыми покрывалами.
Король этой страны проехал мимо среди своих всадников, которые ехали впереди его колесницы и позади нее, и над головой короля держали золотой солнечный зонт. Когда богатый человек это увидел, в нем родились сомнения: над его головой никто не держал золотого зонта, и он был неудовлетворен. Он вздохнул и воскликнул:
— Хотел бы я быть королем. Снова спустился ангел и сказал:
— Ты стал тем, что сказал.
И он был королем, и много всадников скакало перед его колесницей, и всадники скакали позади его колесницы, и над его головой держали золотой солнечный зонт, и солнце сияло горячими лучами, обжигало землю, и ростки травы вяли. И король пожаловался, что солнце жжет ему лицо, и что оно превосходит всех властью, и он был неудовлетворен. Он вздохнул и воскликнул:
— Хотел бы я быть солнцем. И пришел ангел, и он сказал:
— Ты стал тем, что сказал.
И он был солнцем, и направлял свои лучи вверх и вниз, вправо и влево, всюду, и обжигал побеги травы на земле, и нарушал спокойствие земных королей. И тогда облако прошло между солнцем и землей, и лучи солнца отразились от него, и солнце разгневалось, что облако противится его власти. Оно пожаловалось, что облако превосходит его во власти, и оно было неудовлетворено. Оно пожелало быть облаком, обладающим такой властью, и ангел явился и сказал:
— Ты стал тем. что сказал.
И он стал облаком и прошел между солнцем и землей, и поймал лучи солнца, чтобы трава снова стала зеленой. Облако пролило на землю большие капли дождя, отчего реки вздулись, и начались наводнения, и дома смывало водой, и вода разрушила поля, потому что ее было слишком много. Вода пала на утес, который стоял твердо, оросила его бурными потоками, но утес не поддался, и облако пришло в ярость, потому что утес не подчинился его власти, и власть его потоков была тщетной, и оно было неудовлетворено.
Понимание Корней Страдание
Оно воскликнуло:
— Этому утесу дано столько власти, и его власть превосходит мою. Я хочу быть утесом.
И ангел явился, и облако стало утесом, и утес не двигался с места, сияло ли солнце или шел проливной дождь. Но тогда пришел человек с киркой, резцом и тяжелым молотом, и он стал высекать из утеса камни, и утес сказал:
— Как может быть такое, что власть этого человека превосходит мою и он высекает камни из моего тела? — И он был неудовлетворен.
Он воскликнул:
— Я слабее его. Я хочу быть этим человеком. И ангел явился с небес со словами:
— Ты стал тем, что сказал.
И он снова стал камнетесом. С огромным трудом он высекал из утеса камни и работал до изнеможения ради мизерной платы — и он был удовлетворен.

Я не согласен с заключением. Это единственное, с чем я в этой истории не согласен; во всем остальном она прекрасна. Я не согласен с заключением, потому что знаю людей: они не становятся удовлетворенными так легко. Колесо прошло полный круг, и эта история в определенном смысле пришла к естественному завершению, но настоящие жизненные истории не приходят ни к каким естественным завершениям. Колесо истории продолжает двигаться.
Именно поэтому мы в Индии называем жизнь «колесом». Она постоянно движется, постоянно повторяется. Насколько я вижу, пока этот камнетес не стал бы буддой, история повторялась бы бесконечно. Он снова пожелал бы чудесный диван с шелковыми покрывалами, и то же самое началось бы сначала. Если этот камнетес был действительно удовлетворен, тогда, наверное, он выпрыгнул из колеса рождения и смерти. Наверное, он стал буддой.
Именно это непрерывно происходит с каждым умом — ты чего-то жаждешь, это случается, но к тому времени, как это случается, ты видишь, что по-прежнему неудовлетворен. Теперь несчастным тебя делает что-то другое.
Это нечто, требующее понимания: если желание не исполнено, ты разочарован; если оно исполнено, ты и тогда разочарован. Именно в этом состоит страдание желания. Когда осуществлено желание, не осуществлен ты. Стоит ему осуществиться, как внезапно возникает множество новых.
Ты никогда не думал, что, когда станешь королем и впереди и позади тебя будут скакать всадники, солнце будет так горячо, что обожжет тебе лицо. Ты никогда об этом не думал. А потом ты мечтал о том, чтобы стать солнцем, и вот ты стал солнцем, но никогда не думал об облаке. Теперь облако пришло и доказало твое бессилие. И это продолжается и продолжается без конца, как волны в океане, бесконечно — пока ты не поймешь и просто не выпрыгнешь из колеса.
Ум непрерывно тебе говорит: «Делай это, стань тем. Получи то-то и то-то... как ты сможешь быть счастливым, если у тебя этого не будет? У тебя должен быть дворец, тогда ты можешь быть счастливым». Если у твоего счастья есть условие, ты останешься несчастливым. Если ты не можешь быть счастливым точно таким, как есть, оставаясь камнетесом... Я знаю, что труд очень тяжелый, плата низкая, жизнь остается борьбой, я знаю, — но если ты не можешь быть счастливым таким, как есть сейчас, вопреки всему, ты никогда не будешь счастливым. Если только человек не счастлив, не счастлив просто без всякой причины, если человек недостаточно безумен, чтобы быть счастливым без всякой причины, этот человек никогда не будет счастливым. Ты всегда найдешь что-то, чтобы разрушить счастье. Тебе всегда будет чего-то не хватать, что-то будет отсутствовать. И это «отсутствие» снова станет грезами наяву.
И ты не сможешь достичь состояния, в котором доступно все, абсолютно все. Даже если бы это было возможно, то и тогда ты не был бы счастлив. Просто посмотри на механизм ума: если доступно все, что ты хотел, внезапно тебе становится скучно. Что теперь делать?
Я слышал — и думаю, что это достоверно, — что людям, достигшим рая, становится скучно. Это исходит из очень достоверных источников, на них можно полагаться — эти люди сидят под исполняющими желания деревьями, и им скучно. Потому что стоит тебе что-то сказать, как появляется ангел и тотчас же исполняет это желание. Между желаниями и их исполнением нет никакого промежутка. Они хотят красивую женщину, Клеопатру, и она появляется. И что теперь делать с такой Клеопатрой? Это бессмысленно — и им скучно.
В индийских «Пуранах» есть множество историй о девах, которым так надоело в раю, что они стали скучать по земле. Там у них было все. Когда они были на земле, они жаждали рая. Может быть, они были великими аскетами, может быть, они отреклись от мира, отношений, всего в попытках достичь рая. Теперь они достигли рая, и теперь они жаждут мира.

Я слышал:
Пилот нового реактивного самолета маневрировал над кэтскиллскими горами. Он указал второму пилоту на приятную долину внизу.
— Видишь вон тот уголок? — сказал он. — Когда я был босоногим мальчишкой, я обычно сидел вон там в плоскодонке и ловил рыбу. Каждый раз, когда в небе пролетал самолет, я смотрел вверх и мечтал о том, чтобы быть в нем пилотом. Теперь я смотрю вниз и мечтаю о том, чтобы ловить рыбу.

Именно так продолжается без конца. Если вы не знамениты, вы хотите быть знаменитыми. Вам так больно оттого, что люди вас не знают. Вы идете по улице, и никто на вас не смотрит, никто вас не узнает. Вы чувствуете себя пустым местом. Вы усердно трудитесь, чтобы стать знаменитым. Однажды вы становитесь знаменитым. Теперь вы не можете ходить по улицам. Теперь вокруг собирается толпа, чтобы на вас смотреть. Теперь у вас нет никакой свободы, и вы остаетесь дома, как взаперти. Вы не можете выйти наружу, вы словно в тюрьме. Теперь вы начинаете думать о тех чудесных временах, когда можно было ходить по улицам и быть свободным... словно вокруг никого нет. Теперь вы тоскуете по тем временам. Спросите знаменитых людей.
Вольтер пишет в мемуарах, что когда он не был знаменит — а каждый однажды не был знаменит, — он все этого желал и желал, работал изо всех сил, и вот он стал одним из самых знаменитых людей во Франции. Его слава возросла до такой степени, что ему стало опасно выходить из комнаты, потому что в те времена суеверные люди думали, что если удастся добыть кусочек одежды какого-то великого человека, он станет защитным талисманом; он обладает огромными защищающими силами. Он отгоняет духов, предотвращает несчастные случаи и так далее в этом роде.
И если он приходил на вокзал, чтобы сесть в поезд, ему приходилось вызывать сопровождение полиции, иначе люди начинали рвать его одежду. И мало того — ему рвали кожу, и он возвращался домой в синяках и царапинах. Ему так надоела эта слава — он не мог даже выйти из дома; люди всегда поджидали его, как волки, чтобы наброситься на него, — и он стал молиться Богу: «Довольно! Я это узнал. Я этого не хочу. Я стал почти как мертвец». И тогда это случилось. Явился ангел — наверное, явился ангел — и сказал: «Ладно». Мало-помалу его слава рассеялась.
Мнения людей меняются очень легко; в них нет никакой цельности. Все меняется, точно как мода. Сегодня ты на вершине славы, завтра люди совершенно забывают о тебе. Однажды ты президент, на следующий день ты просто гражданин Ричард Никсон. Никому нет до тебя дела.
Случилось так, что умы людей изменились, мнения, климат изменился, и люди совершенно забыли о Вольтере. Он приходил на вокзал и надеялся, что хоть кто-нибудь, хоть один человек придет его встречать. Никто его больше не встречал, только его собака.
Когда он умер, только четверо провожали его в последний путь: трое людей и одна собака. Наверное, он умер несчастным, снова жаждающим славы. Что делать? Так все и продолжается.
Ум никогда не позволит тебе быть счастливым. Какими бы ни были условия, ум всегда найдет что-то, чтобы из-за этого быть несчастным. Позволь мне сказать это так: ум — это механизм для создания несчастья. Вся его функция состоит в том, чтобы создавать несчастье.
Если ты отбрасываешь ум, внезапно ты становишься счастливым — совершенно без причины. Тогда счастье естественно, как дыхание. Чтобы дышать, не нужно даже этого осознавать. Ты просто продолжаешь дышать. Счастье — точно такое же.
Счастье — это твоя внутренняя природа. Оно не нуждается ни в каких внешних условиях; оно просто есть, счастье — это ты сам. Блаженство — это твое естественное состояние; это не достижение. Просто выбравшись из механизма ума, ты начинаешь чувствовать себя блаженным.
Именно поэтому ты увидишь, что сумасшедшие люди счастливее так называемых нормальных. Что происходит с сумасшедшими людьми? Они также выбираются из ума — конечно, не с той стороны, но все же выбираются. Сумасшедший — это тот, кто пал ниже ума. Он лишился ума.
Именно поэтому ты можешь увидеть, что многие сумасшедшие так счастливы, что ты почти что чувствуешь зависть. Ты можешь даже начать грезить наяву: «Когда со мной случится это благословение?» Сумасшедший осужден, но он счастлив.
Что случилось с сумасшедшим? Он больше не думает о будущем и не думает о прошлом. Он выпал из времени. Он начал жить в вечности.
Точно так же это происходит и с мистиком, потому что он поднимается над умом. Я не говорю, что ты должен стать сумасшедшим, но я говорю, что есть определенное сходство между сумасшедшим и мистиком. Именно поэтому все великие мистики выглядят немного сумасшедшими, а все великие сумасшедшие немного похожи на мистиков.
Посмотри в глаза сумасшедшему, и ты найдешь, что его глаза очень мистические... свечение, какое-то потустороннее свечение, словно в нем есть какая-то внутренняя дверь, откуда он попадает в самое ядро жизни. Он расслаблен. Может быть, у него ничего нет, но он просто счастлив. У него нет желаний, нет амбиций. Он никуда не идет. Он просто здесь... наслаждаясь, радуясь.
Да, сумасшедшие и мистики имеют что-то общее. Сходство состоит в том, что оба они лишились ума. Сумасшедший пал ниже ума, мистик вышел за пределы ума. Кроме того, мистик — сумасшедший с методом; в его сумасшествии есть метод. Сумасшедший просто пал вниз.
Я не говорю, что вы должны стать сумасшедшими. Я говорю: станьте мистиками. Мистик настолько же счастлив, что и сумасшедший, и столь же нормален, что и нормальный человек. Мистик обладает таким же здравым смыслом — а может быть, и большим, — чем так называемые рациональные люди, и в то же время он так счастлив, — точно как сумасшедшие люди. Мистик обладает самым красивым синтезом. Он находится в гармонии. У него есть все, что и у рационального человека. У него есть то и другое. Он завершен. Он целен.
Ты спрашиваешь: «Почему я всегда грежу наяву о будущем?» Ты грезишь наяву о будущем потому, что еще не испытал вкуса настоящего. Начни испытывать вкус настоящего. Найди несколько мгновений, когда ты просто радуешься. Глядя на деревья, просто смотри. Слушая птиц, просто будь слушающим ухом. Пусть они достигнут твоего глубочайшего ядра. Пусть их песня распространится по всему твоему существу. Сидя на пляже у океана, просто слушай дикий рев волн, стань с ним одним... потому что в диком реве волн нет ни прошлого, ни будущего. Если ты сможешь сонастроиться с ним, то тоже станешь диким ревом. Обними дерево и расслабься в нем. Почувствуй, как его зеленая форма вливается тебе в существо. Ляг на песке, забудь мир, сроднись с песком, с его прохладой; почувствуй, как тебя насыщает прохлада. Приди к реке, поплыви, и пусть река плывет у тебя внутри. Подними брызги и стань брызгами. Делай все, что приносит тебе чувство наслаждения, и наслаждайся этим тотально. На эти короткие мгновения прошлое и будущее исчезнет, и ты будешь здесь и сейчас.
Евангелие не в Библии. Евангелие — в реках и диком реве океана, в молчании звезд. Хорошие новости написаны всюду. Вся вселенная содержит послание. Расшифруй его. Научись его языку. И язык его — это язык здесь и сейчас.
Твой язык — язык прошлого и будущего, и, продолжая говорить языком ума, тебе никогда не удастся сонастроиться с существованием, прийти с ним в гармонию. А если вкус гармонии не испытан, как ты можешь прервать грезы наяву? — потому что в этом и есть вся твоя жизнь.
Ты похож на бедного человека, который несет полный мешок камней и думает, что это чудесные бриллианты, рубины, и если ему сказать: «Выбрось их. Ты дурак. Это всего лишь обычные камни», — он не сможет поверить. Он подумает, что его дурачат. Он не выпустит мешка из рук, потому что это все, что у него есть.
Я бы не сказал этому человеку отречься от мешка. Я бы попытался показать ему настоящие рубины, изумруды, бриллианты. Увидев их хотя бы мельком, он выбросит мешок сам. Не придется даже отрекаться — потому что отрекаться не от чего; это обычные камни. От обычных камней не отрекаются.
Он просто осознает, что живет под властью иллюзии. Теперь есть настоящие бриллианты. Внезапно его собственные камни меркнут... — исчезают. Просто он вытряхивает из своего мешка все, тут же, и ему не нужно даже ничего говорить, потому что теперь в мешок можно положить что-то другое. Он выбрасывает камни, потому что ему требуется пространство.
Таким образом, я не говорю, что ты должен отбросить свою устремленность в будущее, в прошлое. Скорее мне хотелось бы тебе сказать: соприкасайся более и более с настоящим.


Живи в Радости

Живи в радости, в любви, — даже среди тех, кто ненавидит.
Живи в радости, в здоровье, — даже среди тех, кто болен.
Живи в радости, в мире, — даже среди потревоженных.
Живи в радости, ничем не владея, подобно сияющим.
Победитель сеет ненависть, потому что побежденный страдает.
Простись с победой и поражением и найди радость.

Медитируйте на эти сутры Гаутамы Будды. Он — один из самых радостных людей среди когда-либо живших. Эти сутры дадут вам бесконечное прозрение в сердце этого просветленного человека.
Живи в радости — даже среди тех, кто ненавидит.
Радость — ключевое слово в этих стихах. Радость — это не счастье, потому что счастье всегда смешивается с несчастьем. Его никогда нельзя найти в чистом виде, оно всегда загрязнено примесями. За ним всегда тянется длинная тень страдания. Точно как за днем следует ночь, за счастьем следует несчастье.
Что же тогда такое радость? Радость — это состояние трансценденции. Человек ни счастлив, ни несчастлив, но пребывает в полном покое, тишине, абсолютном равновесии. Он так полон молчания и так полон жизни, что его молчание становится песней, что его песня не что иное, как его молчание.
Радость вечна; счастье преходяще. Счастье вызывается внешними причинами, следовательно, его можно и отнять извне — вам приходится зависеть от других. А любая зависимость уродлива, любая зависимость — это оковы. Радость возникает внутри, она не имеет ничего общего ни с чем внешним. Она не вызывается другими людьми; она вообще ничем не вызывается. Это спонтанный поток вашей собственной энергии.
Если энергия застаивается, радости нет. Если энергия становится потоком, движением, рекой, есть огромная радость — без всякой другой причины, кроме
той, что вы стали более текучими, более струящимися, более живыми. В сердце рождается песня, и приходит огромный экстаз.
Когда он приходит, это удивительно, потому что нельзя найти для него причин. Это самый таинственный опыт в жизни: нечто беспричинное, нечто из-за пределов закона причины и следствия. Он не нуждается в причине, потому что это твоя внутренняя, неотъемлемо свойственная природа, с которой ты был рожден. Это — нечто врожденное, это — сама твоя тотальность, струящаяся.
Когда ты струишься, ты течешь к океану. Это радостно: танец реки в движении к океану, чтобы встретиться с высочайшим возлюбленным. Когда твоя жизнь остается застойным прудом, ты просто умираешь. Ты никуда не движешься — никакого океана, никакой надежды. Но когда ты струишься, океан приближается с каждым мгновением, и чем ближе подходит река, тем больше в ней танца, тем больше в ней экстаза.
Твое сознание — это река. Будда называл его континуумом. Это продолжительность, вечная продолжительность, и твое существо не нечто статичное. В его видении слово существо неправильно. Для него существо — не что иное, как становление. Он отрицает существо, он принимает становление — потому что существо создает идею статичности, словно у вас внутри есть что-то, похожее на скалу. Становление дает совершенно другое представление... это словно река, это словно распускающийся лотос, это словно рассвет солнца. Что-то непрестанно происходит. Ты не стоишь на месте, как скала, ты растешь.
Будда переворачивает всю метафизику: он заменяет «существо» «становлением», он заменяет вещи процессами, он заменяет существительные глаголами.
Живи в радости... Живи в глубочайшей внутренней природе, с абсолютным принятием себя, кем бы ты ни был. Не пытайся манипулировать собой, чтобы привести себя в соответствие с чьими-то чужими идеями. Просто будь собой, своей подлинной природой, и радость обязательно возникнет; она словно бьет ключом у тебя внутри. Если о дереве заботиться, если его поливать, если за ним ухаживать, однажды оно естественно расцветает. Когда приходит весна, происходит великое цветение. Так же и с человеком. Заботься о себе. Найди подходящую почву для своего существа, найди подходящий климат и иди глубже и глубже в себя.
Не исследуй мир; исследуй собственную природу. Потому что в исследовании мира ты можешь приобрести многое, но ты не будешь хозяином. Исследуя себя, может быть, ты не будешь владеть многим, но ты будешь хозяином. Лучше быть хозяином себя, чем хозяином всего мира.
Живи в радости, в любви... И тот, кто живет в радости, естественно живет и в любви. Любовь — это аромат цветка радости. Внутри есть радость; ты не можешь ее сдерживать. Она так велика, она нестерпима. Если ты попытаешься на нее скупиться, тебе станет больно. Радость может быть такой большой, что, если ты ею не поделишься, она превратится в страдание, она может стать болью.
Радостью нужно делиться; делясь ею, ты освобождаешь себя от бремени. Когда ты ею делишься, в тебе раскрываются новые источники, новые потоки, бегут новые ручьи. Это стремление поделиться радостью — и есть любовь. Таким образом, нужно помнить одно: ты не можешь любить, пока не достигнешь радости. А миллионы людей продолжают это делать. Они хотят любить и ничего не знают о том, что такое радость. Их любовь остается полой, пустой, бессмысленной. Их любовь приносит отчаяние, страдание, боль; она создает ад. Пока у тебя нет радости, ты не можешь быть влюбленным. Тебе нечего предложить, ты сам нищий. Сначала нужно быть королем — а королем тебя делает радость.
Когда ты излучаешь радость, когда твои внутренние тайны больше не тайны, но струятся в ветрах, среди дождя, под солнцем; когда твое скованное великолепие освобождено от оков, когда твоя тайна стала открытым явлением, когда она вибрирует вокруг тебя, пульсирует вокруг тебя, когда она в самом твоем дыхании, в биении твоего сердца, — тогда ты можешь любить. Тогда ты касаешься пыли, и пыль превращается в божественное. Тогда все, чего ты касаешься, превращается в золото. Обычные камни в твоих руках обращаются в бриллианты, изумруды. Обычная галька... люди, которых ты касаешься, больше не будут обычными людьми.
Тот, кто достиг радости, становится источником великой трансформации для многих. Его пламя зажжено, и теперь он может помогать другим. Незажженные огни, приближаясь к тому, кто воспламенен радостью, могут также загореться. Просто от близости пламя может переметнуться на тебя, и ты никогда больше не будешь прежним.
Любовь возможна, лишь когда твое пламя зажжено. Иначе ты остаешься темным континентом — а ты притворяешься, что даешь другим свет? Любовь — это свет, ненависть — тьма. У тебя внутри темно, а ты пытаешься дать другим свет? Ты преуспеешь только в том, чтобы дать им еще больше темноты, — а они уже в темноте. Ты преумножишь их темноту, сделаешь их еще более несчастными. Не пытайся это делать, потому что это невозможно, это не согласуется с природой вещей. Так не бывает. Ты можешь надеяться, но все твои надежды будут тщетными. Сначала наполнись радостью.
Живи в радости — даже среди тех, кто ненавидит. И тогда нет речи о том, что делают с тобой другие. Тогда человек может любить даже тех, кто его ненавидит. Тогда человек может жить в любви и радости даже среди врагов. Нет речи о том, чтобы любить тех, кто любит тебя. Это очень заурядно, это как деловая сделка. Настоящая любовь — любить тех, кто тебя ненавидит. Прямо сейчас даже любить тех, кто тебя любит, невозможно, потому что ты не знаешь, что такое радость. Но когда ты знаешь радость, случаются чудеса, начинается волшебство. Тогда ты способен любить даже тех, кто тебя ненавидит. По сути, больше нет речи о том, чтобы любить кого-то одного и не любить кого-то другого, потому что ты становишься любовью; у тебя больше ничего не остается.
В Коране, как я слышал, есть утверждение: «Ненавидь дьявола». Великая суфийская женщина-мистик, Рабия, вычеркнула эту строку из своего Корана. Хасан, другой известный мистик, был у нее в гостях; он увидел, как она это сделала. Он сказал:
— Что ты делаешь? Коран нельзя исправлять — это святотатство. Нельзя вычеркивать никаких утверждений из Корана; он совершенен такой, как есть. Невозможно никакое улучшение. Что ты делаешь?
Рабия сказала:
— Хасан, я должна это сделать! Дело не в Коране, дело в чем-то совершенно другом: с тех пор как я узнала Бога, я не могу ненавидеть. Дьявол здесь не при чем; просто я не могу ненавидеть. Даже если дьявол придет и встанет передо мной, я буду его любить, потому что теперь я умею только любить; я не способна к ненависти — она исчезла. Если человек наполняется светом, он может отдавать только свет; неважно, с другом ты или с врагом.
— Откуда, — сказала Рабия, — мне взять темноты, чтобы бросить ее дьяволу? Ее больше нигде нет — я есть свет. Мой свет падает на дьявола настолько же, что и на Бога. Теперь для меня нет ни Дьявола, ни Бога, и я не могу даже их различить. Все мое существо преобразовалось в любовь; ничего больше не осталось.
— Я не исправляю Коран — кто я такая, чтобы его исправлять? Но это утверждение меня больше не касается. Это мой экземпляр; я не исправляю никаких чужих Коранов. Я имею право сделать собственный экземпляр правильным для себя. Это утверждение больно бьет меня каждый раз, когда я с ним сталкиваюсь. Я не вижу в нем никакого смысла; поэтому я его вычеркиваю.
Человек, который полон радости и любви, не может себя сдерживать. Он любит друзей, он любит врагов. Дело не в его решении; теперь любовь — это как его дыхание. Перестанете ли вы дышать, если к вам придет враг? Скажете ли вы: «Как я могу дышать, когда передо мной враг?» Скажете ли вы: «Как я могу дышать, потому что мой враг дышит тем же воздухом, и в меня может войти воздух, прошедший сквозь его легкие? Я не могу дышать». Вы задохнетесь, вы умрете. Это будет самоубийством — и полной глупостью.
На пути приходит мгновение, когда любовь становится в точности подобна дыханию — дыханию души. Вы продолжаете любить.
В этом свете вы можете понять высказывание Иисуса: любите врагов своих, как самих себя. Если вы спросите Будду, он скажет: ни в чем подобном нет надобности, потому что ничего другого вы не сможете. По сути, вы есть любовь, и где бы вы ни были: среди цветов, среди шипов, в темную ночь, в светлый полдень, в страдании, окружающем вас, как океан, или в великом успехе — это неважно. Вы остаетесь любовью; все остальное становится несущественным. Ваша любовь обретает нечто от вечного; она продолжается. Кто-то может ее принять, кто-то может не принять, но вы не можете ненавидеть; вы должны быть верны своей истинной природе.
Живи в радости, в здоровье — даже среди тех, кто болен.
Под «здоровьем» Будда подразумевает цельность. Исцеленный человек — значит, здоровый, исцеленный человек, значит, цельный. Под «здоровьем» Будда не подразумевает обычное, медицинское определение этого термина; его смысл не медицинский, он медитационный — хотя вы и удивитесь, узнав, что слова медитация и медицина происходят от одного корня. Медицина исцеляет вас физически, медитация исцеляет вас духовно. То и другое — исцеляющие процессы, то и другое приносит здоровье.
Но Будда говорит не о здоровье тела; он говорит о здоровье души. Будьте цельными, будьте тотальными. Не будьте раздробленными, не будьте раздвоенными. Будьте индивидуальностью — буквально, не-дуальми, не-двойственными, не делимыми, слитком.
Люди не остаются слитком; в них много разрозненных кусков, кое-как собранных вместе. Они в любой момент могут распасться на части. Они как Шалтай-Болтай — просто нагромождения множества вещей. Любая новая ситуация, любая новая опасность, любая незащищенность — и они могут распасться на части. Умирает твоя жена, или ты разоряешься, или теряешь работу — любой мелочи может быть достаточно, чтобы оказаться последней соломинкой на спине верблюда. Разница только в степени. Кто-то варится при температуре восемьдесят девять градусов, кто-то — при девяноста девяти; кто-то, может быть, при девяноста девяти и девяти десятых — но разница только в степени, и любой мелочи будет достаточно, чтобы нарушилось равновесие. Ты можешь в любой момент сойти с ума, потому что внутри тебя — толпа. Столько желаний, столько снов, столько разных людей живет у тебя внутри. Если ты будешь внимательно наблюдать, то найдешь внутри себя не одного человека, но много лиц, меняющихся с каждым мгновением. Ты словно приходишь на рынок, где много людей, которые приходят, уходят, поднимают столько шума, и все это бессмысленно. И это продолжает накапливаться.
В детстве ты был ближе всего к состоянию будды. По мере того как ты становишься старше, ты становишься более и более ненормальным. Становясь старше, ты уходишь от состояния будды дальше и дальше. Это действительно очень странное положение дел; так быть не должно. Человек должен расти к состоянию будды, но люди растут в прямо противоположном направлении.
Будда говорит:
Живи в радости, в здоровье — даже среди тех, кто болен.
Это очень важная сутра, которую нужно понять, — тем более что христиане создают совершенно неправильный подход к жизни. Они говорят: когда в мире столько страдания, как ты можешь быть радостным? Иногда они приходят ко мне и говорят: «Люди голодают, люди бедны. Как ты можешь учить людей петь, танцевать и быть радостными? Столько людей страдает от разных болезней, а ты учишь людей медитации? Это эгоизм!»
Но именно это говорит Будда.
Живи в радости, в мире — даже среди тех, кто потревожен.
Вы не можете изменить весь мир. У вас есть лишь небольшой жизненный срок, и вскоре он кончится. Вы не можете поставить условие: «Я буду радоваться, только когда весь мир изменится и все будут счастливы». Этого никогда не случится, и не в ваших силах это сделать. Если для вас единственный способ быть счастливыми — это сделать так, чтобы были счастливы все остальные, тогда вы никогда не будете счастливыми. Будда утверждает простой факт. Он не говорит не помогать больным людям, но, став больными сами, вы ничем им не поможете.
Став бедными сами, вы не сможете помочь бедным, хотя бедные и будут поклоняться вам, потому что увидят, какие вы великие святые. Они поклонялись Махатме Ганди по той единственной причине, что он пытался жить как бедный человек. Но просто живя как бедный человек, ты ничем не поможешь бедным. Если доктор тоже заболеет, чтобы помочь своим пациентам, назовете ли вы его святым? Вы назовете его просто глупцом, потому что в этот момент требуется все его здоровье, чтобы он мог оказать окружающим помощь. Это странная логика, но она царила веками: если хочешь помочь бедным, будь бедным, живи бедной жизнью, живи, как бедные. Конечно, бедные люди будут очень уважать и почитать тебя, но это не поможет бедным, это только усилит твое эго. А любое усиление эго приносит тебе страдание, не радость.
Живи в радости, в здоровье — даже среди тех, кто болен. Живи в радости, в мире — даже среди тех, кто потревожен. Это единственный способ помочь, единственный способ служить. Сначала будьте эгоистичными, сначала преобразуйте себя. Ваша жизнь, полная мира, радости, здоровья, может стать мощным источником поддержки для людей, страдающих духовным голодом.
Люди на самом деле голодают не в материальных вещах. Материальное богатство очень просто: лишь немного больше технологии, немного больше науки, и люди могут быть богатыми. Настоящая проблема в том, как быть богатым внутренне. И если вы богаты внешне, вы будете удивлены: впервые вы более остро, болезненно осознаете собственную внутреннюю бедность. Впервые весь смысл в жизни исчезает, когда вы внешне богаты, потому что теперь, по контрасту, внутреннюю бедность можно увидеть яснее. Снаружи вас окружает свет, но внутри вы остаетесь темным островом.
Богатый человек ощущает свою бедность более, чем бедный, потому что у бедного человека нет контраста. Снаружи темно, внутри темно; он знает, что темнота — это и есть жизнь. Но когда снаружи есть свет, в вас появляется стремление к новому явлению: вы жаждете внутреннего света. Когда вы видите, что богатство возможно снаружи, почему вы не можете быть богаты внутри?
Живи в радости, ничем не владея, подобно сияющим.
Наслаждайся миром, наслаждайся солнцем, луной, звездами, цветами, небом, землей. Живи в радости и мире, ничем не владея. Не владей. Пользуйся, но не владей, — потому что владелец не может пользоваться. Владелец на самом деле оказывается принадлежащим своим владениям. Именно поэтому многие богатые люди становятся такими несчастными; они живут бедной жизнью. У них есть все деньги мира, но они живут бедно.
Самым богатым человеком в мире еще несколько десятилетий назад был Низам Хидерабада — самый богатый человек в мире. Фактически его богатства были так велики, что никто не мог оценить, сколько у него их было. Его сокровищницы были полны бриллиантов; все было сделано из бриллиантов. Даже его пресс-папье было самым большим бриллиантом в мире; Кохинор по размеру составляет лишь одну треть его пресс-папье.
Когда он умер, пресс-папье нашли у него в туфле. Бриллианты никто никогда не считал, потому что их было так много. Их взвешивали, не считали — сколько килограмм, не сколько бриллиантов — кто их мог сосчитать? Каждый год бриллианты выносили из подвалов. У него был самый богатый дворец в Индии, но всех его крыш было недостаточно, потому что бриллианты раскладывали на крышах его дворца просто для того, чтобы каждый год дать им немного солнечного света. Но этот человек жил в таком страдании, что невозможно этому поверить; даже нищие живут лучше.
Он обычно собирал сигареты, которые выкурили и выбросили другие, — сигаретные окурки. Он не покупал себе сигарет, он собирал эти окурки и курил их. Такой скряга! Пятьдесят лет он носил одну и ту же шапку — она была грязная и вонючая! В этой шапке он и умер. Он никогда не менял одежду. И говорят, что когда он все-таки покупал одежду, то покупал в комиссионном магазине, где продавали старые, поношенные вещи. Его туфли были, наверное, самыми грязными в мире; он никогда не покупал новых.
Как же так, самый богатый человек в мире живет в таком страдании и скупости — что случилось с этим человеком? Собственничество! Собственничество было его болезнью, его манией. Он хотел владеть всем. Он скупал бриллианты во всем мире; везде, где только можно, его агенты покупали бриллианты. Просто иметь больше и больше! Но бриллианты нельзя есть — а он ел самую бедную пищу Он так боялся, что совсем не мог спать: из-за постоянного страха, что кто-то может что-то у него украсть.
Именно поэтому пресс-папье — самый дорогой бриллиант, который у него был, в три раза тяжелее Кохинора, — был найден у него в туфле. Умирая, он спрятал его в туфлю, чтобы никто не смог его украсть, — иначе пресс-папье было бы слишком на виду, слишком бросалось бы людям в глаза. Даже умирая, он был более озабочен бриллиантами, чем собственной жизнью. Он никогда никому ничего не давал.
Это происходит с людьми, которые слишком стремятся к владению: они не пользуются вещами, вещи пользуются ими. Они не хозяева, они слуги собственных вещей. Они продолжают накапливать и умирают, даже не насладившись всем, что имели.
Живи в радости, не владея, подобно сияющим.
Живите, как будды, которые не владеют ни единой вещью, но могут пользоваться всем. Миром нужно пользоваться, не владеть. Мы приходим с пустыми руками и уходим с пустыми руками, так какой смысл чем-то владеть? Стремиться к владению уродливо — но пользуйтесь всем! Пока вы живете, пользуйтесь миром; наслаждайтесь всем, что предлагает мир, и уходите, не оглядываясь, не цепляясь за вещи.
Разумный человек пользуется жизнью, и пользуется красиво, эстетично, чувствительно. Тогда в мире есть для него много сокровищ. Он никогда не становится привязанным, потому что в то мгновение, как ты становишься привязанным, ты засыпаешь.
Победитель сеет ненависть, потому что побежденный страдает.
Простись с победой и поражением и найди радость.
Как найти радость? Пусть исчезнут ваши амбиции; амбиции остаются преградой. Амбиции — это мероприятие эго: «Я хочу быть тем-то, чтобы у меня было то-то - больше денег, больше власти, больше престижа». Но помни: «Победитель сеет ненависть, по тому что побежденный страдает. Простись с победой и поражением и найди радость». Если хочешь найти радость, забудь о победе и поражении. Жизнь — это драма, игра. Играй в нее красиво, забудь о победе и поражении.
Дух настоящего спортсмена — сражаться не ради победы или поражения; это не первая его забота. Спортсмен наслаждается игрой. Это настоящий игрок. Если ты играешь, чтобы выиграть, то будешь играть с напряжением, тревогой. Тебя не заботит сама игра, ее радость и ее тайны; тебя более заботит результат. Это неправильный способ жить в мире.
Живи в мире без идей о том, что будет дальше. Будешь ли ты победителем или побежденным, это неважно. Смерть отнимет все. Побеждаешь ты или проигрываешь, это несущественно. Единственное, что важно, — и было важно всегда, — это как ты сыграл в игру. Наслаждался ли ты ею? — самой игрой... — и тогда каждое мгновение становится мгновением радости.


Об Aвmope
Учение Ошо является универсальным. Оно отвергает тематическое деление и охватывает широкий круг вопросов — от поиска человеком смысла жизни до самых насущных современных социальных и политических проблем. Книги Ошо не написаны на бумаге - они представляют собой аудио- и видеозаписи импровизированных устных обращений к слушателям со всего мира, сделанные за тридцать пять лет.
В лондонском издании «Sunday Times» Ошо был назван одним из «1000 создателей двадцатого века», а американский писатель Том Роббинс охарактеризовал его как «самого опасного человека со времен Иисуса Христа».
Сам Ошо о своей работе сказал, что он помогает создать условия для рождения человека нового типа. Ошо часто называл такого человека «Зорба-Будда», который способен наслаждаться как земными радостями, подобно греку Зорбе, так и тихой безмятежностью Гаутамы Будды. Во всех аспектах учения Ошо присутствует идея, охватывающая как вечную мудрость Востока, так и высший потенциал западной науки и технологии.
Ошо также известен своим революционным вкладом в науку внутренней трансформации. Его подход к медитации не исключает быстрый темп современной жизни. Уникальные «Активные медитации» Ошо призваны, прежде всего, помочь освободить от стресса тело и разум, чтобы затем легче было перейти в свободное от мысли расслабленное состояние медитации.

www.e-puzzle.ru

<< Пред. стр.

страница 3
(всего 3)

ОГЛАВЛЕНИЕ

Copyright © Design by: Sunlight webdesign