LINEBURG


<< Пред. стр.

страница 8
(всего 62)

ОГЛАВЛЕНИЕ

След. стр. >>

верждать, что психологией уже достигнуто окончательное решение данного вопроса
и что она располагает единственной, приемлемой для всех классификацией. Напро­
тив, если не всеми видными психологами, то, во всяком случае, большинством раз­
личных психологических школ разработаны собственные классификации. Это, по
словам одного психолога, объясняется тем, что наши конкретные душевные пере­
живания имеют весьма сложную природу, поэтому трудно размежевать все ком­
поненты, в которых коренятся их специфические особенности. Имеется и методо­
логическая трудность. Присущая нашему разуму монистическая тенденция легко
порождает мнение, будто богатство содержания нашего сознания поддается едино­
му систематизированному расчленению. Но фактическое положение таково, что об­
щие различия между содержаниями сознания — различия, внесенные в душевную
жизнь отнюдь не искусственно, а обусловленные самой ее природой, — тесно пере­
плетаются друг с другом (Гайзер).


2. Старая классификация
Между тем, в общем взаиморазличие душевных феноменов столь очевидно,
что оно не могло остаться незамеченным. Основные группы этих различий проявля­
ются даже в нашей обычной речи: «я думаю», «я чувствую», «я желаю» — ведь все
это подразумевает существование совершенно различных переживаний. Правда, этот
случайный анализ наивного разума не удовлетворяет научные требования, но, тем
не менее, именно он господствовал в науке вплоть до второй половины восемнад­
цатого века.
Даже сегодня, говоря об органах чувств, под чувством подразумевают зритель­
ные, слуховые, вкусовые, обонятельные и осязательные способности; в то же вре­
мя, аналогично именуется и удовольствие—неудовольствие. В действительности же
совершенно ясно, что между переживаниями удовольствия—неудовольствия, с од­
ной стороны, и цвета и звукового тона — с другой, существует безусловное квалита­
тивное различие. Наивное самонаблюдение эту разницу не замечает — для него все
богатство душевной жизни исчерпывается феноменами чувств (или представлений)
и желаний. Точно так же рассуждала и старая наука, разделяя — вплоть до второй




Узнадзе Д. Н.=Общая психология. — 413 с: ил. — (Серия «Живая классика»). - 2004 г.
Янко Слава (Библиотека Fort/Da) || http://yanko.lib.ru || slavaaa@yandex.ru || Icq# 75088656




Глава первая
48

половины восемнадцатого века — все многообразие душевных феноменов лишь на
две основные группы: познание и волю.
В восемнадцатом веке, главным образом после немецкого психолога Тетенса,
впервые стало очевидно, что психологическая природа переживаний цвета, зву­
кового тона и прочих подобных феноменов явно отличается от переживаний удо­
вольствия-неудовольствия. Поэтому возникла необходимость разделения так назы­
ваемых «чувственных» феноменов на два различных класса, один из которых имеет
познавательную природу, а другой — чисто эмоциональную. Первый был назван
ощущением (Empfindung), а за вторым оставили прежнее наименование — чувства.
В конечном счете, особенно в результате сильного влияния философа Канта, разде­
ление душевных феноменов на три группы стало в философии и психологии обыч­
ным делом.
Следует отметить, что в содержании душевной жизни наличие этих трех ква­
литативно различных психических феноменов действительно дано наиболее непо­
средственно. Совершенно бесспорно, что познавательные, эмоциональные и волевые
переживания вполне исчерпывают основные различия, наглядным образом данные в
содержании нашего сознания. Поэтому данная классификация вполне приемлема.


3. Попытки классификации
элементарных процессов
Однако психологический анализ не может остановиться на грубой дифферен­
циации лишь тех форм переживания, наличие которых зримо подтверждает протека­
ние психической жизни. Необходим дальнейший анализ этих сложных форм для об­
наружения их первичных элементов, ведь вполне может оказаться, что эти первичные
элементы, из которых строятся познавательные, эмоциональные и волевые феноме­
ны, совершенно не отличаются друг от друга или же, наоборот, их число намного
превышает количество построенных из них форм.
В психологии XIX века встречаются почти все варианты решения этого воп­
роса. Некоторые исследователи (например, Мюнстенберг или Циген) решали воп­
рос монистически, стремясь свести все содержание душевной жизни на единст­
венный элементарный процесс. Таковым обычно считалось ощущение. Другие —
например, В. Вундт — говорили только об элементарных процессах — ощущениях и
чувствах; и, наконец, некоторые к этим двум основным элементам добавляли тре­
тий, в частности элементарные акты воли.
Вопрос о том, насколько каждое из этих взглядов соответствует действитель­
ному положению вещей, обсудим в дальнейшем. Здесь же предварительно отметим,
что, согласно распространенной сегодня точке зрения, основные элементарные про­
цессы ощущений, чувств и воли должны быть признаны совершенно независимыми
процессами, и старое разделение сложных душевных феноменов на три группы оста­
ется в силе и применительно к элементарным процессам.


4. Классификация Штумфа
Мнение о том, что содержание психической жизни человека проявляется в
виде трех разновидностей психических явлений — чувств, ощущений и воли, пред­
ставляет собой лишь одну точку зрения, не являющуюся единственной. Напротив,
анализ нашего сознания, проводимый на основе исследований современной экспе-




Узнадзе Д. Н.=Общая психология. — 413 с: ил. — (Серия «Живая классика»). - 2004 г.
Янко Слава (Библиотека Fort/Da) || http://yanko.lib.ru || slavaaa@yandex.ru || Icq# 75088656




\



Введение в психологию 49

риментальной психологии, доказывает не только возможность, но иногда и гораздо
большую плодотворность классификации с иных аспектов. Наиболее явные и приме­
чательные особенности психической действительности оказываются как раз за пре­
делами данного подхода. Поэтому для их учета необходимо рассмотреть содержание
нашего сознания и в другом аспекте.
Интересная попытка классификации психических переживаний с особой точ­
ки зрения предпринята Штумфом. По его мнению, всю сферу психических фактов
можно разделить на четыре разные группы, первую из которых составляют явления,
вторую — психические функции, третью — соотношения, а четвертую — образования
психических функций.
Под явлениями Штумф подразумевает ощущения, включая пространственные
и временные формы, и переживания боли и удовольствия, но эти последние не
только как таковые, а вместе с их представлениями, то есть репродукцией. Зато пси­
хическими функциями он считал данность явлений и их соотношений, объединение
их в комплексы; к психическим функциям им отнесены также образование поня­
тий, радость и горе, любовь и ненависть, приятие и отвергание, усвоение и оценка.
Согласно Штумфу, между этими двумя группами психических переживаний нет
ничего общего ни логически, ни фактически; они представляют собой совершенно
самостоятельные группы. В третью группу, как отмечалось, входят так называемые
соотношения, то есть тождество, сходство и различие. И, наконец, четвертую груп­
пу составляют образования психических функций, то есть формы (очертания), по­
нятия, ценности и цели.
Данная классификация Штумфа вызвала оживленный интерес, направив вни­
мание исследователей особенно на вопрос «явлений» и «функций». В этом отноше­
нии значимость этой классификации бесспорна. Однако поскольку Штумф не счита­
ет в сущности явления — ощущения, чувства и их репродуктивные образы, то есть
представления — психическими, постольку его классификация неприемлема. Психо­
логия изначально с особым вниманием исследовала именно эти процессы и немало
преуспела в этом.
Зато несомненно, что наше сознание не исчерпывается только содержаниями
(ощущения, представления и пр.), а содержит также и функции, или, как говорят
теперь, акты, например мышление. В этом смысле классификация Штумфа безуслов­
но заслуживает внимания.




Опосредованный характер
психических процессов
1. Непосредственность воздействия
физического на физическое
В современной науке считается аксиоматичным положением то, что между
явлениями физической действительности существует неразрывная причинная взаи­
мосвязь — одно явление воздействует на другое, становясь, таким образом, непос­
редственной причиной происходящих в нем изменений. И причина, и следствие от­
носятся к одной действительности, то есть представляют собой физические явления.
Стало быть, причину какого-либо физического явления следует искать опять же




Узнадзе Д. Н.=Общая психология. — 413 с: ил. — (Серия «Живая классика»). - 2004 г.
Янко Слава (Библиотека Fort/Da) || http://yanko.lib.ru || slavaaa@yandex.ru || Icq# 75088656




Глава первая
50

среди явлений физического мира. Принцип замкнутой каузальности природы, при­
нятый в современной науке, подразумевает, что физическое следствие может быть
вызвано только лишь физической причиной. Между ними существует непосредст­
венная связь. Воздействие одного на другое не нуждается в опосредовании через не­
кое нефизическое явление. Не вызывает сомнений, что мощное развитие естест­
венных наук нового времени, продолжающееся и поныне, было бы совершенно
невозможным без признания данного принципа. Поэтому отнюдь неудивительно, что
он был использован и при изучении других сфер действительности.


2. «Теория непосредственности»
в психологии
Невзирая на то, что попытка использования «теории непосредственности»
применительно к психической действительности явно сталкивается со многими
трудностями, данная теория изначально была введена в психологию. Согласно ос­
новному положению данной теории, психическая действительность представляет
собой отдельный мир, происходящие в пределах которого изменения находятся в
неразрывной взаимосвязи, каузально определяя друг друга. Непосредственной при­
чиной психического может быть только психическое, и происходящее в психике то
или иное изменение может быть объяснено непосредственным воздействием опять-
таки психического. Теоретическое обоснование этого положения было дано, прежде
всего, родоначальником экспериментальной психологии Вундтом; фактическое же
его использование имело место и до Вундта. Еще Гербарт объяснял содержание и
жизнь всей психики взаимовлиянием представлений; на его взгляд, содержание со­
знания человека в тот или иной момент зависит от взаимосвязи его представлений.
Примечательно, что по Гербарту эта связь носит чисто механический характер —
сильное представление затемняет слабое, вытесняя его из сознания. Таким образом,
содержание нашей психики в тот или иной момент полностью зависит от соотно­
шения сил отдельных представлений. Именно поэтому Гербарт и говорил о механи­
ке представлений.
В еще более чистом виде теория непосредственности представлена главным
образом в учении так называемой «ассоциативной психологии». Согласно ее основопо­
лагающему положению, содержание всей психики составляют представления, связы­
вающиеся между собой по определенным закономерностям. Возникновение в созна­
нии одного члена этой связи с необходимостью вызывает второго. Мысли, чувство,
воля — одним словом, вся наша психическая жизнь основывается на подобной ассо­
циации представлений. Следовательно, все то, что происходит в психике, объясняет­
ся воздействием опять-таки психического — какого-либо ассоциированного с ним
представления; причины психического коренятся в психическом, на психическое
действует психическое.
Вундт, противостоящий по своим основным взглядам как Гербарту, так и
ассоциативной психологии, продолжал стоять на позиции теории непосредственнос­
ти не только практически, в своей исследовательской работе, но и попытался дать
ей философское обоснование. Он утверждает, что самое несомненное наблюдение,
имеющееся у человека, это — единство его сознания, то есть взаимосвязь психичес­
ких явлений. Психические явления сами связаны друг с другом, в своем непрерыв­
ном протекании они сами влияют друг на друга. Следовательно, психология как эм­
пирическая наука должна опираться на этот несомненный факт, объясняя все с этой




Узнадзе Д. Н.=Общая психология. — 413 с: ил. — (Серия «Живая классика»). - 2004 г.
Янко Слава (Библиотека Fort/Da) || http://yanko.lib.ru || slavaaa@yandex.ru || Icq# 75088656




51
Введение в психологию

позиции. Это означает, что «всякий психологический процесс представляет собой
закономерную связь явлений», в котором одно является причиной, а другое — след­
ствием. Настоящее научное исследование в психологии, по мнению Вундта, возмож­
но лишь при условии именно такого решения проблемы психической каузальности,
то есть психический результат всегда будет объясняться воздействием психической
причины; одним словом, психика должна быть сочтена совокупностью закономерно
взаимовоздействующих и взаимосвязанных явлений.
Теория непосредственности господствует в психологии по сей день. На ней
основывается даже одно из наиболее влиятельных направлений современной психо­
логии — так называемая «гештальтпсихология». Смысл исходного принципа геш¬
тальттеории заключается в том, что в сфере переживаний друг на друга влияют не
частные, элементарные процессы, создавая таким путем конкретные и сложные пе­
реживания, а, напротив, отдельное и частное определяется целым. Однако и целое,
и частное представляют собой психические явления; следовательно, проблема пси­
хической каузальности здесь также решается на основе непосредственного взаимо­
действия психических процессов.
Таким образом, согласно распространенному в современной психологии взгля­
ду, психическое непосредственно влияет на психическое.


3. Критика теории непосредственности
Среди современных психологов немало и таких, которые не считают обя­
зательным усматривать причины психических явлений исключительно в психических
же явлениях. Они отмечают, что на психику также могут воздействовать физичес­
кие и другие непсихические процессы. Однако примечательно то, что и для них
«теория непосредственности» продолжает оставаться аксиоматичным положением.
Дело в том, что, по их мнению, физическое воздействует на психику также пря­
мо и непосредственно, как и, наоборот, психическое на физическое. Например,
укол иглой (физический процесс) непосредственно вызывает чувство боли, а это
последнее (психический процесс), со своей стороны, — соответствующее движе­
ние тела.
Одним словом, согласно теории непосредственности, действительность — будь
то физическая или психическая — воздействует на нашу психику прямо, без участия
какого-либо опосредующего звена. Стало быть, психика находится в непосредствен­
ной связи с действительностью — именно она действует на действительность, и она
же получает исходящее от этой последней воздействие.
Однако общеизвестно, что человек, как и всякий живой организм, сформиро­
вался и развился в процессе взаимодействия с внешней средой. Согласно теории не­
посредственности, предполагающей, что с действительностью взаимодействует не
человек, а психика, именно эта последняя и является единственной силой, направ­
ляющей это развитие и создающей всю историю человека.
Разумеется, неприемлемость такого отрыва психики от целостного организма,
целостной личности, недопустимое игнорирование значения роли этой последней не
могло остаться незамеченным и в западной психологии. Конечно же, ею было при­
знано то, что с действительностью взаимодействует субъект, а не оторванная от него
психика. Однако понять этот несомненный факт с позиций теории непосредственно­
сти можно, лишь попытавшись свести человека как активную сущность, как лич­
ность к психике, доказав, что субъект по сути не представляет собой ничего иного,




Узнадзе Д. Н.=Общая психология. — 413 с: ил. — (Серия «Живая классика»). - 2004 г.
Янко Слава (Библиотека Fort/Da) || http://yanko.lib.ru || slavaaa@yandex.ru || Icq# 75088656




Глава первая
52

кроме психики. Именно поэтому Гегель пытался доказать, что субъект всегда являет­
ся сознанием или самосознанием, а родоначальник современной психологии Вундт
полагал, что субъект для научной психологии представляет собой всего лишь сово­
купность психических явлений. Иное понимание субъекта, согласно Вундту, означа­
ет восстановление старого понятия субстанции, что ничего не даст научному изуче­
нию психологических фактов.
Таким образом, и здесь попытка спасения теории непосредственности опять-
таки приводит к признанию положения, неправомерность которого несомненна.
Дело в том, что субъект, индивид, личность ни в коем случае не могут считаться
совокупностью психических функций, поскольку психика — это не сам индивид, а
орудие, приобретенное им в процессе взаимодействия с внешней действительнос­
тью и используемое для ее преобразования; психика — это не сам субъект, а «его
орган». И, конечно же, с внешней действительностью взаимодействуют не «органы»
индивида, а сам индивид, использующий их в процессе этого взаимодействия.


4. Целостный субъект
как исходное понятие психологии
Согласно теории непосредственности, с действительностью взаимодействует
сама психика, непосредственно воздействующая на действительность и получающая
непосредственное воздействие от нее. Следовательно, здесь не остается места для
живого субъекта, личности — психология с ним дела не имеет.
В противовес данному положению западной психологии следует подчеркнуть,
что основным источником психического развития является именно практика, то есть
взаимодействие с действительностью, живого, реального, исторического человека. Пря­
мая, непосредственная связь существует лишь между этим реальным субъектом и
действительностью. Поэтому психология, усматривающая свою задачу в изучении
психики человека, своей исходной точкой должна считать взаимодействие активно­
го субъекта с действительностью, практику реального человека. Исходя из этого,
психология не может обойти стороной понятие субъекта, целостного человека, лич­
ности. Понять закономерности структуры и функционирования психики — этого
специфического «органа» личности — совершенно невозможно в отрыве от ее но­
сителя и производителя — целостной личности, вне поиска фактора, зарождающе­
гося в акте взаимодействия субъекта с внешней действительностью и разворачива­
ющегося в виде психических процессов. Поэтому проблема целостной личности
должна быть сочтена основополагающей проблемой настоящей научной психологии.
В современной психологии существует направление, как будто преодолевшее
главный недостаток теории непосредственности; это — так называемая «персоналисти¬
ческая психология», родоначальником которой является Штерн.
Основное положение концепции Штерна действительно противоречит глав­
ному принципу теории непосредственности. По его мнению, взаимоотношения су­
ществуют не между действительностью и психикой, а между действительностью и
субстратом психики — персоной (лицом). Стало быть, на его взгляд, во взаимосвязи
находятся действительность и личность; что же касается психического, то оно пред­
ставляет собой чисто вторичную сферу, в основе которой лежит другая, сущностно
более значимая сфера — личность.
Таким образом, казалось бы, что теорию непосредственности можно считать
преодоленной. Но достаточно внимательно изучить предложенное и всесторонне рас-




Узнадзе Д. Н.=Общая психология. — 413 с: ил. — (Серия «Живая классика»). - 2004 г.
Янко Слава (Библиотека Fort/Da) || http://yanko.lib.ru || slavaaa@yandex.ru || Icq# 75088656




53
Введение в психологию

смотренное Штерном понятие персоны, чтобы убедиться в том, что фактически тео­
рия непосредственности остается непреодоленной и в персоналистической пси­
хологии. Дело в том, что, согласно Штерну, личность является «повелителем и ре­
гулятором» психических процессов; это выражается в том, что она порождает и
направляет психические процессы в соответствии со своими целями. Следователь­
но, в психологии решающее значение имеет не принцип причинности, а принцип
целеполагания; то есть получается, что в психологии основной точкой зрения являет­
ся телеологическая. Это — главный недостаток концепции Штерна.
Что касается второго недостатка, то здесь незатронутость принципа непосред­
ственности видна уже совершенно четко. Во-первых, согласно Штерну, влияние
психического на другие психические процессы того же субъекта может происходить
и непосредственно; во-вторых, Штерн придерживается идеалистической концепции,
вследствие чего для него личность, в конечном счете, является метафизической
сущностью.




Узнадзе Д. Н.=Общая психология. — 413 с: ил. — (Серия «Живая классика»). - 2004 г.
Янко Слава (Библиотека Fort/Da) || http://yanko.lib.ru || slavaaa@yandex.ru || Icq# 75088656




Глава вторая
Биологические
основы личности



Предварительные замечания
Каковы биологические основы личности? Несомненно, что любой взаимодей­
ствующий со средой субъект является прежде всего организмом. Однако его суть не
всегда исчерпывается только этим — человек как активный субъект, особенно — как
личность, не является исключительно биологическим индивидом, организмом; он в
первую очередь представляет собой социальное существо. Но естественно, что соци­
альным существом может стать лишь живой организм. Поэтому для постижения сути
личности необходимо, прежде всего, учесть его биологическую основу, природу его
организма.
Что представляет собой человек как биологическое существо, как живой орга­
низм, как явление природы? Специальным изучением данного вопроса занимаются
биологические науки, в частности анатомия и физиология человека.
Поэтому естественно встает вопрос: нужно ли психологии при изучении лич­
ности специально останавливаться на уяснении ее биологических основ? Этот воп­
рос должен быть решен положительно, невзирая на то, что исследование данной
сферы составляет компетенцию биологических наук. Действительно, биология распо­
лагает всеми сведениями о человеке как биологическом индивиде, как организме.
Следовательно, казалось бы, нет необходимости переносить и повторять эти данные
в пределах психологии. Но поскольку данную науку не интересуют биологические

<< Пред. стр.

страница 8
(всего 62)

ОГЛАВЛЕНИЕ

След. стр. >>

Copyright © Design by: Sunlight webdesign