LINEBURG


<< Пред. стр.

страница 24
(всего 33)

ОГЛАВЛЕНИЕ

След. стр. >>

выков дело тоже обстоит просто. Очень многие из движений и
действий нам приходилось сотни раз видеть с самого детства.
Начинающий обучаться езде на двухколесном велосипеде сам в
детстве ездил на трехколесном, где применяется много сходных
движений Для спортивно-гимнастических и трудовых движений
мы очень часто имеем к нашим услугам показ со стороны педа­
гога или тренера, сопровождаемый вдобавок пояснениями и раз­
бором сложного движения по элементам. И все же в отношении
двигательного состава нам непременно приходится деятельно
преодолевать целый ряд затруднений.

214
Прежде всего так бывает при осваивании нового умения
самоучкой. Здесь иногда много труда уходит на прямое изобре­
тательство по части двигательного состава. Робинзон на своем
острове, горько сожалевший о том, что в молодости пренебрегал
приглядыванием к простым, ремеслам, тратил массу времени и
сил на постижение основных двигательных премудростей горшеч­
ного, портняжного или столярного дела. Однако затруднений не­
мало и не для одних самоучек. В прыжке с шестом, например,
есть много таких молниеносных и неуловимых глазом подроб­
ностей движения, что их не разглядеть и на десятках показов.
Многое из того, что и удается подметить, не легко отнести к
своему собственному телу: придать, например, руке или тулови­
щу именно ту позу и поворот, которые сумел увидеть у педа­
гога. Затем телосложение каждого, его мускулатура, а тем бо­
лее строение и степени развития его мозговых уровней так
разнообразны и неповторимы, что уже тогда, когда навык в об­
щих чертах освоен, каждый учащийся очень многое приписывает
в двигательном составе навыка к своим личным особенностям.
То ли он находит какой-нибудь подходящий поворот руки, ко­
торый помогает ему переходить через планку при прыжке в вы­
соту, то ли наиболее удобные приемы хватки инструмента или
придерживания материала и т. п. Здесь открывается широкий
простор и для настоящего изобретательства и рационализации,
что с таким блеском доказали на трудовом фронте наши ста­
хановцы.


Построение навыка.
Б. Выявление и роспись коррекций
Однако, как известно каждому, видеть хоть тысячи раз,
как что-либо делается, и сделать это самому — совсем не одно
и то же. Часто, глядя на искусную, быструю работу опытного
мастера, не можешь отделаться от яркого ощущения, что и сам
с первого же раза сделал бы то же самое ничуть не хуже его.
Но если мастер, прочитав эту немую мысль в наших глазах, ус­
тупит нам свое место и мы отважимся сделать пробу своих сил,
то столкнемся с таким своеобразным ощущением обескуражи­
вающего недоумения, которого не забудет каждый, хоть раз ис­
пытавший его. Наша правая рука, которую мы привыкли знать
послушно исполнительной и безукоризненно скоординированной в
ее движениях, вдруг окажется такой неловкой и непокорной,
точно она отсижена или отморожена. У нас, взрослых, уже силь­
но развиты «задерживающие центры», предостерегающие нас
от неловких положений. Но дети особенно часто попадают впро­
сак именно в случаях этого рода, когда то, что делается перед
их глазами, кажется им до очевидности простым и доступным
для повторения. Отсюда идут и порезанные носы и уши у маль-

215
чишек, подстерегших, когда отец, кончив бриться, уйдет на рабо­
ту, и искромсанная материя у девочек, с не меньшею самоуве­
ренностью принимающихся за кройку платья в отсутствие ма­
тери. Если вы хотите тут же, не сходя с места еще раз испытать
это знакомое переживание недоумения и сделать свою руку рас­
терянной, как жук, брошенный на спину, то поставьте перед со­
бой зеркальце и, заслонив правую руку от глаз листом бумаги
так, чтобы видеть ее только в зеркале, попробуйте нарисовать
квадрат и крест диагоналей внутри его («конверт») или еще
что-нибудь в этом же роде.
Причина этой неожиданной непослушности совершенно ясна.
Нами уже с самого детства накоплены огромные запасы всяче­
ских двигательных навыков и умений по уровню действий и
особенно по уровню пространства, каждая досягаемая точка ко­
торого нами давно и точно освоена. И действовать нам постоянно
приходится в кругу этих привычных и выработанных движений.
Как мы уже подчеркнули выше, при упражнении тренируется
не сам по себе рабочий орган — его суставы, кости и мышцы,
а определенный круг деятельности этого органа, управляемой
мозгом в том или ином уровне. Каждое выработанное умение
создает, правда, в центральной нервной системе некоторые «рас­
пространительные толкования», известную возможность переноса
на другие, сходные виды навыков, но отнюдь не дает какого бы
то ни было всеобщего развития. Послушная в исполнении бес­
численных привычных, выработанных умений и навыков, наша
рука начинает обманчиво казаться нам послушной безотноси­
тельно и вообще. А этого-то и нет.
После всего рассказанного в предыдущих очерках нас не
поставит в тупик вопрос о том, почему нам вначале так трудно
управиться с движением, хотя его двигательный состав нам
вполне ясен. Если бы взаимоотношения между напряжениями
мышц 'и движениями были так же просты, как, например, от­
ношения между (жесткими) шатунами у паровоза и его колеса­
ми, тогда, действительно, воспроизвести своими руками движе­
ние, которое мы мысленно ясно видим перед собою, было бы не
труднее, чем обвести карандашом нарисованный на бумаге квад­
рат. На самом деле, хотя перед нами и стоит отчетливый образ
движения, мы не имеем вначале никакого понятия ни о тех кор­
рекциях, которые нужны для его выполнения, но о тех пере­
шифровках, с помощью которых можно втолковать мышцам, как
им следует себя вести. Мы видим, как мастер выполняет на
наших глазах эти понятные и ясные нам движения, но снаружи
не видно тех скрытых перешифровок и коррекций, которые уп­
равляют ими в его мозгу. Разница между второй фазой (опреде­
ление двигательного состава) и третьей (прощупывание коррек­
ций) заключается именно в том, что там учащийся устанавливал,
как будут выглядеть (снаружи) те движения, из которых сла­
гается изучаемый им навык, здесь же он доходит до того, как

216
Правильный педаляж

будут ощущаться (изнутри) и эти движения, и управляющие
ими сенсорные коррекции. Именно в этой т р е т ь е й ф а з е уп­
ражнения необходимо повторять много раз решение данной дви­
гательной задачи, чтобы «наощущаться» досыта и всем разно­
образием переменчивой внешней обстановки, и всевозможными
приспособительными откликами на нее со стороны самого дви­
жения. Проф. С. Геллерштейн очень метко называет эту дея­
тельность «обыгрыванием» навыка во всех мыслимых изменениях
задачи и обстановки.
Какой навык ни взять в качестве примера, везде эта фаза
выявления сенсорных коррекций проступает как необходимая,
и при этом обычно как самая трудоемкая из всех первоначаль­
ных, так сказать планировочных, фаз построения навыка. При­
менительно, например, к велосипеду: ноги обучающегося начи­
нают чувствовать правильную круговую форму движений стоп*
и характерное переменное сопротивление, оказываемое педалями.
Руки осваивают поворотливость рулевой вилки и приспосабли­
ваются сочетать ее произвольные повороты с опиранием на нее.
Гораздо дольше воспитывается и постепенно обостряется чувство
боковых наклонов машины и ощущение того, как влияют на
них повороты руля. Старый инстинкт, связанный с прежним
опытом по пространству, может вначале побуждать при крене
машины влево поворачивать руль вправо. Мало-помалу инстинкт
этот преодолевается, и новичок сам или по указанию учителя
прилаживается откликаться на эти крены влево поворотами
руля влево же, так как благодаря им точки опоры велосипеда
подбегают под уклонившийся в сторону общий центр тяжести
и восстанавливают нарушившееся равновесие. Все это и еще мно­
гое другое совершенно невидимо снаружи и накапливается уча­
щимся только путем личного, не всегда безболезненного опыта.
Пусть по ходу этой фазы новичок успеет раз пятнадцать взо­
браться на свой самокат и свалиться с него; каждая набитая
им шишка есть болевой след начавшегося копиться у него опы­
та сенсорных коррекций. С каждой новой минутой он получает
все новые потоки как раз тех ощущений, которых не могло быть
видно ни на ком постороннем, и его центральная нервная сис­
тема начинает мало-помалу разбираться в вопросе о том, на
какого сорта коррекции здесь имеется спрос.


* Стопа — принятое в анатомии и биомеханике название ступни ноги.

217
Нечего и говорить, что вся эта работа течет иной раз на
три четверти бессознательно, но разумным вниканием можно
очень ускорить ее.
Попутно с этим накапливанием опыта по части коррекций
совершается их внутренняя сортировка. Учащемуся уже стало
ясным, что именно нужно корректировать, но еще не видно, чем,
с помощью какого рода ощущений всего удобнее выполнять эти
коррекции. Центральная нервная система деятельно ищет: где,
как, какой вид чувствительности способен наиболее быстро и
чутко откликнуться на ту или другую заминку, дать в том или
другом случае самую строгую и точную коррекцию. И дальше:
в распоряжении какого из фоновых, низовых уровней имеется
тот инструмент, которым можно в данном случае всего ловче
подцепить движение и провести его через трудное место.
В начале осваивания навыка могут встретиться два разных
случая. Когда основные, самые нужные коррекции определились,
то ведущий уровень данного навыка либо может, хорошо или
худо, обеспечить своими средствами эти коррекции, либо не
может. В первом случае движение поначалу выполняется кое-
как, «на костылях»: те виды чувствительности, какие имеются
в инвентаре ведущего уровня, могут обеспечить эти коррекции,
хоть временно, приблизительно выполняя роль деревянных лесов,
с помощью которых в дальнейшем возводится каменный дом.
И действительно, пока движение, хотя и с трудом, выполняется
на этих суррогатных подпорках, успевают выработаться в низо­
вых уровнях настоящие подходящие фоны, или автоматизмы, о
которых речь будет дальше. Так, например, в навыках опиловки
или косьбы, а из области тонких пальцевых движений — в на­
выках игры на фортепиано правильные движения напильника,
косы или собственных пальцев вначале выверяются зрением, при­
стальной слежкой за ними «во все глаза». И уже благодаря то­
му, что движения все же удается более или менее правильно
выполнять под их надзором, направляется и убыстряется выра­
ботка окончательных коррекций всех этих движений с помощью
мышечно-суставной, проприоцептивной чувствительности, по ко­
торой таким мастером является фоновый уровень мышечно-сус-
тавных увязок (В) .
В других случаях ведущий уровень оказывается банкротом
в отношении хоть и фоновых, вспомогательных, но нужнейших
коррекций, без которых движение идти не может. Если речь
идет, например, о локомоции, то ведущий уровень всех локомо-
ций (CI) вполне обеспечен всеми смысловыми коррекциями,
которые нужны ему, как водителю или «пилоту» движения, но
ему может не хватить таких необходимых синергий, отсутствие
которых все равно срывает движение, хотя они и не относятся
ни к пилотажу, ни к конечной цели и смыслу. Так именно обстоит
дело с локомоциями плавания или езды на двухколесном вело­
сипеде. В этих случаях бывает всегда, что движение первона-

218
чально просто никак не выходит: учащийся упорно погружается
в воду или падает на бок вместе со своей машиной. В обоих
этих навыках (а также в ряде других, подобных им: беге на
коньках, планерном навыке, умении ходить по канату и т. п.)
имеет место один абсолютно всеобщий закон: во-первых, в ка­
кой-то момент эти умения постигаются сразу, как будто ка­
ким-то озарением, и, во-вторых, раз уловленное умение этого
рода не утрачивается больше никогда, пожизненно, какой бы дол­
гий перерыв ни был у человека в практике этого движения и
как бы далеко ни зашла его общая растренированность в нем.
Основного умения держаться на поверхности воды, на велосипе­
де, на канате и т. п. также нельзя забыть, как невозможно
забыть, например, облика моря, виденного хотя бы однаж­
ды в жизни, или вкуса какого-нибудь раз испробованного
кушанья.
Описанный внезапный постигающий скачок, характерный
для этой группы навыков, означает, что в этот момент вступает
в строй выработавшаяся в соответственном уровне фоновая кор­
рекция, обеспечивающая успех этого движения. Движение не
получалось до этого переломного момента именно потому, что
для этого рода движений в распоряжении их ведущего уровня
не было никаких подходящих коррекций нужного качества, хотя
бы суррогатных, какие спасают дело при многих других видах
движений. То, что «секреты» навыков плавания или велоезды
и т. п. заключаются не в каких-нибудь особенных телодвиже­
ниях, а в особого рода ощущениях и коррекциях, объясняет нам,
почему эти секреты не удается растолковать никаким показом
(а любое движение всегда можно показать) и почему они совер­
шенно и пожизненно незабываемы.
Даже помимо этих особенных ощущений и коррекций, сос­
тавляющих монополию уровня В, ни уровень пространства (С)
с его обоими подуровнями, ни верховный уровень сложных на­
выков (D) не имеют подходящих средств для полноценного
покрытия всех коррекций, нужных для данного двигательного
навыка. Таким образом, встает во весь рост вопрос о привлече­
нии фоновых уровней как специалистов по тем или иным видам
коррекций. Вполне уместным будет сравнение построения нового
навыка со строительством здания. В начальных стадиях работы
архитектору не нужно бывает ничего, кроме готовальни и листа
бумаги. Когда же строительство разворачивается, то ему, ко­
нечно, не только потому приходится привлекать себе помощни­
ков, что у него самого только по одной паре рук и ног. Более
важная причина в том, что его руки, очень искусные в производ­
стве чертежей и расчетов, гораздо медленнее и хуже умеют
класть кирпичи или делать оконные рамы, нежели руки камен­
щиков и плотников. Подобным образом за фазой прощупыва­
ния и определениях нужных коррекций наступает фаза их роспи­
си по фоновым уровням. У велосипедиста, у обучающихся прыж-

219
ку с шестом, фигурному катанию на коньках, гимнастическим
упражнениям на снарядах и т. п. постепенно выявляются те
проприоцептивные сигналы, которые с наибольшим мастерст­
вом умеет схватывать и использовать уровень мышечно-сустав-
ных увязок (В), те ощущения от органов равновесия, на кото­
рые всего тоньше и правильнее откликается уровень тонуса (А),
и т. д. Эта фаза пока все еще внутренняя планировка по соору­
жаемому навыку, но дело уже вплотную приблизилось и к реа­
лизации этих планов.

Построение навыка.
В. Разверстка фонов
Мы подходим к ч е т в е р т о й по порядку, качественно снова
совершенно особой ф а з е построения двигательного навыка:
где же тут монотонное «проторение» или продалбливание?
Эта фаза иногда охватывает собой по времени довольно
большую часть всей тренировки, а по своему значению занимает
в ней исключительно важное место. Это — фаза фактического
переключения вниз, в фоновые уровни тех коррекций, которые
уже определились и. разместились по этим уровням в предшест­
вующей фазе.
Уже раньше упоминалось, что спуск фоновых коррекций в
подходящие для них низовые уровни построения есть то самое
явление, которое называется автоматизацией двигательного
акта. Первым делом нужно пояснить, чем обусловлено такое
название.
На первых шагах строительства двигательного навыка со­
знательное внимание бывает устремлено почти на все многочис­
ленные подробности управления движением. А этих подробностей
и слабых пунктов оказывается такое изобилие, что внимание
теряется и то и дело упускает из виду важные, подчас и ре­
шающие, коррекции. Перед нами прошло уже немало примеров
и разборов движений, показавших, как много в этих движениях
разнообразнейшей работы по управлению, и как насыщена фоно­
выми коррекциями, например, каждая локомоция: ходьба, бег,
плавание, прыжок. Разумеется, никакое, самое натренированное,
внимание не может охватить сразу весь этот град коррекций.
Тут и приходит на помощь автоматизационное переключение
в низовые, фоновые уровни.
Дело в том, что в каждом движении человека, простом
или сложном, полном глубокого смысла или доступном и любой
лягушке, в сознание попадает только то, чем управляет веду­
ший уровень этого движения. Так уж построено наше сознание,
что его фонарь, как правило, не способен осветить больше од­
ного уровня зараз, хотя оно и в состоянии освещать их все
по очереди. Поэтому получается, что все те коррекции, которые

220
передаются на управление фоновым уровням, уходят в то же
самое время из поля нашего сознания, т. е. начинают выполнять­
ся бессознательно, автоматически. Глубоко неправильно было бы
представлять себе, что движения или части движений, управ­
ляемые автоматизмами, это непременно что-то застывшее, столь
неизменяемое, как въевшаяся привычка. Кто-то очень верно под­
метил разницу между привычкой и. автоматизированным навы­
ком, сказав, что «навыком владеем мы, тогда как привычка вла­
деет нами». Автоматизмы могут иной раз быть более гибкими
и приспособительными, чем любое сознательное движение; их
существенный признак только в. том, что для своего осуществле­
ния они не нуждаются в сознании.
Вполне понятно, какое большое значение имеет описанное
свойство автоматизмов. Помимо того что при автоматизации
каждая коррекция переключается на тот уровень, который ей
качественно наиболее впору, автоматизационное переключение
каждой очередной коррекции вниз означает еще один шаг к раз­
грузке внимания, которому этим все более облегчается возмож­
ность следить за самыми существенными и ответственными сто­
ронами движения, не размениваясь на мелочи.
Автоматизация совершается не сразу, а охватывает собой
иногда довольно значительную часть всего времени осваивания
навыка, не только потому, что это время уходит на выявление
нужных коррекций и уровней, наиболее подходящих для каждой
из них. Более важная причина в другом.
Сами эти фоновые коррекции низового уровня, потребные
для изучаемого навыка, далеко не всегда простые, нехитрые
реакции, которые подходящий уровень сумел бы выполнить
с первого же раза правильно. Нередко, и как раз в наших при­
мерах велоезды или прыжка с шестом, эти фоны сами по себе
чуть не целые навыки, вовсе не прирожденные и не лежащие
в «фонотеке» низового уровня готовыми, как сюрприз в хло­
пушке. Их нужно еще выработать и воспитать.
В одних случаях требуемый фон — это действительно це­
лостный самостоятельный навык, который при этом, как более
простой, очень часто бывает уже давно выработанным у учаще­
гося, так что остается только пустить его в ход. Иногда подоб­
ный фон-навык нужно в той или иной мере «подшлифовать» и
приспособить к фоновой роли. Могут, конечно, встретиться и
такие случаи, когда нужно начинать воспитание навыка с самых
азов.
К таким самостоятельным фонам относится, например, раз­
бег при цепном акте прыжка в длину или в высоту или прыжка
с шестом. Бег уже давно выработан у каждого, с той или другой
степенью совершенства, как самостоятельное движение в нижнем
подуровне пространства ( C I ) . Его остается только подчинить
общей задаче всего движения прыжка: превратить бег в разбег.
Это, безусловно, не одно и то же, особенно разбег с длинным
221
шестом в руках, но исходному ведущему уровню прыжка (D)
достаточно уже положить на него всего несколько поправочных
мазков и превратить его ведущее положение в фоновое.
Подобный же фоновый смысл приобретает локомоция бега
в играх в футбол или теннис, локомоция ходьбы в работе поезд­
ного сцепщика, косаря, метельщика и т. д.
В других случаях то движение или часть движения, кото­
рыми должен будет управлять в изучаемом навыке данный
фоновый уровень, не имело бы никакого смысла в качестве
самостоятельного, так как не было бы способно в таком вылу­
щенном из всего целостного действия виде решить ровно никакой
двигательной задачи. Возьмем для примера сложную синергию
поворачивания вокруг себя с диском в правой руке перед его
метанием или не менее сложное движение выхода в стой на
обеих руках, ногами вверх, на вертикально вставшем шесте, что
бывает перед выпусканием его из рук и переходом через планку.
Возьмем из области трудовых навыков вождение правою рукой
со смычком или сложные, увертливые движения обеих кистей и
пальцев, держащих вязальные спицы. Все эти движения и сос­
тавные части движений приобретают смысл и становятся целе­
сообразными только тогда, когда они вкраплены в целостное
смысловое движение или действие и подчиняются его ведущим
коррекциям. Легкоатлет должен подняться на руках на своем
шесте не безотносительно, как и когда вздумается, а в тот
самый момент, когда шест дошел до требуемого положения,
и при этом так, чтобы перепорхнуть всем телом через планку,
не задев за нее. Скрипач должен водить смычком так, чтобы
его направление, скорость и сила нажатия на струны создавали
требуемый художественный звук, все время контролируемый
ухом и верховными, «музыкальными» центрами мозга. В против­
ном случае это будет вождение, которое, может быть, ни опыт­
нейший глаз, ни точнейший киноснимок и не отличат по виду
от правильного, но которое не извлечет из скрипки ничего, кроме
скрипения. И так далее.
Вот эти-то фоны, которые управляют движениями, не имею­
щими самостоятельного смысла, или даже не обслуживают сами
отдельных движений, и называются автоматизмами. Иногда их
подразделяют на высшие автоматизмы (те, которые обслужива­
ют действия из уровня D) и низшие (входящие в состав движе­
ний уровня пространства, С), но это деление не имеет никакого
существенного значения. Конечно, автоматизмы из разряда выс­
ших (называемые также специальными навыками, сноровками
и т. п.) гораздо многочисленнее, сложнее и разнообразнее низ­
ших. Мы уже встречались с ними при описании уровня дейст­
вий (D).
С автоматизмами, как и с фонами первого рассмотренного
рода, дело может обстоять двояко: либо они еще незнакомы обу­

<< Пред. стр.

страница 24
(всего 33)

ОГЛАВЛЕНИЕ

След. стр. >>

Copyright © Design by: Sunlight webdesign