LINEBURG


<< Пред. стр.

страница 47
(всего 62)

ОГЛАВЛЕНИЕ

След. стр. >>

правоотношения собственности еще и потому, что оно (правоотношение)
прекратило свое существование либо его существование спорно, а поэтому
требуется властное подтверждение со стороны государства в лице суда.
Таким образом, в самом регулятивном праве тщетно искать те силы,
которые бы сдвинули регулятивное правоотношение с мертвой точки, вер-
нули бы к «нормальной жизни» субъективное право собственности. Требу-
ется особый механизм, позволяющий очистить, оздоровить правовую ткань
регулятивного (материального) правоотношения. Таким механизмом вы-
ступает охранительное правоотношение, элементом которого является ох-
ранительное правомочие на защиту (право на иск). Правомочие на защиту
как способность к принудительному осуществлению нельзя рассматривать
в качестве одного из обязательных элементов субъективного материально-
го (регулятивного) права, потому что элементами какого-либо явления или
предмета выступают такие его составные части, без которых явление или
предмет не может существовать в присущем ему качестве1.
• На основании вышеизложенного можно заключить, что субъективное
материально право необходимо определять как обеспеченную законом (то
есть гарантированную государством) меру возможного поведения (право
на свои действия) и меру должного поведения (право на чужие действия),
без включения в его состав в качестве третьего элемента возможности
прибегнуть к мерам государственного принуждения2, потому что «воз-
можность «заставить» сопровождает субъективное право, но не составляет
его сущности»3.
Опасение некоторых авторов, что субъективное право перестанет быть
правом, если исключить из его содержания (то есть структуры) способ-
ность к принудительному осуществлению (притязание), представляется
совершенно напрасным. Отсутствие у этих прав способности к принуди-
' См.: Курылев С.В. О структуре юридической нормы // Труды Иркут. ун-та. Сер. юрид.
Иркутск, 1958. Т.27. Вып. 4. С. 177-178.
2 Осокина Г.Л. Право на защиту в исковом судопроизводстве. С. 32-33.
3 См.: Кечекьян С.Ф, Правоотношения в социалистическом обществе. М., 1959. С. 58-59.
тельному осуществлению не превращает их, по мнению Е.А. Крашенинни-
кова, в «голые» юридически не обеспеченные права. Гарантированность и
реальность регулятивных субъективных прав выражается в том, что в мо-
мент появления обстоятельств, создающих помехи на пути их реализации,
у обладателя этих прав возникает новое, не существовавшее до конфликт-
ной ситуации охранительное право'. Другими словами, обеспеченность
регулятивного субъективного права как совокупности мер возможного и
должного поведения проявляется в возможности возникновения нового
дополнительного права - права на иск, которое направлено на защиту на-
рушенного или оспоренного регулятивного субъективного права.
Таким образом, субъективное материальное (регулятивное) право (ох-
раняемый законом интерес) и право на его судебную защиту (право на иск)
представляют собой разные правовые категории, потому что возникают,
развиваются и прекращаются по своим собственным законам. Субъектив-
ное материальное право (охраняемый законом интерес) и право на иск раз-
личаются по моменту, основаниям своего возникновения и прекращения,
а также содержанию и субъекту.
Субъективное материальное право (охраняемый законом интерес), под-
лежащее судебной защите (например право собственности на индивиду-
ально-определенную вещь), всегда предшествует праву на иск, то есть
праву на его судебную защиту. Субъективное материальное право (инте-
рес) возникает раньше права на иск, потому что необходимость (потреб-
ность) в судебной защите такого права или интереса, то есть право на иск
возникает, когда имеет место нарушение или оспаривание (мнимое или
действительное) субъективного материального права или законного инте-
реса. Право на иск как субъективное возникает позже субъективного мате-
риального права (интереса) и существует, как правило, лишь в пределах
установленного законом срока исковой давности. Поэтому истечение иско-
вой давности означает, что право на иск в материально-правовом смысле
(право на получение судебной защиты), возникшее в момент посягательст-
ва на субъективное материальное право или законный интерес, прекращает
свое существование («умирает»), не затрагивая при этом самого регулятив-
ного права (интереса) как одну из клеточек материально-правовой ткани,
если только субъективное материальное право или интерес не уничтожено
в результате противоправного на него посягательства. Различие в моменте
возникновения и прекращения субъективного материального права (инте-
1 См.: Крашенинников Е.А. К учению об исковой давности // Материально-правовые и
процессуальные средства охраны и защиты прав и интересов хозяйствующих субъектов. Ка-
линин, 1987. С. 53-54.
реса) и права на его защиту предопределяет различие в основаниях возник-
новения указанных субъективных прав.
Возникновение и существование субъективного материального права
(охраняемого законом интереса) опосредуется фактами материально-
правового характера, а реализация такого права или интереса зависит
только от его обладателя (управомоченного субъекта материального пра-
воотношения). Возникновение и существование права на иск опосредуется
как материально-правовыми, так и процессуальными фактами. Реализация
права на получение судебной защиты зависит не только от желания заин-
тересованного в такой защите лица, но и от волеизъявления государства.
Именно государство выступает в роли гаранта субъективных регулятивных
прав и законных интересов участников спорных материальных правоотно-
шений, то есть той самой внешней силы, способной оздоровить материаль-
но-правовые отношения. Однако функции гаранта государство принимает
на себя, как правило, в пределах определенного отрезка времени, получив-
шего наименование срока исковой давности. Право на получение от госу-
дарства защиты действительно нарушенного или оспоренного субъектив-
ного материального права или охраняемого законом интереса существует,
как правило, в пределах установленного законом срока исковой давности.
В связи с этим истечение исковой давности, как указывалось выше, пога-
шает лишь право на получение защиты от государства в лице суда, однако
не погашает и не в состоянии погасить само материальное (регулятивное)
право или законный интерес. Поэтому ст. 205 ГК РФ предусматривает в
порядке исключения возможность восстановления срока исковой давно-
сти при наличии и подтверждении в установленном законом порядке не-
обходимых для этого условий, связанных с личностью истца-гражданина.
Субъективное материальное право (охраняемый законом интерес) и
право на его защиту имеют различное содержание. По своему содержанию
субъективное материальное право (интерес) представляет собой деятель-
ность (поведение) управомоченного субъекта, которая направлена на удов-
летворение его имущественных и связанных с ними личных неимуществен-
ных потребностей. Право на получение судебной защиты (право на иск) по
своему содержанию представляет собой деятельность (поведение) управо-
моченного субъекта (носителя субъективного права на иск), направленную
на устранение препятствий, а также иных помех в реализации (осуществ-
лении) субъективного материального права (интереса). Из этого следует,
что право на иск как право на получение судебной защиты субъективного
материального права или интереса в отличие от последнего связано с объ-
ектом спора, то есть деньгами, вещами, услугами, а также иными благами
материального и нематериального характера не прямо, а опосредованно
через способы защиты. Именно этим объясняется то обстоятельство, что в
случае исчезновения объекта спора, то есть объекта права или законного
интереса (например, индивидуально-определенная вещь уничтожена),
субъективное материальное право (в рассмотренном выше примере - право
собственности) прекращает свое существование, однако право на его защи-
ту остается, потому что существуют иные, не связанные с его восстановле-
нием способы судебной защиты.
Различие в содержании субъективного материального права (интереса)
и права на его защиту (права на иск) обусловливает их различие по субъек-
там - носителям соответствующих юридических возможностей. Какой бы
степени «напряженности» не достигло субъективное материальное право
(интерес) в результате его нарушения или оспаривания, оно не в состоянии
вывести его обладателя и обязанное лицо (предполагаемых субъектов
спорного материального правоотношения) на качественно иной уровень
взаимоотношений указанных лиц и государства в лице юрисдикционного
органа, то есть суда. Рассматривая право на иск как само субъективное ма-
териальное право в состоянии нарушения, как особую его модификацию
или «момент жизни»1, пришлось бы признать в качестве субъекта спорного
материального правоотношения также и государство в лице суда, что едва
ли соответствует реальному положению вещей. Носителем (обладателем)
субъективного материального права (интереса) может быть лишь предпо-
лагаемый субъект спорного материального правоотношения. Тогда как
субъектом права на иск (права на получение судебного решения о защите
субъективного права или интереса) может быть не только предполагаемый
обладатель спорного материального права или интереса (участник спорно-
го правоотношения), но и иные лица, управомоченные законом на защиту
чужих субъективных прав и охраняемых законом интересов (прокурор,
государственные органы, органы местного самоуправления, организации,
отдельные граждане).
Автор курса по гражданскому процессу 1913 года издания Е.В. Вась-
ковский, ссылаясь на германского юриста Ваха, писал, что «право на су-
дебную защиту не является функцией субъективного права, ибо не обу-
словливается им и существует не только там, где есть такое право. Так на-
зываемый отрицательный иск о признании преследует удостоверение и
охранение не только субъективного гражданского права, но и всего право-
вого положения истца целиком»2, то есть охраняемого законом интереса.
Поскольку объектом судебной защиты по действующему законодательству
1 См.: Матуюв 11.11. Указ. соч. С. 114.
2 Васьковский Е.В. Курс гражданского процесса, 1913. С. 620.
является не только субъективное право, но и охраняемый законом интерес,
М.А. Гурвич, рассматривавший право на иск как само субъективное мате-
риальное право в состоянии его нарушения, оставляет открытым вопрос о
средствах защиты охраняемых законом интересов субъектов материальных
правоотношений.
Наконец, право на иск, как и материальное право (охраняемый законом
интерес), подлежащее защите, «пройдя стадию юридического факта», само
становится субъективным, соблюдение которого обеспечивается возмож-
ностью применения мер государственного принуждения. Однако в отличие
от субъективного права (охраняемого законом интереса) право на его за-
щиту является не материальным, а процессуальным субъективным правом,
потому что ему всегда корреспондирует обязанность не контрагента по
договору или иного субъекта материального правоотношения, а юрисдик-
ционного органа, то есть суда (судьи).
Право на иск, будучи субъективным процессуальным правом, которому
корреспондирует соответствующая обязанность суда (судьи), имеет отлич-
ные от субъективного материального права (интереса) средства и способы
его защиты. Поскольку право на иск состоит из двух правомочий, необхо-
димо различать в его структуре субъективное право на предъявление иска и
субъективное право на удовлетворение иска. Средствами судебной защи-
ты субъективного права на предъявление иска являются: частная жалоба,
частный протест, надзорная жалоба, надзорный протест. Способом судеб-
ной защиты субъективного права на предъявление иска является отмена
вышестоящим судом определения нижестоящего судьи или суда об отказе
в принятии искового заявления, прекращении производства по делу, остав-
лении искового заявления без рассмотрения. Средствами судебной защи-
ты субъективного права на удовлетворение иска являются: апелляцион-
ная или кассационная жалоба, кассационный или надзорный протест, заяв-
ление о пересмотре дела по вновь открывшимся обстоятельствам, жалоба
на акты судебного пристава-исполнителя. Способами судебной защиты
субъективного права на удовлетворение иска выступают: отмена или
изменение судебного решения об отказе в удовлетворении иска, вынесение
нового решения, отмена постановления судебного пристава-исполнителя.
Таким образом, субъективное материальное право (охраняемый зако-
ном интерес), подлежащее (подлежащий) судебной защите, является эле-
ментом материального (регулятивного) правоотношения. Этому праву (ин-
тересу) непосредственно корреспондирует обязанность другого участника
материального правоотношения. Субъективное право на иск выступает
элементом охранительно-искового (процессуального) отношения1, потому
что этому праву корреспондирует обязанность суда (судьи) как юрисдик-
ционного органа государства.
16.3. Предпосылки права на предъявление иска
(понятие, значение, виды)
Право на предъявление иска представляет собой право на деятельность
судьи (суда) по возбуждению судопроизводства по иску и его рассмотре-
нию. Поэтому возникновение судебного процесса зависит как от наличия у
заинтересованного лица права на предъявление иска, так и от соблюдения
установленного процессуальным законом порядка его реализации. Для
возникновения судебного процесса по иску заинтересованного лица недос-
таточно иметь право на обращение с иском (то есть право на предъявление
иска), необходимо еще иметь желание, а также возможность осуществить
(реализовать) это право в установленном процессуальным законом поряд-
ке. В этой связи принято различать предпосылки права на предъявление
иска и условия его реализации. Возникновение судебного процесса по ис-
ковому делу можно считать правомерным только при наличии всех необ-
ходимых предпосылок и соблюдении условий реализации права на предъ-
явление иска. В качестве предпосылок права на предъявление иска высту-
пают такие факты, с которыми связывается возникновение и существова-
ние права на предъявление иска. В качестве условий его реализации высту-
пают факты, совокупность которых определяет установленный законом и,
следовательно, надлежащий порядок реализации права на предъявление
иска.
Предпосылки права на предъявление иска. Под предпосылками права
на предъявление иска понимаются такие факты процессуального характе-
ра, с наличием или, наоборот, отсутствием которых процессуальный закон
связывает возникновение у заинтересованного лица права на обращение в
суд с иском, то есть права на предъявление иска. Из этого определения
следует, что предпосылки права на предъявление иска могут быть отрица-
тельными и положительными.
Под отрицательной предпосылкой права на предъявление иска понима-
ется факт, препятствующий возникновению у заинтересованного лица пра-
ва на предъявление иска. Наличие отрицательной предпосылки права на
предъявление иска свидетельствует об отсутствии у заинтересованного
' О сущности, особенностях и значении охранительно-искового отношения см.: Осоки-
на Г.Л. Право на защиту в исковом судопроизводстве, 1990. С. 42-44.
лица права на обращение в суд с исковым требованием, то есть права на
предъявление иска. Например, к отрицательным предпосылкам права на
предъявление иска относится такой факт, как наличие вступившего в за-
конную силу судебного решения по тождественному иску. В связи с этим
отказ в иске, постановленный в порядке гражданского судопроизводства,
лишает истца права на вторичное предъявление тождественного иска в по-
рядке уголовного судопроизводства.
Под положительной предпосылкой права на предъявление иска пони-
мается факт, выступающий одним из оснований возникновения у заинтере-
сованного лица права на предъявление иска. К положительным предпосыл-
кам права на предъявление иска относится, например, такой процессуаль-
ный факт, как подведомственность данного дела суду общей юрисдикции.
Подведомственность конкретного дела суду общей юрисдикции при нали-
чии иных положительных предпосылок и отсутствии отрицательных пред-
посылок означает, что у заинтересованного лица имеется право на обраще-
ние в суд общей юрисдикции с иском, то есть право на предъявление иска.
Значение предпосылок права на предъявление иска состоит в том, что в
зависимости от характера предпосылки (отрицательной или положитель-
ной) можно судить о наличии или отсутствии у заинтересованного лица
права на предъявление иска. Отсутствие у лица, обращающегося в суд,
права на предъявление иска в зависимости от времени обнаружения этого
обстоятельства влечет два вида процессуальных последствий: 1) отказ в
принятии искового заявления, если отсутствие указанного права будет об-
наружено судьей в момент обращения заинтересованного лица в суд, то
есть до возбуждения производства по исковому делу; 2) прекращение про-
изводства по делу, если отсутствие у истца права на предъявление иска
будет выявлено после возбуждения производства по делу. В свою очередь,
отказ в принятии искового заявления (то есть отказ в возбуждении судеб-
ного процесса) и прекращение производства по делу в связи с отсутствием
у истца права на обращение в суд с иском означают невозможность по-
вторного (вторичного) обращения в суд обшей юрисдикции с тождест-
венным иском.
Именно в указанных выше последствиях (отказ в возбуждении граж-
данского дела или его прекращение, недопустимость повторного обраще-
ния с тождественным иском) проявляются юридическая сущность и прак-
тическое значение предпосылок права на предъявление иска.
Виды предпосылок права на предъявление иска. Ответ на вопрос, с ка-
кими фактами процессуальный закон связывает возникновение субъектив-
ного права на предъявление иска, следует искать в ст. 129 и 219 ГПК, пре-
дусматривающих основания отказа в принятии искового заявления (ст. 129
ГПК) и прекращения производства по делу (ст. 219 ГПК). При анализе
ст. 129 ГПК необходимо помнить, что эта норма содержит основания отка-
за в принятии искового заявления не только в связи с отсутствием у лица
права на предъявление иска, но и по мотиву несоблюдения им установлен-
ного законом порядка его реализации.
К предпосылкам права на предъявление иска относятся такие факты
процессуального характера, которые указаны в пп. 1, 2 (?), 3, 4 (?), 5 (?), 6
ст. 129 ГПК и соответственно в пп. 1,2 (?), 3, 6 (?), 7 ст. 219 ГПК.
Особые трудности у практикующих юристов возникают при трактовке
и применении п. 1 ст. 129, п. 1 ст. 219 ГПК. В настоящий момент указанные
нормы действуют в редакции ФЗ от 7 августа 2000 г. Если раньше судья
или суд в соответствии с п. 1 ст. 129 и п. 1 ст. 219 ГПК отказывал в приня-
тии заявления или прекращал производство по делу в связи с тем, что «за-
явление не подлежало рассмотрению в судах», то согласно новой редакции
указанных норм отказ или прекращение производства по делу производят-
ся в связи с тем, что «заявление не подлежит рассмотрению и разрешению
в порядке гражданского судопроизводства».
Новая редакция п. 1 ст. 129 и п. 1 ст. 219 ГПК не лучше прежней, пото-
му что формулировка предусмотренного в них основания отказа в приня-
тии искового заявления и прекращения производства по делу носит рас-
плывчатый и юридически неточный характер, потому что в любом случае
при отсутствии у заинтересованного лица права на предъявление иска в суд
общей юрисдикции иск (исковое заявление) не подлежит рассмотрению и
разрешению в порядке гражданского судопроизводства. Однако здравый
смысл и элементарная логика подсказывают, что законодатель, формули-
руя таким образом нормы п. 1 ст. 129 и п. 1 ст. 219 ГПК, не имел и не дол-
жен был иметь в виду все случаи отсутствия у заинтересованного лица пра-
ва на предъявление иска, потому что иначе другие основания отказа в при-
нятии искового заявления или прекращения производства по делу по моти-
ву отсутствия у истца права на предъявление иска теряли бы всякий смысл
и практическое значение. Поэтому в п. 1 ст. 129 и п. 1 ст. 219 ГПК имеются
в виду не все, а лишь конкретные случаи отсутствия у заинтересованного
лица права на предъявление иска.
Представляется, что п. 1 ст. 129 и соответственно п. 1 ст. 219 ГПК пре-
дусматривают четыре факта (основания), выполняющих роль предпосылок
права на предъявление иска: подведомственность дела суду общей юрис-
дикции; отсутствие прямого запрета на судебную защиту субъективно-
го права или охраняемого законом интереса; процессуальную правоспо-
собность сторон, то есть истца и ответчика; юридический интерес заяви-
теля. Таким образом, в соответствии с п. 1 ст. 129 и п. 1 ст. 219 ГПК иско-
вое заявление не подлежит рассмотрению и разрешению в порядке граж-
данского судопроизводства лишь в случаях неподведомственности дела
суду общей юрисдикции, наличия прямого запрета на судебную защиту,
неправоспособности истца и (или) ответчика; отсутствия у истца юридиче-
ского интереса.
Неподведомствеиность иска суду общей юрисдикции означает, что
требование о защите субъективного права или интереса подведомственно
арбитражному или третейскому суду. Согласно новой редакции ч. 3 ст. 129
ГПК судья, отказывая в принятии искового заявления по мотиву его непод-
ведомственности, теперь не обязан указывать в своем определении тот ор-
ган, в который следует обратиться заинтересованному лицу.
Следующим основанием отказа в принятии искового заявления или
прекращения производства по делу в связи с отсутствием у заинтересован-
ного лица права на предъявление иска является согласно п. 1 ст. 129 и п. 1
ст. 219 ГПК прямой 'запрет на судебную защиту*. Данное основание явля-
ется отрицательной предпосылкой права на предъявление иска, суть кото-
рой заключается в том, что наличие в законе, то есть нормах материального
или процессуального права, прямого запрета на защиту означает относи-
тельную' или абсолютную невозможность ее получения ни в судебном, ни
в каком-либо ином органе. Именно этим прямой запрет на судебную защи-
ту как основание отказа в принятии искового заявления или прекращения
производства по делу отличается от неподведомственности дела суду об-
щей юрисдикции. Поскольку случаи законодательного запрета на судебную
защиту немногочисленны, то такое основание отказа в возбуждении произ-
водства по делу или его прекращения не является столь распространенным,
как неподведомственность дела суду общей юрисдикции. Тем не менее
такие случаи известны. Один из них предусмотрен в ст. 1062 ГК РФ, со-
гласно которой требования граждан и юридических лиц, связанные с орга-
низацией игр и пари win с участием в них, не подлежат судебной защите,
за исключением требований лиц, принявших участие в играх или пари под
влиянием обмана, насгмия, угрозы или злонамеренного соглашения их пред-
ставителя с организатором игр или пари, а также требований, указанных
в п. 5 ст. 1063 ГК РФ (лотереи, тотализаторы и иные игры, проводимые
государством и муниципальными образованиями или по их разрешению).
Думается, что именно такого рода случаи имеются в виду также в п. 2
' О соотношении понятий «прямой запрет на судебную защиту» и «неправовой характер
искового требования» см.: Осокина Г.Л. Указ, соч., 1990. С. 79-87.
2 Под относительной (то есть темпоральной, временной) невозможностью получения
судебной зашиты понимается невозможность ее получения в пределах ограниченного законом
срока.
ст. 325 и п. 2 ст. 336 Кодекса торгового мореплавания РФ1, а также в ст. 17 и
п. 4 ст. 29 СК РФ2; п. 2 ст. 40 НК РФ3. Кроме того, по смыслу п. 4 ст. 11 ФЗ
«О несостоятельности (банкротстве)» 1997 г.4 с момента принятия арбитраж-
ным судом к производству заявления о признании должника банкротом, кре-
диторы не вправе обращаться в общие, арбитражные или третейские суды с
исками против должника «в целях удовлетворения своих требований в инди-
видуальном порядке». В соответствии с пунктом «Ь» разд. 2 ст. 8 Соглаше-
ния о Международном валютном фонде валютные контракты, заключенные
в нарушение валютного контроля государства-члена, «лишены исковой силы
на территории любого из государств-членов»5, то есть в случае возникнове-
ния спора не подлежат защите в судебном порядке.
Следующим фактом, с которым п. 1 ст. 129 (п. 1 ст. 219) ГПК связывает
возникновение у заинтересованного лица права на предъявление иска, яв-
ляется наличие у истца и (или) ответчика процессуальной правоспособно-
сти. Например, если иск предъявлен от имени филиала юридического лица
или против филиала юридического лица, то судья, обнаружив указанное
обстоятельство на этапе возбуждения гражданского дела, обязан отказать в
принятии искового заявления со ссылкой на п. 1 ст. 129 ГПК по мотиву
неправоспособности субъекта, олицетворяющего истца или ответчика. Ес-
ли указанное обстоятельство (неправоспособность) будет обнаружено
судьей (судом) после возбуждения гражданского дела, то в соответствии с
принципом процессуальной экономии и во избежание формалистического
подхода именно к данному конкретному случаю представляется целесооб-
'СЗ 1999. № 18. Ст. 2207.
2 В соответствии со ст. 17 СК РФ и п 1 постановления № 15 Пленума ВС РФ от 5 ноября
1998 г. «О применении судами законодательства при рассмотрении дел о расторжении брака»
муж не вправе без согласия жены обращаться в суд с иском о расторжении брака во время
беременности жены и в течение одного года после рождения ребенка. Указанное положение
распространяется и на случаи, когда ребенок родился мертвым или умер до достижения им
возраста одного года. См.: ВВС РФ 1999. № 1. С. 6.
Согласно п. 4 ст. 29 СК РФ и п. 24 постановления № 15 Пленума ВС РФ от 5 ноября 1998 г.
супруги после расторжения брака не «праве ставить вопрос о признании этого брака недейст-
вительным, за исключением случаев, когда недействительность брака оспаривается по мотивам
наличия между супругами запрещенной законом степени родства либо состояния одного из
них на момент регистрации брака в другом нерасторгнутом браке. См.: ВВС РФ. 1999. № 1.
С. 9-10.
3 В соответствии с абз. 2 п. 13 постановления № 41/9 Пленума ВС РФ и Пленума ВАС РФ
от 11 июня 1999 г. «О некоторых вопросах, связанных с введением в действие части первой
Налогового кодекса РФ» в иных, кроме перечисленных в п. 2 ст. 40 НК РФ, случаях налого-
вый орган не вправе оспаривать для целей налогообложения цену товаров, работ, услуг,
указанную сторонами в сделке. См.: ВВС РФ. 1999. № 8. С. 12.
4СЗ. 1998. №2. Ст. 222.
5 См.. Дорофеев Б. Сделки с иностранной валютой // ХиП. 1999. № 10. С. 44.
разным не прекращать производство по делу, а по аналогии со ст. 36 ГПК
(ч. 5 ст. 1 ГПК в редакции ФЗ от 7 августа 2000 г. допускает применение по
аналогии процессуального закона или права) произвести замену филиала
юридического лица юридическим лицом. Причем следует иметь в виду, что
речь идет не о замене ненадлежащей стороны надлежащей, а о замене не-
правоспособного субъекта правоспособным по аналогии с процедурой за-
мены ненадлежащей стороны. И только тогда, когда юридическое лицо,
филиал которого претендовал на участие в процессе в качестве истца, от-
кажется от вступления в процесс, производство по делу, ошибочно возбуж-
денное судьей по инициативе неправоспособного субъекта, подлежит пре-
кращению по п. 1 ст. 219 ГПК.
Думается, что именно по мотиву процессуальной неправоспособности
заявителя, а значит по п. 1 ст. 129 ГПК (п. 1 ст. 219 ГПК), следует отказы-

<< Пред. стр.

страница 47
(всего 62)

ОГЛАВЛЕНИЕ

След. стр. >>

Copyright © Design by: Sunlight webdesign