LINEBURG


<< Пред. стр.

страница 15
(всего 33)

ОГЛАВЛЕНИЕ

След. стр. >>

такой книге, как эта, где вопрос об уровнях построения является
лишь необходимым пособием для разбора основной проблемы —
о ловкости, можно дать только самые беглые зарисовки тех
уровней, которые к настоящему времени удалось вычленить
науке о движениях человека.
Очерк V

Уровни построения движений




Уровень тонуса (А)
...По знаку летчика парашютист выбрался на крыло. Механический ветер
рвал и свистел. Казалось, что шири пейзажа внизу, до краев налитые в глу­
бокую чашу горизонта, мерно покачиваясь, трепещут пружинящей дрожью.
Не хотелось разжимать инстинктивно стиснутых рук. Парашютист преодолел
слабость и, свернувшись комочком, выронил себя вниз.
Свист оборвался разом, как отзвучавший выстрел. Человек стукнулся о
мягкие подушки воздуха и пошел книзу ласточкой, расправив тело и откинув
голову.
Опытный в затяжных прыжках, он спокойно ограждал себя от штопора,
не напрягаясь и лишь легко шевеля левой рукой. Тело само принимало нужные
положения, пока стрелка секундомера оттикивала условленные километры...



арисовка, которою начат этот р а з д е л , — один
из очень не частых примеров выступления уровня
А в роли ведущего уровня. В далеко преобла­
дающем числе движений он уступает ведущее
положение более молодым своим собратьям,
но не стушевывается окончательно. Напротив,
вряд ли найдутся такие движения, в которых
не лежала бы в самом их основании работа этого «фона всех
фонов». То, что она не бросается сразу в глаза, вполне вяжется
139
с ролью этого уровня как глубокого
фундамента движений — ведь и фун­
даменты зданий глубоко скрыты под
землею, и ребенок или дикарь и не
подозревают об их существовании.
В более или менее чистом виде он
выступает как ведущий уровень в те
быстротечные доли секунды, пока
длятся полетные фазы некоторых
(но не всех) видов прыжков: стар­
тового прыжка и прыжка с вышки
в воду, прыжка на лыжах с трамп­
Прыжок на лыжах с трамплина лина и т. д. Эта редкость его появ­
лений в качестве инструмента, ис­
полняющего «соло» при молчании остального оркестра, объяс­
няется его крайней древностью. Уровень А и выполняемые им
движения — солиднейший документ-доказательство нашего пря­
мого происхождения от праматери рыбы, старейшего из позво­
ночных. Редкость его выступлений в ведущей роли прямо свя­
зана с тем, что человеку только в очень исключительных случаях
доводится оказываться в положении, в котором рыба проводит
все свои дни: в положении равновесия с окружающей средой, вне
ощутимого действия силы тяжести. Очевидно, что у нас это мо­
жет случаться только в редкие и краткие моменты так называе­
мых состояний свободного падения. У водных существ как нельзя
более у места были эти плавные движения, даже не столько дви­
жения, сколько выравнивающие шевеления, наклоны и скругле-
ния тела. Уровень А, как уже было сказано о нем в очерке III,
был уровнем еще доконечностным, естественно специализиро­
вавшимся на мускулатуре туловища и шеи. Таким же туловищ-
но-шейным он остался и по сию пору, вплоть до нас, людей, в
то время как более новым образованием — конечностями —
завладели и более новые уровни, начиная с В и выше.
Каждый, кто приглядывался к своим движениям, несомнен­
но, знает по себе, как разно между собою ведут себя в движе­
нии, с одной стороны, стволовая система тела — туловище-
шейная, а с другой — его же конечностное оборудование. До­
статочно вникнуть в такие движения, как метание, прыжок с
разбега, косьба, упражнения на снарядах и т. п., чтобы обна­
ружить упомянутую разницу со всей ясностью. В поведении
туловища и шеи, держащей голову, преобладают плавные,
упругие, выносливые движения; это приспособительное, под­
вижное поддерживание, которое представляет собою своего
рода смесь равновесия и движения — статики и динамики.
Оно удачно названо статокинетикой*. Наоборот, движения

* Кинетика — раздел механики, изучающий движения тел под действием
сил.
140
конечностей сильны, резки, они часто состоят из чередований
(туда и обратно) и нацело и насквозь динамичны.
Объяснение этому приходит опять-таки из истории движе­
ний. С переходом жизни из водной среды на сушу получили
сильно повышенный спрос движения твердые, резкие и сухие,
как сама почва, на которой они совершаются, и отошли на
далекий задний план движения плавные и текучие, как вода.
В эту же пору выработались и конечности, а с конечностями
пришел и новый верховный уровень В, с самого начала при­
ладившийся к ним.
Можно было бы подумать, что самая суть этой яркой раз­
ницы движений — в различиях костно-суставных устройств
туловища и конечностей. В шейно-туловищном стволе — мелкие
звенышки многочисленных позвонков, упруго, но не очень под­
вижно скрепленных в один гнущийся прут, подобный резиновой
палке. В конечностях — жесткие, длинные звенья, между кото­
рыми находятся подвижные шарниры-суставы, отлично смазан­
ные и сгибаемые почти без всякого трения. Однако первоисточ­
ник различия — не в этом. Без сомнения, и костно-суставные
устройства, и нервно-мышечная система развивались, все время
взаимно влияя друг на друга, но первую скрипку заведомо
играла нервно-мышечная система. В итоге их взаимного сраба­
тывания природе удалось возродить в туловищно-шейной систе­
ме почти всю допозвоночную, древнюю мягкость и изгибае­
мость. О чем хоть мало-мальски подобном могли бы помыслить
для себя членистоногие — насекомые или раки? Что-то сходное
имеется среди них разве лишь у сороконожек. И уж совсем
своеобразно, что эта беспозвоночная по своему складу гибкость
получилась у нас не в каком-нибудь ином месте тела, а как
раз в области нашего позвоночника.
По самой грубой схеме уровни А и В так и поделили между
собой территорию тела: уровню А — ствол и опора, уровню В —
движители* (конечности). Разумеется, это разделение является
очень упрощенным, прежде всего потому, что над работой как
того, так и другого уровня у человека довлеют высшие, корко­
вые отделы головного мозга. Но, кроме этого, указанное раз­
деление труда осложнилось и неизбежным взаимным вмеша­
тельством. Уровню В необходимо пришлось принимать участие
и в работе мышц туловища, поскольку старинные и слабоватые
«моторы» уровня А не управлялись с мощными и быстрыми
движениями всего тела и отставали от конечностей. Наоборот,
для уровня А нашлось настолько важное ответственное приме­
нение в управлении движениями конечностей, что он твердо
вышел там на очень видные роли, но только в качестве «уровня
фонов».

* Движители — части машины, служащие для приведения ее в движение
за счет энергии, получаемой ими от источников последней — от двигателей. При­
меры: паровозное колесо, пропеллер самолета, гребной винт и т. д.
141
В очерке III, в разделе «Пороки поперечнополосатой мыш­
цы, шла речь о крайне неудобных свойствах и манерах по­
перечнополосатой мышцы, точнее говоря — ее анизо-элементов.
Там были указаны важнейшие недостатки: выстрелообразная
грубость сокращений, их чрезмерная кратковременность и при
всем этом неуправляемость по силе. Там же был упомянут и
обходный способ преодоления последнего недостатка: поочеред­
ное, постепенное вовлечение в работу мышечных пучков там,
где по смыслу движения требуется усиливание напряжения,
и такое же постепенное выключение их в обратном случае.
Этот обходный прием очень напоминает собою способ, употреб­
ляемый в театрах для постепенного затемнения зала: груп­
повое выключение ламп. Этот способ дает, конечно, не вполне
плавную, а только ступенчатую постепенность, но отдельные
миомы так мелки, что ступеньки совершенно незаметны. Тем не
менее этот путь уж слишком окольный. В том же разделе очерка
III мы обещали сообщить о другом, более тонком способе регу­
лирования мышечной силы. Об этом мы сейчас и расскажем.
Первым делом необходимо отметить, что импульсы уровня А
отличаются, может быть, из-за их исторической давности пре­
обладанием в них древнего, химического возбудительного на­
чала, о котором было рассказано в первых разделах очерка III.
В работе уровня А все еще, как в седую старину, во времена
господства гладких мышечных клеток и бесскелетных устройств
тела, электрические колебания остаются в роли побочного спут­
ника при химическом посреднике — медиаторе. Этот химический
способ передачи возбуждения, давным-давно оставленный всеми
более новыми уровнями построения, целиком переключившимися
на электрическую, телеграфную передачу, сохранился у чело­
века во внутренних органах, которые и у нас оснащены глад­
кими мышечными клетками: в стенках желудка, кишечника,
матки и т. д. Там он господствует и сейчас. И вот он же под­
нял вновь свою голову и в настоящем центральном мозговом
уровне и нашел себе совершенно неожиданное применение
по управлению скелетной новомодной поперечнополосатой
мускулатурой. Обнаружилась возможность заставить поперечно­
полосатую мышцу работать совсем особенным образом. Импуль­
сы, испускаемые двигательными центрами уровня А, оказались
способными вызывать у этой упрямой и непокорной мышцы
точно такие же медленные, плавные, экономичные, умеренные
по силе удлинения и укорачивания, какие присущи гладким
мышечным клеткам мягкотелых животных и человеческих внут­
ренностей. Что такое сокращается этим способом в поперечно­
полосатой мышце — те ли самые анизо-элементы, которые от
импульсов других уровней рвут, точно динамитные патроны?
Или полужидкое вещество — саркоплазма, в которую погру­
жены мышечные волокна? Это до сих пор неизвестно, но факт
остается фактом. Физиологам пришлось пока ограничиться

142
удовольствием дать этим плавным, тонко управляемым по силе,
медлительным сокращениям название. Их назвали тоническими
сокращениями, а самый образ действий поперечнополосатой
мышцы по точному подобию с гладкими мышцами — мышеч­
ным тонусом. Из всех уровней центральной нервной системы
почему-то только один уровень А умеет заставить поперечно­
полосатую мышцу говорить на этом чужом для нее языке, его
одного она слушается в этом, и это создает ему очень веское
и влиятельное положение в системе уровней. Как уже было
сказано, более молодые уровни оказывают ему иногда помощь
по части шеи и туловища своими мощными двигательными
импульсами, но зато сам уровень А в гораздо большей мере
помогает этим более новым уровням по адресу мускулатуры
конечностей. Он обеспечивает всем конечностным мышцам
тонус, т. е. то, что можно было бы назвать фоновым напря­
жением; он дает всему движению основную загрунтовку, на
которой более новые и более тонко расчлененные (дифферен­
цированные) уровни могут уже дальше рисовать узоры выводи­
мых ими быстрых, ловких или силовых движений. Но и этого
еще мало.
Как выясняется в последнее время, импульсы уровня А
обеспечивают скелетным мышцам не только тонус и тонические
сокращения. Может быть, еще важнее то, что они же могут
очень тонко управлять возбудимостью как спинномозговых
пусковых клеток, так и прикрепленных к ним мионов. А свой­
ства поперечнополосатой мышцы таковы, что за изменениями
в ее возбудимости совершенно точно следуют и изменения в
той силе, с какою она сокращается в ответ на импульсы новых
уровней построения. Уровни В или С, которыми мы займемся
дальше, могут изменять силу своих двигательных импульсов
в какой им угодно мере, и это, как мы видели в очерке III,
не произведет никакого впечатления на мышцу, отгородившуюся
от всех изменений законом «все или ничего». На все эти
импульсы, если только они не слабее известного минимума,
каждый мион будет отвечать сокращениями одной и той же
неизменной силы. Но если уровень А своим языком скажет
миону «усилься» или «ослабей», если он, прибегая к другому
сравнению, предварительно подкрутит в ту или другую сторону
фитиль у пусковой клетки миона, то этот последний послушно
начнет отзываться на эти же импульсы с верхних уровней либо
большей силой сокращений, либо меньшей, либо вовсе потух­
нет и совсем перестанет работать, как вкрученный до отказа
фитиль керосиновой лампы.
Последний факт и играет огромную роль в координации
движений. Управляющая мышечного возбудимостью власть
уровня А доходит до того, что он может вовсе угашать возбуди­
мость пусковых клеток спинного мозга, как говорят «блокиро­
вать» их для идущих сверху двигательных импульсов. Один
143
пример, зато относящийся к явлению первостепенного значения
и очень широко распространенному, покажет нам, для чего
нужна подобная блокировка.
Так как наши мышцы не могут толкать кости, а способны
только тянуть их в свою сторону, т. е. обладают односторонним
действием, то, естественно, что для каждого из направлений
подвижности в наших суставах должна иметься пара мышц
взаимно противоположного действия. В локтевом суставе, на­
пример, одна мышца работает как сгибатель — это всем широко
известный бицепс плеча*, другая, на задней стороне р у к и , —
как разгибатель локтя (за свою трехглавость она называется
трицепсом). Как легко понять, для беспрепятственной сгиба-
тельной работы бицепса необходимо, чтобы разгибатель —
трицепс, растягиваемый при сгибании локтя, не сопротив­
лялся бы, не тянул бы свою сторону, как взводимая пружина,
а безропотно уступал бы дорогу. В следующей фазе движения
очередь дойдет до него, он начнет сокращаться и разгибать
локтевой сустав; тут, наоборот, сгибателю — бицепсу придется
озаботиться тем, чтобы как можно меньше обременять это
движение своею упругой особой.
Тут и начинается закулисная управляющая работа уровня А.
Он делает с пусковыми клетками и мионами мышц противопо­
ложного действия как раз то, что делают с цилиндрами паровых
машин их золотниковые механизмы. Как эти механизмы поочеред­
но включают в работу один из цилиндров и выключают другой
или другие, так и импульсы уровня А действуют через спинномоз­
говые клетки на возбудимость мышц. Когда надо отключить раз­
гибатель, спинномозговые клетки его мионов становятся невозбу­
димыми, а их тонус падает, т. е. длина и степень растяжимости

* В локтевом суставе есть и еще одна мышца-сгибатель, работающая
сообща с бицепсом, — внутренняя плечевая мышца. Ее наличие ни в чем не меняет
дела в тех физиологических взаимоотношениях, которые рассматриваются в
тексте.
144
увеличиваются; в следующей фазе движения — наоборот. Не
требует особых разъяснений и подчеркиваний то, насколько этот
скрытый, черновой фоновый механизм важен для гладкого и
экономичного протекания движения.
Как велика и значительна в общем и целом фоновая работа
уровня А, ярче всего заметно на болезненных случаях, когда по
каким-либо причинам она нарушается в ту или другую сторону.
Тут появляется либо общая скованная одеревенелость всего тела,
мертвенная маска ничего не выражающего лица, скудные, с
большим трудом начинаемые движения либо, наоборот, глубокая
разболтанность и расслабленность во всех суставах. Такому
больному, лишенному тонуса, можно легко закинуть обе ноги за
голову или завязать его всего чуть ли не узлом, сам же он ни од­
ного связного движения, ни одного даже умеренного усилия
произвести не может.
Здесь нельзя обойти вопрос о том, имеет ли рассматриваемый
уровень какое-либо касательство к ловкости и какое-нибудь значе­
ние для последней. Так как уровень А не ведет у человека ника­
ких движений и даже по отношению к позам тела бывает ведущим
только в совсем особых, исключительных случаях, то, очевидно,
можно ставить эти вопросы только применительно к его фоновой
службе. Мы должны выяснить, имеет ли какое-либо значение для
проявления качества ловкости та или другая степень развития
или совершенства фонов, доставляемых уровнем А?
Несомненно, имеет, и немалое. Сутулая, согбенная фигура,
вялость мышц, руки, обвисшие вдоль тела, как белье на веревке,
легко наступающие головокружения — вот, может быть, в не­
сколько сгущенных красках, что получается при неблагополучии
с уровнем А, даже не имеющем под собой никаких непоправимых,
анатомических мозговых повреждений. Ясно, что пытаться
проявлять ловкость с таким двигательным аппаратом — все равно
что писать сломанным карандашом.
Однако если чрезмерно расширять границы понятия ловкос­
ти, имеется опасность довести их до совпадения с границами
того, что вообще называется хорошей координацией движений.
Между тем оба эти понятия — не одно и то же, и было бы жаль
лишиться по невнимательности четкого понятия настоящей лов­
кости, ценного и нужного во многих отношениях. Поэтому при­
ходится сказать, что необходимой предпосылкой для ловкости
является хорошая двигательная координация, а уж для этой
последней столь же необходима безупречная фоновая работа
уровня тонуса и осанки (А). Подобно этому для того, чтобы ис­
печь хлеб, нужна мука, а для того, чтобы выросло зерно, из кото­
рого она делается, нужен дождик; однако было бы неточно ска­
зать, что необходим дождик для того, чтобы испечь хлеб. В по­
следующих уровнях построения мы встретим гораздо более чет­
кие и непосредственные предпосылки для ловкости.
В заключение этой характеристики необходимо прибавить,
145
что действия уровня А — и в роли ведущего, и в роли фонового —
почти полностью непроизвольны и в большой степени ускользают
от нашего сознания. Он — глубоко внизу, в трюмах мозга, и нам
очень редко доводится спускаться туда, чтобы обозреть и про­
верить его работу сознательным наблюдением. Но он обычно
хорошо оправдывает доверие, не любит вмешательств и так же
благополучно обходится без них, как и внутренние органы тела.
Двенадцатиперстная кишка или селезенка тоже ведь не часто
докладывают нашему сознанию о своей работе!


Уровень мышечно-суставных увязок (В). Его строение
(Из путешествия по удаленным планетам)

...Прямо на меня мчалась изумительная машина, совершенно непохожая на
все виденные мною до сих пор. Она неслась так быстро, что я не мог сразу рас­
смотреть ее. Она заведомо не имела ни одного колеса и тем не менее двигалась
вперед с чрезвычайной быстротой. Насколько я мог заметить, основу ее состав­
ляли два мощных и гибких стержня, по-видимому состоявших каждый из
нескольких частей. Они так быстро меняли свои формы, удлинялись и втягивались,
складывались и распрямлялись, мелькая друг мимо друга и описывая сложные
дуги необычайной стройности и красоты, что невозможно было проникнуть в
суть и секрет их поразительного движения. Как еще далека наша, знакомая мне,
техника от подобных механизмов!!!
...Мне протянули трубу, называемую «лупой времени». Глядя в этот прибор,
можно было видеть движения предметов замедленными, продленными в несколько
раз. Смотря в нее вслед уносившейся машине, я имел возможность подробнее
вглядеться в нее. Каждый стержень поочередно проносился вперед по длинной и
сложно изогнутой дуге и, внезапно расправясь, мягко опирался на почву, затем
точно молния пробегала по нему сверху донизу, и он отталкивался от земли мощ­
ным упругим толчком, снова уносясь вверх. В верхней части корпуса машины
находились два других подобных же стержня, но значительно меньшей величины.
Насколько мне удалось понять, они были связаны с нижними какою-то внутрен­
ней передачей и двигались с ними в едином ритме, но их прямого назначения я не
сумел разгадать.
...Как мне объяснили, машина эта заключает в себе более двух сотен дви­
гателей разной величины и силы, каждый из которых выполняет свое особое
назначение. Центральный пост управления помещается на самом верху машины,
где расположены электрические устройства, автоматически объединяющие и
согласовывающие работу всех этих сотен моторов. Именно благодаря им рычаги
и стержни в состоянии описывать те сложнейшие кривые, которые позволяют ма­
шине нестись без всяких колес быстрее, чем мчится ветер...

Читатель извинит автору небольшую мистификацию. Эта
картинка не из путешествия земного человека на дальние пла­
неты, а из путешествия жителя одной из планет — Сириуса — на
Землю, и увидел этот сириусянин просто... бегуна-спринтера. Эта
зарисовка показалась нам подходящим вступлением к характе­
ристике уровня мышечно-суставных увязок (В).


Уровень мышечно-суставных увязок, иначе — уровень синер­
гии, с присвоенным ему буквенным знаком В, читателю уже зна-
146
ком. Это именно он выработался для обслуживания разнообразных
локомоций по суше, а потом и по воздуху, когда в них приспела
необходимость у позвоночных. Он — современник и партнер их
конечностей. Он, наконец, первый уровень построения у позвоноч­
ных животных, применивший для длительных и сильных сокра­
щений поперечнополосатых мышц тела те частые цепочки им­
пульсов (по 50—100 в секунду), так называемые тетанусы, о кото­
рых уже было рассказано в разделе «Пороки поперечнополосатой
мышцы» очерка III.
Каждый уровень построения движений — это ключ к реше­
нию определенного класса двигательных задач. Очерк III показал
нам, что и задачи синергии больших мышечных хоров, и задачи
всяческих локомоций возникли очень давно: они гораздо старше
всех позвоночных животных и народились вместе с продолгова­
тыми животными формами и их телерецепторами. Оттуда ведет
свое происхождение и уровень В. Это почтенный старец, он, по
сути дела, старше, чем «рыбий» уровень А. Именно вследствие
его старости не удивительно, что на его долгом веку ему довелось
пережить много биологических изменений. Он обитал в передних
(грудных и головных) нервных узлах членистоногих, обосновался
у позвоночных в системе нервных ядер так называемого проме­
жуточного мозга, когда эти ядра еще были верховными во всей
нервной системе, и, как увидим вскоре, вынужден был сдать мно­
гие из своих позиций и наследственных прав, когда пришли и
захватили власть более молодые и сильные передние отделы мозга.
В истории развития головного мозга очень ярко проявляется
один неуклонно совершающийся процесс, который получил на­

<< Пред. стр.

страница 15
(всего 33)

ОГЛАВЛЕНИЕ

След. стр. >>

Copyright © Design by: Sunlight webdesign