LINEBURG


<< Пред. стр.

страница 2
(всего 14)

ОГЛАВЛЕНИЕ

След. стр. >>

репления роли государства в реализации экономической политики и нацио-
нальных целей. Данная тенденция отражает несколько принципиальных мо-
ментов.
Во-первых, это незавершенность перестройки старого бюрократического,
все контролирующего государства. Рост госаппарата в пореформенный период,
его естественное стремление к контролю за экономическими процессами при-
вели тому, что прежние институты и функции правительственных органов со-
седствуют с рыночными, причем последние заметно проигрывают в бюрокра-
тической борьбе.
Во-вторых, и это может быть даже более важно, не определена роль госу-
дарства как регулятора рыночных процессов в отличие от государства – ре-
форматора. Последнее предположительно проводит необходимые преобразова-
ния и на каждом шагу уступает многие функции рыночным институтам и него-
сударственным организациям. В борьбе с засильем государства под либераль-
ными лозунгами часто упускается из виду необходимость выполнения государ-
ством своих базисных функций и реформаторской задачи создания условий
для эффективного функционирования рынка. Усиление роли государства в обо-
зримом будущем необходимо концентрировать только на функциях гаранта
рыночных правил.
В-третьих, негосударственные организации бизнеса пока не смогли обес-
печить равновесие между государственным регулированием и рыночным само-
регулированием. Их жалобы на засилье государства часто необоснованны, по-
скольку свои функции по лоббированию отраслевых интересов они выполняют
успешно, но не могут сплотиться для защиты общих интересов развития эконо-
мики на базе частной собственности.
Ответственность за решение вопроса о содержании «порядка» возложена
на политиков и государство, прежде всего – нового президента. Существенную
роль может сыграть консолидация исполнительной и законодательной власти.
Вместе с тем складывающаяся политическая ситуация, создавая условия для
нового шага к социально-экономической трансформации, несет в себе опас-
ность возникновения в будущем «латиноамериканской модели». В этом случае
бюрократическое государство оказывается как бы независимо от политических
сил и формирует популярную в краткосрочном плане политику, которая может
и не иметь долгосрочной перспективы. Зависимость от личности руководителя
и его аппарата при слабости гражданского общества и общей усталости дает
шанс лидеру на существенный рывок вперед, но не оставляет места для ошибок
– исправлять их некому.
В России завершился не просто очередной этап трансформации, а десяти-
летие, вместившее событий на целую эпоху. Интеллектуальные и материальные


3
ресурсы России могут быть сосредоточены непосредственно на формировании
гражданского общества и рыночной экономики как основы возрождения и
процветания страны. В то же время переход к новому этапу трансформации
означает новый комплексный подход к реформе: речь идет не о линейном про-
должении или завершении рыночных и демократических преобразований, а о
необходимости качественного скачка, возможно, «капитального ремонта» фак-
тически сложившейся системы российского капитализма.

1. «Треугольная» экономика

Экономика России структурирована гораздо более сложным образом, чем
в большинстве стран с переходной экономикой. Особенно наглядно это прояв-
ляется в промышленности, где можно выделить три крупных сектора: (1) граж-
данская обрабатывающая промышленность, (2) экспортные сырьевые отрасли и
(3) ВПК с примыкающими к нему фундаментальными (негуманитарными) нау-
ками. Эти секторы вошли в процесс трансформации с различными рынками,
различными источниками финансирования, различными интересами либерали-
зации экономики и, естественно, оказались в ходе переходного периода с раз-
ными инвестиционными целями и интересами в трансформационных процес-
сах.
В российских условиях, и в еще большой степени в СНГ в целом, форми-
рование институционального базиса реформ явно запоздало и во многом было
искажено силами, которые реализовывали скорее свои узкие рентные интере-
сы, нежели преследовали цель обеспечить долгосрочные прибыли. Во многом
это отражало исходную структуру экономики страны, сложность институцио-
нального реформирования плановой системы, основанной на специфических
правилах игры, которые трудно трансформировать в условиях их прогресси-
рующего распада. Большую роль играло различие интересов разных секторов,
вытекающее из их объективного положения в пореформенный период. Форми-
рование единого институционального базиса экономики с явно выраженным
конфликтом интересов основных участников – это нетривиальная задача с не-
очевидным решением. Есть точка зрения, что все испортила номенклатура и
попытки извлекать ренту вместо прибыли. Но устойчивое стремление извлекать
ренту в пореформенной экономике было предсказуемо. Нам представляется,
что более важным фактором было объективное различие интересов секторов
экономики и их владельцев, появившихся в ходе реформы.
Российская ситуация резко отличается от восточноевропейских стран в
двух отношениях – наличием огромного сырьевого сектора и сектора, историче-
ски сочетающего военно-промышленный комплекс и фундаментальные науки.
Оба сектора сталкиваются в пореформенный период с огромным перенакопле-
нием по отношению к потребностям экономики России. По ВПК это очевидно –
падение производства в шесть раз отражает прекращение глобального проти-
востояния политических систем. Заметим, что в новом контексте экспортное
коммерческое производство вооружений из вспомогательного рынка стало
главным в этот период. Сократился как госзаказ, так и бесплатные поставки за
рубеж, которые обременяли страну и в конечном итоге финансировались за
счет снижения внутреннего потребления населения или за счет сырьевой рен-
ты. Аналогично сырьевые отрасли, включая металлы, были рассчитаны на обес-
печение не оборонительных потребностей страны, а социалистического лагеря.
Отток ресурсов из этих отраслей при поставке по ценам ниже мировых был
весьма значителен. Очевидно, что сырьевые отрасли и в дореформенный пери-
од давали значительную часть ресурсов для поддержания глобального военного
паритета в ущерб экономическому развитию, прежде всего потребительских
отраслей.


4
Тройная трансформация – конфигурации страны, системы хозяйствова-
ния и политической системы – вскрыла неравномерность развития этих трех
секторов. Открытие экономики, либерализация при сокращении внутреннего
спроса имели для них совершенно разные последствия (см. табл. 2). Граждан-
ская обрабатывающая промышленность, в целом, видимо, менее конкуренто-
способная, чем в других европейских странах с переходной экономикой, попала
под тяжелый удар международной конкуренции, усиленной высоким курсом
рубля. Девальвация 1998 г. дала гражданскому сектору обрабатывающей про-
мышленности дополнительный шанс. Правда, пока довольно интенсивные про-
цессы импортозамещения не сопровождаются выходом новых российских про-
дуктов обрабатывающей промышленности на мировые рынки. Реструктуриза-
ция в промышленности , хотя и вяло, но происходит, однако конкурентоспо-
собность по качеству остается низкой.




5
Таблица 2.
Структурные изменения в промышленности, 1990 и 1998 гг. (% от суммы для указанных отраслей)*
Отрасли Выпуск в постоян- Выпуск в текущих Численность про- Инвестиции в те- Рост цен
ных ценах 1995 г. ценах изводственного кущих ценах (тыс. раз)
персонала
1990 1998 1990 1998 1990 1998 1990 1998 1998/1990
Топливная 12,9 18,5 7,6 16,3 4,0 6,3 34,1 37,4 3,9
Черная металлургия. 8,5 9,8 5,5 8,1 3,9 5,4 4,1 5,9 3,4
Цветная металлургия. 6,4 7,4 6,0 7,6 2,4 3,7 4,4 5,1 2,9
итого по подгруппе 27,8 35,7 19,2 32,0 10,3 15,4 42,6 48,4
Электроэнергетика 8,3 13,6 4,0 16,5 2,7 6,8 7,1 18,9 6,7
Химическая и нефтехими- 8,3 7,7 7,8 6,9 5,6 6,8 4,8 5,0 2,5
ческая
Деревообрабатывающая и 6,3 4,9 5,8 4,1 8,9 8,3 5,0 2,9 2,4
бумажная
Стройматериалы 6,0 4,2 3,8 3,7 5,5 5,7 4,1 1,7 3,7
итого по подгруппе 28,9 30,4 21,4 31,2 22,7 27,6 21,0 28,5
Машиностроение 23,5 19,1 31,5 21,0 48,0 38,7 24,3 9,2 2,2
Легкая 7,3 1,9 12,3 1,9 11,4 7,1 3,5 0,8 1,6
Пищевая 12,5 13,0 15,7 14,0 7,7 11,1 8,5 13,2 2,3
итого по подгруппе 43,3 34,0 59,5 36,9 67,1 56,9 36,3 23,2
* Оценки на основе данных по крупным и средним предприятиях без прочих отраслей.
Источник: Госкомстат.
Под защитой низкого курса рубля экономика страны в известной мере по-
вторяет классический путь развития от «простых» отраслей к сложным: созда-
ние заново пищевой и легкой промышленности на базе собственного накопле-
ния и иностранных инвестиций. События в этом секторе вполне понятны, ста-
ли достаточно предсказуемыми и зависят от общего хода реформ, налогового
режима, макроэкономической ситуации. Как и в других европейских странах с
переходной экономикой, рост в этом секторе, в конечном счете, будет обеспе-
чен адаптацией к условиям международной конкуренции. Важно то, что при-
способление данного сектора к слому плановой системы и открытой конкурен-
ции шло бы, видимо, более плавно при низком курсе рубля, постепенном от-
крытии экономики, вступлении в ВТО на не очень жестких условиях и созда-
нии нормального делового климата в стране. Рост в гражданском секторе будет
зависеть от нормализации отношений конкуренции и корпоративного управле-
ния на микроуровне.
ВПК и фундаментальные науки оказались первой жертвой трансфор-
мации и открытия экономики. Они потеряли госзаказ или финансирование:
первое – по специфическому комплексу причин, второе – в силу бюджетного
кризиса, неразберихи и в ряде случаев из-за сложности быстрого вычленения
из ВПК. Потеря основных рынков при огромном перепроизводстве мощностей
поставила эти отрасли в положение длительного сжатия. Сокращение в 6–10
раз выпуска продукции отражало потерю рынков, даже с учетом объективных
трудностей адаптации1. Потери в открытиях, утечка мозгов были весьма зна-
чительны. При этом патенты и открытия, таланты ученых и способность к обу-
чению студентов имеют огромную рыночную ценность при адекватной органи-
зации соответствующих производств и отраслей. Фактически конкурентоспо-
собность российского оружия, атомных станций лежит в технической области,
но страдает от исторически плохого маркетинга, зависимости от громоздких
государственных структур и, в частности, от политической конкуренции на
мировых рынках. Борьба других стран-конкурентов с советским экспортом
оружия потеряла ныне всякую идеологическую окраску, но сохранила важную
основу: создание и сохранение рабочих мест. В этой области трудно провести
тонкую границу между озабоченностью о нераспространении оружия и интере-
сами коммерческого экспорта.
Действительность, как известно, показала, что Запад поддержал транс-
формационный переход к рынку и демократии в России, но никогда не брал на
себя обязательств дать дополнительные льготы той или иной отрасли промыш-
ленности. Глобальная же конкуренция обусловлена факторами, часто находя-
щимися за пределами политического контроля. Точнее, лоббизм делает эту за-
висимость односторонней: в любой стране можно обосновать логику ограниче-
ния чужого экспорта, но невозможно обосновать и провести в жизнь индиви-
дуальные льготы (помимо общих либерализационных мер).
Российский ВПК был создан за счет финансирования из других секторов,
прежде всего сырьевых, был рассчитан на государственный рынок (как внутри
страны, так и за рубежом). Соответственно, его интересы объективно связаны с
сохранением определенной роли государства в перераспределительных процес-
сах, концентрацией финансовых ресурсов в бюджете и их использованием на
обеспечение обороноспособности, поддержанием международного престижа,
способностью государства политически обеспечивать экспорт вооружений. В
условиях сжатия выпуска ВПК требуется помощь в приспособлении, коммер-
циализации, тем более, что государственная собственность все еще играет ог-
ромную роль в этом секторе. По некоторым оценкам, в городах с единственным

См. «Экономические проблемы оборонной промышленности» в: «Обзор экономи-
1

ческой политики в России за 1998 год», БЭА, Москва, 1999 г., стр.431–450.
предприятием (которые как правило относятся к тяжелой промышленности)
проживает до 25 млн чел. занятых и членов их семей (шестая часть населения).
До занятия ВПК своей ниши в международном разделении труда, его шансы
при открытой конкуренции в 90-х годах на быструю коммерческую конверсию
в общем были невелики. По мере выравнивания возможностей ВПК и спроса на
мировом рынке (при определенной направляющей роли государства) сектор
может стать источником роста в России через определенный период времени,
но собственные возможности адаптации сектора невелики.
Распад СЭВа и СССР радикально изменил условия внешней торговли,
особенно для машиностроительного комплекса, оказавшегося разделенным го-
сударственными границами. Резко сократился государственный заказ и по-
ставки за рубеж машиностроительной, в основном неконкурентоспособной,
продукции, в частности вооружений, внутри бывшего социалистического лаге-
ря.
С точки зрения торгового баланса это отчасти было компенсировано рос-
том выручки от продаж сырьевых материалов по мировым, а не «внутрисэвов-
ским» ценам (кроме Украины). Сочетание одновременного открытия экономики
и разрушения плановой системы сместили структуру спроса и производства в
сторону продукции малой глубины переработки. Неспособность быстро создать
валютный союз в рамках СНГ привела к потерям даже на тех рынках, на кото-
рых национальная продукция была вполне конкурентоспособна. Без создания
заново системы экспортного кредита восстановление поставок было затрудне-
но. К концу десятилетия перехода эта проблема так и не была решена. Россия
заняла на мировых рынках в основном место производителя сырья и полуфаб-
рикатов. Это делает ее экспорт и бюджетные доходы весьма зависимыми от
цен на мировых рынках сырья, которые исторически подвержены значитель-
ным по амплитуде и частым колебаниям (см. рис. 1). Изменить подобную ситуа-
цию можно только в долгосрочном плане при условии существенного роста и
серьезных мер государственной промышленной политики.


200


180


160


140


120


100


80


60


40


20


0
01.1993 01.1994 01.1995 01.1996 01.1997 01.1998 01.1999 01.2000


Э кс порт ны е цены И м порт ны е цены




8
Рисунок 1. Условия внешней торговли России

В 90-е годы Россия оказалась способной коммерчески экспортировать ог-
ромные объемы ресурсов: углеводороды, металлы и прочее. Одновременно пре-
кратились бесплатные поставки в дальнее и отчасти в ближнее зарубежье. В
1999 г. из 295 млн т произведенной нефти экспортировано было более 45%, по-
рядка 36% природного газа, сходные порядки величин отношения экспорта к
выпуску наблюдаются в ряде производимых металлов. А экспорт алюминия
достиг 3,1 млн т в 1999 г., то есть основной массы выпуска. Все те ресурсы, ко-
торые выступали источником ресурсов для накопления в стране в целом и осо-
бенно в отраслях ВПК, тяжелой промышленности и фундаментальной науке,
оказались в распоряжении частных или преимущественно частных компаний.
При сравнительно низких издержках производства топливно-
энергетические компании получили как прибыль, так и ренту, которую госу-
дарство не смогло уловить и использовать для целей макростабилизации. Из-за
этого сократилось не только финансирование государством оборонного ком-
плекса, но и затраты на образование и науку, то есть инвестиции в человече-
ский капитал и отрасли будущего. Разумеется, происходит прямое инвестиро-
вание из экспортных отраслей в гражданские отрасли и тяжелую промышлен-
ность, вложения через оффшоры, но они весьма ограничены. Но перераспреде-
лительная роль государства существенно ослабла.
С точки зрения нашего анализа важно, что в 90-е годы интересы экспорт-
ных отраслей лежали в области максимально быстрой либерализации и откры-
тия экономики, низкого уровня налогов и минимального контроля и регулиро-
вания. Сырьевой сектор мгновенно установил деловые отношения с банковской
системой мира, поскольку собственная была недостаточно сильна для его по-
требностей, как текущих, так и инвестиционных. Сектор, в отличие от двух
других, не зависел от государства в области инвестиций. Российские компании
держат значительную долю своих ликвидных активов за границей, что позво-
ляет им вести расчеты между собой в западных банках, не испытывая проблем
несовершенства национальной банковской системы. Отношение внутренних
капиталовложений к экспорту в ТЭКе, как видно из табл. 3, практически не
отличается от обрабатывающей промышленности. Это как раз и указывает, что
сектор строит свою инвестиционную политику в большой степени лишь на под-
держании своих мощностей внутри страны и вложениях по всему миру. Пере-
лив капитала внутри страны в общем весьма ограничен.
Таблица 3.
Сравнительные инвестиционные характеристики секторов экономики России в
1998 г., %
Отрасли Доля в Доля в Доля в Доля в Доля в Капита- Капита-
ВВП экспор- импор- инве- занято- лоем- лоем-
те те стициях сти кость* кость*
экспорта труда
(отноше- (отноше-
ние) ние)
Промышленность 29,1 82,7 58,9 33,6 22,2 0,41 1,51
Топливная – 36,1 4,2 12,2 1,2 0,34 9,82
Машиностроение – 9,6 28,3 3,0 7,6 0,31 0,39
Прочая – 37,0 26,4 18,6 13,4 0,50 1,39
Сельское хозяйство 5,8 2,6 19,2 3,0 13,7 1,18 0,22
Услуги 57,3 14,8 21,9 59,1 55,8 4,00 1,06
Прочие отрасли 7,8 – – 4,3 8,3 – 0,52
* По текущим капиталовложениям.
Источник: Госкомстат.




9
Стратегию российских нефтяных и других экспортных компаний в значи-
тельной мере можно охарактеризовать как «позиционирование» себя в мире в
качестве крупных, международных по характеру, компаний. Они ведут проек-
ты по всем миру, закрепляют позиции в СНГ и в доступных месторождениях.
Легально или нет, но они выступают в мире в роли прямых инвесторов, и в дол-
госрочном плане это весьма логично. В ТЭКе занято сравнительно немного лю-
дей, географически предприятия локализованы в удаленных областях. Персо-
нал компаний достаточно хорошо образован и способен работать на междуна-
родных рынках. Компании не испытывают серьезных проблем с принципами
корпоративного управления, хотя не все они их применяют и они не одинаково
эффективно управляются контролирующими группами. Если ВПК полностью
зависит от государства, то экспортеры зависят только от налоговой службы и
соответствующего законодательства по ресурсным отраслям типа СРП.
В ходе приватизации, вплоть до залоговых аукционов 1995 г., борьба за
независимость от иностранных стратегических инвесторов была выиграна
именно в сырьевых отраслях. Любая общая для всей экономики программа
привлечения иностранного предпринимательского капитала привела бы к зна-
чительному контролю иностранных собственников в сырьевых отраслях. Здесь
и в основном здесь интересы ВПК и сырьевых экспортных отраслей в привати-
зации, направленные против прямой продажи активов иностранцам (с получе-
нием доходов в бюджет) совпали, хотя и по совершенно разным и не всегда
чисто экономическим причинам. Это объясняет и крайнюю нелюбовь на Западе
к российским сырьевым олигархам, которые воспрепятствовали вовлечению
российских сырьевых предприятий в продажу по образцу Бразилии и Аргенти-
ны. Залоговые аукционы 1995 г. завершили и закрепили отделение сырьевых
компаний от государства. При этом сырьевые компании не перешли к ино-
странным стратегическим инвесторам, но и не принесли приватизационных
доходов бюджету.
Одна из основных задач, которая стоит сейчас перед Россией – формиро-
вание цивилизованных отношений между государством и бизнесом, учиты-
вающих интересы как экономики в целом, так и отдельных компаний. Это тре-
бует решения, по крайней мере, двух задач: четко сформулировать основания и
позицию государства при разделе прибыли от конъюнктурных колебаний цен
на сырье и топливо; утвердить принцип, что делится не «обычный» доход ком-
паний, а получаемая ими в период выгодной конъюнктуры сверхприбыль. Про-
блема дележа ренты от природных ресурсов между компаниями и государством
определяет существо отношений по налогам и ценам. Пока экспортеры страда-
ют, как и вся экономика, от плохого налогового режима и высоких страновых
рисков, но в состоянии благополучно существовать благодаря включенности в
мировую экономику и финансовую систему. Условно, они могут продолжать
жить при нынешней системе, успешно лоббируя свои налоговые интересы в за-
конодательной и исполнительной власти.
Банковская система России взросла в первой половине 90-х годов на ин-
фляционном налоге и обслуживании государства. Она имела все признаки на-
стоящей банковской системы вплоть до офисов и зарплат, но не кредитовала
реальный сектор экономики (доля долгосрочных кредитов составляла не более
5% активов). Привязанность к обслуживанию своих учредителей, и огромная
доля вложений в ГКО и форвардные контракты сгубила полдюжины лучших (по
размерам, отделениям и персоналу) банков, приведя банковскую систему при-
мерно к тому состоянию, в каком она была бы без бума. Неразвитость долго-
срочного кредита, его институтов и инструментов нарушила естественное дви-
жение к гармонизации интересов трех секторов экономики через предоставле-
ние доступного кредита.



10
В первой половине 90-х годов молодые агрессивные банки довольно ус-
пешно пытались установить контроль над экспортными отраслями – своей ес-
тественной капитальной базой. В этом отношении они выступали не как инсти-
туты коммерческого или инвестиционного кредитования, а как центры форми-
рования финансово-промышленных групп. В какие-то периоды интересы бан-
ков и экспортеров совпадали, соответственно, совпадало и отношение к путям
проведения реформ в стране. В реальной ситуации 90-х годов банки и экспор-
теры вместе выиграли борьбу у двух остальных секторов в отношении принци-
пов формирования переходной стратегии: максимум либерализма – минимум
контроля. Лишь в конце периода существования валютного коридора их инте-
ресы существенно разошлись, поставив ФПГ в положение тяжелого выбора: что
было хорошо экспортерам (снижение курса рубля), то представляло собой ост-
рую угрозу для банков из-за наличия кредитных обязательств и форвардных
контрактов. Совместить интересы не удалось, и введенный 17 августа 1998 г.
90-дневный мораторий на погашение внешних обязательств крупнейшие банки
не спас.
Три сектора по-прежнему радикально отличаются друг от друга характе-

<< Пред. стр.

страница 2
(всего 14)

ОГЛАВЛЕНИЕ

След. стр. >>

Copyright © Design by: Sunlight webdesign