LINEBURG


<< Пред. стр.

страница 42
(всего 62)

ОГЛАВЛЕНИЕ

След. стр. >>

иначе. Обычно, встречая знакомого, мы с ним здороваемся. Но, допустим, случи­
лось так, что на сей раз знакомый не поздоровался. Но когда свидетеля спрашивают
об этом, он обычно с уверенностью говорит, что знакомый вначале поздоровался,
а затем завел беседу. Такие ошибки встречаются часто. Причина этого, наверное,
состоит в том, что на будничное и повседневное мы в общем обращаем меньше
внимания, поскольку это заведомо подразумевается. А когда вопрос касается их при­
поминания, то понятно, что память восполняет пробелы восприятия в привычном
направлении (см. выше опыты Вульфа).
Но если случай или факт грубо противоречит обычному, тогда это обстоятель­
ство обращает на себя особое внимание, следовательно, такие случаи должны запо­
минаться особенно хорошо. В действительности же и это обстоятельство не является
благоприятным для памяти. Дело в том, что необычное, редкое в памяти еще более
подчеркивается, и, когда встает вопрос о его припоминании, оно действительно
предстает в виде и вправду излишне необычного, редкого. Данный фактор является
еще более действенным, если необычный факт носит эмоциональный характер —
испытанная опасность в воспоминании преувеличивается; если кто-то сделал нам
доброе дело, то со временем его поступок в наших глазах идеализируется.
Д. На правильность показаний влияют также тенденции интеллектуального,
эстетического и речевого оформления содержания. Дело в том, что мы ничего не за­
поминаем без соответствующей переработки. Если мы что-нибудь должны запомнить,
то оно, прежде всего, либо заведомо не должно противоречить нашей логике, либо в
последующем перерабатывается таким образом, чтобы стать понятным. Одним сло­
вом, необходима логификация материала памяти. Данное обстоятельство иногда вно­
сит довольно значительные изменения в материал памяти, причем незаметно для
самого субъекта.
Штерн приводит следующий пример: испытуемым предложили описать кар­
тинку, на который был изображен момент переезда с одной квартиры на другую.
Это была грузовая машина, нагруженная предметами домашнего обихода; на маши­
не стоял пустой диван, на котором сидела женщина. Через определенное время один
из испытуемых в своих показаниях, рассказывая о женщине, сказал, что она сиде­
ла на ящике. Как видно, образ женщины хорошо запечатлелся в его памяти, но он
уже не помнил, на чем она сидела. Но поскольку она должна была на чем-то си­
деть, то у испытуемого возникло представление ящика.




Узнадзе Д. Н.=Общая психология. — 413 с: ил. — (Серия «Живая классика»). - 2004 г.
Янко Слава (Библиотека Fort/Da) || http://yanko.lib.ru || slavaaa@yandex.ru || Icq# 75088656




Психология восприятия 275

Не меньшее влияние оказывают тенденции эстетического и, особенно, словес­
ного выражения. Когда кто-то дает показания о каком-то событии, он невольно при­
украшивает его, тем самым более или менее искажая реальную картину. Особенно
опасно, когда субъект повторно дает те же показания, поскольку при повторении он
скорее вспоминает свои слова, нежели то, что произошло. И может случиться, что
при третьем и четвертом допросах он повторит свои слова уже в измененном значе­
нии, оставив в некоторых случаях словесную форму неизменной, но вложив в нее
совершенно иной смысл.
Е. Особенно много опытов посвящено выявлению биологических факторов по­
казаний. Оказалось, что значительную роль выполняет возраст. Выше мы отметили,
сколь подвержен внушению ребенок. Согласно материалам Штерна, в 7-летнем воз­
расте коэффициент внушения наводящих вопросов составляет 50%, а в последую­
щем возрасте — 20%. Однако особенно примечательно то, что в период полового
созревания внушаемость вновь заметно возрастает. Отсюда, по словам Штерна, вы­
текает определенный практический вывод: использование подростка в качестве сви­
детеля весьма опасно. Во всяком случае, допрос подобного свидетеля без консуль­
тации с психологом весьма опасен.
Что касается половых различий, то они, как видно, значения не имеют. Ре­
зультаты экспериментальных исследований не говорят в пользу ни одного из полов.
Во всяком случае, нет оснований думать, что пол представляет собой специфичес­
кий фактор, влияющий на правильность показаний.
Ж. Клапаред обратил внимание на один значительный фактор; в частности, на
правильность показаний может влиять сам объект; следовательно, можно поставить
вопрос о большей или меньшей благоприятности объекта с данной точки зрения,
так как не исключено, что некоторые вещи человек забывает легче, а другие — труд­
нее. Во всяком случае, одно, по крайней мере, очевидно — на одни объекты человек
обращает внимания меньше, а другим уделяет больше внимания. Согласно исследо­
ванию Клапареда, например, правильные показания в связи с окном, которое ви­
дишь ежедневно, констатируются лишь в 15% случаев.



Теории памяти
1. Два теоретических вопроса
В психологии памяти, наряду с эмпирическими исследованиями, всегда сто­
яла необходимость проведения обобщающей теоретической работы для осмысления
особенностей отдельных явлений памяти и их объединения в единое понятие.
Фактический материал по памяти особенно ставил два вопроса, которые с
точки зрения понятия памяти имели основное теоретическое значение и ответ на
которые может носить только лишь гипотетический характер. Один вопрос касается
ряда факторов памяти, указывающих на то, что любое впечатление с момента вос­
приятия до момента его репродукции каким-то образом сохраняется так, что в те­
чение всего этого времени его не видно, то есть оно имеет период скрытого, или
так называемого «латентного», существования. Вопрос касается именно этого: как и
в каком виде существует впечатление в течение этого скрытого периода? Тот факт,
что оно действительно продолжает существовать, сомнения не вызывает, иначе его
появление в момент репродукции было бы совершенно непонятным.




Узнадзе Д. Н.=Общая психология. — 413 с: ил. — (Серия «Живая классика»). - 2004 г.
Янко Слава (Библиотека Fort/Da) || http://yanko.lib.ru || slavaaa@yandex.ru || Icq# 75088656




Глава седьмая
276

Второй вопрос не носит столь общего характера, как первый; он касается фор­
мы относительно развитой, психической памяти и подразумевает следующее бес­
спорное обстоятельство: при репродукции мнемического представления, когда мы
что-либо узнаем, вспоминаем или припоминаем, мы внутренне убеждены, что не
ошибаемся, что наше воспоминание касается именно того, что нужно. На высшей
ступени своего развития это внутреннее убеждение проявляется в виде развернутого
суждения — то, что сейчас является предметом воспоминания, есть то, что мы ког­
да-то восприняли. Одним словом, вспоминая что-либо, мы обычно и переживаем
это, то есть объективному действию памяти сопутствует и переживание того, что
работает именно память, то есть память переживается как таковая.
Естественно возникает вопрос: что лежит в основе этого? Каким образом пред­
мет репродуцированного содержания, то есть что вспоминается сейчас, отождеств­
ляется с предметом прошлого восприятия? Как происходит эта идентификация? Что
лежит в основе внутреннего убеждения, сопутствующего этой идентификации?
Любая более или менее удовлетворительная теория памяти должна учитывать
эти два вопроса, но при этом ответ на них должен основываться на едином принципе.

2. Теория следа
Наиболее ранней и распространенной из существующих теорий памяти явля­
ется по существу теория следа. Основное положение данной теории состоит в следу­
ющем: впечатление — но лишь в виде оставляемого им «следа» — существует в тече­
ние всего латентного периода; репродукция есть не что иное, как проявление доселе
скрытого «следа».
Данный «след» различные исследователи представляют по-разному. Для одних
это — проторенный путь, для вторых — рост возбуждения в определенном направле­
нии, для других — физико-химическое изменение, для некоторых — бессознательное
представление (Гербарт, Фрейд). Однако это различие взглядов принципиального зна­
чения не имеет. По основному вопросу здесь отмечается полная согласованность: дей­
ствует раздражитель — появляется восприятие; далее оно затухает, но продолжает су­
ществовать скрытым образом — в виде следа; в надлежащих условиях оно возникает
вновь, и тогда говорят о воспоминании или припоминании.
Невзирая на то, что данная теория на первый взгляд кажется весьма убеди­
тельной, принять ее полностью невозможно. Она основательно противоречит всем
тем результатам, которые считаются несомненным достоянием современной экспе­
риментальной психологии. Выше мы уже убедились, что репродуцированное пред­
ставление — воспоминание ни в коем случае не является точным отражением или
копией первичного процесса — восприятия, поэтому говорить о сохранении продук­
та первичного процесса в неизменном виде невозможно. Следовательно, в данном
смысле теория следа неприемлема.
Попытка представителей гештальтпсихологии пересмотреть теорию следа и тем
самым спасти ее также представляется безуспешной. Кёлер и Коффка говорят о ди­
намике «следов», их автономном изменении соответственно с определенными цело­
стными динамическими закономерностями — закономерностями гештальтизации,
проявляющимися при восприятии. Однако, невзирая на попытки Коффки свести
даже осознание Я к определенному комплексу «следов», участвующему в процессе
взаимодействия следов, теория следа и в этой новой редакции остается чисто меха­
нистической концепцией.




Узнадзе Д. Н.=Общая психология. — 413 с: ил. — (Серия «Живая классика»). - 2004 г.
Янко Слава (Библиотека Fort/Da) || http://yanko.lib.ru || slavaaa@yandex.ru || Icq# 75088656




277
Психология восприятия

Обновленная теория следа — это очевидное выражение теории непосредствен­
ности, исключающей по существу понятие активной личности — понятие Я: след
действует на след, и таким образом протекают все важнейшие психические процес­
сы, строящиеся на базе взаимоотношений представлений. А субъект, Я по существу
остается в стороне. Правда, он — тот, кто вспоминает и действует, но, тем не ме­
нее, он — всего лишь арена, на которой происходит припоминание и протекает
процесс действия — без его участия, самопроизвольно, совершенно автономно.
Очевидно, что подобная концепция не может считаться удовлетворительной,
так как резко противоречит развитию фактов памяти, рассмотренных выше. В случае
человека говорить об автономности, спонтанных мнемических процессах можно раз­
ве что условно, ведь для человека специфическими являются высшие формы памя­
ти, в которых решающая роль принадлежит воле активной личности.

3. Теория Мюллера
Почему предмет воспоминания мы считаем тем же, который однажды уже
был предметом нашего переживания? Что лежит в основе этого убеждения? Понятие
«следа» на этот вопрос ответа не дает, поэтому сторонники данной теории были
вынуждены разработать специальные теории.
Мюллер предпринял попытку решить данный вопрос экспериментально. По его
мнению, существуют определенные «критерии» воспоминания, лежащие в основе на­
шего убеждения в том, что наша память не ошибается. Этими критериями являются:
1) когда во время акта припоминания нам ничего, кроме одного представления, на
ум не приходит — это ложится в основу нашего убеждения, что воспоминание явля­
ется правильным; 2) второй критерий — быстрота репродукции представления; коль
скоро вспоминается безальтернативно, быстро, это и есть то, что должно быть:
3) третий критерий — ясность и отчетливость; 4) большую роль выполняет также пол­
нота представления — вспоминаются связанные с первым представлением моменты.
Мюллером собран весьма примечательный экспериментальный материал, до­
казывающий, что данные свойства воспоминания действительно имеют значение
в процессе консолидации нашего воспоминания. Поэтому не учитывать их нельзя. Од­
нако существуют и исследования, не всегда дающие аналогичный результат; в част­
ности, бывают случаи, когда репродуцированное представление данных свойств не
имеет, хотя при этом присутствует полная убежденность в правильности воспомина­
ния. Помимо этого, существуют доводы, позволяющие предположить, что свойства
представления, считающиеся по теории Мюллера критериями воспоминания, имеют
вторичное, а не первичное происхождение, то есть они не предшествуют убежденно­
сти в правильности воспоминания, а сопутствуют ему. Во всяком случае, известны
наблюдения, когда некоторые свойства представления, сочтенные данной теорией
критериями воспоминания, например ясность и отчетливость, появляются лишь пос­
ле уяснения природы представления.
Особенно сомнительным моментом теории Мюллера является то, что все ре­
шает механика представлений — представления появляются и исчезают, являются
носителями тех или иных свойств, и все зависит именно от этих свойств. Субъекта
нигде не видно, он не принимает никакого участия в своей убежденности или ее
отсутствии, все зависит от автономного хода представлений.




Узнадзе Д. Н.=Общая психология. — 413 с: ил. — (Серия «Живая классика»). - 2004 г.
Янко Слава (Библиотека Fort/Da) || http://yanko.lib.ru || slavaaa@yandex.ru || Icq# 75088656




Глава седьмая
278

4. Теория ассоциации
Теория Мюллера представляет собой, по существу, своеобразный частный слу­
чай использования теории ассоциаций. В общем данная теория всегда играла большую
роль, но нам достаточно ограничиться ее кратким рассмотрением.
Согласно теории ассоциации, то или иное представление приобретает при­
знак воспоминания благодаря тому, что оно пробуждает то или иное знакомое пред­
ставление. Например, Леман поручал своим испытуемым узнать тот или иной запах.
Оказалось, что в случае правильного узнавания представление запаха, как прави­
ло, вызывало в сознании либо представление его названия, либо какое-либо другое
представление, что как будто и ложилось в основу узнавания. Вывод был следую­
щий: то или иное представление признается представлением воспоминания лишь в
том случае (у нас возникает чувство правильности этого воспоминания), когда оно
ассоциативно вызывает какое-либо другое представление.
В противовес данной теории высказывается следующее соображение: допус­
тим, представление воспоминания действительно вызвало некое знакомое представ­
ление, например, представление названия. Каким образом это представление назва­
ния позволяет нам понять, что репродуцированное представление нам знакомо, до
тех пор пока не узнаем его само как представление названия определенного содержа­
ния? Ведь нужно узнать и его? В данном случае также нужно иметь внутреннюю убеж­
денность в том, что слово, пришедшее сейчас на ум, и есть название этого, а не
простой набор звуков!
Помимо этого, как из клинических наблюдений, так и из экспериментальных
исследований известно, что у человека может быть сохранена способность репродук­
ции, у него появляются представления, но при этом у него отсутствует переживание
того, что это — репродукция, то есть он считает данные представления не воспоми­
нанием, а совершенно новыми представлениями. По наблюдению Клапареда, боль­
ная, которая уже 15 лет лежала в больнице, была убеждена, что она совсем ничего
не помнит из своего прошлого. В действительности же у нее возникали представле­
ния, дающие несомненную репродукцию прошлых переживаний, хотя самой боль­
ной они казались совершенно новыми представлениями.


5. Теория установки
Решение проблемы памяти на основе механистических позиций невозможно.
Здесь также следует отказаться от догмы непосредственности, и при попытке реше­
ния проблемы особое внимание уделить выяснению роли личности. К сожалению,
следует отметить, что исследования в данном направлении практически отсутствуют,
и у нас имеются лишь гипотетические соображения, на основе которых в будущем
должны быть развернуты исследования.
Вопроса о том, что лежит в основе памяти, мы уже касались выше. Мы зна­
ем, что в случае восприятия у личности возникает определенная установка, на ос­
новании которой и строится восприятие. Установка дана не в виде некоего содер­
жания сознания, это — модус субъекта как целостного существа, это — настрой
субъекта в том или ином конкретном случае. Поэтому возникшее на основе опреде­
ленной установки содержание сознания может быть уничтожено, исчезнуть, однако
установка остается. Следовательно, возможно, что восприятия в сознании уже нет,
то есть мы уже не видим определенный предмет, однако соответствующая ему уста­
новка у нас не исчезает. Это означает, что на протяжении латентного периода па-




Узнадзе Д. Н.=Общая психология. — 413 с: ил. — (Серия «Живая классика»). - 2004 г.
Янко Слава (Библиотека Fort/Da) || http://yanko.lib.ru || slavaaa@yandex.ru || Icq# 75088656




279
Психология восприятия

мяти переживания прошлого существуют не в виде «следа» или бессознательного
представления, а в виде установки.
Однако, по сути, разве это не одно и то же? Разве в этом случае не остается
в силе теория следа, или инерции? Разве этим сказано больше, чем то, что так на­
зываемый «след» памяти представлен в виде установки?
Утверждая, что установка продолжает существовать в течение латентного пе­
риода, следует помнить, что здесь речь идет о существовании установки. Ее же суще­
ствование в корне отличается от существования следа. Установка — это состояние
субъекта, модус его существования, следовательно, утверждение о существовании
установки может означать лишь то, что продолжает существовать определенный мо­
дус субъекта, сам субъект как определенный, определенным образом настроенный
субъект. Разумеется, в течение латентного периода памяти данная установка не пред­
ставлена в актуальном виде, становясь таковой лишь в момент репродукции. Но, тем
не менее, безусловно существует субъект, являющийся ее носителем, который уже
не совсем такой, каким был до возникновения у него под воздействием актуального
впечатления установки, в соответствии с которой он уже изменился. Существование
же подобного субъекта означает, что установка не исчезла, а будет существовать до
тех пор, пока существует видоизменившийся в соответствии с нею субъект. Поставь­
те сейчас субъекта в соответствующие его установке условия. Разве возможно, чтобы
он действовал так, как другой, у которого подобной установки никогда не было, или
как бы действовал он сам прежде, когда еще не был изменен в направлении этой
установки? Разумеется, нет. В данных условиях он будет действовать как субъект, име­
ющий определенную установку, то есть произойдет актуализация его установки.
Следовательно, мы имеем полное право говорить о сохранении, продолжении
существования установки даже тогда, когда данная установка не актуальна. Однако
это сохранение, продолжение существования не похоже на сохранение «следа» совер­
шенно отдельных переживаний, представляя собой продолжение существования са­
мого субъекта как претерпевшего изменения в определенном направлении, как об­
ладателя определенных диспозиционных возможностей.
Само собой разумеется, что в данном случае совершенно невозможно говорить
о сохранении прошлого переживания или его следа в неизменном виде и его после­
дующем обновлении. Здесь в момент репродукции пробуждается не «след» какого-
либо частного переживания, представая в неизменном виде, а реакцию дает опреде­
ленным образом настроенный субъект, живущий в настоящем и находящийся под
решающим воздействием этого настоящего, установка которого сохранена в комп­
лексе с установками настоящего, а не как некий незыблемый, отдельный объект.
Одним словом, старая установка существует в качественном единстве с установками
настоящего. Поэтому понятно, что ее существование не имеет ничего общего с су¬
шествованием отдельного «следа» или «бессознательного представления».

6. Основа убежденности
После этого нетрудно ответить и на второй основной вопрос теории памяти.
А это — новый и несомненно важный довод в пользу нашей гипотезы, ведь пра­
вильной теории памяти надлежит решить оба основных вопроса, исходя из одного
и того же принципа.
И действительно, каким образом мы узнаем репродуцированное представление?
Каким образом мы в этом случае внутренне убеждены, что это — именно то, что было
пережито и прежде? Что лежит в основе этой убежденности? Имей мы прошлое пере-




Узнадзе Д. Н.=Общая психология. — 413 с: ил. — (Серия «Живая классика»). - 2004 г.
Янко Слава (Библиотека Fort/Da) || http://yanko.lib.ru || slavaaa@yandex.ru || Icq# 75088656




Глава седьмая
280

живание перед глазами, что позволило бы сопоставить, сравнить с ним репродуциро­
ванное представление, было бы легко понять, является ли это репродуцированное
представление тем же самым, что и прошлое переживание, то есть действительно ли
оно является воспоминанием. В случае совпадения нашего представления с прошлым
переживанием у нас безусловно появилось бы переживание соответствия — полная
убежденность в том, что мы действительно имеем дело с фактом воспоминания. В про­
тивном же случае, конечно, репродуцированное представление нам, подобно паци­
ентке Клапареда, показалось бы не репродукцией, а совершенно новым переживани­
ем. Однако, как известно, переживание прошлого и его репродукция в памяти почти
никогда не совпадают, иногда между ними нет достаточного сходства, а иногда случа­
ется и так, что абсолютно новое представление переживается репродукцией прошло­
го, как в случае парамнезии («deja vu»). Следовательно, если бы прошлое переживание
действительно сохранялось в неизменном виде, а репродуцированное представление
сопоставлялось именно с ним, то случаи парамнезии не возникали бы никогда. Как
видно, переживание воспоминания возникает в довольно необычных условиях: имею­
щееся в памяти представление мы признаем репродукцией и у нас появляется мнеми­
ческая убежденность даже тогда, когда прошлое переживание не только не очень-то
походит на самого себя, но иногда дает совершенно отличную от этого прошлого пе­
реживания картину. Факт переживания воспоминания имеет место и в таких парадок­
сальных условиях. Но возможно ли как-то объяснить это?
К счастью, это не невозможно. Предложенное нами понятие установки пол­
ностью отвечает данному условию. И действительно, репродуцирует, вспоминает
что-либо субъект, за которым, как известно, стоит его прошлое, однако не в виде
переживания, испытанного им в действительности, или его следа, а надлежащей
установки; старое переживание продолжает существовать в виде не переживания,
а установки, и именно это имеет решающее значение. Репродуцированное представ­
ление противопоставляется не представлению переживания или восприятия прошло­
го, а установке. Следовательно, соответствуя этой установке, оно, тем самым, со­
ответствует прошлому и является репродукцией прошлого, но так, что при этом не
является зеркальным отражением, неизменной копией прошлого переживания. Не­
удивительно, что в этих условиях для возникновения мнемического переживания,
чувства мнемической убежденности совершенно не обязательно, чтобы репродукция
была полным повторением оригинала; вполне возможно, чтобы это переживание
возникло и в случае полного несоответствия старого и нового переживания, как это
происходит при парамнезии.
Таким образом, чувство убежденности, чувство воспоминания возможно по­
тому, что прошлое впечатление продолжает существовать не в виде отдельного пере­
живания или его следа, а установки.




Заболевания памяти
1. Гипермнезия
Существует три патологических формы действия памяти: гипермнезия, гипо¬
мнезия и парамнезия. Рассмотрим вкратце каждую из них.
Гипермнезия проявляется в избыточной возбужденности памяти. Она в общем
встречается редко и еще недостаточно хорошо изучена. Нельзя сказать, что случаи




Узнадзе Д. Н.=Общая психология. — 413 с: ил. — (Серия «Живая классика»). - 2004 г.
Янко Слава (Библиотека Fort/Da) || http://yanko.lib.ru || slavaaa@yandex.ru || Icq# 75088656

<< Пред. стр.

страница 42
(всего 62)

ОГЛАВЛЕНИЕ

След. стр. >>

Copyright © Design by: Sunlight webdesign