LINEBURG


<< Пред. стр.

страница 3
(всего 14)

ОГЛАВЛЕНИЕ

След. стр. >>

ром рынков, масштабами и устойчивостью доходов. Мировые рынки сырьевых
товаров менее конкурентны по качеству, но подвержены колебаниям, а рынки
вооружений слишком зависят от политической ситуации в мире. У них разные
инвестиционные функции, разные целевые функции владельцев и менеджеров,
разная степень зависимости от государства. Соответственно гражданский сек-
тор и, по мере «демобилизации», оборонный комплекс в большей степени заин-
тересованы в нормализации внутреннего финансового рынка, налогового ре-
жима. Поскольку капитальная база экономики сосредоточены в экспортных от-
раслях, то споры вокруг налогового режима, системы финансирования науки и
прочее означают борьбу за ренту сырьевых отраслей и попытки перераспреде-
лить ее через государство, раз она не поступает в экономику как инвестицион-
ный финансовый ресурс (по доступным ставкам) через финансовую систему.
Список различий интересов секторов в отношении экономической политики
можно продолжать долго. Например, экспортный сырьевой сектор достаточно
безразличен к вступлению в ВТО, что, наоборот, представляет критический ин-
терес для обрабатывающих отраслей.
Бесспорно, общие факторы инвестиционного климата – политические рис-
ки, налоговая система и уровень ставок – влияют на развитие всех трех секто-
ров. Без развития финансовых рынков, на которых экспортные компании мог-
ли бы вкладывать свободные средства, сохраняется своеобразная изолирован-
ность накопления секторов, затрудненность перелива капитала иначе, чем по-
средством прямой скупки. По мере стабилизации политической и экономиче-
ской ситуации и развития прямого инвестирования, можно ожидать выравни-
вания инвестиционных условий для всех трех секторов. Видимо, должна за-
вершиться волна слияний и поглощении, которая развернулась после кризиса
1998 г. Послеприватизационный процесс перераспределения собственности тя-
нется уже более пяти лет. Закрепление собственности, наряду со снижением
политических рисков, должны, в принципе, создать условия для заинтересо-
ванности представителей всех секторов в приемлемом едином налоговом и тор-
говом режиме.

2. Место России в мире

Затяжной экономический кризис переходного периода привел к тому, что
Россия оказалась в конце мировых списков и рейтингов. Пресса и политики ак-
тивно обсуждают различные показатели в двух аспектах: до чего мы дошли и
где мы будет через десять лет при тех или иных темпах роста. Жонглирование


11
номером места страны в мире по тому или иному показателю стало едва ли не
самостоятельной экономической специальностью. Однако главное – не фор-
мальный рейтинг, а то реальное положение страны, которое она заняла в мире.
Длительное накопление физического и человеческого капитала в ВПК, сырье-
вых отраслях и фундаментальных науках создало смещение в структуре эконо-
мики по сравнению со структурой и показателями развития экономики основ-
ных групп стран, с которыми имеет смысл сравнивать.
Приспособление экономики страны к новой структуре цен и открытой
конкуренции было необходимо при переходе к рынку. Кризис многих отраслей
потребительских товаров был неизбежен, как и сжатие отраслей ВПК. Главная
проблема в том, что десятилетие было потеряно для развития многих новых
производств, информационных технологий. Потеря позиций страны состоит в
усугублении той отсталости в современных технологиях, которая накопилась к
концу 80-х годов. Был пропущен важный если не этап, то переходный период в
развитии конкуренции, формировании крупных компаний, создании совре-
менной финансовой системы. В этой связи необходимо объективно оценить по-
ложение России в современном мире.
Соревнование «двух систем» приучило россиян мыслить категориями
сравнений с ведущими странами развитого мира, хотя фактически СССР нико-
гда не достигал по социальным показателям (кроме грамотности и охвата ме-
дицинским обслуживанием) того уровня, на который вышли ведущие страны
Запада, не говоря уже об уровне жизни. По большинству ключевых социальных
параметров небольшие западноевропейские страны далеко опережают ведущие
развивающиеся страны, включая Южную Корею. Социально-экономические
показатели России оказались близки к восточноевропейским странам, хотя в
основном превосходят показатели развивающегося мира (см. табл. 4).
Таблица 4.
Сравнительное положение России в мире по социальным показателям
Страны Детская смерт- Телефонные Зарегистри- Доля верх-
ность (на 1000 ро- линии (на рованные ней квин-
ждений) 1000 чел.), пользователи тильной
1997 Интернета группы в
1980 1997
(на 10000 личном по-
чел.), июль треблении, %
1998
Крупные США 13 7 644 975,9 45
развитые Германия 12 5 550 140,6 –
страны Япония 21 12 479 107,1 37
Другие раз- Испания 12 5 403 61,9 40
витые стра- Португалия 24 6 402 45,3 –
ны Греция 18 7 516 38,0 –
Крупные Бразилия 70 34 107 9,9 64
развиваю- Мексика 51 31 96 8,8 58
щиеся стра- Аргентина 35 22 191 15,9 –
ны Корея 26 9 444 37,7 –
Индонезия 90 47 25 0,5 44
Малайзия 30 11 195 18,4 54
Страны с пе- Польша 26 10 194 25,6 –
реходной Венгрия 23 10 304 73,1 38
экономикой Китай 42 32 56 0,2 61
Россия 22 17 183 8,9 52
Источник: World Development Indicators 1999, World Bank.

В еще большей степени это относится к показателям финансово-денежной
системы. Главный индикатор – низкий уровень кредитов частному сектору –



12
отражает слабость российской банковской системы и финансовых рынков, а
низкая степень монетизации российской экономики стала притчей во языцех.
Но даже при ее значительном росте наша экономика могла бы выйти на уро-
вень развивающихся стран по отношению кредитов и М2 к ВВП, но не на уро-
вень таких стран Западной Европы, как Испания, Португалия, Греция, которые
традиционно рассматривались как развивающиеся страны внутри региона. Со-
стояние российской финансовой системы более наглядно видно при междуна-
родных сопоставлениях. Табл. 5 позволяет сравнить роль банковской сферы и
степень монетизации экономики России с основными представителями групп
стран, находящихся на разных ступенях развития рынков. Показатели меняют-
ся год от года, но порядок величин сохраняется. В этом отношении принципи-
альное отличие российской экономии не только от наиболее развитых стран
мира, но даже от стран с переходной экономикой и развивающихся сохраняет-
ся: низкая монетизация и откровенно слабая роль банковской системы в кре-
дитовании развития.

Таблица 5.
Сравнительные показатели финансовой системы, 1997 г., %
Страны Кредиты частно- Денежная Кредиты частно-
му сектору (в % к масса M2 му сектору (в % к
ВВП) (в % к ВВП) M2)
Крупные раз- США 69,5 59,4 117,0
витые страны Германия 108,7 65,7 165,4
Япония 114,2 112,4 101,6
Другие разви- Испания 77,0 75,2 102,4
тые страны Португалия 76,1 93,9 81,1
Греция* 34,6 44,4 77,8
Крупные раз- Бразилия 26,0 27,1 95,8
вивающиеся Мексика 12,3 24,7 50,0
страны Аргентина 19,4 21,4 90,7
Корея 73,9 45,4 162,9
Индонезия 61,0 50,0 122,0
Малайзия 107,1 97,5 109,8
Страны с пе- Польша 18,1 35,2 51,3
реходной эко- Венгрия* 22,3 38,7 57,7
номикой Китай 103,1 112,3 91,8
Россия 8,7 15,9 55,1
* Данные за 1995 г.
Источник: World Development Indicators 1999, World Bank.

С точки зрения совокупности социально-экономических показателей Рос-
сия достаточно далеко отстоит от ведущих стран мира. В то же время по пока-
зателям, характеризующим человеческий капитал, она все еще намного впере-
ди большинства развивающихся стран. С этим связаны два обстоятельства, ко-
торые должны приниматься в расчет при определении места России в мире.
Во-первых, Россия, как и Советский Союз, на самом деле не приближались
к развитым странам по уровню жизни и качественным показателям. Потеря
возможности финансировать образование и науку в рамках закрытой полити-
ческой системы, в которой поддерживались искусственно низкие доходы уче-
ных, привела к невозможности поддерживать воспроизводство человеческого
капитала на том же количественном уровне. Поэтому нынешнее место в мире
по социально-экономическим показателям можно быстро потерять, но невоз-
можно быстро улучшить.
Второй фактор состоит в формировании значительных мощностей в раз-
вивающихся странах как на базе ТНК, так и на базе национального капитала.



13
Рост образования – пусть для меньшей в относительных величинах доли населе-
ния, чем в России – означает, что на мировом рынке существует измеряемое
десятками миллионов человек предложение сравнительно низкооплачиваемой
образованной рабочей силы (средний класс). Россия оказывается во многих от-
ношениях в конкуренции не с развитыми, а с развивающимися странами на
рынках продукции обрабатывающей промышленности. Каждая из крупных
развивающих стран способна, видимо, в настоящее время развить одну–две
экспортные отрасли сравнительно высокой технологии, причем каждая из них
будет обладать определенными конкурентными преимуществами по сравнению
с российскими предприятиями. Примером является быстрое развитие инфор-
мационных технологий в Индии, которая вышла на второе место в мире по
экспорту программного обеспечения, дав работу в новой отрасли четверти мил-
лиона человек.
Основной вывод в данном случае относится к политике доходов в России.
Подъем уровня доходов должен опираться на опережающий рост эффективно-
сти производства и производительности труда. Попытка законсервировать со-
циальную защищенность образованного населения России может означать в бу-
дущем проигрыш конкуренции новым массовым непритязательным (и образо-
ванным) социальным слоям в других странах.
В значительной степени это будет зависеть от восстановления инвестици-
онного процесса. При норме сбережений населения, близкой к нулю, и огром-
ных масштабах бегства капитала страна не может рассчитывать, что сектор
ВПК и фундаментальные науки длительное время смогут противостоять гло-
бальной конкуренции. Страна действительно нуждается в модернизации, в
промышленной политике в области высоких технологий. Но в еще большей мере
страна нуждается в формировании условий для сбережений, нормальной сис-
теме превращения их в инвестиции. Без восстановления работоспособности
банковской системы и финансовых рынков Россия не сможет финансировать
устойчивый подъем, за исключением прямых вложений экспортных отраслей в
другие предприятия. Последнее выглядит приемлемым решением только на
первый взгляд, поскольку противоречит всей логике инвестирования.
Значительная часть российского общества по-прежнему рассматривает
Россию как великую державу. Но фактически статус великой державы опреде-
ляется отношением других стран к данной стране и отношением к этому факту
жителей самой страны. И здесь проблема состоит в том, что положение великой
державы должно быть как-то совмещено с фактом резкого падения экономиче-
ской роли страны в мире.
Статус России в мире определяется ее позициями в международных орга-
низациях и военной мощью, превосходящей по-прежнему всех, кроме США (см.
табл. 6). По остальным показателям Россия близка к Бразилии, включая ВВП
на душу населения (по расчетам Госкомстата по ППС на 1996 г.). Принципи-
альная слабость позиций России как великой державы определяется даже не
троекратным отставанием по ВВП на душу от ведущих развитых стран. Вели-
кая держава должна иметь значительную свободу рук в принятии решений.
Россия же сталкивается с острой внешней долговой зависимостью при низких
валютных резервах. Поэтому поддержание статусных позиций в мире для Рос-
сии – это не вопрос «большого скачка» по объему ВВП, а решение, в первую
очередь, долговой проблемы и обеспечение устойчивости рубля.




14
Таблица 6.
Сравнительные характеристики ведущих стран мира
Население ВВП на ВВП на Военные Числен- Внешний Помощь Валовые




безопасности



Квота в МВФ
Обладание
(1997) душу насе- душу насе- расходы ность ар- долг (1997) развиваю- валютные




атомным
оружием
Совета
Члены
ления по ления по (1995) мии (1995) щимся резервы
официаль- ППС (1996) странам (1997)
ному курсу (1995)
(1997)
% млн чел. долл. долл. % к ВВП тыс. млрд долл. млрд долл. млрд долл.
! "
США 17,68 268 29080 27831 3,8 1620 .. 47,8 135
! "
Великобритания 5,11 59 20870 19528 3,0 233 .. 15,5 38
! "
Франция 5,11 59 26300 20390 3,1 504 12,8 55
Германия 6,19 82 28280 21330 1,9 352 21,2 105
Италия 3,36 58 20170 20248 1,8 435 2,8 75
Япония 6,33 126 38160 23980 1,0 240 42,3 227
! "
Россия* 2,83 147 1250 6742 2,5 1400 155 13
! "
Китай 2,23 1227 860 860 2,3 2930 147 146
"
Индия 1,98 962 370 370 2,4 1265 94 28
Бразилия 1,44 164 4790 4790 1,7 285 194 52
"
Пакистан 0,49 128 500 500 6,1 587 30 2
Саудовская Ара- 3,32 20 7150 7150 13,5 175 9
вия
* Для России оценки БЭА за 1999 г. по данным Госкомстата, ЦБ и Министерства финансов.
Источник: World Development Indicators 1999, World Bank.
Анализ состояния общества показывает, что хотя миссионерская роль Рос-
сии в мире постепенно сходит на нет, вопрос о достоинстве страны крайне ва-
жен как для элит, так и для широких слоев населения. Около 70% россиян ус-
тойчиво подтверждает свое желание видеть страну великой державой. Факти-
чески ощущение России великой державой, несмотря на распад СССР, смягча-
ет психологические травмы переходного периода у значительной части населе-
ния. Правда, с исторической точки зрения, это ощущение связано не столько с
вкладом в мировую культуру (за исключением писателей и композиторов XIX
в.), сколько с войнами и народными страданиями.
В то же время поддержание этого статуса даже не обсуждается, хотя он
приносит стране как определенные выгоды, так и издержки. Великая держава,
в принципе, должна быть гарантом демократии и достойной жизни для своих
граждан и должна защищать высокие ценности в мире. Мы не претендуем на
новое слово в данном вопросе, но в собственно экономическом плане поддер-
жание статуса в мире может быть рассмотрено практически. Конечно, все ме-
ры по модернизации, экономическому росту и вложениям в науку, образова-
ние, здравоохранению и культуру способствуют поддержанию статуса в долго-
срочном плане. Однако великая держава, в общем случае, должна нести опре-
деленные расходы по поддержанию мира, защите моральных ценностей, эколо-
гической среды за своими пределами. Великая держава – это огромная ответ-
ственность, а не навечно гарантированное основание для национальной гордо-
сти или снобизма.
По определениям XIX–XX вв., великая держава – это страна с большим
производством стали, большой армией или атомной бомбой. Вряд ли это имеет
смысл для России, в том числе и по ресурсным ограничениям, и по величине
ВВП в ближайшем будущем. В современную эпоху величие все более определя-
ется моральными ценностями, нежели проекцией военной мощи. Великая на-
ция с точки зрения истории и культуры, моральных позиций и достоинства
граждан – это, наверное, цель России. Но эту цель придется достигать заново
упорным трудом.
Экономисты должны искать способы поддержания этого статуса с мини-
мальными издержками с точки зрения решения насущных социальных проблем
или экономического роста. Конфликт между характером экономики страны,
которая находится ближе к развивающимся странам по ряду важных парамет-
ров, и статусными факторами создает существенную дополнительную нагрузку
на финансы страны. Важно избежать возврата в общественном сознании или
государственной политике понимания великой державы в варианте недавнего
прошлого – как державы, вершащей судьбы других народов или навязывающей
свою идеологию. Это вело к попыткам возродить расходы на статусные проек-
ты и военную мощь за пределами реальных потребностей страны. Понимание
великой державы как ответственности может быть дополнительным моральным
основанием для того, чтобы сделать ближайшие десятилетия периодом форми-
рования гражданского общества с высокой моралью и эффективной экономи-
кой. Фактически речь идет о простом выборе: или страна пытается по инерции
развиваться на базе несовершенного институционального базиса и постепенно
теряет основания для определяющей роли в современном мире, или же мобили-
зуется для восстановления экономики и прогресса общества. В последнем слу-
чае экономический рост должен рассматриваться в качестве источника вложе-
ний в статусные ценности современного мира: безопасность граждан, ограни-
чение коррупции внутри страны как основы для борьбы за моральные ценности
в мире.
17


3. Завершение первого этапа

Первый этап рыночных реформ в России занял поразительно короткий
период времени, если иметь в виду масштабность тех принципиальных измене-
ний, которые определяют сущность сложившейся экономической системы, ее
институциональную основу, мотивацию и поведение экономических агентов,
эффективность использования ресурсов. Нами ранее отмечалось, что «основы
реально существующей сейчас в России экономической системы были в основ-
ном сформированы уже в 1992–1995 гг.»2. Трансформация экономики и обще-
ства еще далеко не завершены, но основная масса институциональных проблем
уже имеет пореформенный характер. Глубина и содержание кризиса переход-
ного периода во многом отражали дисбалансы плановой экономики, выявлен-
ные в результате сближения внутренних цен с мировыми. Новая эпоха, новые
стратегические задачи страны в области построения гражданского общества и
демократии, эффективного рыночного хозяйства предполагают объективный
анализ сложившейся в последнее десятилетие экономической системы в Рос-
сии. Речь идет фактически о том, что новый трансформационный этап будет
идти уже не только и не столько на базе старой плановой экономики, сколько
на том институциональном базисе, который сформировался в 90-е годы.
Сложный процесс реформирования российской экономики идет значи-
тельно медленнее и болезненнее, чем в Восточной Европе или в Азии. Широкая
дискуссия о причинах трудностей концентрируется в конечном итоге на двух
вариантах объяснений: либо на постоянных политических трудностях реализа-
ции программ перехода (противодействие Думы и т.п.), либо на принципиаль-
ной проблеме отсутствия адекватного институционального базиса перехода.
Первое объяснение всегда выглядит убедительно применительно к любому эпи-
зоду, но недостаточно для общей характеристики, поскольку, во-первых, свои
политические трудности свойственны всем переходным странам; во-вторых,
предполагается, что практический политик должен учитывать их в своей дея-
тельности. Второе объяснение вызвало в 1999 г. оживленную международную
дискуссию3. В сущности, проблема сводится к тому, что должно быть сделано
раньше: либерализация цен, открытие экономики и макростабилизация или
создание институциональной основы реформ.
Позиция сторонников «вашингтонского консенсуса» по существу отражает
и позицию многих практиков реформы, которые считают, что «окна политиче-
ских возможностей» должны использоваться немедленно, а институциональный
базис может достраиваться потом. Это «потом», в свою очередь, основано на
предположении, что новые хозяева собственности будут действовать в своих
долгосрочных интересах и достраивать базис рыночной экономики. Попытки
построить сначала адекватный базис, и лишь потом проводить реформы озна-
чают просто потерю возможности для движения вперед, что особенно харак-
терно для России на ранних этапах реформ. Их оппоненты, глядя на опыт мно-
гих стран с переходной экономикой, регулярные откаты реформ, срывы макро-
стабилизации во многих странах, замечают, что без адекватного институцио-
нального основания реформы далеко не всегда обеспечивают устойчивый эко-
номический рост, а часто становятся жертвами кризисов и могут вести к из-
лишним социально-экономическим потерям.



«Обзор экономической политики в России в 1997 году», БЭА, Москва, 1998,
2

стр.17.
См., например: Stiglitz J. E. Whither Яeform? World Bank, Washington, April 30,
3

1999; Fleming J. Transition – The First Ten Years (доклад на 2-й конференции БЭА, июнь
1999 г.).


17
18


В такой общей постановке проблема неразрешима: нельзя двигаться впе-
ред со скоростью консервативных парламентов, но нельзя достичь устойчивого
роста без адекватного институционального основания. Видимо, постановка и
обсуждение вопроса не должны носить такой слишком общий характер. Пред-
ставляется, что можно предоставить прошедшие реформы историкам, но из-
влечь уроки на будущее.
Во-первых, не следует забывать о различиях в уровне развития стран,
включая деловую культуру, – единые унифицированные методы могут дать раз-
личные результаты в зависимости от ситуации. В одном случае новые хозяева
стремятся создать себе «правильную» среду, но в другом они пытаются постро-
ить среду под свои специфические интересы или, по крайней мере, максималь-
но оттянуть формирование неудобных для них параметров рыночной среды.
Во-вторых, нельзя рассматривать создание институционального базиса
как некую помеху быстрым реформам или нечто такое, что должно вырасти
само собой, рано или поздно. Ранние программы реформ 90-х годов концен-
трировались на либерализации, приватизации и открытии экономики с парал-
лельной макростабилизацией. Институциональный базис рассматривался от-
дельно и как нечто, что должно следовать за первыми шагами перехода к рын-
ку. Это было заметно и по стратегиям развития отдельных стран, вырабаты-
вавшимся международными финансовыми организациями. В таком подходе не

<< Пред. стр.

страница 3
(всего 14)

ОГЛАВЛЕНИЕ

След. стр. >>

Copyright © Design by: Sunlight webdesign