LINEBURG


<< Пред. стр.

страница 5
(всего 7)

ОГЛАВЛЕНИЕ

След. стр. >>

Я наблюдал за парой влюблённых, больших птиц, кричал как они и те мне отвечали. Лисы, осторожные и чуткие звери, часто перебегали мне дорогу. Меня не кусали змеи. Я с тоской устремлял своё сознание на парящего высоко в облаках коршуна, этого толтекского, местного орла.
Всё живое на этой земле. Но и сама земля живая. У неё есть сознание, точка сборки. Я ходил по земле, оживали мои «мёртвые» заскорузлые обувью в городе ноги и чувствовал любовь земли. Странное ощущение. Изменяется восприятие себя, своего тела. Ноги больше походили на щупальца. Через них от земли шли знания, любовь, энергия. Тело меняло свой облик и походило больше на какое-то космическое, инопланетное существо. Начиналось межпланетное общение «Я - Земля». При таком масштабе оно не конкретно. (Но во сне можно войти в более глубокие слои сознания земли). Земля сознательно сбрасывает надоедливых, вредных и неразумных людей-микробов со своего тела войнами, землетрясениями, ураганами, наводнениями. Залечивает свои раны. Но люди не одумываются...
Любовь ко всему. Открываются новые чувства, незнакомые городским жителям. Это неведанное, любовное отношение к дровам. Любовь эта доходит до восторга, умиления и благодарности деревянному материалу, одной из природных стихий и даосских субстанций «Дерево». За то, что оно согревает, даёт тепло. Только через любовь получается глубокое вхождение в мир растения и всего живого на земле. Через обыкновенные дрова я проник за фактуру полена к вселенскому первозданному Телу Дерева, одной из тайн мироздания и замысла бытия. Я типично городской житель, неприспособленный к деревенским трудным будням, вдруг, влюбился в деревянные чурбаки. Есть что-то первобытно-дикое в том, когда замахиваешься топором-колуном, добавляя к его тяжести всю свою силу и вес тела. И мощный, толстый, многокольцевой чурбак мгновенно с треском разлетается на куски-полена. И запах сухого дерева, и тонкий аромат! …
А о таинстве священного Огня и живого существа – русской печке, сдерживая тихий восторг умолчу… Я знаю откуда это. Чувствую и понимаю, где истоки этого. Наше сознание хранит в памяти те смутные, далёкие времена, когда древние предки сырели, голодали и мёрзли в непогоду и, вдруг, - Огонь! Сидя вокруг него, тесно прижавшись, друг к другу, испытывали необъяснимые чувства животного наслаждения. Только через любовь…
Я всё понял. Даже не важно, подошла ли моя шахматная партия жизни к концу или нет. Я понял главное. Счастье - это любовь. И в этом смысл. Жизнь должна быть поиском и обретением божественной, возвышенной Любви и Бога! Любовь, счастье, молитва...
Тогда молитва - это исполнение самых сокровенных, глубоких и дорогих желаний. Тогда молитва - это волшебство.
Сбылась моя давняя мечта. Я, как в детстве, стал жить в сказочном, волшебном всегда новом и свежем мире. Я снова засыпаю с предвосхищением - «что-то будет завтра?!»
И почему бы со всем этим не по пути сновидений? Ведь сны - это мы сами, наша жизнь. Если идти по пути через любовь и с любовью, то это счастливая жизнь и счастливые сны. Счастливые сны и счастье в жизни, - верно обратное.

Блаженство. Блаженство - это абсолютное счастье. Это совершенное равновесие. Оно непоколебимо. Оно не зависит ни от внешних обстоятельств, ни от внутренних условий. Это вечное состояние духа. Блаженство не связано ни с болезнями, ни с людьми, ни с энергиями, ни со знаками. Вечное наслаждение в Боге! Оно не прерывается даже после смерти тела. Блаженство - высшее достижение на пути любви...
Этого нет у магов-толтеков. До этого не дотянул сам дон Хуан, несмотря на его VII-е врата и огонь изнутри. Он до последних дней своего ухода остался обеспокоенный видением энергии. Без развития любви нет самых высших достижений, как бы не впечатляли его чудеса.

Приветствую тебя путь сновидений, если ты стал путём любви!

остаюсь с вами –

ведущий счастьевед,
тайнокрад и доктор
всех
блаженств.



ВОЗВРАЩЕНИЕ В СКАЗКУ

Сказка начинается в детстве. И заканчивается она, к сожалению, тоже в детстве. Но более позднем, когда расстаёмся мы с ним и взрослеем.
"Куда уходит детство, в какие города
и где найти нам средство, чтоб вновь попасть туда..."
Живу я сейчас в маленькой деревеньке, миниатюрной такой, среди русской природы. Где вольготно гуляет ветер, где смертельно опасна гроза, и яростно раскалывает небо гром: оно трещит как гигантский грецкий орех.
Где тишь, да гладь в речушке извилистой, небольшой, узенькой нежной и милой. Где солнышко не яркое, а родное, окатывает всех светом рассеянным – тепло!
Птички поют разные, щебечут тонкими голосками. А насекомые всевозможные гудят, жужжат, шелестят. Весело всем!
Лес мохнатый на горке, ласковый, зелёный, стоит себе стеной, как богатырь русский, раскинув плечи широкие. Как друг большой, надёжный, сильный – защищает.
Куда ни глянь, сердце от красоты и волшебства замирает. Вот взять траву луговую на полянах и по склонам леса. Ну, растёт себе и растёт. Так нет же! Она так любовно и нежно-зелено, мягко землю нашу русскую покрывает, что глаз радует – не оторваться! Ниже к речке обрывы обсыпные, многослойные с ласточками–береговушками, норушницами. Чуешь, как земля наша пахнет?
А в небо бы вовсе смотрел часами – к нему моё устремление. Какие облака-чудовища битвы там свои ведут. Какое колдовство там творится и бои меж добром и злом происходят.
А деревенька моя знаете, как называется? Сейчас мне совсем сказочно и сладко станет который раз. - Рож–де-ст–во!

Христос родился ... Вижу грудного младенца святого, золотым светом он исходит, всех людей озаряет, которые склонились возле. И всех других человеков, к нему руки невидимо простирающие через пространства и века. Грядет всем помощь! И человеки сие постигают через него вместе сразу всё, и любовь, и блаженство, и рай вечный, благоухающий.
Да, всё это же рядом, здесь и сейчас уже находится. В райской деревеньке нашей – в Рождестве! Только пройти надобно ещё поглубже сквозь воздух, внутрь себя, ближе к сердцу, и окунуться в эту сласть благодатную, блаженную, любовную...
Я почему-то сегодня и проснулся с тем ощущением, предвосхищением чего-то волшебного, сказочного, как в детстве...
Достану-ка из альбома своего "Собрание блаженств" несколько событий-воспоминаний.
...Банька наша деревенская стояла на пригорке в лесу, от деревни минут десять ходу через речушку к лесу. (Позже сгорела). Мылись и топили её "по чёрному", всё больше в послеобеденное время, ближе к вечеру. Дед, бабка и я, шестилетний пацан. И вот идём мы после помывки деревенской вместе, я чуть поодаль, впереди. Бабка и дед распаренные, лица розовые, довольные, во всем чистом одетые – в горошек да цветочек. Иду и я разгоряченный. И вот обычно знаешь, где тело твоё кончается, а где дальше воздух, окружающий тебя, начинается. И граница эта очень чувствительная. И я, шестилетний, уже это хорошо различал и понимал: где тело, а где не тело моё... И надобно сказать, что воздух, деревенский, лесной, привольной – упоительный очень, даже чуть сладкий привкус имеет. А в этот вечер ранний после баньки он свою силу особенную показывал. Просто кушать его хотелось, и всё больше и больше. И ведь насыщение было, как от еды! Он мёртвого мог бы оживить! Живительный воздух сей вместе с дыханием в каждую клеточку, в каждую пору кожи моей детской проникал, действовал и границы между мною и пространством окружающим раздвигать начал.
Иду, дышу, кушаю воздух. Сладко мне, радостно и чувствую – нет меня. Потерял я тело своё! И вовсе не мальчик я маленький и не передвигаюсь я ножками по земле, а плавно так лечу–перемещаюсь, парю вдоль земли вместе с воздухом, и сам я - воздух! Но только воздух особый – радостный!
Повторялось это неоднократно. А позже и в более старшем возрасте было. Бегали мы с пацанами по поляне. Там же недалеко, возле леса. Было мне лет десять. Помню, во что-то играли, гонялись друг за дружкой. Помню, очень интересно и весело мне было. Вечер. Тепло. Темнота только начинала сгущаться. Туман всё более сходился на поляну нашу. Заметил я этот туман и захотелось мне его поймать, окружиться, укутаться им. Бегал за ним. То смотришь - рядом он, подбежишь – нет его. Он всё дальше и дальше от тебя убегает.
Бегал за туманом, туман от меня. Разгорячился и, вдруг, растворился сам в тумане. Слился с ним, опять тело своё потерял. Я – душа, чистое сознание! Нет тела, а есть моя любовная радостная душа, плывущая в тумане ...
Переживаний подобных было значительно больше, но два этих были особенно сильные. Опять я их спрячу и в свой альбом блаженств положу. Но достану еще одно.

Опять-таки приблизительно всё в том же самом месте, но чуть подальше, за банькой нашей егерь–охотник жил. Тогда ещё, как сейчас, Дом Охотника кирпичный для начальства из города построен не был. А у егеря того построек разных было не мало. Хозяйство большое. И всё в лесу да на окраине. Папа с мамой в тот день приехали в деревню. Гуляли мы втроем в том лесу, недалеко от егеря. Мне также – лет пять.
Родители мои о чём-то разговаривали, но внимание своё на меня обращали, давно меня не видели. Мне и так интересно в лесу было, сказочно. А тут папа и говорит, а мама подтверждает. Гляди, показывают, - избушка на курьих ножках. Мне до этого сказки читали и представления свои детские я имел о героях сказочных. Смотрю, действительно, избушка маленькая среди леса дремучего явилась, и стоит она на куриной ноге!
И снова неожиданно невидимую черту пересёк я и прямо в сказку попал. Знал и чувствовал и верил со всей своей абсолютной, детской, чистой верою – живёт в этой избушке настоящая баба–яга, колдунья. Восторг тихий во мне, любопытство детское, первозданное и страх небольшой. И решил я зайти в эту избушку.
Папа и мама рядом были, меня подбадривали. Поднимаюсь по ступенькам, дверцу небольшую открываю и ... ну?... Глаза мои широко–широко раскрываются. Как встретит меня баба–яга? Вот здесь в этот самый миг я не я был. А главный герой, где сказка, чудо и волшебство передо мной разворачиваются, и неизвестно, что дальше происходить будет.
...Вижу пол дощатый, сено навалено. Где колдунья-то? Отошла поди, бродить по лесу, да мальчишек любопытных ловить. Медленно я из сказки этой к папе, маме возвращался, переходил назад опять ту самую черту запредельную. Не было резкого разочарования.
Знаю теперь, что точка сборки моя, как у всех детей, подвижная была, восприимчивая, и многие сказочные миры ей тогда доступны были.
А избушка такая действительно была. Её тогда тот егерь мастеровитый по плотницкой части умышленно под сказочную и соорудил за место сарая под сено...
Сейчас живу в доме старом померших давно деда с бабкой. Я да кошка Мося – всё население. Деревня Рождество внешне – деревня обыкновенная. И все события здесь происходят ничем не примечательные.
Но нет – необыкновенная она! Невидимого здесь много, волшебного. Да, она откроется даже просто глазу внимательному, не то, что сновидящему.

Август люблю очень за ночи звездные. Такой космос сгущается и напрягает деревеньку мою, - она, аж, вся съёживается, сжимается, делается ещё меньше – не в силах описать я. Растворяется сама деревенька наша в космосе и летать сама начинает. Да ... Поднимается вместе с домишками в небо и летает... Потом на место её ставят.
И миры звездные, бесчисленные, галактики небесные, как начнут кружиться и хоровод водить. Звёзд знаете сколько? Да нет, не миллионы и даже не миллиарды. А бог его знает, сколько звёзд, - вот сколько! И половина их, не поверите, ссыпается к нам в Рождество, в один сарайчик за деревней, - подсмотрел я. Все сараи за деревней, как сараи, так ... - неведомы зверушки, обыкновенные для сена. Стоят себе в полумраке живыми существами, нахохлившись, шевелятся! А этот один сарайчик небольшой такой, - с крышей продырявленной. Вот в эту самую дыру звёзды и ссыпаются по августу. Да, сыпятся со звоном тонким, хрустальным. И когда под потолок полно наберётся, тонкий звон тот, голубой и звездный, всё продолжает неслышно стоять и разливаться по полям.
...Комета, бывало, с гигантским хвостом багровым на полнеба, как полоснёт.
А луна, уж больно очень круто-круглая. Просто не бывает такой округлости как у нашей луны. Так мало этого. Лицо бабы полной, деревенской, удивленной это, а не луна. Видно всё: и брови и глаза и рот и нос маленький, курносый. Внизу нарядно одета в сарафан расписной, но не видать. И широколицая баба эта – луна, толи дует на блюдце с горячим чаем, щёки раздувает, толи, взаправду удивляется красоте нашей неописуемой, рождественской.
Оборотись, посмотри вокруг - живое, оказывается, всё. И земля наша, и деревья, и трава. Всё имеет своё сознание, точку сборки. А значит, думает, разговаривает, дышит – живёт одним словом! И войти в диалог можно, со всем прикоснуться, соединиться в любви ...
Как же мне отблагодарить матушку–природу мою дивную за любовь ко мне ответную?! Не знаю... Я на том самом мостике небольшом, оказывается, стоял ещё в детстве, к которому дон Хуан в конце своей магической жизни лишь подошёл. Вела меня любовь по жизни, страховала. А я её терял – утерял. В трясинах болотных, судьбинских тонул, задыхался, помирал неоднократно ... Знаю теперь, кто спасал меня. Она же, любовь, со Странником – человеком исконно русским, меня и познакомила. И Странник открыл мне многие тайны, а сколько ещё впереди ...

Мир невидимый пуще того. Сразу почему-то старое кино вспоминается: «Вечера на хуторе близь Диканьки». Как ведьма сельская на метле летала, воровала звёзды с неба, да в мешок складывала. И чёрт с рожками мохнатый и с длинным хвостом летал, помогал ей... Не зря Гоголя великим духовидцем России называют.
Знаю теперь, не поверит мне кое-кто ещё, - правда всё это! Сам многое видел, - факт! Существуют, оказывается, ангелы, черти, феи, ведьмы, лешие и домовые. Доказать могу. Я в полном здравии и уме, современный городской человек, в науке психологии знаю толк, со всей ответственностью заявляю – есть, проживают невидимо, водятся существа разные, сказочные. Не каждому они доступны в восприятии – это другое дело. Но действуют в мире они нашем. Увидеть их можно через сновидение.
И над деревней Рождество увидеть много можно чего невидимого. Даже чёрта, - но лучше с хорошими дружить. Я в сказку возвратился. И радостно мне живётся, любовно, счастливо, интересно и радостно, как в детстве...




БЛАЖЕНСТВО

(Нет этого у дона Хуана, - нет! Не добрался он до этого!)
Последнее время, замечу, стал я опасным человеком. Заболел. Причем всерьёз и надолго, и заразить могу любого. Да не то, про что ты думаешь, и про что я описывал. - Блаженством я болею…
Эпидемии ходят в городе страшные. Где народ скоплен. Грипп тяжелый быстро развивается, гепатит, туберкулёз и другие болезни. Но более всего заразительны и смертельно опасны эмоции отрицательные. Гнев, скука, депрессия, зависть и злоба, раздражительность, особенно в толпе густой. Точат они человека долго, почти ежедневно, всю жизнь, как черви. Здоровье непоправимо разъедают. Бесы этому очень способствуют, радуются бесы этому. В общем, это те же самые володёры–летуны у Кастанеды, что сознание наше жрут. Каждый день у них многоразовое питание. Режим. И поскольку в пище этой нет недостатка – жиреют они, сыто ухмыляются. И люди против этого бессильны.
Сначала, потому что про всё это не знают, а потом уж потому, что не ведают, как с этим бороться, и беспомощны они…
И совсем, казалось, безнадёжная ситуация была бы. Но вот на счастье наше, светлое и прекрасное тоже распространяться может и передаваться друг другу. Блаженство заразительно.
Была у меня в гостях женщина одна, одинокая, не старая, дальняя родственница моя. Совсем плоха приехала. Отец и мать почти одновременно померли, сын в тюрьму попал. Приехала такая, что сама помереть может. От отчаяния жуткого, безнадёжности и депрессии. Пожила у меня с недельку. Уезжать стала – не поверите – другой человек. Заразил её блаженством, вселил веру, проблемы как разрешить намекнул. Уезжала – пела, чуть ли не в танце на автобус садилась. Я тогда специально ей ничего не делал, не выдумывал. Но после её отъезда – понял. Передались ей от меня микробы блаженства. «Инфекция» эта положительная тоже заразительную силу имеет. Я жил обыкновенно: обедал, спал, дрова колол, в огороде возился, воду таскал. Единственно что – в сновидения её вовлечь сумел…
Не перестаю женской способности к сновидениям удивляться и легкостью, с которой они сложные вещи там сразу проделывать начинают…
Да…, - задумался я. Как же это всё просто. Люди! Давайте бесов–летунов и чертей разных молитвой отгоним и друг друга начнём блаженством заражать, любовью и радостью делиться, счастье всем окружающим передавать! Как, да как, опять, – через молитву же сладостную!
Давайте на земном шарике нашем такие мировые пожары инфекцией раздуем, такие эпидемии массовые организуем. - Все друг друга блаженством перезаразят, любовью сладкою. Люди вокруг танцевать и петь начнут от счастья, и это нескончаемо передаваться начнёт дальше, в другие страны, континенты…
Широко мысль моя шагает. Штаны ей-ные рвутся. Если б всё так просто было…
Опять-таки, знакомый мой старый, Странник, который, значит, меня первый заразил. Он человек неугомонный, всё в поиске, в дорогах русских, пыльных или белых, сугробных, в путешествиях. Ему на месте не сидится. Сблизились с ним шибко. Он дальше пошёл. Я на месте остался. Ещё встретимся.
Но, посетил меня как-то ещё один человек. Расскажу. Человек этот исконно русский, не так что бы широк в плечах да очень крепок и велик – обыкновенный – но силён он молитвой, и блаженство от него исходит. Борода по-русски, строен.
Младший брат он мастера сновидений, который позже обнаружится. Человек тот высоко летает – далеко видит. В такие тайны заглядывает – жутко становится. Такие прозрения его прошибают. И не отличается он повышенной энергией, но на путях любви возможно такое. Полюбил я этого человека за простоту и покой, от него исходящие. Живёт он незатейливо, не суетится.
Всё на одном месте пребывает. Пришёл он к цели уже, понимаешь? Некому больше дёргаться и волноваться. На самом деле, всё проще простого. Печаль пришла - не всё радость – и покручиниться можно. А смерть придёт – помирать будем. Во как! Дошло, что за человек этот? Конечно, всё не так просто, на тайне им постигшей всё устроено, на любви. И не святой он – обыкновенный, даже будничный. Но есть в нём ещё нечто потаённое, дивно блаженное и сладостное. Отшельник он в миру. Как это? – спросишь. А вот как. Живёт он в самой гуще событий, в мире социальном, в толпе людской. И не затрагивает это его, не от мира сего он одновременно. И странный парадокс: чем больше человек отстранен от жизни, тем глубже в неё он погружается, постигает. Тем полнее его бытиё, качественнее, насыщеннее. Многое мой знакомый понял и вымел лишнее из своей жизни. Вот так отшельником среди людей и живет. Делает всё осознанно, не спеша, с расстановкой, вдумчиво, любовно как-то – смотреть на него уже сладко!
Хошь в деревне живи, хошь в городе. Ничего не заботит. А как это, а как это? У нас: идеи, мысли разные, планы, беспокойства, страхи. А, вдруг, это не получится, вдруг, то случится, – нет у него этого, разумеешь? В деревне всё-таки лучше…
Встал босой, землю живую тронул-прикоснулся. Помолился – любовью окутался. Дрова наколол, траву покосил не спеша. Молочка парного со свежим ржаным хлебом поел. Если надо печку истопил. Какие проблемы? Чего лезть своим умом, извращённым и изворотливым, чего выстраивать, городить теории?
Главное, конечно, не это. Это всё следствие. Как подобное состояние достигается?
Вот многие спрашивают про всё, рыскают в духовном, столько наузнают, напридумывают, наупражняются. Всё очень и очень просто, оказывается. Чего выдумывать? Молись – всё получишь. Молись – всё будет.
Что в городе? – Колбасу тот человек в городе ест – вот что. В городе блаженство его обостряется. Там жизнь кажется насыщеннее, плотнее. Людей, событий, информации вроде, больше. Человеку-отшельнику тому ещё блаженней становится. Это надо почувствовать. Блаженство никуда не лезть, не выставляться, ни во что не вмешиваться. Всё само собой наладится. Проблемы возникают – сами разрешаются, без его участия. Блаженство не выбора здесь сильно увеличивается. Блаженств всевозможных, знаешь, сколько? Купайся – перекупайся во всяком, всех оттенков не испытаешь. Да всё в простом находится. Ты когда-нибудь удовольствие получал от того, что вкусно поел?
Даже не в самом процессе – это трудно. А после еды, я имею в виду. А ты попробуй получи, да по-длительнее. Не всяк в высоком пребывать. Но и в этом удовольствие найдёшь. Вроде бы дело обыденное, а тонкое блаженное состояние можно открыть.
Всё красиво и, может быть, впрямь, хорошо про человека ты рассказал, - скажешь. Да, уж очень как-то скучно. Ест, спит, работает…
Да, не скучно, в том то и дело! Ты на таком мешке с золотом и несметными сокровищами сидишь, что сам не знаешь. У тебя есть целое твоё необъятное, “большое”, бесконечное тело! Исследуй его внимательнее, столько найдёшь здесь всего необычного и волшебного! Кончик носа один чего стоит. Изучишь его – волшебником станешь по части запахов. Да, это только одна точка, а всё остальное? Не тело, а океан фантастических возможностей! Вон Кастанеда ягодицами книги читал – прикладывал на ночь… Отправляйся-ка, дружок, на поиски чудесного и немедленно. Смерть не за горами. А то так и помрёшь, ничего не зная и не ведая… Мне, например, не надо денег и всё, что на них можно купить. Мне тела моего и так уже очень много. Смеюсь я над «новыми» русскими, бизнесменами разными, которые всю жизнь свою на деньги положили – бумагу пустую. Острова себе покупают, виллы, мерседесы. - Глупенькие детки, зайчики плюшевые. Не знают они про сокровища подлинные, нефальшивые, настоящие, что внутри нас! Счастья с Богом не ведают…
А точки сборки – сознания, ты обладатель. Знаешь, что это? Это же громадный, прегромадный бриллиантище, алмаз, цены не имеющей. Это – целый миллиард долларов! Да, что я опять о мелочах. С чем бы сравнить значительным?!

А коли блаженства ты того человека понять не можешь никак. То пойми, что за блаженством тем человек этот в сказочной вселенной живет, в сказке неразгаданной. В сновидения отправляется, с добрыми существами дружит разумными, со злом борется, чертям и бесам противоборствует. Путешествия и приключения испытывает невиданные и неслыханные. А ты, говоришь, скучно ему. Он – вся вселенная! Сновидения подвластны ему. Вот и у тебя сокровища те же, а не используемые и забытые – сны твои, - а ведь спишь каждую ночь, поди…
А, если уж будет дано тебе самого Бога узнать, и он прикоснётся к тебе своей чистой возвышенной и неповторимой любовью – тут нет у меня слов. Здесь бессильны слова будут - сам всё поймешь. Дон Хуан, великий и загадочный, для тебя сразу в мальчика обратится, который только ещё на мостик взошёл, а ты его перейдешь и дальше отправишься в невообразимую высоту и ширь. Обойдешь самого дона Хуана, значит, переплюнешь. Не веришь? Не вру я. Вот, что русскому человеку возможно. Такие высоты подвластны с Божией помощью. А он пусть себе в ворону превращается, бегает по верхушкам деревьев. Подумаешь, эка, невидаль. Это все детские игры по сравнению с тем, чтобы Бога самого познать и узреть, представляешь?!
…Больной и неудачник. Хилый и немощный, одинокий и брошенный, обиженный и потерявшийся, несчастный и страдающий – Бог доступен тебе! Он выше нагваля всякого тебя поднять может!

Я бы Бога узнанного не променял ни на какие сверхъестественные способности и трюки донхуановские. Чудеса, Богом данные, другого порядка, другие свойства имеют. Заметь, более возвышенные.
Там, где Бог – там и блаженство не передаваемое. Путь к нему один - в сердце. Там находится потаённая дверца, и тайный вход расположен, который маги искали. Нет блаженства у магов чёрных, нету! И быть не может. Промахнулись они. Так и не нашли ту самую дверцу секретную – к бессмертию. Увязли все – сгинули.
А блаженство, ну, как тебе его передать ещё?
Оно без крайностей всяких, без восторгов и озарений. Оно тихое, потому огромадное, - падает себе незаметно сверху. Глубокое, необъятное очень и бесконечное. Пьётся винный нектар небесный, вроде лёгкого опьянения воздушного, божественного. Мягко, бархатно, нежно, любовно, покойно. И как-то всё в тихую – сласть! Когда мёду много - тоже приторно. А здесь в легкую. Безмятежность охватывает, как у ребёнка грудного в колясочке. Блаженство ещё характерно тем, что беды, болезни, неудачи в радость обращает, - всё ни почем! Вот оно какое! Не поверишь, болезнью своей тяжелой стал наслаждаться. Не достать ей меня подлинного! Не затрагивает она меня внутреннего, сновидного, а только внешнюю оболочку разрушает.
Для блаженства ничего не нужно, только тело своё – подарок родителей.
Я, знаете ли, люблю наслаждаться, блаженствовать люблю. А вы любите? Я в эту жизнь пришел однажды. Она у меня в руках единственная. И прожить её хочу – не стонать, ныть и печалиться, не смотря на беды и невзгоды. А в радости и удовольствии, наслаждаясь жизнью. Я взошёл в эту жизнь для счастья. А счастье, оказывается, без Бога не бывает...!
Не переставай любую мелочь, незначительное в жизни обращать в удовольствие. Вкусная еда, хорошая погода, красивая природа, чья-то улыбка..., и вся жизнь, однажды, начнёт изливаться радостью и счастьем – переполниться ими.
…В общем, неповторимый аромат и неописуемый вкус блаженство имеет. Это то самое бессмертное тело духа, тело блаженства, тело нирваны, которое чёрные маги донхуановские в себе заблокировали и не развивали…

Человек, про которого я тебе долго рассказывал, знает про всё это больше. Я с ним поближе ещё познакомлюсь и тебе расскажу потом.
Я, конечно, не такой ещё, как друг мой новый, ум мой ещё много теорий любит, мыслей и идей выдает. Но в блаженство проваливаюсь не редко.
...Хорошо здесь у нас среди природы. Люди в городах в своих домишках тесно понатырканы, спрессованы, а человек для жизни своё пространство должен иметь. Пространство любви. Да вы приезжайте к нам в деревню, сами всё увидите и поймете!



ОПАСНАЯ ИГРА

Была моя жизнь раньше серая и нудная. Три–четыре скучных сюжета прокручивались каждую ночь, да и те не помнил! Двойник, брошенный и одинокий мой, как малыш томился в наказании в тёмной, тесной кладовке – комнатке. А как Бог стал передо мной тайны жизни за тайнами приоткрывать, обратил я внимание на сновидения свои.
Ожил мой маленький внутренний ребенок. Развиваться стал. Ведь он такой способный и талантливый – просто чудеса может вытворять. Расцвели, преобразились мои сновидения. Жизнь стала сказочным приключением, путешествием героя. Я - главный герой-то! Поднял свой уровень сознания. Узнал, что такое качество существования и снов одновременно. Темы снов стали теперь разнообразными и неописуемыми. Наслаждаться стал бытием мой сновидческий двойник. Радоваться, что на него внимание обращают. Помогать стал мне в жизни сильно, играть весело, резвиться. Я–он любим играть во снах в разные игры, баловаться: в футбол, баскетбол, на коньках кататься, музыку слушать, самим на инструментах играть, танцевать ...
Бесы тоже не дремлют, отрицательные наши наработки, а то и чужих, совместных, негативные части нас же самих. Любят бесы шалить в сновидениях людей. Бывает и палки в колёса жизненные вставляют, ёрничают и потешаются над нами. И с пути сбивают.
Двойник мой с бесами дружбу водил, чего скрывать. Худеют, истощаются, злобятся бесы от молитвы регулярной моей. Насели как то во сне на двойника моего три человека подозрительные. Давай, мол, в картишки перекинемся. Сыграем на судьбу твою. Проиграешь – худо тебе будет. Я сознание-то свое перетянул в сон, да только как кусочек одеяла, не полностью всё, а малую незначительную его часть. Соглашаюсь легко, отчего же, интересно. Опасности не боюсь. Люди вроде солидные, в костюмчиках, интеллигенты, не сразу догадался кто такие. А выиграть в жизни по большому, ох, как охота. Знаю, наяву громадная удача привалит.
Раскинули картишки-то на четверых. Мне везет. Карта прёт. Беру взятки одну за одной. Знать судьба вынесет на ровную, счастливою дорожку, думаю. Считаюсь в конце – мало у меня очков. Стал присматриваться к напарникам. Мухлюют они! Бесы это! Шестёрки в тузов превращают на ходу, ненужную масть в козырную карту. Ух, думаю, так и проиграть недолго. А после подстроят наяву беду. Любую пакость произвести могут: пожар, несчастный случай, болезнь нагнать, человека тёмного для кражи навести... Да разве за всеми тремя уследишь? Ловчат ручонками–то, а морды серьёзные, невинные делают. Но озорство ихнее за лицами предательскими проглядываю.
Напрягся я, внимательнее стал. Но всё равно трудно. Смотрю, все четыре туза у меня на руках. Явный выигрыш. Глядь, и они свои тузы показывают. Э–э, думаю, неладное дело. Слабеть я стал. Контроль за собою теряю, бесы пользуются этим. А сами льстят мне, ублажают. Конец мне, думаю, не выиграть. И наяву что-то плохое случится. Почти одолели черти. Проигрываю. Но ещё помню, в конце мизер мне пришёл на картах. Опять удача. Мизер неловленый, без дыр. Я его сразу объявил. Не дал им рта раскрыть и банк весь забрал. Бесы аж расстроились. И проснулся я самодовольный.
После наяву мне удача крепкая попёрла, да ещё неожиданно деньги неплохие и подарки с бывшей работы привалили – знай наших! Но с этим делом не шути!







МУРАВЕЙ

Я ел салат из нарванных в огороде молодых трав, замоченных в холодной, ключевой воде. В блюдо с водой откуда-то с зелени упал муравей. Стал барахтаться, погружаясь всем тельцем.
Я взирал на него, продолжая жевать в раздумьях, безучастно и небрежно, как человек, сознающий неимоверную дистанцию между ним и насекомым.
Муравей! – обратился я. - Своими грехами и неблагочестивым поведением в прошлой жизни ты заслужил гибель в этой большой глубокой миске с водой.
Продолжая наблюдать, не вмешиваясь, я постепенно превращался в мудрого, бесстрастного, буддийского монаха. - Закон кармы. Непреложный закон возмездия. Его никому не миновать, - с лёгкой иронией размышлял я.
Потом подумал–подумал, решил, что это неправильно, взял вытащил и спас муравья.
Муравей! – произнёс я речь. - Подвигами своими и добродетелями ты заслужил своею кармою, чтобы я спас тебя!
Опустил я муравья на пол. Вроде бы всё... Но тут моя точка сборки сместилась. Вгляделся и увидел явственно, в деталях, как Муравей долго чесал голову. Кланялся. Благодарил меня. Был он муравьем-разведчиком и таким же, как и я. Просил меня непременно написать этот рассказ и, помахав мне лапкой, вскоре скрылся в расщелине пола.
Ну вот, писатели, напридумывают же. А что если, так оно и было?!



НЕВЕРОЯТНАЯ ДОГАДКА
(ТЕОРИЯ И ПРАКТИКА)

Я на своем фантастическом предположении не настаиваю, у меня и другие рабочие гипотезы имеются. Моё дело, последовательно фактический материал изложить.
Иной недоверчивый читатель и читатель-скептик, в особенности незнакомый с магией сновидений, мне не поверит. Но эксперименты мною проводились. Эффекты были, и некоторые из них я и описываю далее…

Чудная страна – мир сновидений. Всё возможно здесь. Любые фантазии.
Заметьте, однако, писатели–фантасты выдумывают в своих книгах, бог весть, что, а это, вдруг, смотришь, становится реальностью позже. Жуль Верн изобрёл сложную машину в своём романе. Она работала и перемещалась под водой, – позже появилась подводная лодка. Артур Конан-Дойль создал своего литературного героя Шерлока Холмса с такой описательной убедительностью, что он стал более реальным, чем мы с вами. В Лондоне даже существует музей Ш. Холмса. Сам дон Хуан для многих из нас - по сути миф, легенда, литературный герой - стал более реальным, чем любой другой живой человек из нашего окружения. Ни одна другая личность не влияла на меня так сильно, как этот индеец. Дон Хуан круто изменил мою жизнь и судьбу!

Почему фантазия спускается в жизнь? В чём сила существующих сначала только во сне, в писательском воображении мысли, образов, представлений?
Читатель теперь, наверняка, уже знает почему. Сновидения и явь тесно связаны между собой, переплетаются. Многочисленные двери–переходы туда и обратно распахиваются и захлопываются снова и снова, пропуская своих разведчиков, посланников. Идеи и образы, зависшие в сновидческом пространстве, перелетают к нам в жизнь оттуда. Туда же, в общую копилку коллективных сновидений мы посылаем своих вестников, гонцов. Излучаем их в виде чувств, мыслей, настроений.
Человек сам плетёт своею мыслью паутинку своей судьбы. С той же обратной стороны некие загадочные силы приходят, являются нам из далёких снов и влияют на нашу жизнь.
Иной раз воображение и реальность так переплетаются, спутываются, что теряешь границы обыденного. Ещё острее ощущаешь, что мы живём в волшебном и чудесном мире. Но жить ли нам в магическом или обычном мире - это вопрос нашего выбора! – Утверждает специалист по сновидениям в лице автора.
Сновидения – пространство, не имеющее границ. Самые смелые фантазии, уже воплощённые в ночных сюжетах, станут правдой завтра. Те же законы сознания. Самые сверхфантастические персонажи, необычайные повествования ещё только ждут своего воплощения. Они уже живы и реальны, и часто более реальны, чем мы сами. Они уже там…, правильно! – в сновидениях.
Как отличить образ, созданный только что в голове творческим воображением, от живого, тонкого, невидимого существа, проживающего во сне свою жизнь и увиденного духовным, провидческим зрением?
Ох, и затянул я длинную петлю с узлом вступления вокруг шеи ничего неподозревающего пока читателя! Что сделаешь, не могу остановиться, - моя тема. Уж если раскрывать её, то основательно. Если уж начали читать, господа хорошие, разбирайтесь во всём до конца. Ещё немного…
Вся космическая вселенная, всего лишь, развёрнутая в подлинной яви чья-то Великая Мысль. Добавлю, - Любовная мысль. Ну, вот, раздвигаю и без того размытые границы туда–обратно и вышагиваю в неизвестное.
В моём неизвестном всё обычно, даже буднично. Живу в деревне. Лето. Сквозь чуть искажающие вид стёкла окон деревянного домика моего, как сквозь воду гляжу. Словно царь подводный наблюдаю своё царство водяное – мир сказочный деревенский, затопленный: ближе – зелень, травка сельская, дорога; дальше - узкая речушка и многоцветно-зелёная мохнатая стена леса на возвышении.
Сегодня не жарко. Я сижу за столом и пишу. Нет, не буду ничего выдумывать, как это было…
Последние годы живу в одиночестве, отстранённый сознательно от знакомых, друзей, подруг. Так нравится. Не выбираю. Что даётся. Живу в сновидении. Интересно мне очень. Исключение – рыже-белая кошка Мося проживает со мной в доме. Нечто белое, пушистое, тёплое, нежное. Она из беглых, отстала от проезжающих дачников.
Встаю не рано. Потом хозработы по дому, огород, приготовление пищи. Едим с Мосей. Читаю книги, веду дневниковые записи, отправляюсь намеренно в сновидения, провожу опыты. Всё просто. (Да не очень.) По приезду из города в этот сезон в первую же деревенскую ночь в сон ко мне ворвались сразу два ветра – прохладные, свежие, ровные – хорошие ветры. Дули поддерживающе, не навстречу. Я им сразу отдался, и они меня понесли…
И наяву сразу их «увидел». Один ветер не сильный, но длительный. Это ветер оказался «огородно-заборный». (Мотай на ус сновидец, как с ветрами дружить.) Как всякий ветер, он есть сила, энергия. И проявился в виде некой страсти, увлечённости, интересе в моей работе по огороду и оборудованию забора вокруг и перед домом. Второй ветер оказался покруче и сильнее. Он оказался творческим, писательским. Выход на созидательные астральные пространства. Моя работа над книгой и опыты…
Оба ветра (и во сне и наяву) дули в режиме благоприятствования, помощи, удачного стечения обстоятельств. Я это ещё во сне понял. Потому и отдался им сознательно. Не отдался бы – наяву жизнь моя по другому бы внешне (да и внутренне) оформилась. Людей обычных гоняют ветра случая, хаоса, беспорядочных, чаще отрицательных энергий. Потому они, как куклы на верёвочках, дёргаются в разные стороны. Сновидения же дают магу возможность управлять своею судьбою и даже больше - подниматься над нею. Редкий человек – хозяин, жизнью своей распоряжается. А я близок к этому. (Не хвастаюсь – открылось мне.)
Так и живу «двойной» жизнью: во сне и наяву. И должен сказать вам, что качество такого бытия необыкновенно. Маг может всё-всё заранее предвидеть и выбирать ходы. Не путайте его с обычным человеком. Хотя, он внешне самый обыкновенный человек, как я, например, - деревенский мужичок с бородой. (К читателям всё тайну преподношу.)
Я свою жизнь вообще изучению сновидений посвятил. В них все собаки зарыты. Там все ключи от любых дверей запрятаны. Они во всех религиях и духовных системах побочно идут, развиваются. А я сразу, хвать быка за рога – напрямую с ними работу имею. К чему лишний огород городить? В этот сезон интересные опыты по снам затеял…
Уже давно заметил закон, ту самую таинственную, тесную связь между мирами обоими, снов и нашим физическим. Да не только заметил. Исследовал, переоткрыл, подтвердил опытом и утверждаю окончательно. В чём и расписываюсь. Основной закон, главный. Магия на том и стоит – шуровать надо сначала наверху, там порядок наводить. Сон – окно в будущее. Человека или образ какой там увидел, глядь, - через некоторое время наяву он обнаруживается.
Хозяйство моё небольшое: печка, кухня, огород, лес, где грибы да ягоды растут. (Лес тоже мой - маркиза Карабаса!) По хозяйству много времени тратится. Всё остальное же время – снам. Кошку Мосю специально кормлю плохо, чтобы поактивней мышей ловила. Те раньше крепко по ночам сновидеть мешали. Исчезать стала подолгу Мося в мышиных поисках своих. Необходимо обязательно добавить, что в жизни моей большое значение заимела регулярная практика молитвы. Какие только прорывы к истине она мне не давала, какие озарения! На какие уровни сознания выносила!
Но в одном из рискованных и опасных снов обжёгся я сильно, погорел буквально. Всё своё энергетическое тело сновидения чуть не разрушил. Через год только начал отходить потихоньку. Молиться стало невозможным. Где молитва, там любовь. Где любовь – там жизнь. Понял я главное про всех людей. Они считают себе, что живут. Ошибаются. Нет, не живут на самом деле, только так думают. Не существует жизни без любви! Молитва и любовь вместе идут рука об руку. Я раньше тоже думал, что жил. Сейчас понял – не жил вовсе, а так болтался, застревал бессознательно где-то в промежутке непонятно каком. И узнал я, что такое означает «жить» только с молитвой. А раз теперь она меня оставила, ушла по причине моей болезненной неспособности к ней, значит я теперь вроде как и не живу…
Но остались у меня ещё мои сны. Которые, конечно, из-за разрушенной энергетики моей здорово ослабли. Но кое-что получается.
Перестал излучать любовь я. Прервал молитвенный труд свой. Чувствую, вдруг, из мира снов любовь ко мне спускается. Неорганические существа, высокие и неведомые, любовью меня поддерживать стали, окутать стараются волшебной тканью шёлковой, тонкой, невидимой. Думаю, вот она помощь мне в беде моей. И вроде бы опять всё плохо у меня, и очень даже, а откуда-то изнутри радость изливается, и хорошо становится.
Мои одиночные приезды в деревню и уединенный образ жизни для деревенских жителей стали привычными, обыкновенным порядком и само собой разумеющимся. Не то, что бы я не разговаривал с кем. Отношения и диалоги поверхностно строил, что бы не было возможности завязать интересы общие, более глубокие. Даже от помощи двух мужичков по строительству забора отказался. Что б не мешали. Мне мои ветры из снов так и так помогали хорошо.
Поэтому неожиданный приезд ко мне в дом незнакомой, молодой, симпатичной девушки я должен был для других как-то объяснить. Вопросы были: «Кто это у тебя? Никак невеста?» или «Что за гости новые у тебя поселились?» Отвечал – «Дочь взрослая приехала погостить.» На том все успокоилось.
Но сам себе сие чудное явление таинственной незнакомки объяснить сразу не мог. Свою серию экспериментов в сновидениях прервать пришлось. А суть их состояла в том, что я нацеливался каждую ночь выйти на уровень осознания своего тела сновидения, переместиться и найти свою кошку Мосю. И оставаясь на этом уровне, убедиться, во-первых: действительно ли это моя кошка, а не продукт моего воображения, проекции – проверить это. Во–вторых: попытаться увидеть её энергию и точку сборки. В третьих: войти с нею в энергетическое взаимодействие или любой другой контакт. И, наконец, последнее – проследить и пронаблюдать изменения в кошкином поведении и её реакции наяву.
А сдружились мы с кошкой тесно. Даже у меня какая-то любовная привязанность к ней возникла, и вижу – взаимная.
Я и кошка… Два бесконечно одинокие существа, заброшенные неведомыми, провидческими силами в этот странный мир, в эту жизнь. Судьбы которых пересеклись в этом заброшенном, затерянном в глубинке России, старом, деревянном домике…
Уединенный образ жизни нас обоих заставил понимать друг друга с полнамёка, по одному движению руки (лапы), настроению глаз, моего голоса (шевелению хвоста). Я раньше собак любил, кошек не жаловал. А тут – кошка навязалась. Но вижу зверь интересный, не морду у неё просматриваю, а лицо. На нём явно различать стал мимику, эмоциональные настроения. На лице её отчётливо рисуется всё разнообразие человеческих переживаний. Беспокойство: ой, кормить будут сегодня или нет? Ожидание страха – что чужой входит? Сам страх перед собаками связан у неё ещё с возмущением: лают тут всякие..., и доходит до презрительного отвращения к ним. Надо видеть её разочарование, когда она наклоняется к своей чашке для молока, а я забыл его налить. «Ох, ничего себе! Пусто…» А когда я прихожу с рыбалки, и она, почуяв запах свежей рыбы, приходит в заискивающе льстивое возбуждение, я читаю ее мысли: «Ах, что за чудный запах! Ты такой замечательный... Если ты дашь мне это, будет так здорово!...» Мося бывает в состоянии и чувстве нерешительной задумчивости «куда бы это отправиться…?» Или же задумчивость её приобретает оттенок умиротворённой уединённости, которая сменяется недовольством: «Ой, не мешай а? Так хорошо одной в задумчивости…» Недовольство может смениться выражением дежурной обязанности - нельзя быть не благодарной – «ну, ладно погладь, если очень хочешь…» То суетливо бегает, хвост метёлкой вверх или игриво-просительно заигрывает со мной. Встаёт на задние лапы, а передними меня по очереди цапает, как бы говоря - «Ты, что приятель , забыл совсем о моём существовании?» Случается с ней скука с лёгким недовольством. Да, - скука! Этой необыкновенной кошке свойственно и такое человеческое качество. В это время она мается, слоняется то туда, то обратно. Страдает, мучается от чего-то.
Нет, собаки – примитивные существа. Кошка же – чудесное создание, а моя Мося и вовсе магический зверь!
А когда она сама открывает лапой дверь и входит… - Это надо видеть! – такая непринужденность, завсегдатайство и панибратство на морде написано, как человек вошёл, друг. Я позже запретил ей самой дверь открывать, - перестала. Теперь стоит у двери и, если хочет зайти в комнату, ждёт, когда я открою. Но, если я скажу: нет, – развернётся с видом «Мол, и ладно, чёрт с тобой.» И пойдёт по своим «делам». Будто ей не очень-то и надо было сюда заходить. А так для порядка… Когда же она у меня отдыхает на животе, тут у неё целая гамма разных блаженств.
...Непонимание, от чего же, тоже случается. Обедать как раз соберусь, – притащит моя Мося мыша большого, жирного. И искренне не понимает, почему я морщусь, недовольство проявляю. Вот же заказывали, просили меня ловить мышей. Пожалуйста… Видишь, какая я ловкая и хлеб твой ем не даром. И довольна так, начнёт этого мыша есть, да ещё с хрустом. Извиняюсь за натурализм. Да ещё съест не до конца, а на половину. Спасибо, конечно, за угощение, да не ем мышей, Мося! А она целоваться потом ко мне лезет. Тьфу! Выгоняю её. Хоть бы мыша молоком запила…
Почему о кошке своей так много повествую? Да потому, что, может, она вообще – центральная фигура этой главы и главный герой, героиня, так сказать. А, во-вторых, – призываю – необыкновенное, чудесное, волшебное – рядом. Присмотритесь внимательнее. В воде, которой умываемся, в воздухе, которым дышим, в сновидениях, в домашних наших кошках и собаках… И моя Мося поначалу кажется кошкой обыкновенной и даже невзрачной, но потом…
Вижу и она меня хорошо чувствовать и понимать научилась, что даже страшно становится. И однажды, обнаружил, что она понимает многие мои человеческие слова. Не кошка это! – вот какие мысли приходят. Прикидывается она кошкой. Высокоразумное это существо! Очевидно, что и она мне точку сборки сдвигает, в свой кошачий мир мне тропинку прокладывает... Сопровождать меня Мося любит. Я на огород, и она за мной. Я копаю – она сидит рядом. После обеда вместе лежим. Коша на животе моем. Оба мурлычем, блаженствуем. Глажу я это бело-рыжее, пушистое, тёплое и мне ещё блаженней становится, приговариваю: «Мосенька моя…»
И вот жизнь моя приобрела такой неповторимый унисон со зверем этим и размеренность, что я и задумал такие свои опыты провести.
Тем более, известно, что кошки (и собаки) являются «видящими» от природы. То есть наяву, когда не спят, видеть могут тела энергетические, и, вообще, тонкие энергии разные лучше воспринимают. Частенько моя кошка на кого-то в доме невидимого реагирует, шипит, страшится. А я днём не вижу. Знаю в моем доме неорганические существа проживают… К тому же спят кошки много.
Зверюга моя, Мося, лежит прихорашивается. Полюбил я её за ласку, пластичность, нежность, мягкую походку. За своё неповторимое, кошачье обаяние какое-то. Характер у неё свой! Капризничает иногда, но слушается меня. На меня косяка давит, поглядывает. Что за настроение у него, прыгнуть на живот можно, нет? В это время пытливость и хитрость в глазах стоит. Уж, если для неё существовала прошлая жизнь, то была она в ней человеком! Чешу ей за ушком, глажу, размышляю сам, решаю, обращаясь к ней: Ну что, Мосенька, начнём эксперименты ставить совместные? А она мурлычет в ответ. Делай, что хочешь, мол, мне с тобой хорошо, ты меня кормишь и плохого не желаешь.
Изучил кошкины любимые места пребывания в доме. Кровать, чердак, сеновал. Стал я копить второе внимание и потихоньку в дневник опытные сны свои накапливать. Появилась в сюжетах моих сновидений бело-рыжая кошка и по ощущениям, вроде, как моя зверюга. Часто видел её во сне на кровати лежащую, но в осознании низком был. Несколько раз наблюдал её в виде маленькой девочки с бантиком. (Это я её иногда так называю: «Девочка моя.».) Но этого мало. Идти надобно дальше согласно плана моего.

Из дневника (29 июля) :
Вышел в ЧПО, (частично промежуточное осознание – моя терминология) подтянул точку сборки глубже, продолжая осознавать своё уже тело снов. Фокусировка нечёткая, темно. Навёл фокус. (Через руки и языковый замок.) Свет светло-серый. Отделился от тела. Плавно плыву вверх. Должен быть чердак. Но вокруг – моё сновидное пространство. Город. Толи раннее утро, толи поздний вечер. Морской залив. Сбиваюсь на свою старую программу – «Плавать в море» (исполнение желаний). Плаваю (хорошо). Но вода пенистая (плохо). Городской пейзаж. Много башен ( необычное предприятие). Неожиданно в чужой комнате оказался. Собаки злые. Вижу, издалека сквозь окно на улице маленького симпатичного ребёнка (успех). Девочка? Вспоминаю, что надо найти кошку Мосю и перелетаю ближе. Эмоция удивления. Стройная девушка с кошачьей головой рыже-белой, как у моей кошки! Поймал себя на желании танцевать с ней вальс. Вспомнил, - надо проверить этот образ. (Обычно, если прохожу сквозь фигуру – значит моя сновидная проекция). Ныряю в эту фигуру, чтобы пройти её насквозь. Вдруг, - неожиданный ветер, сильный напор. Откуда-то снизу. Даже не подул, а воздушный рывок снизу. Мы с девушкой–кошкой сцепились, обнявшись, как в рисованном мультфильме, взлетели вверх, качаясь на воздушном потоке. Вижу, обнимаю полностью девушку, хочу всмотреться в её лицо. Но в моих объятиях уже не девушка, а моя бело-рыжая кошка Мося. Подбрасывало. Провал сознания. Исчез сон… в темноте я продолжаю кого-то держать и держит кто-то меня. Чувство неясного страха. Ощущение скорости, вихря, аж уши заложило (сновидные). Провал. Очнулся – проснулся…
Тут-то ко мне и приехала неожиданная гостья. Ну вот, на самом интересном месте! И опыты пришлось отложить. Но вернёмся к моему сну. А точнее к его анализу.
Как специалист по снам выгодно себя отличаю от других подобных исследователей (а уж психоаналитиков по снам развелось как собак не резанных) тем, что оперирую сразу всеми известными описательными характеристиками. Любой подобный мне интересующийся снами человек, любитель или специалист–профессионал неизбежно попадает в ловушку восприятия и заведомо ограничивает своё видение, трактовку, анализ каким-то одним мировоззрением (научным, религиозным и т. д.) и, зачастую, проходит мимо, пропускает главное, хотя и кое-что приоткрывает сновидцу. Например, психоаналитик начнёт городить огород ассоциаций (своих и сновидца) и ментальных обобщений на их основе. Психолог увяжет сон с моделями поведения человека в обществе. Христианин обнаружит влияние бесов. Буддист – влияние кармы и прошлых накоплений. Современный маг – воздействие неорганических существ, любитель просто заглянет в сонник и что-то вычитает и т. д. и т.п.
Несомненно, что любой ограниченный подход к анализу сновидений, хоть и приоткроет истину, может оказаться ущербным и даже ложным. Я же стараюсь выбирать наиболее ключевые установки на сны и, учитывая их сразу все, прослеживаю механизм проявление событий, сил, энергетических влияний на сновидца наяву. Такой стиль работы оправдывает себя. Он широк и всеобъемлющ. Уже накоплен опыт. Из накопленного опыта подчеркну факт, что более действенны оказываются подходы не научные (психология, медицина, психоаналитика, психотерапия…), а духовно-религиозные, магические и народные (сонники). Здесь, конечно, первостепенен вопрос, что человек хочет получить, постигнуть, на что в себе выйти, с чем бороться или сойтись. Это проблема сознания. Всё найдёт человек в своём сне!
Психоаналитические дебри ковыряний в подсознании, обращения к детству и сексуальному влечению, тоже иногда бывают полезны и эффективны, если символы народных сонников слишком туманны и расплывчаты.
Работа над сновидением требует кропотливого внимания, наблюдения за жизнью наяву, анализа и сопоставления их с символами сна. И поскольку глава эта получается для читателя нечто вроде учебного пособия по обработке своих снов, прежде чем повествовать факты моего деревенского бытия, предлагаю мой уже изложенный в дневнике сон более подробно и рассмотреть в качестве наглядной такой работы со сном. (Вообще-то, это часть материала из моей лекции “Как работать со своими сновидениями.”.)
Существует множество подходов по работе, обращению со своим сновидческим материалом. Назову лишь основные, главные:
- Научный (физиология, психология, медицина, психотерапия, психоанализ и т.д.);
- Магический, оккультный, энергетический, шаманский;
- Народный (сонники, приметы, и т. д.);
- Духовный и духовно-религиозный (буддийский, христианский, йогический и т.д.);
выделю отдельно подход:
-Трансперсональный, как интегральный, всеохватывающий стиль, учитывающий все выше перечисленные.

Да бы не делать из этой главы научно-популярной работы, приведу краткий, упрощённый анализ по своему сну в трёх ключах: психоаналитический, народный, магический. Не буду рассматривать подробно всё. Только – главное. Мой сон нагружен оригинальным и основным персонажем: девушка-кошка. Что это, кто это?
Сновидения – штука серьёзная. За иным образом может такая большая энергия стоять, что по силе смерти нашей равняться – куда больше?!
Помните, битву мою с чёрной кошкой. За кошкой той чёрная энергетика стояла болезни будущей. Я потом в городе съел что-то и сильно отравился, три дня с постели не вставал. Мутило, крутило, выворачивало – совсем ослабел. Но и быстро как-то вскоре оклемался. Потому что результат битвы, борьба сама уже произошли и исход её очевиден, - победил я кошку в сновидении. Обычный человек ничего подобного не видит и не замечает. Тем более, чтобы действовать разумно не имеет возможности. (Защищён такой человек незнанием, т. е. своей глупостью.) И смерть я свою видел, и даже мой соученик видел мою смерть. Вот, всё как серьёзно. (О битвах моих со смертью – отдельная тема.)
Итак, девушка-кошка в моём сне…
Мой опыт и знания рассказывают мне… Осторожно так, я психоаналитику сначала затрону, ибо многочисленные это заросли, дебри и джунгли. И если я туда читателя заведу, заблудиться там можно, и очень долго потом выбираться. Поэтому совсем кратко.
Представим дело так: три персонажа введу – психоаналитика модного, бабку Машу деревенскую и, конечно, дона Хуана. Диалог с ними организуем. Я за сновидца роль играть буду, т. е. человека, чей сон рассматривать будем.
Вот, что поведает мне современный, городской ученый, психоаналитик и педант в костюмчике модном при галстуке, в рубашечке беленькой:
...Образ девушки-кошки отражает некую часть личности самого сновидца. Оригинальное сочетание одновременно девушки и кошки позволит предположить, что это некий символ–симбиоз. Стройная девушка – стремление к любви для мужчины. Кошка – некая хищность, агрессия одновременно с мягкостью, нежностью может отражать сексуальное чувство…
Стоп! Хватит, хватит. Не надо больше! Замечу, очень точно выхвачено стремление к любви. – Правильно это. Не отрицаю. Стремлюсь. Но мало это, ой, как мало. Понимаю, что это только начало психоанализа, но мне туда дальше забираться не хочется. Просто бесполезно это.
А, что нам народная мудрость гласит? Баба Маша,- женщина простая, пожилая, мудрая, в платке - тебе слово, расскажи, а?
...Ну, мил-человек, в окружении твоём появится, скорее всего, женщина, хитрая, коварная и обаятельная, значит. И симпатия у вас будет, а может и любовь, бог его ведает. Знакомство. (Одна из версий.) По другому, милок, вот что тебе скажу: болезнь твоя хроническая обостриться (голова кошки), но удача в делах сопутствовать будет (приятная девушка)...
– Верная гипотеза вторая-то! Первую ещё смотреть буду. Верно, правильно всё, баба Маша!…

Ну, а теперь, ты, дон Хуан, рассказывай! (Добрались и до магии.)
Сидит старый колдун-индеец, щурится, «дымок» с трубки свой тянет – покуривает, и молчит! Жду я. Час прошёл. Волнуюсь. Улыбнулся дон Хуан хитро, пару вопросов уточняющих задал. Ответил я.
Да… - произнёс он угрюмо. – Повезло тебе, что так легко отделался. Всё в твоём сне бред и ерунда, а вот женщина-кошка… Лазутчик это был, а не кошка твоя. Причем лазутчик из очень далёкого мира, самый свирепый, хищный, коварный, агрессивный. Унести тебя хотел, но ты вовремя сорвался (см. конец сна). Потом бы тебя ищи–свищи. Увидев моё напряжённое внимание, дон Хуан хотел разрядить меня шуткой типа: «Ты смотри со своей кошкой не дойди до ручки...» Но, вдруг, старый маг снова на миг задумался, потом вскочил старый нагваль, хлопнул себя по ляжкам, закричал: Знаешь, что ты сделал?!
Вскочил и я... – Достаточно.
Мы с читателем на это самое место разговора с доном Хуаном ещё вернёмся. Не забудьте, – разговор не окончен. А пока материала и так много.
Не могу не верить старому индейцу. Скорее всего, это был лазутчик, чужеродная энергия. Да, и пройти сквозь неё не мог. В конце сна я испытал характерное чувство страха. И, вообще, неорганические существа очень опасными могут быть. Вот только в осознанных снах они редкость… Так, значит, не кошка Мося это моя была. А ветер откуда? Скорее всего, энергетические трюки от неорганики коварной исходили. Сначала иллюзии создавали. Потом засосать меня хотели. Не вышло.
…Ну, что ж, пора подводить итоги из предложенных версий. Итак, мой подход трансперсональный, творческий, интегральный, всё буду учитывать! Наблюдать и рассматривать в будущем. Но более доверять традиции нашей народной и магической. Надо бы, конечно, и христианско-православный подход ввести. В данном случае он не будет сильно отличаться от магического. Но не буду сновидцев-читателей перегружать.
Ну, вот… Спокоен я теперь. В заботливого дедушку превратился. Накормил читателя теорией. Вооружен он теперь. И мне можно расслабиться. Что там дальше у меня?
Про своё житье-бытье деревенское продолжу сказывать…
Живу, значит, себе потихоньку, живу. Вдруг, - здрасте – явилась, не запылилась незнакомка та. Кто такая?
Читатель, наверняка, заметил некую особенность и странность авторского изложения, лицедейство, некое смешение стилей. Особенно, в этой главе. То он в роли мага выступает, доном Хуаном ведомый, то от лица деревенского, смекалистого русского мужичка говорит. Смотришь, в нём поучительность современного, трансперсонального психолога обнаруживается. То писатель лезет–вылезает со своими амбициями, который с читателем запросто и на дружеской, короткой ноге. Потом, глядь, да автор же христианский монах–отшельник в миру, вовсе в Бога верующий…
…Да, так это. Много личностей в нас проживает. Их гораздо больше, и все они свое «я» имеют. Так у каждого человека. Мы состоим из разрозненных многих частей, дёргающих нас в разные стороны. И духовный вопрос заключается в том, что бы всех их объединить, свести в единое, не конфликтующее целое. И у меня здесь нет никакого противоречия и хаоса, ибо все эти мои внутренние личности прекрасно уживаются и ладят друг с другом. А главное, цель имеют одну и стремление высокое – любовь.
Но лицедейство же верно замечено. Я дона Хуана в лицедействе обвиняю и обвиню ещё по большому счёту, но сам причастен, ох, причастен к нему. Писателю позволительно. С кем поведешься, - а вся книга с доном Хуаном связана – оттого и наберёшься…
Итак, я сидел за столом и писал. На чердаке что-то осторожно грохнуло. Я к этому привык. (Коты и неорганика шалят). Потом вздрогнула дверь дома. Заскрипели доски коридора: кто-то, мягко ступая, шёл и во входную дверь в комнату постучали. Вот так: «тук-тюк».
Готовый отвлечься на сиеминутное вторжение соседей, ответил – войдите. Дверь распахнулась (мне показалось шире обычного), и на пороге очутилась – она! Стройная, молодая, симпатичная девушка, рыжая чёлка, курносый нос, в лёгком, воздушном, белом платьице в жёлтый горошек. Потерялся во мне маг, и писатель даже запропастился куда-то.
Здравствуйте, - растянуто-певучим, обвораживающим голоском начала она, – мне сказали, здесь живёт Терентий Смирнов.
- Да… (Пауза.)
Больше я ничего не смог произнести. Удивляясь столь для меня волшебной неожиданности. (Вспомните удивление в моём сне.)
Тут-то внутри меня постучался в голове и напомнил о себе маг и специалист по сновидениям: «Вспоминай свой с-о-н…» Ну, конечно, пронеслось у меня быстрой, мыслительной реакцией. Мне всё уже известно. Новое неожиданное, но опасное знакомство, симпатия, - моя гостья. Сон уже рассказал.
Вы проходите, не стесняйтесь, – уже нашёлся я, овладевая ситуацией. Таинственный и скрытый во мне маг, которому уже известно не мало, начал свой сталкинг, изображая из себя простоватого, деревенского мужичка. – Присаживайся, (уже на «ты») в ногах правды нету…
Ах, как мягко и элегантно она уселась в дедушкино кресло! И начала мне лепетать про погоду, что еле добралась до меня, и так трудно было, вообще, разыскать, и что многое знает обо мне от какой-то нашей общей знакомой. Врёт, - подумал я, мельком кидая на неё внимательные взгляды… И, что она фанатка Кастанеды и очень любит сны, приключения, риск, волшебство и путешествия… Так давно хотела поучиться у опытного сновидящего, но в городе меня застать ей не удалось. Тогда она дерзнула приехать ко мне сюда в деревню и пожить в гостях хотя бы недельку. И надеется, что её не прогоню. И ещё извинялась за свой дерзкий поступок. Но яко бы поделать с собой ничего не может. И в самом конце сообщила, что её зовут Маша и она из Москвы.
Хорошо, что не Тайша Абеляр, - соображаю я. – Где-то я её видел… Начиталась Кастанеды, думает, я здесь перед ней в ворону превращаться буду, по спине хлопать, к себе в сновидение забирать с собой. У этих фанатичек от Кастанеды часто крыша едет. И, вообще, не всё в порядке с головой. Таких надо не сновидениям учить, а психотерапевтическую помощь оказывать. Знаю я таких девок – психика неустойчива, суматошные, легкомысленные. Сегодня здесь, завтра – там. Но эта, вроде, психически в порядке. Но такая дерзкая у меня первая ласточка. Смелая девушка, думаю. Не понравилось мне – видел, когда просила у меня остаться в гостях, не было в глазах и поведении её ни извинительной, ни винительной тональности, ни, вообще, ничего просительного, а только скрытая наглость и дерзость. Ну, как же, сон мой рассказывал, вспоминаю – хищный и опасный человек… Тут, что то не так. А, что сделать мне может? Воровать у меня нечего, денег мало. Авантюрой явно пахнет. Да, и не понравилось мне, что меня обнаружили здесь. В городе то ладно. Место пребывание моё только одному человеку известно...
А вслух сказал, почесав затылок по-крестьянски: Оставайся, Маш, оставайся. Вот только недельку уделить не смогу, а денёк, другой попробую. В городе лучше встретиться.
Вижу, не понравилось ей это. Бровями повела. Встрепенулась. Чуть даже не собралась уехать сразу… Так и решили.
Худо-бедно, Машу чаем пою. За разговорами и расспросами общими вечер надвигается. Я наблюдать за ней исподтишка не прекращаю, о сне своём не забываю. Уж, больно не хорошая и не понятная какая-то концовка у этого сна. И дон Хуан предупреждал…
- Терентий, - говорит моя новая ученица, - ничего, что без отчества? – Ничего, ничего, можно – простодушно киваю.
- Вы знаете, какие мне сны снятся красивые. И даже осознанные снятся, но редко… Как их почаще вызывать?
- Не простое дело, - отвечаю, - но если ты талант к этому имеешь, многое возможно…
А нравится мне девчонка. Ей немного за двадцать, и платьице в жёлтый горошек хорошо подобрала к цвету волос и глаз светло-карих. В движениях мягкость, плавность, обаяние особое – женственность. Не сказать, что красавица, но что-то знакомое и близкое в ней есть. Может быть видел её мельком в городе в клубе на лекции своей по сновидениям. Про сны многое знает. Всё-таки какая-то хитрость и что-то хищное в ней есть, колдовское. Это то и привлекает. Не даром и Кастанедой увлекается. Может, ведьмой хочет стать...
…Ну, конечно, она мне знакома уже по сну моему. Мой дубль такой её и видел. Молодец сон-искусник, сон-чаровник мой, сон-творец. В одном образе может многое передать. Кстати, это отличительная черта и принцип работы, вообще, всех снов. Соединить в одном образе несоединимое, плохое с хорошим, удачу с сопутствующими неприятностями в будущем. Например, лающий кот. (Лает –хорошо, кот – плохо.)
Сам же прерываю своё размышление: «А я тут не один живу, -захотел кошку свою Маше показать, - с подругой своей проживаю – с Мосею.» Зову её. Не идет. Не идет мой зверь, боится. Она к чужим людям у меня уж очень осторожно относится. Как посторонний – убегает надолго. Потом потихоньку, как уйдет человек, ко мне возвращается. К некоторым быстро привыкнуть может.
Время спать приближается. Всё оговорили мы со своей обаятельной, но подозрительной гостьей, всё, что в таком случае полагается. Вновь в конце разговора мне она подозрительной показалась. Во-первых, знает обо мне слишком много всего. Во-вторых, есть в её интонациях разговорных какая-то фальшь и искусственность, плохо скрываемая. Может быть, я во сне не с лазутчиком встречался, а с натуральным телом сновидения этой девушки, думаю. Её-то в таком образе моё сознание и оформило. И, вообще, по снам её знаю, отсюда и лёгкая узнаваемость. Всё же надо быть начеку, бдительным. Ничего, - продолжаю размышлять, - посмотрим во сне, что ты за птица. У меня как раз было второе внимание накоплено для ночного осознания и очередного опыта с кошкой.
Сам я сплю на диване, ближе к окну. Машу положил дальше, на кровать бабушкину, высокую. Заснули. Беспокойно мне было. Только под утро, часов в пять, вышел на уровень осознания во сне. В комнате от тела своего недалеко пребывал. Поглядываю на кровать. Кошка моя вернулась, спит на кровати, свернувшись клубочком. А Маша моя, летает где-то далеко-далеко, высоко, - нет её тела сновидения. Талантливая, способная она сновидящая. Я же сейчас слабый по причине болезненности своей. Не угнаться мне за такой феей. Вот, только, к её физическому телу подойду и рассмотрю внимательнее… Как подумал это, мгновенно над кроватью оказался, завис над ней на полсекунды. Сразу вихрь воздушный поднялся и закружил моё тело сновидения с лежащей на кровати кошкой моей. И вновь мы с ней вцепились в обхват и завертелись куда-то в глубину. Но ветер на этот раз был воронкообразный, а не толчковый. Дурно мне стало. Сознание потерял. Очнулся, лежащим в теле физическом, на своём на диване. По телу энергии холодные, противные двигаются. Тошнит. Встать боюсь. Упасть могу. Решил отлежаться. Через некоторое время успокоилось во мне всё, и не заметил, как заснул глубоко.
Проснулся – на часах 12:30 – ого, спал! Встал. Нет на кровати никого! Ну и слава богу, мне легче, думаю. Обиделась, значит. Уехала Маша. Видно, ещё вчера решила съехать, да не сказала мне. Хоть бы записку оставила с благодарностью за ночлег, коли меня не захотела будить.
Кошка прибежала, стал её кормить. А сам думку свою думаю обо всём-обо всём. Концы свести пытаюсь сна и яви моих, соединить. Версии мои, гипотезы рабочие, выше изложенные, правильны были, да что-то не так. Не до конца так. Кажется, дон Хуан ближе всех к истине подошёл: неорганика шалит.
Девчонка-то уехала, хорошо. Опасно здесь у меня стало. Стуки, шаги по ночам, союзнички тёмные совсем распоясались, но дело не в этом…
А новый день продолжается. Чувствую себя неплохо. Работаю по огороду, а сам в размышлениях пребываю. Нет, думаю, здесь что-то всё-таки с кошкой моей связано. Доходить стало до меня…

Давай, читатель, переметнёмся-ка быстро к тому самому месту оставленному, к разговору моему с доном Хуаном прерванному, где он объяснял нам про лазутчика, помнишь?… «Вскочил старый нагваль…» Даю старую картину, и на этот раз закончим её.
...Вскочил старый нагваль, хлопнул себя по ляжкам, крикнул: - Знаешь, что это было?!…
- Знаю, знаю, - уже спокойно объясняю ему. – На самом деле я попал в сновидение кошки (чужая квартира, собаки). Я реализовал своё намерение сновидеть свою кошку и слил свою энергию с настоящей энергией домашнего зверя, и этим самым… Мой дон Хуан даже сник весь, стал морщиться кисло, разочарованно, что я так быстро всё понял, и ему не удасться поиздеваться надо мной и пошантажировать меня.… И этим самым, - продолжал я виновато, заученно и заунывно, - Пытались воспользоваться неорганические существа, чтобы забросить своей силой (их ветер) нас с Мосей подальше с физическими телами в свои миры. В общем... коту под хвост, - выпалил я окончательно.
Нажму-ка стоп-кадр в этом месте. Хватит нам с доном Хуаном диалоги водить.
Да-с, ещё одна версия…

В общем, граждане читатели, путанное и тёмное дело эти наши сновидения. А если туда сознание втягивать да опыты ставить как я. Не советую… Совсем гиблое мероприятие. (Ветры во сне, кстати, тоже дело рисковое. Иной ветер унесёт далеко – себя потеряешь).
Почему же я ничего не боюсь, спросите? – Ключик один тайный и главный имею. Я его по всей книге красной нитью рисую, провожу, показываю. И, если догадались сразу какой, - хорошо. А нет – думайте и богатейте.
Закончил я изложение своих опытов и фрагмента жизни своей деревенской. Будто бы спокойно мне, отдохнуть можно и главу эту закончить. Но скребут на душе кошки. Кошки?… Хм…

Лежу, в самом деле, отдыхаю после обеда на диване. Кошка, моя верная подруга, сновидящая, на животе у меня урчит. Я ей в глаза заглядываю. Ох, и хитрые же глаза-то. Лениво так книжку Кастанеды полистываю. Место попадается. Где, значит, дон Хуан объясняет, что у нас с животными есть общие полосы эманаций энергетических, делающие возможным обоюдный контакт сознанием. Детали прошлого всплывать передо мной мысленно стали…
И тут меня невероятная догадка пронзила. Прошибло, как электрическим током. Вскакиваю с дивана. Кошка от неожиданности взлетает с живота моего, орёт «Мэ-эу!» А я хватаю её за уши, смотрю в упор, трясу за голову и кричу: А ну, зверюга, признавайся!
Сдвиг! Сдвиг точки сборки вверх! Во сне я сдвинул точку сборки кошки Моси вверх, в человеческую полосу энергетической вселенной. (С помощью неорганики.) И она превратилась... в девушку… Это не Маша в гостях была! Это была моя кошка Мося! Вот почему та девушка казалась мне знакомой и близкой. Вот почему я её не увидел во сне на кровати, а увидел тело снов кошки. - Оно у неё привычным образом осталось прежнем. Вот почему «девушка» обо мне много знала. Да и, вообще, она без вещей приезжала, как это я сразу не заметил?!
Хотите - верьте, хотите нет!

Потом уже спокойнее думал. Могла ли кошка в человека превратиться? Конечно, нет! Бред… Но вот моя магическая кошка Мося, да ещё с моей колдовской помощью и неорганической поддержкой… тут всякое возможно, любые невероятности…
Главу теперь смело можно закрывать. Показал я читателю все возможности сновидения в данном контексте.
Голоса читательские, возмущенные, слышу: Ну, загнул!
А я на своём последнем, фантастическом предположении не настаиваю. У меня и другие рабочие гипотезы остались. Моё дело было последовательно фактический эпизод изложить и подходы к рабочему, сновидческому материалу раскрыть и предоставить. Что я и сделал, и, кажется, неплохо.
Иной недоверчивый читатель и читатель-скептик, в особенности незнакомый с магией сновидений, мне не поверит. А была ли, вообще, девушка?! – возопит он. – Что прямо так кошка в человека и превращалась?!
Честно отвечу: не-зна-ю! Сам превращался в птицу – чистая правда. Как кошка превращалась – не видел! Я вам и так всё описал подробно, материал дал, факты все по полочкам разложил. Решайте и думайте сами. Чего вы от меня ещё хотите? Девушка была. И готов я её предоставить любому самому активному, любопытствующему сновидцу. Но не сейчас. Позже. Разыскать, найти её ещё надо в городе. Дело в том, что…
Конечно, автор всегда знает во много раз больше того, о чём пишет.
Если начну я сейчас всё объяснять подробней, то мы с вами влезем в тайны второго внимания аж IV-х врат сновидения, которые автору открылись через молитву уже давно. И задействованы там крылья намерения Высших Сил и даже намерение кошкино, но об этом как-нибудь в следующий раз. А то мы с вами так и не закончим эту затянувшуюся главу.

Пора, пора отдохнуть нам с кошкой Мосей от пытливого и надоедливого читателя. Глажу я белое-пушистое-теплое. Сам свою энергетику после опытов балансирую. Мурлычет моя Мося. Лапки так сложила – умиление одно. Забыла она откуда пришла в этот мир. Да, что там кошка? – человек про себя не знает и не помнит, откуда пришел. Забыла уже кошка, что девушкой была недавно. Чем сильнее и дальше точка сборки сдвигается, тем более наглухо память о прошлом захлопывается, закрывается. Так позиция точки сборки расположена – начисто забываешь своё тайное прошлое. Но мурлычет моя кошка сладостно, лаской и нежностью своей меня обволакивает. Лапами меня массирует. В ласке её стало проглядываться новое настроение привязанности, нежности и любви ко мне. Сам полюбил её незаметно ещё больше. И тайны сновидений глаза её жёлтые, бездонные, коварные хранят…




РАЗНОЕ
(ТЕЗИСЫ ИЗ ЛЕКЦИИ «СНОВИДЕНИЯ - ПУТЬ ДУХОВНОГО РАЗВИТИЯ, ПУТЬ ЛЮБВИ»; И ИЗ РАБОЧИХ ЗАПИСЕЙ)

У Метерлинка: «Молиться – это значит получать, если умеешь просить».
Когда есть молитва, тогда есть или будет всё. Нет молитвы – ничего нет.
Путь молитвы – это путь исполнения желаний.
Надобно свою жизнь проосознавать в главном и в кажущихся мелочах и удерживать это осознание. Нужно идти в осмыслении своей жизни на такую глубину, чтобы в любой момент, в любой неожиданной ситуации на вопрос подскочившей к тебе смерти: Я пришла за тобой, готов ли ты? – ответить внутренним откликом утвердительно – да, готов! И идти дальше в осмыслении жизни.
Типичные заблуждения о сознании: считается не очень существенной частью жизни, а главным полагают жизнь физического тела; сознание путают с мышлением, мыслительной функцией, это не так.
То, что мы привыкли считать нереальным, несуществующим, незначительным, нестоящим нашего внимания, а именно – сновидения, - являются важнейшей областью и частью нашего существования, несущую и открывающую многие тайны…
Умного человека не интересует мир вещей, его заботит, что будет с ним после смерти.
Дайте мне такой идеал, что б я мог зацепиться за вечное, нетленное, неподвластное времени, постоянное. Науки ничего не прибавляют сердцу. Искусства и творчество ближе к Богу, но также преходящи, и лишь любовь – вечна.
Презреть этот мир, отречься от него, что бы обрести вселенную миров.

Благоговею перед творчеством сна-колдуна. Только здесь возможны лающие коты, коровы цвета березы, две луны сразу в небе, лето и зима одновременно по разные стороны дороги... Очень понравился сон женщины о том, что она - ангел и попала под дождь, и намокли её крылышки…
Нужно отказаться от привычных идей и мыслей о себе, как о физическом теле.
Излишне пристрастное, тщательное ковыряние в физическом теле рождает к нему крепкую привязанность. Что может быть более мелочным, пошлым, жалким и эгоистичным, чем в своём духовном развитии делать ставку на собственную физиологию, на здоровье физического тела! (по хатхе-йоге, системе Г. Малахова.)

Необходимо отбросить ложные представления о сновидениях, как о несущественной и незначительной и даже несуществующей части нашей жизни! Более того, утверждаю – сновидения – более значительная и важная составляющая часть нашей жизни, чем процесс пребывания личности в социуме.
Тело снов живёт своей собственной жизнью. Оно также засыпает и просыпается среди ночи по несколько раз внутри физического тела и видит сны.
Точку сборки, своё сознание можно и нужно научиться чувствовать, особенно, в момент раскачивания, переходя от яви ко сну, при переносе самого осознания в ясный сон.
Так называемое ВТО (внетелесный опыт), описываемый нашими сновидящими небрежно, с лёгким высокомерием и вызовом, типа как «вышел из тела и полетел туда то…», и подаваемое за высокое духовное достижение, является всего лишь навсего просоночным состоянием. (В моей классификации – ЧПО, т. е. частично промежуточное осознание. Это даже не осознанный сон. Не говоря уже о сновидении по дону Хуану.)
Опыт осознания сновидений - опыт правды религий. Имеет важное значение переживание некоторых не ясных обыкновенных снов. Галлюцинации, видения, изменённые состояния сознания (ИСС) есть категории снов и связаны со смещением точки сборки со своей основной позиции.
Сны удивительны, разнообразны и непредсказуемы. Например, они могут выдать такой сюрприз - ваш знакомый во сне может увидеть кусок вашего прошлого...
Язык сновидений глубоко символичен. Символы (от греческого: знак, опознавательная примета) - наиболее общие, универсальные, расхожие образы, персонажи, представления и сюжеты. Не смотря на столь обширное разнообразие человеческих личностей, характеров, судеб на фоне национальной и политической принадлежности и исторической эпохи, основные символы остаются неизменными. Поскольку схемы и сюжетные линии жизни, судьбы и драмы, человеческий состав (физиологический и психологический) остаётся прежним. Не странным теперь кажется то, что современному россиянину и китайцу 2-го века может присниться одинаковый сон, или сюжетный образ.
Символы, оставаясь неизменными своей главной частью, вплетаются в нашу современную жизнь, отражают её бытовую сторону (телевизор, автомобиль...), видоизменяются, подстраиваются, соответствуют научно-техническому прогрессу.
Язык снов доступен, но малопонятен. Он несёт информацию, знание о человеке и его судьбе, внутреннем мире, образе жизни, о других, о будущем, о влиянии посторонних сил...
Сновидения – индикатор, показатель качества и полноты жизни, уровня сознания! Тело снов прогнозирует и проживает варианты будущего, но для этого использует ситуации и память прошлого.
…Однажды, я навещал свою знакомую, больную тяжёлым инфекционным гриппом. В следующую ночь мне приснилось, что я жадно ем мясо. «Есть мясо» – проверенный на себе символ в моих сновидениях – определённо к болезни. Очевидно, что на тонком уровне я уже заразился от больной, у которой побывал. Знание этого позволило мне иметь оперативный запас времени в несколько дней, пока болезнь не завладела физическим телом. Недолго думая, я предпринял 3-х дневное «сухое» (без воды) голодание. Сжёг в себе опасный вирус и избежал серьёзного заболевания.
Некоторые символы в наших сновидениях отражают одновременно правильность народной интерпретации, личного суждения, предчувствия сновидца и сразу нескольких психоаналитических версий.

Сновидения напрямую связаны с загадками, работой, эффектами и тайной сознания.
Возможно и необходимо научиться понимать язык сновидений. Но это не легко. Это всё равно, что выучить любой другой иностранный язык. На это требуются годы. Помимо того, что каждый иностранный язык имеет диалект и акцент, человек дополнительно имеет свою индивидуальную специфику. (Свою интонацию речи, произношение некоторых букв) Также обстоит дело и с языком снов. Сновидения - наша индивидуальность. Это необходимо учитывать. Сновидения - наша личная, частная собственность.
К символам снов ближе всего дети. Их мышление и представления примитивны, наивны, чисты, просты, и одновременно неподражаемы, своеобразны, красивы и парадоксальны.
По мере переноса точки сборки на тело снов, наш двойник, тот самый внутренний сновидческий ребёнок, насыщаясь постепенно светом сознания, становится всё более «умным». Сновидения показывают всё меньший символизм, и всё более точно отражают действительность в картинах. Наконец, с определённого уровня мы можем наблюдать процесс ясновидения (прозорливости) - копированное изображение будущих событий и другую информацию.
Смысл некоторых осознанных сновидений открывается только через год и более. Я всегда буду иметь преимущества перед учёными со степенями и званиями и положением в обществе. Потому что они поумирают как обыкновенные люди. То, чем занимаюсь я, даёт мне возможность сохранить своё индивидуальное сознание после смерти физического тела.
Наука плюс религия! А не антагонизм между ними.
Тело снов неким образом считывает из космического банка данных будущие события и информацию и передаёт их своим условным, примитивным языком символов. Оно разыгрывает свой миниспектакль и само же реагирует в нём одновременно на будущее. Сновидное отреагирование более развернуто копируется личностью в дальнейшем в физическом социальном мире.

Фантомные боли в месте ампутированных конечностей - доказательство существования энергетического тела.
Подтверждение реальности тела снов как нашей внутренней сути: несколько раз ловил момент, когда ощущал в нём холод, одновремено переходил к яви, а телу физическому – было жарко!
Сновидения - указатели духовного пути, показывают нам, над чем работать, какие стороны своей жизни прорабатывать. Они способны охватывать все аспекты нашего сознания.
Важность и ценность первых сонных образов, видений, настроения и мыслей в момент засыпания. Начальные сновидческие представления допустимо трактовать, как и сами сновидения, но они могут быть даже точнее и «правильнее»...
Неоднократный повторный приход в одно и то же сновидение является примером смещения точки сборки в одинаковую позицию.
Легче решить жизненно важную проблему, разрешив её в осознанном сне.
Ясные сны - ключ к достижению всех духовных и недуховных целей, желаний. Удобство практики - ложимся спать каждую ночь.
Неизбежны неблагоприятные периоды для практики сновидения.
Представления и сюжеты сна в процессе духовной работы могут формироваться в зависимости от ощущений в теле, от энергетических потоков в нём. Образы сновидения могут быть подлинными и ложными.
После смерти отца моей подопечной Наталии, умерший часто приходил к ней ночью. Я дал ей задание вглядеться в него внимательней, когда он появиться во сне в очередной раз. Наталия справилась с задачей. Всматриваясь в своего умершего отца, она убедилась, что это на самом деле не он, а - я! Да, и «я» вёл себя как-то странно: уклонялся от прямого взгляда, загораживался как бы случайно и т. д. (Сновидящей не хватило силы разоблачить и «меня»)
Это трюки нашего восприятия. Они имеют происхождение в нашей бодрственной жизни. На этом построена магическая практика сталкинга у дона Хуана «Четыре Тулио». Стоит нам познакомиться с человеком, как мы, выхватывая 3-4 характерные черты его образа при начальном наблюдении, в дальнейшем при общении с ним не обращаем на него внимания, поглощённые собой. Эта манера автоматически переноситься в сон. И кого мы только не принимаем за наших знакомых и родных у себя в сновидении. (Этим активно пользуются так называемые лазутчики).
Психоанализ - это медитация вслух в присутствии другого человека...
Изначальной энергией наделяют ребёнка родители. Это есть количество света сознания в его точке сборки.

Сердце - начало всего. Когда оно бесчувственно, - всё вокруг пусто и мёртво! Оживает сердце и всё начинает играть в радости и жить, открываются энергоцентры, ходят токи по телу. Блаженство, любовь, счастье, здоровье, бессмертие...




СНОВИДЕНИЕ НАЯВУ

Стою внутри церкви подле колонны. Полумрак обволакивает позолоту украшений и сгущается по углам, загоняя туда тайну. Огоньки маленьких свечек разбросаны по пространству. Справа гробы с покойниками – отпевание. Продолжается служба. Людей мало. Жалобное пение девичьего тонкоголосья попеременно с мужским, одиноким речитативом приближают меня к себе самому.
В предощущении чудесного вспомнил почему-то о нагвале Розендо (недавно перечитывал Кастанеду), который запер своих учеников в шкаф. Дал команду своему союзнику сместить их точки сборки в другой мир. Но коварный союзник, соединив энергии подопечных нагваля, забросил их вместе с физическими телами в невообразимую далёкую неизвестность. Нагваль Розендо открыл шкаф – там было пусто...
...Отче наш. И же, еси на небесех... – тянет священник. Протяжный хор подхватывает и смещает мою точку сборки в сторону лёгкой печали. Стало грустно, что линия легендарного дона Хуана окончилась навсегда. Закончилась ли?!
Нагваль Себастьян, вообще, работал в церкви, пока его не разыскал Арендатор, и это неспроста...
Мой двойник, оставаясь в теле, осторожно, тайком стал вышагивать куда-то глубже внутрь меня. Он стал вышагивать в любовь! Сделалось сладостно, умилённо, восторженно. Я стал пить небесный нектар. В душе моей открылся поток благодарности. Жизнь моя, судьба, как я благодарен вам, что вы открываете мне столько тайн! Господи, как мне ответить тебе за то, что ты спускаешь, осыпаешь меня несметными дарами, что ты дал мне великий смысл жизни! Бог, тебя так много, тебя бесконечно много, блаженство твоё неисчерпаемо! Моя жизнь стала великим захватывающим и бесконечно интересным, духовным приключением и путешествием внутрь себя!
Незачем было что-то выдумывать, но я расфокусировал взгляд и «сел» на молитвенный звук – точка сборки сдвигалась! Этот звук, ритм действуют волшебным образом. Я нашёл ключ к тайной позиции! А что творит полумрак! Я посмотрел на покойников. Стояло 3 гроба. Покачивающиеся блики теней от свеч, разрежённый и плотный клочками воздух, насыщенный запахом и невидимым дымком ладана, трогал лежащие тела, их лица. Оживлял их. Нет, да они не умерли! Они просто спят. Они притворились умершими – сразила меня догадка. Это - игра. Эта жизнь такой абсурд, глупость и игра! Один покойник стал морщить лоб, ему снится плохой и беспокойный сон. Другая старуха – усталое лицо – только что заснула. Устала от жизни и заснула. Живые покойнички–то! - рявкнул мерзко кто-то над ухом. (Ну вот, без беса никак не обойтись. Он то, подлец, и сдвигает точку сборки дальше).
Лица мертвецов в гробах задвигались. Контуры тел стали размытыми, темнее, зашевелились. Пение, на котором я «сидел», стало гулким, раскатистым. Огни свеч насыщеннее, росли, превращались в большие, многоцветные шары, переливающиеся друг в друга.
Молитвенный голос обратился резким и стал звенеть «по краям». И одновременно я увидел всю глупость и абсурдность происходящего, какие могут быть только в самом беспечном сне. Будто кто-то наверху навёл ручку настройки изображения в другую перспективу. Я увидел, что от лежащих в гробах людей ничего не осталось: ни сознания, ни энергий, ни точек сборок. Они перестали быть людьми. Это были пустые, грубые, затвердевшие, холодные оболочки. (Двойники их остались в своих квартирах, а один даже был на прежней работе). Не было уже разницы между тем, что лежит безжизненным в гробах, и самими гробами. Всё вместе правильнее было назвать вещью, предметами. А они, родственники умерших, стоящих подле, ещё живые люди, относились по инерции к покойникам как к живым. К ним, как к живым, они направляли всё своё внимание, все свои печальные, молчаливые чувства потери и даже продолжающейся заботы(!) Парадоксальность, несоответствие, глупость и абсурдность такого отношения, чрезмерно торжественного внимания живых людей, к уже неодушевленным, бесполезным и ненужным вещам достигло гротеска. Такое возможно только во сне! Да, это и есть сон! – осенило меня...
Я попал в сновидение наяву! И, как часто бывает во сне, я не мог долго оставаться на одном месте. Моё тело снов увлекало меня в движение, и я в целом задвигался вместе с ним.
Я вышел из церкви и прошёл мимо нищих с протянутыми руками. Они все притворялись, они играли роли нищих! Я полностью отдавал себе отчет, что я нахожусь в привычном, физическом, обыденном для меня мире, и был одновременно - во сне! Я ощущал и видел, что всё вокруг сон. Но и я сам себе снился! Свернул за угол дома недалеко от церкви и по инерции чуть не налетел на человека, которого мгновенно узнал. Он тоже был похож на просящего милостыню – держал руки чуть вытянутыми перед собой. Но он не просил. Он смотрел на руки, потом в сторону и снова на руки, взгляды наши встретились. Этот человек был - я! Мой дубль! Это был я прошлый.
Какая-то очень быстрая, свёрнутая эмоция–мысль на секунду застыла, потом толкнула меня приблизиться, обнять двойника. Пожалеть простить своё прошлое, отпустить навсегда. Это был порыв–прощение, порыв–грусть. Я начал движение, чтобы обнять самого себя прошлого, обнять свой дубль, простить... Но трагическое, предсмертное чувство опасности и риска в кладовой памяти запоздало начало шевеление. Из глубины подсознания стали коротко пульсировать сигналы – успеть быстро что-то вспомнить, прежде чем я его обниму...
В это время прохожие видели, как я сделал резкий шаг вперед, оказался неповоротлив, неловко подскользнулся (была зима), взмахнул руками, потерял равновесие и упал.
Но для меня всё было по другому. В последний миг перед объятием с двойником, я услышал в себе грозный, упреждающий голос дона Хуана «... маг встретивший себя самого, свой дубль – мертвый маг!» Но было поздно. К сложной эмоции грусти, прощения, сожаления, расставания и ностальгии успело добавится чувство самоуничтожения, отчаянной потери себя, катастрофы, неизбежного риска от слияния со своей же, но смертельно несовместимой энергией моего двойника.
Я уже обнял свой дубль, на мгновение замер в ожидании смертельного, мощного, электрического разряда, потерял равновесие, упал и вышел из сновидения наяву...
Я схватил воздух, потому что это был не дубль, а мираж, фантом, призрак, сдвиг точки сборки, состоящий из моего прошлого. Который уже давно, утратив всю свою силу, чуть качнувшись, растаял...



ДРУГ МОЙ ТОЛЬКА – МАСТЕР ИЛЛЮЗИЙ
(разгадка тайны мастера)

« ...На пути сновидений возможно
максимальное количество иллюзий
и ложного воображения.»

Читатель! Я познакомлю тебя с моим другом Толькой. Причём тут Толька? – спросишь ты. Да, я признаться, и сам пока ещё не очень понимаю «причём».
На разных перекрестках судьбы жизнь сводит нас со многими людьми. Когда я первый раз встретил Тольку, он, как сейчас я вижу, переживал сильнейший, духовный кризис возраста сорока лет. Его глаза безумно двигались и вращались. Большой, лысый лоб периодически морщился и напрягался, руки дрожали. Его острый нос, бледно-синий по бокам, странным образом был похож на нос сильно пьющей женщины. Толька разговаривал вслух сам с собой: задавал себе вопросы и сам же на них отвечал.
Со стороны мой новый знакомый выглядел явно как человек не в себе, а попросту «с приветом». Но общался с людьми он вполне сносно. Хоть его и «заносило». В этот же свой период жизни он на свою беду активно читал эзотерическую литературу. Мне же в начале нашего знакомства он дал почитать своё сочинение о собственных, невыдуманных путешествиях на другие планеты с подробными описаниями инопланетян. Ознакомившись с его бредоподобным опусом, я сразу понял, что Толька – будущий клиент психиатрической больницы. Но чтобы не обижать «больного» и не усугублять его психическую несостоятельность, я похвалил его и отозвался о повествовании положительным образом.
Крыша у моего нового друга явно ехала. Точка сборки скользила по световым волокнам в неведомых потаённых лабиринтах его психики. Я был не прав! Мог ли я предположить тогда, что всё описанное Толькой – правда!? То было его духовным опытом и подлинным переживанием. Тольке, вдруг, начали сниться осознанные сны!
Но тогда от всего этого я был бесконечно далек. На начальном этапе нашего знакомства мой друг-сновидящий смело взял на себя роль великого духовного учителя, Гуру надо мной. Я не возражал, людовед и человеколюб от природы, я ещё долго и пытливо разбирался в сложных перепитиях толькиной личности. Мой новоиспеченный Гуру оказался на редкость великим мастером по части создания всяческих иллюзий, фантазёром и непревзойденным мечтателем. Хотя с ним действительно происходили странные и малообъяснимые вещи. Например, на груди и лбу выступали явные мистические знаки (пентаграммы, кресты), в сновидения приходили Боги, великие йоги... Он, как всякий потенциальный пациент ПНД (т.е. психоневрологического диспансера) легко принимал иллюзию за реальность, своё воображение за действительность и убеждал в этом других. До сих пор не знаю, сознательно ли он, начитавшись духовных книг, вводил в заблуждение других или наивно верил во всё сам и в то, что он обладает сверхъестественными, паранормальными талантами. Но в том то и дело, что такие способности тоже были!
Толик, дорогой, - уже учил его впоследствии я, - христианская традиция самая чистая. Она учит помыслы и видения не отвергать, но и не принимать.
А он, бедняга всё близко принимал!
В моём гуру невероятным образом сочетались абсолютная безответственность перед людьми в данности поручений, назначенных встреч, обязательств с вниманием к человеку в любое время к нему пришедшему. Полная лень, безволие с пытливым думаньем, интересом к духовным вопросам и кропотливой работе и талантом в области электроники. (Он занимался ремонтом всевозможных приборов на дому.)
Толька годами давал людям 100%-е обязательства, гарантии по выполнению чего-нибудь – не исполнял, и годами же вполне искренне, душевно и пылко оправдывался, делая очередные чистосердечные обещания на будущее. После многих месяцев раздражения на Тольку человек в отношениях с ним вынужден был принимать его таким, каков он есть. ( Конечно, если хотел, вообще, иметь с ним дело.) При всем этом он был человеком очень робким, застенчивым, редко выходил из дому. Сильно терялся, когда я его приглашал на прогулку. (Как я называл «прогулку с Сократом», «Сократом» был я, но лысый, сократовский лоб был у Тольки). Тогда он беспомощно и растерянно оглядывался на жену, не зная, что одеть, и, вообще, уместен ли его уход...
В начале я ходил к другу из любопытства. Он легко садился в позу лотоса. (С его то комплекцией!) И начинал мне как ясновидящий йог предсказывать грядущее. Изобличить его во лжи не составляло труда. Но он тут же, как ни в чём не бывало, повторно закатывал глаза, морщил лоб, водил своим острым носом и «корректировал» моё будущее.
С течением времени точка сборки моего друга стабилизировалась, благодаря вниманию и любви со стороны его жены и семьи в целом. Глаза сделались более осмысленными и даже проницательными. Толька стал как бы нормальным. И вскоре я убедился, что он на самом деле глубоко проникает в духовную суть вещей.
Шли годы. Быстро выросший в духовных познаниях мне полюбилось приезжать к своему другу и обсуждать духовные вопросы. Иногда споры были слишком горячими, что мы как бы ругались. И я подолгу к нему не приезжал. Вскоре я заимел опыт осознанных сновидений и мой интерес к сновидящему Толику значительно возрос. Нас в значительной мере объединяла симпатия к русскому православию – идея христианской Божественной Любви, и тенденция путешествий и волшебства обоюдного опыта Ясных снов. Но, ох, как трудно мне было отделять зёрна от плевел – его истинный опыт и видение от мастерства построения иллюзий и ложных интерпретаций. Я сердился и проявлял нетерпение в диалогах.
Добрался и до толтековской магии. Дон Хуан захватил меня целиком, как удав кролика. Я возбуждённо примчался к Тольке, притащив недавно проглоченные две первые книги К. Канстанеды, и восторгам моим не было числа. Мой гуру прочитал их, ему не понравилось, и он спустил критику на Кастанеду и заодно на меня. Это стало началом серьезного раскола в наших отношениях. Позже я не выдержал такого непонимания с его стороны и перестал к нему приезжать. Живи один, Толька, без учеников и духовных друзей!
Течет, виляет река–времечко. Случайно от общих знакомых я услышал, что мой друг–сновидящий и мастер иллюзий выписался недавно из больницы (с урологии) в плохом состоянии. У него осталась одна почка. Конечно, надо навестить и поддержать. Толька оказался в подавленном состоянии. В больнице бедный Толька лез на стенки от острой, почечной колики. Он хотел сознательно оставить своё тело, выйдя в осознанный сон навсегда, чтобы ускользнуть от мучительной боли, но ничего не получилось. У него на глазах умер человек, сосед по палате. Эта смерть что-то шепнула на ушко Тольке...
Наши отношения снова завязались. Парадоксы судьбы. Немного позже, когда я серьёзно заболел, нас стала объединять ещё одна общая тема – урология! Мысли о смерти стали придавливать к земле моего друга, и он проникся глубже христианской идеей спасения.
Надо было видеть его выпученные глаза и дрожащие руки. На-те, жил себе человек, жил, ел-спал и, вдруг, обнаружил, что надо срочно спасаться, в спешке куда-то бежать (в разные стороны) и чем быстрее, тем лучше, Иначе вот-вот близка и неминуема страшная погибель и вечные страдания.
Я подарил другу идею о создании во сне волей и воображением себе новой астральной почки. Идея была принята. Духовные возможности человека им оптимистично были осознаны и он несколько успокоился.
Но в следующий раз в беспокойном озарении к нему примчался уже я, на этот раз с идеями Г. Гурджиева. Я тоже проникся мыслями о спасении, но символически у Гурджиева они выражены в другой форме.
Пойми, ты, Толик, мир – это тюрьма! – неожиданно бросаю я, умалчивая, что мне попалась книжная новинка. И выдавая прозрение, как своё, с видом человека, открывающего великую тайну для избранного, продолжаю - человек есть страдающий узник. Он обречён на болезни, старость и смерть. Он в тюрьме мира пожизненно. Но у него есть возможность бежать, представляешь?!
Победоносно смотрю на друга, но Толька этот удивительный, странный Толька, вдруг, пропал, бесследно исчез. Почва его ума оказалась благодатным образом подготовлена и вспахана. Передо мной сидел вовсе не Толька, а чужой и не знакомый мне человек. Это был заключенный №13 в полосатом костюме и шапочке.
Обреченный, да ещё по ошибке, на пожизненное заключение, узник Толька слушал меня безропотно и покорно. Лицо его выражало тоску, вину и глубочайшую безнадёжность. Он уже не двигал глазами и не просил о помиловании. Всем своим существом он выражал немощную покорность ситуации, судьбе и томление в тюрьме мира. И вдруг, его лицо озарило понимание, засветилось жаждой свободы. Бежать! – пронзила его и тайно завладела им невероятная мысль. - Свободы! – страстно и волнующимися руками вцепился он в невидимые, толстые, стальные прутья камеры.
Бежать! - подхватил азартно я, увидев столь разительную перемену друга, солидарность и понимание.
Бежать. Но как?! По Гурджиеву сам заключённый совершить побег не состоянии. Ему должен помочь человек, который сам уже бежал и обрёл свободу. Только он может организовать тот самый побег. Независимый человек по ту сторону тюремной ограды. В нашем с Толькой окружении такого человека не было. Эх, это сладкое слово - Свобода!
Тупик. Безвыходная ситуация. Наш путь во мраке. Выход есть! – торжествую я, – осознанное сновидение!
Постепенно наши с Толиком отношения приобретали новое направление. Мы делились опытом снов, экспериментировали с совместным сновидением. И всё более ведомым становился я.
Я помчался к другу в следующий раз после буйной неспокойной ночи. В темноте кто-то дёрнул меня за астральные ноги с такой силой, что выдернул всего из тела (физического), и я на скорости вылетел в открытый космос. Уж, не шуточки ли это Толика? Надо разобраться.
Я застал мастера иллюзий в некотором смятении. Рядом с ним лежало отпечатанное на машинке описание сложной техники телепортации, перемещения на любые расстояния вместе физическим телом. По видимому, основанное на магии дона Хуана. По выражению его лица и дрожащему к верху остатку волос – антенне на голове, у меня не оставалось сомнений, что мой странный друг только что удачно совершил пробную телепортацию в Москву и обратно в свою подмосковную квартиру на девятом этаже.
Тут, наконец-то, была мною разгадана тайна личности моего друга – мастера иллюзий.
Я – Бог, - поведал мне печально Толька. – Но бывший, понимаешь? Деградированный. То есть, я в своей прошлой жизни был самым настоящим Богом, но стал опускаться, деградировать и меня в наказание отправили на землю, на более низкую ступень развития – быть человеком... Виновато смотрел на меня Толька.
Я сразу понял всё. Все мои разрозненные объяснения про нескладную личность друга, которые никак не могли ранее соединиться вместе, вдруг, замкнулись. Это похоже на правду. Да, это факт! Сумбурные, торчащие в разные стороны части существа неведомого инопланетного человека Тольки, – причесались. Не смотря на столь фантастическую гипотезу.
Вот почему долгое время я не мог разобраться в нём, просчитать, понять до конца его сложную, творческую натуру. А сочетание «деградировавший Бог» сразу всё объясняло, увязывало в одно целое, отображало его суть.

<< Пред. стр.

страница 5
(всего 7)

ОГЛАВЛЕНИЕ

След. стр. >>

Copyright © Design by: Sunlight webdesign