LINEBURG


<< Пред. стр.

страница 34
(всего 41)

ОГЛАВЛЕНИЕ

След. стр. >>

роста страны. Способствуя перераспределению рисков между экономическими субъектами и возмещению
убытков за счет накопления ресурсов, страхование позволяет повысить эффективность экономики в целом и
отдельных предприятий. Поэтому развитие национальной системы страхования – одна из важных
стратегических задач в области создания инфраструктуры рынка. Для России, где практически все виды
деятельности характеризуются повышенным риском, это имеет особое значение.
Мировая практика свидетельствует также о наличии тесной взаимосвязи между социальными расходами
общества и уровнем развития долгосрочного страхования жизни. Страхование способно замещать некоторые
государственные социальные программы, уменьшая нагрузку на государственный бюджет. В России это имеет
особое значение в связи с кризисом пенсионной системы и неблагоприятными демографическими
тенденциями. В условиях дефицита инвестиционных ресурсов привлечение с помощью страховых технологий
сбережений населения должно стать существенным элементом государственной финансовой политики и
способствовать снижению внешних заимствований.
В 1998 г. на рынке оперировало около 2000 страховых организаций, подавляющая часть из которых –
негосударственные. Однако их финансовый потенциал по покрытию крупных убытков остается низким. Лишь
около 1/4 страховщиков имели уставные капиталы в размере более 1 млн. рублей. У большинства из них
уставный капитал был сформирован не в денежной форме, а представлял низколиквидные средства, например,
право на имущество, что ослабляло платежеспособность страховых организаций и их надежность. Объем
совокупных страховых взносов сопоставим с аналогичным показателем средней западной страховой компании.
Многочисленные факты неплатежеспособности страховых компаний, отсутствие правовой базы процедуры
банкротств и передачи ответственности перед клиентами дискредитирует национальный страховой рынок и
подрывает доверие к нему.
Крайне низкий уровень отношения страховых премий к ВВП свидетельствует о незначительной роли
страхования в российской экономике. Значение этого показателя варьировалось от 0,6% в 1992 г. до 2% в 1998 г.
Распределение страховых компаний по регионам крайне неравномерно. На 8 регионов приходится около 70%
объема поступающих премий. В ряде регионов практически отсутствует добровольное страхование. В целом
степень развития страхового дела в России существенно отстает от большинства стран с рыночной и
переходной экономикой (см. табл. 1) Доля России в общемировом объеме страховых услуг (по размеру
собранных премий) составила примерно 0,3%, что соответствует доле Индии.
Оптимистические надежды по поводу активного развития страхового рынка в 1998 г. не оправдались.
Глубокий экономический и финансовый кризис заметно подорвал спрос на страховые услуги. Реальные доходы
населения падают, сужая базу личного страхования. Сокращение производства и системный банковский кризис
отталкивают от страхования предприятия и организации, что привело к массовому разрыву договоров
страхования с корпоративными клиентами.
Таблица 1
Показатели страховой деятельности в различных странах
Совокупная Премия на душу Премия/ВВП,
Страна премия, населения, в%
(млн дол.) (дол.)
Великобритания1 141 341 1 985,5 11,3
Швейцария1 30 147 3 615,2 11,2
Франция1 146 169 2 260,0 9,8
США2 594 195 2 280,0 8,6
Германия1 145 372 1 460,0 6,4
Канада2 34 148 1 168,0 6,2
Польша1 1834 6,9 5,6
Италия1 44 238 580,0 3,6
Венгрия1 924 23,7 3,6
Чили2 2 079 129,0 3,6
Чехия1 1 473 53,2 2,6
Бразилия2 14 719 74,0 2,4
Россия3 6 000 40,0 1,3
1
Источник: European Insurance 1997 in Figures CEA, данные за 1996 г.
2
Источник: International Insurance Report, June 1997, данные за 1994 г.
3
Источник: Госкомстат РФ, данные за 1997 г.

Несмотря на общее 15-процентное увеличение объема страховых премий в 1998 г. по сравнению с 1997 г.
темпы их роста заметно снизились, а по обязательному страхованию уже за 9 месяцев произошел спад (см.
табл. 2). Негативные тенденции наметились еще до наступления августовского кризиса, особенно в
обязательном страховании. По сравнению с соответствующим периодом 1997 г. в I кв. рост премий по
добровольному страхованию составил 13,8%, а в I полугодии – 11,7%, по обязательному страхованию в I кв. –
7,3%, а в I полугодии – всего 1,2%, т.е. ниже официального темпа инфляции. Существенной причиной резкого
сокращения поступлений и выплат по обязательному страхованию явилось недополучение средств от
организаций в фонды обязательного медицинского страхования из-за неплатежеспособности многих
юридических лиц и паралича банковской системы.
Таблица 2
Основные показатели страхового рынка в 1997–1998 гг.
Показатель 9 мес. 9 мес. Прирост
1998 г. 1997 г.
млн руб. %
Взносы, всего 27 681,8 25 204,8 9,8
Страхование жизни 7 251,1 5 754,2 26,0
Личное страхование 3 597,2 3 002,3 19,8
(кроме страхования жизни)
Имущественное страхование 5 828,8 5 599,8 4,1
Страхование ответственности 948,6 703,5 34,8
Обязательное страхование 10 056,1 10 145,0 –0,9
Выплаты, всего 21 222,6 18 171,0 16,8
Страхование жизни 7 073,3 5 421,7 30,5
Личное страхование 2 297,6 1 973,3 16,4
(кроме страхования жизни)
Имущественное страхование 2 388,0 1 809,1 32,0
Страхование ответственности 201,2 213,7 –5,8
Обязательное страхование 9 262,5 8 753,1 5,8
Источник: “Эксперт-РА”.

Несовершенное законодательство и неблагоприятная экономическая среда привели к усилению негативных
тенденций на страховом рынке. Было создано большое число псевдостраховых организаций (за четыре года
отозвано около тысячи лицензий), возникли серьезные диспропорции между обязательными и добровольными
видами страхования, механизм страхования стал использоваться для уклонения от уплаты отчислений в
государственные внебюджетные фонды при выплате зарплаты. На рынке укрепились тенденции к
монополизации и недобросовестной конкуренции, в основном порождаемые разделом страхового рынка между
отдельными ведомствами, финансово-промышленными группами или территориями в рамках отраслевых и
региональных программ страхования.
Для компаний с величиной уставного капитала менее 100 тыс. рублей характерно небольшое число
филиалов и практически полное отсутствие страховых агентов и договоров. К этой группе принадлежат в
основном компании, осуществляющие обязательное медицинское страхование. В свою очередь, среди
страховых компаний с уставным капиталом от 400 до 600 тыс. руб. непропорционально малое количество
страховых агентов по сравнению с заключенными договорами, что свидетельствует о принадлежности к этой
группе компаний, занимающихся псевдострахованием.
Процессы, которые начали разворачиваться в финансовой сфере после 17 августа 1998 г., затронули
интересы страховщиков по нескольким направлениям. Как известно, ранее страховые компании были обязаны
инвестировать часть страховых резервов в ГКО, рассматривавшихся как наиболее надежные и ликвидные
активы, но в целом доля вложений в ГКО была сравнительно невелика. По данным Центра экономического
анализа, абсолютная величина вложений в государственные ценные бумаги 100 крупнейших страховых
компаний составляла 1,6 млрд руб. или около 16% их нетто-активов.
На финансовом положении отдельных групп страховщиков крах ГКО отразился в разной степени. Наиболее
серьезно пострадали московские страховые компании, имевшие доступ к рынку ГКО и использовавшие его для
получения высоких доходов. Высока была также доля вложений в госбумаги у региональных фирм
Росгосстраха. В то же время относительно небольшие убытки понесли региональные страховые компании,
вкладывавшие в государственные ценные бумаги небольшую часть резервов.
Помимо потерь, связанных с вложениями в ГКО, существуют и иные факторы, обусловившие ухудшение
финансового положения страховых компаний после кризиса. Самые большие потери страховщиков
обусловлены утратой значительной части прежних клиентов из-за отказа заключать договоры страхования
ввиду ухудшения их финансового положения. Такое сокращение операций по добровольному страхованию
происходит у большинства компаний.
Существенная часть активов страховых компаний оказалась замороженной на срочных счетах в проблемных
банках в результате развертывания системного банковского кризиса. В результате кризиса пострадали
страховые компании, предоставлявшие услуги по накопительным видам страхования. Паника вкладчиков
банков передалась и клиентам страховых компаний. В течение первых нескольких недель после начала кризиса
многие клиенты досрочно изъяли из компаний свои средства. То же самое относится к юридическим лицам,
которые также стали досрочно прерывать договоры страхования. Целый ряд компаний пострадал от
девальвации, особенно те, кто взял на себя обязательства по выплатам страховых возмещений в валюте в
рублевом эквиваленте. В результате резкого роста курса доллара обязательства этих компаний в рублевом
исчислении возросли в несколько раз. Но все же основные потери страховщиков оказались связаны с резким
падением покупательной способности основных категорий клиентов среди юридических и физических лиц.
В целом же последствия финансового кризиса для российского страхового рынка оказались менее
болезненными, чем для банковского сектора. Реструктуризация выплат по ГКО отразилась в основном на
ликвидности относительно небольших страховых компаний, не обладающих достаточными возможностями по
эффективному управлению инвестиционным портфелем. Заметные сдвиги произошли внутри самого
страхового сектора – возросла доля более крупных страховщиков в ущерб небольшим страховым компаниям.
Эта тенденция в значительной мере должна определить наметившуюся консолидацию страхового рынка.
Развитие страхового сектора в России должно опираться на хорошо продуманную, учитывающую мировой
опыт долгосрочную концепцию страхования. С этой точки зрения значительным шагом вперед стало
утверждение Правительством РФ 1.10.1998 г. “Основных направлений развития национальной системы
страхования в Российской Федерации в 1998–2000 гг.” В этом документе наряду с достаточно взвешенной
оценкой состояния системы страхования и формулированием общих целей ее развития выделен круг
важнейших задач, которые необходимо решить в ближайшие годы. Эти задачи включают в себя обеспечение
надежности и финансовой устойчивости системы страхования, проведение активной структурной политики на
страховом рынке, повышение эффективности регулирования и совершенствование законодательной базы
страховой деятельности.
Последнее представляется особенно важным, т.к. в 1998 г. именно в области страхового законодательства и
регулирования выявились заметные пробелы. Речь идет, прежде всего, об отсутствии законодательных актов,
регламентирующих деятельность обществ взаимного страхования и государственных страховых предприятий,
определяющих порядок обязательного страхования, четко характеризующих необходимые с точки зрения
общества и отдельных граждан виды обязательного страхования. Отсутствие в законодательстве таких важных
положений существенно ограничивает возможности укрепления страхового сектора экономики. Доля
страховых взносов, относимых в соответствии с российским законодательством к обязательному страхованию,
равняется примерно 40% от общего объема премий. Число видов обязательного страхования приблизилось к 50
и продолжает расти. В отношении структуры и основных характеристик видов обязательного страхования
возникает ряд вопросов, которые должны быть разрешены в законодательном порядке.
В России до сих пор не проведена четкая правовая граница между государственным социальным
страхованием и собственно страховой отраслью, базирующейся на принципах частного коммерческого
страхования. Большинство видов страхования, классифицируемых в настоящее время как обязательные, с
полным основанием могут быть отнесены к сектору социального страхования и социальной защиты. Они
включают в себя обязательное медицинское страхование, обязательное государственное страхование жизни и
здоровья военнослужащих, работников судов и прокуратуры, таможенных органов и иных категорий
государственных служащих. Перечисленные виды услуг, реализуемые при посредничестве страховых
предприятий, не являются по своей сути страховыми услугами, поскольку в их основе полностью отсутствует
главный элемент, определяющий суть страхования, а именно, риск.
Мировой опыт показал, что эффективность государственного надзора за деятельностью страховых
организаций напрямую зависит от использования достоверной и полной финансовой, бухгалтерской и иной
информации, своевременности и полноты надзора, действенности и оперативности в применении санкций со
стороны надзорных органов. С этой точки зрения современная система российского страхового надзора
малоэффективна. Это может быть объяснено целым рядом причин, которые наглядно проявились в 1998 г.:
• недостаточная численность сотрудников надзора – около 60 человек в центральном аппарате и почти
столько же на местах (для сравнения – в американском штате Нью-Йорк, где зарегистрировано почти такое
же число страховых организаций, что и в России в целом, численность сотрудников органов надзора со-
ставляет около 1400 человек, из которых 800 занимаются проверками непосредственно в страховых
организациях);
• недостаточный уровень квалификации и оплаты труда сотрудников надзора;
• межведомственная борьба за контроль над системой страхования и возможностью определять направления
ее развития;
• отсутствие современных способов обработки и передачи данных;
• неэффективное использование территориальных инспекций надзора для функций контроля;
• слабое отражение в законодательных актах контрольных полномочий и мер, применяемых надзором к
страховым организациям;
• отсутствие проработанной системы санкций при наличии нарушений в деятельности страховой
организации.
В настоящее время в Российской Федерации система страхового надзора опирается на Департамент
страхового надзора за страховой деятельностью Министерства финансов РФ, который помимо лицензирования
страховой деятельности и последующего контроля за деятельностью страховщиков готовит предложения по
изменению и дополнению страхового законодательства, а также законов и законодательных актов,
оказывающих влияние на целостность страхового рынка и его дальнейшее развитие. При этом надзор лишен
самостоятельности в принятии решений и как структурное подразделение Минфина может лишь готовить такие
решения для их последующего принятия Министерством. Такая процедура, как показал опыт 1998 г., снижает
оперативность, эффективность надзора, делает его формальным и бюрократическим.
Заметим, что начиная с 1992 г. функции федерального органа по надзору за страховой деятельностью, его
юридический статус, подчиненность, система финансирования изменялись четыре раза. В конечном счете это
привело к ослаблению контрольного органа, неэффективности исполнения им надзорных функций и его
изоляции от международных органов надзора как в рамках стран СНГ, так и всего международного сообщества.
Сложившееся положение может быть выправлено путем принятия федерального закона о страховом надзоре,
устанавливающего юридический статус контрольного органа, структуру, функции, источники финансирования,
закрепляющего основные положения, касающиеся осуществления всех стадий контроля, систему санкций и
мер, применяемых к страховым организациям. Такие законы специального действия, или соответствующие
разделы в других общих законах, приняты практически во всех странах ЕС.
В рамках общей структуры и организации страхового надзора существенную роль играет деятельность
территориальных инспекций надзора, которые функционируют параллельно с финансовыми органами
Министерства финансов на местах. Одновременно с определением их статуса необходимо серьезное
финансовое и материальное укрепление их положения. Наряду с повышением квалификации сотрудников
целесообразно передать им некоторые контрольные функции, в частности, осуществление текущих проверок
деятельности страховщиков.
Усилившаяся на исходе XХ столетия тенденция к глобализации мировой экономики затронула и страховой
рынок. Сближение экономик разных стран создает принципиально новые условия для страхового бизнеса,
способствует унификации условий страхования. Переговоры о вступлении России в ВТО и начало действия в
1999 г. Соглашения между РФ и Европейским Союзом о партнерстве и сотрудничестве обусловливают
необходимость всемерного использования международного опыта в организации страхового дела, а также
выработки четких условий доступа иностранных страховщиков на российский рынок.


2. Паевые инвестиционные фонды
Существующие во всем мире те или иные разновидности паевых инвестиционных фондов играют важную
роль в процессе финансового посредничества. В США объем активов под управлением фондов взаимных
вложений превышает размеры банковской системы. Быстрый рост индустрии коллективного инвестирования в
последние годы стал возможен благодаря бурному развитию технологий, обслуживающих фондовые рынки, и
повышению качества информации о состоянии отдельных предприятий и экономики в целом. Незначительные
затраты на управление имуществом сделали этот механизм чрезвычайно привлекательным с точки зрения
инвесторов, обладающих небольшим капиталом. Активная роль государства в предотвращении
злоупотреблений со средствами вкладчиков обусловила высокую степень доверия к данным институтам.
Ликвидность паев и низкая стоимость оформления сделок покупки/продажи позволили фондам конкурировать
с банками, привлекающими средства населения на депозитные счета. Значительные возможности для
диверсификации активов позволяют фондам снизить общий риск вложений при сохранении относительно
высокого уровня доходности, что во многом объясняет усиление роли взаимных фондов в мобилизации
сбережений.
В России паевые инвестиционные фонды (ПИФы) создавались для ограниченного круга инвесторов, о чем
свидетельствует высокий размер вступительного взноса. Из 23 фондов, функционировавших в 1998 г., 5 фондов
установили минимальную сумму вложений свыше 10 тыс. деноминированных рублей. Количество пайщиков
крупнейших фондов, созданных с целью привлечения средств инвесторов со сравнительно невысоким уровнем
сбережений, колебалось от 500 до 900. Максимальный размер активов ПИФов был зарегистрирован 12 мая 1998
г. и составил 295 млн рублей. Можно полагать, что общее количество пайщиков ПИФов не превышало 10 тыс.
человек.
Основные причины незначительной численности пайщиков связаны с небольшой емкостью фондового
рынка в России и высоким риском вложений в ценные бумаги российских эмитентов. Учитывая это, ПИФы
вынуждены ориентироваться на достаточно узкий круг пайщиков, обладающих определенной квалификацией
при оценке перспектив различных финансовых инструментов. Политика фондов учитывает интересы, прежде
всего, частных инвесторов с высоким уровнем образования и общеэкономических знаний. Управляющие
ПИФами рассматривали в качестве своих потенциальных пайщиков в основном наемных работников компаний
из новых секторов экономики с месячным доходом 2000–3000 дол. Приобретение паев ПИФов при таком
уровне дохода сопряжено с терпимым отношением к риску.
Ограниченность выбора услуг, предоставляемых в России инвестиционными посредниками, могла бы
способствовать региональной экспансии ПИФов. Многие участники рынка, включая ФКЦБ, считали, что в 1998
г. начнется расширение деятельности фондов в регионах. Однако разразившийся финансовый кризис серьезно
затормозил этот процесс. Дело в том, что согласно постановлению ФКЦБ управляющая компания несет полную
ответственность за деятельность своих агентов перед пайщиками и органом надзора. Агенты, в свою очередь,
ответственны только перед управляющей компанией. Если агент не является аффилированным лицом по
отношению к управляющей компании, адекватный контроль за его деятельностью затруднен. В условиях
усиливавшегося кризиса, затронувшего основные рынки инвестирования средств ПИФов, управляющие
компании предпочли не брать на себя риски, связанные с деятельностью агентов.
Возможные негативные последствия деятельности агентов могли бы быть преодолены благодаря созданию
вторичного рынка паев, на котором операторы действуют независимо от управляющих компаний. Однако
ФКЦБ фактически запретила вторичное обращение инвестиционных паев. Следует подчеркнуть, что данная
позиция Комиссии противоречит Гражданскому кодексу Российской Федерации. Инвестиционный пай
представляет из себя имущество инвестора, а согласно Гражданскому кодексу, любое имущество может
отчуждаться с согласия его законного владельца. Решения же ФКЦБ делают возможным только наследование и
передачу паев в залог, запрещая их дарение и продажу. В принципе, политика ФКЦБ была отчасти оправдана с
точки зрения защиты инвесторов, не обладающих высокой квалификацией и географически удаленных от
источников информации о деятельности ПИФов. Но, возможно, создание информационно открытого
вторичного рынка паев стало бы экономически более эффективным решением, чем прямой запрет.
Другим фактором, препятствующим продвижению ПИФов в регионы, было требование ФКЦБ по ведению
всей документации относительно продажи и выкупа паев в бумажной форме. Стоимость услуг качественной
почтовой связи в России чрезвычайно высока, и при отсутствии возможности использования электронных
средств связи работа с регионами затрудняется. Только осенью 1998 г. ФКЦБ разработала нормативные акты,
регулирующие электронный документооборот, что в дальнейшем может способствовать распространению
ПИФов за пределы Московского региона.
В течение 1998 г. структура инвестиционных портфелей ПИФов претерпела заметные изменения. Открытые
фонды, работавшие с корпоративными бумагами, и интервальные фонды67 инвестировали в “голубые фишки” –
наиболее ликвидные акции небольшой группы компаний. Ни один фонд не осуществлял вложений в ценные
бумаги менее известных эмитентов. Анализ стоимости паев показывает, что в 1998 г. доходность паев ПИФов,
вкладывавших средства в корпоративные акции, превысила доходность индексного портфеля РТС на 22%.
Более высокая степень паев по сравнению с соответствующими рыночными показателями обеспечивалась
инвестиционной стратегией управляющих фондами. Вместе с тем, падение индексов акций промышленных
предприятий, начавшееся в ноябре 1997 г., привело к существенному повышению доли государственных
обязательств даже в фондах корпоративных ценных бумаг.
В связи с нестабильностью и падением котировок на рынках корпоративных ценных бумаг многие фонды,
осуществлявшие вложения в акции предприятий, переориентировались на инвестиции в государственные
бумаги. К середине августа 1998 г. уже менее 1/3 совокупных активов ПИФов было инвестировано в
корпоративные ценные бумаги. Ни один интервальный фонд не воспользовался возможностью инвестиций в
акции закрытых акционерных обществ или недвижимость из-за недостаточности активов. Инвестиционные
портфели 2 из 10 открытых фондов акций и 3 из 6 интервальных фондов состояли более чем на 50% из
облигаций федерального правительства. Замораживание платежей по внутреннему долгу сделало большую
часть ПИФов неликвидными.
Заметим, что несмотря на высокую квалификацию управляющих ПИФами, равно как и отмечавшийся
высокий уровень профессиональной финансовой подготовки пайщиков, практически ни один ПИФ не
предпринял мер, упреждающих августовский кризис. Исключение составили всего два ПИФа: из фонда
госбумаг под управлением “Монтес Аури” за июнь и июль 1998 г. было выведено 49% активов, а из фонда

67
Паевой инвестиционный фонд считается открытым, если управляющая компания принимает на себя обязанность осуществлять
выкуп выпущенных ею инвестиционных паев по требованию инвестора в срок, установленный правилами ПИФа, но не превышающий 15
рабочих дней с даты предъявления требования.
Паевой инвестиционный фонд считается интервальным, если управляющая компания принимает на себя обязанность осуществлять
выкуп выпущенных ею инвестиционных паев по требованию инвестора в срок, установленный правилами ПИФа, но не реже одного раза в
год.
валютных вложений под управлением “Кредит Суисс Ферст Бостон” (CSFB) – 39% паев. Этот факт
представляет несомненный интерес.
Следствием решений 17 августа стала массовая приостановка ПИФами размещения и выкупа паев. По этому
пути пошли различные фонды, в том числе и специализировавшиеся ранее на инвестировании в корпоративные
ценные бумаги. В целом на конец 1998 г. размещение и выкуп инвестиционных паев временно приостановила
почти половина зарегистрированных паевых инвестиционных фондов. Эти действия опирались на решение
ФКЦБ приостановить указанные операции всех открытых фондов государственных ценных бумаг и шести
открытых фондов корпоративных бумаг, где доля ГКО/ОФЗ превышала 10% от стоимости чистых активов
(СЧА). В случае прекращения котировок финансового инструмента, в который инвестировались средства,
ПИФы обязаны начать процесс дисконтирования его стоимости.
Решение ФКЦБ о замораживании операций ряда фондов было негативно воспринято управляющими. Во-
первых, ожидалось, что бегство вкладчиков из коммерческих банков создаст спрос на услуги ПИФов. Во-
вторых, приостановка операций фондов негативно сказывалась на доверии вкладчиков к ПИФам как
надежному финансовому институту. Однако позиция ФКЦБ в сложившихся условиях была оправдана. При
отсутствии четких планов правительства относительно порядка реструктуризации государственных
обязательств стала невозможной оценка СЧА большей части фондов. ФКЦБ считала, что объективная оценка
СЧА открытых ПИФов возможна в случаях, когда доля некотируемых ценных бумаг не превышает 10%.
Можно полагать, что некоторые фонды за счет кредитов от управляющих компаний были в состоянии
обеспечить выкуп паев. Однако проблема объективной оценки стоимости имущества инвесторов оставалась
нерешенной. Но, в любом случае, стоимость чистых активов ПИФов, временно приостановивших размещение и
выкуп инвестиционных паев, сравнительно невелика и составляет лишь около 10% активов действующих
фондов.
В целом для динамики СЧА ПИФов в 1998 г. были характерны два серьезных сдвига (см. рис. 1). Мораторий
на выплаты по госбумагам привел в III квартале 1998 г. к существенному снижению цен всех российских
финансовых инструментов, предопределив тем самым заметное падение стоимости чистых активов. В IV
квартале последовало некоторое повышение котировок акций, но рублевая оценка СЧА выросла главным
образом за счет роста курса доллара, поскольку некоторые используемые ПИФами финансовые инструменты
номинированы в долларах. Вместе с тем, общий рост СЧА не компенсировал повышение курса доллара. В
итоге стоимость чистых активов ПИФов, исчисленная в твердой валюте, понизилась с 34,5 млн дол. на начало
1998 г. до 29 млн дол. на начало 1999 г., т.е. почти на 16%.
Ожидания управляющих относительно возможного притока средств частных инвесторов, высвобожденных
из банковской системы, не оправдались. В сентябре–октябре число паев увеличилось только в ПИФе акций под
управлением CSFB. В IV квартале 1998 г. пять из семи ПИФов государственных ценных бумаг приостановили
свою деятельность. Стоимость паев ПИФов корпоративных бумаг в среднем выросла на 80% за счет
увеличения индекса РТС. В конце 1998 г. ПИФы были включены в перечень инвесторов, для которых
предусмотрено полное погашение ГКО-ОФЗ, без чего сложно рассчитывать на быстрое оживление их
деятельности.
Значительное уменьшение СЧА в III квартале серьезно подорвало возможности управляющих компаний
обеспечить необходимый уровень доходности. В ноябре 1998 г. ФКЦБ разрешила передавать фонд от одной
управляющей компании к другой и конвертировать паи одного фонда в паи другого. При ликвидации
управляющей компании ПИФ может продолжить свое существование. Жесткая система надзора за
деятельностью ПИФов обеспечила их достаточно высокую устойчивость даже в условиях кризиса. Правовые
принципы, положенные в основу организации хранения активов ПИФов, позволили оградить имущество пайщиков
от возможных злоупотреблений.

600
550
500
450
400
350
300
250
200
150
IV к в 9 7




IV к в 98
I I Iк в 98
I I к в 98
I к в9 8




Рисунок 1. Динамика стоимости чистых активов ПИФов в 1998 г. (на конец периода, млн руб.)
Негативные последствия финансового кризиса для ПИФов связаны, в первую очередь, с падением реальных
доходов потенциальных инвесторов. Сокращение большого количества рабочих мест в сфере услуг и снижение
доходов наемных работников, сохранивших занятость, привели к абсолютному сокращению сбережений.
Уменьшение благосостояния инвестора увеличивает его склонность к менее рискованным вложениям. Наряду с
возрастанием рисков вложений в российские ценные бумаги данное обстоятельство также негативно влияет на
привлекательность финансовых инструментов, предлагаемых ПИФами. Рост реальных доходов владельцев и
менеджеров банков и экспортоориентированных предприятий не повлиял на спрос на паи ПИФов, поскольку
компании предпочитали “выводить” капитал за границу в ущерб инвестициям в самой России.
Большинство управляющих компаний получают субсидии от своих учредителей. Однако кризис
финансовой системы снизил прибыли от других видов деятельности и увеличил возможный срок окупаемости
вложений в управляющие компании. В большей степени это может повлиять на деятельность ПИФов под
управлением непосредственно российских компаний. На нестабильных рынках, включая российский, вложения
со сроком возврата более пяти лет не являются инвестиционно привлекательными. Скорее всего, развитие
событий в 1999 г. определит возможности дальнейшего участия иностранных финансовых институтов в
индустрии ПИФов.
Управляющие компании стоят перед серьезным выбором политики на ближайший период. Управляющие
могут содействовать превращению ПИФов в закрытые фонды, где средства будут заморожены в ожидании
заметного оживления рынков через 1–2 года. Такую возможность имеют ПИФы с весьма небольшим числом
пайщиков, способных договориться о подобной стратегии без изменения юридического статуса фонда.
Интервальные фонды до настоящего времени не осуществляли вложений в закрытые акционерные
общества. Выполнение функций венчурных инвесторов даст таким фондам возможность получать
определенный денежный доход в условиях отсутствия ликвидных рынков ценных бумаг. Решение задачи
финансового управления проектами будет облегчено благодаря росту предложения специалистов данного
профиля на рынке труда, вызванного массовыми увольнениями в финансовом секторе. Реализация этих
возможностей диктует необходимость привлечения инвесторов со значительными ликвидными средствами,
готовых увеличить долю своих активов, вложенных в России. Появление таких инвесторов среди российских
компаний в краткосрочной перспективе вряд ли возможно. Незаконное происхождение значительной части
доходов российских предпринимателей препятствует привлечению средств внутри страны. Западные же
инвесторы, когда речь идет о вложениях в контрольные пакеты акций, обычно предпочитают фонды,
находящиеся в странах с устойчивой и прозрачной правовой системой.
19
Глава
ФИНАНСЫ ПРЕДПРИЏТИЙ


Действия российских предприятий промышленности и других отраслей в условиях нарастающего

<< Пред. стр.

страница 34
(всего 41)

ОГЛАВЛЕНИЕ

След. стр. >>

Copyright © Design by: Sunlight webdesign