LINEBURG


<< Пред. стр.

страница 57
(всего 62)

ОГЛАВЛЕНИЕ

След. стр. >>

Таким образом, у человека есть многое такое, что удовлетворить или выявить
полностью в условиях существующей реальности невозможно. Однако человек — су­
щество активное, изначально стремящееся к полному выявлению и развертыванию
своей сущности. Фантазия и есть та психическая функция, позволяющая сделать это
в определенных пределах, в частности, в рамках психической реальности.
Действительность восприятия и памяти задана извне, и для того, чтобы наше
поведение протекало в русле целесообразности, мы вынуждены попытаться по мере
возможности точно отразить ее. Именно этой цели служат восприятие и память, на­
правляя всю нашу активность в зависимости от этого. Следовательно, в данном слу­
чае только внешняя действительность диктует, какие наши функции должны быть
задействованы. Но бывает и так, что мы имеем потребности, а также определенные
функции, стремящиеся к действию в определенном направлении, но поскольку ре­
альная действительность не дает возможности действовать в этом направлении, пре­
пятствуя, тем самым, проявлению соответствующей установки, они находят свою
реализацию в сфере воображения. Совершенно естественно, что продукт фантазии,
как попытка реализации этих установок, протекает в соответствии с ними, представ­
ляя собой, следовательно, отличный от объективной реальности, совершенно новый
вид действительности. Так возникает мир фантазий — нереальная действительность
рядом с реальной действительностью.
Таким образом, в случае восприятия и памяти существует извне данная дейст­
вительность; именно она выполняет ведущую роль и является определяющим, актив­
ным фактором. В случае же фантазии изначально существует сам субъект с опреде­
ленным комплексом своих сил и с тенденцией задействования этих сил в определен­
ном направлении. Именно он и является этим определяющим, активным фактором. А
затем уже возникает действительность фантазии, представляющая собой результат воз­
действия этого фактора: порожденная фантазией действительность позволяет реализо­
вать тенденцию задействования всех этих сил в нужном направлении.
Одним словом, в случае восприятия и памяти субъект предопределен предмет­
ной действительностью, тогда как в случае фантазии происходит наоборот — пред­
метная действительность определяется самим субъектом.




Узнадзе Д. Н.=Общая психология. — 413 с: ил. — (Серия «Живая классика»). - 2004 г.
Янко Слава (Библиотека Fort/Da) || http://yanko.lib.ru || slavaaa@yandex.ru || Icq# 75088656




375
Психология воображения

Таков генезис работы фантазии. Как видим, здесь трудно различить причину
и цель. Здесь и одно и второе представляют собой единое целое: то, что вызывает
работу фантазии, в то же время позволяет понять ее сущность. И в самом деле ак­
тивизация фантазии зиждется на тенденции задействования сил субъекта в опреде­
ленном направлении, тенденции реализации определенной установки. Аналогичны
и смысл и цель фантазии, ведь она позволяет удовлетворить тенденцию этой реали­
зации, обеспечивая тем самым возможность последующего беспрепятственного дей­
ствия сил субъекта — диалектика причины и цели в данном случае задана со зри­
мой пластичностью.

6. Теории творческой работы фантазии
Каким образом создаются представления фантазии? Каким образом из раз­
личных элементов опыта удается возвести совершенно новую, качественно иную це­
лостность? Хотя данный вопрос для психологии фантазии не является новым, он
не утратил свою актуальность и сегодня. До сих пор в психологии наиболее извест­
ны следующие представления:
A. Представления памяти с течением времени становятся более туманными,
бледными, в них появляются определенные пробелы, восполнение которых про­
исходит благодаря ассоциациям с другими представлениями. Однако данная теория
не объясняет, каким образом заимствованные из других представлений элементы
объединяются с остатками представлений памяти так, что заново возникает имен­
но завершенная целостность. Это тем более удивительно, что в случае фантазии мы
имеем дело не только с отдельными представлениями, а со сложными сценами, со­
бытиями, системой последовательных случаев; например, в искусстве — с драмой,
романом, музыкальной симфонией!
Б. Когда, например, сказочник желает пробудить у слушателя чувство ужасно­
го, то пытается создать такую комбинацию представлений, чтобы под их влиянием
это чувство возникло и у него самого. Данный пример указывает на то, что в возник­
новении представлений фантазии решающую роль выполняют ассоциации по сходству.
Таковой является вторая точка зрения, которой, по сути, придерживался и Рибо: то,
что существует раздельно, увязывается друг с другом на основе ассоциации сходства,
создавая тем самым новую, доселе не существующую комбинацию.
Однако данная теория не объясняет, почему возникшие таким образом комп­
лексы представляют собой осмысленное целое — какое-либо художественное произ­
ведение, драму или симфонию. Одна лишь ассоциация, представляющая собой слу­
чайный процесс, не может объяснить природу истинного творчества.
B. Творческая работа — дело интеллекта: различные элементы связываются
друг с другом не только случайно, но мы сами объединяем их все в новые и новые
комбинации, соответствующим образом оценивая их, и в конечном итоге останав­
ливаемся на одной из них лишь после того, когда признаем ее надлежащей. Ассоци­
ация по сходству лишь поставляет материал нашей фантазии, ведущую же роль вы­
полняет не она, а интеллект (Фребес).
Однако интеллект, как мы убедимся и в последующем, представляет собой
орудие постижения, максимально адекватного отражения, познания объективной
действительности, а никак не возведения новой, совершенно отличной от объектив­
ной реальности, действительности. Иной вопрос, имеет ли значение интеллект для
фантазии. Роль интеллекта сомнений не вызывает, особенно тогда, когда вопрос ка-




Узнадзе Д. Н.=Общая психология. — 413 с: ил. — (Серия «Живая классика»). - 2004 г.
Янко Слава (Библиотека Fort/Da) || http://yanko.lib.ru || slavaaa@yandex.ru || Icq# 75088656




Глава десятая
376

сается высоких форм проявления творческой фантазии. Однако это не означает, что
фантазия созидает новое благодаря интеллекту.
Так как же следует решить данный вопрос? Выше мы убедились, что в основе
фантазии лежат невыявленные, нереализованные установки субъекта, то есть те ус­
тановки, возможность проявления которых в условиях реальной действительности
отсутствует. Картины фантазии представляют собой реализацию этих установок. Сле­
довательно, очевидно, что представление фантазии имеет новый, отличный от ре­
ального, предмет именно потому, что оно зиждется на такой установке, которая
может реализоваться лишь в представлениях подобного предмета.
Стало быть, поиск механизма новых представлений следует вести отнюдь не
в рамках сознания. На содержание сознания в каждый данный момент решающее
влияние оказывает природа самой личности, а именно — ее установка. Данное со­
держание сознания всегда представляет собой реализацию этой установки. Это по­
ложение представляется нам бесспорным. Об этом мы уже говорили выше, поэтому
излишне вновь еще раз обосновывать его. Но коль скоро взаимоотношение сознания
и установки в общем является именно таковым, а фантазия, со своей стороны,
представляет собой свободную реализацию определенной установки — свободную
потому, что ей не препятствует неизбежность строгих требований внешней среды,
тогда понятно, что мир фантазии — это новый, отличный от реальной действи­
тельности, мир.
Разумеется, определенное значение здесь могут иметь и ассоциации, и помощь
интеллекта, а также многие другие факторы. Однако все это будет предопределено,
обусловлено, продиктовано лишь природой имеющейся установки; все это будет ме­
ханизмом, задействованным для реализации установки.

7. Представления фантазии как символы
Коль скоро в основе фантазии лежат неудовлетворенные потребности субъек­
та, тенденция задействования определенных сил, определенные нереализованные
установки, а действие фантазии, стало быть, направлено на реализацию всего этого,
то очевидно, что продукты работы фантазии должны иметь значение симптомов и
символов, позволяющих говорить о скрытых установках, потребностях, тенденциях
активности субъекта.
В психологической литературе о символическом значении фантазии особенно
энергично говорят представители психоанализа. Они считают, что все проявления
работы фантазии, все отклонения от действительности, пусть даже простые ошибки,
безусловно имеют некий смысл, некое значение, выявляя скрытые желания субъек­
та, его «вытесненные» представления и устремления. Следовательно, необходимо
изучать эти символы с тем, чтобы выявить вытесненные переживания субъекта. По
убеждению психоанализа, выявление вытесненных желаний имеет огромное практи­
ческое значение, поскольку за осознанием этих вытесненных переживаний тотчас же
следует излечение неврозов и психозов, являющихся по своей сути продуктом дей­
ствия подобных вытесненных переживаний. Согласно психоанализу, образы фантазии
представляют собой определенные символы, каждый из них непременно что-то оз­
начает, проявляясь всякий раз именно в этом значении.
Разумеется, считать представления фантазии символами со столь прочным, оп­
ределенным, неизменным значением совершенно невозможно. Сегодня у нас не вы­
зывает сомнения, что не существуют элементы, отдельные части, не зависящие от
того целого, элементами или частями которого они являются. Фантазия обычно со-




Узнадзе Д. Н.=Общая психология. — 413 с: ил. — (Серия «Живая классика»). - 2004 г.
Янко Слава (Библиотека Fort/Da) || http://yanko.lib.ru || slavaaa@yandex.ru || Icq# 75088656




377
Психология воображения

здает не отдельные представления, а целую картину события, происшествия, а от­
дельные представления встречаются в контексте того или иного целого; следователь­
но, эти представления подчинены влиянию этого целого, изменяя в зависимости от
него свое символическое значение.
Следовательно, говорить об одном неизменном символическом значении не­
правомерно, ведь подобный подход основывается на принципах старой атомистичес­
кой психологии, которые сегодня уже опровергнуты. Поэтому следует исходить из
целого и попытаться понять, прежде всего, смысл этого целого.
Разумеется, неправомерно считать, что коль скоро фантазия имеет одну осно­
ву, то и ее действие во всех случаях будет одинаковым. Подобно другим психическим
функциям, фантазия также проходит процесс развития и имеет различные формы
своего проявления.
На низших ступенях развития фантазия работает самостоятельно, автоматичес­
ки, без специального вмешательства субъекта. В данном случае можно говорить о пас­
сивной фантазии. Но существуют и более высокие формы фантазии — активная, про­
извольная фантазия, действующая в соответствии с намерениями человека. Само
собой разумеется, что она проявляется на высокой ступени развития, когда на пове­
дение человека решающее влияние начинает оказывать фактор воли.




Пассивная фантазия
1. Пассивная фантазия
Когда человеку предстоит решить повседневные практические задачи, и его
активность разворачивается в этом направлении, он в первую очередь нуждается в
безошибочном отражении объективной действительности. Поэтому в данном случае
решающее значение имеют восприятие и память, поскольку именно они помогают
ему учитывать требования внешней среды.
Однако основные тенденции и установки субъекта всегда с ним; нуждаясь в
реализации, они всегда готовы в более или менее подходящих условиях мгновенно
перейти в актуальное состояние и вызвать работу фантазии. А потому не существует
почти ни одной значимой разновидности человеческой активности, чтобы фанта­
зия не находила случая вмешаться в нее и оказать определенное влияние на проте­
кание этой активности. Наша повседневная жизнь почти на каждом шагу содержит
элементы работы фантазии, даже тогда, когда мы заняты решением серьезных прак­
тических задач.
Само собой разумеется, что в подобных случаях работа фантазии является авто­
номной, совершенно непроизвольной. Более того, можно сказать, что иногда она даже
противоречит намерениям субъекта, мешает отражению объективной действительнос­
ти, то есть тому, что в данный момент наиболее важно для субъекта. Поэтому в таких
случаях мы не только намеренно не обращаемся к фантазии, а, наоборот, даже пыта­
емся полностью заглушить, избавиться от нее до тех пор, пока поставленная задача не
будет решена. Тем не менее, нашим скрытым тенденциям, нашим стремящимся к ре­
ализации установкам вопреки нашему желанию все-таки удается задействовать нашу
фантазию, привносящую свои элементы в картину объективной действительности,
которую дают представления восприятия и памяти.




Узнадзе Д. Н.=Общая психология. — 413 с: ил. — (Серия «Живая классика»). - 2004 г.
Янко Слава (Библиотека Fort/Da) || http://yanko.lib.ru || slavaaa@yandex.ru || Icq# 75088656




Глава десятая
378

Таким образом, фантазия участвует и в протекании нашей повседневной
жизни, несмотря на то, что это полностью противоречит нашим намерениям.
Следовательно, в подобных случаях имеем дело с действием непроизвольной, или
пассивной, фантазии.
А теперь посмотрим, как данная форма фантазии проявляется в процессе ра­
боты восприятия, а затем памяти.

2. Фантазия в процессе восприятия
Человеческая психика никогда не стоит столь близко к действительности, как
в случае восприятия, когда реальность прямо воздействует на нас, а восприятию
долженствует представить по возможности непосредственное ее отражение. Несмот­
ря на это, фантазии удается вмешаться и в этот процесс, причем совершенно неза­
метно для нас, в некоторых случаях внося в картину действительности достаточно
заметные изменения. Это происходит в различных направлениях и различными пу­
тями. Во-первых, кто из нас не испытал в детстве особый страх, связанный с опре­
деленными местами: какие-то особые места у суеверных, малообразованных людей
или детей вызывают специфическую установку. Данная установка оказывает своеоб­
разное влияние на восприятие — зачастую в таких местах суеверному человеку ме­
рещится нечто страшное: черти, бесы, «заплетающие гриву лошади...». Он уверен,
что действительно собственными глазами видел их, хотя на самом деле все это —
лишь продукт его фантазии.
Аналогичные случаи встречаются часто. Некоторые установки человека прояв­
ляются столь энергично, что полностью модифицируют восприятие. Это, прежде все­
го, имеет место в случае иллюзий. Однако следует учитывать, что далеко не всякая
иллюзия может быть сочтена продуктом фантазии. Встречаются иллюзии, имеющие
совершенно иную основу, например, чисто физическую (вертикально опущенная в
воду палка кажется изломанной), физиологическую или психофизиологическую (за­
полненное расстояние кажется больше, нежели пустое).
Проявление фантазии в случае иллюзии является очень зримым, благодаря ей мы
«воспринимаем» нечто такое, подобного чему в объективной действительности нет.
Однако отмечаются случаи с менее заметным влиянием. Под ними подразуме­
ваем практически незначительные модификации, сопутствующие всякому восприя­
тию. Достаточно разных лиц попросить описать один и тот же объект, даже такой,
который каждый из них воспринимает в день по несколько раз, чтобы убедиться, что
их восприятие в некоторых деталях безусловно отличается друг от друга. С увереннос­
тью можно сказать, что мы ничего не воспринимаем совершенно одинаково.
В классической психологии для объяснения этого факта обращались к понятию
апперцепции, то есть отмечали, что восприятие содержит не только ощущения, но и
представления, а поскольку каждый из нас имеет собственное, более или менее от­
личное прошлое и различный опыт в отношении предмета восприятия, постольку в
содержание восприятия этого последнего каждый из нас вносит собственные, отлич­
ные от других, представления.
Однако мы знаем, что восприятие не является мозаикой ощущений и пред­
ставлений. Подобная точка зрения могла возникнуть лишь на почве механистической
теории непосредственности. Нет! Восприятие переживается как целое, и, следова­
тельно, особое значение в нем должен выполнять именно такой же целостный про­
цесс; различие восприятия одного и того же предмета различными субъектами следу­
ет объяснить различием установок каждого из субъектов.




Узнадзе Д. Н.=Общая психология. — 413 с: ил. — (Серия «Живая классика»). - 2004 г.
Янко Слава (Библиотека Fort/Da) || http://yanko.lib.ru || slavaaa@yandex.ru || Icq# 75088656




379
Психология воображения

Но за счет чего создается это различие? Мы знаем, что установка предопреде­
лена двумя факторами — потребностью и объектом. В случае воздействия этих факто­
ров как будто всегда должна возникать одинаковая установка. Однако у субъекта есть
и прежние установки, одни — обычные, фиксированные, другие же — задержанные,
нереализованные, что и позволяет говорить о различии возникающей установки. Ес­
тественно, что каждая из этих вышеупомянутых установок всегда готова проявиться,
как только появится возможность этого, влияя тем самым на актуальное восприятие,
накладывая на него своеобразный отпечаток.
Помимо этого, иногда актуальная действительность не дает возможности по­
лучения завершенного, детализированного восприятия. Иногда даже раздражитель
намеренно подбирается так, чтобы пробудить фантазию, дабы она дополнила то, что
не дано объективно. Например, на театральных декорациях представлены лишь ос­
новные очертания — в виде леса, зданий, города, причем просто мазками, осталь­
ное же должна дополнить наша фантазия. Поэтому в подобных случаях говорят о «раз­
дражителе» фантазии; здесь фантазия дополняет восприятие.
Особенно интенсивно работает наша фантазия тогда, когда нам что-то расска­
зывают, когда мы слышим или читаем что-то. В литературных произведениях вне­
шность героев не всегда описана подробно, но у нас создается определенное пред­
ставление о каждом из них. Допустим, нам еще не приходилось бывать в Индии или
Китае, хотя наша фантазия рисует своеобразную картину этих стран, мы представля­
ем себе, какие города и села в Китае. Мы читали многие произведения какого-то
автора, но его фотографии не видели, тем не менее у нас все-таки складывается
определенное представление о его внешности; разумеется, зачастую наши представ­
ления могут совершенно не соответствовать действительности.
Мы отметили всего лишь несколько случаев своевольного вмешательства фан­
тазии в процесс восприятия и внесения ею в этот процесс своих элементов. Бесспор­
но, что это происходит гораздо чаще, а для изучения этого необходимы системати­
ческое наблюдение и анализ.

3. Фантазия в процессе памяти
Фантазия еще более часто вмешивается в процесс работы памяти. И это неуди­
вительно, ведь память не имеет дела с непосредственным воздействием действитель­
ности; она касается прошлого и должна отразить это прошлое. Следовательно, дей­
ствительность относительно отдалена от процесса, что открывает дорогу фантазии.
Поэтому понятно, что внести субъективные моменты в содержание восприятия го­
раздо труднее, нежели в содержание памяти, так как в первом случае функцию кон­
троля выполняет сама действительность, тогда как во втором — всего лишь субъект,
в частности, его убежденность в правильности воспоминания.
В психологии показаний неоднократно отмечалось пагубное влияние фанта­
зии на припоминание. Дело в том, что те тенденции, которые ухитряются оказать
свое влияние даже на процесс восприятия, в случае припоминания обретают осо­
бенно благоприятные условия. В данном случае действительность оказывает сопро­
тивление разве что в виде следа, оставленного восприятием в нашем сознании,
поскольку возможности непосредственного контроля она уже лишена. Поэтому у
человека в состоянии паники, например, от прошлого в памяти остается особенно
то, что соответствует такому его настрою. Более того, впечатления прошлого не­
произвольно претерпевают соответствующую данной установке модификацию, со­
здавая отчетливую картину опасности. То из прошлого, что хорошо согласуется с




Узнадзе Д. Н.=Общая психология. — 413 с: ил. — (Серия «Живая классика»). - 2004 г.
Янко Слава (Библиотека Fort/Da) || http://yanko.lib.ru || slavaaa@yandex.ru || Icq# 75088656




Глава десятая
380

этой картиной и способствует ее завершению, становится в памяти еще более от­
четливым и стойким, но плохо согласующееся с этой картиной либо совершенно
исчезает, либо видоизменяется надлежащим образом.
Влияние фантазии на воспоминания особенно зримо проявляется в случае по­
явления какого-либо момента, хотя бы незначительно действующего в направлении
фантазии. Например, в психологии показаний известно, сколь большое влияние ока­
зывают на показания наводящие вопросы. Достаточно субъекту задать хотя бы один
наводящий вопрос, согласующийся с некоторой из его тенденций, чтобы его пока­
зания развернулись именно в этом направлении.
Однако фантазия оказывает влияние не только на одну форму памяти — на
воспоминание. Нет, ее влияние более или менее сказывается на всех случаях работы
памяти. Хотя следует заметить, что из всех форм работы памяти наиболее благопри­
ятные условия для работы фантазии создает именно воспоминание. Знания, напри­
мер, являются менее личностными, более объективными, относительно более ин­
дифферентными, нежели воспоминания. Поэтому фантазия нигде не имеет столь
пагубного влияния, как в сфере исторической памяти.

4. Грезы
Однако когда человек отворачивается от действительности, не интересуясь бо­
лее взаимодействием с ней, то, разумеется, уже ничто не мешает беспрепятст­
венному, совершенно свободному развертыванию фантазии.
С особой полнотой фантазия реализуется во сне, и тогда мы действительно
имеем дело с завершенным видом фантазии. Сновидение с начала до конца представ­
ляет собой беспрепятственное проявление фантазии. Однако свободная работа фан­
тазии, которая по своей сути почти ничем не отличается от сновидения, иногда про­
является и в бодрствующем состоянии. Тут подразумеваются грезы: специфический
процесс, почти всегда сопутствующий работе бодрствующей психики и всегда гото­
вый занять ее место.
Активные отношения с действительностью, процесс решения более или ме­
нее важных жизненных задач требуют сохранения постоянного напряжения сил че­
ловека — задействования восприятия и внимания, памяти и мышления как актив­
ных операций. Однако длительное сохранение подобного положения требует сил,
которые не у всех людей одинаковы. Вообще же такое напряжение сил утомитель­
но, и как только действие этих наших активных сил ослабевает, мгновенно начи­
нается работа фантазии. Однако в данном случае фантазия не вмешивается в работу
этих активных функций, внося в их продукцию собственные, более или менее за­
метные элементы. Нет! Здесь фантазия работает самостоятельно, создавая обычно
совершенно независимые продукты, чаще всего не имеющие ничего общего с тем,
что составляет предмет работы наших активных сил. Психика переходит на режим
автономной, активно неупорядоченной работы — мы начинаем мечтать.
Одним из основных признаков грез является эгоцентричность их содержания.
В этом отношении они похожи на историческую память. Однако если эта последняя
касается прошлого Я, то мечтания подразумевают будущее, то есть то, что произой­
дет или может произойти в будущем, причем картины мечтаний касаются судьбы Я.
Поэтому понятно, что содержание мечтаний предопределено, с одной стороны,
желаниями субъекта и его опасениями и скромностью — с другой.
Чем сильнее наши желания и чем меньше возможность их удовлетворения
в условиях существующей реальности, тем легче мы, пользуясь любым предлогом,




Узнадзе Д. Н.=Общая психология. — 413 с: ил. — (Серия «Живая классика»). - 2004 г.
Янко Слава (Библиотека Fort/Da) || http://yanko.lib.ru || slavaaa@yandex.ru || Icq# 75088656

<< Пред. стр.

страница 57
(всего 62)

ОГЛАВЛЕНИЕ

След. стр. >>

Copyright © Design by: Sunlight webdesign