LINEBURG


<< Пред. стр.

страница 49
(всего 62)

ОГЛАВЛЕНИЕ

След. стр. >>





321
Психология мышления

а. ПОНЯТИЕ

1. Мысль и наглядность
Сегодня для нас совершенно очевидно, что мысли невозможно свести к на­
глядному содержанию. Несмотря на это, не менее очевидно и то, что сам себе не­
наглядный акт — мысль — безусловно связан с наглядными переживаниями, ведь,
как мы убедились выше, вне этой связи мышление невозможно. Однако единство
мысли и наглядного представления проявляется отнюдь не только в этом. Примеча­
тельно, что и само наглядное переживание со своей стороны — будь то восприятие
или представление — непременно связано с каким-либо ненаглядным элементом,
причем без этой связи невозможно ни восприятие, ни представление. И действи­
тельно, как известно, и восприятие, и представление обязательно подразумевает
какой-либо предмет — тот, что воспринимается или представляется, иначе ни вос­
приятие, ни представление не имеют ни смысла, ни значения. Следовательно, в
восприятии дано не только наглядное, чувственное содержание, в нем участвует
также ненаглядный акт подразумевания — вне ненаглядного переживания в сознании
человека не существует и наглядное содержание.
Однако в восприятии наличествует только элемент ненаглядной мысли. На­
пример, мы видим эту книгу как совершенно наглядную данность с определенной
формой, цветом, величиной... Книга в качестве предмета нашего восприятия пред­
ставляет собой определенную чувственную данность. Следовательно, то, что в вос­
приятии подразумевается через мысль — «его предмет» — переживается как на­
глядное, чувственное содержание; оно все еще всецело слито с этим наглядным
содержанием.
Однако на высшей ступени развития мышления мысль постепенно отдаляется
от наглядного содержания, формируясь, в конце концов, в ненаглядное пережива­
ние в виде понятия. Это, разумеется, не означает, что понятие совершенно не связа­
но с наглядностью, ведь выше мы убедились, что наглядное содержание выполняет
весьма существенную роль в процессе понятийного мышления.
Возникает вопрос: как это происходит? Каким образом предметом нашей мыс­
ли вместо наглядного содержания становится ненаглядное, отвлеченное содержание?
К каким операциям прибегает мышление для этого?

2. Понятие и общее представление
Понятие — основная форма понятийного мышления. Но что подразумевается
под понятием? Пока что, ориентировочно, можно сказать следующее: понятие пред­
ставляет собой смысл, значение каждого отдельного слова. Поэтому достаточно назвать
любое слово, неважно какое, и мы всегда будем иметь дело с понятием. Например,
дом, книга, единство, понятие... Однако слово является настоящим понятием только
формально, логически. Психологически же, то есть с точки зрения сознания каждого
отдельного человека, оно может иметь немного общего с понятием. Обратимся к при­
меру: допустим, мы предложили ученику нарисовать на доске круг, и он правильно
решил эту задачу. Означает ли данное обстоятельство, что у него имеется понятие
круга? Несомненно, что ученик знает значение слова. Следовательно, у него как буд­
то бы должно иметься и понятие. Однако не исключено и то, что под значением это­
го слова он подразумевает не понятие, а нечто другое, не являющееся понятием, но
в данном случае выполняющее его роль и представляющее собой его функциональ-




Узнадзе Д. Н.=Общая психология. — 413 с: ил. — (Серия «Живая классика»). - 2004 г.
Янко Слава (Библиотека Fort/Da) || http://yanko.lib.ru || slavaaa@yandex.ru || Icq# 75088656




Глава восьмая
322

ный эквивалент. Например, субъект может иметь так называемое «общее представле­
ние» о круге, вполне достаточное для правильного изображения данной фигуры.
В самом деле, ассоциативная психология не усматривала, в сущности, ника­
кой разницы между общим представлением и понятием. Необходимо выяснить, на­
сколько правомерен подобный взгляд.
Что такое общее представление? Лучше всего ответить на этот вопрос с пози­
ций ассоциативной психологии. Несомненно, что ученик видел достаточно много
фигур, именуемых «кругом», причем зачастую их цвет и величина очень различались,
но форма была всегда одинаковой. Поэтому вследствие частого, повторяющегося вос­
приятия этой формы в сознании субъекта закрепилось именно данное представление,
тогда как моменты, связанные с цветом и величиной, в силу своего непостоянства
остались в тени. Следовательно, в связи с тем, что называется «кругом», у субъекта
должно было выработаться представление, определенное в плане формы и неопреде­
ленное по другим своим качествам. Такое представление совершенно справедливо
именуется общим представлением. Действительно, разве можно его считать представ­
лением одного какого-то определенного круга? Ведь оно имеет лишь определенную
форму, тогда как цвет и величина остаются неопределенными. Выражаясь точнее, не
все составные части данного представления выражены одинаково четко, хотя как
образ оно является совершенно определенным. Не определено оно только функцио­
нально, и поэтому этот круг в зависимости от желания может быть и малым, и боль­
шим, и красным, и черным. И вот, когда нашему ученику предлагают нарисовать
круг, в его сознании, возможно, возникает именно это туманное или функциональ­
но неопределенное представление, позволяющее ему правильно выполнить задание.
Допустим, мы спросили ученика, что такое круг. Если он опирается на общее
представление круга, то его ответ будет приблизительно следующим: круг — это
круглая фигура. Стало быть, он назовет определенный признак круга как наглядно­
го образа. Можно ли считать, что у ученика имеется понятие круга? Для установле­
ния этого следует сопоставить данное им определение с определением, предлагае­
мым соответствующей наукой, в данном случае — геометрией, согласно которой
круг представляет собой замкнутую фигуру, ограниченную окружностью — линией,
все точки равноудалены от центра. Как видим, между этими определениями отме­
чается большая разница; в частности, в первом случае в качестве основного при­
знака названо одно из его чувственных свойств — округлость, тогда как во втором
случае эта роль возложена на соотношение между частями. В этом и состоит главное,
характерное различие между понятием и общим представлением, причем оно отме­
чается не только в данном частном случае, а во всех случаях вообще.
Однако, коль скоро это так, то есть если общее представление всегда постро­
ено на наглядном, чувственном материале, а понятие главным образом учитывает
соотношения, то очевидно, что и пути возникновения общего представления и поня­
тия должны быть существенно различными.
Как было показано выше, общее представление имеет по сути ассоциативное
происхождение. Само собой разумеется, что раз понятие представляет собой не на­
глядный образ, а постижение соотношений, то оно никак не может возникнуть пу­
тем ассоциаций, то есть механически. Понятие подразумевает активность субъекта,
лежащую в основе выделения, определенного отбора и фиксации соотношений.
Общее представление содержит в себе признаки, имеющиеся у всех предста­
вителей группы, то есть общие признаки. О понятии этого не скажешь, поскольку
оно содержит не общие признаки, а существенные признаки, то есть являющиеся




Узнадзе Д. Н.=Общая психология. — 413 с: ил. — (Серия «Живая классика»). - 2004 г.
Янко Слава (Библиотека Fort/Da) || http://yanko.lib.ru || slavaaa@yandex.ru || Icq# 75088656




323
Психология мышления

необходимыми и достаточными для всех объектов, входящих в это понятие. Очевид­
но, что выдвинуть эти признаки на передний план сознания ассоциативным путем
невозможно, ведь их нужно найти, отобрать и оценить, что возможно лишь на ос­
нове познавательной активности. Вне вмешательства целенаправленной активности
оценка познавательной ценности и существенности тех или иных признаков совер­
шенно исключена. Ассоциация для этой роли абсолютно непригодна.

3. Процесс формирования понятия
Как возникает понятие? В первую очередь следует подчеркнуть, что возник­
новению понятия всегда предшествует определенная познавательная задача. Общее
представление в этом не нуждается, но для понятия, как одной из форм познания,
это необходимо. Именно поэтому в содержание понятия входят не общие, а суще­
ственные признаки.
Как выяснилось из соответствующих экспериментов, в процессе выработки
понятия познавательная задача действительно имеет особое, решающее значение.
Дело в том, что весь процесс мышления, вызванный импульсом этой задачи, проте­
кает под ее влиянием и контролем; среди огромного количества моментов и призна­
ков, всегда присущих объекту познания, в сознание субъекта скорее прокладывают
себе путь свойства, увязанные именно с поставленной задачей. Это происходит пото­
му, что субъект рассматривает находящиеся в его распоряжении объекты с точки
зрения данной задачи, производя их взаимосопоставление именно с этой позиции.
Таким образом, принятие познавательной задачи, рассмотрение и сопоставле­
ние соответствующего материала в ее аспекте представляет собой первый шаг на пути
любого акта понятийного мышления. В зависимости от уровня нашей познавательной
подготовленности в результате сравнения рассмотренного материала на передний
план сознания выступают либо более, либо менее соответствующие признаки. От это­
го зависит качество выработанного понятия.
Хотя, конечно, до понятия еще далеко. Теперь необходимо, чтобы субъект ов­
ладел этими признаками с тем, чтобы в дальнейшем сумел их свободно использовать.
А это, в первую очередь, подразумевает разложение тех целостных представлений, в
которых даны эти признаки. Отныне субъект не нуждается более в целостном представ­
лении, то есть отражении объекта в целом; его интересуют лишь отдельные признаки,
сочтенные соответствующими задаче. Но для этого, то есть отбора определенных при­
знаков из целого и изолированного размышления над ними, требуется новая умственная
операция — так называемая «абстракция», или отвлечение.
Следует учитывать, что в случае абстракции всегда имеем дело с так называе­
мыми «признаками», то есть сторонами целостного объекта, реально существующими
лишь в самом объекте, которые, следовательно, должны быть признаны зависимыми
моментами. Для создания независимого представления об этих зависимых содержани­
ях нужно выделить их из той целостности, зависимыми моментами которой они яв­
ляются (это называют «позитивной абстракцией»), сумев, в то же время, пренебречь
самим целым со всеми его остальными моментами (так называемая «негативная аб­
стракция»).
Это как бы дает основание предположить, что абстракция представляет собой
одну из форм действия внимания. Но в действительности это не так. В результате кон­
центрации внимания предмет или его некие стороны обретают отчетливость и яс­
ность. Только и всего. В случае же абстракции речь идет не о ясности, а о выделении из




Узнадзе Д. Н.=Общая психология. — 413 с: ил. — (Серия «Живая классика»). - 2004 г.
Янко Слава (Библиотека Fort/Da) || http://yanko.lib.ru || slavaaa@yandex.ru || Icq# 75088656




Глава восьмая
324

целого независимой части или момента. Внимание дает ясное представление, тогда
как абстракция позволяет выделить частичный момент из целого. Конечно, для того,
чтобы выделить какой-либо момент из целого, необходимо иметь его ясное и четкое
представление, то есть абстракция требует внимания, хотя это не означает, что пер­
вое следует свести ко второму.
Итак, абстракция предоставляет возможность выделения всех признаков, оп­
ределяющих содержание понятия.
Однако процесс формирования понятия все еще не завершен. Дело в том, что
абстрагированные признаки в отдельности представляют собой зависимые моменты
какой-то целостности, изъятые в данный момент из нее и, следовательно, лишен­
ные своего субстрата, своего носителя. Для того, чтобы абстрагированные признаки
объединились в новую целостность, то есть превратились в понятие, нужно, чтобы
они приобрели некую наглядную опору, субстрат, который объективирует их, пре­
вратив тем самым в обычное явление действительности. Подобной опорой служит
слово. Абстрагированные, зависимые, изолированные моменты, объединяясь в слове,
превращаются в независимую целостность и становятся обычным явлениям действи­
тельности. Лишь после этого можно говорить о настоящем понятии.
Однако, значение акта наименования не будет понято правильно, если обра­
щать внимание только на факт объединения абстрагированных признаков в слово.
Решающее значение имеет скорее другой момент, а именно то, что слово позволяет
объективировать продукт нашего мышления — содержание понятия; именно через
слово мысль превращается в объективную данность. А это означает, что мысль и сло­
во сливаются в единое целое; слово и его содержание, его значение, то есть объеди­
ненные в нем абстрактные признаки, переживаются не в отдельности, а как единое
неразрывное целое. Поэтому когда мы слышим какое-либо слово — например, «круг» —
в нашем сознании тотчас же появляется представление самого круга, а не комплекс
звуков. Слово и его значение настолько прочно взаимосвязаны и настолько неразрыв­
но слиты друг с другом, что ребенок, например, на определенном этапе своего раз­
вития не видит никакой разницы между предметом и его названием; тот же круг,
допустим, является для него не словом, а самой фигурой.
Таким образом, понятие представляет собой слитное единство слова и объеди­
ненного в нем содержания. Естественным следствием этого является то, что значе­
ние слова — объединенное в нем и с ним содержание — становится для всех оди­
наковым, подобно самому слову; иными словами, слово и его содержание, то есть
понятие, осмысливается всеми одинаково. Поэтому наглядное, чувственное содер­
жание, а также представления, символические схемы и иллюстрации, всегда обна­
руживающиеся в процессе понятийного мышления, но всегда имеющие более или
менее индивидуальный характер, в конечном счете никогда не остаются в содержа­
нии понятия. Содержание настоящего понятия всегда очищается от этой чувствен­
ной примеси, формируясь исключительно в виде определенной мысли. Между прочим,
этим объясняется столь важная роль слова в общении людей.
Возникает вопрос; как происходит акт наименования? Как происходит слия­
ние слова и его значения?
Во-первых, старый взгляд, согласно которому слово связано со своим содер­
жанием ассоциативно, сегодня можно считать уже преодоленным. В результате соот­
ветствующих опытов выяснилось, что ассоциативная связь между звуковыми комп­
лексами и определенными объектами в принципе не способна превратить звуковой
комплекс в название объекта — на этой почве звук, в лучшем случае, может приоб-




Узнадзе Д. Н.=Общая психология. — 413 с: ил. — (Серия «Живая классика»). - 2004 г.
Янко Слава (Библиотека Fort/Da) || http://yanko.lib.ru || slavaaa@yandex.ru || Icq# 75088656




325
Психология мышления

рести значение сигнала. Зато, как оказалось, важнейшим фактором слияния слова и
его значения, окончательного формирования понятия является необходимость соци­
ального контакта, потребность во взаимопонимании. В процессе общения звуковой
комплекс превращается в настоящее слово, приобретая значение в процессе взаимо­
отношений людей. Как это происходит, особенно ясно видно при рассмотрении вто­
рого, более обычного пути формирования понятия.

4. Понимание понятия
Формирование понятия происходит отнюдь не всегда так, как описано выше.
Этот путь обязателен лишь тогда, когда перед нами стоит задача выработки нового
понятия. Однако гораздо чаще понятия уже сформированы и существуют слова, при­
нятые для их обозначения. Но, допустим, мы не знакомы с этими понятиями и не
понимаем их значения. Иначе говоря, они представляют для нас всего лишь звуко­
вые комплексы, а не настоящие понятия. Возникает вопрос: как происходит овладе­
ние этими понятиями? Каким образом звуковые комплексы приобретают значение?
Как они превращаются для нас в настоящие понятия?
В соответствии с существующими по данному вопросу экспериментальными
исследованиями, положение дел можно представить примерно следующим образом:
определенное слово в качестве понятия употребляется в определенных условиях,
применительно к определенным объектам. Когда мы именно на этих условиях обща­
емся с кем-либо, нам необходимо не только правильно понять данное слово, но и
правильно употребить его, ведь в противном случае наш контакт не состоится. Это
вынуждает нас во всех частных случаях употребления данного слова обращать внима­
ние на то, применительно к чему оно употребляется и, следовательно, каким долж­
но быть его значение. Это обстоятельство позволяет нам, прежде всего, постичь об­
щее, все еще нерасчлененное значение данного слова.
Разумеется, полное понимание значения данного слова еще не достигнуто,
понятия пока еще нет. Зато понимание этого общего значения позволяет нам самим
употреблять данное слово, подмечая, насколько и когда оно оказывается понятным
для других. В зависимости от реакции других людей в различных случаях употребле­
ния данного слова мы вынуждены уточнять свои наблюдения, с тем чтобы, наконец,
постичь истинное значение, подразумеваемое под данным словом.
Этот момент представляет собой критический момент постижения понятия.
До сих пор слово и его возможное значение были взаимосвязаны лишь внешне. Это­
му всегда сопутствует переживание некоторой неточности, допущение того, что ис­
тинное значение данного слова может быть иным. Сейчас же вдруг возникает со­
вершенно своеобразное переживание, будто бы мы что-то открыли — для нас вдруг
становится очевидным, что значение слова заключается именно в этом, и оно уже
не может быть иным. Возникает типичное ага-переживание, при котором в единый
миг сливаются слово и его значение, превращаясь в одно неразрывное целое. Сей­
час связь между ними переживается уже не случайная и внешняя, а существенная
и внутренняя. Только теперь можно сказать, что мы поняли понятие и по возмож­
ности можем изложить его содержание.
Но что мы тем самым приобрели? Что дает нам понятие?
Следует особо подчеркнуть, что отношения между понятиями отнюдь не явля­
ются индифферентными — они взаимоувязаны тесным и закономерным образом,
создавая в совокупности определенную систему. Понятия представляют собой отра-




Узнадзе Д. Н.=Общая психология. — 413 с: ил. — (Серия «Живая классика»). - 2004 г.
Янко Слава (Библиотека Fort/Da) || http://yanko.lib.ru || slavaaa@yandex.ru || Icq# 75088656




Глава восьмая
326

жение диалектического единства явлений объективной реальности, и понятно, что
изолированных, не связанных с другими, понятий не существует. Допустим, перед
нами находится какой-то предмет или явление — например, замкнутая линия. Если
окажется, что ей присущи признаки, входящие в понятие окружности, мы без со­
мнений признаем ее окружностью. Тем самым мы отведем этой замкнутой линии оп­
ределенное место в нашей системе понятий. Это означает уяснение отношения дан­
ной фигуры ко множеству других явлений действительности, что предопределено
местом, занимаемым понятиями круга и окружности в нашей системе понятий. Мы
уже будем знать, чему равен периметр круга (2?r) и пр., то есть знать всю геометрию
данной фигуры; если же у нас есть и тригонометрические понятия, тогда мы еще
более ясно и четко представим место данной фигуры в действительности, будем знать
о ней еще больше.
Таким образом, понятия выполняют огромную роль в процессе познания дей­
ствительности, предоставляя возможность учитывать место, занимаемое каждым от­
дельным, частным явлением в системе действительности, и уяснить его связи с дру­
гими явлениями мироздания.



б. СУЖДЕНИЕ

1. Суть суждения
В конкретных случаях мышления понятие никогда не встречается отдельно. Его
содержание непременно раскрывается в системе суждений, поэтому обычно оно свя­
зано с актами рассуждения. Как справедливо отмечает Бюлер, естественным место
понятия является суждение.
Но что такое суждение? Предварительно можно сказать следующее: если лю­
бое слово можно считать понятием, то аналогичным образом можно сказать: сужде­
ние есть то, что словесно дано в виде предложения. Например, предложение «сумма
углов треугольника равна 180°» — является суждением.
Внимательно присмотревшись к данному предложению, нетрудно убедиться,
что здесь в связи с объектами мы нечто утверждаем, а именно то, что между суммой
углов треугольника и 180° существует определенное соотношение — соотношение
тождественности. Так происходит и во всех других случаях, то есть суждение всегда
касается соотношения; в нем всегда подразумевается два члена, два понятия (субъект —
подлежащее и предикат — сказуемое); в суждении утверждается наличие определен­
ного соотношения между этими понятиями. Суждение представляет собой познание
соотношения между двумя содержаниями. Познание существующих в действительности
связей, то есть соотношений, возможно лишь с помощью суждений. Поэтому понят­
но, что естественным проявлением мышления считается суждение.

2. Восприятие соотношения и суждение
Но ведь иногда соотношения даны и непосредственно. Мы знаем, что соот­
ношение можно также воспринять. Так в чем же разница между восприятием соотно­
шения и суждением? Ответить на данный вопрос нетрудно, вспомнив о существова­
нии определенного взаимоотношения между восприятием и мышлением. Мышление —
вторичный процесс, основывающийся на восприятии и подразумевающий повторное,




Узнадзе Д. Н.=Общая психология. — 413 с: ил. — (Серия «Живая классика»). - 2004 г.
Янко Слава (Библиотека Fort/Da) || http://yanko.lib.ru || slavaaa@yandex.ru || Icq# 75088656




327
Психология мышления

сознательное, активное отражение данного через восприятие содержания. Восприятие
двух равных линий, например, еще не означает, что мы утверждаем их равенство, для
этого необходимо воспринятое равенство превратить в предмет повторного наблюде­
ния, намеренно сравнить эти две линии, чтобы удостовериться, что между ними дей­
ствительно существует соотношение равенства. Лишь после этого мы будем иметь пра­
во говорить о суждении — путем активного сопоставления мы убедились, что между
ними действительно существует соотношение равенства.
Для суждения характерна именно убежденность в фактическом существовании
определенного соотношения, тогда как в переживании восприятия вопрос о том,
правильно это или не правильно, никогда специально не ставится. Восприятие само
по себе в сущности никогда не дает ответа на заранее поставленный вопрос, тогда
как для мышления характерным является именно это. Поэтому понятно, что настоя­
щее суждение в качестве ответа на вопрос всегда содержит в себе переживание уве­
ренности в своей правоте, убежденности в действительном существовании отмечен­
ного соотношения.
Логически объективная истинность суждения и уверенность совпадают друг с
другом; с точки зрения логики мы можем быть уверены лишь в том, что объективно
истинно. Поэтому логику интересует суждение постольку, поскольку оно представля­
ет собой форму познания истины. Для нее не имеет никакого значения то, уверен ли
субъект в истинности суждения, ведь логика интересуется лишь объективной истин­
ностью суждения, а то, как это суждение переживается тем или иным субъектом,
выходит за рамки ее интересов.
Зато психология интересуется именно этим переживанием — для нее главным
является переживание суждения, а не истинность его содержания. А в переживании
суждения, как было показано, основным является уверенность субъекта в действи­
тельном существовании установленного им соотношения, в истинности его суждения.
Одним словом, логика интересуется объективной истинностью суждения,
а психология — субъективным переживанием. Поэтому основной проблемой психо­
логии суждения является вопрос уверенности.


<< Пред. стр.

страница 49
(всего 62)

ОГЛАВЛЕНИЕ

След. стр. >>

Copyright © Design by: Sunlight webdesign